УИД 29MS0040-01-2019-002660-66 № 5-375/2019

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

по делу об административном правонарушении 

08 июля 2019 года

город Архангельск,

набережная Северной Двины, д. 112

Судья Октябрьского районного суда г. Архангельска ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 20.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), в отношении

ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> Архангельской области, работающего шиномонтажником, имеющегося среднее профессиональное образование, проживающего по адресу: г. Архангельск, 

<

адрес>, зарегистрированного по адресу: Архангельская область, 

<

адрес>, 

установил:

в Октябрьский районный суд г. Архангельска на рассмотрение поступил протокол об административном правонарушении 29 АК № 242027/11254 от 16.05.2019, составленный участковым уполномоченным отделения УУП отдела УУП и ПДН УМВД России по г. Архангельску по ч. 3 ст. 20.1 КоАП РФ в отношении ФИО2 Как следует из протокола, в вину ФИО2 вменяется то, что он, являясь пользователем социальной сети «ВКонтакте» в сообществе «Поморье – не помойка», под новостным постом, размещенным 10 апреля 2019 года, на стене сообщества оставил комментарий, выражающий в неприличной форме явное неуважение к обществу, государству, Конституции Российской Федерации и органам, осуществляющим государственную власть в Российской Федерации. Ссылаясь на справку об исследовании № 3/018 от 25.04.2019, составитель протокола указывает, что в размещенных ФИО2 текстах имеются высказывания, в которых негативно оцениваются лица, обозначенные как «судьи», а предметом негативной оценки являются их личные качества. В протоколе также указано, что негативная оценка выражена при помощи лексики, характеризующейся стилистически как обсценная, бранная и выражающая пренебрежительное отношения субъекта оценки к объекту оценки, а также указано на то, что в размещенных ФИО2 текстах имеется «высказывание, вероятно выражающее предупреждение адресата («судьи») о наличии некоторой ситуации, в ходе которой могут возникнуть негативные для него последствия». В совокупности действия ФИО2 должностное лицо, составившее протокол, квалифицирует как нарушение, предусмотренное частью 3 статьи 20.1 КоАП РФ.

ФИО2 и его защитник Куроптев А.М. в судебном заседании возражали против привлечения к ответственности, ссылаясь на то, что ФИО2 не хотел никого оскорбить, а высказывал свою позицию, реализуя право на свободу слова.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, судья приходит к следующим выводам.

Частью 3 статьи 20.1 КоАП РФ предусмотрена ответственность за распространение в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе в сети "Интернет", информации, выражающей в неприличной форме, которая оскорбляет человеческое достоинство и общественную нравственность, явное неуважение к обществу, государству, официальным государственным символам Российской Федерации, Конституции Российской Федерации или органам, осуществляющим государственную власть в Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных статьей 20.3.1 КоАП РФ, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

Ответственность за данное нарушение предусмотрена в виде наложения административного штрафа в размере от тридцати тысяч до ста тысяч рублей.

Согласно статье 2 Конституции России, человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно статье 3 Конституции России носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ. Народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления.

В силу части 4 статьи 15 Конституции России общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

Согласно статьям 17 и 29 Конституции России к числу основных прав и свобод человека, которые являются неотчуждаемыми и принадлежащими каждому от рождения, относится свобода мысли и слова

Согласно части 3 статьи 29 Конституции России никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них.

Согласно статье 18 Конституции России свобода слова, равно как и иные основные права и свободы, является непосредственно действующей, определяет смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечивается правосудием.

При этом в силу части 3 статьи 17 Конституции России осуществление свободы слова не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции России права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Свобода слова также гарантирована международными правовыми актами, обязательными для исполнения Российской Федерации, в частности, статьей 19 Всеобщей декларации прав человека, статьей 10 Европейской Конвенцией о защите прав человека и основных свобод.

Как следует из пояснений ФИО2, имеющихся в материалах дела и данных в ходе судебного заседания, ФИО2 признает, что 11 апреля 2019 года в социальной сети «ВКонтакте» в сообществе «Поморье – не помойка» под новостным постом, размещенным 10 апреля 2019 года, на стене сообщества он оставил два комментария, которые могут кого-то оскорбить. Однако целью данных действий было не оскорбление иных пользователей социальной сети, судей или иных граждан, а желание защитить тех людей, которые отстаивают свои интересы и право на чистую окружающую среду и возражают против размещения отходов, образуемых в других регионах, на территории Архангельской области. Использование при этом обсценной лексики, в том числе в начале первого комментария, ФИО2 пояснил проявлением эмоций и возмущения после того, как узнал о том, что на людей, вышедших с протестом против нарушения их прав, налагают значительные административные наказания. Также ФИО2 пояснил, что он не преследовал цель оскорбить судей или иных лиц, и после выражения со словом в неприличной форме поставил знак вопроса. В мае 2019 года, как пояснил ФИО2, он добровольно удалил свой комментарий.

Таким образом, сам факт размещения в сети Интернет комментариев 11 апреля 2019 года подтверждается ФИО2 и материалами дела. Факт использования в начале первого комментария слова в неприличной форме также подтверждается ФИО2 Использование обсценной и иной негативной лексики в комментариях ФИО2 также подтверждается содержанием самих комментариев и справкой об исследовании № 3/018 от 25.04.2019.

Исходя из значения слов «информация» и «распространение информации», содержащегося в статье 2 Федерального закона от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», размещение ФИО2 комментариев в социальной сети «ВКонтакте» в сети Интернет является распространением информации.

Однако, для вывода о том, что в действиях ФИО2 имеется состав правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 20.1 КоАП РФ, должно быть установлено, что в его действиях имеются одновременно все квалифицирующие признаки, предусмотренные диспозицией нормы:

- информация должна быть неприличной форме, которая оскорбляет человеческое достоинство и общественную нравственность;

- информация должна выражать явное неуважение к обществу, государству, официальным государственным символам Российской Федерации, Конституции Российской Федерации или органам, осуществляющим государственную власть в Российской Федерации;

- за размещение такой информации не наступает ответственность по статье 20.3.1 КоАП РФ (возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства) или уголовная ответственность.

С учетом этого сама по себе негативная оценка судей, о которой указано в протоколе об административном правонарушении, не образует состава правонарушения.

Тот факт, что использованная ФИО2 обсценная лексика при определенном восприятии человека может оскорбить его человеческое достоинство, ФИО2 не оспаривал.

Однако из материалов дела следует, что от возможных потерпевших по делу не поступали заявления о том, что форма комментариев оскорбляет их человеческое достоинство. Более того, в случае установления факта оскорбления представителей власти (судей) в связи с осуществлением ими должностных обязанностей, действия ФИО2 подлежали бы квалификации в соответствии с иными нормами. В частности, за публичное оскорбление представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей или в связи с их исполнением установлена уголовная ответственность (статья 319 УК РФ). В этом случае производство по делу подлежало бы прекращению. Однако суд не усматривает оснований для передачи материалов дела в органы следствия. Кроме того, из материалов дела следует, что Следственным управлением следственного комитета России по Архангельской области и Ненецкому автономному округу сделан вывод об отсутствии состава преступления в действиях ФИО2 (письмо от 16.05.2019 № 216-23-19).

Оскорбление ФИО2 общественной нравственности суд полагает установленным, поскольку использование ненормативной лексики уже предполагает отклонение от языковой нормы, принятой в обществе и являющейся частью норм нравственности. Однако этого недостаточно для установления наличия состава правонарушения.

Факт выражения ФИО2 явного неуважения к обществу, государству, официальным государственным символам Российской Федерации, Конституции Российской Федерации или органам, осуществляющим государственную власть в Российской Федерации, не подтверждается.

По смыслу указанных норм Конституции России и международных правовых актов, выражение собственного мнения может влечь административную ответственность только в том случае, если целью сообщения являлось не высказывание и выражение собственного мнения о деятельности соответствующего органа власти или должностного лица, а оскорбление указанных государственных или общественных институтов.

В то же время из анализа комментариев ФИО2 следует, что смыслом его комментариев является возмущение тем, что на людей, вышедших с протестом против нарушения их прав, налагают значительные административные наказания.

Привлечение ФИО2 к ответственности за высказывание данной позиции, даже если оно совершено с использованием отдельных выражений в неприличной форме, означало бы фактически запрет на выражение собственного мнения и свободы слова, выражение несогласия с вынесенными судебными актами, что противоречит указанным нормам Конституции России.

Делая вывод о том, что в действиях ФИО2 отсутствует состав правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 20.1 КоАП РФ, суд также учитывает также следующие обстоятельства.

Федеральный закон от 18.03.2019 № 28-ФЗ «О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» включил норму об ответственности за распространение информации в сети Интернет именно в статью 20.1 КоАП РФ, из наименования которой следует, что в ней содержатся нарушения, относящиеся к общему понятию «мелкое хулиганство», непосредственным объектом посягательства которых является общественный порядок и общественная безопасность.

Как следует из пояснительной записки к проекту федерального закона № 606596-7, указанный закон разработан и принят с целью включения в КоАП РФ норм, предусматривающих ответственность за нарушение, аналогичное мелкому хулиганству, совершаемому в общественном месте, но только в сети Интернет, которое с учетом развития технологий также приобрело черты общественного места. Однако в материалах дела отсутствуют доказательства того, что выражение ФИО2 собственной позиции имеет черты хулиганства.

В той же части, в которой высказывание ФИО2 содержит неприличные слова и выражения, адресованные в адрес судей, деяние не может быть квалифицировано по части 3 статьи 20.1 КоАП РФ. Диспозицией нормы прямо предусмотрено, что ответственность по ней не может наступать за уголовно наказуемые деяния.

В то же время в случае выявления нарушения, заключающегося в неуважении к суду, выраженное в оскорбительной форме, соответствующие действия подлежали бы квалификации по статьям 297 или 319 УК РФ, предусматривающим в том числе ответственность за неуважение суда и оскорбление судей в связи с исполнением ими своих служебных обязанностей. 

Из материалов дела следует, что проверка данных обстоятельств проводилась следственными органами до подачи документов в суд. Основания для несогласия с их выводами у суда отсутствуют. Осуществление судьями полномочий по осуществлению правосудия (равно как и осуществление иной государственной власти иными должностными органами и их должностными лицами) и придание судебным актам силы закона предполагает также повышенное внимание общества в целом и отдельных граждан к принимаемым судебным актам. Разрешаемые судами вопросы могут касаться неопределенного круга лиц и иметь существенные последствия как для участников процесса, так и для иных лиц. Поэтому неизбежно появление мнений, не соответствующих выводам суда. Привлечение к ответственности за несогласие с данными выводами не будет соответствовать гарантированной Конституцией России свободе слова, а также целям и смыслу Федерального закона от 18.03.2019 № 28-ФЗ «О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях». 

Привлечение к ответственности за несогласие с судебными актами, независимо от использования при этом ненормативной лексики, также противоречит смыслу правосудия, предполагающего, что суд не является стороной спора и учитывает все мнения, всесторонне оценивая данные мнения и давая возможность каждому высказать по существу свою позицию, независимо от его образования, воспитания и используемой лексики. Публичность деятельности суда подразумевает возможность доступа к судебным актам всех заинтересованных лиц и учет судебных актов в своей деятельности, что предполагает формирование собственного мнения относительно этих актов и высказывание данного мнения. Допустимые пределы и формы данных высказываний определены Конституцией Российской Федерации и принятым в соответствии с ним процессуальным законодательством и Уголовным кодексом Российской Федерации.

На основании изложенного, судья приходит к выводу об отсутствии в действиях ФИО2 состава административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 20.1 КоАП РФ.

Основания для прекращения производства по делу и передачи материалов дела прокурору, в орган предварительного следствия или в орган дознания согласно пункту 3 части 1.1 статьи 29.9 КоАП РФ отсутствуют

Руководствуясь статьями 29.9, 29.10 КоАП РФ, судья,

постановил:

прекратить производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 20.1 КоАП РФ, в отношении ФИО2 в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Постановление может быть обжаловано в Архангельский областной суд непосредственно или через Октябрьский районный суд г. Архангельска в течение десяти суток со дня вручения или получения копии постановления.

Судья

ФИО1