Председательствующий по делу Дело №

судья Жапов А.С.

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Чита 09 июля 2025 года

<

адрес>вой суд в составе:

председательствующего Жукова А.В.,

при секретаре судебного заседания Воросовой Е.И.,

с участием прокурора отдела 

прокуратуры 

<

адрес> Дашабальжировой И.С.,

защитника Коноваловой И.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление помощника прокурора 

<

адрес> Ешиева М.Б. на приговор 

<

данные изъяты> районного суда 

<

адрес> от 

<

Дата>, которым

ФИО1, 

<

Дата> года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин РФ, имеющий неполное среднее образование, холостой, иждивенцев не имеющий, не работающий, зарегистрированный по адресу: 

<

адрес>, фактически проживающий в 

<

адрес>, несудимый,

осужден по п.п. «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев.

На ФИО1 в соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ возложены обязанности: в течение 10 суток со дня вступления приговора в законную силу встать на учет в специализированный государственный орган, осуществляющий исправление осужденных, куда один раз в месяц являться для регистрации, не менять постоянного места жительства (пребывания) и работы без уведомления указанного органа.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения защитнику по назначению, возмещены за счет средств федерального бюджета РФ.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Выслушав прокурора Дашабальжирову И.С., поддержавшую доводы апелляционного представления, а также защитника Коновалову И.А. возражавшую против отмены или изменения приговора, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден за тайное хищение чужого имущества, совершенное с незаконным проникновением в помещение и с причинением значительного ущерба ГНН при следующих обстоятельствах:

В период времени с 20 часов 

<

Дата> до 11:30 часов 

<

Дата> у ФИО1, не осведомленного о том, что ЛБД. не способен осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, страдающий хроническим психическим расстройством в форме шизофрении простой непрерывной, выраженный смешанный тип дефекта (олигофреноподобный, психопатоподобный), находящегося по месту своего жительства по адресу: 

<

адрес>, заведомо знающего, что в гараже по адресу: 

<

адрес>, хранятся мотоциклы, принадлежащие ГНН, возник преступный умысел, направленный на тайное хищение чужого ценного имущества – мотоциклов ГНН из вышеуказанного проникновением в помещение, с причинением значительного гаража, с незаконным ущерба гражданину. С этой целью ФИО1 в ограде по месту своего жительства приискал металлический лом и совместно с ЛБД., страдающим хроническим психическим расстройством в форме шизофрении простой непрерывной, выраженный смешанный тип дефекта (олигофреноподобный, психопатоподобный), переместился к ограде 

<

адрес>, где предложил ЛБД, страдающему хроническим психическим расстройством в форме шизофрении простой непрерывной, выраженный смешанный тип дефекта (олигофреноподобный, психопатоподобный), совместно с ним незаконно проникнуть в вышеуказанный гараж и совершить тайное хищение мотоциклов, принадлежащих ГНН, на что последний согласился. 

Реализуя свой единый преступный умысел, ФИО1 и ЛБД, страдающий хроническим психическим расстройством в форме шизофрении простой непрерывной, выраженный смешанный тип дефекта (олигофреноподобный, психопатоподобный), в период времени с 20 часов 

<

Дата> до 11:30 часов 

<

Дата>, действуя умышленно, совместно и согласованно, из корыстных побуждений, с целью личной наживы, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения имущественного ущерба собственнику и желая этого, в отсутствие владельца и иных лиц, тайно, убедившись, что за их действиями никто не наблюдает и они никому неизвестны, переместились к гаражу, расположенному во дворе 

<

адрес>, принадлежащего потерпевшей ГНН, где ФИО1, действуя согласно заранее возникшему умыслу, имеющимся при себе металлическим ломом, который они использовали в качестве орудия совершения преступления, взломал запирающее устройство – навесной замок на двери вышеуказанного гаража и совместно с ЛБД, страдающим хроническим психическим расстройством в форме шизофрении простой непрерывной, выраженный смешанный тип дефекта (олигофреноподобный, психопатоподобный), переместились во внутрь гаража, тем самым осуществили незаконное проникновение в помещение, откуда тайно изъяли, то есть похитили, принадлежащее ГНН имущество:

- мопед марки «

<

данные изъяты>» с номерным обозначением № черного цвета стоимостью 80 000 рублей;

- мотоцикл «

<

данные изъяты>» с номерным обозначением № черного цвета стоимостью 87500 рублей.

Всё похищенное имущество на общую сумму 167500 рублей, принадлежащее ГНН.

С похищенным имуществом ФИО1 и ЛБД, страдающий хроническим психическим расстройством в форме шизофрении простой непрерывной, выраженный смешанный тип дефекта (олигофреноподобный, психопатоподобпый), с места преступления скрылись, переместив его в поле, расположенное 100-150 м. западнее от двора вышеуказанного дома и в дальнейшем, имел возможность распорядиться им по своему усмотрению. Своими умышленными, согласованными, совместными действиями ФИО1 и ЛБД, страдающий хроническим психическим расстройством в форме шизофрении простой непрерывной, выраженный смешанный тип дефекта (олигофреноподобный, психопатоподобный), причинили потерпевшей ГНН значительный материальный ущерб на общую сумму 167500 рублей.

В апелляционном представлении помощник прокурора 

<

адрес> Ешиев М.Б. полагает приговор подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам, неправильным применением уголовного закона и существенными нарушениями уголовно-процессуального закона. Приводя положения ст. 32 и ч. 2 ст. 35 УК РФ, отмечает, что из предъявленного обвинения и описания преступного деяния, признанного судом доказанным, следует, что ФИО1 приискал орудие преступления, договорившись о хищении имущества с ЛБД, с которым они совместно незаконно проникли в гараж, изъяли мопед и мотоцикл, принадлежащие ГНН, похищенным имуществом распорядились по своему усмотрению. При этом ФИО1, будучи неосведомленным о психическом заболевании ЛБД, рассчитывал на его помощь при совершении преступления, что свидетельствует о его умысле на групповое совершение преступления. ФИО1 и ЛБД согласованно выполнили объективную сторону преступления, общественно-опасные последствия наступили от их совместных действий. Таким образом, судом необоснованно исключен квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору».

Кроме того, в соответствии с п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 55 от 29 ноября 2016 года «О судебном приговоре» разбирательство дела в суде производится только в отношении подсудимых, использование в приговоре формулировок, свидетельствующих о виновности в совершении преступления других лиц, не допускается. В нарушение указанных требований в описательно-мотивировочной части приговора при описании преступного деяния суд указал на совместное совершение ФИО1 преступления с ЛБД. Вместе с тем, уголовное дело в отношении ЛБД выделено в отдельное производство, впоследствии прекращено в связи с применением принудительной меры медицинского характера.

Просит приговор отменить и вынести апелляционный приговор. Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ и назначить наказание в виде 2 лет 2 месяцев лишения свободы. На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание считать условным с испытательным сроком 1 год 8 месяцев. В соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ возложить те же обязанности, которые возложил суд при вынесении приговора. Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения, после чего отменить. Вещественные доказательства: СD-R диск со следом взлома хранить при уголовном деле; металлический лом (монтажку) уничтожить; мобильный телефон марки «

<

данные изъяты>» возвратить законному владельцу; мотоцикл марки «

<

данные изъяты>» на двух колесах и мопед марки «

<

данные изъяты>» с одним колесом, возвращенные потерпевшей ГНН, использовать последней по своему усмотрению.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав стороны и обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам, неправильным применением уголовного закона и существенными нарушениями уголовно-процессуального закона.

Так, согласно ст. 389.9 УПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении норм уголовного закона.

На основании п. 1 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать, среди прочего, описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Указанным требованиям постановленный в отношении ФИО1 приговор не соответствует.

ФИО1 органом предварительного следствия обвиняется в совершении тайного хищения чужого имущества группой лиц по предварительному сговору (с ЛБД), с незаконным проникновением в помещение и с причинением значительного ущерба гражданину.

Мотивируя исключение квалифицирующего признака «группой лиц по предварительному сговору», суд сослался на ст. 19, ч. 2 ст. 35 УК РФ и заключение судебно-психиатрической экспертизы № от 

<

Дата>, которым у ЛБД обнаружены признаки хронического психического расстройства в форме шизофрении простой непрерывной с выраженным смешанным типом дефекта (олигофреноподобным, психопатоподобным), в связи с чем постановлением 

<

данные изъяты> районного суда от 

<

Дата> он был освобожден от уголовной ответственности за совершение в состоянии невменяемости общественно-опасного деяния, предусмотренного п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ с применением принудительных мер медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа.

Вместе с тем, суд не учел, что само по себе освобождение ЛБД как соучастника ФИО1 от уголовной ответственности в связи с невменяемостью, то есть в том числе исходя из приведенных им положений ст. 19 УК РФ, не может влиять на уголовно-правовую квалификацию действий самого ФИО1, оснований для сомнений во вменяемости которого суд, с учетом данных о его личности, обоснованно не нашел.

Согласно ст. 32 и ч. 2 ст. 35 УК РФ соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления. Преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

Как обоснованно отмечено в апелляционном представлении, в ходе рассмотрения уголовного дела было установлено, что ФИО1 и ЛБД вступили в предварительный сговор на кражу имущества, действовали совместно и согласованно, оба выполняли объективную сторону преступления, ФИО1 в ходе его совершения рассчитывал и получал от ЛБД помощь, без которой, с учетом особенностей предметов хищения, ФИО1 было бы значительно труднее реализовать свой умысел. Наступившие последствия в виде причиненного материального ущерба потерпевшей явились результатом их общих действий.

Более того, практически дословно приводя в приговоре содержание предъявленного ФИО1 обвинения и справедливо соглашаясь с тем, что он не был осведомлен о наличии у ЛБД настолько серьезного психического расстройства, которое влечет его невменяемость, суд тем самым допустил существенное противоречие со своим же последующим выводом об исключении квалифицирующего признака, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Таким образом, положения ч. 2 ст. 33 УК РФ о квалификации действий посредственного исполнителя преступления, которыми, очевидно, руководствовался суд, к обстоятельствам настоящего уголовного дела применены быть не могут.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает неправильное применение уголовного закона при квалификации действий ФИО1 как органом предварительного следствия, так и судом по признаку п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ «незаконное проникновение в помещение», поскольку ими не был учтен п. 3 примечаний к ст. 158 УК РФ.

Согласно этому пункту под помещением в статьях гл. 21 УК РФ понимаются строения и сооружения независимо от форм собственности, предназначенные для временного нахождения людей или размещения материальных ценностей в производственных или иных служебных целях, а под хранилищем понимаются хозяйственные помещения, обособленные от жилых построек, участки территории, трубопроводы, иные сооружения независимо от форм собственности, которые предназначены для постоянного или временного хранения материальных ценностей.

Из материалов дела усматривается, что частный гараж ГНН, примыкающий к жилому дому, но изолированный от него, использовался ими не в производственных или иных служебных целях, а для хранения транспортных средств и других вещей, а потому по смыслу уголовного закона он является хранилищем, а не помещением.

Помимо изложенного судом апелляционной инстанции усматривается очевидная техническая ошибка как в предъявленном ФИО1 обвинении, так и в описании его деяния в приговоре, поскольку из показаний потерпевшей, свидетеля ГЕА. и товарных чеков следует, что стоимость 80 000 рублей имеет мотоцикл марки «

<

данные изъяты>», а 87 500 рублей – мопед марки «

<

данные изъяты>», а не наоборот.

Также осталось без внимания органов следствия и суда то обстоятельство, что мопед марки «

<

данные изъяты>» в момент совершения хищения не имел заднего колеса, что заведомо препятствовало его оценке как исправного транспортного средства, готового к использованию по назначению.

Поскольку изменение квалификации действий осужденного производится в рамках того же п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, как и соответствующие уточнения фактических обстоятельств содеянного не ухудшают положения ФИО1 и не нарушают его право на защиту, в силу ст. 252 УПК РФ они являются допустимыми на стадии судебного разбирательства.

Вместе с тем, доводы представления о том, что суд был не вправе указывать при описании преступного деяния на ЛБД как соисполнителя, признать обоснованными нельзя. Согласно п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре» в тех случаях, когда отдельные участники преступного деяния, в совершении которого обвиняется подсудимый, освобождены от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям, суд может сослаться в приговоре на роль этих лиц в деянии с обязательным указанием оснований прекращения дела лишь при условии, что это имеет значение для установления роли, степени и характера участия подсудимого в преступлении, квалификации его действий или установления других существенных обстоятельств дела.

Поскольку постановление 

<

данные изъяты> районного суда от 

<

Дата>, которым было установлено совершение ЛБД общественно-опасного деяния при тех же обстоятельствах, которые инкриминируются ФИО1, на момент постановления обжалуемого приговора вступило в законную силу, препятствий для указания данных о его личности в описании преступного деяния, совершенного ФИО1, у суда не имелось.

Таким образом, исходя из исследованных судом первой и апелляционной инстанций доказательств, в судебном заседании установлены следующие обстоятельства совершенного ФИО1 преступления:

В период времени с 20 часов 

<

Дата> до 11:30 часов 

<

Дата> ФИО1 и ЛБД., не способный осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, страдающий хроническим психическим расстройством в форме простой непрерывной шизофрении с выраженным смешанным типом дефекта (олигофреноподобным, психопатоподобным), освобожденный от уголовной ответственности за совершение в состоянии невменяемости общественно-опасного деяния вступившим в законную силу постановлением 

<

данные изъяты> районного суда 

<

адрес> от 

<

Дата>, по предложению ФИО1 вступили в предварительный сговор на совершение кражи чужого имущества.

Реализуя соответствующий преступный умысел в указанный период времени, находясь во дворе 

<

адрес> края, ФИО1, действуя совместно и согласованно с ЛБД группой лиц по предварительному сговору, заранее приисканным металлическим ломом взломал навесной замок на двери гаража, являющегося хранилищем, после чего совместно с ЛБД незаконно проник в него.

Продолжая свои действия, ФИО1 и ЛБД, действуя группой лиц по предварительному сговору, из указанного гаража тайно похитили мопед марки «

<

данные изъяты>» с номерным обозначением № черного цвета без заднего колеса стоимостью, с учетом отсутствовавшего колеса, 78 800 рублей, и мотоцикл марки «

<

данные изъяты>» с номерным обозначением № черного цвета стоимостью 80 000 рублей, распорядившись похищенным по своему усмотрению, чем причинили ГНН. значительный ущерб в размере 158 800 рублей.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления признал, от дачи показаний отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ, в связи с чем были оглашены его показания на стадии предварительного следствия (том №, л.д. №, том №, л.д. №).

Из этих показаний следует, что 

<

Дата> или 

<

Дата> примерно в 20 часов ЛБД сказал, что знает о том, что в гараже по 

<

адрес> в 

<

адрес> есть мотоциклы, в связи с чем он решил их похитить и предложил ЛБД сходить и посмотреть на них. С собой он взял из дома какой-то металлический продолговатый предмет наподобие монтировки. Идя по 

<

адрес>, они по указанию ЛБД остановились около ограды дома, на который указал ЛБД. В этом месте он предложил ему украсть мотоциклы, и ЛБД согласился. Они решили, что мотоциклы они продадут, а деньги поделят пополам. Они перелезли через забор, после чего он с помощью монтировки открыл дверь гаража и зашел в него вместе с ЛБД, где руками в темноте они стали искать, что можно похитить. Фонариков у них не было. Кто-то из них нашел мотоцикл без заднего колеса, вдвоем они вынесли его за пределы огорода и вернулись обратно, где взяли еще один мотоцикл и также вынесли за ограду. Один мотоцикл они бросили чуть ближе к забору, второй – подальше. Ветками мотоцикл он не прикрывал, возможно, это сделал ЛБД. Впоследствии они передумали продавать эти мотоциклы, поскольку они были тяжелые, также он решил, что они сломаны, и поэтому много денег за них они не выручат, поэтому за ними более не возвращался, хотя никаких препятствий для этого не было. Телефон, который был обнаружен возле гаража, принадлежит ЛБД, но в нем установлена сим-карта, зарегистрированная на его (ФИО1) имя, которой он давал пользоваться ЛБД. Он знает, что ЛБД показывает о том, что помог подтолкнуть только один мотоцикл, но на самом деле он помогал вытаскивать из гаража оба мотоцикла.

Оглашенные показания ФИО1 подтвердил и пояснил, что мотоциклы могли быть повреждены при их перемещении за ограду.

По существу такие же показания ФИО1 давал при проверке их на месте 

<

Дата> (том №, л.д. №).

Потерпевшая ГНН, с учетом своих показаний на предварительном следствии (том № л.д. №), пояснила, что 

<

Дата> она и ее муж ГЕА на Центральном рынке в Чите купили мотоцикл марки «

<

данные изъяты>» за 87 500 рублей. Мотоцикл марки «

<

данные изъяты>» они купили в начале сентября 2024 года за 80 000 рублей у знакомого ее мужа КМА, который им передал на него документы, в том числе товарный чек. Оба мотоцикла на учет в ГАИ не поставлены, государственных регистрационных номеров не имели, но находились в хорошем исправном состоянии, все кузовные части были целые. Мотоцикл марки «

<

данные изъяты>» ими почти не эксплуатировался, но из-за прокола в сентябре 2024 года они сняли с него заднее колесо. Оба мотоцикла, а также еще один разобранный мотоцикл и автомобиль «

<

данные изъяты>», они хранили в своем гараже.

<

Дата> около 14 часов она заходила в гараж и видела, что мотоциклы были на месте.

<

Дата> около 12 часов ее муж увидел, что дверь гаража открыта и имеет следы взлома, навесной замок отсутствует, а в гараже отсутствуют оба мотоцикла марки «

<

данные изъяты>», в связи с чем они вызвали полицию. В гараже была обнаружена монтировка, а на снегу около гаража – сотовый телефон, которые никому из них не принадлежат. Несмотря на то, что согласно товарному чеку мотоцикл марки «

<

данные изъяты>» был куплен за 85 900 рублей, оценивает его в 80 000 рублей, так как купили его за такие деньги, а мотоцикл марки «

<

данные изъяты>» оценивает в 87 500 рублей.

Общий ущерб в сумме 167 500 рублей для нее и ее семьи является значительным, так как она нигде не работает, у мужа временные заработки. Общий доход их семьи в месяц около 100 000 рублей, имеются кредитные обязательства в размере 14 000 рублей ежемесячно, на иждивении двое несовершеннолетних детей. Кроме того, у мужа серьезные проблемы со здоровьем, необходимы деньги на лечение, в связи с чем по их обоюдному решению в качестве потерпевшего в деле участвовать будет она.

В день обнаружения кражи один из похищенных мотоциклов, присыпанный ветками, был обнаружен за оградой в канаве, а второй – около огорода соседей. Оба мотоцикла были повреждены.

Муж говорил ей о том, что внук КЮ. по имени Б. хотел купить у него автомобиль «

<

данные изъяты>» и был у них в гараже.

Показания потерпевшей о наименованиях и стоимости похищенных транспортных средств подтверждаются товарными чеками (том №, л.д. №).

Свидетели ГЕА, КМА., ЛБД., ЖАБ., БАВ. и ИПА. в судебное заседание не явились, в связи с чем с согласия сторон были оглашены их показания на стадии предварительного следствия.

Показания ГЕА о приобретении, стоимостях мопеда и мотоцикла, а также месте их хранения и обстоятельствах, при которых он обнаружил их хищение, полностью согласуются с показаниями потерпевшей (том №, л.д. №).

Из показаний КМА (том № л.д. №) следует, что мотоцикл марки «

<

данные изъяты>» он продал ГЕА за 80 000 рублей. Мотоцикл был в очень хорошем технически исправном состоянии. ГЕА очень бережно относится к технике, поэтому думает, что он бы не стал намеренно повреждать мотоцикл.

ЛБД пояснял (том № л.д. №), что проживает в 

<

адрес> с дедушкой КЮМ, который является его опекуном, и ФИО1, который работает у дедушки водовозом. Как-то раз к нему на мотоцикле подъехал мужчина, проживающий на 

<

адрес>, и предложил купить у него автомобиль «

<

данные изъяты>», но его (ЛБД) заинтересовал мотоцикл. Он рассказывал об этом предложении КЮМ, возможно, это слышал и ФИО1. Во время совместного просмотра телепередач ФИО1 попросил его показать автомобиль, который он предлагал купить дедушке, он согласился и привел ФИО1 к дому, где ему показывали автомобиль. Они зашли в ограду дома, ФИО1 прошел к гаражу, чем-то сломал дверь и зашел в гараж. Он сам встал около входной двери. ФИО1 подошел к мотоциклу, который был без заднего колеса, и начал его тащить к выходу, где он помог ему переместить мотоцикл через порог, подтолкнув его, и предупредил ФИО1 о том, что их «посадят». ФИО1 сам покатил мотоцикл на переднем колесе к выходу из ограды с обратной стороны, то есть к другой части забора, а он остался стоять около гаража. Что делал ФИО1 с мотоциклом, он не видел, но слышал, что ломаются деревья. Затем ФИО1 вернулся и снова зашел в гараж, откуда выкатил и тем же способом за ограду переместил еще один мотоцикл. После этого он (ЛБД) пошел в сторону своего дома и видел, что ФИО1 идет вслед за ним. Куда ФИО1 дел мотоциклы не видел и что с ними сделал, не знает.

Согласно показаниям ЖАБ и БАВ, оперуполномоченных ОМВД России по 

<

адрес>, в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий было установлено, что сотовый телефон, изъятый в ходе осмотра места происшествия по месту кражи у ГНН, принадлежал ЛБД. В ходе работы с ним и с ФИО1 давления на них не оказывалось, физическая сила не применялась. БАВ также пояснил, что была установлена личность девушки по имени Полина, с которой переписывался ЛБД (том №, л.д. №, №).

Из показаний несовершеннолетнего свидетеля И следует, что летом 2024 года она познакомилась с ЛБД, с которым стала переписываться в социальной сети «

<

данные изъяты>», иногда он звонил ей с разных номеров, говорил, что теряет телефоны. 

<

Дата> он написал ей сообщение «Это я Боря». В основном он отправлял ей голосовые сообщения, что объяснял тем, что плохо читает. Вечером 

<

Дата> она отправила ЛБД сообщение, которое он не прочитал, и больше они не переписывались. Через некоторое время он позвонил ей опять с незнакомого номера и похвастался, что залез в какой-то гараж и украл мотоциклы, там были камеры, которые он не заметил, и поэтому его ищет полиция (том №, л.д. №).

Согласно протоколам осмотров места происшествия от 

<

Дата> (том №, л.д. №, №) на деревянной двери гаража в домовладении № по 

<

адрес> отсутствует навесной замок и имеются следы взлома, зафиксированные путем фотографирования. Внутри гаража на кузове автомобиля обнаружена металлическая монтировка длиной 68 см, а перед входом в гараж в снегу сотовый телефон марки «

<

данные изъяты>» в корпусе серого цвета, которые были изъяты. Кроме того, путем фотофиксации в гараже изъят след от транспортного средства. В 100 метрах в западном направлении от данного домовладения вдоль ограждений на земле в присыпанном снегом состоянии обнаружен мотоцикл марки «

<

данные изъяты>», с двумя колесами. В 50 метрах южнее от домовладения под ветками обнаружен мопед марки «

<

данные изъяты>» без заднего колеса.

Из заключения дополнительной трасологической экспертизы № от 

<

Дата> (том №, л.д. №) следует, что следы взлома, зафиксированные в ходе осмотра места происшествия, оставлены металлическим ломом (монтажкой), изъятой в ходе осмотра места происшествия.

Согласно заключению дополнительной трасологической экспертизы № от 

<

Дата> след протектора шины колеса мотоцикла, зафиксированный в ходе осмотра места происшествия, мог быть оставлен как колесом мотоцикла марки «

<

данные изъяты>», как и любым другим колесом с одинаковыми размерными характеристиками и рельефным рисунком протектора шины (том №, л.д. №).

<

Дата> были осмотрены найденные на месте происшествия сотовый телефон и металлический лом (том №, л.д. №). При этом в ходе осмотра мобильного приложения «

<

данные изъяты>» была установлена переписка с пользователем «

<

данные изъяты>», которой владелец профиля слал голосовые сообщения, а 

<

Дата> отправил текстовое сообщение «Это я Боря». При повторном осмотре указанных предметов 

<

Дата> с участием ФИО1 последний подтвердил, что металлический лом похож на тот, которым он взламывал дверь гаража, а телефон принадлежит ЛБД (том №, л.д. №).

Как следует из представленной суду апелляционной инстанции справки ИП МНМ., стоимость заднего колеса на мотоцикл марки «

<

данные изъяты>» в 2024 году составляла 8700 рублей.

Таким образом, инкриминированный ФИО1 размер ущерба, причиненного его хищением, подлежит снижению на данную сумму.

Все указанные доказательства были получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, существенных противоречий не имеют и являются достаточными для признания ФИО1 виновным в совершении преступления при обстоятельствах, установленных судом апелляционной инстанции.

Поскольку имущество потерпевшей было изъято из места его хранения и ФИО1 получил реальную возможность им распорядиться в дальнейшем по своему усмотрению, то обстоятельство, что он не принял мер к его продаже, которую планировал изначально, не свидетельствует о неоконченном характере совершенного преступления.

Несмотря на сокращение судом апелляционной инстанции размера причиненного потерпевшей ГНН ущерба, исходя из ее показаний о своем материальном и семейном положении, не имеется никаких оснований подвергать сомнению тот факт, что хищение ее имущества стоимостью 158 800 рублей ей также причинило значительный ущерб, как и хищение имущества стоимостью 167 500 рублей, о чем у нее выяснялось изначально.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции квалифицирует действия ФИО1 по п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору с незаконным проникновением в хранилище и с причинением значительного ущерба гражданину.

При назначении наказания суд апелляционной инстанции в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности ФИО1, смягчающие наказание обстоятельства и отсутствие отягчающих, влияние назначенного наказания на его исправление.

ФИО1 совершил умышленное преступление средней тяжести против собственности, ранее не судим, своей семьи, детей и других лиц, находящихся на иждивении, не имеет, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, здоров, не трудоустроен, по месту жительства характеризуется удовлетворительно.

Смягчающими наказание обстоятельствами суд апелляционной инстанции признает на основании п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступления, а на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ признание ФИО1 вины и раскаяние в содеянном.

Учитывая фактические обстоятельства преступления и степень его общественной опасности, размер причиненного ущерба, суд апелляционной инстанции не находит оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения категории совершенного ФИО1 преступления на менее тяжкую.

Принимая во внимание все изложенные обстоятельства в совокупности, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы, поскольку менее строгий вид наказания обеспечить достижение целей наказания не сможет. Оснований для назначения подсудимому дополнительного наказания в виде ограничения свободы не усматривается.

Поскольку в его действиях установлено смягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, при назначении наказания применяются правила ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Вместе с тем, с учетом совокупности смягчающих наказание обстоятельств и отсутствия отягчающих, привлечения ФИО1 к уголовной ответственности впервые, суд апелляционной инстанции считает возможным его исправление без реального отбывания наказания, в связи с чем применяет ст. 73 УК РФ об условном осуждении.

Оценивая доводы апелляционного представления о подлежащих возложению в порядке ч. 5 ст. 74 УК РФ обязанностей на осужденного, суд апелляционной инстанции отмечает, что постановка условно осужденного на учет в уголовно-исполнительную инспекцию как таковая является лишь обязательным условием для контроля за его поведением и не может рассматриваться как некая самостоятельная обязанность, способствующая его исправлению. При этом исходя из Инструкции по организации исполнения наказаний и мер уголовно-правового характера без изоляции от общества, утвержденной Приказом Министерства юстиции РФ № 142 от 20 мая 2009 года, постановка осужденного на учет является обязанностью уголовно-исполнительной инспекции, а не осужденного.

Возложение на ФИО1 остальных предложенных прокурором обязанностей суд апелляционной инстанции считает обоснованным, направленным на постоянный контроль за его поведением и способствующим его исправлению.

В связи с уменьшением размера причиненного преступлением ущерба, а также признанием дополнительного смягчающего наказание обстоятельства, суд апелляционной инстанции, несмотря на осуждение ФИО1 настоящим приговором за преступление с квалифицирующим признаком, необоснованно исключенным судом первой инстанции, вопреки доводам представления не находит оснований для назначения ему наказания в большем размере, чем было назначено в отменяемом приговоре, тем более что совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору ФИО1 вину в суде первой инстанции признавал.

Разрешая судьбу вещественных доказательств: металлического лома как орудия преступления, принадлежащего ФИО1, похищенных мотоцикла и мопеда, оптического диска с фотографиями следов взлома гаража и мобильного телефона, принадлежащего ЛБД, суд апелляционной инстанции руководствуется положениями п.п. 1, 4, 5 и 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ соответственно и считает лом подлежащим уничтожению, возвращенное потерпевшей имущество – возможным к использованию и распоряжению, диск – подлежащим хранению при деле, а телефон – передаче ЛБД.

В силу ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ суд апелляционной инстанции лишен возможности принять иное решение о способе возмещения процессуальных издержек, связанных с участием защитника по назначению в суде первой инстанции, в связи с чем возмещает их также за счет средств федерального бюджета.

Поскольку апелляционный приговор вступает в законную силу с момента провозглашения, необходимости в дальнейшем сохранении ФИО1 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении не имеется, и она подлежит отмене.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.18, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПРИГОВОРИЛ:

Приговор 

<

данные изъяты> районного суда 

<

адрес> от 

<

Дата> в отношении ФИО1 отменить и постановить новый приговор.

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 2 (двух) лет лишения свободы.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание считать условным с испытательным сроком 1 год 6 (шесть) месяцев.

Возложить на ФИО1 в течение испытательного срока исполнение следующих обязанностей: являться один раз в месяц на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных, не менять место жительства (пребывания) и работы без уведомления указанного органа.

Вещественные доказательства:

- оптический диск – хранить при уголовном деле в течение всего его срока хранения;

- металлический лом, хранящийся в камере хранения вещественных доказательств ОМВД России по 

<

адрес> – уничтожить;

- мобильный телефон марки «

<

данные изъяты>» в корпусе серого цвета, хранящийся в камере хранения вещественных доказательств ОМВД России по 

<

адрес> – возвратить ЛБД 

<

Дата> года рождения, уроженцу 

<

адрес>, как законному владельцу;

- мотоцикл марки «

<

данные изъяты>» и мопед марки «

<

данные изъяты>» – разрешить потерпевшей ГНН. использовать и распоряжаться по своему усмотрению.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 отменить.

Апелляционное представление помощника прокурора 

<

адрес> Ешиева М.Б. удовлетворить частично.

Апелляционный приговор вступает в законную силу с момента его провозглашения, и может быть обжалован в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (

<

адрес>), через суд первой инстанции.

Кассационная жалоба может быть подана в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

Лицо, подавшее кассационную жалобу, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, о чем необходимо указать в этой жалобе.

В случае пропуска срока обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба на приговор подается непосредственно в суд кассационной инстанции.

Председательствующий: А.В. Жуков