Судья Коршунов Н.А. № 33-2679/2025

№ 2-1314/2025

67RS0012-01-2024-001014-15

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

16 декабря 2025 г. г. Смоленск

Судебная коллегия по гражданским делам Смоленского областного суда в составе:

председательствующего Чеченкиной Е.А.,

судей Болотиной А.А., Цветковой О.С.,

при помощнике судьи Рыженковой Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Банка ВТБ (ПАО) к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, встречному иску ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным, применении последствий недействительности сделки, возложении обязанностей

с апелляционной жалобой истца (ответчика) Банка ВТБ (ПАО) на решение Промышленного районного суда г. Смоленска от 29 сентября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Чеченкиной Е.А., пояснения представителя истца (ответчика) Банка ВТБ (ПАО) ФИО2, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика (истца) ФИО1 – ФИО3, полагавшей решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

установила:

Банк ВТБ (ПАО) обратился в суд с иском к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, указав в обоснование заявленных требований, что 18.10.2023 между сторонами с использованием системы дистанционного обслуживания заключен кредитный договор № V625/0000-1094800, по условиям которого ответчику выдан кредит в размере 617 389 руб. на срок по 10.10.2028 под 8,8 % годовых. ФИО1 обязался возвратить полученную сумму и уплатить проценты за пользование кредитом. По состоянию на 20.07.2024 у ответчика перед банком образовалась задолженность в размере 652 491,33 руб., из которых: 617 389 руб. – основной долг; 33 950,71 руб. – плановые проценты за пользование кредитом; 368,41 руб. – пени за несвоевременную уплату плановых процентов; 783,21 руб. – пени по просроченному долгу, которую просил суд взыскать с ответчика в пользу банка, в также судебные расходы по уплате госпошлины в размере 18 050 руб.

ФИО1, в свою очередь, обратился в суд со встречным иском к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным (л.д. 55-60), указав, что 17.10.2023 в 09 час. 27 мин. на номер его телефона оператора Теле 2 поступил звонок с номера телефона от некого мужчины, который представился сотрудником Теле 2 и пояснил, что требуется подтверждение паспортных данных, для чего он переключит на технический отдел. Далее позвонила женщина, которая пояснила, что сейчас ФИО1 сделают электронную СИМ-карту с подтверждением паспортных данных, на что ФИО1 согласился. Для подтверждения выпуска электронной сим-карты ФИО1 сообщал женщине коды из СМС-сообщений, которые поступали на его телефон (в процессе общения приходило не менее 6 сообщений с кодами от Госуслуг и Теле2), это не вызвало у него никаких подозрений. После этого женщина пояснила, что сим-карта в течение суток будет заблокирована. Однако через сутки СИМ-карта разблокирована не была, после чего 19.10.2023 ФИО1 обратился в салон сотовой связи Теле2, где отключил электронную СИМ-карту и получил обычную. 03.11.2023 ФИО1 пришло СМС-сообщение от Банка ВТБ о предстоящем платеже по потребительскому кредиту. В офисе банка ФИО1 сообщили, что 18.10.2023 на его имя оформлен онлайн кредит с использованием электронной подписи на сумму 617 389 руб. При изучении личного кабинета Госуслуг ФИО1 обнаружил, что 17.10.2023 в личный кабинет осуществлен вход с ip-адреса № через браузер «Chrome», создана электронная подпись. Кредит на сумму 617 389 руб. 18.10.2023 зачислен на счет ФИО1, открытый в Банке ВТБ (ПАО). 110 389 руб. оплачена стоимость низкой ставки, остальная сумма сразу же переведена четырьмя переводами на карту №: 143 115 руб., 142 100 руб., 141 085 руб., 80 185 руб. ФИО1 указывает, что никогда не пользовался браузером «Chrome», никогда не создавал электронной подписи, не имел намерений и не оформлял кредит в Банке ВТБ (ПАО), не распоряжался кредитными денежными средствами. 03.11.2023 ФИО1 обратился в отделение полиции, постановлением следователя отдела № 1 СУ МВД России по г. Смоленску возбуждено уголовное дело. ФИО1 полагает, что Банк ВТБ (ПАО), действуя добросовестно и осмотрительно, учитывая интересы клиента, должен был принять во внимание характер операции – получение кредитных денежных средств с одновременным их перечислением в другой банк на счет карты, принадлежащей другому лицу, и предпринять соответствующе меры предосторожности, чтобы убедиться в том, что данные операции в действительности совершаются клиентом и в соответствии с его волеизъявлением. Кредитный договор, который подписан от имени заемщика неустановленным лицом, не может подтверждать соблюдение его обозначенными сторонами обязательной письменной формы кредитного договора при отсутствии волеизъявления ФИО1 на возникновение кредитных правоотношений. Полагал, что такой кредитный договор является ничтожным в соответствии с п. 2 ст. 168 ГК РФ.

Просил суд признать кредитный договор № V625/0000-1094800 от 18.10.2023 недействительным и применить последствия недействительности, признав денежные средства в размере 617 389 руб. неполученными, обязательства по их возврату и уплате процентов – не возникшими; обязать ответчика удалить из кредитной истории ФИО1 сведения о рассматриваемом кредитному договоре.

Представитель истца по первоначальному иску (ответчика по встречному иску) ПАО «Банк ВТБ» ФИО2 в судебном заседании суда первой инстанции заявленные исковые требования поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить. Встречные исковые требования не признала, поддержав правовую позицию, изложенную в письменных возражениях на встречный иск (л.д. 123-124). Дополнительно указала, что поскольку кредитный договор заключен 18.10.2023, а встречное исковое заявление подано в суд в марте 2025 г., срок исковой давности ФИО1 пропущен. Отметила, что последовательность действий клиента в приложении «ВТБ-Онлайн» не давала банку повода усомниться, что действия по заключению кредитного договора осуществляются клиентом самостоятельно. Кроме того, коды подтверждения направлялись банком на доверенный номер телефона клиента, который использовался им и ранее. При этом ФИО1 сам нарушил правила банковского обслуживания клиентов в Банке ВТБ (ПАО), фактически разгласив свои личные данные третьим лицам.

Представитель ответчика по первоначальному иску (истца по встречному иску) ФИО1 – ФИО3 в судебном заседании требования Банка ВТБ (ПАО) о взыскании задолженности по кредитному договору не признала, просила в их удовлетворении отказать, поскольку спорный кредит был оформлен не самим ФИО1, а неустановленными лицами (мошенниками), которые получили доступ к личным данным ФИО1 Встречные исковые требования поддержала в полном объеме по доводам, изложенным во встречном исковом заявлении. Отметила, что срок исковой давности по требованию о признании сделки недействительной составляет три года и не пропущен ФИО1 Кроме того, на момент совершения мошеннических операций по оформлению кредита у ФИО1 в пользовании был телефон Redmi9A, который технологию eSim не поддерживает. Данное обстоятельство подтверждает факт отсутствия у ФИО1 возможности оформить eSim для дальнейшего оформления кредита.

Представитель привлеченного судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Т2 МОБАЙЛ» (протокол судебного заседания от 03.04.2025, л.д. 98) в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие, представив в адрес суда письменный отзыв на иск (л.д.108-109), в котором указывал, что между ФИО1 и ООО «Т2 МОБАЙЛ» заключен договор об оказании услуг связи № 5688001 от 29.12.2005 с выделением абонентского номера +№. 17.10.2023 в 09 час. 27 мин. ФИО1 поступил входящий вызов с абонентского номера +№, продолжительностью 03 мин. 21 сек. В ходе этого телефонного разговора на абонентский номер ФИО1 было направлено СМС-сообщение с кодом доступа в личный кабинет абонента Т2. Посредством ввода кода из СМС-сообщения осуществлен доступ в личный кабинет ФИО1 на сайте Т2. В 09 час. 31 мин. ФИО1 поступил входящий звонок с абонентского номера +№, продолжительностью 10 мин. 04 сек., в ходе которого абоненту поступили сообщения с Единого портала государственных и муниципальных услуг. Предположительно, данные СМС-сообщения могли содержать информацию и код для смены пароля, обеспечивающего доступ к порталу Госуслуг. С помощью этих сообщений 17.10.2023 в 09 час. 41 мин. посредством функционала личного кабинета осуществлена замена СИМ-карты на электронную eSIM карту. Данная операция может быть осуществлена только при условии прохождения идентификации через Госуслуги. 18.10.2023 детализацией зафиксированы многочисленные СМС-сообщения от Банка ВТБ (ПАО), а также звонки на горячую линию Банка ВТБ. При личном обращении абонента в салон связи на основании письменного заявления от 19.10.2023 произведена замена идентификационного модуля (СИМ-карта). Разрешение спора оставили на усмотрение суда.

Представитель привлеченного судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, УМВД России по г. Смоленску (протокол судебного заседания от 15.05.2025, л.д. 126) в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Решением Промышленного районного суда г. Смоленска от 29 сентября 2025 г. в удовлетворении исковых требований Банка ВТБ (ПАО) к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору отказано.

Встречные исковые требования ФИО1 удовлетворены. Кредитный договор № V625/0000-1094800, заключенный 18.10.2023 между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1 на общую сумму 617 389 руб., признан недействительным. В порядке применения последствий недействительности сделки задолженность ФИО1 перед Банком ВТБ (ПАО) по кредитному договору № V625/0000-1094800 от 18.10.2023 признана отсутствующей с возложением обязанности на Банк ВТБ (ПАО) удалить из кредитной истории ФИО1 сведения о кредитном договоре № V625/0000-1094800 от 18.10.2023.

В апелляционной жалобе (л.д. 214-217) Банк ВТБ (ПАО) просит решение суда отменить, принять новое об удовлетворении иска Банка ВТБ (ПАО) к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, в удовлетворении встречного иска ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) - отказать в полном объеме. Указывает, что судом необоснованно не применен срок исковой давности к требованиям ФИО1, который по оспоримым сделкам составляет один год. Также указывает на наличие в действиях ФИО1 признаков недобросовестности, выразившихся в разглашении третьим лицам информации, касающейся средств получения кодов, на неверное применение судом последствий недействительности сделки.

В отзыве на апелляционную жалобу представитель ответчика (истца) указала, что с доводами апелляционной жалобы о пропуске ФИО1 срока исковой давности нельзя согласиться, поскольку по ничтожным сделкам срок исковой давности составляет три года, который ФИО1 не пропущен. Недобросовестности в действиях ответчика (истца) не имеется (л.д. 237-238).

Представитель Банка ВТБ (ПАО) ФИО2 в судебном заседании суда апелляционной инстанции доводы апелляционной жалобы поддержала в полном объеме.

Ответчик (истец) ФИО1 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился, обеспечил явку представителя ФИО3, которая полагала решение суда первой инстанции законным и обоснованным и не подлежащим отмене, поддержала отзыв на апелляционную жалобу.

Третьи лица в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежаще.

Руководствуясь ст.ст. 167, 327 ГПК РФ, судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражениях, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 21.02.2022 на основании заявления клиента на предоставление комплексного обслуживания в банке ВТБ (ПАО) между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1 заключен договор комплексного банковского обслуживания, по условиям которого клиенту предоставляются услуги дистанционного банковского обслуживания с использованием системы «ВТБ-Онлайн» (л.д. 9-10). Отношения между клиентом и банком, возникающие в связи с использованием системы дистанционного банковского обслуживания «ВТБ-Онлайн», регулируются Правила дистанционного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), являющимися неотъемлемой частью договора.

В п. 1.2.2. заявления указано, что клиент просит направлять пароль для доступа в ВТБ-Онлайн, SMS/Push-коды, SMS-сообщения, Коды 3DS, сообщения в рамках SMS-пакета и юридически значимые сообщения на доверенный номер телефона, указанный в графе «Мобильный телефон» раздела «Контактная информация» настоящего заявления.

В графе «Контактная информация» указан номер телефона ФИО1 № (л.д. 9).

18.10.2023 между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1 заключен кредитный договор № V625/0000-1094800, по условиям которого заемщику выдан кредит в размере 617 389 руб. на срок по 10.10.2028 под 8,8 % годовых (л.д. 12-14).

Для предоставления кредита заемщику открыт счет 40№ (п. 17 договора), на который 18.10.2023 зачислены денежные средства по договору в размере 617 389 руб. (л.д. 8).

В качестве контактного телефона ФИО1 в договоре указан мобильный номер телефона № (л.д. 14).

Кредитный договор заключен с использованием системы дистанционного обслуживания, регулируется Правилами дистанционного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО).

В связи с непогашением задолженности по кредитному договору 17.04.2024 ФИО1 направлено уведомление о досрочном истребовании задолженности в размере 648 275,27 руб., которое ответчиком не исполнено (л.д. 26).

По состоянию на 20.07.2024 у ответчика (истца) перед банком образовалась задолженность в размере 652 491,33 руб., из которых: 617 389 руб. – основной долг; 33 950,71 руб. – плановые проценты за пользование кредитом; 368,41 руб. – пени за несвоевременную уплату плановых процентов; 783,21 руб. – пени по просроченному долгу.

03.11.2023 ФИО1 обратился в отделение полиции с заявлением о совершении в отношении него мошеннических действий, постановлением следователя отдела № 1 СУ МВД России по г. Смоленску возбуждено уголовное дело № 12301660016001971, по которому ФИО1 признан потерпевшим (л.д. 71).

В своих объяснениях ФИО1 указывал, что 17.10.2023 в 09 час. 27 мин. он находился по месту жительства по адресу: 

<

адрес> когда на номер оператора Теле 2 +№ поступил звонок с номера телефона +№ от мужчины, который представился сотрудником Теле 2 и пояснил, что требуется подтверждение паспортных данных, для чего он переключит на технический отдел. Далее поступил звонок с номера телефона +№, женщина пояснила, что сейчас ФИО1 сделают электронную СИМ-карту с подтверждением паспортных данных, на что ФИО1 согласился. Для подтверждения выпуска электронной СИМ-карты ФИО1 сообщал женщине коды из СМС-сообщений, которые поступали на его телефон (в процессе общения приходило не менее 6 сообщений с кодами от Госуслуг и Теле2), поскольку это не вызвало никаких подозрений. Женщина пояснила, что СИМ-карта в течение суток будет заблокирована. Однако через сутки СИМ-карта не была разблокирована. В этой связи ФИО1 обратился в салон сотовой связи Теле2 19.10.2023, где ему пояснили, что к номеру телефона подключена электронная сим-карта, ФИО1 ее отключил и получил обычную СИМ-карту.

Как следует из информации, поступившей в адрес суда от сотового оператора ООО «Т2 МОБАЙЛ», 17.10.2023 в 09 час. 27 мин. ФИО1 поступил входящий вызов с абонентского номера +№, продолжительностью 03 мин. 21 сек. В ходе этого телефонного разговора на абонентский номер ФИО1 было направлено СМС-сообщение с кодом доступа в личный кабинет абонента Т2. Посредством ввода кода из СМС-сообщения был осуществлен доступ в личный кабинет ФИО1 на сайте Т2.

В 09 час. 31 мин. ФИО1 поступил входящий звонок с абонентского номера +№, продолжительностью 10 мин. 04 сек., в ходе которого абоненту поступили сообщения с Единого портала государственных и муниципальных услуг. Предположительно данные СМС-сообщения могли содержать информацию и код для смены пароля, обеспечивающего доступ к порталу Госуслуг. С помощью этих сообщений 17.10.2023 в 09 час. 41 мин. посредством функционала личного кабинета осуществлена замена СИМ-карты на электронную eSIM карту (встроенная в устройство электронная СИМ-карта). Данная операция может быть осуществлена только при условии прохождения идентификации через сервис Госуслуги.

18 октября 2023 г. (в день оформления рассматриваемого кредитного договора) детализацией зафиксированы многочисленные СМС-сообщения от Банка ВТБ (ПАО), а также звонки на горячую линию Банка ВТБ, начиная с 11 ч. 02 мин. до 13 час. 12 мин. (л.д. 108-109).

Из пояснений ФИО1 следует, что какие-либо СМС-сообщения, свидетельствующие о входе в его личный кабинет абонента Т2, замене СИМ-карты в его адрес не приходили.

Банк, инициируя настоящий спор, ссылается на наличие между ФИО1 и банком договорных отношений по предоставлению кредита в сумме 617 389 руб. и неисполнение заемщиком обязательств по возврату полученного кредита.

ФИО1, обращаясь в суд со встречным иском, указал, что кредитный договор, подписанный от его имени неустановленным лицом, не может подтверждать соблюдение сторонами обязательной письменной формы кредитного договора при отсутствии его (ФИО1) волеизъявления на возникновение кредитных правоотношений.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности встречных требований ФИО1 и отсутствии оснований для удовлетворения требований банка о взыскании кредитной задолженности с ФИО1, поскольку банк при выдаче кредита не предпринял необходимых мер, чтобы убедиться, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица, в данном случае от ФИО1 Суд указал, что банк не принял необходимых мер, направленных на блокировку подозрительной операции, учитывая, что денежные средства в течение непродолжительного периода времени после получения кредита были перечислены на банковские счета, держателем которых ФИО1 не является. Предоставив ФИО1 кредит в размере 617 389 руб., не получив информации о платежеспособности клиента, банк оформил кредитный договор, несмотря на то обстоятельство, что ФИО1 не имеет высокого дохода.

При этом суд исходил из того, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Также суд учел правовую позицию, изложенную в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.10.2022 № 2669-О, согласно которой в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки рассматриваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц). Установив, что денежные средства, поступившие на счет ответчика (истца), практически сразу были переведены через систему быстрых платежей на счет иного лица, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что банк, проявляя должную степень осмотрительности, был обязан приостановить операции по переводу денежных средств ФИО1, связаться с ним и удостовериться, что именно он совершает данные операции.

С такими выводами суда первой инстанции судебная коллегия не имеет оснований не согласиться. Оснований для отмены обжалуемого судебного акта применительно к аргументам, приведенным в апелляционной жалобе, не имеется.

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления соответствующего лица.

В силу ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями. Заключение договора в результате действий неуполномоченных лиц является неправомерным, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к п. 2 ст. 168 названного кодекса третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.04.2025, с учетом положений закона о сделке как о волевом действии, направленном на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, если ответчик приводит доводы об обстоятельствах заключения кредитного договора от его имени без его участия неустановленным лицом с использованием мобильного приложения банка, то эти доводы должны получить правовую оценку суда. Кредитный договор, заключенный от имени клиента путем его обмана или в результате иных неправомерных действий третьих лиц с использованием мобильного приложения банка, является ничтожным.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к п. 2 ст. 168 ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора (пункт 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.04.2019).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.10.2024, заключение договора между кредитной организацией и клиентом - физическим лицом дистанционно в форме электронного документа, подписанного простой электронной подписью, обеспечивается возможностью идентификации лица, от имени которого составлен и отправлен электронный документ с использованием простой электронной подписи, осуществляемой не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

Из положений ст. 2, ч. 1 ст. 35 Конституции Российской Федерации, п.п. 1 и 2 ст. 1, ст. 153, п. 1 ст. 160, п.п. 1 и 2 ст. 432, п. 1 ст. 435, ст. 820 ГК РФ, ст.ст. 8 и 10 Закона о защите прав потребителей, ст. 5 и п. 14 ст. 7 Закона о потребительском кредите, ч. 2 ст. 5, ч. 2 ст. 6 и ст. 9 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи» следует, что при заключении договора потребительского кредита, а также при предложении дополнительных услуг, оказываемых кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, в том числе с помощью электронных либо иных технических средств, кредитором до сведения заемщика должна быть своевременно доведена необходимая и достоверная информация об услугах, обеспечивающая возможность их правильного выбора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита должны быть в обязательном порядке согласованы кредитором и заемщиком индивидуально.

В случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств его письменная форма считается соблюденной, если эти средства позволяют воспроизвести на материальном носителе содержание договора в неизменном виде (в частности, при распечатывании).

Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами или соглашением между участниками электронного взаимодействия, которые должны предусматривать, в том числе правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи.

Соответственно, для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с п. 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27.09.2018 № ОД-2525 (действующим на момент возникновения спорных отношений), к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

Из п. 1 ст. 819 ГК РФ, положений ст.ст. 5 и 7 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ обязанность доказать соблюдение требований закона при заключении договора потребительского кредита, в частности того, что заемщику была предоставлена полная информация о кредите, что индивидуальные условия договора кредита были согласованы с заемщиком, что волеизъявление на заключение договора исходило именно от заемщика, что способ предоставления кредита и номер счета для перечисления денег были указаны заемщиком и т.д., должна быть возложена на Банк.

Таких доказательств стороной истца (ответчика) не представлено.

Упрощенный порядок предоставления потребительского кредита и распоряжения кредитными средствами, противоречит порядку заключения договора потребительского кредита и фактически нивелирует все гарантии прав потребителя финансовых услуг, установленные как Федеральным законом о потребительском кредите, так и Законом о защите прав потребителей.

В частности, составление договора в письменной форме с приведением индивидуальных условий в виде таблицы по установленной Банком России форме, с указанием полной стоимости кредита, с напечатанными отметками (V) напротив строк об ознакомлении и согласии с различными условиями договора и т.п. лишено всякого смысла, если фактически все действия по предоставлению потребительского кредита сводятся к направлению банком потенциальному заемщику SMS-сообщения с краткой информацией о возможности получить определенную сумму кредита путем однократного введения цифрового SMS-кода.

Следовательно, дистанционный способ заключения кредитного договора предполагает соблюдение сильной экономической стороной сделки интересов потребителя услуги банка и обеспечение ее безопасности, в связи с чем, банк должен действовать добросовестно и осмотрительно, учитывая интересы клиента и оказывая ему содействие.

При таких обстоятельствах ссылка представителя Банка ВТБ о том, что банк действовал в соответствии с Правилами дистанционного банковского обслуживания физических лиц, не имеет правового значения, поскольку положения данного локального акта не обеспечивают безопасность дистанционного предоставления банковских услуг.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 24.04.2019, указано, что согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями. Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к п. 2 ст. 168 ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора. Таким образом, договор, заключенный в результате мошеннических действий, является ничтожным (п. 6).

Аналогичная позиция поддержана в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2025), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 25.04.2025 (п. 3).

Суд первой инстанции дал оценку действиям банка и ответчика (истца) ФИО1, в том числе с учетом положений ст. 5 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)».

Из установленных судом обстоятельств следует, что кредитные средства были предоставлены не ФИО1, и не в результате его действий, а иному лицу, действовавшему от его имени.

При немедленном перечислении Банком денежных средств третьему лицу их формальное зачисление на открытый в рамках кредитного договора счет с одновременным списанием на счет другого лица само по себе не означает, что денежные средства были предоставлены именно заемщику.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к ст. 168 (пункт 2) ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Недобросовестности в действиях ФИО1 судом апелляционной инстанции не установлено.

Довод апелляционной жалобы о том, что ФИО1 пропущен срок исковой давности для предъявления иска, в связи с чем суд первой инстанции должен был отказать последнему в удовлетворении его требований, судебная коллегия отклоняет.

Суд нижестоящей инстанции пришел к правильному выводу о том, что оснований для применения последствий пропуска срока исковой давности в данном случае не имеется, поскольку по требованиям о признании ничтожным того или иного условия кредитного договора, исходя из п. 1 ст. 181 ГК РФ, применяют трехлетний срок исковой давности, течение которого рассчитывается со дня, когда началось исполнение ничтожной части сделки. При наличии заявления стороны в споре о пропуске срока исковой давности, в случае установления факта пропуска данного срока без уважительных причин (если истцом является физическое лицо), в соответствии с ч. 6 ст. 152 ГПК РФ в иске может быть отказано без исследования иных фактических обстоятельств по делу (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 07.04.2015 № 18-КГ15-27).

По смыслу п. 1 ст. 181 ГК РФ, если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет (абз. 3 п. 101 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Таким образом, течение срока исковой давности по названным требованиям определяется не субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки.

С учетом положений п. 2 ст. 168 ГК РФ лицо, не подписавшее соответствующий договор, является третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Соответственно юридически значимым обстоятельством для применения срока исковой давности по ничтожной сделке по иску лица, не являющегося стороной сделки, являлось установление факта о начале исполнения сделки.

Под исполнением Банком кредитного договора следует понимать в соответствии с положениями п. 1 ст. 819 ГК РФ передачу денежных средств заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором.

В связи с этим в рамках данного спора судом на основании исследованных доказательств установлено, что ФИО1 кредитный договор не заключал, соответственно, денежные средства не получал, следовательно, сделка путем предоставления именно ответчику (истцу) денежных средств фактически не исполнена.

Учитывая изложенное, доводы апелляционной жалобы о пропуске ФИО1 срока исковой давности являются несостоятельными.

В этой связи доводы апелляционной жалобы судебная коллегия не принимает во внимание, поскольку они направлены на переоценку исследованных судом доказательств и установленных обстоятельств, для чего судебная коллегия оснований не находит. Указанные доводы жалобы являлись основанием процессуальной позиции ответчика, были предметом судебного разбирательства, исследованы судом и подвергнуты критической оценке, результаты которой подробно изложены в постановленном решении.

Обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, а равно доводов, которые не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

С учетом этого суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены решения суда, а также не находит оснований удовлетворения апелляционной жалобы.

Руководствуясь ст.ст. 328 - 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Промышленного районного суда г. Смоленска от 29 сентября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу Банка ВТБ (ПАО) – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 24 декабря 2025 г.