Председательствующий: Наумова Ж.Я.

УИД № 19RS0001-02-2025-002914-41

Дело № 33-2383/2025

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

23 декабря 2025 года г. Абакан

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия в составе:

председательствующего Душкова С.Н.,

судей Тришканевой И.С., Дудусова Д.А.,

при секретаре-помощнике судьи Таскиной Л.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу представителя ответчика ФИО1 на решение Абаканского городского суда Республики Хакасия от 22 июля 2025 года, которым удовлетворены исковые требования ФИО2 к Публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о признании кредитных договоров недействительными, применении последствий недействительности сделок.

Заслушав доклад судьи Душкова С.Н., объяснения представителя ответчика ФИО1, поддержавшей доводы жалобы, истца ФИО2 и её представителя ФИО3, выразивших согласие с решением суда,

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО2 обратилась в суд с иском к Публичному акционерному обществу «Сбербанк России» (далее – ПАО Сбербанк, банк), в котором просила признать кредитные договоры № от 30 ноября 2024 года на сумму 547 000 руб., № от 30 ноября 2024 года на сумму 77 499 руб., № от 30 ноября 2024 года на сумму 250 000 руб., заключенные между сторонами, недействительными, применить последствия их недействительности, мотивируя требования тем, что 29 ноября 2024 года ей поступила просьба о помощи в переводе денежных средств от знакомой ФИО, так как ее банковская карта была заблокирована. Она согласилась оказать такую помощь. 30 ноября 2024 года к ней пришла ФИО, которая на своем телефоне включила «Скайп». Вместе они под диктовку незнакомой девушки производили операции в ее (истца) онлайн банке. 2 декабря 2024 года она увидела смс-сообщение от ПАО Сбербанк о том, что ей до 31 декабря 2024 года необходимо внести первый платеж в сумме 4 995 руб. Обратившись в полицию, узнала, что под диктовку мошенников оформила на свое имя в этом банке два кредита на суммы 547 000 руб. и 77 499 руб., а также кредитную карту на сумму 250 000 руб. Указанные денежные средства перевела на незнакомый ей номер телефона. Ответчик не поставил под сомнение обстоятельства заключения кредитных договоров ею от своего имени.

Определением суда от 28 мая 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Банк ВТБ (публичное акционерное общество) (далее – Банк ВТБ (ПАО)).

В судебном заседании представитель истца ФИО3 поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в иске, просил их удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО1 заявленные требования не признала, просила в их удовлетворении отказать.

Истец ФИО2, представитель третьего лица Банка ВТБ (ПАО) в судебное заседание не явились, суд рассмотрел дело в их отсутствие.

Суд постановил решение, которым исковые требования ФИО2 удовлетворил. Признал недействительными кредитные договоры № от 30 ноября 2024 года на сумму 547 000 руб., № от 30 ноября 2024 года на сумму 77 499 руб., № от 30 ноября 2024 года на сумму 250 000 руб., заключенные между нею и ПАО Сбербанк. Применил последствия их недействительности, взыскав с ФИО2 в пользу последнего денежные средства в размере 14 499 руб.

Не согласившись с вынесенным решением, представитель ответчика ФИО1 обратилась в Верховный Суд Республики Хакасия с апелляционной жалобой, в которой просит судебную коллегию отменить решение Абаканского городского суда Республики Хакасия от 22 июля 2025 года в связи с несоответствием изложенных в нем его выводов обстоятельствам дела, недоказанность установленных им юридически значимых фактов, нарушением норм материального и процессуального права.

Заявитель жалобы ссылается на то, что суд первой инстанции не мотивировал вывод о заключении ФИО2 кредитных договоров под влиянием заблуждения. Неправомерно делая его исключительно на основании материалов уголовного дела, в основе которых лежат ничем не подтвержденные ее объяснения, он не указал причины, по которым отверг иные доказательства. Приводит положения ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Отмечает, что материалы уголовного дела сами по себе, до вступления по нему в силу судебных постановлений, не освобождают истца об обязанности в гражданском судопроизводстве доказывания тех обстоятельств, на которые он ссылается. Доказательств о наличии перечисленных в п. 2 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также иных обстоятельств, указывающих на существенность заблуждения ФИО2, в материалах дела не содержится. Считает, что обстоятельства ее заблуждения не являются достаточными для удовлетворения исковых требований. У ПАО Сбербанк не было каких-либо оснований полагать, что у нее были существенные заблуждения относительно обстоятельств, в связи с которыми ею совершены оспариваемые сделки. Последние для него выглядели стандартными. Каких-либо отклонений от аналогичных операций им не выявлено. Ответчик сам как контрагент не провоцировал заблуждение, не воспользовался недобросовестно объективно распознаваемой ошибкой другой стороны. По его мнению, что при совершении оспариваемых сделок истец не проявила должной осмотрительности, которую проявляет обычный среднестатистический потребитель банковских услуг. Наоборот, ее поведение было неоправданного доверчивым и опрометчивым. Констатирует, что банк, проводивший идентификацию и аутентификацию клиента в соответствии с известными только ему средствами доступа и согласно условиям банковского обслуживания, приостанавливал оформление кредитов, а также операцию по переводу денежных средств после их предоставления в кредит. Принимал меры по дополнительной проверке совершаемых клиентом операций, выяснению его воли на распоряжение кредитными денежными средствами. Предупрежденной о возможных мошеннических действиях ФИО2 подтверждена воля на их перевод, создана новая заявка с целью проведения такой операции. Полагает, что судом первой инстанции не дана должная оценка представленным со стороны ответчика доказательствам его добросовестности при предоставлении услуг дистанционного обслуживания. Суждение в судебном акте о переводе им кредитных денежных средств третьему лицу противоречит материалам дела. Утверждает, что из владения истца они не выбывали. Она, получив их, ими распорядилась в целях личного использования, в том числе приобретя товары в PITOMEC Abakan RUS, ZOLOTAYA ZVEZDA Abakan RUS, сняв 3 954,53 руб. в банкомате наличными с использованием карты. Обращает внимание на то, что судом первой инстанции неправильно применены последствия недействительности сделок. По смыслу п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации с ФИО2 в пользу ПАО Сбербанк подлежала взысканию сумма в размере 864 584,04 руб. полученных ею кредитных денежных средств.

В возражениях относительно апелляционной жалобы представитель истца ФИО3 выражает согласие с решением суда, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В заседание судебной коллегии представитель третьего лица не явился, о времени и месте разбирательства по делу извещался надлежащим образом. В связи с этим судебная коллегия на основании положений ст. ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признала возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что 6 июля 2017 года ФИО2 обратилась в ПАО Сбербанк с заявлением на банковское обслуживание. Истцу в рамках зарплатного проекта предоставлена банковская карта «Мир классическая», подключен полный пакет услуг «мобильный банк».

29 ноября 2024 года истец была зарегистрирована в Сбербанк Онлайн.

30 ноября 2024 года 10.30 час. ФИО2 обратилась в ПАО Сбербанк с заявлением-анкетой на получение потребительского кредита. Данное заявление подписано простой электронной подписью.

На основании данного заявления-анкеты между ФИО2 и ПАО Сбербанк заключен кредитный договор, на основании которого истцу предоставлен кредит в размере 547 000 руб. под 34,75 % годовых на срок 60 месяцев, кредитные денежные средства перечислены на счет ФИО2 Договор со стороны ФИО2 подписан простой электронной подписью.

Также 30 ноября 2024 года 10.36 час. ФИО2 обратилась в ПАО Сбербанк с заявлением-анкетой на получение потребительского кредита. Данное заявление подписано простой электронной подписью.

На основании данного заявления-анкеты между истцом ФИО2 и ответчиком заключен кредитный договор, на основании которого истцу предоставлен кредит в размере 77 499 руб. под 39,70 % годовых на срок 60 месяцев, кредитные денежные средства перечислены на счет ФИО2 Договор со стороны ФИО2 подписан простой электронной подписью.

Всего по указанным кредитам получено 624 499 руб.

30 ноября 2024 года в 10.50 денежные средства в размере 620 000 рублей переведены в ВТБ.

Кроме того, 30 ноября 2024 года 14.09 час. ФИО2 обратилась в ПАО Сбербанк с заявлением-анкетой на получение кредитной карты. Данное заявление подписано простой электронной подписью.

На основании данного заявления-анкеты между истцом ФИО2 и ответчиком заключен кредитный договор путем подписания индивидуальных условий выпуска и облуживания кредитной карты ПАО Сбербанк, на основании которого истцу предоставлена кредитная карта с лимитом задолженности 250 000 руб. с процентной ставкой, предусмотренной в п. 4 индивидуальных условий. Договор со стороны ФИО2 подписан простой электронной подписью.

30 ноября 2024 года в 14.15 денежные средства в размере 240 000 рублей переведены в ВТБ.

Также 30 ноября 2024 года денежные средства в размере 860 000 рублей со счета в ВТБ переведены неизвестному лицу.

2 декабря 2024 года по заявлению ФИО2 возбуждено уголовное дело, по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ в отношении неустановленного лица.

Постановлением следователя СУ УМВД России по ФИО2 была признана потерпевшей по данному уголовному делу.

2 февраля 2025 года предварительное следствие по уголовному делу приостановлено в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, на основании п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ.

Разрешая спор, и удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, исходил из того, что истец действовал под влиянием заблуждения, не имел намерения заключать кредитные договоры, банк, как профессиональный участник правоотношений, не принял достаточных необходимых мер для принятия повышенных мер предосторожности при заключении спорных договоров. Воля ФИО2 была сформирована с пороком и не была направлена на достижение тех последствий, которые наступили, поскольку она заблуждался в существе сделки - получение кредита, которую одобряет посредством подписания документа электронной подписью.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на исследованных судом доказательствах, которым дана аргументированная правовая оценка, при этом мотивы, по которым суд пришел к указанным выводам, исчерпывающим образом изложены в решении суда и являются обоснованными.

Статья 35 Конституции Российской Федерации гарантирует охрану права частной собственности законом (пункт 1).

Пунктом 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации установлено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Гражданское законодательство, как следует из пункта 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (пункт 2).

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления соответствующего лица.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, №1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 г., указано, что согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к статье 168 (пункт 2) Гражданского кодекса Российской Федерации третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Таким образом, договор, заключенный в результате мошеннических действий, является ничтожным.

В соответствии со статьей 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию (пункт 3).

Пунктом 1 статьи 10 данного кодекса установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, фактически сводящимся к переоценке установленным судом обстоятельств и доказательств, суд первой инстанции верно исходил из наличия правовых оснований для признания кредитных договоров недействительным, поскольку с учетом установленных по делу конкретных обстоятельств спорные кредитные договоры, оформленные дистанционным способом, заключены в отсутствие волеизъявление истца в результате мошеннических действий третьих лиц.

Доводы апелляционной жалобы о том, что спорный договор заключен в установленном порядке, не опровергают обоснованность решения суда первой инстанции, а сводятся к изложению обстоятельств дела, которые были предметом исследования и оценки суда и фактически выражают несогласие с произведенной судом оценкой обстоятельств по делу.

Действующим гражданским законодательством, основанным на принципе диспозитивности, предусмотрено, что гражданские права и обязанности возникают на основании соответствующего волеизъявления лица, которое должно быть выражено способом, не вызывающим сомнения в его наличии и в действительности его выражения надлежащим лицом.

Заключение договора в электронном виде предполагает добросовестность банка при оформлении такого рода договоров и соблюдении не только формальных процедур выдачи кредита, но и принятия надлежащих мер безопасности и проверки сведений, полученных в электронном виде.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, в материалы гражданского дела представлены достаточные доказательства, позволяющие установить хронологию дистанционного взаимодействия истца и Банка в системе Онлайн, характер которого подпадал под признаки осуществления перевода денежных средств без согласия клиента и давал Банку достаточные основания усомниться в наличии согласия клиента на оформление кредитов и распоряжение денежными средствами, и осуществить приостановление операции, с последующим запросом у клиента подтверждения возобновления исполнения распоряжения.

Истец электронные подписи самостоятельно не вводил, с условиями договоров не знакомился, согласие на заключение договоров не выражал, в связи с чем, учитывая, что все действия по заключению кредитного договора и распоряжению предоставленными по нему денежными средствами истцом не осуществлялись, его волеизъявления на заключение спорных договоров отсутствовало, суд пришел к правомерному выводу об удовлетворении заявленных требований.

Банк при заключении кредитного договора дистанционным способом обязан учитывать интересы потребителя и обеспечивать безопасность дистанционного предоставления услуг, проявляя добросовестность и осмотрительность, в том числе обязан проверять финансовую возможность потребителя погашать кредитное обязательство с учетом его уровня дохода.

Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что сами по себе обстоятельства того, что договоры были подписаны электронными подписями, не могут свидетельствовать о наличии воли истца на заключение кредитных договоров. Заключение спорных кредитных договоров, зачисление денежных средств на счет заемщика, последующие переводы денежных средств происходили последовательно в короткий промежуток времени.

Неоднократный запрос кредитов 29 и 30 ноября 2024 года, а именно более 6 раз, при регистрации в системе Сбербанк Онлайн только 29 ноября 2024 года, кредитной истории свидетельствующей о неполучении истцом кредитов продолжительное время, уровне доходов истца, свидетельствуют о его нетипичном поведении (т.1, л.д.213)

При этом Банком не представлено суду доказательств того, что такие действия клиента являются для него обычным поведением.

При отсутствии согласования с истцом существенных условий кредитных договоров, суд обоснованно удовлетворили заявленные им исковые требования.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд, признав кредитные договоры недействительными, не применил последствия недействительности сделки, не свидетельствуют о незаконности судебного постановления, поскольку истец денежные средства по кредитному договору не получал, денежные средства были получены неустановленным лицом, при этом в действиях банка установлена недобросовестность как при оформлении кредитных договоров, так и при последующем перечислении денежных средств, в связи с чем оснований для взыскания суммы кредита в пользу банка с истца у суда не имелось.

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что доводы апелляционной жалобы не содержат правовых оснований к отмене решения суда, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, а также к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, не содержат фактов, не проверенных и не учтенных судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены законного и обоснованного решения суда.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Абаканского городского суда Республики Хакасия от 22 июля 2025 года по настоящему делу оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика ФИО1 без удовлетворения.

Настоящее апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения, в порядке, предусмотренном главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, путем подачи кассационной жалобы (представления) через суд первой инстанции.

Председательствующий С.Н. Душков

Судьи И.С. Тришканева

Д.А. Дудусов

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 16 января 2026 года