КОПИЯ

дело № 2-5237/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 ноября 2019 года город Уфа

Октябрьский районный суд города Уфы Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи Зиновой У.В.,

при секретаре Казанцевой В.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «Малина» о признании договора уступки прав (цессии) недействительным (ничтожным)

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в Уфимский районный суд Республики Башкортостан с указанным иском, ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2, ФИО3 и ООО «Уфимский кредит» (ООО «ИРСАкредит») заключен денежного займа №, согласно условиям которого ООО «Уфимский кредит» передало заемщикам денежные средства в размере 800000 рублей на осуществление капитального ремонта и/или иное неотделимое улучшение объекта недвижимости: жилом доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>. Денежные средства в указанном размере были перечислены по реквизитам на счет в филиале ОАО «Уралсиб». Дополнительным соглашением № к договору денежного займа № от ДД.ММ.ГГГГ стороны определили сумму займа в размере 832000 рублей, актом приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ переданы денежные средства 32000 рублей. Кроме того ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2, ФИО3 и ООО «Уфимский кредит» (ООО «ИРСАкредит») заключен договор ипотеки собственного жилья №, в соответствии с условиями которого Г-вы передали в залог ООО «Уфимский кредит» следующее имущество: жилое помещение, этаж №,этаж №, номера на поэтажном плане №, общей площадью 108,5 кв.м., расположенное на земельном участке с кадастровым номером №. адрес местонахождения: 

<

адрес>, принадлежащее ФИО2 и ФИО3, по 1/2 доли в праве собственности. А также земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: отдельно стоящие индивидуальные жилые дома на одну семью, коттеджи, кадастровый номер: №, общей площадью 400 кв.м., расположение: установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, адрес местонахождения: 

<

адрес>, принадлежащий ФИО2, ФИО3 по 1/2 доли в праве собственности. Вместе с тем, ДД.ММ.ГГГГ между ООО «ИРСАкредит» и ООО «Малина» заключен договор уступки прав (цессии) № С32, согласно которому ООО «ИРСАкредит» уступило свои права требования по договору денежного займа от ДД.ММ.ГГГГ и договору ипотеки собственного жилья № от ДД.ММ.ГГГГ ООО «Малина». Истец полагает указанный договор цессии недействительным, поскольку ФИО2, согласия на уступку прав требования не предоставляла, по указанному договору переданы права неразрывно связанные с личностью кредитора, в договоре не содержится сведений о его государственной регистрации, тогда как права залогодержателя считаются возникшими с момента внесения записи об ипотеки в ЕГРНП. Кроме того, ФИО2 не давала согласия на обработку персональных данных, а также ответчиком не доказана возмездность договора уступки прав требования № от ДД.ММ.ГГГГ.

На основании изложенного просила признать недействительным договор уступки прав (цессии) № № от ДД.ММ.ГГГГ. 

Определением Уфимского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ гражданское дело передано в Октябрьский районный суд города Уфы РБ для рассмотрения по подсудности.

Судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечен ФИО3, поскольку несмотря на указание его как истца в исковом заявлении, иск подписан только от имени ФИО2 и без какого-либо указание на его подачу и от имени ФИО3

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 об привлечении его к участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования не ходатайствовал. 

ФИО3 на судебное заедание не явился, извещен надлежащим образом, что подтверждается распиской, о причинах неявки не сообщил.

ООО «ИРСАкредит» к участию в дел не привлекалось, поскольку деятельность юридического лица прекращена ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, суд, предприняв меры, предусмотренные ст. 113 ГПК Российской Федерации, для надлежащего извещения участников процесса о времени и месте рассмотрения гражданского дела, полагает возможным рассмотреть дело в силу ст. 167 ГПК РФ в, отсутствие неявившихся лиц.

ФИО2 поддержала исковые требования, просила удовлетворить по изложенным в исковом заявлении основаниям.

Представитель ФИО4 – ФИО5 исковые требования поддержала, просила удовлетворить по изложенным в исковом заявлении основаниям, указав на то, что ответчик не является юридическим лицом, осуществляющим профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, в реестре микрофинансовых организаций не значится. 

Представитель ООО «Малина» ФИО6 с иском не согласилась, поддержав письменные возражения, указав на то, что у истца отсутствуют права для обращения в суд о признании недействительной сделки, стороной которой она не является, кроме того в кредитном договоре и договоре ипотеки личность кредитора не имеет существенного значения для должника, ипотека в отношении объектов недвижимости зарегистрирована ООО «Малина» в установленном порядке в Управлении Росреестра по РБ ДД.ММ.ГГГГ, право передачи прав третьим лицам также закреплено в п.3.2.5 договора займа и в п.2.4.4 договора ипотеки собственного жилья, согласие на обработку персональных данных также дано ФИО2 при заключении договора займа в анкете, ссылка на безвозмездность договора уступки прав не обоснована, поскольку правоотношения в части оплаты по договору цессии возникли между ООО «Малина» и ООО «ИРСА кредит», которые в п.3.1 договора определили, что договор является возмездным, и в акте от ДД.ММ.ГГГГ отразили, что денежные средства переданы цессионарием цеденту в полном объеме. 

Суд, выслушав участника процесса, исследовав письменные доказательства, оценив юридически значимые обстоятельства по делу, приходит к следующему.

Судом установлено, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2, ФИО3 и ООО «Уфимский кредит» (ООО «ИРСАкредит») был заключен договор денежного займа №, согласно условиям которого ООО «Уфимский кредит» передало заемщикам денежные средства в размере 800000 рублей на осуществление капитального ремонта и/или иное неотделимое улучшение объекта недвижимости: жилом доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>. Денежные средства в указанном размере были перечислены по реквизитам на счет в филиале ОАО «Уралсиб». Дополнительным соглашением № к договору денежного займа № от ДД.ММ.ГГГГ стороны определили сумму займа в размере 832000 рублей, актом приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ переданы денежные средства 32000 рублей. Заем предоставляется сроком на 183 дня, с уплатой процентов за пользование займом в размере 8 % в месяц.

Кроме того ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2, ФИО3 и ООО «Уфимский кредит» (ООО «ИРСАкредит») заключен договор ипотеки собственного жилья №, в соответствии с условиями которого Г-вы передали в залог ООО «Уфимский кредит» следующее имущество: жилое помещение, этаж №,этаж №, номера на поэтажном плане №, общей площадью 108,5 кв.м., расположенное на земельном участке с кадастровым номером №. адрес местонахождения: 

<

адрес>, принадлежащее ФИО2 и ФИО3, по 1/2 доли в праве собственности. А также земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: отдельно стоящие индивидуальные жилые дома на одну семью, коттеджи, кадастровый номер: №, общей площадью 400 кв.м., расположение: установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, адрес местонахождения: 

<

адрес>, принадлежащий ФИО2, ФИО3 по 1/2 доли в праве собственности. 

В соответствии ч. 1 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону. Право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона, в соответствии ч. 1 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу ч. 1 ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором, по смыслу ч. 2 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (п. 3).

В силу части 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

25 июня 2018 года между ООО «ИРСАкредит» и ООО «Малина» заключен договор уступки прав (цессии) №, согласно которому ООО «ИРСАкредит» уступило свои права требования по договору денежного займа от ДД.ММ.ГГГГ и договору ипотеки собственного жилья № от ДД.ММ.ГГГГ ООО «Малина».

Согласно пункту 3.1 договора, стоимость уступаемых прав составила 439452 рубля. Оплата указанной суммы производится до подписания договора любым законным способом, в том числе проведением взаимозачета.

В силу части 2 статьи 389 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение об уступке требования по сделке, требующей государственной регистрации, должно быть зарегистрировано в порядке, установленном для регистрации этой сделки, если иное не установлено законом.

Из дел правоустанавливающих документов на земельный участок и жилой дом, и выписок из ЕГРНП, поступивших по запросу суда, следует, что договор уступки прав цессии по договору об ипотеке собственного жилья зарегистрирован в Управлении Росреестра по РБ 07.09.2018. Зарегистрировано обременение на земельном участке и жилом помещении в пользу ООО «Малина», таким образом, довод о том, что договор ипотеки не прошел в установленном порядке государственную регистрацию, является несостоятельным.

Наряду с этим, доводы истца о том, что ею не было дано согласие на уступку прав по договору, а переданные права были неразрывно связано с личность, являются необоснованными и опровергаются материалами дела.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Так, из пунктов 3.2.5 договора займа от ДД.ММ.ГГГГ № № и п. 2.4.4. договора ипотеки собственного жилья от ДД.ММ.ГГГГ № займодавец вправе передать свои права по договорам другому лицу в соответствии с требованиями законодательства, с передачей прав и обязанностей по данным договорам.

В связи с данными условиями договора денежного займа и договора ипотеки собственного жилья, дополнительное согласие должника на уступку права требования не требуется (пункт 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Наряду с этим, согласно разъяснениям, данным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» уступка права, совершенная в нарушение законодательного запрета, является ничтожной (пункт 2 статьи 168 ГК РФ, пункт 1 статьи 388 ГК РФ). Например, ничтожной является уступка прав бенефициара по независимой гарантии без одновременной уступки тому же лицу прав по основному обязательству (абзац второй пункта 1 статьи 372 ГК РФ). Статья 383 ГК РФ устанавливает запрет на уступку другому лицу прав (требований), если их исполнение предназначено лично для кредитора-гражданина либо иным образом неразрывно связано с его личностью. При этом следует принимать во внимание существо уступаемого права и цель ограничения перемены лиц в обязательстве. Например, исходя из положений пункта 7 статьи 448 ГК РФ запрет уступки прав по договорам, заключение которых возможно только путем проведения торгов, не затрагивает требований по денежным обязательствам.

При оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 ГК РФ необходимо исходить из существа обязательства.

Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (пункт 2 статьи 382 ГК РФ).

Возможность уступки требования не ставится в зависимость от того, является ли уступаемое требование бесспорным, обусловлена ли возможность его реализации встречным исполнением цедентом своих обязательств перед должником (пункт 1 статьи 384, статьи 386, 390 ГК РФ).

Если иное не установлено законом, отсутствие у цессионария лицензии на осуществление страховой либо банковской деятельности не является основанием недействительности уступки требования, полученного страховщиком в порядке суброгации или возникшего у банка из кредитного договора.

Вместе с тем, из существа обязательства, данного ФИО2, ФИО3 ООО «Уфимский кредит» не следует, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, а потому у суда не имеется оснований прийти к выводу о том, что исполнение обязательства предназначено лично для кредитора.

Доводы истца о том, что ООО «Малина» не является юридическим лицом, осуществляющим профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, в реестре микрофинансовых организаций не значится, основанием к признанию договора цессии недействительным не является. 

По настоящему делу ООО «Уфимский кредит» (ООО «ИРСАкредит») заемщикам предоставлена финансовая услуга, споры из которой отнесены к сфере регулирования Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей». При этом ООО "Уфимский кредит" не является кредитным учреждением, поэтому оно вправе, тем более, имея согласие заемщиков, уступить права требования иной организации, не имеющей лицензии на осуществление банковской деятельности. 

Кроме того, в соответствии с Федеральным законом от 2 июля 2010 года N 151-ФЗ "О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях" на который ссылается истец, микрофинансовая деятельность не подлежит лицензированию.

Наряду с этим не имеется оснований к признанию договора цессии недействительным и по основанию отсутствия согласия Горшковой Ю.А, согласия на обработку персональных данных. Данные доводы материалами дела опровергаются.

Так, из пункта 8.6 договора займа от 23.04.2015 № С32 и пункте 5.15 договора ипотеки собственного жилья от 23.04.2015 № 32 следует, что подписав договор, заемщик, а также все созаемщики предоставляют займодавцу (либо другому лицу, которому займодавец передал права и обязанность по договору) свое письменное согласие на обработку (сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение, передачу (распространение, предоставление, доступ)) и совершение любых действий (операций) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств, с персональными данными, указанными в договоре и в иных документах, полученных для целей заключения и исполнения договора. Предусмотренные данным пунктом положения о предоставлении должником согласия кредитору на обработку, передачу и совершение любых действий с персональными данными, указанными в договоре, распространяются, в том числе, и на лиц, имеющих намерение приобрести у займодавца права и обязанности по договору. 

Договор подписан ФИО2, ФИО3, а потому в силу буквального толкования указанных пунктов договоров ими дано согласие на обработку персональных данных. 

Наряду с этим, истец как основание для признания договора цессии недействительным, указывает на фактическую безвозмездность договора цессии. Между тем, указанные доводы опровергаются материалами дела.

Так, согласно пункту 3 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное.

Ни законом, ни иными правовыми актами не предусмотрен безвозмездный характер уступки требования.

Существо оспариваемого договора также не позволяет считать его безвозмездным. 

Согласно акту об исполнении обязательств по договору уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ Цессионарий (ООО «ИРСАкредит») передал, а Цедент (ООО «Малина») получил денежные средства в размере 439452 рублей в качестве полного расчета за полученное право требования, а Цедент передал, а Цессионарий принял все документы, подтверждающие право требования. Подписанием данного акта стороны подтвердили, что ими исполнены все предусмотренные договором обязанности. 

Таким образом, суд не усматривает обязательного признака договора дарения, которым в силу положений пункта 2 статьи 572 ГК РФ должно служить вытекающее из соглашения о цессии очевидное намерение передать право в качестве дара. Из договора цессии от ДД.ММ.ГГГГ № это намерение не усматривается.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной, ничтожной, обязано доказать наличие оснований недействительности сделки.

Вместе с тем, в нарушение указанной нормы закона, истцом не представлено каких-либо объективных доказательств, свидетельствующих о наличии правовых оснований для применения к оспариваемой сделке положений главы 2 части 1 Гражданского Кодекса РФ.

Кроме того, суд отмечает, что исковое заявление об оспаривании договора уступки прав (цессии) от ДД.ММ.ГГГГ по договору денежного займа, заключенного ООО «Уфимский кредит» с ФИО2, ФИО3, и договору ипотеки собственного жилья, заключенного с ФИО2, ФИО3, заявлено только ФИО2 ФИО3 с иском ФИО2 согласился, однако сам указанный договор как лицо, в отношении которого уступлено право требования, не оспаривал.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Малина» о признании недействительным (ничтожным) договора уступки прав (цессии) № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ООО «ИРСАкредит» и ООО «Малина».

На решение может быть подана апелляционная жалоба в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме через Октябрьский районный суд города Уфы Республики Башкортостан.

Судья Октябрьского 

районного суда г.Уфы РБ подпись У.В. Зинова