Дело № 2-4143/2019

УИД 32RS0027-01-2019-003180-16

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

09 сентября 2019 год г. Брянск

Советский районный суд г. Брянска в составе:

председательствующего судьи Бурлиной Е.М.,

при секретаре Дубовик О.А.,

с участием

представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Нестле Россия» к ФИО2 о признании сведений не соответствующими действительности,

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «Нестле Россия» (далее по тексту – ООО «Нестле Россия») обратилось в суд с иском к ФИО2 о признании сведений не соответствующими действительности, в которых с учетом уточнений указывает на то, что 04апреля 2019 года с электронной почты 

<

данные изъяты> на адреса электронной почты сотрудников ООО«Нестле Россия» поступило письмо, содержащее следующий фрагмент текста: «Необоснованно огромное количество документов на обработку персональных данных (ПДн) работников - запрошено Компанией к подписанию. Причем, мы должны разрешить передачу ПДн организациям, о которых ничего не знаем (

<

данные изъяты>). Такое количество согласий на обработку персональных данных позволит Компании: 

<

...> производить запросы о приобретении вами билетов на самолет и ЖД транспорт (в т. ч. нанимать адвокатов и частные розыскные агентства), с целью контроля вашего перемещения в периоды «больничного», в командировках и т.п. разъездах Таким образом, была использована полученная информация для увольнения за прогул ТСМа г. Орел». Указывает, что данные сведения были распространены ФИО2 и не соответствуют действительности. Так, в спорном письме в качестве контактного лица профсоюзной организации был указан «Д.Исаревич (+№..., 

<

данные изъяты>)». Также в системных свойствах файла «письмо для рассылки 2019», вложенного в спорное письмо, в качестве автора документа указаны инициалы ФИО2 («Дим Иса»). Эти же инициалы были указаны в свойствах иных документов, направленных ФИО2 с его личной почты 

<

данные изъяты>. Кроме того, ФИО2 переслал спорное письмо с электронной почты 

<

данные изъяты> на свою личную почту 

<

данные изъяты> и разослал его работникам ООО «Нестле Россия» на их личные электронные адреса. О том, что спорное письмо было разослано ответчиком также свидетельствует тот факт, что после получения работниками ООО «Нестле Россия» спорного письма IТ-отделом Истца была заблокирована массовая рассылка писем на корпоративные адреса работников. В связи с этим ФИО2 08 апреля 2019 года был вынужден направить письмо дружественному сотруднику А.К. на электронную почту 

<

данные изъяты>, со своей личной почты (

<

данные изъяты>). Также осознав, что ряд почтовых адресов, принадлежащих ответчику, заблокирован, он 08 апреля 2019 года предпринял попытку направления на свой корпоративный почтовый ящик 

<

данные изъяты> письма с иного стороннего адреса 

<

данные изъяты>. 09 апреля 2019 года в 14 часов 33 минуты ответчик направил письмо, содержащее оспариваемые сведения, в адрес большого количества третьих лиц. В спорном письме ответчик рекомендует работникам ООО «Нестле Россия» не подписывать согласия на обработку персональных данных по стандартной форме, утвержденной истцом, а подписывать согласия на обработку персональных данных только по форме, рекомендованной профсоюзной организацией, ссылаясь на то, что Общество якобы использовало согласия на обработку персональных данных по стандартной форме для сбора информации о работнике компании из г. Орел для его увольнения за прогул. То, что в спорном письме содержится утверждение о факте использования ООО«Нестле Россия» полученной на основании согласий на обработку персональных данных информации для увольнения за прогул ТСМа в г. Орел также подтверждается лингвистическим заключением от 11 июня 2019 года, подготовленным ФГБУН Института русского языка им. В.В. Виноградова РАН. В данном утверждении, как указывает истец, речь идет об увольнении Х., работавшего в Обществе на должности менеджера по продажам на территории в Департаменте продаж, группа по Липецкой и Орловской области. 06 ноября 2018 года Х. был уволен в связи с отсутствием на рабочем месте без уважительной причины по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, предоставив работодателю документы, содержащие не соответствующие действительности сведения о болезни, а сам направился в г.Краснодар. Информация о том, что Х., взяв больничный, направился в г.Краснодар, была получена истцом законным образом. О данном факте Обществу стало известно из содержания детализации услуг связи по корпоративному мобильному телефону, принадлежащему истцу и переданному Х. в пользование для выполнения своих трудовых обязанностей, из ответа ПАО «Аэрофлот» на адвокатский запрос, а также иных документов. При этом для получения данных документов Обществу не требовалось использовать согласия на обработку персональных данных. Таким образом, ООО «Нестле Россия» не использовало новые согласия на обработку персональных данных по стандартной форме для увольнения Х. за прогул, из чего следует, что распространенные ФИО2 сведения не соответствуют действительности. На основании изложенного, просит суд признать не соответствующими действительности следующие сведения, распространенные ФИО2 в отношении ООО«Нестле Россия»: «Необоснованно огромное количество документов на обработку персональных данных (ПДн) работников - запрошено Компанией к подписанию. Причем, мы должны разрешить передачу ПДн организациям, о которых ничего не знаем (

<

данные изъяты>). Такое количество согласий на обработку персональных данных позволит Компании: 

<

...> производить запросы о приобретении вами билетов на самолет и ЖД транспорт (в т. ч. нанимать адвокатов и частные розыскные агентства), с целью контроля вашего перемещения в периоды «больничного», в командировках и т.п. разъездах Таким образом, была использована полученная информация для увольнения за прогул ТСМа г. Орел».

В судебном заседании представитель истца по доверенности М.В.СБ. заявленные исковые требования поддержал в полном объеме, дополнительно пояснив, что в письме, направленном ответчиком 04 апреля 2019 года было вложено три текстовых файла в формате «Word». В письме, направленном ответчиком 28 апреля 2019 года, было вложено два текстовых файла в формате «Word». Согласно свойств указанных документов в качестве их автора указан «НР», однако в свойстве «Кем сохранен» указан «Дим Иса». Таким образом, ответчик является лицом, сохранившим последние изменения, внесенные в файлы, вложенные в письмо от 04 апреля 2019 года, направленное с его электронной почты. Кроме того, ООО «Нестле Россия» не требовалось согласие Х. на обработку персональных данных в силу положений пункта 7 части 1 статьи 6 Федерального закона «О персональных данных». 

ФИО2 возражал против удовлетворения заявленных исковых требований, указывая на то, что электронный адрес 

<

данные изъяты> ему не принадлежит. Пояснил, что любой сотрудник ООО «Нестле Россия» и любой член профсоюза «ООО «Нестле Россия» - Черноземье», в своем письме могли указать его номер личного телефона и адрес личной электронной почты. Эти данные являются открытыми для всех. Таким образом, данные обстоятельства не могут свидетельствовать о том, что именно он отправил спорное письмо. Данное письмо он получил от другого сотрудника компании, которая в свою очередь произвела его массовую рассылку. Поскольку он всего лишь переслала данное письмо нескольким сотрудникам Общества, он не может нести ответственности. Протокол осмотра от 23 мая 2019 года, представленный истцом в качестве доказательства, не может быть принят судом в качестве допустимого и достоверного доказательства по делу, поскольку о составлении данного протокола осмотра его не извещали. Исполняющий обязанности нотариуса, который производил данный осмотр, не обладает специальными познаниями в области информационных технологий, специалисты при обеспечении доказательств нотариусом не привлекались. В системных свойствах файла «Письмо для рассылки 2019», вложенного в спорное письмо, в качестве автора документа указано – «НР», а не «Дим Иса». Информация о свойствах документа «Уведомление о начале переговоров по ежегодной индексации ЗП по итогам 2018», которое было отправлено в ООО «Нестле Россия» с электронного адреса 

<

данные изъяты> не указана в протоколе, в связи с чем вывод истца о том, что эти же инициалы были указаны в свойствах иных документов не соответствует действительности. Также указал, что фраза, содержащаяся в спорном письме «ТСМ г. Орла» может относиться не только к Х. или вообще к сотрудникам других обществ (Компаний), перечисленных в спорном письме. Должность Х. именуется как «ТSМ» (Territory Sales Manager») и, если сложить аббревиатуру «менеджер по продажам на территории», то получиться «МПТ», а не «ТSМ». Если Х. в своем заявлении самостоятельно указал название своей должности как «ТСМ» - это вовсе не означает, что автором этих строк является он. Также местом работы Х. является г. Воронеж, а не г. Орел. В спорном письме не указано какая информация была использована для увольнения ТСМа г. Орел. Кроме того, в спорном письме указано, что «такое количество согласий на обработку персональных данных позволит компании:….», то есть было указание на будущее. Лингвистическое заключение от 11 июня 2019 года также не может быть принято в качестве допустимого доказательства по делу, поскольку произведено в частном порядке, а не по определению суда. В исследуемом тексте, после словосочетания «Таким образом» стоит запятая. Эта запятая позволяет трактовать данное словосочетание, как – «итак», «следовательно», «значит». Поэтому данная строка содержит в себе информацию о выводе или следствие, то есть о предположении, но никак о конкретном примере/факте использования информации о сотруднике для его увольнения за прогул. Кроме того, содержащаяся в спорном письме информация полностью соответствует действительности, поскольку Х. было подписано согласие на обработку персональных данных от 21 марта 2016года, без которого истец не имел права передавать его персональные данные третьим лицам для направления запроса в ПАО «Аэрофлот». Истец не доказал порочащий характер сведений, содержащихся в спорном письме, что в силу разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований. Также, по мнению ответчика, заявленные требования ООО «Нестле Россия» необходимо рассматривать в порядке особого производства. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Согласно пункту 10 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, правила пунктов 1 - 9 настоящей статьи, за исключением положений о компенсации морального вреда, могут быть применены судом также к случаям распространения любых не соответствующих действительности сведений о гражданине, если такой гражданин докажет несоответствие указанных сведений действительности.

Таким образом, пункт 10 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гарантирует судебную защиту в случаях распространения о лице не только сведений, порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию, но также любых сведений, если эти сведения не соответствуют действительности.

В силу пункта 11 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации правила настоящей статьи о защите деловой репутации гражданина, за исключением положений о компенсации морального вреда, соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица.

С учетом этого юридические лица и индивидуальные предприниматели как субъекты предпринимательской деятельности вправе защищать свою деловую репутацию путем опровержения порочащих их сведений или опубликования своего ответа в печати, а также заявлять требования о возмещении убытков, причиненных распространением таких сведений (Обзор судебной практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденный Постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 16 марта 2016 года). 

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», под распространением сведений следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам. 

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В силу пункта 9 постановления Пленума о защите чести и достоинства в соответствии со статьей 10 Конвенции и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности (абзац третий).

По данной категории дел истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений, а при заявлении требований по пункту 10 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации - также факт несоответствия сведений действительности. Вместе с тем такое распределение бремени доказывания не лишает ответчиков права доказывать факт соответствия сведений действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Как установлено судом, 04апреля 2019 года с электронной почты 

<

данные изъяты> от автора «Неравнодушные сотрудники» на адреса электронной почты сотрудников ООО«Нестле Россия» поступило письмо под названием «Письмо для рассылки 2019», которое содержало три текстовых файла в формате «Word» под названиями «Защитите свои законные права!», «Урежьте зарплату – вот Вам и оптимизация!» О чем врут владельцам бизнеса HR – гуру» и форму согласия работника ООО «Нестле Россия» на обработку персональных данных.

Текстовый файл «Защитите свои законные права!», содержал следующий фрагмент текста: «Необоснованно огромное количество документов на обработку персональных данных (ПДн) работников - запрошено Компанией к подписанию. Причем, мы должны разрешить передачу ПДн организациям, о которых ничего не знаем (

<

данные изъяты>). Такое количество согласий на обработку персональных данных позволит Компании: 

<

...> производить запросы о приобретении вами билетов на самолет и ЖД транспорт (в т. ч. нанимать адвокатов и частные розыскные агентства), с целью контроля вашего перемещения в периоды «больничного», в командировках и т.п. разъездах Таким образом, была использована полученная информация для увольнения за прогул ТСМа г.Орел».

Указанное письмо «Защитите свои законные права!» было подписано «Представитель Профсоюзной организации ООО «Нестле Черноземье». 

Согласно скриншотов сведений о свойствах указанных трех текстовых файлов в формате «Word», автором документа «Защитите свои законные права!» является «HP», дата последнего сохранения «31 марта 2019 года», кем сохранено «Дим Иса»; автором документа «Урежьте зарплату – вот Вам и оптимизация!» О чем врут владельцам бизнеса HR – гуру» «Владелец», дата последнего сохранения «31 марта 2019 года», кем сохранено «Дим Иса»; автором документа «Форма согласия работника Проф» Isarevich, Dmitriy, VORONEZH, Western Chains», дата последнего сохранения «31 марта 2019года», кем сохранено «Дим Иса». 

Кроме того, 09 апреля 2019 года на электронный адрес Б.Т. 

<

данные изъяты> от ФИО2 

<

<

данные изъяты>> поступило письмо под названием «Защитите свои права!», которое также содержало три текстовых файла в формате «Word» под названиями «Защитите свои законные права!», «Урежьте зарплату – вот Вам и оптимизация!» О чем врут владельцам бизнеса HR – гуру» и форму согласия работника ООО «Нестле Россия» на обработку персональных данных с аналогичным содержанием.

Указанное письмо подписано ответчиком с указанием рабочего и личного телефона для связи. 

Из скриншота с электронной почты 

<

данные изъяты> следует, что указанное письмо было направлено Д. Исаревичем еще 49 сотрудникам помимо Б.Т.. 

Свойства указанных документов аналогичны свойством документов, вложенных в письмо, отправленное 04 апреля 2019 года с электронной почты 

<

данные изъяты>.

Кроме того, из представленного стороной истца скриншота страницы электронной почты 

<

данные изъяты> следует, что письмо, направленное ответчиком, сотрудникам ООО «Нестле Россия» является пересылаемым сообщением.

Изложенные обстоятельства также подтверждаются протоколом осмотра от 23 мая 2019 года, подготовленного временно исполняющей обязанности нотариуса г. Москвы Т.Л. – М., а также протоколом осмотра от 26 июня 2019 года, подготовленного нотариусом г.Москвы Т.Л.

В целях выяснения принадлежности указанных электронных адресов судом был направлен запрос в ООО «Мэйл.Ру», согласно ответа которого у провайдера имеется следующая информация о пользователе электронного почтового ящика 

<

данные изъяты>: «Имя: Неравнодушные, Фамилия: Сотрудники, День рождения: 

<

дата>, Регистрация: №...»; о пользователе электронного почтового ящика 

<

данные изъяты>: «Имя: Исаревич, Фамилия: Дима, День рождения: 

<

дата>, Регитсрация: №..., телефон: №...».

Таким образом, из двух электронных адресов, указанных истцом, с которых произошла рассылка письма «Письмо для рассылки 2019» ответичку принадлежит электронный почтовый адрес 

<

данные изъяты>.

Факт принадлежности электронного почтового ящика 

<

данные изъяты> ФИО2 и пересылки им 09 апреля 2019 года письма под названием «Защитите свои права!», которое содержало три текстовых файла в формате «Word» под названиями «Защитите свои законные права!», «Урежьте зарплату – вот Вам и оптимизация!» О чем врут владельцам бизнеса HR – гуру» и форму согласия работника ООО «Нестле Россия» на обработку персональных данных ответчик в ходе судебного разбирательства не отрицал.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства дела нашел свое подтверждение факт распространения ФИО2 спорного письма с электронного адреса 

<

данные изъяты>, в связи с чем довод ответчика о том, что требования ООО «Нестле Россия» подлежат рассмотрению в порядке особого производства является несостоятельным и подлежит отклонению. 

Довод стороны истца о том, что принадлежность ответчику электронного адреса 

<

данные изъяты> подтверждается также указанием в разосланном с него спорном письме в качестве контактного лица профсоюзной организации «Д. Исаревич (+№..., 

<

данные изъяты>), суд находит несостоятельным, поскольку согласно текста спорного письма Д. Исаревич указан в нем в качестве председателя профсоюзной организации, с которым необходимо связаться, если лицо, прочитавшее данное письмо, решит вступить в Профсоюз. 

Обеспечение доказательств, размещенных в сети Интернет, может осуществляется путем их осмотра нотариусом (статья 103 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных ВС РФ 11 февраля 1993 года № 4462-1) и их фиксации посредством составления протокола с указанием в нем обстоятельств, обнаруженных при осмотре (пункт 45 Приказа Минюста России от 15 марта 2000 года № 91 «Об утверждении Методических рекомендаций по совершению отдельных видов нотариальных действий нотариусами Российской Федерации»). 

Фиксация нотариусом факта нарушения в сети Интернет может производиться без уведомления нарушителя, поскольку возможность удаления соответствующей информации относит данный случай к случаям, не терпящим отлагательств, в связи с чем довод ФИО2 о том, что протоколы осмотра от 23 мая 2019 года, подготовленного временно исполняющей обязанности нотариуса г. Москвы Т.Л. – М., а также от 26 июня 2019 года, подготовленного нотариусом г.Москвы Т.Л., являются недопустимыми доказательствами по делу, подлежит отклонению. 

Согласно, лингвистического заключения от 11 июня 2019 года, подготовленного старшим научным сотрудником отдела культуры русской речи ФГБУН Института русского языка им. В.В. Виноградова РАН., проведенный лингвистический анализ спорного текста позволяет заключить, что в указанном текстовом фрагменте письма под названием «Защитите свои законные права!» представителя Профсоюзной организации «ООО Нестле Черноземье» с учетом использованных средств и общей содержательно – смысловой направленности текста содержатся сведения в форме утверждения о факте использования Компанией полученной на основании согласий на обработку персональных данных информации для увольнения за прогул ТСМа в г. Орел.

Данное заключение составлено специалистом, обладающим специальными познаниями в области лингвистики, имеющего стаж работа по специальности более 25 лет, в связи с чем суд в силу статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимает его как допустимое и достоверное доказательство по делу.

Каких-либо иных доказательств, опровергающих выводы, изложенные в лингвистическом заключении от 11 июня 2019 года, стороной ответчика не представлено.

Ссылка ответчика на то, что из спорного письма невозможно установить, что речь идет о действиях ООО «Нестле Россия» является несостоятельной и опровергается содержанием данного письма.

При указанных обстоятельствах, факт распространения ответчиком сведений, касающихся ООО «Нестле Россия», нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела. 

Обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением ООО «Нестле Россия» указало, что сведения, содержащиеся в спорном письме «Защитите свои права!», в части указания на то, что подписание сотрудниками компании согласий на обработку персональных данных позволит Компании: 

<

...> производить запросы о приобретении ими билетов на самолет и ЖД транспорт (в т. ч. нанимать адвокатов и частные розыскные агентства), с целью контроля их перемещения в периоды «больничного», в командировках и т.п. разъездах. Таким образом, была использована полученная информация для увольнения за прогул ТСМа г.Орел» не соответствует действительности, поскольку менеджер по продажам на территории в Департаменте продаж, группа по Липецкой и Орловским областям Х. был уволен за прогул, информация о котором была получена Обществом из содержания детализации услуг связи по корпоративному мобильному телефону Х. и ответа ПАО «Аэрофлот» на адвокатский запрос, для получения которых истцу не требовалось согласие работника на обработку персональных данных. 

Как следует из приказа о прекращении/расторжении трудового договора с менеджером по продажам на территории Х. от 

<

дата> №..., последний был уволен по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за неоднократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей в виде прогула. 

Согласно данного приказа документами – основаниями, которые легли в основу увольнения Х., являются: служебная записка Б. от 06 сентября 2018 года, детализация услуг связи за период с 01 марта 2018 года по 05 сентября 2018 года, листок нетрудоспособности, письмо БУЗ Орловской области Поликлиника №... от 

<

дата> №..., письмо ПАО «Аэрофлот» от 03 октября 2018 года, письмо БУЗОрловской области Поликлиника №... от 

<

дата> №..., требование о предоставлении письменных объяснений от 24 октября 2018года, объяснения Х. от 26 октября 2018 года и служебная записка Б. от 29 октября 2018 года.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» персональные данные - любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных).

Оператор - государственный орган, муниципальный орган, юридическое или физическое лицо, самостоятельно или совместно с другими лицами организующие и (или) осуществляющие обработку персональных данных, а также определяющие цели обработки персональных данных, состав персональных данных, подлежащих обработке, действия (операции), совершаемые с персональными данными.

Обработка персональных данных представляет собой любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных;

В силу положений статьи 6 указанного Федерального закона обработка персональных данных должна осуществляться с соблюдением принципов и правил, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Обработка персональных данных допускается с согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных.

В период осуществления трудовой деятельности в ООО «Нестле Россия» Х. 21 марта 2016 года подписал согласие на обработку ООО «Нестле Россия» его персональных данных.

Согласно представленных стороной истца материалов служебной проверки, 21сентября 2018 года адвокатом Коллегии адвокатов «Т., Р., У.» П. на основании договора об оказании адвокатских услуг № 29У от 02/04/2018 в адрес ПАО «Аэрофлот» был направлен запрос о представлении сведений осуществлялось ли ПАО«Аэрофлот» в период с 25июня 2018 года по 07 июля 2018 года авиаперевозка гражданина Х. с указанием даты и маршрута. 

Полученная на основании указанного запроса адвокатом Коллегии адвокатов «Т., Р., У.» П. информация послужила основанием для подтверждения факта отсутствия Х. на рабочем месте без уважительной причины и его увольнения. 

Учитывая, что для направления адвокатского запроса и получения сведений о продажи Х. авиабилетов, что также является обработкой персональных данных, ООО «Несте Россия» на основании имеющегося у него согласия на обработку персональных данных, подписанного Х., передало адвокату Коллегии адвокатов «Т., Р., У.» П. его персональные данные, суд приходит к выводу, что информация, послужившая основанием для увольнения Х., была получена ООО «Нестле Россия» с использованием его соглашения на обработку персональных данных. 

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что сведения, содержащиеся в спорном письме «Защитите свои права!», соответствуют действительности. 

Довод истца о том, что ООО «Нестле Россия» не требовалось согласие Х. для получения сведений о его передвижении, поскольку в силу положений пункта 7 части 1 статьи 6 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» обработка персональных данных допускается также в случае когда она необходима для осуществления прав и законных интересов оператора или третьих лиц, в том числе в случаях, предусмотренных Федеральным законом «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях», либо для достижения общественно значимых целей при условии, что при этом не нарушаются права и свободы субъекта персональных данных, суд находит несостоятельным, основанном на неверном толковании нормы права.

Кроме того, согласно части 3 указанной статьи оператор вправе поручить обработку персональных данных другому лицу, что было сделано ООО«Нестле Россия» при даче поручения адвокату Коллегии адвокатов «Т., Р., У.», только с согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено федеральным законом, на основании заключаемого с этим лицом договора, в том числе государственного или муниципального контракта, либо путем принятия государственным или муниципальным органом соответствующего акта (далее - поручение оператора). 

Ссылка ООО «Нестле Россия» на то, что в спорном письме говорится о новых формах согласия работников на обработку персональных данных, что в своею очередь также указывает на несоответствие указанной информации действительности, поскольку Х. новые формы согласия на обработку персональных данных не подписывал, не имеет правового значения для разрешения настоящего спора, поскольку истцом при проведении служебного расследования по факту совершения Х. дисциплинарного проступка использовалось ранее данное согласие на обработку персональных данных, а сама фраза, которую истец просит признать несоответствующей действительности не содержит указания на то, что информация была получена с использованием новых форм согласия. 

Довод ответчика о том, что из спорного письма не следует, что речь идет об увольнении Х. подлежит отклонению, так как материалами дела, а именно справкой ООО «Нестле Россия» от 12 августа 2019 года, подтверждается, что за период с 01 января 2018 года по настоящее время каких-либо иных работников Компании, место выполнения трудовых функций которых являлся г. Орел и уволенных за прогул, кроме менеджера по продажам на территории (Territory Sales Manager, «TSM» либо «ТСМ» аббревиатура названия должности русскими буквами) Х. не было. 

Как указывалось ранее, порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении юридическим лицом действующего законодательства, которые умаляют деловую репутацию юридического лица.

Деловая репутация организации - это качественная оценка участниками гражданского оборота деятельности данного юридического лица.

Вместе с тем, истцом не доказан порочащий характер данных сведений. Распространение ответчиком сведения не содержат утверждения о нарушении истцом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, нарушении деловой этики либо иного, что умаляло бы его деловую репутацию.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что ООО«Нестле Россия» в нарушении требований положений пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» не доказало порочащий характер распространенных сведений и их несоответствие действительности, в связи с чем исковые требования не подлежат удовлетоврению.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований Общества с ограниченной ответственностью «Нестле Россия» к ФИО2 о признании сведений, распространенных ФИО2 в отношении ООО «Нестле Россия», не соответствующими действительности, отказать.

Советский районный суд г. Брянска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Е.М. Бурлина 

Решение в окончательной форме изготовлено 16.09.2019 года. 

Судья Е.М. Бурлина