Дело №2-55/2017.

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

гор. Луза Кировской области. 17 мая 2017 года.

Лузский районный суд Кировской области в составе:

председательствующего судьи Першина П.И.,

при секретаре Бушеневой Г.В.,

с участием представителя истца ФИО1, 

ответчиков ФИО2 и ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску открытого акционерного общества «Лузская снабженческо-сбытовая база» к ФИО2 и ФИО3 о возмещении материального ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей,

У С Т А Н О В И Л :

Открытое акционерное общество «Лузская снабженческо-сбытовая база» обратилось в суд с иском к ФИО2 и ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей. 

В обоснование исковых требований указано, что ответчики ФИО2 и ФИО3 работали с ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 в должности заведующей магазином № «Калинка», а ФИО3 в должности продавца этого же магазина. С ответчиками ФИО2 и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ был заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности. ДД.ММ.ГГГГ в магазине была произведена инвентаризация материальных ценностей, в результате которой выявилась недостача на сумму 

<

данные изъяты>. Как было установлено в ходе служебного расследования недостача материальных ценностей образовалась в результате неправильного оприходования, списания товарно-материальных ценностей, вверенных работникам, а также самовольному расходованию денежных средств из кассы магазина, раздачи товарно-материальных ценностей в долг покупателям. Поскольку продавцы несли полную материальную ответственность за вверенные материальные ценности, то обязаны возместить образовавшуюся недостачу, а также возвратить госпошлину, уплаченную истцом при обращении с иском в суд.

Просит взыскать с ответчика ФИО2 в возмещение ущерба, причиненного недостачей 

<

данные изъяты>, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 

<

данные изъяты>, с ФИО3 – 

<

данные изъяты> и госпошлину в размере 

<

данные изъяты>. 

В судебном заседании представитель истца ФИО6 настаивает на заявленных исковых требованиях в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. При этом суду пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ в магазине № «Калинка» Лузской ССБ в должности заведующей стала работать ФИО2, а в должности продавца ФИО3, с ними с обеими были заключены трудовые договора и договор о полной коллективно (бригадной) материальной ответственности. Отчетность перед бухгалтерией, согласно должностным обязанностям, с которыми она была ознакомлена под роспись, вела ФИО2 Товарные отчеты заведующая должна была сдавать в бухгалтерию бухгалтеру ФИО9 раз в 10 дней. ДД.ММ.ГГГГ согласно распоряжению от ДД.ММ.ГГГГ созданной инвентаризационной комиссией в магазине была проведена плановая инвентаризация, в ходе которой была выявлена недостача товара на сумму 

<

данные изъяты>. Продавец ФИО3 недостачу на сумму 

<

данные изъяты> признала, поэтому было принято решение, что продавцы будут, работая добровольно погашать сумма недостачу. Летом 2015 года от бухгалтера ФИО9 поступила информация о необходимости проведения инвентаризации в магазине «Калинка» так как остаток товарной массы увеличивается, а выручка от реализации товара снижается. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ была создана инвентаризационная комиссия и в магазине была проведена ревизия, которая выявила недостачу в размере более 360 тысяч рублей. При проведении проверки, как ФИО3, так и ФИО2 ничего конкретного по такой недостаче пояснить не смогли, черновых записей в магазине обнаружено не было, так как о проведении инвентаризации ответчики знали. Больше до работы в магазине они допущены не были и в дальнейшем были уволены по собственному желанию. ДД.ММ.ГГГГ с ФИО3 и ФИО2 были заключены соглашения, согласно которым они, добровольно соглашаясь с обеими недостачами, приняли на себя обязательства ежемесячно небольшими суммами погашать недостачу по магазину в срок по 2020 год. Однако они заплатили в выполнение соглашения небольшие суммы и потом вообще перестали платить, поэтому и было принято решение об обращении с иском в суд. По её мнению ответчицы к работе относились недобросовестно, заведующая магазином ФИО2 часто отсутствовала на работе, из-за этого неоднократно приходилось откладывать проведение последней инвентаризации, у ФИО3 в магазине часто присутствовали знакомые, что мешало исполнению служебных обязанностей. Недостачи стали возможными по вине ответчиц, так как у приступившей к работе после их ФИО4 в магазине все нормально, недостач при инвентаризациях не выявлено. 

Ответчик ФИО2 иск не признала, при этом суду пояснила следующее. Действительно, ДД.ММ.ГГГГ она была назначена на должность заведующей магазином № «Калинка» Лузской ССБ, а продавцом в магазине стала работать ФИО3. С ней был заключен трудовой договор, ознакомлена под роспись с должностной инструкцией заведующей магазином, с ними с обеими был заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности, ведение отчетности перед бухгалтерией осуществляла она. ДД.ММ.ГГГГ в магазине ревизорами ФИО9 и ФИО7 в магазине была проведена в их присутствии инвентаризация. При ведении инвентаризации составлялись две инвентаризационные описи, один экземпляр оставался у них. При инвентаризации была выявлена недостача в размере 

<

данные изъяты>, кроме того, в инвентаризационную опись были включены по просьбе её и ФИО3 как товары на 58 тысяч рублей долги населения и ФИО3 в магазин, то есть общая недостача составила почти 

<

данные изъяты>. С руководством была достигнута договоренность, что они продолжат работу и будут ежемесячно гасить возникшую недостачу. Не отрицает, что она знала, что ФИО3 берет из магазина товары в долг. После проведения инвентаризации у них ежемесячно высчитывали часть заработной платы в счет погашения задолженности. Действительно, летом от бухгалтера ФИО9 слышала, что у них в магазине очень большой остаток товара, что это ненормально, однако каких-либо мер к проверке материальных ценностей она не приняла, по какой причине, пояснить не смогла. В июле 2015 года была назначена и проведена очередная инвентаризация. Инвентаризацию проводили члены комиссии ФИО8 и ФИО9, они с ФИО5 присутствовали при её проведении, акт инвентаризации также составлялся в двух экземплярах. С результатами инвентаризации она согласилась, хотя не могла объяснить её происхождение. Соглашение о добровольном погашении недостачи она действительно подписывала, однако исполнила его частично, заплатила только одну тысячу рублей. Товарные отчеты она составляла в основном раз в 10 дней, в данных отчетах собственноручно указывала по документам приход и расход товара за отчетный период. Отчет составляла в двух экземплярах, один из которых, не подписывая, сдавала бухгалтеру ФИО9, которая проверяла его, обнаруженные расхождения с документами исправляла. С вносимыми ФИО9 исправлениями она была не согласна, однако на проведении каких-либо дополнительных проверок не настаивала, руководителя ФИО1 об этом в известность не ставила. Полагает, что её вины в недостачах товарно-материальных ценностей нет, поэтому иск она не признает. Товары из магазина или деньги из кассы ей брать не было необходимости, так как она получала алименты на ребенка в некоторые месяца до 

<

данные изъяты>. При ответах на дополнительные вопросы пояснила, что алименты она получает от бывшего мужа не более 

<

данные изъяты>

Ответчик ФИО3 иск признала частично, при этом суду дала показания, аналогичные показаниям ответчика ФИО2, при этом дополнительно пояснила, что недостача товара на 

<

данные изъяты> по ревизии от октября 2014 года произошла по её вине, так как она проживает одна с ребенком, зарплаты на проживание не хватало, кроме того, их с ФИО5 оштрафовали на 

<

данные изъяты>, который пришлось платить. Полагает, что истец в отношении её пропустила срок исковой давности, так как хотя она и подписывала соглашение с ФИО6 о добровольном ежемесячном погашении задолженности со сроком по 2020 год, с заявлением о расторжении его в ССБ не обращалась, но соглашение не исполняла. Также пояснила, что акты инвентаризации от 2013, 2014 и 2015 года она подписывала, на каждой странице этих актов стоит её подпись. По недостаче от июля 2015 года пояснить ни чего не может, у населения перед магазином долги хотя и были, но небольшие. На личные нужды деньги из кассы, а также товары не брала, так как содержать семью ей помогала её мать. 

Свидетель ФИО7 суду пояснила, что ранее она работала в отделе кадров Лузской ССБ. Действительно в октябре 2014 года по распоряжению директора ФИО6 совместно с бухгалтером ФИО9 они проводили инвентаризацию в магазине № «Калинка» в присутствии заведующей ФИО2 и продавца ФИО3. Помнит, что ведомости инвентаризации заполнялись в двух экземплярах, то есть один экземпляр для работников магазина. Часть ведомостей заполняла она, часть ФИО10, все ли ведомости она подписывала, не помнит. Перед началом инвентаризации в магазине были обнаружены записи с долгами покупателей и по просьбе продавцов эти долги были записаны в ведомость товаром. Помнит, что в магазине была выявлена недостача, сумму не помнит, что по недостаче говорили заведующая и продавец, не помнит.

Свидетель ФИО9 суду пояснила, что ФИО2 и ФИО3 в магазине «Калинка» ССБ начали работать с октября 2013 года. Тогда с должности заведующей магазином уволилась ФИО11 и на её место была назначена ФИО2, а продавцом ФИО3. Недостача при проведении в связи с этим инвентаризации была около двух тысяч рублей, так как за месяц до этого в этом магазине была проведена инвентаризация, которая выявила недостачу в размере 121 тысячи рублей, тогда заведующей работала ФИО11, а продавцами ФИО2 и ФИО12. Они недостачу разделили на троих и возместили. В октябре 2014 года она вместе с ФИО7 согласно приказу директора ФИО6 проводили инвентаризацию в магазине № «Калинка». При проведении инвентаризации участвовали обе работницы магазина, то есть заведующая и продавец. В магазине перед началом инвентаризации были найдены черновые записи должников магазина. По просьбе заведующей ФИО2 и продавца ФИО3 она данную недостачу указывать не стала, а в ведомости сделала запись о товаре на сумму 

<

данные изъяты>, то есть указала ту сумму, на которую были долги по записям. Кроме того, при проведении инвентаризации была выявлена недостача на сумму 

<

данные изъяты>, то есть всего недостача была по магазину на 

<

данные изъяты>. Работницы магазина обещали возместить скрытую ей недостачу, но сделали ли они это, она не знает. Летом 2015 года она стала замечать в предоставляемых ФИО2 товарных отчетах то, что товарные запасы по магазину увеличиваются, а выручка падает, то есть было видно, что из магазина продавцы берут или товар, или деньги. Попросила вначале ФИО13 проверить самостоятельно наличие товара в магазине, однако последняя на её просьбу не отреагировала. После этого об этом она доложила директору ФИО1. Была приказом создана комиссия, в которую была включена и она, при проведении инвентаризации была выявлена недостача в размере более 

<

данные изъяты>. Как ФИО2, так и ФИО3 ничего конкретного по недостаче не поясняли, черновых записей у них не нашли. В дальнейшем от ФИО1 она узнала, что ФИО2 и ФИО3 с недостачей согласились, и готовы её погашать частями. По указанию директора она подготовила тексты соглашений, которые ФИО3 и ФИО2 подписали при ней. Никакого давления на них она при этом не оказывала. Также пояснила, что при проведении обеих инвентаризаций присутствовали обе работницы магазина и члены комиссии, акты инвентаризаций составлялись в двух экземплярах, все экземпляры подписывались как членами комиссии, так и работницами магазина. Товарные отчеты действительно составлялись ФИО5, в них указывалось её рукой как все поступление товара за отчетный период, так и его реализация. Один экземпляр отчета ФИО2 забирала себе, второй не подписывая, оставляла ей. Отчеты она сверяла с накладными, при обнаружении вносила своей рукой исправления, исправления были на незначительные суммы, об этом заведующая знала. По её мнению, в образовавшейся недостаче виноваты сами работницы магазина, так как недобросовестно относились к своим служебным обязанностям. В товарных отчетах ФИО2 часто указывала не все накладные на поступивший товар, а при сверках с поставщиками это выявлялась, ФИО2 об этом доводилось до сведения, однако на сверки она никогда не приходила. ФИО2 часто отсутствовала на работе, ФИО3 работала одна, то есть контроля друг за другом они не осуществляли, то есть любой из них мог брать товар, деньги из кассы магазина. 

Суд, заслушав стороны, показания свидетелей, изучив материалы дела, приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 238 Трудового Кодекса РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный вред. 

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояние указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества, либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (ч.2 ст. 238 ТК РФ).

В соответствии с ч.2 ст. 242 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных ТК РФ и иными федеральными законами. 

В силу ч.1 п.2 ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном объеме причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора, или полученных по разовому документу.

Согласно ст. 245 ТК РФ при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, продажей (отпуском) переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника, за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере, может вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность. Письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба заключается между работодателем и всеми членами коллектива (бригады). По договору о коллективной материальной ответственности ценности вверяются заранее установленной группе лиц, на которую возлагается полная материальная ответственность за их недостачу. Для освобождения от материальной ответственности член коллектива должен доказать отсутствие своей вины.

Судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ в магазин № «Калинка» ОАО «Лузская ССБ» была принята продавцом ФИО3, с этого же числа продавец этого магазина ФИО2 переведена на должность заведующей этого магазина, трудовые договора на неопределенный срок с ними заключены ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 9-10, 13-14). ДД.ММ.ГГГГ с ними были заключены дополнительные соглашения (л.д. 11,15). 

В соответствии со ст. 244 Трудового кодекса РФ и Перечнем должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утвержденным Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 31 декабря 2002 года № 85, 30 октября 2013 года с членами коллектива магазина №13 «Калинка» был заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности (л.д. 16), что не оспаривается ответчиками. 

Поскольку ответчики выполняли работу с обслуживанием денежных и товарно-материальных ценностей, с ними был заключен договор о коллективной, полной материальной ответственности законно, а потому на них может быть возложена обязанность возмещения причиненного Работодателю прямого действительного ущерба в полном размере.

По условиям договора о полной индивидуальной материальной ответственности, подписанного директором ОАО «Лузская ССБ» ФИО6 и работниками ФИО2 и ФИО3, члены коллектива ФИО2 и ФИО3 приняли на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного им работодателем имущества.

Согласно пункту 7 данного договора коллектив (бригада) обязан бережно относиться к вверенному коллективу (бригаде) имуществу и принимать меры по предотвращению ущерба ; в установленном порядке вести учет, составлять и своевременно представлять отчеты о движении и остатках вверенного коллективу (бригаде) имущества ; своевременно ставить в известность работодателя о всех обстоятельствах, угрожающих сохранности вверенного коллективу (бригаде) имущества.

В соответствии с пунктом 12 договора основанием для привлечения членов коллектива (бригады) к материальной ответственности является прямой действительный ущерб, непосредственно причиненный коллективом (бригадой) работодателю.

Установлено и ответчиками не опровергается, что помещение магазина № «Калинка» ОАО «Лузская ССБ» использовалось только членами одной бригады, состоящей из продавца ФИО3, заведующей ФИО2, указанные лица имели одинаковый доступ к материальным ценностям, находящимся в магазине, одинаково участвовали от имени ОАО «Лузская ССБ» в операциях по распоряжению товаром.

Таким образом, ФИО3 и ФИО2, работая посменно, вместе с тем участвовали в едином процессе реализации товаров истца и совместно, обоюдно выполняли трудовую функцию продавца. 

На основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ в магазине № «Калинка» проведена инвентаризация денежных средств, товара и тары (л.д. 19-32) в присутствии материально ответственных лиц ФИО2 и ФИО3. 

Из инвентаризационной описи от ДД.ММ.ГГГГ о снятии остатков тары, товаров, денежной наличности (л.д. 20-32) следует, что при инвентаризации выявлена недостача товара и денег на 102194 рубля 34 копейки. 

На основании акта служебного расследования от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.33) было установлено, что материально-ответственные лица, которые несли ответственность в межинвентаризационный период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ за сохранность вверенных ценностей ответчикам, виновны в образовавшейся и выявленной по итогам проведенной ревизии недостаче в сумме 102194 рублей 34 копеек и обязаны ее погасить. 

На основании приказа без номера от ДД.ММ.ГГГГ в магазине «Калинка» № в 

<

адрес> вновь проведена инвентаризация денежных средств, товара и тары (л.д. 64) также в присутствии материально ответственных лиц ФИО2 и ФИО3. 

Из инвентаризационной описи от ДД.ММ.ГГГГ о снятии остатков тары, товаров, денежной наличности (л.д. 65-77) следует, что при инвентаризации выявлена недостача товара и денег на 360892 рубля 87 копеек.

На основании акта служебного расследования от ДД.ММ.ГГГГ было установлено, что материально-ответственные лица, которые несли ответственность в межинвентаризационный период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ за сохранность вверенных ценностей ответчикам, виновны в образовавшейся и выявленной по итогам проведенной ревизии недостаче в сумме 360892 рубля 87 копеек и обязаны ее погасить.

Инвентаризационной описью товарно-материальных ценностей, находящихся в магазине от ДД.ММ.ГГГГ устанавливается, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на товарно-материальные ценности сданы в бухгалтерию, товарно-материальные ценности, поступившие в ответственность продавцов, оприходованы, а выбывшие - списаны в расход. Имеются подписи всех членов коллектива магазина о том, что они не имеют претензий к инвентаризационной описи.

Ответчицы участвовали в проведении обеих инвентаризаций. Факты недостачи товарно-материальных ценностей и наличия дефектного товара не оспаривали.

Применительно к настоящему спору, исходя из приведенных выше норм Трудового кодекса РФ, ст.56 Гражданского процессуального кодекса РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ в постановлении от 16 ноября 2006 года №52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» (п. 4), к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

Недоказанность одного из указанных обстоятельств исключает материальную ответственность работника.

При доказанности работодателем указанных выше обстоятельств работник должен доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

Истцом в подтверждение недостачи были представлены письменные доказательства причинения ущерба действиями ответчиц, а именно инвентаризационные описи, товарные отчеты, товарные накладные, подтверждающие недостачу товарно-материальных ценностей в магазине, поэтому для освобождения от обязанности по возмещению ущерба ответчики обязаны были доказать отсутствие своей вины в возникновении недостачи и причинении ущерба работодателю. Обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника, определенных статьей 239 Трудового кодекса РФ, не установлено. Факт получения работником материальных ценностей подтверждается товарными отчетами, товарными накладными за оспариваемые периоды.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что работодателем доказаны: факт недостачи, т.е. причинение прямого действительного ущерба; размер ущерба; противоправность поведения ответчиков, выразившаяся в ненадлежащем исполнении ими трудовых обязанностей по обеспечению сохранности товара, вверенного им для хранения и распоряжения, и обязанностей бережно относиться к имуществу работодателя (ст. 22 ТК РФ); причинная связь между ненадлежащим исполнением трудовых обязанностей и причинением ущерба.

Каких-либо допустимых и достоверных доказательств, опровергающих размер ущерба, а также подтверждающих отсутствие вины в возникновении недостачи материальных ценностей (в причинении работодателю ущерба) ответчиками не представлено.

ДД.ММ.ГГГГ с ОАО «Лузская ССБ» в лице генерального директора ФИО6 ими были заключены соглашения о добровольном погашении материального ущерба, причиненного работодателю с условием о рассрочке платежа (л.д. 133-134), в соглашениях они признали себя виновными в причинении материального ущерба работодателю и приняли на себя обязательства добровольно возместить причиненный материальный ущерб в следующие сроки : ФИО2 при ежемесячном платеже по 

<

данные изъяты> по ДД.ММ.ГГГГ, а ФИО3 при ежемесячном платеже 

<

данные изъяты> по ДД.ММ.ГГГГ. Заключенные соглашения сторонами до настоящего времени не оспорены, не расторгнуты, не действительными не признаны, частично ответчиками исполнены. 

Как установлено в судебном заседании, ответчицы в целом не оспаривают, что недостача возникла по их вине, так как заведующая магазином зная о том, что продавец ФИО3 берет товары, а также деньги из кассы, не приняла мер по предотвращению ущерба и не поставила работодателя в известность об обстоятельствах, угрожающих сохранности вверенного коллективу имущества.

В ходе рассмотрения дела ответчицами также не представлено доказательств отсутствия недостачи и наличия дефектного (просроченного) товара и (или) отсутствия своей вины в причинении работодателю ущерба.

В соответствии с ч.4 ст. 245 ТК РФ при взыскании ущерба в судебном порядке степень вины каждого члена коллектива (бригады) определяется судом.

В пункте 5 ч.1 ст. 243 ТК РФ перечислены случаи, когда на работника может быть возложена полная материальная ответственность, в частности: причинение ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда.

Согласно абзаца 2 пункта 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» наличие обвинительного приговора суда является обязательным условием для возможного привлечения работника к полной материальной ответственности по пункту 5 ч.1 ст. 243 ТК РФ, прекращение уголовного дела на стадии предварительного расследования или в суде, в том числе и по нереабилитирующим основаниям, либо вынесение судом оправдательного приговора не может служить основанием для привлечения лица к полной материальной ответственности.

В судебном заседании установлено, что истец по поводу возникшей в магазине недостачи товарно-материальных ценностей в правоохранительные органы не обращалась, поэтому при разрешении заявленных исковых требований подлежит применению пункт 1 ч.1 ст. 243 Трудового кодекса РФ

Согласно справке о заработной плате членов коллектива магазина № «Калинка» заработная плата за межинвентаризационный период ФИО2 составила 8426 рублей 48 копеек, заработная плата ФИО3 – 

<

данные изъяты>, всего 

<

данные изъяты>

Таким образом, подлежащий взысканию с ФИО2 размер ущерба составляет 

<

данные изъяты>, с ФИО3 – 

<

данные изъяты>. 

В судебном заседании установлено, что при проведении проверки по инвентаризации от ДД.ММ.ГГГГ было установлено, что ФИО3 взяла из магазина продуктов питания на личные цели, а также отпустила товара в долг населению на общую сумму 

<

данные изъяты> рублей, поэтому после проведения инвентаризации по согласованию с ФИО3 и ФИО2 было принято решение, что ФИО3 примет меры к возмещению причиненного вреда в размере 

<

данные изъяты>., а ФИО2 в размере 

<

данные изъяты>. Как следует из материалов дела, ФИО3 за период с ноября 2014 года по июль 2015 года уплачено 

<

данные изъяты>), а ФИО2 за этот же период уплачено 

<

данные изъяты> (остаток долга). Кроме того, ответчиками принимались меры к возмещению причиненного ими ущерба по соглашению от ДД.ММ.ГГГГ, при этом ФИО3 уплачено 

<

данные изъяты> (л.д. 160), а ФИО2 

<

данные изъяты> (л.д. 154,159).

Исходя из вышеизложенного, подлежит взысканию с ответчика ФИО2 - 196870

<

данные изъяты>, с ФИО3 – 

<

данные изъяты>.

Согласно ст. 250 Трудового кодекса РФ орган по рассмотрению трудовых споров может с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств снизить размер ущерба, подлежащий взысканию с работника.

В соответствии с п.3 ст. 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Согласно пункту 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года №52 (ред. от 28 сентября 2010 года) «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что работник обязан возместить причиненный ущерб, суд в соответствии с частью 1 ст. 250 ТК РФ может с учетом степени и формы вины, материального положения работника, а также других конкретных обстоятельств снизить размер сумм, подлежащих взысканию, но не вправе полностью освободить работника от такой обязанности.

Снижение размера ущерба допустимо в случаях как полной, так и ограниченной материальной ответственности. Такое снижение возможно также и при коллективной (бригадной) ответственности, но только после определения сумм, подлежащих взысканию с каждого члена коллектива (бригады), поскольку степень вины, конкретные обстоятельства для каждого из членов коллектива (бригады) могут быть неодинаковыми (например, активное или безразличное отношение работника к предотвращению ущерба либо уменьшению его размера).

При этом необходимо учитывать, что уменьшение размера взыскания с одного или нескольких членов коллектива (бригады) не может служить основанием для соответствующего увеличения размера взыскания с других членов коллектива (бригады).

Оценивая материальное положение работников, следует принимать во внимание их имущественное положение (размер заработка, иных основных и дополнительных доходов), его семейное положение (количество членов семьи, наличие иждивенцев, удержания по исполнительным документам) и т.п.

Из представленных материалов следует, что ФИО3 в настоящее время нигде не работает, на учете в центре занятости населения не состоит, имеет на иждивении малолетнюю дочь, других источников дохода семья не имеет. ФИО2 с января 2017 года работает в ООО «Меркурий» продавцом, среднемесячный заработок за четыре месяца составил 

<

данные изъяты>, каких-либо доходов не имеет, имеет на иждивении малолетнюю дочь. 

Разрешая иск на основании доказательств, представленных сторонами, суд учитывает : у ФИО3 - трудное материальное положение семьи, наличие на её иждивении малолетней дочери, отсутствие каких-либо источников дохода и снижает размер ущерба, подлежащего взысканию с работника ФИО3, до 

<

данные изъяты>, у работника ФИО2 - трудное материальное положение семьи, низкий уровень дохода семьи, нахождение на иждивении малолетней дочери, и снижает размер ущерба, подлежащего взысканию до 

<

данные изъяты>.

По настоящему делу по ходатайству ответчиков назначалась судебная почерковедческая экспертиза, согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 206-210) подписи от имени ФИО2 на каждом листе инвентаризационной описи от ДД.ММ.ГГГГ выполнены вероятно ФИО2, а в подписках № и № инвентаризационной описи от ДД.ММ.ГГГГ выполнены не ФИО2, а другим лицом с подражанием подлинной подписи ФИО2, либо её обобщенному образу. 

В судебном заседании ответчики не отрицают наличие товарной массы в магазине на момент проведения инвентаризации ДД.ММ.ГГГГ, не оспаривают наличие товара включенного в инвентаризационную опись, инвентаризация была произведена в присутствии обеих материально-ответственных лиц, копия акта ими была получена, как ФИО2, так и ФИО3 не оспаривают факта подписывания ими каждого листа инвентаризационной описи от ДД.ММ.ГГГГ, кроме того, остатки материальных ценностей в магазине на момент инвентаризации, отраженные в подписке №, подтверждаются иными доказательствами, в том числе товарными отчетами за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, которые, как установлено в судебном заседании, были составлены собственноручно заведующей магазином ФИО2. В товарном отчете за 21-ДД.ММ.ГГГГ также составленном собственноручно ФИО2 указан приход товарно-материальных ценностей, их расход, их остаток в этом отчете совпадает с суммой, указанной в инвентаризационной описи от ДД.ММ.ГГГГ.

Ответчики результаты обеих инвентаризаций от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ не оспаривали, с ними соглашались, заключив соглашения о добровольном погашении причиненного материального ущерба, оспаривать результаты инвентаризаций стали только в судебном заседании.

Доводы ответчика ФИО2 о том, что в товарные отчеты, составленные ей, бухгалтером ФИО9 вносились несуществующие товарные накладные, что в дальнейшем повлекло увеличение размера недостачи, суд находит несостоятельными, так как они опровергаются представленными истцом товарными накладными на поступивший в межинвентаризационный период в магазин № «Калинка» товар, а также накладными на отпуск товара из этого магазина (т.2 л.д. 88-147). 

В силу ч.1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны, все понесенные по делу судебные расходы, пропорционально удовлетворенных судом исковых требований. 

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л :

Исковые требования открытого акционерного общества «Лузская снабженческо-сбытовая база» удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ОАО «Лузская ССБ» в возмещение ущерба - 

<

данные изъяты>, в возмещение расходов по уплаченной государственной пошлине - 

<

данные изъяты>.

Взыскать с ФИО3 в пользу ОАО «Лузская ССБ» в возмещение ущерба - 

<

данные изъяты>, в возмещение расходов по уплаченной государственной пошлине - 

<

данные изъяты>

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Кировского областного суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме. В окончательной форме решение принято ДД.ММ.ГГГГ.

Судья ________________ Першин П.И.