Дело № 2-56/2018 08 февраля 2018 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Невский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Игумновой Е.Ю.,

с участием прокурора Новоселовой Е.А.,

при секретаре Ворончихиной Е.Ю., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к администрации Невского района и СПб ГКУ «Жилищное агентство Невского района Санкт-Петербурга» об установлении факта проживания в качестве члена семьи нанимателя, признании права пользования жилым помещением, обязании заключить договор социального найма и по встречному иску администрации Невского района Санкт-Петербурга к ФИО1 о выселении,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в Невский районный суд Санкт-Петербурга с иском к администрации Невского района и СПб ГКУ «Жилищное агентство Невского района Санкт-Петербурга», просила установить факт проживания ФИО1 в жилом помещении, расположенном по адресу: 

<

адрес>, в качестве члена семьи нанимателя Ч., признать за ФИО1 право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>, обязать СПб ГКУ «Жилищное агентство Невского района Санкт-Петербурга» заключить с истицей договор социального найма жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес> (л.д. 6). 

Исковые требования обоснованы тем, что 12 февраля 2017 года умер супруг истицы Ч., который с 28 июня 2010 года был зарегистрирован в спорном жилом помещении и включен в договор социального найма в качестве члена семьи нанимателя Ч.. 09 января 2017 года после смерти Ч.. супруг истицы Ч. был признан нанимателем указанной квартиры. Как указывает истица, она вселилась в спорную квартиру с 2010 года с разрешения нанимателя Ч. и супруга Ч. постоянно в ней проживала, вела с нанимателями квартиры общее хозяйство, имела общие предметы быта, наравне с нанимателями оплачивала обязательства, вытекающие из пользования жилым помещением. После смерти Ч. истица по-прежнему продолжает проживать в спорном жилом помещении и выполняет обязанности по договору социального найма по оплате коммунальных платежей. Указанная квартира является для истицы единственным жилищем, истица не имеет права собственности либо право пользования на иное жилое помещение (л.д. 4-6). 

Администрация Невского района Санкт-Петербурга предъявила встречное исковое заявление о выселении ФИО1 из квартиры № в доме №, корпус № по улице 

<

адрес> в 

<

адрес>. 

Встречные требования обоснованы отсутствием воли нанимателя спорной квартиры Ч.., а впоследствии Ч. на признание за ответчиком ФИО1 равных с ними жилищных прав, поскольку указанные лица не оформляли регистрацию ФИО1 в спорной квартире, не включили ее в договор социального найма. Ввиду изложенного администрация полагает, что договор социального найма спорного жилого помещения прекращен смертью нанимателя, проживание ответчика ФИО1 в свободном государственном жилом помещении без договора социального найма и без документов, подтверждающих ее право на спорную площадь, нарушает права и охраняемые законом интересы собственника в лице уполномоченного органа государственной власти. 

Представитель истца в судебное заседание явился, на иске настаивает, возражает против встречных требований. 

Представитель ответчика администрации Невского района в судебное заседание явился, в удовлетворении иска ФИО1 просит отказать, встречные требования удовлетворить. 

Ответчик СПб ГКУ «Жилищное агентство Невского района Санкт-Петербурга» в суд не явился, извещен надлежащим образом, направил ходатайство о рассмотрении дела без участия представителя, в связи с чем суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанного лица. 

Суд, выслушав участников процесса, заключение прокурора, полагавшей первоначальные требования подлежащими отклонению, встречные – удовлетворению, опросив свидетелей, исследовав материалы настоящего гражданского дела, а также дела № 2-1994/2013 по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО1, ФИО4 о выселении, оценив представленные доказательства, находит исковые требования ФИО1 подлежащими отклонению, встречные требования подлежащими удовлетворению. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 686 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти нанимателя или его выбытия из жилого помещения договор продолжает действовать на тех же условиях, а нанимателем становится один из граждан, постоянно проживающих с прежним нанимателем, по общему согласию между ними. Если такое согласие не достигнуто, все граждане, постоянно проживающие в жилом помещении, становятся сонанимателями.

Согласно части 1 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке.

В силу части 3 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма должны быть указаны в договоре социального найма жилого помещения.

Из части 1 статьи 70 Жилищного кодекса Российской Федерации следует, что наниматель с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, вправе вселить в занимаемое им жилое помещение по договору социального найма своего супруга, своих детей и родителей или с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, и наймодателя - других граждан в качестве проживающих совместно с ним членов своей семьи. Наймодатель может запретить вселение граждан в качестве проживающих совместно с нанимателем членов его семьи в случае, если после их вселения общая площадь соответствующего жилого помещения на одного члена семьи составит менее учетной нормы. На вселение к родителям их несовершеннолетних детей не требуется согласие остальных членов семьи нанимателя и согласие наймодателя.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», под ведением общего хозяйства, являющимся обязательным условием признания члена семьи нанимателя других родственников и нетрудоспособных иждивенцев, следует, в частности, понимать наличие у нанимателя и указанных лиц совместного бюджета, общих расходов на приобретение продуктов питания, имущества для совместного пользования и т.п.

Из материалов настоящего гражданского дела и дела № 2-1994/2013 по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО1, ФИО4 о выселении следует, что спорная однокомнатная квартира была предоставлена ФИО2 на основании договора социального найма жилого помещения № 13672/5 от 28 июня 2010 года, в котором не указаны иные члены семьи нанимателя, т.е. квартира предоставлялась только ФИО2, которая встала на регистрационный учет по данному адресу с 06 июля 2010 года.

Ее сын Ч. зарегистрирован в квартире с 02 сентября 2010 года. 

Дополнительным соглашением от 29 декабря 2010 года к договору социального найма от 28 июня 2010 года № 13672/5 в договор включен сын Ч. в качестве члена семьи нанимателя.

Ч.. ДД.ММ.ГГГГ умерла.

Между СПб ГКУ «Жилищное агентство Невского района Санкт-Петербурга» и Ч. 09 января 2017 года заключено дополнительное соглашение к договору социального найма от 28 июня 2010 года № 13672/5, согласно которому Ч. признан нанимателем жилого помещения по договору социального найма. 

Ч. умер ДД.ММ.ГГГГ 

Как указывает истица, 23 июля 1997 года между Ч. и ФИО1 заключен брак, который не был расторгнут на день смерти супруга, истица вселилась в спорную квартиру с 2010 года с согласия нанимателя спорного жилого помещения Ч. и своего супруга Ч.

При этом регистрации по месту жительства либо по месту пребывания в спорном жилом помещении истица никогда не имела, доводы об отсутствии факта расторжения брака не подтверждены. 

Указанное истицей обстоятельство наличия согласия нанимателя квартиры Ч. на ее вселение по спорному адресу опровергается материалами гражданского дела № 2-1994/2013 по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО1, ФИО4 о выселении.

В исковом заявлении ФИО2 указала, что ее сын ФИО3 без ведома и согласия ФИО2 вселил в квартиру свою жену ФИО1, которая, в свою очередь, вселила в квартиру своего внука ФИО4, в результате в однокомнатной квартире проживают взрослые люди, не находящиеся даже в родственных отношениях с истицей. ФИО2 указывала, что оказалась практически в невыносимых жилищных условиях, с проживающими сложились конфликтные отношения, сопровождающиеся скандалами, ей угрожают, более того, имело место рукоприкладство, ФИО3 обращалась к участковому инспектору полиции. Ссылаясь на изложенные обстоятельства, ФИО2 заявила требования о выселении указанных выше граждан, включая ФИО1 (гр.дело № 2-1994/2013 л.д. 3-5).

В ходе рассмотрения дела № 2-1994/13 ответчики выселились из спорного жилого помещения, в связи с чем истица ФИО2 отказалась от требований о выселении ответчиков (гр.дело № 2-1994/2013 л.д. 63), определением Невского районного суда Санкт-Петербурга от 05 августа 2013 года принят отказ ФИО2 от предъявленных требований к ФИО1, ФИО4 в части их выселения, производство по данным требования прекращено (гр. дело № л.д. 70-72). 

Решением Невского районного суда Санкт-Петербурга от 20 августа 2013 года по делу № 2-1994/13 отказано в удовлетворении иска ФИО2 к ФИО3 о снятии с регистрационного учета и признании дополнительного соглашения к договору социального найма расторгнутым (гр. дело № 2-1994/13 л.д. 80-90).

В решении суд установил, что ответчик ФИО3 короткий промежуток времени не проживает в спорной квартире, истица не опровергла доводы ФИО3 о том, что летом 2013 года он был вынужден снять иное жилое помещение и временно уехать из спорной квартиры, т.к. с его матерью ФИО2 в последнее время у них сложились конфликтные отношения (гр. дело № л.д. 86-87).

ФИО2 обжаловала указанное решение, указав в апелляционной жалобе, что в августе 2010 года перенесла инфаркт, который осложнялся перенесенным годом ранее инсультом, на тот момент была практически беспомощна. Надеясь на помощь сына ФИО3, зарегистрировала его к себе в квартиру. Пока ФИО2 находилась в больнице, сын вселился в квартиру вместе со своей женой и ее внуком. По возвращении истицы из больницы она была вынуждена проживать в одной комнате с тремя взрослыми людьми, не связанными с ней даже родственными отношениями. Как указала ФИО2, хозяйство они вели изначально раздельное. Спустя полгода ФИО2 спросила сына, почему они не принимают участия в оплате жилищно-коммунальных услуг. В ответ он нецензурно оскорбил истицу. С этого дня начались конфликты. Жена сына тоже стала оскорблять истицу, которой угрожали, что сдадут в дом престарелых (гр. дело № 2-1994/13 л.д. 94-95).

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 23 января 2014 года решение Невского районного суда Санкт-Петербурга от 20 августа 2013 года оставлено без изменения.

Рассматривая требования ФИО1, указавшей на свое вселение в квартиру с 2010 года, суд расценивает доводы ФИО2, изложенные в ходе рассмотрения дела № 2-1994/13, как письменное доказательство отсутствия воли нанимателя спорного жилого помещения не только на вселение супруги сына в предоставленную ей квартиру, но и на признание за ФИО1 равных с собой жилищных прав. 

Из показаний опрошенных свидетелей В., И. и И. следует, что истица ФИО1 постоянно проживала по спорному адресу с 2010 года.

Из объяснений истицы в судебном заседании 30 ноября 2017 года следует, что она с мужем не выселялась из спорной квартиры, продолжала проживать в ней, в тексте искового заявления также указано на вселение истицы в квартиру в 2010 года. 

По состоянию на 2010 год нанимателем квартиры являлась ФИО2 

Таким образом, на момент вселения истицей не было получено письменное согласие нанимателя ФИО2 как на вселение истицы в спорную квартиру, так и на включение ее в договор найма.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Суд считает, что в данном случае истец должен был представить доказательства того, что наниматель имел намерение не только вселить ФИО1 в спорное жилое помещение, но и изменить существующие отношения по договору социального найма.

Из пункта 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» следует, что, если на вселение лица в жилое помещение не было получено письменного согласия нанимателя и (или) членов семьи нанимателя, а также согласия наймодателя, когда оно необходимо (часть 1 статьи 70 Жилищного кодекса Российской Федерации), то такое вселение следует рассматривать как незаконное и не порождающее у лица права члена семьи нанимателя на жилое помещение.

Заявлений о вселении истца в спорную квартиру, изменении договора социального найма, об увеличении платы за жилое помещение с учетом проживания в нем ФИО1 в материалы дела не представлено.

Кроме того, суд полагает, что и ФИО3, после смерти своей матери став нанимателем квартиры, не признавал за истицей равного с собой права на спорную квартиру. Данное обстоятельство подтверждается тем, что при обращении 26 декабря 2016 года с заявлением об изменении договора социального найма и признании его нанимателем и в дальнейшем при подписании дополнительного соглашения к договору социального найма, что произошло 09 января 2017 года, ФИО3 не просил о включении в договор его супруги ФИО1 (л.д. 12). 

Представленные ФИО1 письменные доказательства и показания опрошенных по ее ходатайству свидетелей не содержат сведений о признании ФИО3 за истицей равного права на спорное жилое помещение. 

Вместе с тем обстоятельствами дела подтверждается факт вселения ФИО1 в квартиру еще при жизни ФИО2 Это же обстоятельство вселения истицы с мужем в квартиру к свекрови, ее постоянное там проживание, не выселяясь, следует и из объяснений самой истицы и показаний свидетелей. При этом суд полагает установленным отсутствие согласия ФИО2 на вселение истицы. 

Таким образом, на момент вселения истицы по спорному адресу согласие нанимателя квартиры ФИО2 на вселение истицы отсутствовало, как не имелось и волеизъявления на признания за ней равных с собой прав на квартиру. 

Показания свидетелей о ведении истицей и ФИО2 совместного хозяйства и проживании их в спорной квартире единой семьей опровергаются приведенными выше обстоятельствами гражданского дела № 2-1994/2013.

Кроме того, суд полагает, что доводы ФИО2, выраженные ею в ходе рассмотрения дела № 2-1994/13, являются достоверным доказательством ее волеизъявления, тогда как свидетели, показания которых основаны на эпизодических посещениях спорной квартиры и наблюдениях за ее жильцами, не могут достоверно знать о волеизъявлении нанимателя квартиры. 

Оплата истицей жилищно-коммунальных услуг, предоставляемых в отношении спорной квартиры после смерти нанимателей, и отсутствие у нее иного помещения на праве собственности либо права пользования жилым помещением не являются основаниями для удовлетворения предъявленного ею искового заявления. Сам факт нахождения истца в спорной квартире не означает, что наниматель жилого помещения признавал его членом своей семьи и признавал за ним право пользования квартирой.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска ФИО1

Разрешая встречные требования о выселении, суд исходит из следующего. 

Согласно ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону.

Собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения (ст. 301 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Согласно положениям ст. 125 Гражданского кодекса Российской Федерации от имени субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

В соответствии с чч. 1 и 2 ст. 14 Жилищного кодекса Российской Федерации в субъекте Российской Федерации - городе федерального значения Санкт-Петербурге полномочия органов местного самоуправления в области жилищных отношений, включая учет муниципального жилищного фонда, ведение в установленном порядке учета граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, предоставление в установленном порядке малоимущим гражданам по договорам социального найма жилых помещений муниципального жилищного фонда, осуществление муниципального жилищного контроля, осуществляются органами государственной власти субъекта Российской Федерации - города федерального значения Санкт-Петербурга.

В силу п. 3.12.6 Положения об администрациях районов Санкт-Петербурга, утвержденного постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 19.12.2017 № 1098, в компетенцию администрации района входит предоставление в установленном порядке жилых помещений государственного жилищного фонда Санкт-Петербурга по договорам социального найма.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», если на вселение лица в жилое помещение не было получено письменного согласия нанимателя и (или) членов семьи нанимателя, а также согласия наймодателя, когда оно необходимо (часть 1 статьи 70 ЖК РФ), то такое вселение следует рассматривать как незаконное и не порождающее у лица прав члена семьи нанимателя на жилое помещение. В таком случае наймодатель, наниматель и (или) член семьи нанимателя вправе предъявить к вселившемуся лицу требование об устранении нарушений их жилищных прав и восстановлении положения, существовавшего до их нарушения (пункт 2 части 3 статьи 11 ЖК РФ), на которое исходя из аналогии закона (часть 1 статьи 7 ЖК РФ) применительно к правилам, предусмотренным статьей 208 ГК РФ, исковая давность не распространяется. При удовлетворении названного требования лицо, незаконно вселившееся в жилое помещение, подлежит выселению без предоставления другого жилого помещения.

Оценивая изложенные выше обстоятельства на основании приведенных правовых положений, суд приходит к выводу о том, что в настоящее время ФИО1 правовых оснований для дальнейшего пользования спорным жилым помещением не имеет, в связи с чем подлежит выселению в судебном порядке.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать. 

Иск администрации Невского района Санкт-Петербурга удовлетворить.

Выселить ФИО1 из квартиры № в доме №, корпус № по улице 

<

адрес> в 

<

адрес>.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Невский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья

Решение в окончательной форме принято 12 февраля 2018 года.