Дело №2-88/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с.Быстрый Исток 26 мая 2020 года

Быстроистокский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего Вдовенко А.В.

при секретаре Рябининой Е.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в г.Барнауле Алтайского края к ФИО1 о взыскании излишне выплаченной суммы пенсии по государственному пенсионному обеспечению и федеральной социальной доплаты к пенсии, 

УСТАНОВИЛ:

Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г.Барнауле Алтайского края (далее – УПФР) обратилось в суд с вышеуказанным иском, ссылаясь на то, что решением Рубцовского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 был признан безвестно отсутствующим. В этой связи сыну последнего – несовершеннолетнему А.С., ДД.ММ.ГГГГ г.р., по заявлению его законного представителя – матери О.В. – с ДД.ММ.ГГГГ была назначена социальная пенсия по случаю потери кормильца, а также с указанной даты установлена федеральная социальная доплата к пенсии. 

Решением Рубцовского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГГГ решение этого же суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ о признании ФИО1 безвестно отсутствующим отменено. И по причине того, что в действиях ФИО1 усматриваются противоправные действия в виде умышленного уклонения от воспитания и содержания ребёнка – своего сына А.С., что повлекло за собой обязанность УПФР назначить последнему социальную пенсию по случаю потери кормильца и установить федеральную социальную доплату к пенсии, послужило обстоятельством произведённой переплаты социальной пенсии за периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 447 201,43 руб., а также переплаты федеральной социальной доплаты к пенсии за периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 159 302,81 руб., а всего в сумме 606 504,24 руб. 

На основании изложенного, истец просит взыскать с ответчика в свою пользу по рассматриваемому гражданскому делу образовавшуюся переплату социальной пенсии по случаю потери кормильца, а также переплату федеральной социальной доплаты к пенсии за вышеобозначенные периоды, всего в сумме 606 504,24 руб.

Определением суда для участия по данному делу в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, были привлечены О.В. и А.С.

Истец, будучи надлежаще извещённым, в судебное заседание своего представителя не направил, просил рассмотреть дело в его отсутствие. На направленное судом в адрес УПФР информационное письмо о рассмотрении истцом возможности уточнения исковых требований относительно привлечения по указанному гражданско-правовому спору в качестве ответчиков (соответчиков) О.В. и А.С., а также о предоставлении суду в соответствии со ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дополнительных доказательств в подтверждение изложенных в исковом заявлении доводов, представил отзыв, в котором указал, что УПФР настаивает на первоначально заявленных исковых требований именно к ФИО1 в связи с тем, что данный гражданин умышленно уклонился от исполнения своей обязанности по уплате алиментов на содержание несовершеннолетнего ребёнка А.С. 

Ответчик ФИО1 в судебном заседании на дату 12.05.2020 посредством использования видеоконференц-связи пояснил, что предъявленные к нему исковые требования он не признаёт в полном объёме, в их удовлетворении просит отказать. В качестве оснований таковой занятой своей позиции указал на то, что с 2007 года по 2011 год он, проживая на территории Московской области, действительно не оказывал какую-либо материальную помощь своему сыну А.С., в том числе в указанный временной период и не контактировал с матерью последнего – О.В. Однако, начиная с 2011 года и по настоящее время, он материальную помощь данному своему сыну стал оказывать; о том, что был признан безвестно отсутствующим, ему известно что-либо не было, как и не было известно о получении О.В. на содержание несовершеннолетнего ребёнка А.С. от УПФР социальной пенсии по случаю потери кормильца, а также федеральной социальной доплаты к пенсии; получателем данных выплат он (ФИО1) никогда не являлся. 

Кроме того, ответчик дополнительно отметил, что с 2011 года он был официально трудоустроен, ввиду чего УПФР должен был быть осведомлён об этом, в августе 2012 года приезжал по месту своей регистрации в 

<

адрес>, где в органах полиции осуществлял замену своего прежнего паспорта гражданина РФ на новый в связи с истечением у предыдущего из них срока действия. И в этот период его прибытия в с.Быстрый Исток с ним виделся находившийся здесь на летних школьных каникулах его сын А.С. Также он в период, когда числился признанным безвестно отсутствующим, был оформлен как индивидуальный предприниматель, в связи с чем подавал ежегодно требуемые декларации, а начиная с 2012 году – и уплачивал необходимые установленные законом налоги и сборы. 

Относительно осведомлённости О.В. и А.С. о его фактическом местонахождении, а также о том, что он жив, ответчик привёл доводы того, что с 2012 года он периодически перечислял безналичным способом своей сестре Г.П. денежные средства для их последующей передачи своей бывшей супруге на содержание их несовершеннолетнего сына, в том числе и делал последнему таким же опосредованным способом дорогие подарки. 

В последующих судебных заседаниях по рассматриваемому делу ответчик ФИО1 участвовать не пожелал, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие при участии его представителя ФИО2

Представитель ответчика ФИО2 заявленные исковые требования к своему доверителю не поддержала в полном объёме, в качестве доводов к отказу в их удовлетворении указала, что ФИО1 безвестно отсутствующим с 2011 года фактически не являлся: его близким родственникам, а также бывшей супруге О.В. и их несовершеннолетнему сыну А.С. было известно о фактическом местонахождении ответчика. Более того, в августе 2012 года он приезжал в 

<

адрес>, где в органах полиции им производилась замена паспорта гражданина РФ. В этой связи по причине неосведомлённости ФИО1 о том, что в 2011 году он был признан безвестно отсутствующим и что О.В. получала от УПФР на их несовершеннолетнего ребёнка А.С. денежные выплаты, а также по причине неполучения таковых выплат (в т.ч. и в какой-либо их отдельной части) им лично, представитель просила в удовлетворении заявленных исковых требований отказать. По указанной причине, как указала представитель ФИО2, в действиях бывшей супруги ответчика – О.В. – налицо виновное поведение, так как она, получая от ФИО1 материальную помощь на содержание несовершеннолетнего А.С., не сообщила в УПФР об этом, в то же самое время получая и от данного государственного учреждения вышеобозначенные выплаты по утрате кормильца на содержание своего сына. 

Также ФИО2 по данному гражданско-правовому спору просила применить правовые последствия пропуска истцом срока исковой давности, так как 3-летний срок, в течение которого истец мог обратиться за защитой нарушенного права, в настоящее время истёк.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора – О.В. и А.С., приняв участие в судебных заседаниях по рассматриваемому делу посредством видеоконференц-связи на даты 12.05.2020 и 26.05.2020 соответственно, в удовлетворении заявленных исковых требований просили суд отказать в полном объёме, поддержав позицию их представителя ФИО3 относительно применения по данному гражданско-правовому спору последствий применения срока исковой давности. 

Кроме того, О.В. и А.С. в вышеобозначенные даты их участия в судебных заседаниях подтвердили, что получателями производимых УПФР выплат в виде социальной пенсии по случаю потери кормильца, а также федеральной социальной доплаты к пенсии были именно они сами, а не ФИО1 Кроме того, О.В. отметила, что местонахождение ФИО1 и его судьба вплоть до 2019 года ей известна не была, А.С. на этот счёт пояснил, что своё детство, в том числе и прибытие ФИО1 в 

<

адрес> в летнее время 2012 года, он не помнит, человека, которого ему представила его мать О.В. в здании Рубцовского городского суда Алтайского края в 2019 году как его биологического отца, он до этого момента не видел.

При этом, как О.В., так и А.С. указали, что денежные средства в виде подарков на праздники последнему из них передавались родственницей – Г.П., однако она никому из них не говорила, что передаваемые деньги – это деньги ФИО1

Третье лицо О.В., приняв участие в судебном заседании посредством видеоконференц-связи на дату 12.05.2020, в последующем просила дело рассмотреть без её личного участия, в присутствии её представителя ФИО3 

Представитель третьих лиц ФИО3 в судебном заседании позицию, изложенную своими доверителями О.В. и А.С., поддержал в полном объёме, просил суд отказать в заявленном иске посредством применения юридических последствий пропуска истцом срока исковой давности за судебной защитой своего нарушенного права. Так, в развитие данной обозначенной позиции представитель отметил, что исходя из содержания заявления УПФР, поданного в Рубцовский городской суд Алтайского края в мае 2019 года об отмене решения суда о признании ФИО1 безвестно отсутствующим, значится, что согласно сведениям индивидуального лицевого счёта, до 2013 года ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в различных организациях, а с 2015-2017 гг. был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя. В этой связи, поскольку истцу было известно о существовании и осуществлении трудовой деятельности ФИО1 уже в 2013 году, в то время как он числился безвестно отсутствующим, то УПФР с иском о взыскании переплаты мог обратиться в суд в течение трёх лет с даты, когда в 2013 году ему стало известно о данном факте. Между тем, таковых процессуальных действий истцом в установленный гражданским законодательством Российской Федерации срок сделано не было. 

На основании ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд полагает возможным рассмотреть дело при неявке в судебное заседание на дату 26.05.2020 представителя истца, ответчика, а также третьего лица О.В. 

Выслушав ответчика ФИО1 и его представителя ФИО2, третьих лиц О.В., А.С. и их представителя ФИО3, заслушав пояснения свидетеля Г.П., а также исследовав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности по своему внутреннему убеждению, как того требует статья 67 ГПК РФ, сообразуясь с требованиями п.3 ст.196 ГПК РФ, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч.1 ст.10 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – Закон №400-ФЗ), право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в пункте 2 части 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца. Семья безвестно отсутствующего кормильца приравнивается к семье умершего кормильца, если безвестное отсутствие кормильца удостоверено в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Согласно п.1 ст.11 Федерального закона от 15.12.2001 №166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», право на получение пенсии по случаю потери кормильца имеют, помимо прочих, дети в возрасте до 18 лет, а также старше этого возраста, обучающиеся по очной форме в образовательных учреждениях всех типов и видов, независимо от их организационно-правовой формы, за исключением образовательных учреждений дополнительного образования, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23-х лет, потерявшие одного или обоих родителей, и дети умершей одинокой матери. 

В силу ч.1 ст.22 Закона №400-ФЗ, страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Страховая пенсия по случаю потери кормильца назначается со дня смерти кормильца, если обращение за указанной пенсией последовало не позднее чем через 12 месяцев со дня его смерти, а при превышении этого срока – на 12 месяцев раньше того дня, когда последовало 

Право на получение пенсии по потере кормильца в случае безвестного отсутствия кормильца возникает с момента вступления в силу решения суда о признании кормильца безвестно отсутствующим.

В пункте 4 статьи 12.1 Федерального закона от 17.07.1999 №178-ФЗ «О государственной социальной помощи» (в ред. от 25.12.2009) (далее – Закон №178-ФЗ) регламентировано, что федеральная социальная доплата к пенсии устанавливается пенсионеру территориальными органами Пенсионного фонда РФ в случае, если общая сумма его материального обеспечения, определённая в соответствии с частями 2 и 3 настоящей статьи, не достигает величины прожиточного минимума пенсионера, установленной в соответствии с пунктом 4 статьи 4 Федерального закона «О прожиточном минимуме в Российской Федерации» в субъекте Российской Федерации по месту его жительства или месту его пребывания, не превышающей величину прожиточного минимума пенсионера в целом по Российской Федерации. Федеральная социальная доплата к пенсии устанавливается в таком размере, чтобы указанная общая сумма его материального обеспечения с учётом данной доплаты достигла величины прожиточного минимума пенсионера, установленной в субъекте Российской Федерации. 

В соответствии с п.1 ст.1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), обязанность возвратить неосновательно приобретенное или сбережённое имущество возлагается на лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счёт другого лица.

При этом, согласно п.3 ст.1109 ГК РФ, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причинённого жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счётной ошибки.

Материалами дела установлено, что решением Рубцовского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 признан безвестно отсутствующим. 

Согласно решению Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда РФ в г.Рубцовске и Рубцовском районе Алтайского края о назначении пенсии от ДД.ММ.ГГГГ, а также приводимым расчётным листкам, А.С. как несовершеннолетнему с ДД.ММ.ГГГГ назначены и выплачивались:

I). социальная пенсия по случаю потери кормильца в соответствии со ст.10 Закона №400-ФЗ: 

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 3 314,89 руб.;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 3 655,32 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 4 170,72 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 4 246,20 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 4 972,30 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 5 484,45 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 5 484,45 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 5 703,83 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 5 789,39 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 5 957,28 руб. ежемесячно, 

итого в общей сумме произведены выплаты: 447 201,43 руб.

II). федеральная социальная доплата к пенсии в соответствии со ст.12.1 Закона №178-ФЗ:

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 1 455,11 руб.;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 1 114,68 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 1 491,68 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 976,28 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 1 501,28 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 1 425,80 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 1 630,30 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 904,70 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 1 674,70 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 1 162,55 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 1 162,55 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 2 878,55 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 2 659,17 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 2 573,61 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 2 753,61 руб. ежемесячно;

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – по 2 585,72 руб. ежемесячно,

итого в общей сумме произведены выплаты: 159 302,81 руб.

Таким образом, истцом указано и третьими лицами О.В. и А.С. как получателями вышеприведённых выплат на содержание последнего из них, что данные выплаты производились на законных основаниях. При этом, указаний относительно того, что ФИО1 являлся их получателем (в том числе и в какой-либо части) стороной истца не приводится, письменных доказательств на этот счёт также суду не представлено. При таковых установленных судом обстоятельств наличие причинно-следственной связи между поведением ответчика и наступившими последствия в виде причинения истцу ущерба не установлено, действующим пенсионным законодательством не предусмотрено возложение на лицо, в связи с признанием которого безвестно отсутствующим выплачена пенсия по случаю потери кормильца, обязанности по возмещению выплаченной пенсии. 

Указание на этот счёт стороной истца на наличие причинно-следственной связи ввиду уклонения ФИО1 от исполнения своих алиментных обязательств в отношении содержания несовершеннолетнего сына А.С. какого-либо юридико-правового значения по рассматриваемому гражданскому делу не имеет.

Как указано выше, юридическим фактом для назначения несовершеннолетнему А.С. социальной пенсии по случаю потери кормильца и федеральной доплаты к пенсии явилось решение Рубцовского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГГГ о признании ФИО1 безвестно отсутствующим, а также заявление О.В. о назначении пенсии.

Алиментные обязательства родителей в отношении своих детей установлены статьёй 80 Семейного кодекса Российской Федерации и являются объектом регулирования семейных отношений. Порядок и условия назначении пенсий регулируются нормами пенсионного законодательства, устанавливающими самостоятельные условия их назначения и выплаты, не зависящие от соблюдения субъектами пенсионных отношений своих обязательств, установленных Семейным кодексом Российской Федерации. Таким образом, обязанность ФИО1 по содержанию своего ребёнка не зависит от назначения А.С. пенсии по случаю потери кормильца и федеральной доплаты к пенсии.

В силу п.1 ст.1064 ГК РФ, вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

По общему правилу пункта 1 статьи 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Следуя положениям ст.ст.15, 393, 401 ГК РФ, применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, возможно при доказанности совокупности нескольких условий: противоправности действий, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера причинённых убытков, наличия в действиях субъекта ответственности вины.

При недоказанности хотя бы одного из указанных условий правовые основания для взыскания убытков отсутствуют.

Между тем, сам факт признания лица безвестно отсутствующим не свидетельствует о его противоправном поведении, поскольку анализ абз.1 ст.42 ГК РФ свидетельствует о том, что единственным условием для признания судом гражданина безвестно отсутствующим является отсутствие в течение года в месте его жительства сведений о месте его пребывания.

Следуя приведённым положениям закона, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 участником правоотношений по выплате его сыну пенсии по случаю потери кормильца и федеральной социальной доплаты к пенсии не являлся, обязательств по предоставлению истцу достоверных сведений не имел, положения пенсионного законодательства ответчик не нарушал.

Таким образом, доказательств, свидетельствующих о виновном противоправном поведении ФИО1 в причинении истцу имущественного вреда вследствие назначения его несовершеннолетнему ребёнку А.С. пенсии по случаю потери кормильца, УПФР в нарушение требований ст.56 ГПК РФ суду не представило.

Касаемо доводов стороны ответчика и третьих лиц относительно применения последствий пропуска срока исковой давности по рассматриваемому гражданскому делу суд приходит к нижеследующему.

В соответствии со ст.196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст.200 настоящего Кодекса.

В силу ст.200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», под правом лица, подлежащего защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. 

Так, в обоснование заявленного иска стороной истца представлена справка – результат произведённого УПФР запроса относительно информации о ФИО1, согласно которой указанному гражданину был выдан паспорт гражданина РФ на дату ДД.ММ.ГГГГ по месту его регистрации в 

<

адрес>. Кроме того, истцом в приобщённом к материалам рассматриваемого дела заявлении № от ДД.ММ.ГГГГ, поданному в Рубцовский городской суд Алтайского края об отмене решения суда о признании ФИО1 безвестно отсутствующим, указано, что данному органу известно, что до 2013 года ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в различных организациях, а с 2015-2017 гг. был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя. Аналогичные приводимые УПФР в своём заявлении доводы изложены и в вынесенном Рубцовским городским судом Алтайского края на дату ДД.ММ.ГГГГ решении, вступившем в законную силу ДД.ММ.ГГГГ. 

Таким образом, исходя из вышеприведённых имеющихся в материалах дела сведений, суд приходит к выводам, что УПФР стало известно о том, что ФИО1 не является безвестно отсутствующим, уже в 2013 году, ввиду чего за защитой своего нарушенного права данный истец имел возможность обратиться в течение 3-х лет с момента, как узнал об упомянутом факте. Каких-либо доводов, свидетельствующих о непропуске сроков исковой давности либо же о таковом пропуске ввиду каких-то объективных причин суду стороной истца не приведено, в то время как поступившие в материалы дела от представителя третьих лиц возражения с указанием о применении по данному гражданско-правовому спору последствий пропуска срока исковой давности судом своевременно в адрес УПФР были направлены и получены данным адресатом. 

Более того, судом учитываются на этот счёт и имеющиеся в материалах дела: а). адресная справка начальника Миграционного пункта ПП по 

<

адрес> МО МВД России «Петропавловский» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., был документирован паспортом гражданина РФ, 

<

данные изъяты> на дату ДД.ММ.ГГГГ при личном обращении; б). ответ на запрос из МО МВД России «Завьяловский», согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 в Каменском МОСП УФССП России по Алтайскому краю было заведено розыскное дело №, однако в 2012 году, когда ФИО1 был разыскан в г.Москве и с него взято объяснение и обязательство о явке, розыскное дело было прекращено; ДД.ММ.ГГГГ в связи с расследованием уголовного дела по ч.1 ст.177 УК РФ ФИО1 был повторно объявлен в розыск, однако на дату ДД.ММ.ГГГГ был разыскан и вновь заведённое розыскное дело было прекращено; в). справка из ПП по Быстроистокскому району МО МВД России «Петропавловский» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой розыскных дел в данном подразделении органов полиции в отношении ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ и по настоящее время не заводилось; г). пояснения свидетеля Г.П., подтвердившей факт прибытия ФИО1 в с.Быстрый Исток в августе 2012 года для замены паспорта гражданина РФ, а также последующего известного близким родственникам ответчика его местонахождения в течение всего времени его проживания на территории Московской области. 

На основании вышеизложенного, исковые требования УПФР не подлежат удовлетворению в полном объёме.

Руководствуясь ст.ст.98, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении иска Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в г.Барнауле Алтайского края к ФИО1 о взыскании излишне выплаченной суммы пенсии по государственному пенсионному обеспечению и федеральной социальной доплаты к пенсии отказать. 

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Быстроистокский районный суд Алтайского края в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 31 мая 2020 года.

Председательствующий А.В. Вдовенко