УИД50RS0№-65

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

дело №2-420/25

г.Красногорск

20 января 2025 года

Красногорский городской суд Московской области в составе:

Председательствующего судьи Зотовой С.В.,

при секретаре ФИО5,

с участием прокурора ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО2 

<

адрес> «Красногорская больница» о возмещении вреда здоровью, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с указанным выше иском, в обоснование которого указала, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ей оказывалась медицинская помощь в ФИО2 МО «Красногорская больница», где была проведена плановая операция на позвоночнике.

Истец указала, что оказанная медицинская помощь является ненадлежащего качества. 

Из-за ухудшения состояния здоровья истец ДД.ММ.ГГГГ вынуждена была обратиться за медицинской помощью в поликлинику по месту жительства, где ей извлекли из послеоперационного рубца часть нитки, остальную часть нитки в условиях поликлиники удалить не смогли и направили на госпитализацию в ФИО2 

<

адрес> «Красногорская больница».

В приемное отделение больницы истец была доставлена «скорой помощью» ДД.ММ.ГГГГ, где была осмотрена врачом-хирургом ФИО10, который установил образование свища, направил на обследование и пришел к выводу, что показаний к экстренной операции и госпитализации в хирургическое отделение нет. 

ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась к хирургу поликлиники по месту жительства, который выдал повторное направление на госпитализацию, куда истец обратилась сразу же после поликлиники. В приемном отделении хирург ФИО7 осматривать истца не стал, истец была осмотрена нейрохирургом ФИО8, который дал рекомендации, откорректировал лечение, поставил прежний диагноз: лигатурный свищ. 

Истец указала, что ее обращение в приемное отделение ФИО2 

<

адрес> «Красногорская больница» не было зарегистрировано, в госпитализации было устно отказано, никаких документов не выдали. 

Указала также, что в течение дня состояние ухудшилось, после чего истец приняла решение обратиться в частный медицинский центр. 

Так как состояние продолжало ухудшаться, истец вызвала «скорую помощь», которая доставила ее в ФИО2 

<

адрес> «Красногорская больница». В приемном отделении послеоперационный рубец осмотрел хирург ФИО7, взяли анализы, пригласили на консультацию гнойного хирурга ФИО9, вскрыли рану, удалила еще часть нитки. 

ДД.ММ.ГГГГ истец обращалась к хирургу в поликлинике по месту жительства, ДД.ММ.ГГГГ в платной лаборатории сдала анализы, ДД.ММ.ГГГГ обращалась к хирургу в поликлинике по месту жительства, который выдал направление на КТ, рекомендовал сдать анализы на С-реактивный белок, осмотрел послеоперационный рубец.

ДД.ММ.ГГГГ в связи с самостоятельным обращением в ФИО2 

<

адрес> «Красногорская больница» с готовыми анализами истца проконсультировал по анализам хирург ФИО10 и направил к хирургу в поликлинику по месту жительства за направлением на плановую госпитализацию, указав при этом, что состояние здоровья истца не требует экстренной госпитализации, осмотр послеоперационного рубца им не проводился.

Истец в поликлинику за направлением не стала обращаться, ДД.ММ.ГГГГ приняла решение обратиться самостоятельно в ГКБ № им. ФИО11 в 

<

адрес>, где утром следующего дня ей была сделана операция, проведена санацию раны, удален гнойный очаг и была извлечена нитка из послеоперационного рубца длиной в 21см, которая и являлась причиной абсцесса послеоперационного рубца с последующим присоединением бактериальной инфекции.

ДД.ММ.ГГГГ истец была выписана из ГКБ № для дальнейшего лечения дома под наблюдением хирурга в поликлинике по месту жительства, выданы рекомендации по дальнейшему лечению. 

Истец полагает, что по вине хирурга ФИО10 в ФИО2 

<

адрес> «Красногорская больница», неоднократно отказавшему истцу в экстренной госпитализации, допустившего врачебную ошибку и оставившего внутри раны нитку, здоровью истца причинен вред. 

Истец указала, что для восстановления здоровья она понесла следующие расходы: сдача анализа крови – 922 рубля, проведение МРТ – 3 132 рубля, проведение КТ – 2 975 рублей, приобретение лекарственных препаратов – 2 161 рубля, прием и консультация врача в ГКБ № в 

<

адрес> после операции – 3 000 рублей, всего на общую сумму 12 190 рублей. 

Некачественное оказание медицинских услуг и необходимость вынужденного последующего лечения причинили физические и нравственные страдания, причиненный моральный вред истец оценивает в 1 000 000 рублей. 

Направленная истцом в адрес ФИО2 претензия о возмещении расходов и компенсации морального вреда была получена ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, однако до настоящего времени ответа на претензию не имеется. 

Истец просит суд взыскать с ФИО2 12 190 рублей в счет возмещения расходов в связи с причинением вреда здоровью, просит взыскать неустойку на основании ч.5 ст.28 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» за нарушение срока удовлетворения претензии в размере 2 559,90 рублей за период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, просит взыскать денежную компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, просит взыскать штраф в размере 507 374,95 рублей. 

В судебном заседании ФИО3 исковые требования поддержала, дополнительно пояснила, что в связи с недоверием хирургам в ФИО2 

<

адрес> «Красногорская больница», и, в частности, хирургу ФИО10, оставившего нитку при операции, из-за которой пошел абсцесс, она по собственной инициативе обратилась за платной консультацией хирурга в 

<

адрес> в ГКБ №. 

ФИО2 

<

адрес> «Красногорская больница» иск не признал по изложенным в письменных возражениях основаниям, которые приобщены к делу. ФИО2 указал, что медицинская помощь была оказана в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, а также на основе стандартов медицинской помощи. Необходимости в дополнительных расходах у истца не имелось, так как все заявленные истцом к возмещению расходы за услуги истец могла получить бесплатно. Ссылаясь на отсутствие нарушений при оказании медицинской помощи, на индивидуальные особенности организма истца, на отсутствие причинно-следственной связи между действиями ФИО2 и наступившими последствиями, ссылаясь также на то, что истцу было предложено получить направление на плановую госпитализацию для оформления в приемном отделении больницы, но истец самостоятельно приняла решение обратиться в другое учреждение за медицинской помощью, ФИО2 просит в удовлетворении иска отказать, размер денежной компенсации морального вреда считает возможным взыскать в пределах 30 000 рублей. 

Ознакомившись с доводами сторон, мнением прокурора ФИО6, полагавшего иск подлежащим удовлетворению в разумных пределах, исследовав и оценив представленные по делу доказательства, суд считает иск подлежащим частичному удовлетворению, учитывая следующее. 

Положениями ст.8 ГК РФ установлено, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе, вследствие причинения вреда другому лицу; вследствие иных действий граждан и юридических лиц.

Защита гражданских прав в соответствии с положениями ст.12 ГК РФ осуществляется, в том числе, путем компенсации морального вреда; иными способами, предусмотренными законами.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с п.1 ст.1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. 

Согласно ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п.1).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2). 

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено судом и материалами дела подтверждается, истцу ФИО3 оказывались медицинские услуги ФИО2 

<

адрес> «Красногорская больница» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, где была проведена плановая операция на позвоночнике.

Из объяснений истца следует, что ФИО2 ей были оказаны услуги ненадлежащего качества. 

Из объяснений ФИО2 следует, что оказанные истцу медицинские услуги являются услугами надлежащего качества. 

Для разрешения возникшего между сторонами спора и подтверждения (или опровержения) доводов сторон определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена и проведена судебно-медицинская экспертиза, согласно выводам которой в период стационарного лечения в ФИО2 

<

адрес> «Красногорская больница» было выполнено ДД.ММ.ГГГГ оперативное вмешательство: «Декомпрессия позвоночного канала: фасетэктомия L5-S1, ляминэктомия L5, микродискэктомия L5-S1, транспедикулярная фиксация L5-S1, спондилодез кейджем L5-S1, по медицинским показаниям. ДД.ММ.ГГГГ при обращении к врачу-хирургу установлен диагноз «Лигатурный абсцесс послеоперационного рубца поясничной области», который впоследствии подтвержден объективными данными. 

Согласно выводов судебной экспертизы, образовавшийся абсцесс лигатуры послеоперационного рубца является послеоперационным осложнением правильно проведенного медицинского вмешательства, заблаговременно предвидеть и гарантированно предотвратить который не представляется возможным, поскольку основной причиной его образования является отторжение хирургической нити иммунной системой, в ответ на которое в тканях вокруг лигатуры развивается воспаление. 

Абсцесс лигатуры послеоперационного рубца у ФИО3 развился в срок более 30 дней от момента проведения оперативного вмешательства, воспаление (свищевой ход) не имело связи с имплантируемой стабилизирующей системой позвоночного канала, причиной воспаления явилась индивидуальная реакция организма на нерассасывающийся шовный материал, при этом медицинская помощь оказывалась в необходимом объеме, с соблюдением соответствующих техник и этапов, в соответствии с положениями медицинской науки, практики и установленных требований, что позволяет исключить причинно-следственную связь между оперативным вмешательством, выполненным в ФИО2 

<

адрес> «Красногорская больница» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, и возникновением абсцесса лигатуры послеоперационного рубца. 

Судебной экспертизой отмечено, что возникшее у ФИО3 ухудшение состояния здоровья, не рассматривается как причинение вреда здоровью. 

Вместе с тем, судебной экспертизой выявлены недостатки при оказании медицинской помощи при последующих обращениях ФИО3 в приемное отделение ФИО2 

<

адрес> «Красногорская больница», а именно: имеются недостатки диагностики, поскольку не были выполнены: исследование крови на уровень С-реактивного белка и прокальцитонина, не выполнен посев из раны на аэробные и анаэробные среды, инструментальная диагностика мягких тканей в области инфильтрата. Кроме этого, имеется дефект лечения: не проведено хирургическое лечение, включающее ревизию раны, удаление инфицированных тканей и инородных тел, дренирование. При этом судебной экспертизой указано, что указанные дефекты лечения ФИО3 не состоят в прямой причинно-следственной связи с ухудшением ее состояния и не рассматриваются как причинение вреда здоровью. 

Наличие указанных недостатков диагностики способствовало прогрессированию клинического течения имевшегося у ФИО3 воспаления. При этом, судебными экспертами отмечено, что с учетом характера патологического процесса, его динамики, а также определяющей роли индивидуальных особенностей организма на процесс его возникновения и течения, отсутствие установленных в рамках судебной экспертизы дефектов лечения и недостатков диагностики не гарантирует наступление благоприятного исхода, то есть отсутствия развития имеющегося у ФИО3 послеоперационного осложнения в виде гнойного воспаления лигатуры. 

Судебной экспертизой установлено, что ФИО3 более не требуется какое-либо лечение. 

Оснований не доверять выводам проведенной по делу экспертизы не имеется, так как экспертиза проведена в Автономной некоммерческой организации «Центральное бюро судебных экспертиз №», сотрудники которого имеют специальные познания и опыт экспертной работы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, экспертами исследована медицинская документация и материалы данного гражданского дела, применены различные методы исследования, представленное суду заключение полное и обоснованное. 

Из изложенного следует, что судебной экспертизой не подтвержден довод истца о том, что по вине хирурга ФИО10, допустившего врачебную ошибку и оставившего внутри раны нитку, здоровью истца причинен вред, но установлено наличие недостатков в диагностике при оказании медицинской помощи при последующих обращениях ФИО3 в приемное отделение ФИО2 

<

адрес> «Красногорская больница». 

Установленный судебной экспертизой дефект лечения при последующем обращении в приемное отделение ФИО2 

<

адрес> «Красногорская больница» не может иметь решающего значения при рассмотрении данного гражданского дела, так как из объяснений обеих сторон судом установлено, что истцу было предложено получить направление на плановую госпитализацию для оформления в приемном отделении больницы, но истец самостоятельно приняла решение обратиться в другое учреждение за медицинской помощью – в ГКБ № им. ФИО11 в 

<

адрес>, где ей и была оказана данная медицинская помощь. 

Из объяснений истца следует, что в результате оказанных ФИО2 медицинских услуг истцу причинены физические и нравственные страдания, она вынуждена была находиться в отпуске, получаемое пособие по временной нетрудоспособности меньше чем ее заработок по месту работы, ей требовались ежедневные перевязки, осмотры специалистов и реабилитация. 

Суд, учитывая фактические обстоятельства дела, оказание истцу медицинских услуг ненадлежащего качества, которые по сути выразились в недостатках диагностики в последующем послеоперационном периоде, учитывая степень вины ФИО2, индивидуальные особенности потерпевшего, характер физических и нравственных страданий истца, а также требования разумности и справедливости, полагает возможным взыскать с ФИО2 в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей. 

Положениями п.1 ст.1085 ГК РФ установлено право на получение возмещения произведенного лечения и иных связанных с восстановлением здоровья дополнительных расходах в случае отсутствия права на их бесплатное получение.

Оснований для возмещения истцу заявленных расходов в счет возмещения вреда здоровью на общую сумму 12 190 рублей, которые приходятся на платные услуги по сдаче анализов, проведение МРТ и КТ, прием и консультация врача в ГКБ № в 

<

адрес>, не имеется, так как судебной экспертизой не установлено, что истцу был причинен вред здоровью. Кроме этого суд учитывает, что истец имела возможность произвести обследование и получить лечение бесплатно в рамках программы ОМС, однако в судебном заседании истец указала, что она по собственной инициативе отказалась от дальнейшего лечения в ФИО2 

<

адрес> «Красногорская больница», следовательно, и расходы истец несла исключительно по собственной инициативе.

В ответе на судебный запрос лечебное учреждение своей справкой подтвердило возможность получения истцом обследования и лечения бесплатно в рамках ОМС.

Таким образом, представленные истцом в материалы дела доказательства получения платных медицинских услуг не могут являться основанием для возмещения ФИО2 таких расходов истца, поскольку такие расходы истец понесла исключительно по собственной инициативе и могла их получить в рамках ОМС. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Согласно п.4 ст.13 Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О защите прав потребителей», изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом. 

В ходе судебного разбирательства было установлено, что образовавшийся у истца абсцесс лигатуры послеоперационного рубца не связан с оказанной медицинской услугой, причиной воспаления явилась индивидуальная реакция организма, а выявленные недостатки диагностики в случае их отсутствия не гарантировали наступление благоприятного исхода. 

При таких обстоятельствах суд не усматривает оснований для привлечения ФИО2 к ответственности и удовлетворения заявленных истцом требований о взыскании неустойки и штрафа. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 

<

адрес> «Красногорская больница» в пользу ФИО3 денежную компенсацию морального вреда в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей. 

В остальной части исковые требования о взыскании денежных средств оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в ФИО4 областной суд через Красногорский городской суд в течение 1 месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ. 

Судья С.В. Зотова