дело № 2а -156/2024 ***

***

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 января 2024 года город Кола, Мурманской области

Кольский районный суд Мурманской области в составе председательствующего судьи Н.Д. Кочешевой,

при секретаре Васьковой А.В., 

с участием административного истца ФИО2,

представителя административных соответчиков – ФИО3,

административных соответчиков – ФИО4, ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием видеоконференц-связи административное дело по административному исковому заявлению ФИО2 к ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России, начальнику психологической лаборатории ФКУ Ик-16 УФСИН России по Мурманской области ФИО4 и старшему специалисту по социальной работе ГСЗиУТСО ФКУ ИК-16 УФСИН России по МО ФИО5 о признании действий (бездействия) незаконными и присуждении компенсации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с указанным административным исковым заявлением. В обоснование исковых требований указал, что с 2013 года по настоящее время отбывает наказание в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области. С *** года согласно заключению МСЭ признан инвалидом по зрению I группы с III степенью ограничения к самообслуживанию, круглосуточно не может обходиться без посторонней помощи, как в части приема лекарств, так и в части приготовления и приема пищи, соблюдении личной гигиены и других действиях. Обращает внимание суда, что был обеспечен устройством для чтения аудиокниг, но аудиокниги ему не предоставляются, а начальник психологической лаборатории ФКУ ИК-16 УФСИН России по адрес*** в психологической помощи отказывает. Из ответа старшего специалиста по социальной работе ГСЗиУТСО ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области ФИО5 следует, что необходимый спектр услуг и устройств, предусмотренный ИПРА, предоставлен не будет. Полагает, что должностными лицами исправительного учреждения нарушаются требования Федерального закона № 181-ФЗ и Федерального закона № 222-ФЗ. Данные действия (бездействие) противоречат нормам действующего законодательства, причиняют нравственные страдания, просит признать действия (бездействие) незаконным и взыскать с административного ответчика компенсацию в размере 100 000 руб. 

Определением суда от *** к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены Федеральная служба исполнения наказания России (ФСИН России) и Управление Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области (УФСИН России по Мурманской области). 

Протокольным определением от *** к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены старший специалист по социальной работе ГСЗиУТСО ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области ФИО5 и начальник психологической лаборатории ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области ФИО4 

В судебном заседании административный истец ФИО2 исковые требования поддержал в полном объёме. Сообщил, что должностные лица ФКУ ИК-16 не выполняют его ИПРа, отказывают в помощи. 

Представитель административных соответчиков ФСИН России, УФСИН России по Мурманской области, ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области по доверенностям ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, поскольку требования ИПРА ФИО2 ими исполнены в полном объёме. Сообщила, что на общем собрании осужденным ИК-16 было предложено оказывать помощь административному истцу на добровольных началах, однако, никто не изъявил такого желания. Полагает, что истец злоупотребляет своими правами.

Административный соответчик старший специалист по социальной работе ГСЗиУТСО ФКУ ИК-16 УФСИН России по МО ФИО5 возражала против удовлетворения исковых требований в полном объёме. Указала, что на неё не возложена обязанность по исполнению мероприятий, предусмотренных ИПРа, а обязанность по информированию всех служб и отделов ФКУ ИК-16 о наличии у ФИО2 ИПРа ею исполнена в полном объёме. 

Административный соответчик начальник психологической лаборатории ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области ФИО4 возражал против удовлетворения исковых требований в полном объёме. Сообщил, что психологическая работа с административным истцом велась. На добровольных началах он действительно предоставлял ФИО6 аудиокниги, однако, он не обязан это делать. Проводимая им работа, как и прослушивание аудиофайлов не имеет положительной динамики. 

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, допросив специалиста, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Правовое положение осужденных регламентировано специальным законом – Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации (далее УИК РФ, а также принятыми на основании и во исполнение его положений Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденными Приказом Минюста России от 04.07.2022 № 110 (далее – Правила, ПВР).

В соответствии с частью 2 статьи 1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации одной из задач уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации является охрана прав, свобод и законных интересов осужденных.

В силу части 1 статьи 3 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации и практика его применения основывается на Конституции Российской Федерации, общепризнанных принципах и нормах международного права и международных договорах Российской Федерации, являющихся составной частью правовой системы Российской Федерации, в том числе на строгом соблюдении гарантий защиты от пыток, насилия и другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения с осужденными. 

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (статья 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя, с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении не препятствует возмещению вреда в соответствии со статьями 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации. Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении лишает заинтересованное лицо права на компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.

В соответствии с частями 1, 3, 4 статьи 227.1 Кодекса административного производства Российской Федерации, введенной в действие Федеральным законом от 27.12.2019 № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

При рассмотрении указанных требований суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Требования об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего рассматриваются в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и подлежат удовлетворению при наличии в совокупности двух необходимых условий: несоответствия оспариваемого решения или действия (бездействия) закону или иному нормативному акту и нарушение этим решением или действием (бездействием) прав либо свобод заявителя.

В соответствии со статьей 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации на административного истца возлагается обязанность доказывания обстоятельств нарушения его прав, свобод и законных интересов, а также соблюдения сроков обращения в суд, а на орган, организацию, лицо, наделенных государственными или иными публичными полномочиями и принявших оспариваемые решения либо совершивших оспариваемые действия (бездействие), возлагается обязанность доказывания соблюдения требований нормативных правовых актов, устанавливающих полномочия органа, организации, должностного лица, порядок принятия оспариваемого решения и основания для принятия оспариваемого решения.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 отбывает наказание в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области по приговору *** суда *** от *** за совершение преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 - п. «г» ч. 3 ст. 228.1 (2 эпизода), ч. 2 ст. 69, ст. 70 УК РФ, в виде 12 лет 10 месяцев лишения свободы, является инвалидом I группы.

При разрешении заявленных требований, суд учитывает положения статей 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации, согласно которым право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания.

При этом, часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации допускает возможность ограничения федеральным законом прав человека и гражданина в качестве средства защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Как разъяснено Верховным Судом Российской Федерации в пункте 1 Постановления Пленума от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 47), возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Меры принуждения, ограничивающие свободу и личную неприкосновенность, применяемые в связи с необходимостью изоляции лица от общества, пребывания в ограниченном пространстве, предусмотрены законодательством об административных правонарушениях, уголовным, уголовно-процессуальным, уголовно-исполнительным законодательством, иными федеральными законами и представляют собой, в том числе лишение свободы.

Данные меры осуществляются посредством принудительного помещения физических лиц, как правило, в предназначенные (отведенные) для этого учреждения, помещения органов государственной власти, их территориальных органов, структурных подразделений, иные места, исключающие возможность их самовольного оставления в результате распоряжения (действия) уполномоченных лиц (далее - места принудительного содержания), принудительного перемещения физических лиц в транспортных средствах.

Несмотря на различия оснований, и порядка применения указанных выше мер, помещение в места принудительного содержания и перемещение физических лиц в транспортных средствах должны осуществляться без нарушения условий содержания лиц, подвергнутых таким мерам (далее - лишенные свободы лица), которые обеспечиваются Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации (в частности, Международным пактом о гражданских и политических правах от 16.12.1966, ратифицированным Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18.09.1973 № 4812-VIII, Конвенцией о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950, ратифицированной Федеральным законом от 30.03.1998 № 54-ФЗ, Конвенцией против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания от 10.12.1984, ратифицированной Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21.01.1987 № 6416-XI), федеральными законами (например, Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), Федеральным законом от 26.04.2013 № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации (далее - УИК РФ) и иными нормативными правовыми актами.

В силу пункта 2 Постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 47 под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учётом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее - режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на личную безопасность и охрану здоровья (в частности, статьи 20, 21, 41 Конституции Российской Федерации, части 3, 6, 6.1 статьи 12, статьи 13, 101 УИК РФ); право на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления, в общественные наблюдательные комиссии (статья 33 Конституции Российской Федерации, статья 2 Федерального закона от 02.05.2006 № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», часть 4 статьи 12, статья 15 УИК РФ); право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, статьи 93, 99, 100 УИК РФ, статья 2 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»); право на самообразование и досуг, создание условий для осуществления трудовой деятельности, сохранения социально полезных связей и последующей адаптации к жизни в обществе.

В соответствии с пунктом 3 указанного Постановления Пленума ВС РФ принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

На основании статьи 13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

В соответствии со ст. 10 УИК РФ Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные не могут быть освобождены от исполнения своих гражданских обязанностей, кроме случаев, установленных федеральным законом. Права и обязанности осужденных определяются настоящим Кодексом исходя из порядка и условий отбывания конкретного вида наказания.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, применение к лицу, совершившему преступление, наказания в виде лишения свободы, имея целью защиту интересов государства, общества и его членов предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определенного морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина, и изменяется его статус как личности; в любом случае лицо, совершающее преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, то есть такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на определенные ограничения. 

Таким образом, осужденные к лишению свободы отбывают наказание в исправительных учреждениях, где действует определенный порядок исполнения и отбывания лишения свободы (режим). При этом установленные в отношении них ограничения связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.

Разрешая довод административного истца о непредоставлении помощи ему как инвалиду I группы, в том числе психологической, суд приходит к следующему. 

В силу ст. 12 УИК РФ осужденные имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения.

Согласно ч. 7 ст. 101 УИК РФ, порядок обеспечения условий для проведения реабилитационных мероприятий, пользования техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида в отношении осужденных, являющихся инвалидами и находящихся в исправительных учреждениях, определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения.

Порядком обеспечения условий для проведения реабилитационных мероприятий, пользования техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида в отношении осужденных, являющихся инвалидами и находящихся в исправительных учреждениях, утвержденным Приказом Минюста России от 22.09.2015 № 222, определено, что условия для проведения реабилитационных мероприятий, пользования техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида в отношении осужденных, являющихся инвалидами и находящихся в исправительных учреждениях, обеспечиваются администрацией исправительного учреждения.

В соответствии с п. 468 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от 04.07.2022 № 110, администрация ИУ обеспечивает осужденных к лишению свободы, являющихся инвалидами, в соответствии с индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалидов необходимым объёмом реабилитационных мероприятий, предоставляет возможность пользования техническими средствами реабилитации.

Согласно п. 11 Положения о группе социальной защиты осужденных исправительного учреждения уголовно-исполнительной системы, утвержденного Приказом Минюста России от 30.12.2005 № 262, для осуществления помощи по уходу за инвалидами и тяжело больными могут привлекаться на добровольной основе осужденные.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, осужденный ФИО2 отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области. Решением МСЭ от *** ФИО2 установлена инвалидность I группы по зрению до ***, разработана и утверждена индивидуальная программа реабилитации инвалида № (далее – ИПРА). 

В соответствии с ИПРА ФИО2 нуждается в содействии в трудоустройстве, в профессиональной ориентации, в медицинской реабилитации, в реконструктивной хирургии, в социально-средовой реабилитации или абилитации, в социально-психологической реабилитации или абилитации, социокультурной реабилитации или абилитации, социально-бытовой адаптации, в использовании при необходимости собаки-проводника, иных вспомогательных средствах. Кроме того, указано, что административный истец как инвалид по зрению – слепой нуждается в помощи на объектах социальной, инженерной и транспортной инфраструктур. 

Из справки представителя ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области ФИО7 от *** следует, что осужденный ФИО2 проживает на 1 этаже отряда №, где обеспечен индивидуальным спальным местом одноярусного исполнения, вблизи жилой секции осужденного ФИО2 установлены вспомогательные средства для создания безбарьерной среды и осуществления передвижения. Кроме того, ФИО2 обеспечен всеми средствами реабилитации, предусмотренными ИПРА. В учреждении функционирует кружок волонтеров из числа лиц, оказывающих помощь наиболее уязвимым группам на добровольной основе. Волонтеры оказывают помощь в самообслуживании осужденных-инвалидов, сопровождают в медсанчасть, клуб, баню, столовую, обеспечивают на основании полученных разрешений вынос пищи по месту проживания инвалида, осуществляют контроль за своевременной сменой ими белья, верхней одежды, а также содействуют в написании писем, чтении книг, личных документов. Вместе с тем, осужденные, входящие в состав волонтерского кружка, в осуществлении ухода за ФИО2 желания не изъявили. 

Кроме того, согласно письму Бюро № – филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Мурманской области» Минтруда России от *** № рекомендовано до очередного переосвидетельствования провести реабилитационные мероприятия – оперативное лечение катаракты обоих глаз. При этом, осужденный ФИО2 в медицинскую организацию уголовно-исполнительной системы, расположенной на территории исправительного учреждения, не обращался ни в устной, ни в письменной форме, что не дает возможности исполнить реабилитационные мероприятия в полном объёме.

Согласно представленным выкопировкам из журнала учёта приёма осужденных по социальным вопросам ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области, административный истец активно реализовывает своё право на получение разъяснений, подачу обращений и заявлений по различным вопросам. 

Из справки, подписанной начальником психологической лаборатории ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области ФИО4, следует, что осужденный ФИО2 неоднократно по устным заявлениям посещал помещение психологической лаборатории для прослушивания релаксирующей музыки с целью снижения эмоционального напряжения. В период с *** письменных заявок на необходимую психологическую помощь, оказываемую психологами учреждения от осужденного ФИО2 не поступало. В период с *** психологическая работа осуществлялась при вызове осужденного в помещение психологической работы с осужденными, в воспитательный отдел и дежурную часть учреждения в основном по причине обостренного эмоционального состояния осужденного и возникшими конфликтными ситуациями с сотрудниками других служб и отделов.

За период с *** по *** с осужденным проведено более 20 различных психологических мероприятий, в том числе мероприятия по психокоррекции, психопрофилактике, консультации.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что осужденному ФИО2 с учётом особенностей отбывания наказания в исправительном учреждении ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области созданы максимально возможные условия для отбывания наказания в виде лишения свободы инвалидом. Так, административный истец размещен в жилой секции на 1 этаже здания, где обеспечен индивидуальным спальным местом одноярусного исполнения, вблизи жилой секции осужденного ФИО2 установлены вспомогательные средства для создания безбарьерной среды и осуществления передвижения, в связи с чем суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований в указанной части.

Помимо прочего административный истец указывает, что ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области не обеспечило его аудиокнигами для прослушивания на специальном устройстве, которые ему выдано в соответствии с ИПРА.

Разрешая указанный довод, суд приходит к следующему.

В силу ст. 9 Федерального закона от 24.11.1995 № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» реализация основных направлений реабилитации, абилитации инвалидов предусматривает использование инвалидами технических средств реабилитации, создание необходимых условий для беспрепятственного доступа инвалидов к объектам социальной, инженерной, транспортной инфраструктур и пользования средствами транспорта, связи и информации, а также обеспечение инвалидов и членов их семей информацией по вопросам реабилитации, абилитации инвалидов.

В соответствии со ст.10 Федерального закона № 181-ФЗ федеральный перечень реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду, утверждается Правительством Российской Федерации.

Распоряжением Правительства РФ от 30.12.2005 № 2347-р утвержден федеральный перечень реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду, в который помимо прочего включены трости опорные и тактильные, костыли, опоры, поручни; специальные устройства для чтения «говорящих книг», для оптической коррекции слабовидения; медицинские термометры и тонометры с речевым выходом.

ИПРА ФИО2 рекомендованы следующие технические средства реабилитации и услуги по реабилитации или абилитации, предоставляемые инвалиды за счет средств федерального бюджета: трость белая тактильная складная, специальное устройство для чтения «говорящих книг» на флэш-картах, медицинский термометр с речевым выходом, медицинский тонометр с речевым выходом. 

Как указывалось выше, из справки представителя ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области ФИО7 от *** следует, что осужденный ФИО2 обеспечен всеми средствами реабилитации, предусмотренными ИПРА, в том числе специальным устройством для чтения «говорящих книг».

Данное обстоятельство административным истцом не оспаривается.

Как пояснила допрошенная в судебном заседании в качестве специалиста руководитель бюро МСЭ № ФИО1, ИПРА имеет для инвалида рекомендательный характер, в связи с чем инвалид вправе отказаться от того или иного вида, форм или объема реабилитационных мероприятий, а также от реализации программы в целом. Кроме того, указала, что законодательством предусмотрена выдача инвалиду специального устройства для чтения «говорящих книг», но приобретение «говорящих книг» осуществляется за счет денежных средств самого инвалида либо при помощи его родственников, друзей, соседей. В ФКУ ИК-16 отсутствует общество слепых и УФСИН России по Мурманской области не имеет возможности создать рабочие места для инвалидов, то есть не имеется возможности проводить производственную адаптацию. Сведения в ИПРе о нуждаемости инвалида в помощи на объектах социальной, инженерной и транспортной инфраструктур не имеют отношения к ФКУ ИК-16, а связаны, например, с доступностью вокзалов, аэропортов. Обратила внимание, что ФИО2 рекомендовано до очередного переосвидетельствования провести реабилитационные мероприятия – оперативное лечение катаракты обоих глаз. Сообщила, что для предоставления инвалиду собаки-поводыря лицу необходимо пройти курсы, обеспечить животное надлежащими условиями для проживания, что в условиях ФКУ ИК-16 исключено. 

Оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что незаконных действий (бездействий) должностными лицами ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области в отношении ФИО2 не допущено, фактов отказа в предоставлении средств реабилитации, психологической помощи, а также помощи как инвалиду I группы не имеется, доказательств обратного административным истцом не представлено. 

Доводы административного истца об обязанности должностных лиц предоставлять ему аудиокниги основаны на неверном толковании норм права. 

При этом суд учитывает, что ИПРа носит рекомендательный характер, что в ней административному истцу рекомендовано проведение оперативного лечения (реконструктивная хирургия), которое может восстановить зрение. 

У суда оснований не доверять доказательствам, представленным административными ответчиками, отвечающим требованиям допустимости, относимости и достоверности, не имеется. 

Как отметил Верховный Суд Российской Федерации в определении от 14.11.2017 № 84-КГ17-6 процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

При этом Верховный Суд Российской Федерации указал, что содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

Претерпевание же осужденным, отбывающим наказание в исправительных учреждениях, либо лицом, заключенным под стражу, определенных нравственных и физических страданий, учитывая факт нахождения под стражей и наличие неизбежного элемента страдания и унижения, связанного с применением данной формы правомерного обращения, является неизбежным следствием исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы и не может служить основанием применения положений ст. 1100 ГК РФ, определяющей основания компенсации морального вреда независимо от вины причинителя.

Пунктом 1 ч. 2 ст. 227 КАС РФ установлено, что по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, судом принимается решение об удовлетворении полностью или в части заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными, если суд признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и об обязанности административного ответчика устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление.

Системное толкование приведенного положения позволяет суду сделать вывод, что основанием для признания решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, незаконными является совокупность двух обстоятельств: несоответствие действий (бездействия), решения закону или иному нормативному правовому акту и нарушение оспариваемым действием (бездействием), решением прав и законных интересов административного истца.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и во взаимосвязи с приведенными выше нормами действующего законодательства, суд приходит к выводу о том, что необходимая совокупность условий, предусмотренная п. 1 ч. 2 ст. 227 КАС РФ, судом при разрешении настоящего административного иска не установлена.

Таким образом, суд приходит к выводу, что нарушений прав ФИО2 административными ответчиками не допущено, оспариваемые действия соответствовали закону, в связи с чем не находит оснований для удовлетворения заявленных ФИО2 требований.

При таких обстоятельствах требования административного истца о признании действий (бездействия) незаконными и взыскании компенсации не подлежат удовлетворению в полном объёме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 175-180, 227, 227.1 КАС РФ, суд

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО2 к ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России, начальнику психологической лаборатории ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области ФИО4 и старшему специалисту по социальной работе ГСЗиУТСО ФКУ ИК-16 УФСИН России по МО ФИО5 о признании действий (бездействия) незаконными и присуждении компенсации, – отказать в полном объёме.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кольский районный суд Мурманской области в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме. 

***

***

Судья Н.Д. Кочешева