ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 № 44г-49/2019

президиума Оренбургского областного суда

08 июля 2019 года г. Оренбург

Президиум Оренбургского областного суда в составе:

председательствующего Белинской С.В.,

членов президиума: Кужабаева М.Д., Ушакова В.М., Чернявской С.А., Черновой С.А.,

при секретаре Шишко Е.И.,

рассмотрев кассационную жалобу и дополнительную кассационную жалобу ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО9 Е,Г. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 29 августа 2018 года и дополнительное апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 11 октября 2018 года по гражданскому делу по иску ФИО5, ФИО6, ФИО7 к ФИО8, ФИО1, ФИО2 Н,А., ФИО3, ФИО4 Н,Б., ФИО9 о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда,

заслушав доклад судьи Оренбургского областного суда Лебедевой Н.В., 

УСТАНОВИЛ:

ФИО5, ФИО6, ФИО7 обратились в суд с вышеназванным иском, указав, что ответчики составили коллективное обращение в адрес прокурора Оренбургской области, главного Федерального инспектора по Оренбургской области, Министра труда и социальной защиты Российской Федерации, Государственной инспекции по труду и занятости в Оренбургской области, сообщив в отношении них сведения, не соответствующие действительности, порочащие их честь и достоинство, репутацию. 

С учетом неоднократных уточнений истцы просили признать не соответствующими действительности и порочащими сведения, изложенные в обращении от 10 ноября 2017 года, адресованном прокурору Оренбургской области, главному Федеральному инспектору по Оренбургской области, министру труда и социальной защиты Российской Федерации, председателю Счетной палаты Российской Федерации от 10 октября 2017 года, министру труда и занятости Оренбургской области 27 октября 2017 года в отношении ФИО6:

а) предвидя скорый уход директора ФИО45 заместитель директора по учебной работе, ФИО6 «развернула активную нешуточную борьбу за этот пост, запугав и склонив на свою сторону» незначительную часть коллектива, в основном, младший персонал, учебного заведения; 

б) заместитель директора О.В. Некс «ушла от дисциплинарной ответственности», взяв больничный лист; 

в) вместо того, чтобы принять действенные меры по исправлению выявленных нарушений в учебном процессе О.В. Некс, выйдя с больничного, и «объединившись с гл. бухгалтером ФИО5, начали активную работу по дискредитации имени директора». Пошли звонки и письма в Департамент, «опубликована, по словам Некс и ФИО10 с подачи Департамента, «грязная» статья» в газете «Комсомольская правда» от 05 июля 2017, «спровоцированы будущие проверки колледжа прокуратурой и другими надзорными ведомствами». г) ФИО6 «фальсифицированы документы в свою пользу задним числом, связанные с принудительным увольнением ею неугодных сотрудников (ФИО2, Г.И.И. 

д) «ФИО6 внесены изменения в функциональные обязанности сотрудника ФИО3, чтобы переложить ответственность со своих плеч на плечи данного сотрудника, оформив документ также задним числом с поддельной подписью директора ФИО11.»; 

е) «уволен по статье по сфабрикованным поддельным фактам Г.И.И..» как достойный и возможный конкурент на должность директора, «при этом были принуждены сотрудники к подписи в сфальсифицированном акте»;

ж) «уволены охранники» ФИО46., как не поддержавшие «новую власть»; 

и) «уволена ФИО1», одна из лучших и опытных заместителей директора по воспитательной работе не только в области, но России»; 

к) «уволила ФИО50.», преподавателя танцевального объединения «Ритм», в котором занимались инвалиды и дети с ОВЗ»;

л) «все несогласные с политикой «новой власти» подвергаются гонениям и унижениям»; 

м) «одним из вопиющих фактов их деятельности было распоряжение ФИО6 – убрать и закрыть «Духовную комнату»», которая очень была нужна инвалидам и сиротам с неустойчивой психикой и срывами в поведении»;

н) «разбомбили» музей – комнату» по истории колледжа и отдали кабинет зам. директора по социальным вопросам ФИО54. ««родственнице»» ФИО6; 

о) «за создание подобной ситуации ФИО6 была уже уволена с работы из Учетно-финанасового техникума»; 

п) «в ходе увольнения несогласных работников» из колледжа ФИО6, участвуя в судебных процессах, продолжает «подтасовывать факты, представляет фальшивые документы и фотографии, лжесвидетельствуют и вовлекают в лжесвидетельствование действующих сотрудников колледжа под угрозой увольнения»; 

р) «специалист не всегда честный и порядочный в достижении своих целей».

с) «такой человек, как ФИО6 «поправивший Законы, не имеющий ни чести, ни достоинства, допустивший в СМИ обливание грязью нас» бывших сотрудников колледжа людей, «не имеет ни юридического, ни тем более морального права возглавлять» такое уникальное специализированное образовательное учреждение, одно из лучших в России».

В отношении ФИО5: 

а) предвидя скорый уход директора ФИО51 главный бухгалтер «ФИО5 развернула активную нешуточную борьбу за этот пост, запугав и склонив на свою сторону» незначительную часть коллектива, в основном, младший персонал учебного заведения. 

б) однако, вместо того, чтобы принять действенные меры по исправлению выявленных нарушений в учебном процессе О.В. ФИО6, выйдя с больничного, и объединившись с главным бухгалтером ФИО5 «начали активную работу по дискредитации имени директора». Пошли звонки и письма в Департамент, «опубликована, по словам Некс и ФИО10 с подачи Департамента «грязная» статья» в газете Комсомольская правда» от 05 июля 2017 года.

в) главный бухгалтер ФИО5, которая вместо того, чтобы заниматься подготовкой учебного процесса и выполнения плана контрольных цифр приема (который не выполнен) вместе с ФИО6 «нагнетает обстановку в коллективе, с людьми разговаривает на повышенных тонах», утверждает, что вопрос с увольнением директора уже решен, ссылаясь на распоряжение Департамента, «препятствует посещению колледжа директором, угрожая» вызовом полиции. 

г) сегодня ФИО5, участвуя в судебных процессах «продолжает подтасовывать факты, представляет фальшивые документы и фотографии, лжесвидетельствует и вовлекает в лжесвидетельствование действующих сотрудников колледжа под угрозой увольнения». 

В отношении ФИО7: 

а) «не имеет никакого соответствующего образования», принят на работу в качестве заместителя директора по правовой и кадровой работе «в разрез с профессиональным стандартами». 

Признать не соответствующими действительности и порочащими сведения, изложенные в обращении Председателю Счетной палаты Российской Федерации от 10 октября 2017 года в отношении ФИО5: «до работы в нашей системе была связана с криминальными лицами по работе и лично (работала бухгалтером в ООО «Технопласт» где руководителями были знаменитые криминальные авторитеты нашего города)». 

Просили взыскать с ФИО1, ФИО8, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО9 в пользу ФИО6, ФИО5, ФИО7 компенсацию морального вреда в размере 100000 руб. в пользу каждого из истцов. 

Решением Ленинского районного суда г. Оренбурга от 29 мая 2018 года в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 29 августа 2018 года решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении требований о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда отменено, исковые требования удовлетворены в части.

Суд второй инстанции постановил: 

взыскать с ФИО8, ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО9 в пользу ФИО5 в качестве компенсации морального вреда 6000 рублей, т.е. по 1000 рублей с каждого, в возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины 16 рублей 66 копеек с каждого; 

взыскать с ФИО8, ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО9 в пользу ФИО6 в качестве компенсации морального вреда 6000 рублей, т.е. по 1000 рублей с каждого, в возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины 16 рублей 66 копеек с каждого; 

взыскать с ФИО8, ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО9 в доход местного бюджета МО «г. Оренбург» государственную пошлину 400 рублей, то есть по 66 рублей 67 копеек с каждого. 

В остальной части решение оставлено без изменения.

Дополнительным апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 11 октября 2018 года признаны несоответствующими действительности и порочащими сведения, изложенные в обращении ФИО1, ФИО8, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО9 от 10 ноября 2017 года, адресованном главному федеральному инспектору по Оренбургской области, Министерству труда и социальной защиты Российской Федерации в отношении ФИО6 и ФИО12 следующего содержания: «фальсифицированы документы в свою пользу задним числом, связанные с принудительным увольнением Г.И.И. «уволен по статье по сфабрикованным фактам Г.И.И.., при этом были принуждены сотрудники к подписи в сфальсифицированном акте»; «сегодня ФИО5 и ФИО6, участвуя в судебных процессах, лжесвидетельствуют и вовлекают в лжесвидетельствование действующих сотрудников колледжа под угрозой увольнения».

В кассационной жалобе и дополнении к ней, поступивших в Оренбургский областной суд 20 февраля 2019 года и 09 апреля 2019 года соответственно, ответчики ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО9 выражают несогласие с апелляционным определением и дополнительным апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда.

Определением судьи Оренбургского областного суда Лебедевой Н.В. от 30 апреля 2019 года кассационная жалоба и дополнение к ней с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании президиума Оренбургского областного суда.

ФИО5, ФИО6, ФИО8, ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО9, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, в связи с чем, на основании статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации президиум Оренбургского областного суда находит возможным рассмотрение дела в их отсутствие. 

Представитель ФИО1, ФИО3, ФИО9 Е,Г., ФИО4 - ФИО59, действующая на основании ордера №-К/2019 от 08 июля 2019 года, в ходе рассмотрения дела в суде кассационной инстанции просила кассационную жалобу удовлетворить, апелляционное определение и дополнительное апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда отменить, решение суда первой инстанции оставить без изменения.

ФИО7 в ходе рассмотрения дела в суде кассационной инстанции 

просил кассационную жалобу оставить без удовлетворения, апелляционное и дополнительное апелляционное определения оставить без изменения.

Изучив доводы кассационной жалобы, возражений на кассационную жалобу, проверив материалы дела, президиум Оренбургского областного суда приходит к следующему. 

Согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

При рассмотрении дела такого характера существенные нарушения норм материального и процессуального права судом апелляционной инстанции допущены.

Из судебных постановлений и материалов гражданского дела следует, что ответчики состояли в трудовых отношениях с Федеральным казенным профессиональным образовательным учреждением «Оренбургский государственный экономический колледж - интернат» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации.

В связи с увольнением ФИО84 с должности директора указанного образовательного учреждения ФИО12 в период с 03 июля 2017 года по 29 августа 2017 года исполняла обязанности директора колледжа, ФИО6 указанные обязанности исполняла с 01 сентября 2017 года по 07 февраля 2018 года, а с 08 февраля 2018 года приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 07 февраля 2018 5-кр назначена директором сроком на 1 год.

В своем обращении от 10 ноября 2017 года, адресованном прокурору Оренбургской области, главному Федеральному инспектору по Оренбургской области, министру труда и социальной защиты Российской Федерации, Председателю Счетной палаты Российской Федерации, а также министру труда и занятости Оренбургской области от 27 октября 2017 года, ответчики сообщили вышеуказанные сведения в отношении ФИО6, ФИО12, ФИО7, которые последние воспринимают как несоответствующие действительности, направленные на умаление их чести и достоинства, репутации.

По всем обращениям были проведены проверки, сведения о результатах которых были направлены заинтересованным сторонам.

В обоснование своих доводов ответчики ссылались на результаты прокурорской проверки, вступившие в законную силу решение Промышленного районного суда г. Оренбурга от 27 октября 2017 года по гражданскому делу по иску ФИО2 к ФКПОУ «Оренбургский государственный экономический колледж-интернат» о признании незаконным приказа о прекращении трудового договора, восстановлении, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и решение Ленинского районного суда г.Оренбурга от 03 октября 2017 года по делу по иску Г.И.И. к этому же учреждению о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

Так, из решения Промышленного районного суда г. Оренбурга от 27 октября 2017 года по делу по иску ФИО2 усматривается, что акт от 22 августа 2017 года, составленный, в том числе с участием ФИО6, суд оценил как недопустимое доказательство ввиду несоответствия изложенных в нем сведений установленным по делу обстоятельствам. При этом суд признал показания работника кадров В.А.В. недостоверными, искажающими действительные обстоятельства, установленные по делу судом.

На основании пункта 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

Как разъяснено в пунктах 7 и 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом. При этом истец должен доказать распространение сведений ответчиком и их порочащий характер, ответчик должен доказать соответствие сведений действительности.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок (например, не могут быть опровергнуты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации сведения, изложенные в приказе об увольнении, поскольку такой приказ может быть оспорен только в порядке, предусмотренном Трудовым кодексом Российской Федерации).

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статья 130 Уголовного кодекса Российской Федерации, статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, отсутствие хотя бы одного обстоятельства из обязательной совокупности условий для удовлетворения иска (сведения должны носить порочащий характер, быть распространены и не соответствовать действительности) является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

В силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений (пункт 9).

Суд первой инстанции, отказывая в иске, исходил из отсутствия совокупности необходимых условий для удовлетворения иска: недоказанности истцами распространения ответчиками сведений, порочащих их честь, достоинство и деловую репутацию, а также отсутствие сведений порочащего характера, поскольку содержащаяся в обращениях информация выражает субъективное мнение авторов по поводу сложившейся ситуации и носит оценочный характер, т.е. не является предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 

При этом суд указал, что обращения ответчика в государственные органы и органы местного самоуправления не могут быть расценены как распространение не соответствующих действительности порочащих деловую репутацию сведений в отношении истцов, поскольку имела место реализация ответчиками своего права на обращение в государственные органы, к должностным лицам, которые в силу закона уполномочены получать и рассматривать жалобы, обращения, проверять их и принимать решение по результатам их проверки. Доказательства того, что обращения были направлены исключительно на причинение вреда истцам и ответчики злоупотребили правом на обращение в государственные органы, представлены не были.

Не согласившись с выводами суда первой инстанции об оценочном характере сведений, распространенных ответчиками в отношении ФИО6 и ФИО12, таких как: «фальсифицированы документы в свою пользу задним числом, связанные с принудительным увольнением Г.И.И..; «уволен по статье по сфабрикованным поддельным фактам Г.И.И.…., при этом были принуждены сотрудники к подписи в сфальсифицированном акте;», «сегодня ФИО5 и ФИО6, участвуя в судебных процессах, лжесвидетельствуют и вовлекают в лжесвидетельствование действующих сотрудников колледжа под угрозой увольнения», суд второй инстанции указал, что данные высказывания по своей сути являются утверждениями ответчиков, не подтверждены конкретными фактами и соответствующими доказательствами, указывают на совершение ФИО6 и ФИО5 противоправных, в том числе уголовных деяний (лжесвидетельствование), направленных против правосудия, что, безусловно, умаляет честь и достоинство истцов, подрывает их репутацию.

При этом проанализировав содержание вступившего в законную силу решения Ленинского районного суда г. Оренбурга от 03 октября 2017 года по гражданскому делу по иску Г.И.И. к ФКПОУ «Оренбургский государственный экономический колледж - интернат» о признании приказа об увольнении незаконным, а также апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 21 декабря 2017 года, вынесенного по данному делу, суд второй инстанции не усмотрел выводов в части признания документов, представленных истцами, подложными. Факт лжесвидетельствования истцов либо совершение ими действий по склонению к этому работников колледжа приговором либо другими доказательствами не подтвержден.

Поскольку сам факт распространения ответчиками не соответствующих действительности сведений является достаточным основанием для вывода о причинении гражданину морального вреда, судебная коллегия пришла к выводу о том, что с ответчиков в пользу истцов подлежит взысканию денежная компенсация - по 1000 руб. с каждого ответчика в пользу истцов ФИО5 и ФИО6

Судебная коллегия не согласилась с выводами суда первой инстанции в той части, что, сообщая об указанных сведениях, ответчики реализовали свое право на обращение в компетентные органы, поскольку Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации, главный федеральный инспектор по Оренбургской области не обладают полномочиями для проверки указанных выше сведений и принятии по ним процессуальных решений. 

Установив, что в апелляционном определении, вынесенном по результату рассмотрения гражданского дела в суде апелляционной инстанции, не был разрешен вопрос по требованиям о признании сведений, распространенных ответчиками, не соответствующими действительности, хотя данные требования были рассмотрены по существу, судебной коллегией было вынесено дополнительное определение от 11 октября 2018 года с указанием того, какие конкретные сведения, распространенные ответчиком, не соответствуют действительности: «фальсифицированы документы в свою пользу задним числом, связанные с принудительным увольнением ФИО13»; « уволен по статье по сфабрикованным поддельным фактам Г.И.И. при этом были принуждены сотрудники к подписи в сфальсифицированном акте»; «сегодня ФИО5 и ФИО6, участвуя в судебных процессах, лжесвидетельствуют и вовлекают в лжесвидетельствование действующих сотрудников колледжа под угрозой увольнения».

В кассационной жалобе и в дополнении к ней ответчики ссылаются на то, что прокуратура Оренбургской области, главный федеральный инспектор по Оренбургской области и Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации в равной степени являются государственными органами власти, в связи с чем, градация органов государственной власти на компетентные и некомпетентные рассматривать обращения граждан по признаку наличия полномочий осуществления уголовного преследования не должна ограничивать конституционные права граждан на обращение в органы государственной власти. Компетентность (подведомственность, подследственность) государственных органов по рассмотрению обращений граждан определяют сами государственные органы, а не обратившийся к ним гражданин. В полномочия главного федерального инспектора на территории субъекта Российской Федерации входит, в том числе ведение приема обращений граждан по любым вопросам, внесение предложений по направлению в федеральные органы исполнительной власти представлений на лиц, осуществляющих свои полномочия на территории соответствующего субъекта (к которым относится также руководитель колледжа) о поощрении, присвоении квалификационных разрядов, о применении к ним мер дисциплинарного взыскания. Согласно уставу ФКПОУ «ОГЭКИ» Министерство труда является учредителем колледжа и обладает полномочиями по назначению руководителя колледжа и прекращению его полномочий, осуществляет контроль за деятельностью учреждения. Кроме того, из названных учреждений ответы на обращение не поступили, что, по мнению кассаторов, свидетельствует об отсутствии распространения порочащих сведений об истцах.

Указанные доводы кассационной жалобы и дополнения к ней заслуживают внимания и с выводами судебной коллегии в оспариваемой части согласиться нельзя, поскольку они основаны на неправильном токовании норм материального права.

В пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» разъяснено, что статьей 33 Конституции Российской Федерации закреплено право граждан направлять личные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленный законом срок. Судам необходимо иметь в виду, что в случае, когда гражданин обращается в названные органы с заявлением, в котором приводит те или иные сведения (например, в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом, по его мнению, или совершенном либо готовящемся преступлении), но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений. Такие требования могут быть удовлетворены лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить гражданина и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, каждый гражданин имеет право свободно и добровольно обращаться в государственные органы, органы местного самоуправления и к должностным лицам в целях защиты своих прав и законных интересов либо прав и законных интересов других лиц. При этом гражданин может указать в обращении на известные ему факты и события, которые, по его мнению, имеют отношение к существу поставленного в обращении вопроса и могут повлиять на его разрешение. То обстоятельство, что изложенные в обращении сведения могут не найти своего подтверждения, не является основанием для привлечения заявителя к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, если соответствующее обращение обусловлено его попыткой реализовать свои конституционные права.

Иное означало бы привлечение лица к гражданско-правовой ответственности за действия, совершенные им в пределах предоставленных ему конституционных прав, а равно при исполнении им своего гражданского долга. 

Статьей 33 Конституции Российской Федерации закреплено право граждан направлять личные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленный законом срок.

Согласно Федеральному закону «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» граждане Российской Федерации имеют право обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения как в государственные органы, органы местного самоуправления, так и должностным лицам (часть 1 статьи 2), к каковым относятся лица, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительные, административно - хозяйственные функции в государственном органе или органе местного самоуправления (пункт 5 статьи 4).

С учетом правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2012 года № 19-П, в соответствии с указанным Законом возможно направление обращений помимо государственных органов и органов местного самоуправления, также и в государственные и муниципальные учреждения и другие организации, осуществляющие публично значимые функции.

Как следует из Устава Федерального казенного профессионального образовательного учреждения «Оренбургский государственный экономический колледж - интернат» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации, утвержденного Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 23 ноября 2015 года №882, учредителем Учреждения является Российская Федерация. В соответствии с распоряжением Правительства Российской Федерации от 14 июля 2012 № 1270-р Учреждение находится в ведении Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации. Министерство осуществляет полномочия учредителя (пункт 1.6 Устава)

Согласно пункту 1.7 Устава учреждение в своей деятельности руководствуется, в том числе нормативными правовыми актамиМинистерства труда и социальной защиты Российской Федерации. 

В соответствии с пунктом 5.1 Устава к компетенции Министерства в области управления Учреждением относятся, в том числе осуществление финансового обеспечения выполнения основной образовательной деятельности Учреждения; утверждение устава Учреждения, изменений и дополнений к Уставу Учреждения; назначение руководителя Учреждения и прекращение его полномочий; осуществление контроля за деятельностью Учреждения.

Директор Учреждения несет ответственность за руководство образовательной, научной, воспитательной, реабилитационной работой и организационно - хозяйственной деятельностью Учреждения (пункт 5.4.1 Устава).

Как следует из пункта 1 Положения о Главном федеральном инспекторе аппарата полномочного представителя Президента Российской Федерации в Приволжском федеральном округе (далее - Положение) Главный федеральный инспектор аппарата полномочного представителя Президента Российской Федерации в Приволжском федеральном округе является должностным лицом, представляющим полномочного представителя Президента Российской Федерации в Приволжском федеральном округе на территории соответствующего субъекта Российской Федерации в пределах Приволжского федерального округа.

Федеральные инспекторы являются федеральными государственными служащими и входят в состав аппарата Полномочного представителя Президента Российской Федерации (пункт 2 Положения).

В соответствии с пунктом 5 Положения Главный федеральный инспектор в целях решения возложенных на него задач вносит Полномочному представителю Президента Российской Федерации через отраслевых заместителей Полномочного представителя Президента Российской Федерации предложения по направлению в федеральные органы исполнительной власти представлений на лиц, осуществляющих свои полномочия на территории соответствующего субъекта Российской Федерации, о поощрении, о награждении государственными наградами Российской Федерации, об объявлении благодарности Президента Российской Федерации, о присвоении почетных званий Российской Федерации, квалификационных разрядов, высших воинских и высших специальных званий, а также о применении к ним мер дисциплинарного взыскания.

В соответствии с пунктом 6 Положения Главный федеральный инспектор имеет право, в том числе запрашивать и получать в установленном порядке необходимые материалы и разъяснения от подразделений территориальных органов федеральных органов государственной власти, в том числе подразделений Контрольно - ревизионного управления Министерства Финансов Российской Федерации и органов Прокуратуры Российской Федерации, действующих на территории соответствующего субъекта Российской Федерации, а также подразделений органов государственной власти соответствующего субъекта Российской федерации, органов местного самоуправления, организаций, находящихся на территории соответствующего субъекта Российской федерации; направлять на рассмотрение территориальных органов федеральных органов государственной власти, а также органов государственной власти соответствующего субъекта Российской Федерации, органов местного самоуправления, руководителей организаций, находящихся на территории соответствующего субъекта Российской Федерации жалобы и обращения граждан.

При таких обстоятельствах, вывод суда апелляционной инстанции о том, что Министерство труда и социальной защиты Российской федерации и главный Федеральный инспектор по Оренбургской области не являются компетентными органами и не обладают полномочиями по проверке информации, представленной ответчиками в обращении, необоснован.

Вышеуказанные разъяснения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», а также правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации, изложенная в Постановлении от 18 июля 2012 №19-П не были учтены судебной коллегией при принятии апелляционного и дополнительного апелляционных определений.

Ответчики, направив обращения в органы, уполномоченные принимать и проверять поступившую информацию, действовали в пределах предоставленного им Конституцией Российской Федерации, Федеральным законом «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» права на обращение в компетентные органы, а не с целью распространения порочащих сведений об истцах, потому изложенные в таком обращении сведения не могут служить основанием для привлечения лиц к гражданско -правовой ответственности.

Фактически обращение ответчиков содержит критику деятельности ФИО6 и ФИО5 в качестве руководителей учреждения в связи с возникшим между сторонами конфликтом.

Направление письменного обращения с критикой на руководителей государственного казенного учреждения в адрес учредителя учреждения, уполномоченного контролировать его деятельность и обладающего полномочиями по назначению руководителя учреждения и прекращению его полномочий, а также в адрес федерального государственного инспектора по Оренбургской области, участвующего в работе органов государственной власти Оренбургской области и органов местного самоуправления, находящихся на территории Оренбургской области, полномочного принимать жалобы и обращения граждан с направлением на рассмотрение в соответствующие государственные органы и органы местного самоуправления, нельзя признать разглашением сведений.

Между тем, разглашение сведений является одним из условий для удовлетворения иска и защите чести и достоинства 

Доводам о том, что судебными инстанциями фактически признаны подтвержденными и соответствующими действительности доводы ответчиков о фальсификации документов и лжесвидетельствовании действующих сотрудников колледжа в рамках гражданского судопроизводства по иску ФИО2, в ходе которого признан недопустимым доказательством акт от 22 августа 2017 года, составленный с участием ФИО6, а показания свидетеля ФИО14 признаны судом недостоверными, приговором Промышленного районного суда г. Оренбурга от 11 ноября 2018 года В.А.В.. признана виновной по части 1 статьи 307 Уголовного кодекса Российской Федерации (заведомо ложные показания), что, по мнению кассатора, подтверждает добросовестность ответчиков при обращении в государственные органы, была дана оценка судами первой и апелляционной инстанций. 

Так, из решения Промышленного районного суда г. Оренбурга от 27 октября 2017 года по гражданскому делу по иску ФИО2 к ФКПОУ «Оренбургский государственный экономический колледж-интернат» о признании незаконным приказа о прекращении трудового договора, восстановлении, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда усматривается, что акт от 22 августа 2017 года, составленный в том числе с участием ФИО6, суд оценил как недопустимое доказательство ввиду несоответствия изложенных в нем сведений установленным по делу обстоятельствам. При этом суд признал показания работника кадров В.А.В. недостоверными, искажающими действительные обстоятельства, установленные по делу судом.

Указанное решение вступило в законную силу 17 января 2018года.

Как следует из решения Ленинского районного суда г. Оренбурга от 03 октября 2017 года, вступившего в законную силу 21 декабря 2017 года, по делу по иску ФИО13 к ФКПОУ «Оренбургский государственный экономический колледж - интернат» о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, факты лжесвидетельствования и фальсификации не подтвердились. 

Указанное решение вступило в законную силу 21 декабря 2017 года.

Обращение истцов к прокурору Оренбургской области, главному Федеральному инспектору по Оренбургской области, Министру труда и социальной защиты Российской Федерации фактически было датировано 10 ноября 2017 года, т.е. после вынесенных решений по гражданским делам, но до вступления их в законную силу.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу что, поскольку обращение ответчиков содержит критику деятельности ФИО6 и ФИО5 в качестве руководителей учреждения в связи с конфликтом, возникшим по причине увольнения сотрудников колледжа, критика является оценочным субъективным мнением и не носит оскорбительного характера, злоупотребление правом со стороны ответчиков не нашло своего подтверждения.

С данными выводами не согласился суд апелляционной инстанции, указав, что по делу по иску ФИО13 факт лжесвидетельствования истцов или совершение ими действий по склонению к этому работников колледжа приговором суда либо другим доказательством не подтвержден.

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия при вынесении апелляционного и дополнительного апелляционных определений неправильно применила статьи 10, 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, не учла разъяснения, изложенные в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц».

Допущенные судом апелляционной инстанции нарушения приведенных выше норм материального права являются существенными нарушениями, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов истца. 

Выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильно примененных нормах материального закона. 

Принимая во внимание допущенные судом апелляционной инстанции ошибки в применении норм материального права, которые являются существенными и непреодолимыми, президиум Оренбургского областного суда считает, что кассационную жалобу и дополнительную кассационную жалобу ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО9 следует удовлетворить, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 29 августа 2018 года и дополнительное апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 11 октября 2018 года отменить с оставлением без изменения решения Ленинского районного суда г. Оренбурга от 29 мая 2018 года. 

Руководствуясь статьей 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум Оренбургского областного суда

ПОСТАНОВИЛ:

кассационную жалобу и дополнительную кассационную жалобу ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО9 Е,Г. удовлетворить.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 29 августа 2018 года и дополнительное апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 11 октября 2018 года по гражданскому делу по иску ФИО5, ФИО6, ФИО7 к ФИО15, ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО9 Е,Г. о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда отменить.

Решение Ленинского районного суда г. Оренбурга от 29 мая 2018 года оставить без изменения.

Председательствующий С.В. Белинская