№ 2-719/2019

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

 

16 августа 2019 года Курагинский районный суд Красноярского края в составе председательствующего судьи Борзенко А.Г.,

секретаря ФИО1,

с участием истца ФИО2, 

представителя истца ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску 

ФИО2 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Курагинская районная больница» (далее КГБУЗ «Курагинская РБ») Курагинского района Красноярского края о признании незаконным приказа о переводе на другую работу и восстановлении в прежней должности, взыскании заработной платы, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к КГБУЗ «Курагинская РБ» Курагинского района Красноярского края о признании незаконным приказа о переводе на другую работу, восстановлении в прежней должности, взыскании заработной платы.

В обоснование иска и в судебном заседании сослалась на то, что с 1 марта 2013 года была принята на работу в «Курагинскую РБ» на должность санитарки палатной детского отделения временно на период отсутствия основного работника. 24 марта 2014 года переведена на должность санитарки палатной педиатрического отделения на постоянной основе.

25 октября 2016 года ей вручено уведомление, из которого следовало, что определенные сторонами условия трудового договора по должности санитарки палатной педиатрического отделения не могут быть сохранены и что с 1 января 2017 года ей не будет предоставляться ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск и что в случае несогласия продолжения работы на новых условиях, она буде уволена на основании п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

В июле-августе 2017 года ей вручено уведомление о том, что в связи с проведением организационно-штатных мероприятий и утверждением нового штатного расписания, с 1 октября 2017 года на основании приказа «Курагинской РБ» № 157-ос от 31 июля 2017 года «О внесении изменений в штатное расписание», утвержденное приказом Министерства здравоохранения Красноярского края от 21 июля 2017 года № 489-орг, произойдут изменения трудового договора, переименование должности на уборщика медицинской организации на 0,75 ставки. В пункте 6 уведомления было указано, что переименование должности произойдет с сохранением средней заработной платы. Одновременно ей предложено занять по внутреннему совместительству вакантную должность санитарки палатной педиатрического отделения на 0,25 ставки. Полагая, что действия работодателя не повлекут ухудшения положения по сравнению с ранее заключенным трудовым договором, согласилась на предложенные условия. Приказом № 497/7 от 30 августа 2017 года была переведена на должность уборщика медицинской организации и заключила новый трудовой договор, согласно п. 1.1 которого ей была предоставлена работа в должности уборщика служебных помещений медицинской организации 0,75 ставки с наделением полномочий санитарки палатной педиатрического отделения 

0, 25 ставки.

Фактически в КГБУЗ «Курагинская РБ» произошло сокращение должности, о чем свидетельствует исключение из штатного расписания должности санитарки с одновременным включением в штатное расписание иной должности-уборщика, а не изменение существенных условий трудового договора при сохранении должности в штатном расписании, в связи с этим не имелось основания для применения положений ст. 74 ТК РФ к возникшим правоотношениям. 

Поняв, что перевод на другую должность повлек лишение льгот и доплат, обратилась в кадровую службу, сотрудники которой пояснили, что произошло переименование должности. Однако, переименование должности повлекло изменение условий оплаты труда, что свидетельствует об изменении определенных сторонами условий трудового договора без изменение трудовой функции, так как должности санитарки и уборщика предполагают различные по своим функциям должностные обязанности. Так, должностная инструкция уборщика не содержит ряд обязанностей, установленных санитарке, следовательно, изменились функциональные обязанности. Кроме того, согласно уведомлению работодателя, предполагалось именно постоянное изменение трудовой функции. При применении работодателем положений ст. 74 ТК РФ запрещается изменение трудовой функции работника, содержание которой определяется в соответствии с ч. 1 ст. 57 ТК РФ. Новая должность уборщика существенно ухудшает положение работника, поскольку значительно сокращается оклад, надбавки, предоставление дополнительного отпуска, работник перестал являться младшим медицинским персоналом, лишается права на досрочную пенсию, что свидетельствует об изменении трудовой функции в результате изменения штатного расписания.

В соответствии с приказом Минздравсоцразвития РФ от 23 июля 2010 года № и541 н «Об утверждении единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих» раздел «квалификационные характеристики должностей работников в сфере здравоохранения», должность санитарки относится к должности младшего медицинского персонала и предусматривает возложение на работников должностных обязанностей, соответствующих занимаемой должности, при этом изменились требования к образовательному уровню лиц, замещающих должности младшего медицинского персонала. При таких условиях работодатель был обязан предложить работнику пройти обучение и повысить образование до необходимого уровня, однако такого предложения в её адрес не поступало. То обстоятельство, что она самостоятельно прошла обучение и ей присвоена квалификация младшей медицинской сестры по уходу за больными, также не повлияло на вопрос о восстановлении её в прежней должности. 

Поэтому просит признать незаконным приказ о её переводе с должности санитарки палатной педиатрического отделения на должность уборщика медицинской организации, в соответствии со ст. 394 ТК РФ восстановить в прежней должности. Кроме того, просит взыскать разницу в заработной плате исходя из средней заработной платы по региону в общей сумме 484.438 рублей 30 копеек.

В судебном заседании истица ФИО2 и её представитель ФИО3 (полномочия подтверждены доверенностью) исковые требования поддержали, при этом пояснили, что фактически трудовая функция истицы не изменилась, она по должности уборщика выполняет те же обязанности, что и по должности санитарки, ухаживая за больными детьми.

Представитель ответчика КГБУЗ «Курагинская РБ» Курагинского района Красноярского края в судебное заседание не прибыл, просил рассмотреть дело в его отсутствие, представив возражения относительно иска, в которых просил в удовлетворении иска отказать, поскольку перевод осуществлен с согласия работника. Кроме того, просил применить последствия пропуска процессуального срока обращения за защитой трудовых прав.

По смыслу ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе.

Лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства. 

Поэтому неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующем об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве.

В соответствии с п. 5 ст. 167 ГПК РФ, с учетом мнения истца и его представителя, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика.

Проверив материалы дела, выслушав объяснения истицы и её представителя, оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной вы споре, является основанием к вынесению решения об отказе в иске.

В силу положений ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Пунктом 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, исходя из содержания абзаца 1 части 6 ст. 152 ГПК РФ, а также ч. 1 ст. 12 ГПК РФ, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и и равноправия сторон, вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком.

В соответствии с ч. 6 ст. 152 ГПК РФ в предварительном судебном заседании может рассматриваться возражение ответчика относительно пропуска истцом без уважительных причин срока исковой давности для защиты права и установленного федеральным законом срока обращения в суд.

При установлении факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд судья принимает решение об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств по делу.

Из общего смысла ст. 152 ГПК РФ, 392 ТК РФ в их взаимосвязи следует, что возражение ответчика относительно пропуска истцом без уважительных причин срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть рассмотрено в предварительном судебном заседании. Признав причины пропуска срока уважительными, судья вправе восстановить этот срок. Установив, что срок обращения в суд пропущен без уважительных причин, судья принимает решение об отказе в иске именно по этому основанию без исследования иных фактических обстоятельств по делу.

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствующие данному работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, в частности, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость ухода за тяжелобольными членами семьи.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что истица ФИО2 с 1 марта 2013 года состояла в трудовых отношениях с КГБУЗ «Курагинская РБ» Курагинского района Красноярского края, работая в должности санитарки палатной педиатрического отделения на 1 ставку (л.д. 16).

Приказом от 30 августа 2017 года № 538-л на основании заявления 

(л.д.61-62), ФИО2 переведена на должность уборщика медицинской организации 0,75 ставки и по внутреннему совместительству 0,25 ставки санитарки палатной педиатрического отделения, с нею заключен трудовой договор, которым определены как функциональные обязанности, так иусловия оплаты труда работника (л.д.63-76). Трудовой договор подписан сторонами.

Факт ознакомления с приказом о переводе и подписания трудового договора от 30 августа 2017 года в судебном заседании подтвержден ФИО2

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что истицеоб изменении трудового договора и условий оплаты труда, стало известно 30 августа 2017 года.

Таким образом, срок обращения работника за защитой своего нарушенного трудового права истекал30 ноября 2017 года. 

Представителем ответчика заявлено ходатайство о применении последствий пропуск установленного ст. 392 ТК РФ трехмесячного срока обращения работника в суд за защитой трудовых прав.

Разрешая ходатайство ответчика, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено и подтверждено истицей, что об изменении условий трудового договора и переводе с должности санитарки палатной на должность уборщика медицинской организации (0,75 ставки) с сохранением функции санитарки палатной (0,25 ставки) педиатрического отделения, а также размере оплаты труда и её составных частях ФИО2 стало известно 30 августа 2017 года. Она ежемесячно получала расчетные листы, содержащие сведения о всех начислениях, удержаниях из заработной платы.

Вместе с тем, с иском о защите нарушенного трудового права ФИО2 обратилась в суд 19 июня 2019 года, то есть спустя более полутора лет с момента, когда ей стало известно об изменении условий труда.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ ФИО2 и её представителем ФИО3 не представлено суду каких-либо доказательств уважительности причины пропуска срока обращения в суд за защитой нарушенного трудового права. Исключительных обстоятельств, не зависящих от воли работника, препятствовавших своевременному обращению в суд за разрешением индивидуального трудового спора судом не установлено. Ходатайства о восстановлении пропущенного процессуального срока истцом и её представителем как при подаче искового заявления так и в судебном заседании не заявлялось.

Пропуск срока обращения за судебной защитой является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Доводы ФИО2 и её представителя ФИО3 о том, что работник не могла обратиться за защитой своих нарушенных трудовых прав так как находилась в зависимом положении от работодателя, а также вследствие юридической неграмотности, суд находит несостоятельными, поскольку не основаны на материалах дела, из которых следует, что ФИО2 с августа 2017 года ежемесячно получала расчетные листы, в которых содержались сведения о размере и составляющих частях заработной платы, то есть достоверно знала о размере получаемой заработной платы, какие-либо препятствия для своевременного обращения в суд отсутствовали.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что требования ФИО2 о признании незаконным приказа № 538-л от 30 августа 2017 года и восстановлении на работе не основаны на законе и в их удовлетворении следует отказать.

ФИО2 заявлено требование о взыскании заработной платы в сумме 484.438 рублей 30 копеек, складывающейся из разницы оплаты труда санитарки палатной и уборщика медицинской организации.

Учитывая, что суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении иска в части основного требования о признании незаконным приказа о переводе на другую должность и восстановлении в прежней должности вследствие пропуска срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, суд считает, что не основаны на законе и не подлежат удовлетворению требования истца о взыскании заработной платы.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-1999 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

ФИО2 в удовлетворении иска к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Курагинская районная больница» Курагинского района Красноярского края о признании незаконным приказа о переводе на другую работу, восстановлении в прежней должности и взыскании заработной платы отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд в месячный срок со дня его изготовления в окончательной форме (21 августа 2019 года), через Курагинский районный суд.

Мотивированное решение изготовлено 20 августа 2019 года.

Председательствующий: