Дело № 2-2932/2020

УИД 78RS0017-01-2020-003339-02

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 октября 2020 года город Санкт-Петербург

Петроградский районный суд города Санкт-Петербурга в составе председательствующего судьи Никитина С.С. при ведении протокола судебного заседания секретарем Набокине А.К., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Санкт-Петербургу о взыскании компенсации морального вреда в результате незаконного уголовного преследования,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд иском к ответчику, в котором просил о взыскании за счет средств казны Российской Федерации компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием, указав в обоснование заявленных требований на то, что приговором Василеостровского районного суда г. Санкт-Петербурга от 12 декабря 2018 года по уголовному делу № 1-234/2018 он был оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.35 пп. «а,б» ч.3 ст.286; ч.1 ст.35 п. «б» ч.5 ст. 290 УК РФ, в связи с чем за ним было признано право на реабилитацию. 

В связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, обвинением в совершении преступления, которого он не совершал, ему был причинен существенный моральный вред, выразившийся в тяжелых нравственных переживаниях всего произошедшего с ним. Причиненный ему моральный вред истец оценивает в 3 000 000 рублей. Заявленный размер компенсации морального вреда обосновывает указанием на продолжавшееся в течение более одного года уголовное преследование, в течение которого он содержался под стражей с 31.10.2017 по 12.12.2017 в следственном изоляторе, а затем с 12.12.2017 по 12.12.2018 под домашним арестом (всего 408 календарных дней; нарушение обычного жизненного уклада, ограничение возможности нормального общения с семьей; увольнение со службы в МВД с формулировкой «за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел», что было освещено средствами массовой информации и стало достоянием общественности. 

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в судебном заседании поддержали заявленные требования и просили их удовлетворить по основаниям, изложенным в иске. 

Представитель ответчика – Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Санкт-Петербургу – ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, представила письменные возражения на иск. По мнению ответчика, истцом не представлены доказательства причинения ему морального вреда в связи с уголовным преследованием, размер требуемой компенсации завышен.

Представитель прокуратуры г. Санкт-Петербурга, привлеченной судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, полагая требуемый размер компенсации морального вреда считал завышенным.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему. 

Статьей 53 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно статье 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 УПК РФ; осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, приговором Василеостровского районного суда г. Санкт-Петербурга от 12 декабря 2018 года по уголовному делу № 1-234/2018 он был оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.35 пп. «а,б» ч.3 ст.286; ч.1 ст.35 п. «б» ч.5 ст. 290 УК РФ. 

Согласно материалам дела, 13 сентября 2017 года следственным отделом по Василеостровскому району ГСУ СК РФ по г. Санкт-Петербургу было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного пунктом «в» части 2 статьи 126 УК РФ, а именно в похищения человека с применением насилия или угрозой его применения. 

31 октября 2017 года по подозрению в совершении указанного преступления задержан ФИО1 01 ноября 2017 года Василеостровским районным судом г. Санкт-Петербурга ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. 11 декабря 2017 года мера пресечения ФИО1 была изменена на домашний арест, с установлением ряда запретов и ограничений, которая была отменена лишь при вынесении оправдательного приговора. 

В ходе расследования уголовного дела в отношении истца проводились различные следственные действия, в том числе допросы, очные ставки, обыски, выемки, наложение ареста на имущество. 

Продолжительность уголовного преследования, начиная с момента задержания 31 октября 2017 года по дату вынесения постановления судом оправдательного приговора 12 декабря 2018 года составила более одного года. 

ДО начала уголовного преследования ФИО1 проходил службу в органах внутренних дел в должности старшего оперуполномоченного группы по контролю за оборотом наркотиков СПб ЛО МВД России на водном транспорте. 

Приказом врио начальника СПб ЛО МВД России на водном транспорте от 07 ноября 2017 года № 221 ФИО1 уволен из органов внутренних дел с указанной должности на основании п. 9 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011 г. N 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 28 января 2020 года исковые требования ФИО1 в полном объеме оставлены без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 25 августа 2020 года решение суда отменено в части: приказ об увольнении ФИО1 от 07 ноября 2017 года № 221 признан незаконным и постановлено восстановить ФИО1 на службе в должности старшего оперуполномоченного группы по контролю за оборотом наркотиков Санкт-Петербургского линейного отдела МВД России на водном транспорте с 08 ноября 2017 года; взыскать с Санкт-Петербургского линейного отдела МВД России на водном транспорте в пользу ФИО1 денежное довольствие за период вынужденного прогула с 08 ноября 2017 года по 25 августа 2020 года в размере 1 660 084 руб. 80 коп. и компенсацию морального вреда в сумме 30 000 руб.

Оценивая изложенные обстоятельства дела на основании приведенной выше нормы статьи 1070 ГК РФ, суд считает установленным факт причинения истцу морального вреда, так как уже само по себе незаконное уголовное преследование причиняет нравственные страдания человеку, затрагивая его честь и достоинство и, в конечном счете, нарушая его право на доброе имя как положительную социальную оценку моральных и иных качеств личности, доброе имя, неприкосновенность частной и семейной жизни. Кроме того, как установлено судом были нарушены трудовые права истца. 

В связи с этим доводы ответчика об отсутствии оснований для компенсации морального вреда судом не принимаются. 

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Учитывая обстоятельства привлечения ФИО1 к уголовной ответственности, продолжительность уголовного преследования, категорию преступления, в котором обвинялся истец, характер и степень нравственных страданий, причиненных незаконным уголовным преследованием, получившим определенный общественный резонанс вследствие распространения информации об этом в СМИ, а также требования разумности, справедливости и соразмерности, суд определяет размер компенсации морального вреда в 500 000 рублей, полагая, что данный размер компенсации, с учетом установленных по делу обстоятельств, в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, а также способствует восстановлению нарушенных прав истца.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194–199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 удовлетворить частично. 

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием в размере 500 000 (Пятьсот тысяч) рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд через Петроградский районный суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 12 ноября 2020 года. 

Председательствующий С.С. Никитин