АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

6 июля 2021 года город Ставрополь 

Судья Ставропольского краевого суда Шайганова Ф.О.,

при помощнике судьи Левченковой Ю.А. и секретаре судебного заседания Кийло Г.И.,

с участием: 

прокурора апелляционного отдела уголовно – судебного управления прокуратуры Ставропольского края Сборец Н.А.,

осужденного ФИО1, посредством видеоконференц-связи, 

его защитника адвоката Малиновского А.И.,

осужденного ФИО2, посредством видеоконференц-связи,

его защитников: адвокатов Гумба О.М. и Хрипкова А.Н.,

осужденного ФИО3, посредством видеоконференц-связи,

его защитника - адвоката Шек В.Г.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные представление прокурора Кочубеевского района Ставропольского края Голосова В.А., жалобы и дополнения к ней осужденного ФИО3 и его защитника адвоката Шек В.Г., осужденного ФИО2 и его защитника адвоката Гумба О.М., осужденного ФИО1 и его защитника адвоката Гаах М.Ю. 

на приговор Кочубеевского районного суда Ставропольского края от 18 марта 2021 года, которым:

ФИО1, ….., осужденный: …….,

осужден по:

ч.1 ст.139 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере ……. рублей, на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ освобожден от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности;

ч.1 ст.126 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года 8 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

мера пресечения, в виде заключения под стражу, до вступления приговора силу оставлена без изменения;

срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом в срок отбывания наказания времени содержания его под стражей с 12 мая 2020 года до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима в соответствии с п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ;

ФИО2, родившийся …….., несудимый,

осужден по ч.1 ст. 126 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года 2 месяца, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; 

мера пресечения, в виде заключения под стражу, до вступления приговора силу оставлена без изменения;

срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом в срок отбывания наказания времени содержания его под стражей с 7 июля 2020 года до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима в соответствии с п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ;

ФИО3, родившийся ………, ранее судимый ……..,

осужден по ч.1 ст.126 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года 2 месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; 

мера пресечения, в виде заключения под стражу, до вступления приговора силу оставлена без изменения;

срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом в срок отбывания наказания времени содержания его под стражей с 7 июля 2020 года до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима в соответствии с п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ;

разрешен вопрос о вещественных доказательствах. 

Изложив содержание приговора, существо апелляционных представления прокурора Кочубеевского района Ставропольского края Голосова В.А., жалоб и дополнений к ней осужденного ФИО3 и его защитника адвоката Шек В.Г., осужденного ФИО2 и его защитника адвоката Гумба О.М., осужденного ФИО1 и его защитника адвоката Гаах М.Ю.; выслушав выступления: прокурора Сборец Н.А., поддержавшей доводы апелляционного представления об изменении приговора суда и возражающей против удовлетворения апелляционных жалоб; осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, и их защитников – адвокатов его защитника адвоката Малиновского А.И., адвоката Гумба О.М., адвоката Хрипкова А.Н., адвоката Шек В.Г., поддержавших доводы апелляционных жалоб об отмене приговора суда и возражавших против удовлетворения апелляционного представления, 

установил:

при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда, признаны виновными, в том, что:

ФИО1 10 апреля 2017 года, в период времени с 22 часов 10 минут до 22 часов 40 минут, незаконно проник в жилище Э. Т.И. по адресу ……..;

ФИО1, ФИО2, ФИО3 10 апреля 2017 года в период времени с 23 часов 00 минут до 24 часов 00 минут похитили Э.Т.М., которому до этого совместно, действуя группой лиц, нанесли телесные повреждения, которые причинили легкий вред здоровью по квалифицирующему признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью до трех недель. 

В апелляционном представлении прокурор Кочубеевского района Ставропольского края Голосов В.А., выражая несогласие с приговором суда, полагает, что суд правильно установил фактические обстоятельства уголовного дела и дал юридическую оценку содеянному, однако, приговор подлежит изменению, в связи с неправильным применением судом уголовного закона, с назначением подсудимым более строгого наказания в виде лишения свободы, ссылаясь на то, что назначенное судом наказание ФИО1, ФИО2 и ФИО3 не отвечает принципам социальной справедливости, целям и задачам уголовного судопроизводства, гарантированных ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ. Приводя анализ норм уголовного закона в части назначения наказания, указывает, что ФИО1, ФИО2 и ФИО3 совершили похищение человека группой лиц, данные обстоятельства доказаны органами предварительного следствия и установлены судом в приговоре, но, несмотря на установленный признак совершения преступления группой лиц, судом не признано обстоятельством, отягчающим наказание подсудимым, предусмотренное п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ - совершение преступления в составе группы лиц, а также это не учтено судом при назначении наказания ФИО1, ФИО2 и ФИО3 Кроме того, полагает, что судом в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, несмотря на отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, а также категорию преступления, которая законом отнесена к средней тяжести, ФИО1, ФИО2 и ФИО3, необоснованно назначено отбывание наказания в исправительной колонии общего режима. Считает, что при таких обстоятельствах приговор в отношении ФИО1, ФИО2 и ФИО3 подлежит изменению, и просит признать обстоятельством, отягчающим наказание, предусмотренное п. «в» ч. 1 ст. 63 РФ - совершение преступления в составе группы лиц, в связи с чем, учесть данное обстоятельство и назначить им более строгое наказание, отбывание которого определить в колонии – поселении; на основании ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания указанных лиц под стражей до вступления приговора суда в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за два дня отбывания наказания в исправительной колонии-поселении.

В апелляционной жалобе адвокат Шек В.Г., действующий в интересах осужденного ФИО3, выражая несогласие с приговором суда, приводя подробный анализ норм уголовно-процессуального и уголовного законов, а так же приводя анализ показания потерпевшего, ссылается на то, что показания ФИО4 не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, опровергаются заключением СМЭ, в части причинении количества телесных повреждений, действиями трех осужденных судом лиц, при этом не понятно, кто бил, кто вталкивал в багажник и кто толкнул в реку. Указывает на отсутствие сведений о месте нахождения изъятой одежды Э.Т.М., а также на не установление свидетеля, к которому после избиения заходил Э. Т.М. и обувался в тапочки, не установлено, где обувь самого потерпевшего. Отмечает, что не нашел своего подтверждения факт применения насилия в отношение потерпевшего со стороны ФИО3 с использованием предмета, используемого в качестве орудия преступления, что полностью опровергнуто заключением СМЭ; что никто из свидетелей стороны обвинения, не смог в судебном заседании указать - подтвердить факт наличия у Э.Т.М. телесных повреждений и их локализацию; не установлено точное время совершения преступления. На основании изложенного просит отменить приговор Кочубеевского районного суда от 18 марта 2021 года в отношении ФИО3, и вынести в отношении него оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО3, выражая несогласие с постановленным в отношении него обвинительным приговором, поддержал апелляционную жалобу своего защитника Шек В.Г. и считает приговор суда незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. Указывает, что приговор основан в нарушение требований уголовно-процессуального закона исключительно на показаниях самого потерпевшего, в отсутствие иных подтверждающих эти показания доказательств, собранных по делу и исследованных в суде. Считает, что показания потерпевшего не только не подтверждаются доказательствами, а напрямую опровергаются ими. Полагает, что судом не дано надлежащей оценки представленным суду доказательствам, в нарушение требований ст. 299 УПК РФ, что вызывает обоснованные сомнения в объективности и беспристрастности суда, выполнение им обязанности надлежащей оценки имеющихся в деле доказательств с точки зрения их допустимости и достоверности согласно требованиям ст. 88 УПК РФ. Обращает внимание на то, что, по мнению автора жалобы, суд первой инстанции устранился от исследования обстоятельств дела, ограничившись простым копированием обвинительного заключения с теми же правовыми ошибками и нарушениями, что, безусловно, лишило его право на справедливый и объективный суд. Считает, что обжалуемый приговор является незаконным и необоснованным в связи с тем, что он противоречит фактическим обстоятельствам дела, описание обстоятельств и состава преступного деяния не соответствует требованиям закона и является вымышленным, не корректным, основанным не на фактах, а на домыслах следователя и противоречивых показаниях потерпевшего. Полагает, что суд не смог дать надлежащую оценку произошедшим событиям, определить роли каждого участвующего лица, ввиду чего вынужден был копировать обвинительное заключение, допустив правовую ошибку. Указывает, что приговор направлен на сокрытие другого преступления - ложный донос со стороны потерпевшего и полную некомпетентность сотрудников правоохранительных органов.

Далее, ссылаясь на позицию Конституционного Суда РФ, указывает, что суд признал допустимыми и достоверными показания свидетелей: Э.Т.И., Р.К.П., М. А.В., У. В.Н., У. Л.В., Я.А.Г., С.А.Ю., Ф.С.А., П.Е.В., которые очевидцами тех событий не являлись, а давали показания об этих событиях со слов третьих лиц, а свидетели Я.А.Г., С.А.Ю. и П.Е.В., в тот вечер занимались документированием совершенно другого преступления – кражи овцы и их показания никакого отношения к похищению человека не имеют. Указывая на нарушение судом состязательности сторон, ссылается на то, что судом не приняты во внимания показания свидетелей защиты К.И.А. по причине того, что, по мнению суда, даны им из чувства товарищества, не являющегося прямым свидетелем, и оценивая их как недостоверные, в отличие от показаний свидетелей обвинения, при одних и тех же обстоятельствах. Отмечает необоснованное указание судом в качестве доказательства рапорт об обнаружении признаков преступления от 21 января 2020 года и постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 6 ноября 2020 года, которые никакого доказательственного значения по делу не несут и не могут быть относимыми. Считает, что эти и другие фактические обстоятельства, подтверждающие его непричастность к данному преступлению, так же были судом проигнорированы, что является существенным нарушением закона. На основании изложенного просит отменить приговор Кочубеевского районного суда от 18 марта 2021 года в отношении него и вынести в отношении него оправдательный приговор, признав за ним право на реабилитацию.

В апелляционной жалобе адвокат Гаах М.Ю., действующий в интересах осужденного ФИО1, выражая несогласие с приговором суда, указывает, что судом не принята во внимание позиция стороны защиты, изложенная в прениях, в которой аргументировано, со ссылками на действующее законодательство и правоприменительную практику, в полной мере показывала несостоятельность предъявленных подсудимым обвинений, приводя подробное их содержание, согласно которой расследование уголовного дела в отношении ФИО1, проведено поверхностно, установление истины по делу на основании объективной оценки полученных доказательств с точки зрения их относимости, допустимости и значимости - органы предварительного расследования, а затем и сторону обвинения не интересовали вообще; что системные нарушения ведомственных инструкций, правил подследственности и подведомственности на стадии, так называемой доследственной проверки и стадии возбуждения уголовного дела в порядке cт.ст. 144-145 УПК РФ, привело к тому, что постановление о возбуждении уголовного дела, составлено с нарушением его формы, является незаконным по содержанию, в нем изложены противоречивые фактические обстоятельства и оно по своей сути является не законным и не обоснованным, что может привести к его признанию таковым судом, при постановлении окончательного решения; что органами предварительного расследования рассматривалась только одна из возможных версий случившегося, доводы обвиняемых и их защитников не рассматривалась в принципе; ходатайства, заявляемые стороной защиты в ходе расследования и по результатам ознакомления с материалами дела следователем по надуманным причинам отклонялись, попытки оспорить квалификацию и наличие состава преступления оставались без внимания со стороны следователя; что квалификация действий подсудимого ФИО1 по ч. 1 ст. 126 УК РФ, абсолютно беспочвенна, поскольку противоречит нормам материального права в части применения квалифицирующих признаков преступления, предусмотренного ст. 126 УК РФ, в действиях подсудимого, кроме того инкриминируемое деяние незаконно, в соответствии с нормами процессуального права; что согласно показаниям всех участников процесса, являвшихся непосредственными участниками и очевидцами событий, допрошенных в судебном заседании следует, что подсудимые не применяли никаких мер к удержанию потерпевшего, не лишали его свободы и передвижения путем связывания, либо запирания в каком-либо сооружении, не преследовали его, пытались вернуть в тот момент, когда тот решил покинуть место, на которое они прибыли для приведения в порядок себя и одежды, после имевшей место незадолго до описываемых событий драки; что все доказательства, использованные для подтверждения вины подсудимых в совершении ими похищения потерпевшего, являются производными от первоначальных показаний потерпевшего Э.Т.М. и не могут быть положены в основу обвинительного приговора в части эпизода квалифицированного по cт. 126 УК РФ, а отсутствие других доказательств, кроме производных от показаний потерпевшего, расценивается судами как не доказанность совершения преступления.

Так же автор жалобы, ссылаясь на показания свидетелей, полагает, что судом первой инстанции не дана оценка указанным показаниям, поскольку они даны заинтересованными лицами. Указывает, что суд нашел достоверными и правдивыми показания потерпевшей Э., свидетелей К.А.А., Р.К.П., М. А.В., У.В.Н., У. Я.А.Г., С. А.Ю., Ф. С.А., П.Е.В., несмотря на то, что очевидцами происшествия они не являются, при этом являются лицами, явно заинтересованными в исходе дела, но при этом показания свидетелей защиты судом отвергнуты, чем, по мнению стороны защиты, судом нарушен принцип состязательности сторон, по вопросу оценки показаний участников процесса занята обвинительная позиция, выразившаяся помимо указанного в полном игнорировании анализа доказательств, положенных в основу обвинения, представленных суду стороной защиты. Также полагает, что судом первой инстанции не дана оценка вступившему в законную силу приговору Кочубеевского районного суда Ставропольского края от 6 октября 2017 года в отношении ФИО5 по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, которым установлено, что 11 апреля 2017 года в 00 часов 10 минут, ФИО1 совершил тайное хищение овцы, принадлежащей Э.Т.И. из база, расположенного на территории домовладения по адресу: ……., то есть согласно постановленному 18 марта 2021 года приговору и вступившему в законную силу приговору от 6 октября 2017 года ФИО6 одновременно находился в двух разных местах.

На основании изложенного просит суд апелляционной инстанции отменить приговор Кочубеевского районного суда Ставропольского края от 18 марта 2021 года в отношении ФИО1, и вынести в отношении него оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе адвокат Гумба О.М., действующий в интересах ФИО2, выражая несогласие с приговором суда, указывает, что он не соответствует требованиям закона и фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании, является несправедливым, в связи с чем, подлежащим отмене. Указывает, что в нарушение п. 1 ст. 307 УПК РФ суд первой инстанции описательномотивировочную часть изложил в том виде, как оно должно быть изложено для оправдательного приговора в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 305 УПК РФ, считая это существенным нарушением и самостоятельным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, а так же и потому, указанные нарушения ч. 1 ст. 307; п.1 ч. 1 ст. 305 УПК РФ является основанием к отмене приговора еще и потому, что привело к ограничению права подсудимого ФИО2 и иных подсудимых на защиту, поскольку они лишены возможности подвергнуть юридической оценке деяние признанное судом доказанным, с указанием способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления. Оспаривая изложенные в обжалуемом приговоре установленные судом обстоятельства, считает обвинение в этой части необъективным, незаконным, поскольку противоречит установленным в суде обстоятельствам дела, приводя подробный анализ показаний каждого подсудимого в совокупности с показаниями иных участником процесса. 

Отмечая, что с момента совершения инкриминируемого подсудимым деяния и до возбуждения уголовного дела прошло более 4 лет, считает, что по уголовному делу предварительным следствием не было добыто ни одного доказательства вины подсудимых и только лишь показания К.А.А. могли послужить основанием для их уголовного преследования и что эти показания позволили К.А.А. остаться в статусе свидетеля, а значит, и избежать уголовной ответственности. Указывает, что вопреки показаниям свидетеля К. А.А., показания подсудимого ФИО2 в части не совершения им противоправных действий в отношении Э.Т.М. подтверждено самим потерпевшим, показавшим в судебном заседании, что в багажник автомобиля его заталкивали двое, из багажника автомашины он вышел сам, ему предложили умыться, а когда он стал умываться, то его кто-то столкнул в речку, как ему показалось, столкнул его ФИО3. Оспаривая обвинение в том, что сразу после окончания драки у всех подсудимых, без какой либо достигнутой ранее договоренности, одновременно и независимо друг от друга возник преступный умысел, направленный на похищение Э. Т.М., указывает, что такое обвинение является ничем не подтвержденным и необъективным, противоречащим установленным в судебном заседании обстоятельствам дела, приводя анализ показаний потерпевшего Э. Т.М., свидетеля ФИО7 в судебном заседании, ссылаясь на то, что суд не установил, кто заталкивал потерпевшего в багажный отсек автомашины, кто закрыл крышку багажника. Указывает также, что в обвинение не указано, какое именно насилие не опасное для здоровья было применено в отношении потерпевшего, то есть в чем именно оно заключалось, какое именно насилие было применено индивидуально каждым подсудимым, сколько по времени длилось такое насилие и т.д. Отмечает, что субъективная сторона преступления, предусмотренного ст. 126 УК РФ, характеризуется виной в форме прямого умысла, в связи с чем, в ходе предварительного следствия, при расследовании уголовных дел, субъективная сторона которых характеризуется виной в форме прямого умысла и совершенных группой лиц, следствие обязано конкретизировать действия каждого участника группового преступления с целью выявления направленности его умысла и такое наличие прямого умысла должно быть подтверждено и в судебном заседании. Считает необъективным вывод суда первой инстанции в том, что потерпевшего в речку столкнули одновременно все трое подсудимых, поскольку данный вывод противоречит показаниям потерпевшего, что, по его мнению, в реку столкнул его ФИО3. Оспаривая оценку суда, данную показаниям свидетеля К. А.А., считает ее ошибочной, поскольку К. А.А. был заинтересован в даче именно таких показаний. Полагает, что из предъявленного подсудимым обвинения, а также в ходе судебного следствия, установлено, что единственным мотивом причинения телесных повреждений потерпевшему являлось то, что последний распространил сведения порочащие честь и достоинство ФИО1, а целью, наказать последнего за такое распространение, то есть избиение потерпевшего не было связано с его последующим, якобы похищением; показания К. А.А. в той части, что подсудимые втроем закинули потерпевшего в багажник автомашины, опровергнут самим потерпевшим, указавшего, что в багажник его заталкивали двое, при этом, как указано выше, судом не установлено кто из подсудимых заталкивал, а кто в этом участие не принимал.

Оспаривая доводы суда первой инстанции, изложенные в приговоре в опровержение доводов защиты об отсутствии у его подзащитного ФИО2 и других подсудимых мотива, направленного на похищение потерпевшего, то есть отсутствие доказательств захвата, перемещения и удержания потерпевшего, указывает, что, опровергая указанные доводы защиты, суд не привел ни одного доказанного следствием и подтвержденного в судебном заседании мотива, на основании которого подсудимые совершили похищение потерпевшего. Считает, что суд первой инстанции в нарушение принципов состязательности и равноправия сторон открыто встал на сторону обвинения и отсутствие мотива компенсировал тем, что указал о том, что наличие того или иного мотива совершения преступления значение для квалификации преступления, значение не имеют. Соглашаясь с тем, что мотив совершения похищения человека для квалификации содеянного по ст. 126 УК РФ значения не имеет, ссылается на то, что суд в обжалуемом приговоре указал, что в судебном заседании достоверно установлено, что подсудимые, действуя согласованно, с применением насилия затолкали Э.Т.М. в багажный отсек, закрыв после этого крышку багажника, тем самым, был произведен захват и удержание в ограниченном пространстве Э.Т.М., а далее, последний был перемещен помимо его воли на другой участок местности, то есть, само по себе удержание и перемещение Э.Т.М. помимо его воли, как раз и говорит о наличии в действиях подсудимых объективной стороны состава указанного преступления. Оспаривая вышеуказанные установленные судом обстоятельства, указывает, что в судебном заседании достоверно установлено, что никаких, заранее приспособленных для удержания потерпевшего, подсудимыми подготовлено не было; не доказано обвинение и в части незаконного перемещения потерпевшего, ссылаясь на географические координаты местности, считает, что все инкриминируемые действия подсудимыми были совершены практически на одном и том же месте, что исключает перемещение, а значит и исключает наличие объективной стороны состава преступления, а именно похищение человека. Ссылаясь на сложившуюся судебную практику в РФ, указывает, что в ситуации, когда лицо изначально находится в месте, где в последующем будет ограничена его способность к передвижению, действия виновного должны быть квалифицированы по ст. 127 УК РФ. Далее, оспаривая вывод суда о том, что в судебном заседании не установлено добровольное освобождение потерпевшего Э. подсудимыми, считает данный вывод суда незаконным, необоснованным и не основанным на установленных обстоятельствах дела, ссылаясь на то, что, придя к указанному выводу суд ограничился только лишь раскрытием содержания примечания к ст. 126 УК РФ, при этом не привел ни одного доказательства могущего опровергнуть добровольность действий подсудимых отпустивших потерпевшего.

Таким образом, считает, что собранные в ходе предварительного следствия и судебном заседании доказательства, недостаточны для достоверного вывода о виновности подсудимого ФИО2 и возможности получения дополнительных достоверных доказательств исчерпаны, иных доказательств вины подсудимого во вменяемом ему преступлении суду не предоставлено. На основании изложенного адвокат Гумба О.М. просит приговор Кочубеевского районного суда Ставропольского края от 18 марта 2021 года в отношении ФИО2 - отменить и вынести в отношении него оправдательный приговор.

Кроме того в апелляционных жалобах осужденные ФИО1, ФИО2, выражая несогласие с постановленным в отношении них обвинительным приговором считают его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене.

В силу ч. 7 ст. 389.13 УПК РФ апелляционное рассмотрение произведено без проверки доказательств, исследованных судом первой инстанции, что, однако, не лишает суд апелляционной инстанции права ссылаться на них. 

Проверив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционных представления и жалоб осужденных и их защитников, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденных и их защитников, суд первой инстанции правильно установил обстоятельства дела, всесторонне, полно и объективно исследовал представленные доказательства и дал им правовую оценку.

Выводы суда о виновности ФИО1, ФИО3 и ФИО2 в совершении инкриминируемых им деянияний соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на допустимых доказательствах, исследованных в судебном заседании, изложенных и оцененных в приговоре.

Так, суд правомерно в обоснование своего вывода о виновности осужденного ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1ст. 139 УК РФ, верно сослался в приговоре на: 

- показания потерпевшей Э.Т.И., данные в судебном заседании и на стадии предварительного следствия, которые были оглашены в судебном заседании с согласия сторон, о том, что ФИО1 ранее в принадлежащем ей доме не бывал, ему не разрешалось приходить к ним домой, а тем более входить в жилой дом без разрешения. Насколько она знает, ранее ФИО1 и ее сын поддерживали дружеские отношения, однако, как близко они общались, ей достоверно неизвестно. ФИО1 причинил ей моральный вред тем, что незаконно проник в ее жилище, чем нарушил ее право, предусмотренное Конституцией РФ о неприкосновенности жилища; 

- показания потерпевшего Э. Т.М., о том, что 10 апреля 2017 года, где-то после десяти вечера, к нему приехал ФИО6 и позвал его из коридора дома. Он дремал, смотрел телевизор, услышал крик, проснулся, увидел, что в коридоре стоит ФИО1. Когда пришел Богдан, калитка была закрыта, а входная нет. В коридоре горел свет, он видел у себя в доме ФИО6, который был в нервозном состоянии. ФИО6 не мог прийти к нему в гости, когда он его не приглашал, он по звонку приходил. Ни он, ни его мама не разрешали ФИО6 приходить к ним без звонка по телефону и без звонка в дверь;

- показания свидетеля К. А.А. о том, что 10 апреля 2017 года он виделся с подсудимыми, когда он находился дома в ……, ночью к нему приехали ФИО1, ФИО8 (ФИО3) Виталий и ФИО2. Они пили вместе до этого, возможно, поэтому и приехали. Вместе они распивали спиртные напитки примерно минут 20, это была кратковременная встреча. ФИО1 предложил поехать к Э. Т. из-за того, что тот, якобы, оскорбил его. Но его не правильно поняли и записали, так как еще, насколько он помнит, ФИО1 говорил, что, якобы, Э. занимался оральным сексом с девушкой. Они поехали к Э. на ул. …… на машине ….., которой управлял ФИО1, ФИО8 был на переднем, они с ФИО2 сидели сзади. Когда они приехали, Богдан перелез через забор, что там происходило, ему неизвестно. ФИО6 вышел обратно с Э. Т..

Кроме того, вина ФИО1 в совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 139 УК РФ подтверждается также протоколами следственных действий и иными документами, которые были исследованы судом первой инстанции в ходе судебного следствия и им дана надлежащая и всестороння оценка.

В обоснование виновности подсудимыми ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 126 УК РФ, суд правильно сослался на:

- показания потерпевшего Э.Т.М. об обстоятельствах произошедшего 10 апреля 2017 года, а именно о том, что к нему приехал ФИО1 и попросил выйти из дома. Когда они вышели со двора, то за двором стояла машина «шестерка», регистрационный знак которой не помнит, в ней находились ФИО2, ФИО8, К., за руль сел ФИО1. Они предложили ему отъехать и поговорить о том, что он якобы оскорбил ФИО6. Он сел в машину и совместно с ФИО6, ФИО2, П-вым и ФИО7 отъехали поговорить на окраину станицы в лесопосадку, где ФИО1 начал задавать ему вопросы, обзывал ли он его или нет. Он сказал, что нет, на что ему поступил удар по лицу от ФИО6. Первым его бил ФИО6, потом поочередно они все его стали бить, ФИО8, ФИО2, а ФИО7 стоял в стороне. Ударов было не менее 25 по различным частям тела. Во время нанесения ударов он не слышал каких-либо реплик, но он понимал, что ему наносят удары за то, что он их, оскорблял. Сначала он стоял, затем упал и прикрывал лицо. Избиение продолжалось около 20-30 минут. Кто сколько ударов наносил, он не считал, когда его били, он падал, терял сознание, когда били по голове. Кто именно и куда бил, он не знал. Дальше ФИО6 сказал ему залезть в багажник, зачем не пояснял, но он не соглашался и они его стали запихивать. Толкали в багажник двое, кто именно он не помнит, не было возможности изнутри открыть багажник. После этого машина передвигалась примерно 10 минут, у него был с собой телефон и в это время он звонил матери, но так как у него не было денег на счету, то он сделал просто дозвон, мама не ответила на звонок, но ему перезвонила, и он ей объяснил, что его избили, ответил на ее вопрос кто избил, но связь прервалась. Телефон он отключил, потому что ехали на большой скорости, и ему надо было держаться, чтобы головой не удариться. Он не мог открыть багажник, потому что у него было поплывшее сознание, после того, как автомобиль приехал, он уже понимал, на какую местность они приехали. После того, как открыли багажник, он сам вышел, увидел те же лица, которые сказали ему пойти умыться. Он пошел умыться в речке, а затем был толчок в речку, но кто толкнул, точно не знает, но ему кажется, что это был ФИО3 (ФИО8). Он начал грести и переплывать на другую сторону, с берега в него кидали палки, но не попадали. Он перебрался на другой берег реки, и начал искать дорогу домой, пошел по лесу. До того момента, как он переплыл, одежда у него была испорченная. Вышел на первую улицу, зашел к знакомому, который дал ему тапочки, так как он был босиком. После этого он стал идти потихоньку к месту работы своей матери, потому что знал, что та была на смене. Когда он пришел к ней на работу, то там никого не было, помещение было открыто, он разделся и лег под одеяло, потому что ему было очень холодно. Он там был около 10 минут, затем его обнаружила напарница его мамы, после этого приехали участковый и его мама. Когда они приехали домой, то приехала следственно-оперативная группа, которой указал на подсудимых, как на лиц, которые его избили и перевозили в багажном отделении автомобиля;

- показания потерпевшей Э.Т.И. об обстоятельствах похищения ее сына Э.Т.М. и причинения ему телесных повреждений подсудимыми;

- показания свидетеля К. А.А. о том, что 10 апреля 2017 года он виделся с подсудимыми, когда он находился дома в ……, ночью к нему приехали ФИО1, ФИО8 (ФИО3) Виталий и ФИО2. Они пили вместе до этого, возможно, поэтому и приехали. Вместе они распивали спиртные напитки примерно минут 20, это была кратковременная встреча. ФИО1 предложил поехать к Э. Т. из-за того, что тот, якобы, оскорбил его. Но его не правильно поняли и записали, так как еще, насколько он помнит, ФИО1 говорил, что, якобы, ФИО4 занимался оральным сексом с девушкой. Они поехали к Э. на ул. ….. на машине ВАЗ ….., которой управлял ФИО1, ФИО8 был на переднем, они с ФИО2 сидели сзади. Когда они приехали, Богдан перелез через забор, что там происходило, ему неизвестно. ФИО6 вышел обратно с Э. Т., который сел добровольно в автомобиль сразу. Они поехали в лесополосу, где ФИО6 начал наносить удары Т., спрашивая его о том, говорил он такое, было такое. Потерпевший подтвердил, что такое было, что о нем говорил плохие слова. ФИО6 сначала один наносил удары, а потом втроем, и ФИО2, и ФИО8, по лицу, телу, по различным частям тела, ударов 25-30. Он пытался их разнять, но у него не получалось, так как был в алкогольном опьянении. Это продолжалось минут 5-7. Когда они закончили избиение, то они втроем подошли к потерпевшему, закинули его в багажник и поехали на речку «Кубань», на окраину станицы …., это было уже ночью. Когда ехали в автомобиле, то они не разговаривали, играла музыка. После того, как приехали на место, он выходил последний и не видел, что там происходило, он уже увидел, что Э.находился в воде в одежде и переплывал на другую сторону. Ему казалось, что потерпевший перешел на другую сторону и спрятался в лесопосадке. Они разъехались по домам и после этого он никого не видел, кроме как на очных ставок и в суде;

- показания свидетеля Р. К.П., данными ею в судебном заседании и на стадии предварительного следствия, которые были оглашены в судебном заседании с согласия сторон о том, что в апреле 2017 года она работала в колхозе «Беломечетское» сторожем, а Э.Т. была ее напарницей. 10 апреля 2017 года Э. приезжала к ней домой, где-то около двенадцати часов ночи и просила ее за нее подежурить, в связи с тем, что она стала искать своего сына. Она вышла за Татьяну на работу и когда она зашла в сторожку, то увидела там Тимошу, который лежал на диване, отвернутый к спинке дивана, вещи лежали рядом тоже мокрые, вода с них текла, телефон лежал разобранный и тоже был мокрый. Она не ожидала, что там кто-то спит, даже близко не подходила, не разглядывала его, не разговаривала с ним, но поняла, что это он лежит. Она позвонила Татьяне, которая с участковым на его машине и забрали Тимура. По слухам ей стало известно, что Тимура избили;

- показания свидетеля М.А.В., данные им в судебном заседании и на стадии предварительного следствия о том, что в апреле 2017 года работал он в должности участкового уполномоченного в ст. …... В 2017 году ночью ему на сотовый телефон позвонила Э. и сообщила, что ее сына похитили и увезли на машине. Куда именно он к ней приехал, не помнит. Насколько он помнит, она сказала, что сын позвонил ей на телефон из багажника. Он сообщил в дежурную часть и стал принимать меры по поиску. Они ездили вместе с ФИО4 по станице. Э. позвонила сторож с амбара и сказала, сын пришел туда. Они с Э. приехали туда. Э. сказал, что его высадили и выкинули в «Кубань». Он их забрал и они поехали домой к Э.. Э. указывал на лиц, кто его похищал. До приезда следственно-оперативной группы они с Э. по станице и искали машину; 

- показания свидетеля У.Л.В. о том, что 10 апреля 2017 года в ночное время к ним приходила Э. Т., попросила позвонить участковому и вызвать его, так как ее сына Т. увезли. Они вызвали участкового, который приехал и, забрав Э., уехал вместе с ней. Что в итоге произошло, она не выясняла, но говорили, что Тимура нашли, он вернулся избитый, что его кинули в багажник машины и увезли на речку «Кубань», после сказали кто его увез и избил. Э. им не соседка, но она прибежала к ним потому, что была на работе, а зерносклад находится напротив их дома; 

- показания свидетеля Я. А.Г. о том, что в 2017 году, находясь в должности оперуполномоченного отделения по борьбе за оборотом наркотиков, находился на суточном дежурстве и о проведенных им мероприятиях по факту похищения человека в ст. ….;

-показания свидетеля Ф. С.А., данных им в судебном заседании и на стадии предварительного следствия, которые были оглашены в судебном заседании с согласия сторон, об обстоятельствах его участия в составе следственно оперативной группы в апреле 2017 года при осмотре места происшествия по факту кражи овцы и осмотра автомобиля, так как поступила информация о похищении человека;

- показания свидетеля П. Е.В., данных ею в судебном заседании и на стадии предварительного следствия о том, что в апреле 2017 года она работала медсестрой, выезжала к потерпевшим по поступившему звонку. Когда приехала, то увидела, что мальчишка лежал у себя в постели. Его мать сказала, что он был избитый. Какие повреждения на нем были, не помнит. Если она его направила в с. Кочубеевское, наверное, были серьезные повреждения. Парень был с матерью, больше никого не было. Он ей ничего не пояснял, она с ним не разговаривала, поставила предварительный диагноз, чтобы отправить его в с ……. У них нет скорой помощи. Они просто на медицинской машине ездят на вызовы. Вызов поступил к ним в стационар. Вопрос о том, кто будет выезжать, решает медсестра. Они звонят фельдшеру, та приезжает и уже транспортирует. Она потерпевшего осмотрела, спросила, где и что болит, но он был не разговорчивый. Она звонила доктору З.Б.Р., все пояснила, доктор поставила предварительный диагноз и она направила потерпевшего в с. …...

Кроме того вина ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в совершении инкриминируемого преступления подтверждается экспертными заключениями: № …. от 19 июня 2020 года, согласно которому у Э.Т.М. установлено наличие сотрясения головного мозга, двух ушибов тканей волосистой части головы, ушиба мягких тканей носа, четырех кровоподтеков и ссадины лица, трех кровоподтеков правого предплечья, левой кисти, раны левого коленного сустава, которые образовались от воздействия тупого твердого предмета (предметов), возможно в срок указанный постановлении и обследуемым, то есть, 10 апреля 2017 года и которыми Э.Т.М. причинен легкий вред здоровью по квалифицирующему признаку кратковременного расстройства здоровья, продолжительностью до 3 недель; № …..от 22 июня 2020 года, согласно которому на представленном на исследование марлевом тампоне со смывом обнаружена человека, произошедшая от Э.Т.М. и не произошедшая от ФИО1; протоколами следственных действий и иными документами, которые были исследованы судом первой инстанции в ходе судебного следствия и им дана надлежащая и всестороння оценка.

Вопреки доводам жалоб осужденных и их защитников суд указал причины и мотивы, по которым счел указанные показания потерпевших и свидетелей достоверными доказательствами. Оснований сомневаться в выводах суда не имеется, поскольку показания потерпевших и свидетелей согласуются, как между собой, так и с другими исследованными доказательствами: протоколами следственных действий, вещественными доказательствами, а так же иными документами, которые были исследованы в ходе рассмотрения уголовного дела в суде первой инстанции

Протоколы следственных действий составлены в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона, они согласуются с показаниями потерпевших и свидетелей обвинения об обстоятельствах дела.

Никаких противоречий при оценке доказательств, влияющих на правовую оценку действий ФИО1, ФИО2 и ФИО3, в приговоре не имеется. В основу приговора положены доказательства, полученные с соблюдением норм уголовно-процессуального закона и исследованные в судебном заседании.

Суд оценил и проанализировал все исследованные в суде доказательства, представленные сторонами обвинения и защиты в их совокупности. Все изложенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст.ст. 87,88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Анализ, положенных в основу приговора доказательств, а равно их оценка, подробно изложены судом в приговоре, при этом суд не ограничился только указанием на доказательства, но и дал им надлежащую оценку, мотивировав свои выводы о предпочтении одних доказательств перед другими.

Показания осужденных ФИО1, ФИО2 и ФИО3, оценены судом в совокупности со всеми исследованными по делу доказательствами, при этом суд дал им надлежащую и обоснованную оценку, ввиду чего доводы апелляционных жалоб стороны защиты не подлежат удовлетворению.

Вопреки доводам жалоб версия подсудимых о непричастности их к инкриминируемому преступлению, судом проверена, однако не нашла своего подтверждения и надлежащим образом судом в приговоре оценена и опровергнута, при этом в обоснование мотивов принятого решения суд привел убедительные доводы, не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции оснований не имеется. Так же судом первой инстанции была дана оценка доказательствам, представленным стороной защиты, включая показания свидетелей стороны защиты, о чем имеются соответствующие выводы в приговоре, которые суд апелляционной инстанции признает законными и обоснованными.

Вопреки доводам жалоб стороны защиты фактические обстоятельства дела судом установлены правильно и полно изложены в приговоре. Действия ФИО1 судом правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 139 УК РФ, как незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающих в нем лиц; действия ФИО1, ФИО2, ФИО3 по ч.1 ст.126 УК РФ, как похищение человека.

Решение о квалификации действий осужденных в приговоре подробно мотивировано, оснований для иной квалификации его действий не имеется.

Каких-либо оснований, свидетельствующих о необъективности и предвзятости органов предварительного следствия и суда в соответствии с требованиями ст.ст. 61,63 УПК РФ, по делу не установлено. Кроме того судом были оценены доводы относительно незаконности постановлении о возбуждении уголовного дела, о чем в приговоре имеется соответствующий вывод, который у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает.

Вопреки доводам жалоб стороны защиты из материалов дела усматривается, что в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона судом приняты все необходимые меры для установления истины по делу.

Доводы апелляционных жалоб осужденных их защитников о несогласии с приговором суда, о нарушениях уголовного и уголовно-процессуального законов, о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела - необоснованные и не подлежат удовлетворению. По существу, эти доводы сводятся к переоценке доказательств, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется.

Решая вопрос о правомерности назначенного наказания, суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции правильно, в соответствии с уголовным законом, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности виновных, обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, к которым суд отнес по каждому эпизоду совершенных преступлений наличие малолетних детей; отсутствие обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2 и ФИО3; отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей. 

Так же судом первой инстанции при назначении наказания принято во внимание, что ФИО1, ФИО2, ФИО3 характеризуются положительно, их возраст, состояние здоровья, что на учете у врачей нарколога и психиатра не состоят.

Выводы суда об освобождении ФИО1 от наказания по ч. 1 ст. 139 УК РФ в приговоре мотивированы и сомнений не вызывают.

Выводы суда о назначении наказания ФИО1, ФИО2 и ФИО3 по ч. 1 ст. 126 УК РФ в виде лишения свободы в приговоре мотивированы, и не согласиться с ними оснований у суда апелляционной инстанции не имеется. 

С учетом объема обвинения, предъявленного ФИО1, ФИО2 и ФИО3, и фактических обстоятельств, установленных судом первой инстанции, оснований для признания в их действиях обстоятельством, отягчающим наказание, предусмотренное п. «в» ч. 1 ст. 63 РФ - совершение преступления в составе группы лиц, по ч. 1 ст. 126 УК РФ суд апелляционной инстанции не находит, в связи с чем, оснований для усиления назначенного осужденным наказания не имеется. В этой связи доводы апелляционного представления в этой части являются необоснованными и не подлежат удовлетворению.

Кроме того, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для применения положений ст.ст. 64, 73 УК РФ, а так же ст. 53.1 и ч. 6 ст. 15 УК РФ, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Вопреки доводам представления, при назначении вида исправительного учреждения для отбывания осужденными наказания в виде лишения свободы, суд первой инстанции руководствовался положениями п. «а» ч.1 ст. 58 УК РФ и надлежаще мотивировал в приговоре свое решение о необходимости отбывания наказания осужденным в исправительной колонии общего режима, в связи с чем, доводы представления в этой части также не обоснованы и удовлетворению не подлежат.

Вместе с тем, суд первой инстанции при назначении вида исправительного учреждения ФИО1 необоснованно указал о том, что последний ранее отбывал наказание в виде лишение свободы, поскольку на момент совершения инкриминируемого преступления он был не судим. В этой связи, из приговора суда необходимо исключить указанную необоснованную ссылку суда. Данное изменение не влияет на законность приговора и не служит основанием для смягчения назначенного ФИО1 наказания.

Как следует из протокола судебного заседания, судом первой инстанции дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. Судом исследованы все представленные сторонами доказательства и разрешены по существу заявленные ходатайства в точном соответствии с требованиями УПК РФ.

Существенных нарушений уголовного и уголовно – процессуального законов, влекущих отмену приговора суда, в том числе и по доводам апелляционных жалоб осужденных и их защитников, не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Кочубеевского районного суда Ставропольского края от 18 марта 2021 года в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3 – изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части приговора суда ссылку суда при назначении вида исправительного учреждения ФИО1 о том, что последний ранее отбывал наказание в виде лишение свободы;

в остальном приговор суда оставить без изменения апелляционные представление прокурора Кочубеевского района Ставропольского края Голосова В.А., жалобы осужденного ФИО3 и его защитника адвоката Шек В.Г., осужденного ФИО2 и его защитника адвоката Гумба О.М., осужденного ФИО1 и его защитника адвоката Гаах М.Ю. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения им копии апелляционного постановления. 

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в апелляционном порядке в соответствии с требованиями гл.45.1 УПК РФ. 

В случае пропуска шестимесячного срока на обжалование судебных решений в порядке сплошной кассации, предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление на приговор и апелляционное определение подается непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке выборочной кассации, предусмотренном ст.ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

При этом осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Мотивированное решение вынесено 9 июля 2021 года.

Судья