УИД: 26RS0003-01-2018-003781-07

№ 2-342/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Ставрополь 04 февраля 2019 года

Промышленный районный суд города Ставрополя в составе: 

председательствующего судьи Роговой А.А.,

при секретаре судебного заседания Скориковой Г.Ю.,

с участием представителя истца ФИО1 – Радченко С.Н., ответчика ФИО2 и его представителя ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств,

установил:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением, указав, что 14.08.2013 между ним и учредителем ООО «Югтехпроектмонтаж» ФИО2 был подписан предварительный договор № о подготовке и заключении в последующем договора купли - продажи административно-производственного здания, расположенного по 

<

АДРЕС>, согласно которому основной договор купли - продажи будет подписан в 2014 году. По условиям данного договора он передал в качестве первоначального платежа 800 000 рублей, которые засчитываются в счет стоимости данного объекта, оставшаяся сумма 12 200 000 рублей будет выплачена в течении 12-ти месяцев со дня первого платежа. Так, истец передал ответчику:14.08.2013 - 800 000 рублей;- 03.12.2013 - 500 000 рублей; 17.12.2013 - 200 000 рублей; 24.01.2014 - 500 000 рублей; 04.04.2014 - 850 000 рублей; 07.06.2014 - 200 000 рублей, всего - 3 050 000 рублей.

За получение указанных денежных средств ФИО2 расписался на оборотной стороне последнего листа предварительного договора купли - продажи здания № от 14.08.2013.

ФИО2 использовал данные денежные средства для строительства здания, указанного в договоре. Здание он построил, в настоящее время на праве собственности оно принадлежит ООО «Югтехпроектмонтаж», однако с истцом договор купли - продажи данного здания так и не был заключен.

ФИО2, поскольку занимался строительством здания, неоднократно просил отсрочку возврата истцу денежных средств, обещал отдать при первой возможности, однако длительное время не исполнял обязанности по возврату денег. Данное здание предоставлялось в аренду истцу за плату.

В 2016 году истец обратился к ответчику с очередной претензией о возврате долга, на которую он дал письменную расписку от 27.12.2016 о том, что согласно договору № от 14.08.2013 года он получил в счет оплаты за производственное помещение сумму в размере 3 050 000 рублей. Деньги будут им возвращаться мне после продажи помещения другому покупателю.

Поскольку основной договор купли - продажи здания между сторонами не был подписан, ФИО2 не изъявил желания заключать основной договор купли-продажи здания, в тоже время для строительства данного здания он использовал денежные средства истца, поэтому он неосновательно обогатился за счет получения 3 050 000 рублей. В связи с чем, он должен нести ответственность за пользование чужими денежными средствами.

С учетом изложенного истец просит суд взыскать в его пользу с ответчика 3 050 000 рублей, как неосновательное обогащение, а также проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 1 090 131, 88 рублей, (всего 4 140 031,88 рублей), а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 28 900,16 рублей, расходы по оплате услуг адвоката в размере 50 000 рублей. 

В письменных возражениях ответчик ФИО2 просит отказать в удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на то, что предварительный договор купли-продажи от ДАТА был составлен от лица генерального директора «ЮТПМ» ФИО, что подтверждает то обстоятельство, что данный документ передавался ФИО1 для изучения условий возможного договора купли-продажи. 

В случае же если считать, что договор является действительным и каждая из сторон, взяла на себя выполнение указанных обязательств, то согласно положениям п.п. 2.2. договора истец должен был передать продавцу сумму в 800 000 рублей в качестве первоначального платежа, который засчитывается в счет стоимости объекта. Оставшаяся сумма 12 200 000 рублей должна быть выплачена истцом в течение 12 месяцев со дня первого платежа (то есть до 14.08.2014). Однако до 14.08.2014 обязательства истцом не исполнены, не была перечислена вся оставшаяся сумма. Стороной ответчика, объект был передан, так как именно в данном производственном помещении истец занимался своей предпринимательской деятельностью. Таким образом, продавец свои обязательства исполнил, а истец нет.

Если же допустить, что денежные средства передавались ФИО2, то данные денежные средства являются задатком, однако ФИО1 изначально не выполнил свои обязательства, следовательно, ФИО2 не обязан был заключать основной договор купли-продажи и возвращать денежные средства в сумме 3 050 000 рублей, в связи с чем никакого неосновательного обогащения со стороны ФИО2 не было.

Кроме того, ФИО1 пропустил срок исковой давности для обращения в суд с данными требованиями.

Исходя из вышеизложенного, исковые требования ФИО1 являются необоснованными, в связи с чем не подлежат удовлетворению.

Истец ФИО1, третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ООО «Югтехпроектмонтаж», будучи надлежащим образом извещенными о дате, времени и месте судебного заседания, не явились, доказательств уважительности причин своей неявки не представили.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд приходит к выводу о рассмотрении дела в отсутствие неявившихся лиц.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 – Радченко С.Н. поддержала исковые требования, просила их удовлетворить.

Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО3 просили в удовлетворении требований отказать по доводам, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление. Кроме того, пояснили, что денежные средства в размере 3 050 000 рублей ФИО2 были получены по договору займа, заключенному с ФИО 2, по предварительному договору купли-продажи от 14.08.2013 ФИО2 от ФИО1 никаких денежных средств не получал, поскольку данный договор является незаключенной сделкой, поскольку у ФИО2 отсутствовали полномочия на его подписание, и договор являлся просто информацией о цене объекта недвижимого имущества.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО 2 пояснил, что знаком со сторонами, истец ФИО1 являлся его напарником по бизнесу. При заключении предварительного договора купли-продажи от 14.08.2013 он присутствовал, однако денежные средства по нему не передавались. Действительно у предприятия, от которого выступал ФИО1, было намерение приобрести объект недвижимости, однако у истца денежных средств не было. Денежные средства по рукописной расписке в размере 3 050 000 рублей ФИО2 получал лично от него по договору займа. ФИО1 он просил фиксировать записи в рукописной расписке. В конце 2014 года ФИО2 возвратил ему денежные средства в полном объеме.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства с точки зрения их допустимости, достоверности и достаточности, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.

Правила, предусмотренные названной главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).

По смыслу приведенных норм, обогащение может быть признано неосновательным в случае, когда имущество приобретено за счет другого лица при отсутствии к тому предусмотренных законом правовых оснований на приобретение или сбережение имущества, кроме случаев, указанных в статье 1109 данного кодекса.

Неосновательное обогащение можно констатировать, если у лица отсутствуют основания (юридические факты), дающие ему право на получение имущества (договоры, сделки, судебные решения, иные предусмотренные статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации основания возникновения гражданских прав и обязанностей).

В силу пункта 4 статьи 1109 названного кодекса не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

По смыслу указанной нормы, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные средства, предоставленные сознательно и добровольно во исполнение несуществующего обязательства, лицом, знающим об отсутствии у него такой обязанности.

При этом бремя доказывания указанных обстоятельств (осведомленности истца об отсутствии обязательства либо предоставления денежных средств в целях благотворительности) законом возложено на ответчика.

В соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, 14.08.2013 между ФИО1 и ООО «Югтехпроектмонтаж» в лице его учредителя ФИО2 подписан предварительный договор купли-продажи объекта недвижимости, расположенного по адресу

<

АДРЕС>, стоимостью 13 000 000 рублей. 

По условиям данного договора истец передает продавцу сумму в размере 800 000 рублей в качестве первоначального платежа, который засчитывается в счет стоимости объекта. Оставшаяся сумма 12 200 000 рублей должна быть выплачена истцом в течение 12 месяцев со дня передачи первого платежа. При этом срок заключения предварительного договора установлен не был.

Сторонами не оспаривалось, что основной договор купли-продажи не заключался, никто из сторон не потребовал заключить этот договор.

Более того, ответчик ФИО2 в ходе судебного заседания пояснил, что намерений на заключение основного договора купли-продажи по условиям указанного предварительного договора у сторон не имелось, у него не было полномочий на его заключение.

Вместе с тем, во исполнение условий предварительного договора купли-продажи от 14.08.2013 ФИО2 получил от ФИО1 денежные средства в размере 3 050 000 рублей, о чем свидетельствуют письменные расписки (л.д. 

<

данные изъяты>).

Сам ФИО2 не отрицал, что в рукописной расписке (л.д. 

<

данные изъяты>) первые четыре записи о получении денежных средств на сумму 2 000 000 рублей сделаны лично им, однако ссылался на то, что получал данные средства в заем по договору, заключенному с ФИО 2, о чем представил расписку. Остальные записи в расписке о получении 1 050 000 рублей сделаны не им.

В данном случае суд полагает, что сам факт нахождения расписки именно у истца, а не у иного лица подтверждает факт получения денежных средств ФИО2 у истца. Доказательств, подтверждающих получение денежных средств на основании данной расписки у иного лица, ответчиком в нарушение статьи 56 ГПК РФ не представлено. 

Представленная расписка от 28.02.2014 о получении ответчиком у ФИО 2 в заем денежных средств в размере 3 050 000 рублей, а также показания свидетеля ФИО 2 не могут быть приняты судом во внимание, так как не подтверждают факт получения ответчиком спорной денежной суммы в связи с договором займа.

Что касается расписке от 27.12.2016, выполненной на оборотной стороне предварительного договора купли-продажи (л.д. 

<

данные изъяты>), то ответчик подтвердил, что рукописный текст и подпись выполнены им самим, однако сделаны им вследствие того, что ФИО1 ввел его в заблуждение.

Вместе с тем, суд полагает, что данные доводы ответчика также не могут быть приняты во внимание, поскольку каких-либо неясностей не имеется. 

Так из текста расписки от 27.12.2016 следует, что согласно договора от 14.08.2013 ФИО2 получил в счет оплаты за производственное помещение 3 050 000 рублей, которые будут возвращены после продажи помещения другому покупателю. 

Кроме того, ФИО2 и свидетель ФИО 2 в судебном заседании подтвердили, что заемные обязательства между ними прекратились в связи с возвратом долга в конце 2014 года, соответственно, ФИО2 не мог не знать о том, что обязуется возвратить ФИО1 денежные средства в размере 3 050 000 рублей, полученные им по предварительному договору купли-продажи от 14.08.2013. 

Необходимо также отметить, что в предварительном судебном заседании от 21.11.2018 ответчик не оспаривал факт того, что он получал денежные средства по предварительному договору в размере 3 050 000 рублей, но передавал их ему не ФИО1, а другое лицо. 

Таким образом, оснований для освобождения ФИО2 от исполнения обязательства по возврату неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ, не установлено.

Суд, проанализировав и оценив представленные доказательства в их совокупности, установив юридически значимые для дела обстоятельства, руководствуясь указанными выше нормами права, приходит к выводу о том, что поскольку основной договор купли-продажи между сторонами заключен не был, то, денежная сумма, переданная истцом ответчику, является неосновательным обогащением ответчика, которая подлежит возврату истцу.

В соответствии со статьей 1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

На сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Согласно статье 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Определяя период пользования чужими денежными средствами, суд принимает во внимание представленный расчет истца, который проверен судом, ответчиком не оспорен, и приходит к выводу о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1 090 031, 88 рублей за период с 07.06.2014 по 15.08.2018.

Отклоняя ходатайство ответчика о применении последствий пропуска истцом срока для предъявления иска в суд, суд исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 206 ГК РФ, если по истечении срока исковой давности должник или иное обязанное лицо признает в письменной форме свой долг, течение исковой давности начинается заново.

Согласно пункту 20 Постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 ГК РФ). К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга.

Из вышеуказанной расписке от 27.12.2016 следует, что ФИО2 признал долг в размере 3 050 000 рублей и обязался его возвратить после продажи жилого помещения другому покупателю.

Исходя из изложенных обстоятельств во взаимосвязи с вышеуказанными нормами права и разъяснениями, суд приходит к выводу о том, что расписка свидетельствует о признании ответчиком долга по предварительному договору купли-продажи, в связи с чем течение исковой давности началось заново. 

В соответствии со статьей 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает с другой стороны расходы по оплате услуг представителя в разумных пределах. 

Из материалов дела следует, что интересы истца по настоящему делу представляет адвокат Радченко С.Н. на основании ордера №

Согласно квитанции № от 15.08.2018 истцом оплачены денежные средства в размере 50 000 рублей за представление его интересов в суде. 

Принимая во внимание продолжительность рассмотрения и сложность дела, ценность защищаемого права, объем произведенной представителем работы по представлению интересов истца, доказательства, подтверждающие расходы на оплату услуг представителя, суд считает разумной и подлежащей взысканию с ответчика сумму расходов на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей.

В соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ в пользу истца с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина, уплаченная при подаче искового заявления, в размере 28 900,16 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 сумму основного долга в размере 3 050 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами 1 090 131 рубль 88 копеек, всего 4 140 031 рубль 88 копеек.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 28 900 рублей 16 копеек.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по оплате услуг представителя в размере 15 000 рублей.

В удовлетворении требования ФИО1 о взыскании с ФИО2 расходов по оплате услуг представителя в размере 35 000 рублей отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Ставропольского краевого суда через Промышленный районный суд города Ставрополя в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 08.02.2019.

Судья А.А. Рогова