Дело № 2-800/18

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

12 ноября 2018 года Рубцовский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Алонцевой О.А., 

при секретаре Хусаиновой А.Н.,

с участием прокурора Крупиной Ю.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к АО «Алтайвагон» в лице Рубцовского филиала о возмещении компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ответчику о возмещении компенсации морального вреда. В обоснование требований указал, что он являлся работником АО «Алтайвагон» с *** на основании трудового договора № . Истец повредил здоровье вследствие несчастного случая на производстве, произошедшего *** в период работы в АО «Алтайвагон» в должности обрубщика. После полученной травмы он был доставлен в здравпункт ответчика, а в последствие - в городскую больницу № 1 г. Рубцовска, где было установлено повреждение здоровья: 

<

данные изъяты>. По факту произошедшего на производстве несчастного случая, *** был составлен Акт № 6 о несчастном случае на производстве по форме Н-1. В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан, в частности: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых; обязанностей. Данные требования законодательства ответчиком выполнены не были. Согласно Акту № 6 от ***, причинами вызвавшими несчастный случай, являлись: недостаточный контроль за соблюдением требований безопасности; нарушены требования п. 5.18. должностной инструкции старшего мастера участка термической обработка литья и обрубки ЛЦ-1 АВ-Ид-90/2 5-0 9; недостаточная организация работ и рабочих мест в соответствии с правилами и нормами охраны труда; нарушены требования п. 5.13. должностной инструкции заместителя начальника цеха (по производству) ЛЦ- 1; несоблюдение требований охраны труда, выразившееся в нарушении требования п. 3.1.2 инструкции № 289 по охране труда для обрубщика отливок. В результате полученной травмы истец был нетрудоспособен длительное время. Согласно приказам Филиала № 7 Государственного учреждения - Алтайского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации, согласно заключению учреждения МСЭ № от ***, истцу установлено 

<

данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности, а также назначены ежемесячные страховые выплаты. После полученной травмы и по настоящее время, его рука практически не работает, пальцы не сжимаются. По своей прежней специальности (должности) работать он больше не смог и вынужден был уволиться, поскольку другой работы, которую истец мог бы выполнять в силу своего физического состояния, работодатель ему не предложил. До настоящего времени он не может никуда трудоустроиться, как из-за постоянных болей в руке, так и ограниченности её функций. Истец обратился к работодателю с заявлением о выплате компенсации морального вреда за травму, полученную на производстве, в размере 840 000 руб. в добровольном порядке. Согласно письму от 09.10.2017 исх. № 21/92 ответчик выразил желание заключить соглашение о возмещении морального вреда. 04.12.17 в адрес ответчика было выслано соглашение о возмещении морального вреда, однако до настоящего времени соглашение ответчиком не подписано, деньги истцом не получены. Просил взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда за травму, полученную на производстве, 840 000 руб. 

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2, действующий на основании нотариально удостоверенной доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика АО «Алтайвагон» ФИО3 в судебном заседании считала, что размер компенсации не обоснован, завышен и несоразмерен причиненному вреду, не соответствует требованиям разумности и справедливости. Указала, что *** ФИО1 был принят на работу в Литейный цех № 1 Рубцовского филиала ОАО «Алтайвагон» по профессии обрубщик, что подтверждается трудовым договором № от *** и приказом о приеме работника на работу № от *** действие трудового договора между ФИО1 и ОАО «Алтайвагон» было прекращено по инициативе работника в соответствии с п. 3 ч.1 ст. 77 ТК РФ, на основании приказа № от ***. В силу ст. 212 ТК РФ работодатель обязан обеспечить обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда. Порядок обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций утвержден Постановлением Минтруда России и Минобразования России от 13.01.2003 № 1/29. *** ФИО1 прошел вводный инструктаж по охране труда, что подтверждается личной подписью ФИО1 в журнале регистрации вводного инструктажа по охране труда от *** и личной карточке прохождения работником инструктажей, обучения, стажировки, проверки знаний требований охраны труда при поступлении (переводе) на работу, *** ФИО1 прошел инструктаж по пожарной безопасности, что подтверждается личной подписью ФИО1 в личной карточке. На период прохождения стажировки ФИО1 был закреплен за более опытным работником бригадиром ФИО4 ФИО4 в период с *** стажировал также обрубщика ФИО5, который с *** и по настоящее время работает обрубщиком в литейном цехе № 1, и за указанный период нарушений по охране труда и несчастных случаев на производстве с данным работником не было, что подтверждается справкой № б/н от *** начальника ОпРсП, справкой № б/н от 20.02.2018 начальника ООТиПК, личной карточкой ФИО5, распоряжением № от ***. *** ФИО1 работал во вторую смену (с 20.00-08.00 час.) выполнял сменное задание. *** в 7 часов 25 минут, выполнив сменное задание, ожидал контролера ОТК для предъявления деталей. В 7 часов 30 минут решил подготовить инструмент на следующую смену, заточить зубило марки 6919-4021 к пневмомолотку. Приступил к заточке зубила с боковой поверхности шлифовального круга, как видно с фото, сделанного в ходе объяснения с пострадавшего. Со слов пострадавшего заточку проводил и ранее и считает, что затачивает правильно. Согласно данных паспорта обдирочно-шлифовального станка, который предназначен для обдирки и зачистки литья в литейных цехах, а также по инструкции обслуживания станка п. 10 сказано, что категорически воспрещается работа на торцах круга. ФИО1 пренебрёг данными мерами безопасности, и при соприкосновении зубила с боковой поверхностью круга произошёл удар, зубило вырвало из рук, и по инерции кистью правой руки ФИО1 ударился о крутящийся шлифовальный круг, в результате чего произошла травма. ФИО1 отдёрнул руку, снял рукавицу и увидел кровь, пережал руку и отправился сообщить мастеру. Далее в сопровождении мастера ФИО6 и бригадира ФИО7 обратились в здравпункт, где ему была оказана первая медицинская помощь. После переоделся и на месте травмирования инспектору ООТиПК объяснил, как произошла травма. В сопровождении бригадира ФИО7 пострадавшего ФИО1 доставили в городскую больницу № 1. Согласно программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от 16 мая 2013 г. ФИО1 установлено «

<

данные изъяты>% утраты трудоспособности, и он может выполнять работу по профессии с незначительным снижением объема профессиональной деятельности (снижение нормы выработки на 1/3 часть прежней загрузки)». На сегодняшний день размер процента утраты трудоспособности не увеличился, что подтверждается судебно-медицинской экспертизой. Инвалидом ФИО1 не признан, может работать. За период с *** и по настоящее время ФИО1 в Рубцовский филиал АО «Алтайвагон» по поводу трудоустройства не обращался. Просила снизить размер компенсации морального вреда за травму, полученную на производстве, до 50000 рублей, учитывая, что грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению вреда. 

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствии неявившихся лиц.

Выслушав участников процесса, заслушав заключение прокурора, исследовав и оценив представленные доказательства по делу, суд находит исковые требования истца подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организациях возлагаются на работодателя, который должен принять все необходимые меры по сохранению жизни и здоровья своих работников. Для этого работодатель, в частности, обязан организовать контроль за состоянием условий труда на рабочих местах; обеспечить соответствующим требованиям охраны труда условия труда; не допускать к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда.

В силу ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации на работодателе лежит обязанность возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено возмещение работнику морального вреда, причиненного неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Судом установлено, что ФИО1 был принят на работу с *** в Литейный цех № 1 Участок термической обработки литья и обрубки на должность обрубщика 1 разряда, рабочим в Рубцовский филиал ОАО «Алтайвагон», расположенный в г..., что подтверждается приказом № от ***

Из представленного акта № 6 формы Н-1 о несчастном случае на производстве от *** установлено, что *** года обрубщик литейного цеха № 1 ФИО1 вышел на работу во вторую смену (с 20.00 – 08.00 час.). *** в 7 час. 25 мин., выполнив сменное задание, ожидал контролера ОТК для предъявления деталей. В 7 час. 30 мин. решил подготовить инструмент на следующую смену, заточить зубило марки 6919 – 4021 к пневмомолотку. Приступил к заточке зубила с боковой поверхности шлифовального круга как видно с фото, сделанного в ходе объяснения пострадавшего. Со слов пострадавшего заточку проводи и ранее и считает, что затачивает правильно. Согласно данных паспорта обдирочно-шлифовального станка ЗМ636 инв.№4506, который предназначен для обдирки и зачистки литья в литейных цехах, а также по инструкции обслуживания станка п.10. сказано, что категорически воспрещается работа на торцах круга. ФИО1 пренебрег данными мерами безопасности и при соприкосновении зубила с боковой поверхностью круга произошел удар, зубило вырвало из рук, и по инерции, кистью правой руки Орановский ударился о крутящийся шлифовальный круг, в результате чего произошла травма. ФИО1 отдернул руку, снял рукавицу и увидел кровь, пережал руку и отправился сообщить мастеру. Далее в сопровождении мастера ФИО6 и бригадира ФИО7 обратились в здравпункт, где ему была оказана первая медицинская помощь. После переоделся и на месте травмирования объяснил инспектору ООТиПК, как произошла травма. В сопровождении бригадира ФИО7 пострадавшего ФИО1 доставили в городскую больницу № 1.

Причиной несчастного случая установлен недостаточный контроль за соблюдением требований безопасности; нарушение требований п. 5.18. должностной инструкции старшего мастера участка термической обработки литья и обрубщика ЛЦ-1 АВ-Ид-90/25-09; недостаточная организация работ и рабочих мест в соответствии с правилами и нормами охраны труда; нарушение требований п.5.13. должностной инструкции заместителя начальника цеха (по производству) ЛЦ-1; несоблюдение требований охраны труда, выразившееся в нарушении требований п. 3.1.2. инструкции № 289 по охране труда для обрубщика отливок.

Согласно данному акту лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны: ФИО8 – старший мастер участка ЛЦ-1, которая нарушила п. 5.18 должностной инструкции старшего мастера участка термической обработки литья и обрубки ЛЦ-1 АВ-ИД-90/25-09; ФИО9 – заместитель начальника цеха по производству, который нарушил п.5.13. должностной инструкции заместителя начальника цеха (по производству) ЛЦ-1 АВ-Ид-90/25-02; ФИО1 – обрубщик ЛЦ-1, который нарушил п.3.1.2 инструкции № 289 по охране труда для обрубщика отливок, что явилось грубым нарушением требований охраны труда и правил технической безопасности пострадавшим и установлена степень его вины 10% (постановление № от ***).Согласно протоколу заседания комиссии по расследованию несчастного случая на производстве, произошедшего ***, с обрубщиком литейного цеха № 1 РФ ОАО «Алтайвагон» ФИО1 № 1 от ***, установлено, что несчастный случай с обрубщиком ФИО1 произошел в результате нарушения правил охраны труда и техники безопасности пострадавшим, выразившейся в совершении действий, характерных для лица, пренебрегающего правилами по охране труда и техники безопасности. Установлена (предварительно) степень вины пострадавшего ФИО1 в происшедшем несчастном случае 10%.

На основании постановления (решение) комиссии о степени вины обрубщика литейного цеха № 1 ФИО1 пострадавшего в результате несчастного случая на производстве *** № от ***, на основании материалов расследования и выводов комиссии о наличии в действиях пострадавшего ФИО1 нарушения охраны труда и техники безопасности при работе на наждаках, с учетом заключения профсоюзного комитета ОАО «Алтайвагон» (постановление от ***., протокол № ) о степени вины пострадавшего ФИО1 в происшедшем несчастном случае, комиссии по расследованию несчастного случая, используя право, предоставленное ст. 229 ТК РФ и п. 27 Положения, устанавливила степень вины пострадавшего ФИО1 в происшедшем несчастном случае 10%.

Согласно медицинскому заключению КГБУЗ «Городская больница № 1, г. Рубцовск» ФИО1 поступил в травматологическое отделение *** в 09.20 часов с диагнозом: 

<

данные изъяты>. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, указанное повреждение относится к категории «легкая».

Определением суда от 19.04.2018 по ходатайству истца судом была назначена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению № 201-ПЛ/2018 от 18.10.2018 КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы», экспертами установлено, что по представленным медицинским документам и материалам гражданского дела, *** ФИО1 была причинена травма 

<

данные изъяты>. Эта травма образовалась в результате воздействия твердого тупого предмета, возможно при попадании пальцев правой кисти ФИО1 на шлифовальный круг обдирочно-шлифованного станка, как указано в материалах дела.

При прохождении ФИО1 медико-социальной экспертизы *** ему была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты>%, в связи с несчастным случаем на производстве от ***.

В настоящее время, у истца имеются сформированные ампутационные культи правой кисти: 

<

данные изъяты>

Данные последствия травмы правой кисти у ФИО1 привели к стойкой утрате общей трудоспособности в размере 

<

данные изъяты>% (п.97-б, 10-б, 100-а «Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействия внешних причин», являющейся приложением к «Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденным Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 194н от 24.04.2018).

Полученная истцом травма 

<

данные изъяты> причинила средней тяжести вред здоровью, по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности менее чем на одну треть (п.4-б «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Постановлением Правительства РФ № 522 от 17.08.2007).

Исходя из материалов дела, учитывая заключение экспертов, суд считает доказанным, что ФИО1 претерпел физические страдания, выразившиеся в том, что он испытывал сильные болевые ощущения, в связи с имеющимся повреждением. Это подтверждается и пояснениями истца и его представителя, согласно которым после травмы ФИО1 претерпевал физическую боль в связи с ампутацией части пальцев правой кисти и нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях за здоровье, за возможные последствия полученной травмы.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

Согласно ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага – это жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 в пункте 4 Постановления «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (с последующими дополнениями и изменениями) разъяснил, что объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты.

Моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях, в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. (пункт 2 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации). Перечень нравственных страданий, являющихся основанием для реализации права на компенсацию морального вреда, не является исчерпывающим.

В соответствии с п. 2 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права.

По смыслу положений ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 219, 220, 212 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что истец ФИО1 вследствие полученной травмы, несомненно испытал физическую боль и нравственные страдания. Полученная истцом травма конечности в виде травматической ампутации фаланг 2 – 4 го пальцев кисти причинила средний тяжести вред здоровью, по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности менее чем на одну треть.

Как следует из имеющейся в материалах дела программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания выданного ФКУ «Главное бюро медико-Социальной экспертизы по Алтайскому краю» филиал Бюро № 24, ФИО1 установлено 

<

данные изъяты>% утраты трудоспособности, и он может выполнять работу по профессии с незначительным снижением объема профессиональной деятельности (снижение нормы выработки на 1/3 часть прежней нагрузки).

Оценивая доводы истца о том, что после полученной травмы он не может работать по прежней специальности, иной работы, которую бы он мог выполнять, работодатель ему не предоставил, и до настоящего времени он не может трудоустроиться, суд находит их необоснованными по следующим причинам.

Как пояснил истец в судебном заседании, по профессии он авто-слесарь, и из-за травмы не может работать по данной профессии.

Вместе с тем, до получения травмы истец также работал не по профессии, - обрубщиком в АО «Алтайвагон». 

Как следует из справки АО «Алтайвагон» от *** гг. в АО «Алтайвагон» имелось многочисленное количество вакансий, в том числе много вакансий по должности «обрубщик», однако ФИО1 в АО «Алтайвагон» по вопросу трудоустройства за указанный период не обращался, что не отрицалось истцом.

При этом, как указал истец в судебном заседании, в настоящее время он работает. 

Таким образом, на основании всех данных в совокупности, учитывая степень перенесенных истцом нравственных и физических страданий в результате полученной травмы, причинившей вред здоровью средней степени тяжести, с учетом разумности и справедливости, степени вины самого истца в произошедшем (10%), а также длительности не обращения истца в суд за компенсацией морального вреда (более 5 лет), полагает необходимым определить компенсацию морального вреда в размере 60 000 рублей, считая указанную сумму соразмерной степени перенесенных истцом физических и нравственных страданий, находя заявленную истцом сумму компенсации морального вреда в размере 840 000 рублей, с учетом всех обстоятельств дела, завышенной. 

Часть 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в местный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В данном случае с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 рублей в доход бюджета муниципального образования «Город Рубцовск» Алтайского края.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Алтайвагон» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 60 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с АО «Алтайвагон»» государственную пошлину в размере 300 рублей 00 копеек в доход муниципального образования «Город Рубцовск» Алтайского края.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Рубцовский городской суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Председательствующий судья О.А. Алонцева