Гражданское дело №

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

город ФИО4 Томской области 23 ноября 2018 года

Стрежевской городской суд Томской области в составе:

председательствующего – судьи Кураш Е.Н.,

при секретаре Клементьевой Д.В.,

с участием

помощника прокурора г. Стрежевого Томской области Петрушина А.И.,

представителя истца ФИО1 – адвоката Бурмейстерс Г.Г., действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, ордера №от ДД.ММ.ГГГГ,

представителей ответчика Акционерного общества «Транснефть-Центральная Сибирь» - ФИО2, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3, действующего на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Акционерному обществу «Транснефть-Центральная Сибирь» о взыскании компенсации морального вреда, причинённого профессиональным заболеванием,

установил:

Истец ФИО1 обратился в Стрежевской городской суд с исковым заявлением к Акционерному обществу «Транснефть-Центральная Сибирь» (далее – АО «Транснефть-Центральная Сибирь») о взыскании компенсации морального вреда, причинённого профессиональным заболеванием.

В обоснование исковых требований указал, что в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, то есть 15 лет 8 месяцев 27 дней истец работал в Линейной производственно-диспетчерской станции «ФИО4» (ЛДПС «ФИО4») филиала ОАО «Центрсибнефтепровод», в филиале «Центрсибнефтепровод» Районное нефтепроводное управление «ФИО4», в ОАО «Магистральные нефтепроводы Центральной Сибири», АО «Транснефть-Центральная Сибирь». Истец уволен ДД.ММ.ГГГГ по п. Общий стаж работы истца составляет 36 лет, трудовой стаж, связанный с воздействием повышенных уровней вибрации, шума, статико-динамических нагрузок составляет 35 лет 3 месяца. Во время работы в АО «Транснефть-Центральная Сибирь» у истца развилось профессиональное заболевание. В соответствии с актом № о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, истцу установлен диагноз: . Заболевание профессиональное, возникло в результате воздействия статико-динамического перенапряжения и вибрации. Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника от ДД.ММ.ГГГГ, работая водителем на подвергался воздействию повышенных уровней вибрации и шума. Эквивалентный корректированный уровень виброускорения по оси Z составляет 128 дБ, при предельно-допустимом уровне (ПДУ) = 115 дБ превышение на 13 дБ - класс вредности 3.3. Эквивалентный уровень шума составил 82 дБА, при ПДУ 80 дБА, превышение на 2 дБА – класс вредности 3.1. Работая водителем на подвергался воздействию повышенных уровней вибрации, работая водителем на , находясь в вынужденной рабочей позе сидя, совершал множество переключений рычагов управления, подвергался воздействию статико-динамических нагрузок, вибрации и шума. Работая водителем КрАЗ-250 подвергался воздействию повышенных уровней вибрации и шума. Суммарный эквивалентный корректированный уровень виброускорения по оси Z составляет 121 дБ, при предельно-допустимом уровне (ПДУ) = 115 дБ превышение на 6 дБ - класс вредности 3.2. Эквивалентный уровень шума составил 85 дБА, при ПДУ 80 дБА, превышение на 5 дБА – класс вредности 3.1. Работая водителем на , подвергался воздействию повышенных уровней вибрации и шума. Проходя службу в ПЧ-7 водителем », водителем «Дамас» повергался воздействию повышенных уровней вибрации и шума. Работая водителем и автокрановщиком на , находясь в вынужденной рабочей позе сидя, осуществлял множество переключений рычагов управления, подвергался воздействию статико-динамических нагрузок и шума. Эквивалентный корректированный уровень виброускорения по осям Х,Z составляет 113-114 дБ, при предельно-допустимом уровне (ПДУ) = 112 дБ превышение на 1-2 дБ - класс вредности 3.1. Эквивалентный уровень шума составил 85 дБА, при ПДУ 80 дБА, превышение на 5 дБА – класс вредности 3.1. Согласно п. 24 СГХ условия труда на рабочих местах ФИО1 не отвечают гигиеническим требованиям: уровни шума превышали ПДУ на 205 дБА – класс вредности 3.1, уровни общей вибрации превышали ПДУ на 1-3 дБ – класс вредности 3.1-3.3.Согласно справке Бюро № филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Томской области» серии № от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлено 30% утраты трудоспособности. В связи с профессиональным заболеванием истец испытывает нравственные и физические страдания, у истца поражен опорно-двигательный аппарат, его постоянно беспокоят боли в спине, суставах рук и ног. Движения истца ограничены. Кроме того, он вынужден часто проходить лечение в больнице, в связи с чем чувствует себя неполноценным человеком. 

Истец просит суд взыскать с АО «Транснефть-Центральная Сибирь» компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 300 000 рублей.

Истец ФИО1, извещенный о времени и месте судебного заседания должным образом, в суд не явился, доверив представление своих интересов представителю по доверенности Бурмейстерс Г.Г.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд рассмотрел дело в отсутствие истца.

Представитель истца Бурмейстерс Г.Г. в судебном заседании исковые требования ФИО1 поддержала по основаниям, изложенным в иске, просила их удовлетворить.

Представители ответчика АО ««Транснефть – Центральная Сибирь» ФИО2, ФИО3 с заявленными требованиями не согласились по основаниям, изложенным в письменном отзыве. Дополнительно пояснили, что в период работы в РНУ «ФИО4» истец не мог получить профессиональное заболевание. 

В заключении по делу помощник прокурора г. Стрежевого Петрушин А.И. просил искове требования удовлетворить частично, просил взыскать с АО ««Транснефть – Центральная Сибирь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 160 000 рублей.

Заслушав участников судебного заседания, заключение помощника прокурора г. Стрежевого Томской области, изучив представленные доказательства, суд находит исковые требования ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению, исходя из следующего.

Статья 150 Гражданского кодекса Российской Федерации относит к нематериальным благам жизнь и здоровье человека.

Конституцией Российской Федерации охраняются труд и здоровье граждан, устанавливаются гарантии социальной защиты (ч. 2 ст. 7); каждому гарантируется социальное обеспечение в предусмотренных законом случаях (ч. 1 ст. 39). 

В силу ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причинённый работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены трудовым законодательством, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ. Обязанность обеспечения безопасных условий и охраны труда работника согласно ст. 212 ТК РФ возлагается на работодателя. 

Согласно ст. ст. 3, 8 Федерального закона от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под профессиональным заболеванием понимается хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредных производственных факторов и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности. Возмещение застрахованному лицу морального вреда, причинённого в связи с профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. 

Указанная норма направлена на установление дополнительных гарантий лицам, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (всего 15 лет 8 месяцев 27 дней) работал в АО «Транснефть – Центральная Сибирь» (ранее имело наименования: ОАО «Магистральные нефтепроводы «Центральной Сибири», ОАО «Центрсибнефтепровод»): с ДД.ММ.ГГГГ в линейной производственно-диспетчерской станции «ФИО4» водителем 2 класса на ; ДД.ММ.ГГГГ переведен водителем 1 класса 5 разряда колонны технологического транспорта и спецтехники (Татра-815); ДД.ММ.ГГГГ переведен водителем 1 класса 6 разряда колонны технологического транспорта и спецтехники (). Уволен ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ОГАУЗ «Стрежевская городская больница» истцу установлен предварительный диагноз острого или хронического профессионального заболевания. Общий трудовой стаж работы ФИО1 составляет 36 лет. Стаж работы истца в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 35 лет 3 месяца.

Санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у ФИО1 профессионального заболевания № составлена ДД.ММ.ГГГГ на основании извещения об установлении предварительного диагноза хронического профессионального заболевания (отравления) № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного ОГАУЗ «Стрежевская ГБ» (л.д. ).

Согласно санитарно – гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ №, трудовой стаж работы ФИО1, связанный с воздействием вибрации, шума, статико-динамических перегрузок составляет 36 лет (в том числе ) в профессиях водителя, шофера. Истец в период работы с ДД.ММ.ГГГГ работал в линейной производственно-диспетчерской станции «ФИО4» водителем 2 класса пожарной машины в Службе безопасности вахтовым методом на ). ДД.ММ.ГГГГ переведен водителем автомобиля 1 класса 5 разряда колонны технологического транспорта и спецтехники. (), ДД.ММ.ГГГГ переведен водителем автомобиля 1 класса 6 разряда, уволен ДД.ММ.ГГГГ.

Работая водителем , истец подвергался воздействию повышенных уровней вибрации и шума. Находясь в вынужденной рабочей позе сидя, совершал множество переключений ручных и ножных рычагов, испытывал статико-динамические нагрузки на мышцы спины, рук и ног. Исходя из 3 часового ежесменного воздействия вибрации, эквивалентный корректированный уровень виброускорения по оси Z составил 127 дБ, при ПДУ 115 дБ, превышение на 12 дБ – класс вредности 3.2. Эквивалентный уровень шума составляет 84 дБА, при ПДУ 80 дБА, превышение на 4 дБА – класс вредности 3.1. 

Работая водителем на , находясь в вынужденной рабочей позе сидя, выполнял множество переключений рычагов управления, подвергался воздействию статико-динамических нагрузок, повышенных уровней шума. Эквивалентный корректированный уровень виброускорения (локальная вибрация) по осям Х, Y, Z составляет 112-114-115 дБ, при ПДУ 126 дБ, превышения нет – класс вредности 2.0. Эквивалентный корректированный уровень виброускорения по осям Х, Y (общая вибрация) составляет 113-114 дБ, при ПДУ-112 дБ, превышение на 102дБ, по оси Z-115 дБ, при ПДУ-115, превышения нет – класс вредности 3.1. Эквивалентный уровень шума составляет 85 дБА, при ПДУ-80 дБА, превышение на 5 дБА – класс вредности 3.1. 

Санитарно – гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ № составлена в соответствии с требованиями, предусмотренными Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №. 

Указанные в санитарно – гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ № сведения объективно ответчиком не опровергнуты в судебном заседании.

В соответствии с п.п. 30, 32 Постановления Правительства РФ от 15 декабря 2000г. № 967 «Об утверждении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний» надлежащим документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве, является Акт о случае профессионального заболевания.

В соответствии с п. 19 Положения обязанность организации расследования обстоятельств и причин возникновения у работника профессионального заболевания возлагается на работодателя.

Работодатель в течение 10 дней с даты получения извещения об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания образует комиссию по расследованию профессионального заболевания, возглавляемую главным врачом центра государственного санитарно - эпидемиологического надзора. В состав комиссии входят представитель работодателя, специалист по охране труда (или лицо, назначенное работодателем ответственным за организацию работы по охране труда), представитель учреждения здравоохранения, профсоюзного или иного уполномоченного работниками представительного органа. В расследовании могут принимать участие другие специалисты.

Согласно извещению Краевого Центра радиационной и профессиональной патологии Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Научно-Исследовательский Институт Краевая клиническая больница № имени Профессора С.В. Очаповского» № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлен диагноз: . Заболевания профессиональные, установленные впервые ДД.ММ.ГГГГ в Краевом Центре радиационной и профессиональной патологии г. Краснодар (л.д. ).

Согласно акту о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлен заключительный диагноз: ). Профессиональное заболевание у ФИО1 возникло при обстоятельствах и условиях: работая водителем в других организациях на в течение 5 лет 1 месяцев подвергался воздействию повышенных уровней вибрации, превышающих ПДУ на 1-2дБ, водителем в течение 2 месяцев, дежурным водителем в течение 12 лет 5 месяцев. Работая водителем пожарной машины в РНУ «ФИО4» в течение 9 лет 11 месяцев уровни вибрации не превышали ПДУ, водителем автомобиля в течение 5 лет 10 месяцев подвергался воздействию повышенных уровней вибрации от 1 до 2 дБ (п. 17) (л.д. ).

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы ООО Международное Бюро Судебных экспертиз оценки и медиации № от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 имеется профессиональное заболевание: . Возникновение профессионального заболевания связано с осуществлением трудовой деятельности во вредных производственных условиях в период работы в профессиях водителя на , дежурным водителем пеноподъемника с неблагоприятными факторами – вибрацией, статическими перегрузками. Причинно – следственная связь между установленным профессиональным заболеванием истца ФИО1 и его работой в АО «Транснефть – Це6нтральная Сибирь» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ водителем пожарной машины в течение 9 лет 11 месяцев, водителем автомобиля в течение 5 лет 10 месяцев имеется (л.д. ). 

Решением Стрежевского городского суда Томской области от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что невыполнение работодателем АО «Транснефть – Центральная Сибирь» обязанностей в области обеспечения безопасных условий и охраны труда явилось причиной возникновения у ФИО1 профессионального заболевания.

Таким образом, судом установлено наличие у истца в настоящее время профессионального заболевания и наличие причинно-следственной связи выявленного у истца профессионального заболевания с длительным воздействием вредных производственных факторов на организм истца в процессе выполнения им трудовых обязанностей в АО «Транснефть – Центральная Сибирь». 

Согласно справке серии № ФКУ «ГБ МСЭ по Томской области» от ДД.ММ.ГГГГ истцу на основании Акта о профессиональном заболевании № от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с профессиональным заболеванием установлена утрата профессиональной трудоспособности % на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с датой очередного освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ (л.д.). 

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

При этом работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный ему любыми неправомерными действиями (бездействием) во всех случаях его причинения, независимо от наличия материального ущерба.

Общими основаниями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются: наличие морального вреда; неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника; вина работодателя.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению причинителем вреда.

Установленная ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Исходя из оценки всех исследованных доказательств по делу, суд приходит к выводу о наличии вины в причинении морального вреда истцу ответчиком.

В судебном заседании установлено и подтверждено материалами дела, что вред здоровью истца причинён в связи с работой у ответчика все время во вредных условиях, в условиях повышенных уровней вибрации и шума. 

Доказательств наличия предусмотренных действующим законодательством оснований для освобождения ответчика от ответственности - грубой неосторожности или умысла истца, которые бы содействовали возникновению или увеличению вреда, а также, подтверждающих, что истец продолжал выполнение работы во вредных условиях, нарушая какие-либо запреты врачей или работодателя, ответчиком суду не предоставлено. При этом данное обстоятельство, само по себе, не может рассматриваться в качестве основания для освобождения ответчика от возмещения компенсации морального вреда.

Возникновение профессионального заболевания возможно лишь при условиях труда, которые характеризуются наличием на рабочем месте вредных производственных факторов, превышающих гигиенические нормативы и способных оказывать неблагоприятное воздействие на здоровье работника.

В соответствии с п. 3.1. Санитарных норм СН 2.2.4/2.1.8.566-96, утверждённых постановлением Госкомсанэпиднадзора РФ от 31.10.1996 № 40, предельно допустимый уровень (ПДУ) вибрации - это уровень фактора, который при ежедневной (кроме выходных дней) работе, но не более 40 часов в неделю в течение всего рабочего стажа, не должен вызывать заболеваний или отклонений в состоянии здоровья, обнаруживаемых современными методами исследований в процессе работы или в отдаленные сроки жизни настоящего и последующих поколений.

Доказательств, подтверждающих тот факт, что в период работы истца у ответчика на него не оказывалось воздействие вредных производственных факторов, суду не представлено. 

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. 

Работодатель использовал заведомо наносящую вред здоровью работника автомобильную технику, имеющую повышенный уровень вибрации и шума. Доказательств невозможности обеспечить работу наемных лиц на технике, не оказывающей неблагоприятное воздействие на организм работника, ответчиком суду не представлено.

В целях предупреждения возникновения и развития у работников профессионального заболевания ответчиком не было организовано проведение углубленных профилактических осмотров, не осуществлялся контроль за стажем работы работника во вредных условиях труда в целях недопущения превышения безопасного уровня стажевой дозы, своевременного решения вопроса о возможности продолжения работы во вредных условиях труда, переводе работника на работу, исключающую эти условия.

Разрешая заявленные истцом требования, суд исходит из того, что работодатель располагал возможностью отслеживать стаж работы во вредных условиях работника, а, следовательно, учитывать стажевую дозу полученной им вибрации и своевременно решать вопрос о возможности продолжения выполнения работником трудовой функции без вреда для его здоровья.

Профзаболевание развивается по причине длительного воздействия вредных факторов, оно может проявиться в любое время, в том числе и после окончания работы на предприятии, в котором имело место воздействие таких факторов. 

Профессиональное заболевание у ФИО1 впервые выявлено в период работы в АО ««Транснефть – Центральная Сибирь», причинно-следственная связь между возникновением у истца профессионального заболевания и исполнением им трудовых обязанностей в АО ««Транснефть – Центральная Сибирь» установлена представленными доказательствами.

Таким образом, профессиональное заболевание истца возникло не одномоментно, а в результате длительного, многократного воздействия на организм указанных вредных производственных факторов, которые имелись в период работы истца у заявленного ответчика.

В связи с чем, довод ответчика об отсутствие вины в причинении истцу морального вреда не состоятелен, опровергается представленными в материалы дела доказательствами.

Кроме того, ответчиком не представлены доказательства работы ФИО1 на технике, которая не оказывала бы на истца воздействие вредных производственных факторов.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об обоснованности исковых требований ФИО1 о взыскании денежной компенсации морального вреда, предъявленных к ответчику.

В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации в этом случае размер компенсации морального вреда определяется судом. 

Наличие у истца заболевания, его характер подтверждают то обстоятельство, что он испытывает нравственные страдания от потери здоровья, испытывает физическую боль, установление степени утраты профессиональной трудоспособности % с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ограничивает его право на труд и, как следствие, причиняет истцу моральный вред.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу ФИО1, суд находит его подлежащим взысканию в меньшем размере, чем требует истец.

Суд принимает во внимание, что истцу был причинен вред здоровью при исполнении им трудовых обязанностей у ответчика, он частично утратил профессиональную трудоспособность, выявлено профессиональное заболевание, нуждается в лечении, что также следует из представленной представителем истца медицинской документацией.

Суд учитывает стаж работы истца во вредных условиях у ответчика, поскольку профзаболевание обусловлено длительностью воздействия вредных производственных факторов и находится в прямой зависимости от этого показателя.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательств отсутствия вины в возникновении у истца профессионального заболевания и причинении ему морального вреда, ответчиком АО «Транснефть-Центральная Сибирь» не представлено.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает отсутствие умысла у работодателя причинить вред здоровью ФИО1 выполнением ответчиком обязательных требований действующего законодательства в области охраны труда и техники безопасности.

Исходя из изложенного, суд считает разумным размером компенсации морального вреда, с учетом отработанного истцом времени, подлежащего взысканию в пользу истца с АО «Транснефть-Центральная Сибирь» в сумме 157 000 рублей.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой при обращении в суд истец был освобожден, взыскивается судом с ответчика АО «Транснефть-Центральная Сибирь» в размере 300 рублей в доход бюджета муниципального образования городской округ ФИО4.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

решил:

исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Транснефть-Центральная Сибирь» о взыскании компенсации морального вреда, причинённого профессиональным заболеванием, удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Транснефть-Центральная Сибирь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в размере 157 000 (сто пятьдесят семь тысяч) рублей.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с Акционерного общества «Транснефть-Центральная Сибирь» в доход бюджета муниципального образования городской округ ФИО4 государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба, представление в Томский областной суд через Стрежевской городской суд Томской области в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий судья: Е.Н. Кураш

. Судья Е.Н. Кураш