Дело № УИД 22RS0№-89

РЕШЕНИЕ

ИФИО1

17 ноября 2020 года 

<

адрес>

Заринский городской суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего Грудинина С.В.,

при секретаре Задригун Г.В.,

с участием прокурора ФИО5

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО2 ФИО9, ФИО3 ФИО10 к акционерному обществу «Алтай-Кокс» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Голованов ФИО11, Дьячков ФИО12 обратились в суд с иском к АО «АЛТАЙ-КОКС» о возмещении морального вреда в связи с причинением вреда здоровью.

В обоснование исковых требований указано, что истцы состояли в трудовых отношениях с АО «АЛТАЙ-КОКС». Работа истцов была связана с условиями воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, что явилось причиной возникновения у них хронических профессиональных заболеваний.

Стаж работы ФИО2 ФИО13 во вредных условиях составляет ДД.ММ.ГГГГ лет в период его работы у Ответчика в должности 

<

данные изъяты> в цехе по ремонту коксохимического оборудования. В результате работы в условиях длительного воздействия вредных производственных факторов (в частности коксовой и углепородной пыли, сварочных аэрозолей), у ФИО2 ФИО14 возникло профессиональное заболевание - 

<

данные изъяты>». Возникновение данного заболевания повлекло за собой установление ФИО2 ФИО15. степени утраты профессиональной трудоспособности в размере №% бессрочно.

В соответствии с проведённым расследованием случая профессионального заболевания ФИО2 ФИО16. установлено, что причиной указанного заболевания послужило несовершенство технологии производственного процесса, а лицом, допустившим нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов определен Ответчик (Акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ).

Дьячков ФИО17. работал у Ответчика во вредных условиях труда № года на должностях 

<

данные изъяты> по ремонту оборудования коксового цеха. В результате длительной работы в условиях воздействия на его организм вредных производственных факторов (в частности коксовой пыли, серной кислоты, гидроксибензола, бенз-аФИО18 В.В степени утраты профессиональной трудоспособности в размере № % бессрочно.

В соответствии с проведённым расследованием случая профессионального заболевания ФИО3 ФИО19 установлено, что причиной указанного заболевания послужило несовершенство технологии производственного процесса, а лицом, допустившим нарушения государственных санитарно- эпидемиологических правил и иных нормативных актов определен ответчик (Акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ).

Просят взыскать с акционерного общества «АЛТАЙ-КОКС» в пользу ФИО2 ФИО20 компенсацию морального вреда в размере № рублей, судебные расходы по оформлению нотариальной доверенности в сумме № рублей; в пользу ФИО3 ФИО21 компенсацию морального вреда в размере № рублей, судебные расходы по оформлению нотариальной доверенности в сумме № рублей.

Истцы в судебном заседании настаивали на удовлетворении своих исковых требований в полном объеме по доводам, изложенным в иске.

Представитель истцов ФИО4 ФИО22 настаивал на удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО6 ФИО23. в судебном заседании возражала относительно удовлетворения исковых требований в полном объеме. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего иск обоснованным и подлежащим удовлетворению с определением размера компенсации с учетом наличия у истцов профессиональных заболеваний, и произведенных ответчиком выплат в добровольном порядке в соответствии с условиями коллективного договора, исследовав материалы дела, проанализировав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему. 

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37), каждый имеет право на охрану здоровья (ч. 2 ст. 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (ч. 1 ст. 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие не обеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ТК РФ)).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (ч. 2 ст. 22 ТК РФ).

В силу ч. 1 ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно ч. 1 ст. 219 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Статья 210 ТК РФ определяет основные направления государственной политики в области охраны труда. К ним, в частности, относится защита законных интересов работников, пострадавших от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также членов их семей на основе обязательного социального страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает в том числе возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору. Данные отношения регулируются Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абз. 2 п. 3 ст. 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В ходе рассмотрения дела установлено, что Голованов ФИО24. работал в АО «Алтай-Кокс», а также организациях, правопреемниками которого является общество, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ электрогазосварщиком. 

ДД.ММ.ГГГГ Главным государственным санитарным врачом 

<

адрес> была утверждена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № в отношении ФИО2 ФИО25 по предприятию ОАО «Алтай-Кокс», в соответствии с которой работа ФИО2 ФИО26. (в профессии электрогазосварщика) связана с вредными производственными факторами: пыль углепородная, пыль коксовая, сварочные аэрозоли, в концентрации, превышающей ПДК, превышение ПДУ по уровню шума. 

Из акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного Главным государственным санитарным врачом по 

<

адрес>, следует, что заболевание ФИО2 ФИО27 «

<

данные изъяты> является профессиональным, и возникло в результате длительного воздействия вредных производственных факторов с превышением ПДК в результате несовершенства технологии производственного процесса. Лицом, допустившим нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, является ОАО «Алтай-Кокс».

С ДД.ММ.ГГГГ ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по 

<

адрес>» установило ФИО2 ФИО28. утрату профессиональной трудоспособности в размере №% по заболеванию по коду №8, с ДД.ММ.ГГГГ –утрата профессиональной трудоспособности в размере №% для ФИО2 ФИО29 установлена бессрочно, данные факты подтверждаются материалами дела, а также материалами дел об освидетельствовании в Бюро МСЭ. 

Согласно представленным выпискам из истории болезни КГБУЗ «Краевая клиническая больница», Голованов ФИО30. ежегодно проходит лечение в связи с профессиональным заболеванием.

В соответствии с Коллективным трудовым договором ОАО «Алтай-Кокс» на ДД.ММ.ГГГГ годы, работодатель обязуется возмещать работникам, получившим трудовое увечье или профзаболевание (установленное первично) в период действия коллективного договора, моральный вред за перенесенные физические и нравственные страдания (п. 10.13 коллективного договора).

Согласно п. 10.15 Коллективного договора моральный вред возмещается в денежной форме один раз в течение одного месяца со дня подачи заявления со всеми необходимыми документами. 

Размер морального вреда в случае профессионального заболевания исчисляется из средней заработной платы пострадавшего за шесть месяцев с учетом степени утраты трудоспособности (средняя заработная плата х 6 месяцев х проценты утраты трудоспособности).

Средняя заработная плата для определения размера морального вреда исчисляется за 12 месяцев работы, предшествующих наступлению утраты или снижению трудоспособности (п. 10.16 Коллективного договора). 

На основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО2 ФИО31 выплачено ОАО «Алтай-Кокс» в счет возмещения морального вреда № руб., что подтверждается сведениями расчетного листка, лицевого счета, справкой АО «Алтай-кокс». 

Факт выплаты указанных средств не оспаривался истцом и его представителем в судебном заседании

Дьячков ФИО32. работал в АО «Алтай-Кокс», а также организациях, правопреемниками которого является общество, с ДД.ММ.ГГГГ в должности слесаря, электромонтера по ремонту оборудования коксового цеха.

ДД.ММ.ГГГГ Главным государственным санитарным врачом 

<

адрес> была утверждена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № в отношении ФИО3 ФИО33. по предприятию ОАО «Алтай-Кокс», в соответствии с которой работа ФИО3 ФИО34. связана с превышением ПДК химических веществ (серная кислота, бенз-а-пирен, бензол), превышением ПДУ по шуму. 

Из акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного Главным государственным санитарным врачом по 

<

адрес> следует, что заболевание ФИО3 ФИО35 «

<

данные изъяты>».

С 19.25.2014 ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по 

<

адрес>» установило ФИО3 ФИО36. утрату профессиональной трудоспособности по заболеванию в кодом по №, с ДД.ММ.ГГГГ утрата профессиональной трудоспособности в вышеуказанном размере по профессиональному заболеванию установлена бессрочно, данные факты подтверждаются материалами дела, а также материалами дела об освидетельствовании в Бюро МСЭ. 

Согласно выпискам из истории болезни КГБУЗ «Краевая клиническая больница», имеющимся в материалах дела об освидетельствовании в Бюро МСЭ, Дьячков ФИО37 ежегодно проходит лечение в связи с профессиональным заболеванием.

В соответствии с Коллективным трудовым договором ОАО «Алтай-Кокс» на ДД.ММ.ГГГГ, работодатель обязуется возмещать работникам, получившим трудовое увечье или профзаболевание в период действия коллективного договора, моральный вред за перенесенные физические и нравственные страдания (п. 10.13 коллективного договора).

Согласно п. 10.15 Коллективного договора моральный вред возмещается в денежной форме один раз в течении одного месяца со дня подачи заявления со всеми необходимыми документами. 

Размер морального вреда в случае профессионального заболевания исчисляется из средней заработной платы пострадавшего за шесть месяцев с учетом степени утраты трудоспособности (средняя заработная плата х 6 месяцев х проценты утраты трудоспособности).

Средняя заработная плата для определения размера морального вреда исчисляется за 12 месяцев работы, предшествующих наступлению утраты или снижению трудоспособности (п.10.16). 

На основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО3 ФИО38. выплачено ОАО «Алтай-Кокс» в счет возмещения морального вреда № руб., что подтверждается сведениями расчетного листка, лицевого счета, справкой АО «Алтай-кокс». 

Факт выплаты указанных средств не оспаривался истцом и его представителем в судебном заседании

В соответствии с ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных ст. 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с ч. 2 ст. 9 ТК РФ коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со ст. 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда». 

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Проанализировав представленные суду доказательства и доводы сторон, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных истцами требований, ввиду того, что заболевания истцов являются профессиональными и получены в период их работы в ОАО «Алтай-Кокс» и организациях, правопреемниками которых является последнее. 

Факт работы истцов в ОАО «Алтай-Кокс», а также получение в период работы профессиональных заболеваний ответчиком не оспаривалось. 

Из представленных суду доказательств следует, что заболевания возникли у истцов по вине работодателя ввиду несоблюдения безопасных условий труда. Вины работников в возникновении профессиональных заболеваний не установлено.

Доказательств обратного суду не представлено, равно как и не представлено доказательств того, что имелись основания для освобождения ответчика от обязанности по возмещению морального вреда. 

Разрешая вопрос о размере подлежащей взысканию денежной компенсации морального вреда, суд исходит из следующего. 

Из содержания вышеприведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом.

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами ст. 151 ГК РФ, которая предусматривает, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причин вред. Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, а при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу ст.ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 ГК РФ и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В соответствии со ст.3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», п.п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 №, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

В соответствии с разъяснениями в п. 32 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Характер физических и нравственных страданий истца оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых ему был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего, находящегося в трудоспособном возрасте, у которого возникло серьезное, необратимое, профессиональное заболевания, что усиливает степень его моральных и нравственных страданий.

Суд приходит к выводу о том, что выплаченный истцам ответчиком размер денежной компенсации с учетом установленной вины ответчика, тяжести причиненного вреда, степени причиненных истцам страданий, процента утраты профессиональной трудоспособности, нельзя признать разумным и справедливым. Учитывая изложенное, размер компенсации морального вреда подлежит определению по общим основаниям, с учетом того, что часть компенсации уже была выплачена истцам ответчиком в добровольном порядке.

Принимая во внимание длительный период работы истцов в условиях воздействия на их организм вредных производственных факторов, характер причиненного истцам вреда, характер данных заболеваний (неизлечимый характер), последствия установления истцам утраты профессиональной трудоспособности и степень такой утраты (от 10% до 30%), физические и нравственные страдания истцов, связанные с необходимостью постоянного приема лекарственных препаратов, а также прохождением лечения, утрата возможности вести привычный образ жизни, ощущение своей неполноценности, которые носят длительный и постоянный характер, требования разумности и справедливости, а также учитывая частично выплаченные истцам суммы компенсации, суд приходит в выводу о взыскании с ответчика в пользу ФИО2 ФИО39. денежной компенсации морального вреда в размере № руб., в пользу ФИО3 ФИО40. денежной компенсации морального вреда в размере № руб.

Суд полагает, что данные денежные суммы с учетом ранее выплаченных сумм, способны компенсировать причиненный истцам вред. 

Разрешая требования истцов о взыскании с ответчика расходов по оплате нотариальной доверенности на представителя, суд приходит к следующему выводу.

Статьей 94 ГПК РФ установлено, что к издержкам, связанным с рассмотрением дела, в том числе расходы, признанные судом необходимыми.

Судом установлено, что истцы понесли расходы по нотариальному удостоверению доверенностей, каждый в размере № руб., что подтверждается отметкой в указанных доверенностях и справками нотариуса.

Пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» установлено, что расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Поскольку доверенности от имени ФИО2 ФИО41. и ФИО3 ФИО42. выданы на представление интересов, связанных с возмещением вреда здоровью, полученному в результате профессионального заболевания, то есть в связи с рассмотрением настоящего дела, суд полагает возможным взыскать судебные расходы в сумме № рублей в пользу каждого из истцов.

Кроме того в силу положений ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета полежит взысканию государственная пошлина в размере 600 руб., от уплаты которой истцы при подаче иска были освобождены.

руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 ФИО43, ФИО3 ФИО44 удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Алтай-Кокс» в пользу ФИО3 ФИО45 денежную компенсацию морального вреда в размере 120 000 руб., судебные расходы, связанные с оформлением нотариальной доверенности, в размере 2 000 руб.

Взыскать с акционерного общества «Алтай-Кокс» в пользу ФИО2 ФИО46 денежную компенсацию морального вреда в размере 170 000 руб., судебные расходы, связанные с оформлением нотариальной доверенности, в размере 2 000 руб.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с акционерного общества «Алтай-Кокс» в бюджет муниципального образования 

<

адрес> края государственную пошлину в размере 600 руб.

Решение может быть обжаловано в 

<

адрес>вой суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения через Заринский городской суд.

Судья Заринского городского суда

<

адрес> Грудинин С.В.