Дело № 2 – 552 / 2019 Принято в окончательной форме 05.02.2019 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 января 2019 г. г. Ярославль

Фрунзенский районный суд г. Ярославля в составе судьи Тарасовой Е.В., при секретаре Комаровой В.А., с участием

истца ФИО1, представителя истца ФИО2 по ордеру (л.д. 57),

представителя ответчика ФИО3 по доверенности (л.д. 56),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к муниципальному учреждению центр физической культуры и спорта «Молния» о признании увольнения незаконным, изменении формулировки основания и даты увольнения, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

В соответствии с уточненным исковым заявлением (л.д. 61-62) ФИО1 обратилась в суд с иском к МУ ЦФКИС «Молния» о признании незаконным увольнения с должности рабочей КО и РЗ, изменении формулировки основания и даты увольнения на увольнение по собственному желанию в день принятия решения суда, взыскании денежных средств за период вынужденного прогула с 01.11.2018 по день принятия решения суда, компенсации морального вреда в размере 50000 руб. В обоснование требований указано, что 03.10.2002 истец была принята на работу 

<

данные изъяты> в МОУ ДО ДЮЦ «Чайка» по бессрочному трудовому договору, 04.08.2009 истец переведена заведующей складом. Наименование работодателя неоднократно менялось, кроме того, 29.04.2016 учреждение было реорганизовано путем присоединения к МУ ДО ЦФКиС «Молния» г. Ярославля, куда истец была переведена на постоянную работу на должность заведующего хозяйством. 17.01.2017 занимаемая истцом должность была сокращена и истец была переведена на должность 

<

данные изъяты> по срочному трудовому договору до 16.01.2018. Тем самым были необоснованно существенно нарушены права ФИО1, поскольку при переводе ей должны были сохранить бессрочный характер трудового договора. 28.09.2017 учреждение переименовано в МУ ЦФКиС «Молния». Дополнительным соглашением к срочному трудовому договору от 17.01.2017 срок действия трудового договора был изменен до 31.10.2018. Фактически данное дополнительное соглашение было заключено с истцом не 17.01.2018, а после 23.01.2018, то есть по истечении срока первоначального срочного трудового договора, поскольку в период с 09.01.2018 по 22.01.2018 истец находилась на стационарном лечении. Таким образом, с учетом того, что письменное уведомление о расторжении срочного трудового договора за три дня до наступления 16.01.2018 истцу не направлялось, с 17.01.2018 с истцом был автоматически заключен основной трудовой договор на неопределенный срок. 31.10.2018 трудовой договор с ФИО1 был прекращен по истечении срока его действия на основании п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ). Свое увольнение истец считает незаконным по вышеизложенным обстоятельствам, а также потому, что согласно ст. 59 ТК РФ срочный трудовой договор заключается только в перечисленных в ней случаях, которые не могли быть применены ответчиком к истцу 17.01.2017 при переводе по срочному трудовому договору. Должность 

<

данные изъяты> всегда являлась штатной, без какого-либо ограничения срока работы по ней. Незаконными действиями ответчика истцу причинен моральный вред.

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 в судебном заседании иск поддержали. Истец дополнительно пояснила, что при подписании дополнительного соглашения от 17.01.2017 не обратила внимания, что в нем указано на срочный характер трудового договора, поняла про установление срока только в январе 2018 г., когда ей предложили подписать дополнительное соглашение о продлении срока работы. 

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании иск не признал, поддержал позицию, изложенную в отзыве на иск (л.д. 55). Пояснил, что условие о сроке действия трудового договора было установлено на основе добровольного согласия работника и работодателя в связи с тем, что ФИО1 на тот момент являлась пенсионеркой по возрасту. Для оспаривания данного дополнительного соглашения истцом пропущен срок давности. Увольнение произведено в соответствии с законом, процедура не нарушена. Компенсация морального вреда заявлена истцом в завышенном размере. 

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные доказательства, суд приходит к выводу, что иск подлежит удовлетворению, исходя из следующего.

Из записей в трудовой книжке истца, трудового договора, дополнительных соглашений к нему, приказов (л.д. 10-14, 29-48) судом установлено, что 03 октября 2002 г. ФИО1, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, была принята на работу 

<

данные изъяты> в МОУ ДО ДЮЦ «Чайка» по трудовому договору № 35 от 03.10.2002, при этом условие о сроке действия данный трудовой договор не содержал, то есть с учетом положений ч. 3 ст. 58 ТК РФ был заключен на неопределенный срок. На момент трудоустройства ФИО1 пенсионером по старости не являлась, согласно отметке в трудовой книжке пенсия назначена ей 09.10.2003. 

В последующем наименование работодателя неоднократно менялось, кроме того, 28.04.2016 учреждение было реорганизовано путем присоединения к МУ ДО ЦФКиС «Молния» г. Ярославля.

С 01.05.2016 ФИО1 была переведена на должность 

<

данные изъяты> МУ ДО ЦФКиС «Молния» г. Ярославля.

16.01.2017 работодатель письменно уведомил ФИО1 о том, что занимаемая ею должность сокращается 16.01.2017, и предложил выбрать другую работу из вакансий по следующим должностям: дворник, рабочий по КО (л.д. 37). В заявлении от 17.01.2017 истец попросила перевести ее на должность 

<

данные изъяты> с 17 января 2017 г. (л.д. 38).

17.01.2017 стороны подписали дополнительное соглашение к трудовому договору, изложив его в новой редакции, с наименованием «срочный трудовой договор» и с условием о сроке действия трудового договора с 17.01.2017 по 16.01.2018, должность истца указана 

<

данные изъяты> Дополнительным соглашением от 17.01.2018 МУ ЦФКиС «Молния» и ФИО1 определили срок трудового договора с 17.01.2017 по 31.10.2018, без изменения трудовой функции работника.

25.10.2018 работодатель уведомил ФИО1 о прекращении 31 октября 2018 г. трудового договора № 35 от 03.10.2002 в связи с истечением срока его действия. Приказом ответчика от 31.10.2018 № 115 К истец была уволена 31 октября 2018 г. в связи с истечением срока трудового договора, по п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

Довод ответчика о пропуске истцом срока обращения в суд для оспаривания законности заключения срочного трудового договора суд отклоняет, поскольку действительность условия трудового договора о сроке действия входит в предмет судебного исследования по настоящему делу, и срок обращения в суд по спору об увольнении, предусмотренный ч. 1 ст. 392 ТК РФ (один месяц со дня вручения работнику копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки), истцом не пропущен: исковое заявление поступило в суд 27.11.2018. Тот факт, что ранее ФИО1 не обращалась в суд с требованием об оспаривании условия о сроке действия трудового договора, не свидетельствует о том, что в рамках настоящего дела законность включения данного условия в трудовой договор не подлежит проверке судом.

При оценке законности увольнения истца суд принимает во внимание следующее.

ТК РФ, закрепляя требования к содержанию трудового договора, права сторон по определению его условий, предусматривает, что трудовой договор может заключаться на неопределенный срок и на определенный срок - не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен ТК РФ и иными федеральными законами (ч. 1 ст. 58 ТК РФ).

Предусмотрев возможность заключения срочных трудовых договоров, законодатель вместе с тем ограничивает их применение: по общему правилу, такие договоры могут заключаться только в случаях, когда трудовые отношения с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения не могут быть установлены на неопределенный срок, а также в некоторых иных случаях, предусмотренных ТК РФ или иными федеральными законами; трудовой договор, заключенный на определенный срок при отсутствии достаточных к тому оснований, установленных судом, считается заключенным на неопределенный срок (ч.ч. 2, 5 ст. 58 ТК РФ).

Помимо общих правил заключения срочного трудового договора и критериев установления трудовых отношений на определенный срок, ТК РФ предусматривает в ст. 59 (в редакции Федерального закона от 30.06.2006 № 90-ФЗ) и перечень конкретных случаев, когда допускается заключение такого договора в силу характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а также без учета указанных обстоятельств. 

В соответствии с абз. 3 ч. 2 данной статьи по соглашению сторон срочный трудовой договор может заключаться с поступающими на работу пенсионерами по возрасту. При этом заключение с пенсионерами по возрасту срочного трудового договора может иметь место и без учета характера предстоящей работы или условий ее выполнения. 

Установление трудовых отношений на определенный срок без учета характера работы и условий ее выполнения допускается только с теми пенсионерами, кто поступает на работу. Закон не наделяет работодателя правом переоформить трудовой договор, заключенный с работником на неопределенный срок, на срочный трудовой договор (равно как и расторгнуть трудовой договор) в связи с достижением этим работником пенсионного возраста и назначением ему пенсии.

При установлении в ходе судебного разбирательства факта многократности заключения срочных трудовых договоров на непродолжительный срок для выполнения одной и той же трудовой функции суд вправе с учетом обстоятельств конкретного дела признать трудовой договор заключенным на неопределенный срок (п.п. 13, 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»). Рассматривающий такой трудовой спор суд общей юрисдикции должен проверить также соблюдение работодателем установленного ч. 6 ст. 58 ТК РФ запрета на заключение срочных трудовых договоров в целях уклонения от предоставления прав и гарантий, предусмотренных для работников, с которыми заключается трудовой договор на неопределенный срок.

Указанная правовая позиция выражена Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 15.05.2007 № 378-О-П «Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Амурского городского суда Хабаровского края о проверке конституционности положения статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации».

Таким образом, по смыслу действующего законодательства, срок действия трудового договора может устанавливаться сторонами один раз при его заключении, возможности установления такого срока (равно как и возможности его продления) в последующем, в период работы, закон не предусматривает. Многократное продление трудового договора на непродолжительный срок, по своей сути, ничем не отличается от многократного заключения отдельных срочных трудовых договоров, которое является недопустимым. Согласно ч. 4 ст. 58 ТК РФ в случае, когда ни одна из сторон не потребовала расторжения срочного трудового договора в связи с истечением срока его действия и работник продолжает работу после истечения срока действия трудового договора, условие о срочном характере трудового договора утрачивает силу и трудовой договор считается заключенным на неопределенный срок.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу, что условие о сроке трудового договора не могло быть установлено ФИО1 дополнительным соглашением от 17.01.2017, то есть спустя более 14 лет с момента трудоустройства к ответчику, и данный срок не мог продлеваться после его истечения. В части условия о сроке действия трудового договора подписанные сторонами дополнительные соглашения от 17.01.2017 и от 17.01.2018 ограничивают права и снижают уровень гарантий работника по сравнению с установленными трудовым законодательством, а потому в силу ч. 2 ст. 9 ТК РФ не подлежат применению.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что по состоянию на 31.10.2018 трудовой договор сторон не носил срочного характера, а следовательно оснований для увольнения истца по п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ у работодателя не имелось.

На основании ст. 394 ТК РФ что увольнение ФИО1 следует признать незаконным, а ее требование об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию, а даты увольнения – на дату принятия решения (29 января 2019 г.) – подлежащим удовлетворению.

Кроме того, в пользу истца следует взыскать средний заработок за все время вынужденного прогула с 01.11.2018 по 29.01.2019.

Согласно справке-расчету ответчика сумма среднего заработка истца составляет 755,49 руб. за рабочий день (л.д. 79-80), с чем ФИО1 согласилась. Таким образом, сумма среднего заработка за период вынужденного прогула (57 рабочих дней по графику установленной истцу пятидневной рабочей недели) составит 755,49 х 57 = 43062,93 руб.

В соответствии с п. 4 ст. 3 и п. 9 ст. 394 ТК РФ суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда. 

Поскольку факт нарушения работодателем трудовых прав истца нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда, выразившегося, как следует из ее объяснений, в переживаниях по поводу незаконного лишения ее возможности трудиться. При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает конкретные обстоятельства дела, объем и характер причиненных работнику нравственных страданий, степень вины работодателя, а также требования разумности и справедливости. Исходя из названных критериев, суд определяет компенсацию морального вреда в размере 8000 рублей. 

В соответствии со ст. 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ) стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, при этом расходы на оплату услуг представителя присуждаются в разумных пределах. Расходы на оплату услуг представителя понесены истцом в сумме 18000 руб., в подтверждение чего суду представлены квитанции Адвокатской фирмы «Защита» (л.д. 63, 64). С учетом небольшого количества и небольшой продолжительности судебных заседаний, степени сложности дела, объема собранных по делу доказательств, суд полагает разумной к взысканию сумму в размере 13000 руб.

На основании п. 1 ст. 103 ГПК РФ в связи с освобождением истца от уплаты государственной пошлины при подаче искового заявления, с ответчика подлежит взысканию в бюджет государственная пошлина, рассчитанная пропорционально удовлетворенной части исковых требований, в сумме 2092 руб., в том числе по имущественным требованиям 1492 руб. исходя из расчета (43062,93 – 20000) х 3 % + 800), по требованиям неимущественного характера 300 х 2 = 600 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично:

Признать незаконным приказ муниципального учреждения центр физической культуры и спорта «Молния» от 31.10.2018 № 115 К об увольнении ФИО1.

Обязать муниципальное учреждение центр физической культуры и спорта «Молния» изменить ФИО1 формулировку основания увольнения на увольнение в связи с расторжением трудового договора по инициативе работника (пункт 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации), дату увольнения – на 29 января 2019 г.

Взыскать с муниципального учреждения центр физической культуры и спорта «Молния» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула в сумме 43062,93 рублей, компенсацию морального вреда в размере 8000 рублей, судебные расходы в сумме 13000 рублей. 

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с муниципального учреждения центр физической культуры и спорта «Молния» в бюджет государственную пошлину в сумме 2092 рубля.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Фрунзенский районный суд г. Ярославля в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Судья Е.В. Тарасова