Дело № 2-744/2020

УИД: 70RS0009-01-2020-000735-96

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 ноября 2020 года Северский городской суд Томской области в составе:

председательствующего-судьи Карабатовой Е.В.,

при секретаре Кириленко М.А.,

помощник судьи Родионова Е.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в г. Северске Томской области в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО1 к муниципальному общеобразовательному учреждению «Средняя общеобразовательная школа № 198» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к муниципальному бюджетному общеобразовательному учреждению «Средняя общеобразовательная школа № 198» (далее – МБОУ «СОШ № 198»), в котором просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 30000 руб.

В обоснование исковых требований указал, что он работал в МБОУ «СОШ №198» г. Северска Томской области в должности аппаратчик химводоочистки бассейна на основании трудового договора от 14.06.2005. Приказом директора МБОУ «СОШ № 198» от 14.02.2020 № 24 л/с истец был уволен с 19.02.2020 на основании подпункта «б» пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ - однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей - появление на работе в состоянии алкогольного опьянения. Трудовая книжка получена истцом 25.02.2020. С увольнением истец не согласен, поскольку в состоянии опьянения не находился, работодатель допустил нарушение закона. 20.11.2019 (в среду) во время смены у него поднялось давление, и он отпросился у заведующего бассейном ФИО3, по указанию которого написал соответствующее заявление на имя ФИО3 Истец непрерывно работал 19 и 20 ноября 2019, и заболел на вторые сутки работы, а 23.11.2019, выйдя на работу, истец был отстранен Е., вместо него на смену заступил В. Об отстранении истцу было сообщено устно, никаких приказов ему не предъявляли. 24.11.2019 истец был госпитализирован с диагнозом инфаркт и находился на больничном по 19.02.2020, в соответствии с листком нетрудоспособности истцу было предписано приступить к работе с 20.02.2020. Истцу 15.01.2020 было вручено уведомление о необходимости дачи письменных объяснений по факту отсутствия на рабочем месте, из которого он узнал, что его обвиняют в отсутствии на рабочем месте 20.11.2019 с 19:00 час. по 21.11.2019 до 09:00 час. От таких обвинений у него ухудшилось самочувствие, и 19.01.2020 он опять был экстренно госпитализирован, и в стационаре он находился до 27.01.2020, после был выписан на амбулаторное лечение. 03.02.2020 истец предоставил работодателю письменное объяснение по событиям 20.11.2019. 05.02.2020 истец подал работодателю заявление по факту незаконности его отстранения 23.11.2019. Из ответа на это заявление следует, что факт его отстранения оформлен распоряжением **, однако и с ним истца никто не ознакомил. 19.02.2020 истцу была вручена копия приказа об увольнении ** л/с в период временной нетрудоспособности. Также истцу вручили копию приказа ** л/с от 29.11.2019, из которого следует, что 20.11.2019 он был отстранен от работы в связи с опьянением и направлен на медицинское освидетельствование. 18.03.2020 истец обратился в Северский городской суд Томской области с исковым заявлением о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе, поскольку содержание вышеуказанного приказа не соответствует действительности, истец ушел с работы с разрешения руководителя в связи с плохим самочувствием, никто и никогда не направлял истца на медицинское освидетельствование. Считает, что все документы о его якобы проступке изготовлены работодателем в иные сроки и для прикрытия своих незаконных действий, а увольнение произведено с нарушением ч. 6 ст. 81 ТК РФ, поскольку трудовой договор прекращен в период временной нетрудоспособности работника. 29.04.2020 ответчиком издан приказ ** л/с об отмене приказа от 14.01.2020 ** лс об увольнении ФИО1 по подпункту б п. 6 ч. 1 статьи 81 ТК РФ, как изданный в нарушение статьи 193 ТК РФ. С 01.05.2020 истец восстановлен в прежней должности. При определении компенсации морального вреда просит суд учесть объем нарушенных прав истица, период нарушения, поведение работодателя и степень его вины при нарушении трудовых прав работника. Считает, что работодатель совершил в отношении него (истца) неправомерные действия, выразившиеся в незаконном применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения с работы по компрометирующему основанию, которые не могли не вызвать у истца соответствующих нравственных страданий. 

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, что 20.11.2019 он вышел на работу, а в 18.00 час. у него закружилась голова, его стало качать, чувствовал себя очень плохо. Он подошел к заведующему бассейном ФИО3, сообщил о своем самочувствии и попросил, чтобы его отпустили с работы. ФИО3 сказал, что он написал заявление о том, чтобы его отпустили с работы по состоянию здоровья. Он написал заявление, отдал его ФИО3 Никаких актов в отношении него не составлялось, никто его от работы не отстранял, никто его не направлял на медицинское освидетельствование. В 18.30 часов 20.11.2019 он ушел с работы, домой его увез на машине его друг. Дома выяснилось, что у него поднялось давление до 190. Поскольку его смена была только 23.11.2019, то он решил отлежаться дома и бригаду скорой помощи он не вызвал. Ухудшение здоровья связывает с переутомлением на работе, поскольку работает сутки через двое. 21.11.2019 ему стало легче, и он поехал на работу, чтобы забрать ключи от машины. В 09.00 час. 23.11.2019 он приехал на работу, а инженер Е. в присутствии аппаратчиков М. и Г. сказал, чтобы он уходил домой, так как его отстранили от работы, потому что он 20.11.2019 был в состоянии алкогольного опьянения, в связи с этим на него составлена бумага. Он сразу стал звонить ФИО3, но не дозвонился. От произошедшего ему стало плохо, он всю ночь не спал, а 24.11.2019 разболелось сердце и он вызвал бригаду скорой помощи и его увезли в реанимацию в НИИ кардиологии. В больнице он находился до 29.11.2019, а после его выписали на амбулаторное лечение. На амбулаторном лечении он находился до января 2020 года. 13.01.2020 он приехал на работу, где ему сказали, что документы на его увольнение в отделе кадров. Директор школы Д. сказал, чтобы он пришел к нему 15.01.2020 для ознакомления с документами об увольнении. 15.01.2020 он пришел к директору школы, и в присутствии ФИО3, Е., заместителя директора по безопасности, начальника отдела кадров ему зачитали о его увольнении, но документы об увольнении не дали, сказали, приходить потом. Из-за произошедшего ему стало хуже, и 19.01.2020 он вызвал бригаду скорой помощи и его отвезли в Областную клиническую больницу. На больничном он находился до 19.02.2020. Он привез на работу больничный лист, а ему представили приказ о его увольнении. Он снова зашел к директору Д., говорил, что его увольнение незаконно, так как он не находился 20.11.2019 в состоянии алкогольного опьянения. 20 или 21.02.2020 он обратился в трудовую инспекцию, прокуратуру, а после 18.03.2020 в суд. В период с 19.02.2020 по 01.05.2020 он не работал, жили они с супругой на пенсию супруги, которая составляет 14000 рублей в месяц. За коммунальные услуги они платят около 4000 рублей. Дополнительных источников дохода, помимо работы, у него нет. 30.04.2020 ему сообщили, что он восстановлен на работе и нужно пройти медицинскую комиссию. 30.04.2020 он прошел медицинскую комиссию, противопоказаний никаких не было, признан годным. 01.05.2020 он вышел на работу, получил приказ о восстановлении на работе, ему также оплатили период его отсутствия на работе с февраля по 01.05.2020, в мае перевели 52000 руб. Однако, работодатель не принес ему никаких извинений, материально не компенсировал причиненный моральный вред. Ему до настоящего времени не понятно, за что ему это было сделано, он переживал из-за такой несправедливости, из-за чего попал в больницу. По настоящее время принимает лекарственные препараты. 

Представитель ответчика МБОУ «СОШ № 198» ФИО3, действующий на основании доверенности от 20.03.2020 и от 27.08.2020, сроком на один год, в судебном заседании исковые требования не признал. Поддержал возражения на исковое заявление, из которых следует, что ФИО1 был восстановлен на работе приказом от 29.04.2020 ** л/с, о чем в трудовую книжку внесена запись об отмене приказа. Кроме того, ему начислена и выплачена компенсация среднего заработка за период с 20.02.2020 по 30.04.2020, за период с 24.11.2019 по 19.02.2020, а также за весь период нахождения на лечении ему выплачено пособие по временной нетрудоспособности. Факт присутствия ФИО1 на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения установлен комиссией и заактирован, объяснительная получена. При определении размера компенсации морального вреда просил учесть, что работодатель восстановил работника во внесудебном порядке, компенсировал работнику средний заработок, при том, что сотрудник совершил дисциплинарный проступок. Вина ответчика при увольнении заключалась в ошибочном увольнении с 19.02.2020, а не с 20.02.2020. Работодатель не имел умысла в незаконном увольнении и полностью компенсировал работнику причитающиеся суммы. В связи с чем просил в иске отказать. Дополнительно пояснил, что истец должен был выйти на работу 20.11.2019 в 09.00 час., а он пришел а в алкогольном опьянении, составили все необходимые акты. Истец, без каких-либо распоряжений, отработал две смены подряд и никого не предупредил. Полагал, что истец был болен еще до момента его отстранения от работы. 

Суд, заслушав объяснения истца ФИО1, его представителя ФИО2, поддержавшую доводы истца, представителя ответчика МБОУ «СОШ № 198» ФИО3, допросив свидетеля А., изучив письменные материалы дела, оценив доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, приходит к следующему. 

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на труд, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда (часть 1, 2 статья 37).

Согласно ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) трудовые отношения – это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

На основании ст. 21 ТК РФ работник имеет право, в том числе на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами; своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В силу ст. 22 ТК РФ работодатель имеет право, в том числе, заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами. Работодатель обязан, в том числе: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами.

Согласно ст. 84.1 ТК РФ прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя.

В силу абзацев 1 и 9 ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

В случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 14.06.2005 был принят в МБОУ «СОШ № 198» г. Северска Томской области на должность аппаратчика химводоочистки бассейна на неопределенный срок, что подтверждается трудовой книжкой AT-II **, выданной ФИО1 **.**.****, вкладышем в трудовую книжку ВТ **, заполненным 07.04.2008; дополнительным соглашением ** от 01.09.2014 к трудовому договору ** от 14.06.2005, заключенному между МБОУ «СОШ **» и ФИО1 

В период с 24.11.2019 по 19.02.2020 истец являлся нетрудоспособным вследствие заболевания, что подтверждается листками нетрудоспособности **, выданными 29.11.2019 Томским НИМЦ НИИ кардиологии, ** от 02.12.2019, ** от 23.12.2019, а также от 28.01.2020, выданными ФГБУ СибФНКЦ ФМБА России, **, выданным 27.01.2020 ОГАУЗ ТОКБ. 

Приказом МБОУ «СОШ **» от 29.11.2019 ** л/с «О нарушении трудовой дисциплины, об отстранении от работы, о наказании за нарушение» за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей – появление на работе в состоянии алкогольного опьянения уволить аппаратчика ХВР бассейна школы ФИО1 В связи с нахождением ФИО1 в настоящее время на больничном, произвести процедуру наказания за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей – появление на работе в состоянии алкогольного опьянения по окончании больничного. Днем увольнения считать последний день листка нетрудоспособности. 

В подтверждение нахождения ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения представлены: 

- акт от 20.11.2019, составленный заведующим бассейном ФИО3, инженером Е., лаборантом Л. о том, что ФИО1 отказался в написании объяснительной по факту отстранения от работы в связи с признаками алкогольного опьянения;

- акт от 20.11.2019, составленный заведующим бассейном ФИО3, инженером Е., лаборантом Л., в 19.00 час., о том, что ФИО1 находился в алкогольном опьянении, имелись признаки: покраснение кожи лица, запах алкоголя при дыхании, несвязанная речь. В связи с чем ФИО1 заведующим бассейна ФИО3 был отстранен от работы 20.11.2019 с 19.00 час. для прохождения медицинского освидетельствования;

- две служебные записки ФИО3 от 20.11.2019 и от 21.11.2019 о том, что ФИО1 совершил прогул 20.11.2019, с 00.00 час. до 09.00 час. 21.11.2019 отсутствовал на рабочем месте, не представил никаких документов о причинах отсутствия;

- распоряжение ** от 22.11.2019 о том, что в связи с не представлением ФИО1 справки об отсутствии алкогольного опьянения, считать 20.11.2019 ФИО1 прогулом (отсутствие на рабочем месте до 12 час.). Отстранить ФИО1 от дальнейшей работы до предоставления справки об отсутствии алкогольного опьянения;

- акты от 22.11.2019 и от 23.11.2019, составленные заведующим бассейна ФИО3, инженером по ПП Е., хим. лаборантом Л. о том, что ФИО1 отказался подписывать распоряжение ** от 22.11.2019; ФИО1 не представил справку медицинского освидетельствования об отсутствии алкогольного опьянения 20.11.2019 и не вышел на работу в этот день, от объяснительной отказался; 

- уведомление от 15.01.2010 о необходимости ФИО1 предоставить объяснения в письменном виде в отдел кадров в связи с отсутствием на рабочем месте 20.11.2019 с 19.00 час. до 09.00 час. 21.11.2019. В котором также имеется объяснительная ФИО1 от 31.01.2020 о том, что 20.11.2019 он находился на работе, а в 18.00 час. у него поднялось давление, появилась слабость и головокружение, он принял лекарство и попросил ФИО3 отпустить его домой по состоянию здоровья, на что он согласился. В 18.30 час. он написал ему заявление и уехал домой;

- заявление ФИО1 от 05.02.2020 о том, что 23.11.2019 в 08.10 час. он вышел на работу, и на рабочем месте инженер Е. в присутствии В. и М. ему сказал, что ему звонил ФИО3 и сказал не допускать ФИО1 к работе, работать за него будет В. Считает действия ФИО3 и Е. неправомерными и незаконными. Просил отменить приказ о его прогуле 23.1.2019, и считать 23.11.2019 вынужденным прогулом по вине руководства бассейна;

- ответ МБОУ «СОШ **» от 1.02.2020 ** о том, что согласно акта от 20.11.2019 ФИО1 был отстранен от работы в связи с выявленными признаками алкогольного опьянения и составлением соответствующего акта 20.01.2019 в 19.00 час. и подписанного тремя работниками бассейна. Приказа о его прогуле 23.1.2019 нет, так как он был отстранен от дальнейшей работы распоряжением ** от 2.1.2019, поэтому нет оснований считать 23.01.2019 вынужденным прогулом, а тем боле рабочим днём.

Согласно приказу (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 14.02.2020 ** л/с прекращено действие трудового договора от 14.06.2005 № б/н, ФИО1 уволен 19.02.2020 за однократное грубое нарушение работником трудовых отношений – появление на работе в состоянии алкогольного опьянения, по подпункту б пункта 6 части 1 ст. 81 ТК РФ. С указанным приказом ФИО1 был ознакомлен 19.02.2020, не согласен, указал, что обратится в трудовую инспекцию, прокуратуру, суд, о чем имеется данная запись ФИО1 в данном приказе. 

Однако, актом проверки Государственной инспекции труда в Томской области **-ОБ/12-1959-И/72-103 от 01.04.2020 установлен факт незаконного увольнения аппаратчика ХВО бассейна ФИО1, а именно, издание приказа **лс от 14.02.2020 об увольнении во время временной нетрудоспособности работника в нарушение статьи 193 ТК РФ «Применение дисциплинарных взысканий».

В связи с чем, предписанием Государственной инспекции труда в Томской области **-ОБ/12-1959-И/72-103 от 01.04.2020 «Об устранении выявленных нарушений», полученным 23.04.2020, на МБОУ «СОШ **» возложена обязанность устранить нарушение трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, а именно отменить приказ от 14.02.2020 года **лс об увольнении ФИО1 по подпункту б) пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ, как изданный в нарушении статьи ст. 193 ТК РФ. 

Приказом МБОУ «СОШ **» от 29.04.2020 ** л/с отменен приказ от 14.02.202 **л/с об увольнении ФИО1 по подпункту б пункта 6 части 1 ст. 81 ТК РФ, как изданный в нарушении статьи ст. 193 ТК РФ. ФИО1 восстановлен в должности аппаратчика ХВО бассейна с **.**.****. Приступить ФИО1 к работе после обязательного прохождения медицинского осмотра по графику работы аппаратчиков ХВО бассейна. Указано на необходимость внести запись в трудовую книжку об отмене приказа об увольнении и восстановлении в прежней должности.

Как следует из справки МБОУ «СОШ **» от 03.07.2020 ** ФИО1 находился на лечении согласно следующих листков нетрудоспособности: ** от 29.11.2019 (24.11.2019-02.12.2019); ** от 02.12.2019 (03.12.2019 - 23.12.2019); ** от 23.12.2019 (24.12.2019 - 22.01.2020); ** от 27.01.2020 (23.01.2020 - 28.01.2020); ** от 28.01.2020 (29.01.2020 - 19.02.2020). Оплата пособия по временной нетрудоспособности за указанные периоды произведена следующим образом: пособие за первые три календарных дня нетрудоспособности с 24.11.2019 по 26.11.2019 ФИО1 начислено и выплачено МБОУ «СОШ **» в декабре 2019 г. в сумме 2122,92 руб., которое за минусом налога на доходы физических лиц в сумме 276 руб., составило 1846,92 руб. Пособие за последующие дни с 27.11.2019 по 19.02.2020 ФИО1 начислено и выплачено ГУ - ТРО ФСС РФ.

Из справки МБОУ «СОШ **» от 03.07.2020 ** следует, что приказом от 29.04.2020 ** л/с ФИО1 восстановлен в должности аппаратчик ХВО бассейна с 01.05.2020. Приказом от 06.05.2020 ** л/с утверждён расчёт размера среднего часового заработка и размера среднего заработка за время вынужденного прогула с 20.02.2020 по 30.04.2020. За указанный период согласно расчёту в мае 2020 года ФИО1 начислена компенсация среднего заработка в сумме 59874,10 руб. С начисленной суммы компенсации удержан налог на доходы физических лиц 7 784 рубля. Платежным поручением от 14.05.2020 ** по реестру ** от 12.05.2020 произведена выплата среднего заработка за время вынужденного прогула (за минусом НДФЛ) в сумме 52090,10 руб. 

Таким образом, в судебном заседании установлено, что в период временной нетрудоспособности ФИО1 в нарушение ст. 193 ТК РФ в отношении ФИО1 был издан приказ **лс от 14.02.2020 о его увольнении, в связи с чем увольнение ФИО1 являлось незаконным. Указанные обстоятельства свидетельствуют о нарушении ответчиком МБОУ «СОШ **» трудовых прав истца ФИО1

Указанные выше обстоятельства ответчиком не оспаривались, подтверждены в ходе рассмотрения дела представителем ответчика, истцом иных доказательств не представлено. 

Из искового заявления и пояснений ФИО1, данных в ходе судебного разбирательства, следует, что ФИО1 действиями ответчика, связанными с его увольнением, причинен моральный вред.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что допущенные работодателем нарушения трудовых прав истца являются основанием для возложения на ответчика обязанности по компенсации причиненного ФИО1 морального вреда. 

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы. Каждый имеет право на отдых. Работающему по трудовому договору гарантируются установленные федеральным законом продолжительность рабочего времени, выходные и праздничные дни, оплачиваемый ежегодный отпуск (части 3 и 5 статьи 37 Конституции Российской Федерации).

Положения Конституции Российской Федерации о праве на труд согласуются и с международными правовыми актами, в которых раскрывается содержание права на труд.

Так, Всеобщая декларация прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г.) предусматривает, что каждый человек имеет право на труд, на свободный выбор работы, на справедливые и благоприятные условия труда и на защиту от безработицы. Каждый работающий имеет право на справедливое и удовлетворительное вознаграждение, обеспечивающее достойное человека существование для него самого и его семьи, и дополняемое, при необходимости, другими средствами социального обеспечения. Каждый человек имеет право на отдых и досуг, включая право на разумное ограничение рабочего дня и на оплачиваемый периодический отпуск (пункты 1 и 3 статьи 23, статья 24 названной декларации).

В статье 6 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах (принят 16 декабря 1966 г. Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-м пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН; документ вступил в силу для СССР с 3 января 1976 г.; Российская Федерация является участником указанного международного договора в качестве государства - продолжателя Союза ССР) говорится, что участвующие в пакте государства признают право на труд, которое включает в себя право каждого человека на получение возможности зарабатывать себе на жизнь трудом, который он свободно выбирает или на который он свободно соглашается, и предпримут надлежащие шаги к обеспечению этого права.

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи с нормами международного права следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: права на отдых, на справедливую оплату труда, на безопасные условия труда и др.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзаца 14 ч. 1 ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 1, 2 и 16 ч. 2 ст. 22 ТК РФ).

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

В соответствии с п. 2 ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Согласно пунктам 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

Статьей 1101 ГК РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Абзацем 4 п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 года по делу "Максимов (Maksimov) против России" отмечается, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Из нормативных положений, регулирующих отношения по компенсации морального вреда, причиненного работнику, и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению в системной взаимосвязи с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющими понятие морального вреда, способы и размер компенсации морального вреда, с учетом правовой позиции Европейского Суда по правам человека, выраженной в постановлении от 18 марта 2010 г. по делу "Максимов (Maksimov) против России", следует, что работник имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав неправомерными действиями или бездействием работодателя. Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий работника как последствия нарушения его трудовых прав, неправомерного действия (бездействия) работодателя как причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом, вины работодателя в причинении работнику морального вреда.

Статья 237 ТК РФ предусматривает возможность судебной защиты права работника на компенсацию морального вреда, причиненного нарушением его трудовых прав неправомерными действиями или бездействием работодателя. Определяя размер такой компенсации, суд не может действовать произвольно. При разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника суду необходимо в совокупности оценить степень вины работодателя, его конкретные незаконные действия, соотнести их с объемом и характером причиненных работнику нравственных или физических страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения трудовые прав работника как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер подлежащий взысканию с работодателя МБОУ «СОШ **» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда суд исходит из следующего. 

Так, суд учитывает, что ответчиком нарушены трудовые права истца, длительность нарушения трудовых прав, необходимость разрешать спор в судебном порядке, также учитывает степени вины нарушителя, фактические обстоятельства дела, значимость для ФИО1 нематериальных благ, нарушенных ответчиком, а именно его права на труд, которое относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека и с реализацией которого связана возможность реализации работником ряда других социально-трудовых прав, в частности права на справедливую оплату труда, на отдых, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. 

Также суд учитывает характер и глубину нравственных страданий и переживаний работника (ФИО1), связанных с потерей работы, поскольку иных доходов он не имеет, а также с причиной увольнения, с которой он был не согласен. Учитывает объем, причиненных истцу моральных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, результатом которого явилось ухудшение состояния здоровья.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля А. показал, что работает сторожем в МБОУ «СОШ **». ФИО1 знает около 12 лет. С 19.11.2019 на 20.11.2019 он работал в ночь. 20.11.2019 он заходил к ФИО1 в 08.00 час., и он был на своем рабочем месте, говорил, что плохо себя чувствует, а в 18.00 час. истец писал заявление, чтобы его отпустили с работы, так как ему стало хуже. Он дал истцу своё лекарство от сердца, а после увез на своей машине домой. Истец сидел в машине рядом с ним и запаха алкогольного опьянения от истца не было. 23.11.2019 он после смены шёл мимо бассейна и видел ФИО1, а после истец ему позвонил и сказал, что его уволили. В ноябре 2019 года он приезжал к ФИО1 в кардиологическое отделение больницы, видел, что истец был подавленным, переживал из-за того, что его уволили, сказал, что у него был инфаркт. Ранее он не слышал от истца о заболевании сердца. Истец заинтересован в работе, так как другого дохода у него нет. 

Как установлено выше ФИО1 в период с 24.1.2019 по 19.02.2020 был нетрудоспособен, находился на стационарном и амбулаторном лечении у врача-кардиолога с диагнозами: острый трансмуральный инфаркт передней стенки миокарда и другими формами хронической ишемической болезни сердца, что также подтверждается указанными выше листками нетрудоспособности; выпиской СКБ ФГБУ СИБФНКЦ ФМБА Росси ** от 17.11.2020 за период с 01.01.2015 по 16.11.2020; выпиской ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница» от 27.01.2020 из медицинской карты амбулаторного, стационарного больного, где ФИО1 находился на стационарном лечении с 19.01.2020 по 27.01.2020; выпиской ФГБНУ «Томский национальный исследовательский медицинский центр Российской академии наук» из медицинской карты стационарного больного ** от 02.12.2019, где ФИО1 с 24.1.2019 по 02.12.2019 находился на стационарном лечении.

В ходе рассмотрения настоящего дела ФИО1 также обращался к врачу-кардиологу за оказанием медицинской помощи (27.04.2020, 25.05.2020, 12.10.2020, 14.10.2020, 15.10.2020), 30.09.2020 доставлялся бригадой скорой помощи в приемное отделение ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница», что следует из выписки ФГБУ СИБФНКЦ ФМБА России ** от 17.11.2020 за период с 01.01.2015 по 16.11.2020; сведениями ОГАУЗ ТОКБ от 14.10.2020 **. 

Кроме того, суд учитывает требования разумности и справедливости, а также те обстоятельства, что ответчиком были устранены нарушения трудовых прав истца, ФИО1 был восстановлен должности аппаратчика химводоочистки бассейна в МБОУ «СОШ **», ему с 24.1.2019 по 19.02.2020 произведена оплата пособия по временной нетрудоспособности, а также начислена и выплачена за время вынужденного прогула с 20.02.2020 по 30.04.2020 компенсация среднего заработка. 

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 ст. 67 ГПК РФ).

Анализируя изложенные обстоятельства и доказательства в их совокупности, оценивая по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд считает возможным взыскать с ответчика МБОУ «СОШ **» в пользу истца ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 12000 руб. 

Частью 1 ст. 88 ГПК РФ определено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела и государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Принимая во внимание, что при подаче искового заявления истец освобожден от уплаты государственной пошлины, суд приходит к выводу о необходимости взыскать с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, государственную пошлину в доход бюджета ЗАТО Северск Томской области в размере 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Муниципальному бюджетному общеобразовательному учреждению «Средняя общеобразовательная школа **» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Муниципального бюджетного общеобразовательного учреждения «Средняя общеобразовательная школа **» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 12 000 рублей. 

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать. 

Взыскать с Муниципального бюджетного общеобразовательного учреждения «Средняя общеобразовательная школа **» в доход муниципального бюджета ЗАТО Северск Томской области государственную пошлину в размере 300 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать. 

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Томский областной суд через Северский городской суд Томской области.

Председательствующий Е.В. Карабатова