Решение

 в окончательной форме

принято 20 марта 2025 года 

№

РЕШЕНИЕ 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 марта 2025 года Полевской городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Суетиной О.В., с участием представителей истца (ответчика по встречному иску) ФИО1, действующего по доверенности № от 07.07.2020, адвоката Касаткиной Н.Н., действующей по ордеру 014932 от 28.05.2024, представителя ответчика ФИО2 и ФИО3 – ФИО4, действующей по доверенности № от 28.04.2023, № от 10.11.2022 и № от 04.10.2022, представителя третьего лица (ответчика по встречному иску) ФИО5 – адвоката Исмаиловой Я.Р., действующей по доверенности № от 13.09.2024, при ведении протокола и аудио протокола секретарем Яковлевой Л.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2 – 15\2025 по исковому заявлению ФИО6 к ФИО3, ФИО2 о признании договора купли – продажи недвижимого имущества недействительным, применении последствий недействительности сделки, встречному исковому заявлению ФИО3 к ФИО6, ФИО2, ФИО5 о признании соглашения о погашении долга третьим лицом, расписку к соглашению о погашении долга третьим лицом, недействительными,

у с т а н о в и л:

ФИО6 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО3, ФИО2 о признании договора купли – продажи недвижимого имущества недействительным, применении последствий недействительности сделки. Мотивировала требования тем, что является собственником земельного участка, расположенного по адресу: 

<

. . .>, с кадастровым номером №, который граничит с земельным участком с кадастровым номером №. Оба земельных участка были образованы как единый комплекс для семейного отдыха семьи ФИО6 До 23.03.2023 право собственности на земельный участок с кадастровым номером № было зарегистрировано за ФИО3, являющейся близкой родственницей истца. На семейном совете было принято решение зарегистрировать земельный участок на ФИО3, при наличии от ее имени доверенностей на распоряжение спорным имуществом. ФИО3 не могла самостоятельно распоряжаться спорным имуществом, так как твердо понимала, что все объекты недвижимости были возведены на средства семьи ФИО6 Земельный участок с кадастровым номером № создан как вспомогательный к земельному участку с кадастровым номером № на котором расположена постройка – барбекю, произведено озеленение многолетними деревьями, размещены мощеные дорожки, ведущие к водоему. Все работы по благоустройству оплачены ФИО6 Истец и ее семья, в состав которой входила ФИО3, открыто, как своим собственным имуществом, владели барбекю, фонтаном и земельным участком с кадастровым номером № и данные объекты были созданы для семейного отдыха и являлись родовым домом. Жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

. . .>, также были построены на средства семьи ФИО6 По решению Полевского городского суда от 27.04.2018 по гражданскому делу № – 161\2018 с ФИО3 в пользу ФИО5 взыскан долг по договору подряда от 14.03.2007 в размере 9 075 059,43 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 06.06.2008 по 22.05.2017 в размере 7 093 474,88 рублей, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 60 000 рублей, взысканы проценты в порядке ст. 395 ГК РФ по день фактической уплаты долга. 13.08.2019 ФИО3 перенесла инсульт, полностью прекратила общение с семьей ФИО6 Денежных средств для погашения задолженности у ответчика ФИО3 не имелось. До заболевания, ФИО3 было достоверно известно, что ее долги будут возмещаться за счет средств, принадлежащих ФИО6 15.10.2019 ФИО6 и ФИО5 заключили соглашение о погашении долга третьим лицом, на основании которого, долг ФИО3 по решению Полевского городского суда от 27.04.2018 по гражданскому делу №2 – 161\2018 был полностью возмещен ФИО6, так как была длительная просрочка исполнения денежного обязательства и реальная опасность утратить право на спорное имущество в случае принудительного обращения взыскания на имущество, зарегистрированное на ФИО3 23 марта 2023 года ФИО7 на основании договора купли – продажи недвижимого имущества продала, а ФИО2 купил в собственность недвижимое имущество: жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

. . .>; фонтан; хозяйственную постройку – барбекю; земельный участок с кадастровым номером №. Пунктом 2 договора определена общая цена объектов недвижимости в размере 5 045 000 рублей. Из пункта 5 Договора следует, что продавец гарантирует, что на момент подписания Договора является полноправным и законным собственником объектов недвижимости, указанные объекты не отчуждены, не заложены, в споре и под арестом не состоят, не обременены правами третьих лиц, право собственности продавца никем не оспаривается. Подписывая договор, продавец заявляет, что в отношении него отсутствуют признаки банкротства, он не соответствует таким признакам, в отношении него не возбуждено и не планируется возбуждение дела о банкротстве. Принимая во внимание, что на момент заключения сделки у ФИО3 существовал долг в размере 16 168 594,31 рублей, то сведения, указанные в пункте 5 Договора являются недостоверными. ФИО3 заключила договор купли – продажи недвижимого имущества при наличии признаков банкротства, имея непогашенную задолженность по судебному решению от 27.04.2018 более трех месяцев с даты, когда должны быть исполнены требования и сумма долга более 500 000 рублей. Кроме того, сомнительным является пункт 10 Договора, которым предусмотрено, что стороны заявили, что они не лишены дееспособности, не страдают заболеваниями, препятствующими понимать существо подписываемого ими договора, а также об отсутствии обстоятельств, вынуждающих их совершать данную сделку на крайне невыгодных для себя условиях. ФИО3 заключила договор купли – продажи недвижимого имущества после перенесенного заболевания – инсульта и возможно не могла в полной мере понимать существо подписываемого договора, либо при наличии обстоятельств, вынуждающих ее совершить данную сделку. ФИО3, скрыв от ФИО6 заключение сделки по спорному имуществу, заключила с ФИО2 договор купли – продажи недвижимого имущества от 23.03.2023, что привело к утрате имущества и причинило вред ФИО6 в виде материального ущерба на сумму 16 168 594,31 рублей. Истец просила признать договор купли – продажи недвижимого имущества от 23.03.2023, заключенный между ФИО3 и ФИО2 недействительным, применить последствия недействительности сделки.

Протокольным определением Полевского городского суда от 28.05.2024 (т.1 л.д.106 – 108), к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО5.

ФИО3 обратилась в суд со встречным иском к ФИО6, ФИО2 о признании соглашения о погашении долга третьим лицом, расписку к соглашению о погашении долга третьим лицом, недействительными. Мотивировала требования тем, что заключенное между ФИО6 и ФИО5 соглашение о погашение долга третьим лицом и расписка являются недействительными, поскольку: данные документы имеют признаки составления «задним числом», так как о существовании соглашения и расписки до предъявления иска не было известно, никто и никогда не упоминал, отсутствует уведомление от ФИО6 в адрес ФИО3 о данной сделке, несмотря на то, что исходя из содержания соглашения и расписки ФИО3 является должником. ФИО6 никогда не обсуждала с ФИО3 вопросы о погашении каких – либо ее задолженностей, не обсуждался вопрос о заключении какого – либо соглашения с ФИО5, вопрос о погашении какой – либо задолженности. О данном соглашении ФИО3 не уведомлялась, как и о каких – либо расчетах. В самом соглашении указано, что оно составлено в двух экземплярах, по одному для ФИО6 и ФИО5, что также подтверждает тот факт, что ФИО3 оно не вручалось – для нее не был изготовлен экземпляр. У ФИО6 не имелось финансовой возможности осуществить подобные расчеты тем более наличными денежными средствами, доказательств обратного, не представлено. Считает, что расписка была составлена без фактической передачи денежных средств, при этом, если действие договора не подтверждено, то он считается недействительным как сфальсифицированный документ, который нарушает требования закона. Судебные процессы с участием ФИО6 и ФИО3 идут с лета 2023 года и данное соглашение было предъявлено только в феврале 2024 года, что косвенно подтверждает тот факт, что оно было составлено накануне обращения в суд с заведомо противозаконной целью – оспорить сделку по продаже недвижимости и пытаться завладеть имуществом, которое ранее принадлежало ФИО3 Таким образом, ФИО3 считает, что данная сделка фактически не исполнялась, денежные средства фактически не передавались, были только оформлены документы, причем «задним числом». Оспариваемое соглашение о погашении долга третьим лицом и расписка нарушают права, охраняемые законом интересы ФИО3, так как являются попыткой обойти установленные действующим законодательством сроки, упущенные ФИО5, а именно - срока на принудительное исполнение решения суда. ФИО3 просила признать соглашение о погашении долга третьим лицом от 15.10.2019, заключенное между ФИО6 и ФИО5, а также расписку к соглашению о погашении долга третьим лицом от 17.08.2021, подписанную между ФИО6 и ФИО5, недействительными.

Протокольным определением Полевского городского суда Свердловской области от 26.08.2024 (т.1 л.д.237 – 238), к участию в деле в качестве соответчика по встречному иску привлечен ФИО5.

В судебном заседании 06.02.2025 принято заявление ФИО6 (т.2 л.д. 69 – 74), согласно которому истец (ответчик по встречному иску) ФИО6 изменила основания иска, указав, что при рассмотрении гражданского дела были установлены новые обстоятельства, а именно данные о материальном положении ФИО2 в момент совершения оспоримой сделки; получение заключения судебно – психиатрической экспертизы по состоянию здоровья ФИО3; требования встречного иска; наличие возбужденного производства о признании ФИО3 банкротом. В соответствии с ч.2 ст. 166 ГПК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. На основании ч. 2 с.166 ГК РФ ФИО6 просила признать договор купли – продажи недвижимого имущества недействительным, применить последствия недействительности сделки.

В судебное заседание истец (ответчик по встречному иску) ФИО6, третье лицо (ответчик по встречному иску) ФИО5, ответчик ФИО2 не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причинах не явки суд не уведомили.

Представители ФИО6 – ФИО1 и адвокат Касаткина Н.Н. в судебном заседании исковые требования ФИО6 с учетом изменения оснований иска поддержали в полном объеме, встречные исковые требования не признали. Адвокат Касаткина Н.Н. суду показала, что считает сделку купли – продажи не действительной, поскольку она нарушает права и охраняемые законом интересы ФИО6 Соглашение, заключенное между третьим лицом ФИО6 и кредитором ФИО5 о погашении долга за ФИО3 соответствует закону, поскольку ФИО3 задолженность по решению суда ФИО5 не платила. Поскольку все работы на земельных участках ФИО6 и ФИО3 проводились ее отцом ФИО1, то ФИО6 считает, что она имеет право приобрести участок ФИО3 в свою собственность. Чтобы не потерять имущество ФИО3 в виде земельного участка, она обратилась к ФИО5 с погашением долга за ФИО3 ФИО5 получал деньги за сдачу в аренду помещений ФИО6 по выданной ею доверенности, таким образом гасилась задолженность по соглашению от 15.10.2019, задолженность также гасилась стройматериалами. Поскольку прошло много времени, а также все было на устной договоренности, то подтверждающих данный факт документов, не имеется. До марта 2023 года ФИО6 и ФИО3, а также члены их семей, продолжали пользоваться участками истца и ответчика, как одним общим участком. Продажа ФИО3 земельного участка № и установление забора новым собственником ФИО2 привели к утрате эстетического вида земельных участков, порче земли, невозможности пользоваться неотделимыми улучшениями, которые были созданы ФИО1, размер затрат, которого в 2005 году составлял более 1 миллиона рублей. Уведомление ФИО3 в адрес ФИО6 о продаже земельного участка и предоставлении преимущественного права его покупки не привело бы к нарушению прав ФИО6 Доводы ответчиков ФИО2 и ФИО3 о том, что соглашение и расписка имеют признаки подложности, являются несостоятельными и не подтверждены доказательствами по делу. Соглашение и расписка не содержат сведений о завышенном долге, чем установлено решением по гражданскому делу о взыскании задолженности в интересах ФИО5 Кроме того, объекты недвижимости проданы ФИО3 ФИО8 по цене ниже кадастровой стоимости объектов. Согласно выписке по счету ФИО3, ФИО3 были оплачены через банк 1 700 000 рублей, остальные деньги были переданы наличными денежными средствами. Факт передачи наличных денежных средств ставится под сомнение, поскольку доказательства наличия такой суммы у покупателя, не представлены. Цена сделки превышает материальное положение ФИО2 Через несколько месяцев ФИО2 выставляется объект на продажу за 9 000 000 рублей, а на процедуре медиации ФИО2 было предложено выкупить земельный участок за 15 000 000 рублей, что свидетельствует о злоупотреблении правом ФИО2 Из пояснений ФИО3 в заключении комиссии экспертов, следует, что ФИО3 осознавала неправомерность действий, возместить долг у нее намерений не было, денежных средств ФИО3 в эти спорные объекты не вкладывала. Договор купли – продажи от 23.03.2023 является результатом сговора между ФИО3 и ФИО2 с участием сына ФИО3 и является притворной сделкой, чтобы после нее совершить иную сделку на иных условиях с новыми покупателями и по более высокой цене с использованием риэлтерских услуг. ФИО3 продала объекты недвижимости, имея все признаки банкротства при имеющейся задолженности по судебному решению более 16 млн. рублей, после продажи недвижимости злостно уклонилась от ее погашения. Кроме того, ФИО3 совершила сделку после перенесенных инфаркта и 2 – х инсультов, принимающая лекарственные препараты, оказывающие действие на мышление, интеллект и восприятие. Также ФИО3 выдана доверенность ФИО4 на продажу объектов недвижимого имущества за цену и на условиях по своему усмотрению, которая осуществляет представление интересов по делу покупателя ФИО2 Для истца ФИО6 договор купли – продажи недвижимого имущества влечет нарушение прав и законных интересов в пользовании своим имуществом – земельным участком № и объектами недвижимости на нем в том состоянии, в котором оно находилось до отчуждения земельного участка № наступление неблагоприятных последствий в виде лишения имущества, которое было создано на земельном участке № ее отцом ФИО1 Заключив соглашение у ФИО6 возникло право требования к ФИО3

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом. Ранее предоставляла отзыв на исковое заявление ФИО6, в котором просила в удовлетворении иска отказать (т. 1л.д. 183 – 185). Мотивируя тем, что ею принято решение о продаже недвижимости, поскольку у нее отпала необходимость в этом имуществе и появилось желание помочь материально детям. Действия ФИО6 считает недобросовестными и противоречащими действующему законодательству, в связи со следующим: о наличии каких – либо соглашений между истцом и ФИО5 она не знала, не одобряла их. Ни ФИО6, ни ФИО9 не обсуждали с ней вопрос задолженности по делу № 2 – 161\2018. Она не давала поручений ФИО6 на заключение соглашения, оплату каких – либо задолженностей. ФИО6 на сегодняшний день не предъявила требования о взыскании с нее суммы, которую она якобы оплатила ФИО5, не обратилась с заявлением о правопреемстве в рамках дела №2 – 161\2018. Таким образом, каких – либо обязательство перед ФИО6 у нее не имелось и не имеется. Следовательно, ФИО6 не является заинтересованным лицом и не имеет право оспаривать сделку. Доводы искового заявления являются надуманными, ничем не подтверждены, в частности доводы о том, что все работы по благоустройству участка № оплачены ФИО6, что дом по адресу: 

<

. . .>, был построен на средства семьи ФИО6 Доводы о том, что с августа 2019 года после перенесенного инсульта, она перестала общаться с родственниками, в том числе с истцом и ее представителем ФИО1, также не соответствуют действительности. Они продолжали общаться, в том числе по телефонной связи, разлад произошел в конце 2022 года. Следовательно, у истца имелась возможность сообщить ей о заключении некоего соглашения, если бы оно было заключено той датой, которая в нем указана. Также имелась возможность направить уведомление, копию соглашения по почте, чего также не было сделано. Указанные обстоятельства дают основания полагать, что представленное ФИО6 соглашение сфальсифицировано, сделано «задним числом» с целью оспаривания сделки и последующего захвата, принадлежавшего ей ранее имущества, а также причинения ей материального ущерба – так как при признании сделки недействительной, она должна будет осуществить возврат ФИО2 полученных от него денежных средств. ФИО6 не имеет право оспаривать данную сделку, так как не является ее стороной, не имеет заинтересованности. На момент, когда ФИО6 якобы произвела оплату ФИО5, у ФИО5 истек срок на принудительное исполнение решения по делу № 2 – 161\2018, соответственно, он утратил право требовать исполнения данного решения, в том числе за счет принадлежащего ей имущества. У ФИО6 никогда не возникали какие - либо права на ее имущество, соответственно, у ФИО6 отсутствовала опасность утраты какого – либо права на имущество должника. Тот факт, что она позволяла ФИО6, а также другим членам семьи, пользоваться своим имуществом (а именно земельным участком №) не говорит о наличии у ФИО6 каких – либо прав на данное имущество. У ФИО6 отсутствовала чем – либо обоснованная необходимость в передаче денежных средств ФИО5, тем более с указанием на то, что они передаются за нее.

Представитель ответчиков ФИО2 и ФИО3 – ФИО4 в судебном заседании исковые требования ФИО6 не признала, встречный иск ФИО3 поддержала в полном объеме. Суду показала, что ФИО5 утратил право требования по исполнению решения, так как решение по делу № вступило в законную силу, срок предъявления исполнительного листа к исполнению истек, исполнительный лист взыскателем не запрашивался. Из содержания расписки следует, что деньги именно в этот день были переданы и правоотношения ФИО5 и ФИО6 затрагивают только их и ФИО3 не касаются. Ранее данное соглашение между сторонами не фигурировало. ФИО3 о погашении задолженности была не уведомлена и данные действия не одобряла. То факт, что ФИО3 позволяла использовать земельный участок, не значит, что были права ФИО6 на участок. Представленные документы о строительстве не относятся к делу, поскольку доказательств того, что стройматериалы доставлялись по адресу Красная горка, не имеется. ФИО1 занимался строительством и куда он приобретал эти материалы, не понятно. Полагает, что так как ФИО5 был пропущен срок на предъявление исполнительного документа к исполнению, то ФИО6 права не могли быть переданы. Представитель ФИО6 приобщила к материалам дела определение о принятии Арбитражным судом к рассмотрению заявления ФИО5 о признании ФИО3 банкротом, однако в настоящем деле ФИО5 указывает, что он денежные средства получил и претензий не имеет, но при этом он подает заявление о признании ФИО10 банкротом. Правовая позиция ФИО6 и ФИО5 меняется. Требование о взыскании денежных средств с ФИО3 не может быть исполнено принудительно, поскольку истек срок. ФИО6 не представлены доказательства возможности расчета с ФИО5 Также меняется позиция осуществления расчетов между ФИО6 и ФИО5 сначала поясняли, что наличными денежными средствами, потом взаимозачёты, потом арендная плата. При этом документации не предоставили, доверенность ФИО6 выдана не на ФИО5, а на организацию. Наличие имущества ФИО6 не свидетельствует о том, что у нее были средства, чтобы рассчитаться с ФИО5, 16 000 000 рублей сумма существенная. Ранее соглашение и расписка нигде не фигурировали. ФИО3 никто никогда не уведомлял. ФИО6, по сей день не подавала заявление о процессуальном правопреемств, не заявила самостоятельных требований, что косвенно подтверждается, что этого требования не существует. Соглашение и расписка нарушают права ФИО3 и могут повлечь неблагоприятные для нее последствия. 

Представитель третьего лица (ответчика по встречному иску) ФИО5 – адвокат Исмаилова Я.Р. исковые требования ФИО6 поддержала, встречный иск ФИО3 не признала. Суду показала, что земельные участки ФИО6 и ФИО3 были как один земельный участок. На участок к ФИО3 можно было пройти только через участок ФИО6 При этом ФИО3 не предлагает выкупить земельный участок ФИО6 В договоре продавцом и покупателем выступал один и тот же представитель. Считает, что ФИО3 действовала не законно и не добросовестно. Оснований для удовлетворения встречного иска не имеется, статья 313 ГК РФ предусматривает два случая, когда возможно возложение обязанности за должника на третье лицо - это либо просрочка исполнения денежного обязательства, либо если подвергается опасности утратить свое право на имущество должника. В данном случае подходит 2 основания. Была длительная просрочка неисполнения обязательств ФИО3 и имелась опасность, что может быть взыскание на имущество ФИО3 и она бы утратила право пользования участком. Уведомление ФИО3 не предусмотрено. ФИО3 не имеет право оспаривать соглашение. Факт заключения соглашения подтвержден. Выплата долга была взаимозачетом. Права ФИО3 не нарушены. Заявление в арбитражный суд о признании ФИО3 банкротом было подано лично ФИО5, из – за боязни того, что суд может не принять заявление ФИО6 После подачи заявления ФИО5, было подано заявление о замене кредитора. В судебном заседании арбитражного суда, ею, как представителем ФИО5 был подтвержден факт того, что долг ФИО3 был выплачен ФИО6

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что с 04.12.2018 собственником земельного участка, расположенного по адресу: 

<

. . .> (кадастровый №), является ФИО6, что подтверждается копией выписки из ЕГРН от 05.07.2024 (т.1 л.д. 16 - 19).

Решением Полевского городского суда Свердловской области от 27.04.2018 (т. 1 л.д. 20 22) вступившим в законную силу по иску ФИО5 к ФИО3 о взыскании долга по договору, процентов за пользование чужими денежными средствами, исковые требования ФИО5 удовлетворены. Взыскан с ФИО3 в пользу ФИО5 долг по договору подряда от 14 марта 2007 № 19П/-017 года в размере 9 075 059,43 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 06 июня 2008 года по 22 мая 2017 года в размере 7 093 474,88 рублей, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 60 000 рублей. Взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами с 23 мая 2017 года по день фактической уплаты долга, начисляя их на сумму 9 075 059,43 рублей в порядке, предусмотренном ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

15.10.2019 между ФИО6 (третье лицо) и ФИО5 (кредитор) заключено соглашение о погашении долга третьим лицом (т. 1 л.д. 23 – 25), согласно которому кредитор обязуется принять исполнение от третьего лица за ФИО3 по решению Полевского городского суда от 27.04.2018 по гражданскому делу № 2 – 161\2018, которым в пользу кредитора с должника ФИО3 взысканы долг по договору подряда от 14 марта 2007 № 19П/-017 года в размере 9 075 059,43 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 06 июня 2008 года по 22 мая 2017 года в размере 7 093 474,88 рублей, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 60 000 рублей, а третье лицо выполнить требования Кредитора по уплате долга на основании вышеуказанного решения суда в общей сумме 16 168 594,31 рублей.

Долг уплачивается частями. Сроки перечисления денежных средств определяются сторонами по предварительной договоренности. Окончательный срок погашения долга не может превышать двух лет со дня подписания настоящего Соглашения (п. 2.2 Соглашения).

Кредитор и третье лицо пришли к соглашению о том, что третье лицо, оплатившее указанный в п.1.1 настоящего Соглашения долг в размере 16 168 594,21 рубля в полном объеме за должника ФИО3, кредитор претензий по исполнению решения Полевского городского суда Свердловской области от 27 апреля 2018 года по гражданскому делу № 2 – 161\2018, а также по договору подряда от 14 марта 2007 года к ФИО3 не имеет, о чем составляется расписка между Кредитором и третьим лицом (п. 2.3 Договора).

17.08.2021 между ФИО5 и ФИО6 составлена расписка к соглашению о погашении долга третьим лицом от 15.10.2019 (т. 1 л.д. 26), согласно которой ФИО5 получил от ФИО6 в счет возмещения долга по решению Полевского городского суда от 27 апреля 2018 года по гражданскому делу № 2 – 161\2018, которым в его пользу с должника ФИО3 взысканы долг по договору подряда от 14 марта 2007 № 19П/-017 года в размере 9 075 059,43 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 06 июня 2008 года по 22 мая 2017 года в размере 7 093 474,88 рублей, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 60 000 рублей, а в общей сумме 16 168 594,31 рублей в полном объеме. Претензий к ФИО6 и ФИО3 не имеет.

23.03.2023 на основании договора купли – продажи ФИО3 произвела отчуждение недвижимого имущества: жилого дома, с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

. . .>; земельных участков с кадастровыми номерами №; сооружения фонтан и хозяйственной постройки барбекю ФИО2 (т. 1 л.д. 13 – 15), переход права собственности зарегистрирован в ЕГРН 11.04.2023 (т. 1 л.д. 44 – 63).

Согласно пункту 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Как разъяснено в абз. 2 п. 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что за исключением случаев, предусмотренных п. 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2).

Если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 постановления Пленума N 25).

Согласно пункту 1 статьи 171 Гражданского кодекса Российской Федерации ничтожна сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства.

Как следует из материалов дела, право собственности ФИО3 на жилой дом, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

. . .> и земельный участок с кадастровым номером № было зарегистрировано 21.08.2013; право собственности на земельный участок с кадастровым номером № было зарегистрировано 17.09.2013; право собственности на сооружение фонтан и хозяйственную постройку барбекю зарегистрировано 27.02.2015 (т. 1 л.д. 66 – 69).

Сделки, на основании которых возникло право собственности ФИО3 на вышеуказанные объекты, не были признаны недействительными. 

Спорные объекты никогда не находились ни в собственности ФИО6, ни в собственности ФИО1 

Отец ФИО6 – ФИО1 также не оспаривал право собственности ФИО3 на спорные объекты недвижимости, соответственно доводы ФИО6 о том, что спорные объекты построены за счет средств ФИО1, а не ФИО3, не доказаны.

Как следует из положений пунктов 1, 2 статьи 250 Гражданского кодекса Российской Федерации при продаже доли в праве общей собственности постороннему лицу остальные участники долевой собственности имеют преимущественное право покупки продаваемой доли по цене, за которую она продается, и на прочих равных условиях, кроме случая продажи с публичных торгов, а также случаев продажи доли в праве общей собственности на земельный участок собственником части расположенного на таком земельном участке здания или сооружения либо собственником помещения в указанных здании или сооружении (пункт 1).

Продавец доли обязан известить в письменной форме остальных участников долевой собственности о намерении продать свою долю постороннему лицу с указанием цены и других условий, на которых продает ее. Если остальные участники долевой собственности не приобретут продаваемую долю в праве собственности на недвижимое имущество в течение месяца, а в праве собственности на движимое имущество в течение десяти дней со дня извещения, продавец вправе продать свою долю любому лицу. В случае, если все остальные участники долевой собственности в письменной форме откажутся от реализации преимущественного права покупки продаваемой доли, такая доля может быть продана постороннему лицу ранее указанных сроков (пункт 2).

Согласно пункту 3 статьи 250 Гражданского кодекса Российской Федерации при продаже доли с нарушением преимущественного права покупки любой другой участник долевой собственности имеет право в течение трех месяцев требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя.

Из материалов дела следует, что спорные объекты находились в единоличной собственности ФИО3, соответственно, доводы ФИО6 о наличии у нее преимущественного права покупки объектов недвижимости, не состоятельны.

В соответствии с п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена названным кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Доводы ФИО6 о продаже спорных объектов недвижимости по цене, ниже кадастровой стоимости объектов недвижимости и сомнений в передаче ФИО2 ФИО3 денежных средств по расписке по договору купли – продажи, также не являются основанием для признания оспариваемой сделки недействительной, так как условия договора определяются сторонами по своему усмотрению.

Доводы ФИО6 о том, что ФИО3 заключила спорный договор при наличии признаков банкротства, имея непогашенную задолженность по судебному решению от 27.04.2018, также не состоятельны.

Решение суда должно быть исполнено после вступления его в законную силу (ст. 210 ГПК РФ). Законную силу решение приобретает по истечении срока на апелляционное обжалование, если оно не было обжаловано (ч. 1 ст. 209 ГПК РФ).

Решение суда, вступившее в законную силу, может быть исполнено добровольно ответчиком - должником. Однако закон не устанавливает каких-либо сроков для добровольного исполнения, предполагается, что оно должно быть исполнено в разумный срок.

Если вступившее в законную силу решение суда не исполнено в добровольном порядке, то заинтересованное лицо (истец - взыскатель) обращается в суд, вынесший данное решение, с заявлением о выдаче исполнительного листа (ст. 428 ГПК РФ).

Исполнительный лист выдается взыскателю лично или по его просьбе, указанной в заявлении, направляется судом для исполнения в службу судебных приставов. 

Принудительным исполнением судебных решений в РФ занимается Федеральная служба судебных приставов и ее территориальные органы (далее - ФССП) (ч. 1 ст. 5 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (далее - Закон об исполнительном производстве)).

Исполнительные листы, выданные на основании вступившего в законную силу решения суда, могут быть предъявлены для исполнения в службу судебных приставов в течение 3 лет со дня вступления судебного акта в законную силу (ст. 21 Закона об исполнительном производстве). 

Как установлено судом, исполнительный лист по решению Полевского городского суда Свердловской области от 27.04.2018, вступившего в законную силу 05.05.2018, ФИО5 в службу судебных приставов не предъявлял, соответственно срок для принудительного исполнения решения Полевского городского суда от 27.04.2018 истек 05.06.2021. Истечение срока предъявления исполнительного листа к исполнению является препятствием и для обращения взыскания на имущество должника, с целью исполнения решения суда.

Доказательств того, что ФИО3 знала о заключении между ФИО6 и ФИО5 соглашения о погашении долга третьим лицом, а также об исполнении за нее обязательств ФИО6, ФИО6 и ФИО5 не предоставлено, а ФИО3 данный факт оспаривает.

Более того, после исполнения обязательств ФИО6 за ФИО3, последняя не обращалась к ФИО3 с требованием исполнить перед ней обязательство.

Вопреки доводам ФИО6 о совершении ФИО3 сделки купли - продажи с намерением избежать обращения взыскания на спорное имущество, доказательств недобросовестности (злоупотреблении правом) ФИО3 при заключении оспариваемого договора купли-продажи с ФИО2, истцом ФИО6, в соответствии с положениями ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено.

С учетом приведенных разъяснений по применению норм материального права, суд исходит из того, что истец как лицо не являющееся стороной сделки должен доказать факт того, что затрагиваются его права (законный интерес), защита которых будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. Таких доказательств ФИО6 не представлено. Признание договора купли-продажи недействительным и применение последствий его недействительности в соответствии с положениями ст. 167 ГК РФ приведет только к восстановлению сторон сделки в первоначальное положение, но не повлечет за собой восстановление либо возникновение каких-либо прав ФИО6 на этот объект недвижимости.

Таким образом, суд, руководствуясь ст. ст. 166, 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходит из того, что ФИО6 стороной сделки не является, а сама сделка, заключенная ФИО3, не нарушает прав и законных интересов ФИО6, признание ее недействительной не повлечет восстановление прав ФИО6 либо возникновение прав на спорные объекты у ФИО6, что является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований ФИО6 о признании сделки купли – продажи недействительной, и производного от него требования - применение последствий недействительности сделки.

Также судом не установлено оснований для признаний сделки недействительной, в виду того, что ФИО3 после перенесенного заболевания не могла в полной мере понимать существо подписываемого договора.

Так, определением Полевского городского суда от 23.09.2024 назначена по делу судебная амбулаторная психолого - психиатрическая экспертиза в отношении ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, производство которой поручено государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница», находящемуся в 

<

...> километр. На разрешение экспертизы поставлены следующие вопросы: Страдала ли ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, каким-либо психическим расстройством на 23 марта 2023 года (время заключения оспариваемого договора купли - продажи)? Понимала ли ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения по состоянию психического здоровья значение своих действий, могла ли руководить ими в момент заключения договора купли – продажи 23 марта 2023 года? Имелись ли у ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, значимые нарушения познавательной деятельности и эмоционально-волевой сферы, а также такие индивидуально-психологические особенности, которые оказали бы существенное влияние на ее сознание и поведение в момент заключения 23 марта 2023 года оспариваемого договора купли – продажи, нарушили бы её способность к свободному волеизъявлению? (т.2 л.д. 38 – 42).

Из заключения комиссии экспертов от 18.11.2024 № 3 – 1185-24 (т. 2 л.д. 46- 54), следует, что у ФИО3 на 23.03.2023 диагностических критериев (в соответствии С МКБ – 10), достаточных для диагностики какого – либо психического расстройства не выявлено. По представленным материалам дела, медицинской документации и результатам настоящего исследования такого сочетания когнитивных нарушений (выраженного интеллектуально – мнестического снижения) и эмоциально – волевых особенностей (в том числе, повышенной внушаемости, пассивной подчиняемости), которое нарушало способность к осознанному принятию решения и его исполнению при заключении спорного договора купли – продажи от 23.03.2023 у ФИО3, не выявлено. По представленным материалам дела, медицинской документации и результатам настоящего исследования такого сочетания когнитивных нарушений (выраженного интеллектуально – мнестического снижения) и эмоциально – волевых особенностей (в том числе, повышенной внушаемости, пассивной подчиняемости), которое нарушало способность к свободному волеизъявлению, а также оказало существенное влияние на сознание и поведение при заключении спорного договора купли – продажи от 23.03.2023 у ФИО3, не выявлено. Врачами судебно – психиатрическими экспертами и экспертом психологом не выявлено однозначных убедительных данных, свидетельствующих о том, что ФИО3 не могла принимать значение своих действий и руководить ими на 23 марта 2023 года.

Оснований не доверять заключению комиссии экспертом судом не установлено, поскольку оно в полном объеме отвечает требованиям ст.86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из предоставленных в распоряжение эксперта материалов, указывают на применение методов исследований, основываются на исходных объективных данных ФИО3 Экспертиза проведена компетентными экспертами, имеющим соответствующее образование, значительный стаж работы по экспертной деятельности, будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Несоответствие договора купли – продажи от 23.03.2023 требованиям какого - либо закона или иного правового акта, а также нарушение сделкой, установленного пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрета на недобросовестное осуществление гражданских прав, судом не установлено.

Что касается встречных исковых требований ФИО3, то суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо.

Если должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом, в следующих случаях: 1) должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства; 2) такое третье лицо подвергается опасности утратить свое право на имущество должника вследствие обращения взыскания на это имущество (п. 2 ст. 313 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании пункта 5 статьи 313 того же кодекса к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 кодекса. Если права кредитора по обязательству перешли к третьему лицу в части, они не могут быть использованы им в ущерб кредитору, в частности такие права не имеют преимуществ при их удовлетворении за счет обеспечивающего обязательства или при недостаточности у должника средств для удовлетворения требования в полном объеме.

Поскольку у ФИО3 была допущена просрочка исполнения обязательства, то кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, соответственно, заключение соглашения о погашении долга третьим лицом от 15.10.2019, между ФИО6 и ФИО5 в отсутствие согласия должника ФИО3 не противоречит требованиям закона, соответственно, оснований для признания указанного соглашения недействительным судом не установлено, в удовлетворении встречного иска ФИО3 о признании соглашения о признании долга недействительным, следует отказать.

Что касается требования ФИО3 о признании расписки от 17.08.2021 к соглашению о погашении долга третьим лицом от 15.10.2019, составленной ФИО5 и ФИО6 о получении ФИО5 от ФИО6 в счет возмещения долга в общей сумме 16 169 594,31 рублей, недействительной, то суд приходит к следующему.

В пункте 2 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что кредитор, принимая исполнение, обязан по требованию должника выдать ему расписку в получении исполнения полностью или в соответствующей части. 

Из расписки от 17.08.2021 (т. 1 л.д. 26) следует, что ФИО5 получил от ФИО6 в счет возмещения долга по решению суда от 27.04.2018 за ФИО3 – 16 168 594,31 рублей.

Из п. 2.2 Соглашения (т. 1 л.д. 24) следует, что долг уплачивается частями. Срок перечисления денежных средств определяется по предварительной договоренности.

Из буквального содержания Расписки и Соглашения следует, что ФИО5 получил денежные средства в размере 16 168 594,31 рублей, а ФИО6 долг должна уплачивать путем перечисления денежных средства.

Таким образом, допустимым доказательством по делу, подтверждающим факт исполнения ФИО6 обязательств по Соглашению от 15.10.2019, является платежное поручение (выписка по банковскому счету).

Документов, подтверждающих факт перечисления ФИО6 денежных средств ФИО5 во исполнение п. 2.2 Соглашения, ФИО6 и ФИО5 не предоставлено.

Допустимых доказательств того, что ФИО5 получил от ФИО6 денежные средства в вышеуказанном размере, не имеется.

Кроме того, факт неполучения ФИО5 денежных средств по решению Полевского городского суда от 27.04.2018 подтверждается его заявлением от 09.12.2024 в Арбитражный суд Свердловской области о признании ФИО3 банкротом и включении в требования кредитора 16 168 594,31 рублей (т. 2 л.д. 75 - 77).

Согласно статье 327.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, исполнение обязанностей, а равно и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству, может быть обусловлено совершением или несовершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон.

Доверенность от 07.07.2017 выданная ФИО6 юридическому лицу ООО «УралСпецМонтажПроект» (т. 2 л.д. 29 – 30) на управление принадлежащими ей объектами недвижимости, не является доказательством, подтверждающим факт исполнения обязательств ФИО6 за ФИО3 физическому лицу ФИО5 по решению суда от 27.04.2018. Так, не представлены какие – либо Соглашения между ФИО6 и ООО «УралСпецМонтажПроект» о перечислении ФИО5 денежных средств, полученных ООО «УралСпецМонтажПроект» за управление принадлежащими ФИО6 объектами недвижимости во исполнение Соглашения от 15.10.2019. Не представлены выписки по счету, подтверждающие факт перечисления от ООО «УралСпецМонтажПроект» на счет ФИО5 денежных средств во исполнение Соглашения от 15.10.2019, заключенного с ФИО6

С заявлением о процессуальном правопреемстве (замены истца ФИО5 на ФИО6) ни ФИО5, ни ФИО6 в гражданском деле № 2 – 161 \2018, не обращались. О наличии соглашения и исполнения обязательств ФИО6 за ФИО3, ФИО3 не уведомляли, требований ФИО3 о погашении долга перед ФИО6 не предъявляли, доказательств обратного ФИО6 и ФИО5, не предоставлено.

Оспариваемая расписка нарушает права ФИО3, поскольку создают для нее обязательства перед ФИО6 с последующим обращением взыскания на имущество ФИО3 

Учитывая изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что факт передачи денежных средств по расписке от 17.08.2021 от ФИО6 ФИО5 не подтвержден, в связи с чем, исковые требования ФИО3 к ФИО6 и ФИО5 о признании расписки недействительной заявлены обоснованно и подлежат удовлетворению.

В силу ч.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

В связи с частичным удовлетворением исковых требований ФИО3, с ответчиков ФИО6 и ФИО5 в пользу ФИО3 подлежат взысканию судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 150 рублей с каждого.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

в удовлетворении исковых требований ФИО6 к ФИО3, ФИО2 о признании договора купли – продажи недвижимого имущества недействительным, применении последствий недействительности сделки, - отказать.

Встречные исковые требования ФИО3 удовлетворить частично:

признать расписку от 17.08.2021 к соглашению о погашении долга третьим лицом от 15.10.2019, составленную ФИО5 и ФИО6 о получении ФИО5 от ФИО6 в счет возмещения долга в общей сумме 16 169 594,31 рублей, - недействительной.

Взыскать с ФИО6 (паспорт №) в пользу ФИО3 (СНИЛС №) судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 150 рублей.

Взыскать с ФИО5 (паспорт №) в пользу ФИО3 (СНИЛС №) судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 150 рублей.

В удовлетворении остальной части встречного иска ФИО3, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме, путём подачи апелляционной жалобы в Полевской городской суд.

Резолютивная часть решения изготовлена в совещательной комнате с применением технических средств.

Председательствующий судья О.В. Суетина