Дело № 2-841/2023

УИД № 65RS0010-01-2023-000845-80

ЗАОЧНОЕ 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 декабря 2023 года город Оха Сахалинская область 

Охинский городской суд Сахалинской области в составе:

председательствующего судьи Мелиховой З.В.,

при секретаре судебного заседания Гладких А.В.,

с участием: заместителя Охинского городского прокурора Куранова Н.Е., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО2, к обществу с ограниченной ответственностью «Технодор», ФИО5 о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО4, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО2, в лице своего представителя по доверенности ФИО6, обратилась в суд с иском к ООО «Технодор» о компенсации морального вреда указав, что 07 января 2019 года примерно в 16 часов 30 минут на 689км. + 350 м. на автодороге «Южно-Сахалинск – Оха», водитель автомобиля марки «

<

ТС1> ФИО3 совершил столкновение с автомобилем марки «ТС2, принадлежащим ООО «Технодор», под управлением ФИО7 В результате дорожно-транспортного происшествия погибла ФИО1 – дочь ФИО4 и мать ФИО2 05 сентября 2019 года в возбуждении уголовного дела отказано ввиду отсутствия в деянии состава преступления. Гибелью ФИО1, ФИО4 и ФИО2 причинены нравственные страдания. В связи с чем, просит суд взыскать с ООО «Технодор» в пользу ФИО4 и ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей каждому. 

В ходе рассмотрения дела к участию в нем в качестве соответчика привлечена ФИО5, владелец автомобиля «Toyota Hiace».

В судебном заседании истец ФИО4, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО2, представитель истца ФИО4 – ФИО6 исковые требования поддержали по основаниям в нем изложенным. ФИО4 дополнительно пояснила, что гибелью дочери ей причинены нравственные страдания, она и несовершеннолетний ФИО2 по настоящее время переживают утрату близкого человека. 

Ответчик ФИО5, представители ответчика ООО «Технодор» в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела уведомлены надлежаще, об отложении не просили. В письменных возражениях ООО «Технодор» просит отказать в удовлетворении исковых требований, указывая, что водитель автомобиля «Freightliner Century» не имел возможности избежать дорожно-транспортного происшествия с автомобилем «Toyota Hiace», что установлено в рамках проведенной в порядке статей 144-145 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации проверки, таким образом, водителем автомобиля «Toyota Hiace» созданы условия непреодолимой силы, при наличии которых владелец источника повышенной опасности может быть освобожден от ответственности. 

Третьи лица ФИО7, АО «Альфа-Страхование» уведомленные о дате и времени рассмотрения дела, не явились, об отложении не просили. 

В соответствии со статьями 167, 233, 235 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассматривает дело в отсутствие неявившихся участников процесса в порядке заочного производства. 

Выслушав истца ФИО4 и ее представителя ФИО6, заключение прокурора, полагавшего, что требования истца подлежат удовлетворению с учетом разумности и справедливости, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что 07 января 2019 года на 689 км. +350 метров на автодороге общего пользования Южно-Сахалинск-Оха произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля 

<

ТС1>, принадлежащим ФИО5, под управлением ФИО3., и автомобилем «

<

ТС2>, принадлежащим ООО «Технодор», под управлением ФИО7 

В результате взаимодействия транспортных средств пассажирка автомобиля «Toyota Hiace» ФИО1 скончалась на месте дорожно-транспортного происшествия, что подтверждается заключением эксперта №2-5002 от 08 февраля 2019 года, водитель указанного автомобиля ФИО3 скончался в реанимационном отделении ГБУЗ «Ногликская ЦРБ». 

По результатам процессуальной проверки, проведенной в порядке статей 144-145 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, постановлением от 05 сентября 2019 года в возбуждении уголовного дела по факту дорожно-транспортного происшествия отказано ввиду отсутствия состава преступления. 

Из заключения автотехнической экспертизы от 05 февраля 2019 года № 48/3-5, 49/3-5, 50/3-5 следует, что из-за недостаточной информативности представленных на исследование материалов, а также затрат энергии на множественные деформации и разрушения обоих ТС, установить экспертным путем какова была их скорость движения перед ДТП, не представляется возможным (вывод по первому вопросу); результаты проведенного исследования позволяют констатировать, что столкновение автомобилей «Toyota Hiace» и «Freightliner Century» произошло на полосе движения южного направления по которой двигался автомобиль «Freightliner Century», в районе начала очага осыпи грязи и снега на расстоянии примерно 3-4 м от западного края проезжей части, при этом автомобиль «Toyota Hiace» в момент начала контактного взаимодействия располагался в развернутом виде, задней частью фактически перекрывая по диагонали данную полосу (вывод по второму вопросу); водителю автомобиля «Toyota Hiace» в исследуемой дорожной обстановке в своих действиях по управлению ТС для обеспечения безопасности движения необходимо было руководствоваться требованиями, регламентированными пунктами 9.1 и 10.1 ПДД РФ. Дать в категорической форме техническую экспертную оценку на предмет наличия или отсутствия технической возможности предотвращения ДТП, соответствия действий водителя автомобиля «Toyota Hiace» требованиям ПДД, не представляется возможными. Водителю автомобиля «Freightliner Century» в исследуемом случае в своих действиях по управлению ТС необходимо было руководствоваться требованиями части 2 пункта 10.1 ПДД.В исследуемой дорожной обстановке в действиях водителя автомобиля «Freightliner Century» несоответствий требованиям Правил, с технической точки зрения, не усматривается, поскольку руководствуясь данными требованиями у него не имелось бы технической возможности избежать происшествия.

Собственником автомобиля «

<

ТС1>, является ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается карточкой учета транспортного средства, договором купли-продажи транспортного средства от 15 ноября 2018 года, копией паспорта транспортного средства №. В федеральной информационной системе Госавтоинспекции МВД России сведения о постановке в розыск указанного автомобиля, отсутствуют. Доказательств обратного участниками процесса суду не представлено.

Собственником автомобиля «

<

ТС2>, является ООО «Технодор», что подтверждается карточкой учета транспортного средства. В момент дорожно-транспортного происшествия 07 января 2019 года за рулем находился работник ООО «Технодор» - ФИО7 Указанные обстоятельства сторонами не оспариваются.

Погибшая при взаимодействии транспортных средств пассажир автомобиля «Toyota Hiace» ФИО1, приходилась матерью несовершеннолетнего ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и дочерью ФИО4, что подтверждается актовыми записями №175 от 23 августа 2016 года и № 11 от 10 ноября 1997 года, соответственно. 

В силу пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (пункт 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи. 

Из разъяснений, данных в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников. При причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации. Солидарный должник, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения. Поскольку должник, исполнивший солидарное обязательство, становится кредитором по регрессному обязательству к остальным должникам, распределение ответственности солидарных должников друг перед другом (определение долей) по регрессному обязательству производится с учетом требований абзаца второго пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по правилам пункта 2 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть в размере, соответствующем степени вины каждого из должников. Если определить степень вины не представляется возможным, доли признаются равными.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Из вышеуказанного следует, что в случае причинения вреда третьим лицам в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцы несут солидарную ответственность за такой вред.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред может заключаться, в частности в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации). Моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности (столкновения транспортных средств и т.п.) третьему лицу, например пассажиру, пешеходу, в силу пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсируется солидарно владельцами источников повышенной опасности по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации. Отсутствие вины владельца источника повышенной опасности, участвовавшего во взаимодействии источников повышенной опасности, повлекшем причинение вреда третьему лицу, не является основанием освобождения его от обязанности компенсировать моральный вред (пункт 21 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Согласно пункту 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Из разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта). На юридическое лицо или гражданина может быть возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного лицами, выполнявшими работу на основании гражданско-правового договора, при условии, что эти лица действовали или должны были действовать по заданию данного юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (пункт 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ) (пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Из разъяснений, данных в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности). Согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

В силу пункта 1 статьи 4, пункта 1 статьи 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации право выбора ответчика принадлежит истцу.

Согласно пункту 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Истец вправе самостоятельно выбирать способ защиты нарушенного права.

Выбор предусмотренного статьей 323 Гражданского кодекса Российской Федерации способа защиты нарушенного права принадлежит исключительно кредитору, который вправе предъявить иск как к одному из солидарных должников, так и ко всем должникам одновременно. Иное толкование данной нормы направлено на ограничение права истца воспользоваться любым из указанных в статье 323 Гражданского кодекса Российской Федерации способов защиты права.

Предъявляя исковые требования только к одному солидарному должнику, истец реализовала выбор способа защиты права в установленном законом порядке.

В соответствии с абзацем 2 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, отказ в возмещении морального вреда также не допускается.

Таким образом, с учетом вышеизложенного суд полагает, что ответчиками по заявленным требованиям о компенсации морального вреда являются владельцы транспортных средств, участвовавших в дорожно-транспортном происшествии, от взаимодействия которых погибла ФИО1, а именно ФИО5, как владелец автомобиля «

<

ТС1, и ООО «Технодор», как владелец автомобиля 

<

ТС2>, в солидарном порядке.

Определяя размер компенсации морального вреда суд приходит к следующему. 

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации относит компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав.

Из содержания искового заявления и пояснений истца ФИО4 в судебном заседании усматривается, что основанием для обращения в суд явилось причинение в результате дорожно-транспортного происшествия смерти ФИО1, приходящейся ФИО4 дочерью, а ФИО2 матерью.

По убеждению суда, принимая во внимание особый характер отношений, возникающих между родителями и детьми, смерть дочери для ФИО4 и матери для ФИО2 безусловно причиняет им нравственные страдания, в связи с невосполнимой утратой близкого человека. 

Таким образом, руководствуясь приведенными выше нормами права, суд, основываясь на принципах разумности и справедливости, с учетом величины нравственных страданий и переживаний истцов, связанных с утратой близкого человека, гибель которого сама по себе является необратимым обстоятельством и влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, так как рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, нарушает неимущественное право на семейные связи, материального состояния ответчиков, приходит к выводу, что с ответчиков - ООО «Технодор» и ФИО5 подлежит солидарному взысканию компенсация морального вреда, причиненного смертью близкого родственника в пользу ФИО4 в размере 500 000 рублей и в пользу несовершеннолетнего ФИО2 в размере 500 000 рублей.

Также суд отмечает, что грубая неосторожность со стороны погибшей ФИО1 не установлена.

Довод ответчика ООО «Технодор» о том, что вина водителя автомобиля «Freightliner Century» в дорожно-транспортном происшествии отсутствовала, а имели место обстоятельства непреодолимой силы, судом отклоняются, как несоответствующие действующему законодательству, поскольку наличие или отсутствие вины владельцев транспортных средств не имеет правового значения при решении вопроса о возмещении морального вреда потерпевшему (третьему лицу). 

В удовлетворении требований ФИО4, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО2, в большем размере суд отказывает.

В соответствии с требованием статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчиков подлежит взысканию государственная пошлина в бюджет муниципального образования городской округ «Охинский» в размере 300 рублей, от уплаты которой при подаче искового заявления процессуальный истец освобожден.

Руководствуясь статьями 194 - 198, 199, 235 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО4, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО2 - удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Технодор» и ФИО5 солидарно в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

Взыскать с ООО «Технодор» и ФИО5 солидарно в пользу несовершеннолетнего ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать ООО «Технодор» в доход местного бюджета муниципального образования городской округ «Охинский» государственную пошлину в размере 300 рублей.

Взыскать ФИО5 в доход местного бюджета муниципального образования городской округ «Охинский» государственную пошлину в размере 300 рублей.

Ответчики вправе подать в Охинский городской суд заявление об отмене заочного решения суда в течение семи дней со дня вручения копии этого решения. Ответчиками заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Сахалинский областной суд через Охинский городской суд в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда. Иными лицами, участвующими в деле, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Сахалинский областной суд через Охинский городской суд в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, – в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Председательствующий судья З.В. Мелихова

Решение в окончательной форме принято 09 января 2024 года.

Судья З.В. Мелихова

<

данные изъяты>