Дело № 2-7/2019 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Поворино Воронежская область 15 января 2019 года

Поворинский районный суд Воронежской области в составе:

председательствующего судьи Кирпичевой А.С., 

при секретаре Летуновской Е. С.,

с участием Поворинского межрайонного прокурора – Олейникова И.А.,

истца – ФИО1, ее представителя – ФИО2,

ответчика – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Поворинского районного суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

20.05.2018 года в период времени с 15 часов до 17 часов 15 минут между ФИО3 и ФИО4, которые находились в состоянии алкогольного опьянения по месту проживания ФИО3 по адресу: 

<

адрес>, произошел словесный конфликт, в ходе которого ФИО4 стал оскорблять ФИО3 и нанес ей множественные удары руками и ногами по 

<

данные изъяты>, при этом схватил одной рукой за шею. 

В результате действий ФИО4 ФИО3 были причинены телесные повреждения в виде 

<

данные изъяты>. 

В процессе избиения ФИО3 стала обороняться от действий ФИО4, при этом нанесла последнему несколько ударов руками по 

<

данные изъяты>. 

В это же время ФИО3 на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, явно превышая пределы необходимой обороны, решила убить ФИО4, и, реализуя свой преступный умысел, направленный на совершение убийства ФИО4 при превышении пределов необходимой обороны, действуя на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, прибегая к защите от посягательства таким способом и средством, которые не вызывались характером и степенью общественной опасности посягательства, не соразмерив их, явно превышая пределы необходимой обороны, оттолкнула от себя ФИО4, перевернула его таким образом, что тот оказался в положении лежа на спине лицом вверх на диване-кровати, села на него сверху, после чего дотянулась левой рукой до кухонного ножа, лежащего на тумбе, переложила его в правую руку и, используя его в качестве оружия, нанесла клинком данного ножа удар в область груди ФИО4

В результате нанесенного удара ножом ФИО3 причинила ФИО4 телесное повреждение в виде 

<

данные изъяты>, которое при жизни квалифицировалось бы как причинившее тяжкий вред здоровью человека, так как повлекло за собой вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственную угрозу для жизни, а в данном конкретном случае приведшее к наступлению смерти.

От полученных телесных повреждений, причиненных ФИО3, ФИО4 скончался на месте происшествия. Смерть ФИО4 наступила в результате проникающего колото-резанного ранения груди слева с повреждением мягких тканей грудной клетки слева, хрящевой части 5 ребра, пристеночной плевры, сердечной сорочки, левой доли печени и осложнившегося тампонадой сердца кровью.

Приговором Поворинского районного суда от 12.09.2018 года ФИО3 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК Российской Федерации, - в совершении убийства при превышении пределов необходимой обороны.

ФИО1, мать умершего ФИО4, обратились в суд с иском к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ей в результате смерти сына, в размере 1 000 000 рублей. 

Истец – ФИО1, ее представитель – ФИО2 в судебном заседании исковое заявление поддержали по основаниям в нем изложенным. ФИО1 пояснила, что ФИО4 постоянно проживал с ней и младшей сестрой в 

<

адрес>, окончил Песковскую среднюю школу, затем обучался в техникуме 

<

адрес>, по окончании которого вернулся в родное село. Встречался с ФИО3, иногда оставался у нее в г. Поворино, не собирался связывать с ней дальнейшую жизнь, а ФИО3 его не отпускала. Конфликтная ситуация, возникшая между ФИО3 и ФИО4 20.05.2018 года, могла быть разрешена иначе, и не повлечь таких страшных последствий. В результате преступных действий ФИО3 погиб ФИО4 Когда ей об этом сообщили, она испытала и в настоящее время продолжает испытывать шок, осознание постигшего ее горя неоднократно приводили ее в бессознательное состояние. С убийством сына она получила сильнейшую душевную травму и состояние невосполнимой утраты и печали, которые изменили всю ее жизнь, отношение к окружающим, работе. С назначением чрезмерно мягкого наказания убийце сына, не связанного с лишением свободы, у нее утратилась вера в правосудие и справедливость. Психическая травма, полученная в результате убийства сына, привели к нарушению физиологических функций организма (сна, аппетита, и т.д.), к заторможенности поведения, полной апатии, пропал интерес к жизни. Она вынуждена была обращаться к врачам в связи с повышением артериального давления, к психологу в связи с затяжной депрессией. Полагает справедливой и достойной компенсацией ее душевных и нравственных страданий от потери ребенка в результате насильственной смерти денежную сумму в размере 1 000 000 рублей.

Ответчик – ФИО3 обстоятельства причинения вреда не оспаривает, против возмещения истице морального вреда не возражает, однако полагает размер такой компенсации чрезмерно завышенным, не отвечающим принципу разумности, просит принять во внимание, что она является круглой сиротой, у нее на иждивении находится малолетний ребенок, которого она воспитывает одна, а также просит учесть ее имущественное положение. 

Суд, выслушав объяснения участников процесса, показания свидетелей, заключение прокурора, полагающего, что моральный вред подлежит компенсации в размере 150 000 рублей, приходит к следующим выводам.

Приговором Поворинского районного суда от 12.09.2018 года, вступившим в законную силу, ФИО3 признана виновной в убийстве ФИО4, совершенном при превышении пределов необходимой обороны, то есть в преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 108 УК Российской Федерации (л.д. 46-62).

Согласно п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК Российской Федерации) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с требованиями ст. 1064 ГК Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

ФИО4 доводился сыном истице ФИО1 (л.д. 44).

В силу п. 4 ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации родители отнесены к близким родственникам, которые имеют право на компенсацию морального вреда при условии причинения им нравственных страданий.

В статье 151 ГК Российской Федерации под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 настоящего Кодекса.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 20 декабря 1994 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» указал, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. 

Из показаний свидетелей Свидетель №2, Свидетель №1, ФИО9 следует, что после смерти сына ФИО1 из веселой, жизнерадостной, позитивной, стремящейся всем помочь превратилась в равнодушного ко всему окружающему человека, лишенного всяких положительных эмоций. Она постоянно плачет, со всем соглашается, стала безропотной, замкнутой, стала сторониться людей. Постоянно проводит время у портрета сына, не может смириться с его смертью. Разговоры о нем доставляют ей боль и страдание. Она потеряла в весе 12 кг, были случаи, когда у нее отнимались ноги, она теряла сознание, у нее резко поднималось давление. Ей неоднократно вызывали машину скорой помощи, делали капельницы, она обращалась к психологам. Ситуация со временем только усугубляется. 

Показания свидетелей последовательны, не противоречат друг другу и другим собранным по делу письменным доказательствам (л.д. 15,16,38-40).

Суд принимает во внимание, что смерть сына для матери является необратимым обстоятельством, нарушающим ее психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи, утрата близкого и родного человека является невосполнимой.

Вышеизложенное бесспорно свидетельствует о причинении ФИО1 морального вреда в результате потери сына.

В силу п. 2 ст. 1101 ГК Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. 

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Суд принимает во внимание фактические обстоятельства, в результате которых был причинен моральный вред истице, установленные вступившим в законную силу приговором Поворинского районного суда от 12.09.2018 года.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК Российской Федерации) вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Приговором суда установлено, что причиной преступных действий ФИО3 явился внезапно возникший умысел на совершение убийства при превышении пределов необходимой обороны, в результате поведения ФИО4, который нанес ей множественные удары руками и ногами по голове, шее, туловищу, верхним конечностям, при этом схватил одной рукой за шею, причинив телесные повреждения. 

Поскольку вред причинен ответчицей в результате умышленных действий, оснований для уменьшения размера компенсации морального вреда по правилам части 3 статьи 1083 ГК Российской Федерации не имеется.

С учетом степени нравственных страданий истицы, выразившихся в глубоком стрессе от потери сына, обстоятельств причинения смерти, положений ч. 2 ст. 1083 ГК Российской Федерации, принимая во внимание трудоспособный возраст ответчицы, суд полагает соответствующим требованиям разумности, справедливости и достаточности при имеющихся в деле доказательствах размер компенсации морального вреда в сумме 300 000 рублей. 

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ФИО3 подлежит взысканию в местный бюджет госпошлина в размере 300 рублей, от уплаты которой истец освобожден. 

На основании изложенного и, руководствуясь cт., ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей. 

Взыскать с ФИО3 в местный бюджет госпошлину в размере 300 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в Воронежский областной суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме через районный суд.

Судья Кирпичева А.С.

Решение суда в окончательной форме изготовлено 18.01.2019 года.