Дело №2-1741/2023

УИД: 42RS0005-01-2023-001760 - 18 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Кемерово 12 мая 2023 год 

Заводский районный суд г. Кемерово в составе

председательствующего судьи Быковой И.В.

при секретаре Дмитриченковой А.К.,

с участием прокурора Заводского района г. Кемерово Сухих А.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 

гражданское дело по иску ФИО1 к Публичному акционерному обществу « Кокс» о компенсации морального вреда 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился с иском к ПАО « Кокс» о компенсации морального вреда.

Требования обоснованы тем, что ФИО1 работал в ПАО «КОКС» в должности электросварщика ручной сварки, занятого на ремонте коксового оборудования 4 разряда по трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ. Во время исполнения трудовых обязанностей ДД.ММ.ГГГГ им была получена производственная травма, о чем составлен соответствующий акт № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве. Согласно осмотру установлен диагноз: 

<

данные изъяты> В результате полученной травмы ему установлена инвалидность 3 группы, степень утраты профессиональной трудоспособности 60 %.

Истец указывает, что его продолжают беспокоить последствия полученной травмы, он не могу работать и вынужден постоянно проходить обследования и лечение. Эта ситуация негативно сказалась на его психо-физическом состоянии, он постоянно испытывает моральные и нравственные страдания. ДД.ММ.ГГГГ в адрес ответчика была направлена претензия с требованием о компенсации морального вреда, однако ответ на претензию получен не был до настоящего времени. 

ФИО1 просит взыскать с ПАО « Кокс» компенсацию морального вреда в размере 800000,00 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 50000,00рублей, расходы на оплату государственной пошлины в размере 300,00 рублей.

ФИО1 в судебном заседании требования искового заявления поддержал, суду пояснил, что в результате производственной травмы он длительное время являлся нетрудоспособным, лечился продолжительное время, возникли многочленные осложнения, в том числе 

<

данные изъяты>, глаз не видит, мучают постоянные головные боли, проведены несколько операций по консолидированию перелома нижней челюсти. В связи с травмой ему установлена утрата трудоспособности в 60%, инвалидность. В связи с этим он не может работать по специальности, в настоящее время учиться, приобретает новую специальность. Однако уже сейчас проблема трудоустройства по новой специальности стоит остро, поскольку проблемы со здоровьем возникают вновь и вновь. Ответчик после получения им производственной травмы не предложил ему занятость в соответствии с его состоянием здоровья, а также не произвел выплату компенсации морального вреда. 

Представитель истца ФИО2, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ в порядке передоверия, требования истца поддержала, просила удовлетворить в полном размере.

Представитель ответчика ФИО3, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, не отрицая право истца на получение компенсации морального вреда, считал размер, заявленный истцом, завышенным, подлежащим снижению, как и расходы на оплату услуг представителя. 

На основании ст. 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, считая их извещенными надлежащим образом.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заслушав мнение прокурора, полагавшего, что требования истца подлежат удовлетворению в полном размере, исследовав письменные материалы дела, дав оценку собранным доказательствам в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд считает исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению 

Конституцией Российской Федерации закреплено, что в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 31).

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных в статье 2 Трудового кодекса Российской Федерации, предусмотрены: обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены; обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В силу абз. 4 ч. 2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Абзацем 16 ч. 2 ст. 22 ТК РФ предусмотрено, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

Положениями ст. 212 ТК РФ на работодателя возложена обязанность по обеспечению безопасных условий труда и по охране труда.

В силу ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

В силу части 1 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя, при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Исходя из положений п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 настоящего Кодекса.

В силу положений ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (п. 1).

В соответствии со ст. 1101 ГК Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из ст. 1100 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, в том числе, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ).

В силу ч. 1 ст. 237 Трудового кодекса РФ, и согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ", суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненными ему любыми неправомерными действиями или бездействием работника, в том числе и при нарушении его имущественных прав. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требования разумности и справедливости.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем. (абз. 4 пункта 46 абз. 4 пункта 46 постановления Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 № 33).

Более того, согласно пункту 24 вышеназванного Пленума разъяснено, что факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Судом установлено, что на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ПАО « Кокс» и ФИО1, последний принят на работу в специализированный цех по ремонту коксохимического оборудования по профессии электросварщик ручной сварки, занятый на ремонте коксового оборудования по профессии электросварщик ручной сварки, занятый на ремонте коксового оборудования 4 разряда ( л.д.6-8). 

Согласно акта о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 явился пострадавшим, вид происшествия: падение с высоты, в результате чего ФИО1 получил травму тяжелой степени. 

Согласно п.8.3 акта о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ характер полученных повреждений и орган, подвергший повреждению, медицинское заключение о тяжести повреждения здоровья: 

<

данные изъяты>. 

Согласно п. 9.11 акта о несчастном случае основной причиной, вызвавшей несчастный случай стало допущение проведения сварочных работ по монтаже переходной площадки с перильным ограждением между ремонтным отстойником поглотительного масла № действующим отстойником поглотительного масла № во время перекачки легко воспламеняющихся и токсичных продуктов в отстойник №. При этом нарушены требования ч.2 ст. 212 Трудового кодекса РФ, ст.9 ФЗ-116 « О промышленной безопасности опасных производственных объектов, ФНП « Правила безопасности при получении, транспортировании, использовании расплавов ФИО4 и цветных металлов и сплавов на основе этих расплавов». 

Актом о несчастном случае на производстве, утвержденном генеральным директором ПАО « Кокс» ДД.ММ.ГГГГ, установлены иные сопутствующие причины несчастного случая на производстве ДД.ММ.ГГГГ ( л.д.9-12), лицом, допустившим нарушения требований охраны труда, ФИО1 не указан. 

Согласно справки МСЭ № ФИО1 установлена инвалидность( третья группа) повторно ДД.ММ.ГГГГ по причине трудового увечья ( л.д.13), согласно справки МСЭ - № инвалидность подтверждена в ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно справки МСЭ-№ ФКУ «ГБ МС Э про Кемеровской области- Кузбассу» Минтруда России Бюро медики- социальной экспертизы № ФИО1 установлена утрата профессиональной трудоспособности в процентах 60, которая подтверждена справкой серии МСЭ-2006 №, а также подтверждается индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида, выдаваемая федеральными государственными учреждениями медико- социальной экспертизы к протоколу медико- социальной экспертизы гражданина от ДД.ММ.ГГГГ, предусматривающей медицинскую реабилитацию до ДД.ММ.ГГГГ. 

Согласно справки № о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве, выданного ФИО1, проходил лечение в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по поводу последствий производственной травмы от ДД.ММ.ГГГГ промежуточного периода ЗЧМТ: 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>. Последствия несчастного случая на производстве- установлена инвалидность, 60 % УТП. 

Согласно заключения врачебной комиссии медицинской организации о переводе Застрахованного, получившего тяжелое повреждение здоровья в результате несчастного случая на производстве на медицинскую реабилитацию в медицинскую организацию (санаторно-курортную организацию) пострадавший ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, электросварщик ручной сварки ПАО «КОКС», Поступил в Государственное автономное учреждение здравоохранения Кемеровской области «Кемеровская городская клиническая больница №» Поликлиническое отделение ДД.ММ.ГГГГ переведен в: Федеральное бюджетное учреждение Центр реабилитации Фонда социального страхования Российской Федерации «Топаз»ДД.ММ.ГГГГ диагноз и коды по МКБ-10 при поступлении: DS: 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> ( л.д.21).

Анализируя собранные по делу доказательства, судом бесспорно установлено, что обязанность ПАО» Кокс» как работодателя по обеспечению безопасных условий труда исполнена в отношении ФИО1 ненадлежащим образом, что явились причиной несчастного случая на производстве и является основанием для компенсации морального вреда.

Актом № о несчастном случае, утвержденном ДД.ММ.ГГГГ директором ПАО «Кокс» подтверждается, что причинами, вызвавшими несчастный случай ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 явились ненадлежащее исполнение работодателем обязательств по организации производства работ, в том числе, не обеспечение выполнения требований ст. 212 Трудового кодекса РФ, ст.9 ФЗ-116 « О промышленной безопасности опасных производственных объектов, ФНП « Правила безопасности при получении, транспортировании, использовании расплавов черных и цветных металлов и сплавов на основе этих расплавов», что подтверждается письменными материалами дела и не оспаривалось ответчиком. 

Таким образом, отсутствие вины в причинении вреда здоровью ФИО1 ответчиком, на которого такая обязанность возложена в силу закона, не доказано.

Поскольку причиненное истцу повреждения здоровья и связанные с этим физические и нравственные страдания обусловлены виновным ненадлежащим исполнением работодателем возложенных на него Трудовым кодексом РФ обязанностей, суд полагает обоснованными требования истца о взыскании компенсации морального вреда. 

Из разъяснений данных в абзаце 2 п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Руководствуясь вышеназванными нормами материального права, судом установлено, что истец получил производственную травму при выполнении трудовых обязанностей, принимая во внимание обстоятельства дела, при которых ФИО1 получил тяжкие телесные повреждения, отсутствии нарушений правил техники безопасности самим пострадавшим, а также то, что истец проходил лечение с период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в связи в получением производственной травмы в виде- 

<

данные изъяты>, осложнением которой стало 

<

данные изъяты>, последствиями травмы стало установление инвалидности третьей группы, степени утраты профессиональной трудоспособности в размере 60 процентов, требует перевода на другую работу, перенес хирургические операции в период с ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ в связи с неправильным 

<

данные изъяты> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в связи с 

<

данные изъяты> ( л.д.31), 

В результате полученной травмы ФИО1 испытал физическую боль и нравственные страдания, что негативно отразилось на его привычном образе жизни: потребовало длительного лечения, связанного с принятием лекарственных препаратов, оперативного вмешательства, привело к невозможности работать по специальности и тем самым обеспечивать свой привычный уровень жизни, что является основанием для удовлетворения исковых требований о компенсации морального вреда. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из конкретных обстоятельств данного дела, обстоятельств несчастного случая, степени вины ответчика, отсутствии нарушения Правил техники безопасности со стороны ФИО1, характера повреждений, причиненных истцу, квалифицированных согласно схеме определения степени тяжести вреда здоровью при несчастных случаях как тяжкое, последствия несчастного случая на производстве, наступившие осложнения виде постравматичнской нисходящей атрофии зрительного нерва справа, характера физических и нравственных страданий потерпевшего, его индивидуальных особенностей, молодого возраста, в соответствии с требованиями разумности и справедливости, с учетом баланса интересов сторон, принимая во внимание, что выплата компенсации морального вреда является единовременной, суд полагает возможным определить подлежащий взысканию компенсации морального вреда в размере 800 000,00 рублей, полагая что данный размер отвечает требования разумности и справедливости, не является завышенным.

Судом также установлено, что между ФИО1 и ИП ФИО5 заключен договор на оказание юридических услуг от №. 

Согласно п. 3.2. договора стоимость услуг определена сторонами в размере 50 000,00 рублей и оплачена истцом в полном размере ( л.д.40-42).

В соответствии с п.1.2 заключенного договора исполнитель принял на себя обязательство оказать услуги по представлению интересов в суде доверителя во всех инстанциях по вопросу о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на ПАО « Кокс» по акту № от ДД.ММ.ГГГГ. 

Как разъяснено в п. 11 - 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов, однако в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст.2, ст.35 ГПК РФ,) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Вместе с тем, учитывая время занятости представителя заявителя при рассмотрении вышеуказанного гражданского дела, объем оказанной юридической помощи, с учетом закона, который подлежит применению, исходя из принципа разумности и справедливости, а также принимая во внимание, что сумма возмещения судебных расходов должна отвечать конституционному требованию о разумных пределах и соблюдению баланса прав участников процесса, суд полагает необходимым взыскать с ответчика расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000,00 рублей. 

В соответствии со ст. 98 ч. 1 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Учитывая указанные обстоятельства и вышеприведенные нормы закона, суд полагает необходимым взыскать расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Публичному акционерному обществу « Кокс» о компенсации морального вреда удовлетворить. Взыскать с Публичного акционерного общества « Кокс» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 800000,00 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000,00 рублей, расходы на оплату государственной пошлины в размере 300,00 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Заводский районный суд г. Кемерово в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: И.В. Быкова 

Мотивированное решение суда составлено 16 мая 2023 года