Судья Гуреева Е.В. Дело №22-178/2020 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<

адрес> 20 февраля 2020 года

Курский областной суд в составе:

председательствующей Хохловой Е.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Тарасовой Е.Е., 

с участием: 

прокурора Закурдаева А.Ю.,

осужденного ФИО1,

защитника осужденного – адвоката Очаренко Е.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам (основной и дополнительным) защитника осужденного ФИО1 – адвоката Овчаренко Е.В. на приговор Советского районного суда Курской области от 23 декабря 2019 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, проживающий по адресу: 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, не судимый,

осужден по ч.1 ст. 171 УК РФ к штрафу в размере 150 000 тысяч рублей, на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ в связи с истечением срока давности освобожден от назначенного наказания, 

и на постановление Советского районного суда Курской области от 23 декабря 2019 года, которым постановлено:

Обществу с ограниченной ответственностью «ЭКСПЕРТ-АВТО» выплатить 70 000 рублей, затраченных на производство дополнительной судебной бухгалтерской экспертизы; процессуальные издержки в размере 70 000 рублей в порядке регресса взыскать в доход государства с осужденного ФИО1.

Заслушав доклад судьи Курского областного суда Хохловой Е.В., изложившей содержание приговора суда, существо апелляционных жалоб защитника Овчаренко Е.В., возражений на жалобу, выслушав осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Овчаренко Е.В., поддержавших апелляционные жалобы, мнение прокурора Закурдаева А.Ю., возражавшего против их удовлетворения, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 признан виновным и осужден за незаконное предпринимательство, то есть осуществление предпринимательской деятельности без лицензии в случаях, когда такая лицензия обязательна, сопряженное с извлечением дохода в крупном размере.

Преступление совершено им при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда, в частности, ДД.ММ.ГГГГ постановлением главы администрации поселка 

<

данные изъяты> № создано муниципальное унитарное предприятие «

<

данные изъяты>» муниципального образования «

<

адрес>» 

<

адрес>. 

В соответствии с решением собрания депутатов 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ имущество муниципального образования «

<

адрес>» на праве хозяйственного ведения с ДД.ММ.ГГГГ передано МУП «

<

данные изъяты>». В соответствии с актом приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ МУП «

<

данные изъяты>» передано 6 водозаборных скважин, расположенных: в д.

<

адрес> (4 скважины); в 

<

адрес> (2 скважины), а также водопроводные сети по 

<

адрес>, через которые производилась добыча подземных вод, их распределение и подача физическим и юридическим лицам.

ФИО1 согласно распоряжению и.о. главы «

<

данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ назначен директором МУП «

<

данные изъяты>» и на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ с указанной даты вступил в должность.

Являясь директором МУП «

<

данные изъяты>» в период с 16 января 2015 года по 8 июля 2016 года ФИО1, не имея специального государственного разрешения в виде лицензии на право пользования недрами для добычи питьевых подземных вод для питьевого централизованного водоснабжения населения и юридических лиц, заключил с юридическими и физическими лицами (потребителями) на территории муниципального образования «

<

адрес>» 

<

адрес> договоры об оказании услуг по холодному водоснабжению и осуществлял предпринимательскую деятельность путем добычи возглавляемым им МУП «

<

данные изъяты>» воды из имеющихся в пользовании данного предприятия водозаборов и осуществления дальнейшей поставки воды к конечному потребителю, предоставляя тем самым возмездные услуги населению и юридическим лицам, расположенным на территории указанного муниципального образования, по добыче и поставке воды, получив за период с 1 февраля 2015 года по 30 июня 2016 года доход в сумме 

<

данные изъяты> рублей, что признается доходом, извлеченным в крупном размере.

Постановлением Советского районного суда Курской области от 23 декабря 2019 года постановлено: выплатить Обществу с ограниченной ответственностью «ЭКСПЕРТ-АВТО» 

<

данные изъяты> рублей, затраченных на производство дополнительной судебной бухгалтерской экспертизы по уголовному делу в отношении ФИО1; процессуальные издержки, затраченные на производство дополнительной судебной бухгалтерской экспертизы в размере 70 

<

данные изъяты> рублей, в порядке регресса взыскать в доход государства с осужденного ФИО1

В апелляционных жалобах (основной и дополнительных) защитник осужденного ФИО1 – адвокат Овчаренко Е.В. считает приговор суда незаконным, необоснованным и подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела и допущенными существенными нарушениями уголовно-процессуального закона.

Указывает, что судом неверно оценены доказательства, на основании которых он пришел к выводу о виновности ФИО1 в совершении преступления, а также дана ненадлежащая оценка доводам и доказательствам стороны защиты; на стадии предварительного следствия были нарушены нормы УПК РФ.

Считает, что было нарушено право на защиту ФИО1, поскольку при разрешении ходатайства стороны защиты о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ суд не удалился в совещательную комнату для вынесения постановления, что не позволило повторно заявить ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ и обжаловать постановление по результатам его рассмотрения.

Обращает внимание, что ФИО1 привлекался к административной ответственности по ч.1 ст. 7.3 КоАП РФ за пользование недрами без лицензии, ему назначалось наказание в виде штрафа в размере 30 000 рублей, который уплачен. Настоящее уголовное дело возбуждено по факту того же правонарушения, за которое ФИО1 уже понес административное наказание.

Ссылаясь на п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 23 от 18 ноября 2004 года «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве», указывает, что пользование недрами не может относиться к предпринимательской деятельности, отдельные виды которой регулируются Федеральном законом «О лицензировании отдельных видов деятельности». В данном законе не отражен вид деятельности, указанный в приговоре. Согласно Федеральному закону от 21 февраля 1992 №2395-1 «О недрах» объектом лицензирования выступает преимущественно предоставление в пользование субъектам предпринимательской деятельности конкретного участка недр с точно определенными границами; лицензия удостоверяет право ее владельца на пользование участком недр в определенных границах в соответствии с указанной в ней целью в течение установленного срока. В судебном заседании не было установлено и не отражено в приговоре, какой именно вид лицензии с целевым назначением должно было получить МУП «

<

данные изъяты>».

Полагает, что суд вышел за пределы судебного разбирательства и изменил формулировку предъявленного ФИО1 обвинения, которая отличается от предъявленного обвинения, чем ухудшил положение ФИО1, а также указал, что ФИО1 осуществлял деятельность директора МУП «

<

данные изъяты>» в служебном кабинете, расположенном по 

<

адрес>, что не соответствует предъявленному ФИО1 обвинению. 

Указывает, что в связи с объемом добычи воды более 500 кубических метров в сутки лицензию МУП «

<

данные изъяты>» должен был выдавать Отдел геологии и лицензирования по Белгородской и Курской областям, ввиду чего в судебном заседании следовало допросить должностных лиц указанного отдела. Поэтому ссылка в приговоре на показания свидетеля ФИО7 – сотрудника Департамента экологической безопасности и природопользования 

<

адрес>, который выдает лицензии при объеме добычи подземных вод менее 500 кубических метров в сутки, является необоснованной.

Судом первой инстанции не дана оценка доводам защиты, что для получения лицензии необходимо получение иных разрешительных документов из контролирующих органов, в том числе органов в сфере здоровья и благополучия населения 

<

адрес>, должностные лица которых также не были установлены и допрошены в судебном заседании.

Указывает, что в соответствии с Приказом Министерства природных ресурсов от 29 ноября 2004 года №710 «Об утверждении Порядка рассмотрения заявок на получение права пользования недрами для целей добычи подземных вод, используемых для питьевого водоснабжения населения или технологического обеспечения водой объектов промышленности» к числу таких документов в том числе относится санитарно-эпидемиологическое заключение о соответствии водного объекта санитарным правилам и условиям безопасного для здоровья населения использования водного объекта. Для получения указанного заключения обязательным условием является предоставление правоустанавливающих документов на земельные участки недр и водонапорные скважины. Однако в 2015 и 2016 годах право собственности на земельные участки и скважины отсутствовало, в связи с чем МУП «

<

данные изъяты>» не могло оформить и получить лицензию на право пользования недрами.

Обращает внимание, что судом не дана оценка действиям ФИО1 при пользовании участками недр для добычи воды без лицензии в условиях крайней необходимости, поскольку деятельность МУП «

<

данные изъяты>» по обеспечению водой населения и социально значимых объектов являлась жизненно необходимой и осуществлялась ФИО1 в интересах потребителей, прекратить добычу и поставку воды потребителям он не мог ввиду отсутствия других поставщиков воды. Кроме того, суд не учел положения Федерального закона №416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении», согласно ст. 21 которого в перечне оснований для отключения услуг по водоснабжению отсутствует возможность отключения населения от услуг по водоснабжению в случае истечения срока действия лицензии на пользование недрами, а равно ее отсутствия. Также обращает внимание на показания свидетеля ФИО7 о том, что получение лицензии является длительной и сложной процедурой и занимает около 60 дней.

ФИО1 при назначении на должность был уведомлен учредителем об отсутствии необходимой лицензии, предпринимал меры по ее получению, но при отсутствии у администрации поселка необходимых документов получить лицензию не мог. ФИО1 приступил к работе в должности директора в отопительный сезон, что не позволило ему также отключить подачу воды в котельную, которая отапливала население. Полагает, что при таких данных отсутствуют доказательства наличия умысла ФИО1 на совершение преступления. 

Считает недопустимым доказательством протокол осмотра места происшествия от 14 декабря 2018 года, о чем заявлялось ходатайство в суде первой инстанции, поскольку указанные в протоколе осмотра предметов и документов от 26 марта 2018 года документы не соответствуют документам, изъятым в ходе осмотра.

Считает заключение дополнительной судебной бухгалтерской экспертизы недопустимым доказательством, по поводу чего ею заявлялось ходатайство в суде первой инстанции, в удовлетворении которого судом безосновательно отказано. При этом указывает, что в нарушение требований закона подписка о предупреждении об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения была дана экспертом ООО «ЭКСПЕРТ-АВТО» М.Л.В. 9 сентября 2019 года, то есть после проведения экспертизы. 

Обращает внимание, что эксперт М.Л.В. не является специалистом в области компьютерных знаний и технологий, а потому не могла указывать в экспертном заключении, что представленная на экспертизу База 1 Бухгалтерия 8-3 на дату изъятия находилась в рабочем состоянии без повреждения и без учета архивных данных. 

Кроме того, М.Л.В. не представлены документы, свидетельствующие о получении ею высшего образования в области бухгалтерского учета или иного экономического образования, дающего право производства данных экспертиз именно как лицу, обладающему специальными познаниями в области бухгалтерского учета; в заключении не отражена соответствующая квалификация. Представленные экспертом М.Л.В. сертификаты, выданные «Ассоциацией судебных экспертов Национальной палаты судебной экспертизы», которая не наделана полномочиями по присвоению статуса судебного эксперта и его аккредитации, являются лишь формальным удостоверением членства данной организации.

Считает, что экспертом М.Л.В. указаны недостоверные данные о стаже ее работы по специальности бухгалтерский учет, что также не принято судом во внимание. 

Стороной защиты заявлялось ходатайство о назначении экспертизы в ФБУ Курской ЛСЭ Минюста РФ, где экспертизы по уголовным делам проводятся на безвозмездной основе. Однако суд в нарушение требований Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 28 от 21 декабря 2010 года «О судебной экспертизе по уголовным делам» назначил проведение экспертизы в коммерческой организации – ООО «ЭКСПЕРТ-АВТО», стоимость экспертизы составила 

<

данные изъяты> рублей, о чем ей и подзащитному стало известно 23 декабря 2019 года из постановления о выплате процессуальных издержек. Данных о том, что производство экспертизы не могло быть проведено в государственном экспертном учреждении на территории 

<

адрес>, не имеется.

В заключении экспертизы в нарушение ст. 204 УПК РФ не указаны дата и время проведения судебной экспертизы, какие объекты, документы, материалы уголовного дела представлены для производства экспертизы. 

Само дополнение к заключению судебной бухгалтерской экспертизы, по мнению защитника, не может являться экспертным исследованием и не имеет юридической силы, поскольку было проведено вне рамок экспертизы – по окончании экспертного исследования и составлении заключения. Производство экспертом каких-либо дополнительных исследований после завершения экспертизы и подписания заключения законом не предусмотрено. Считает также, что оно не содержит четкого и однозначного ответа на поставленный вопрос, в дополнении к заключению не отражено, какие методики и нормативно-правовые акты использованы, ход исследования. Предоставление эксперту бухгалтерских документов без указания количества листов не позволило защите сопоставить, какие именно документы использовались экспертом при проведении экспертного исследования. Представленные на экспертизу документы не изымались в ходе осмотра места происшествия 14 декабря 2017 года, поскольку не отражены в протоколе осмотра.

Сведения о предоставлении М.Л.В., как эксперту, базы данных 1C Бухгалтерии «МУП «

<

данные изъяты>» МО «

<

адрес>» по акту приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ не соответствует действительности, поскольку ей как эксперту данная база не предоставлялась, в этот день изъять базу данных не получилось, акт приема-передачи в материалах дела не содержится, что также, по мнению защитника, свидетельствует о внесении недостоверных сведений в дополнение к заключению эксперта от ДД.ММ.ГГГГ и его необоснованности. 

Кроме того, обращает внимание, что эксперт М.Л.В., проигнорировав положения ст. 16 Федерального закона № 73-ФЗ от 31 мая 2001 года «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», распространила сведения о финансовом состоянии МУП «

<

данные изъяты>», а также лично собирала дополнительные материалы для экспертного исследования и приобщила их к заключению эксперта, о чем свидетельствуют показания свидетеля К.Т.В. – главного бухгалтера МУП «

<

данные изъяты>» МО «

<

адрес>».

Также обращает внимание, что судом не снят арест с принадлежащего ФИО1 имущества, а именно, автомобиля КАМАЗ 35410. 

Просит приговор и постановление о выплате процессуальных издержек, которым с ФИО1 в порядке регресса взыскано 

<

данные изъяты> рублей, затраченных на производство судебной бухгалтерской экспертизы, отменить, ФИО1 – оправдать, снять арест с принадлежащего ФИО1 автомобиля 

<

данные изъяты>.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель – заместитель прокурора Советского района Курской области Силаков Н.В., указывая, что доводы апелляционной жалобы являются несостоятельными, а приговор суда законным и обоснованным, просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и его защитник – адвокат Овчаренко Е.В. доводы апелляционных жалоб поддержали, просили приговор и постановление о выплате процессуальных издержек отменить, ФИО1 оправдать. 

Прокурор Закурдаев А.Ю., указывая, что оснований для удовлетворения апелляционных жалоб не имеется, просил приговор суда оставить без изменения.

Выслушав участников судебного заседания, проверив представленные материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах и возражениях на них, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 171 УК РФ, при обстоятельствах, правильно установленных в приговоре, основаны на достаточной совокупности подробно приведенных в приговоре доказательств, проверенных и оцененных судом в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО1 после назначения его на должность директора МУП «

<

данные изъяты>», зная о необходимости получения лицензии на пользование участками недр, которую организация не имела, никаких мер по получению лицензии не предпринимал, заключил с расположенными на территории муниципального образования «

<

адрес>» 

<

адрес> юридическими лицами и проживающими там физическими лицами договоры, согласно которым МУП «

<

данные изъяты>» оказывало услуги по холодному водоноснабжению, а потребители оплачивали эти услуги в соответствии с установленными тарифами и ценами, и предоставлял возмездные услуги по добыче и поставке воды, получив за указанный период доход в размере 

<

данные изъяты> рубля. 

К такому выводу суд пришел обоснованно, на основании исследованных доказательств, в том числе показаний свидетеля Б.С.В., который с сентября 2013 года по февраль 2016 года являлся главой администрации 

<

адрес>, о том, что ДД.ММ.ГГГГ постановлением главы администрации поселка 

<

адрес> № было создано МУП «

<

данные изъяты>», и его директором назначен ФИО1, после чего предприятию были переданы по акту приема-передачи водозаборные башни, артезианские скважины, водопроводные и канализационные сети. Каких-либо обращений по вопросу оформления лицензии от ФИО1 либо иных должностных лиц МУП «

<

данные изъяты>» в администрацию поселка не поступало;

показаний свидетеля И.А.Г., который с ДД.ММ.ГГГГ исполнял обязанности главы администрации 

<

адрес> и также пояснил, что к нему или иным сотрудникам администрации поселка Кшенский ФИО1 с письменной или устной просьбой о помощи в оформлении права собственности на скважины в местах водозабора, а также получении лицензии по пользованию недрами для добычи воды не обращался. 

Указанные обстоятельства также подтвердили свидетели Ф.Ю.В., которая с сентября 2014 года по сентябрь 2015 года работала главным специалистом-экспертом по правовым вопросам администрации поселка 

<

адрес>, указав, что за этот период от ФИО1 не поступало письменных обращений за помощью в получении лицензии на осуществление деятельности предприятия, и П.А.И., которая работала в этой же должности с сентября 2015 года по ноябрь 2016 года и также пояснила, что ФИО1 никогда не обращался за помощью в организации получения лицензии для добычи воды, либо выделением денежных средств на получение лицензии. 

Свидетель Г.Н.С. – главный специалист-эксперт по управлению имуществом, строительством, земельным правоотношениям администрации поселка Кшенский, также показала, что после передачи объектов водоснабжения и водоотведения в хозяйственное ведение МУП «

<

данные изъяты>» ни ФИО1, ни иные лица к ней с какими-либо вопросами по оформлению земельных участков под водозаборами не обращались. 

Суд первой инстанции тщательно проверил сведения, содержащиеся в указанных выше показаниях свидетелей, и обоснованно сослался на них в подтверждение виновности осужденного.

Суд апелляционной инстанции такую оценку находит правильной, поскольку указанные показания являются последовательными, добыты в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, соответствуют друг другу и другим доказательствам по делу. Не доверять им оснований не имеется. 

Кроме того, в обоснование вины осужденного суд правильно сослался на показания свидетеля ФИО7 – начальника отдела государственной экологической экспертизы Департамента экологической безопасности и природопользования 

<

адрес>, которая пояснила, что осуществление предпринимательской деятельности, связанное с добычей недр, является деятельностью, обязательной для лицензирования. Лицензия на пользование недрами оформляется в обязательном порядке для осуществления предпринимательской деятельности в соответствии с ФЗ «О недрах» № 2395-1 от 21.02.1992 г. Департамент экологической безопасности и природопользования 

<

адрес> является уполномоченным органом государственной исполнительной власти 

<

адрес>, осуществляющим лицензирование пользования участками недр местного значения. Согласно ст. 2.3 ФЗ «О недрах» к участкам недр местного значения относятся участки недр, содержащие подземные воды, которые используются для целей питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения или технологического обеспечения водой объектов промышленности либо объектов сельскохозяйственного назначения, и объем добычи которых составляет не более 500 кубических метров в сутки. Если водоотбор превышает 500 кубических метров в сутки, то лицензию должен выдавать уже федеральный орган. 

Для получения лицензии на пользование участками недр местного значения необходимо предоставить в Департамент комплект документов, согласно постановлению Администрации Курской области от 22.05.2015 № 307-ПА «Об утверждении порядка предоставления права пользования участками недр местного значения для добычи подземных вод или для геологического изучения в целях поисков и оценки подземных вод и их добычи на территории Курской области». В данном порядке не содержится требования о предоставлении документов о праве собственности на лицензируемые объекты, таким образом, регистрация права собственности для получения лицензии не обязательна.

Заявок от МУП «

<

данные изъяты>» на получение лицензии не поступало, лицензия не выдавалась.

Из показаний свидетеля К.Т.В. - главного бухгалтера МУП «

<

данные изъяты>» следует, что предприятие оказывало услуги населению по добыче и поставке питьевой воды без лицензии, оплата за потребленную населением и организациями воду вносилась на счет предприятия через банк и в кассу предприятия. После того, как в мае или июне 2016 года на директора – ФИО1 был наложен административный штраф за осуществление данной деятельности без лицензии, он обратился в уполномоченный орган с целью получения списков документов, необходимых для получения лицензии; по своей инициативе и до этого времени ФИО1 в какие-либо органы по вопросу оформления лицензии не обращался. 

Согласно показаниям свидетеля Л.В.А., он с июля 2016 года занимает должность исполняющего обязанности директора МУП «

<

данные изъяты>». С того момента, как он заступил в должность, стал оформлять всю необходимую документацию на получение лицензии на оказание услуг по водоснабжению и водоотведению, и в настоящий момент идет процедура оформления документации.

Кроме того, вина осужденного подтверждается фактическими данными, содержащимися в письменных материалах уголовного дела, в том числе постановлении от 03.09.2014 года «О создании муниципального унитарного предприятия «

<

данные изъяты>»; решении Собрания депутатов поселка 

<

адрес> от 07.10.2014 года «О передаче муниципального имущества 

<

данные изъяты>», согласно которому имущество МО «

<

адрес>» на праве хозяйственного ведения с 01.01.2015 года передано МУП «

<

данные изъяты>» согласно Приложению к указанному решению; акте приема-передачи муниципального имущества МО «

<

адрес>» МУП «

<

данные изъяты>», распоряжении Главы поселка 

<

адрес> от 16.01.2015 года, согласно которому ФИО1 с 16.01.2015 года назначен директором МУП «

<

данные изъяты>» МО «

<

адрес>», и его должностной инструкции, согласно которой он выполнял управленческие функции в организации, является лицом, осуществляющим административно-хозяйственные и организационно-распорядительные функции;

уставе МУП «

<

данные изъяты>» МО «

<

адрес>» от 16.01.2015 года, согласно п. 1.4. которого МУП «

<

данные изъяты>» является коммерческой организацией, не наделенной правом собственности на имущество, закрепленное за ней собственником, является унитарным предприятием, основанным на праве хозяйственного ведения; осуществляет организацию работ, в том числе по сбору, очистке и распределению воды; отдельные виды деятельности, перечень которых определяется федеральным законом, может осуществлять только на основании лицензии; 

письме отдела геологии и лицензирования по Белгородской и Курской областям от 21.03.2018 года, согласно которому в адрес отдела в период с 16.01.2015 года по 07.07.2016 год заявка на получение права пользования недрами от МУП «

<

данные изъяты>» не поступала;

заключении судебного эксперта от 9 сентября 2019 года, в соответствии с выводами которого совокупный доход оказания услуг по водоснабжению и водоотведению физическим и юридическим лицам, расположенным лишь на территории поселка 

<

адрес> за период с 01.02.2015 – 30.06.2016 года составляет 

<

данные изъяты> рублей, при этом за оказание услуг по водоснабжению – 

<

данные изъяты> рубля. 

Суд первой инстанции тщательно проверил сведения, содержащиеся в указанном выше заключении экспертизы, и также обоснованно сослался на него в подтверждение виновности осужденного. 

Оснований сомневаться в правильности данных выводов у суда апелляционной инстанции не имеется, как и не имеется оснований для признания данной экспертизы недопустимым доказательством, поскольку она проведена в соответствии с требованиями закона, экспертом по поручению руководителя экспертного учреждения ООО «ЭКСПЕРТ-АВТО», имеющего соответствующую лицензию, с применением соответствующих методик.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона и Федерального закона от 31 мая 2011 г. N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», которые не содержат запретов на производство экспертиз вне государственных (либо негосударственных) судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, не являющимися штатными судебными экспертами, при назначении и проведении экспертизы не допущено, в связи с чем довод апелляционных жалоб о недопустимости данного заключения по причине его проведения в ненадлежащей организации не основан на законе.

Вопреки доводам апелляционных жалоб права, обязанности и ответственность, предусмотренные ст. 57 УПК РФ и ст. 307 УК РФ, были разъяснены эксперту до начала экспертизы в установленном порядке. 

Судом выяснились обстоятельства и происхождение второй подписки о разъяснении эксперту прав, обязанностей и ответственности, после проведения самого исследования, что с учетом показаний эксперта М.Л.В. в судебном заседании судом обоснованно признано не влияющим на достоверность заключения. 

Кроме того, выводы экспертизы, на разрешение которой был поставлен вопрос о сумме дохода, полученного МУП «

<

данные изъяты>» за услуги по водоснабжению и водоотведению физическим и юридическим лицам, расположенным лишь на территории поселка 

<

адрес>, основаны на материалах уголовного дела, согласуются с другими исследованными доказательствами и не противоречат результатам ранее проведенных по делу бухгалтерских экспертиз, в том числе дополнительной бухгалтерской судебной экспертизы, которая содержит сведения об общем доходе МУП «

<

данные изъяты>», полученном за оказание указанных услуг в отношении муниципального образования «

<

адрес>» и муниципальных образований «

<

адрес>» и «

<

адрес>». 

Предметом экспертного исследования являлись материалы дела в полном объеме, а также дополнительно представленные материалы, в том числе База 1 С Бухгалтерия 8-3 МУП «

<

данные изъяты>», о предоставлении которой в материалах дела имеется запрос суда, на основании которых экспертом в период со 2 по 9 сентября 2019 года был дан ответ на поставленный вопрос. 

Кроме того, допрошенная в суде эксперт М.Л.В. также пояснила, что указание на отсутствие повреждений и утери данных в программе начисления коммунальных платежей МУП «

<

данные изъяты>» сделано на основании данных, указанных соответствующим программным обеспечением, непосредственно сама она исследование целостности данных не проводила и такой вывод не делала. Также ею даны в судебном заседании и другие пояснения о соблюдении установленного порядка проведения экспертизы, по своему образованию и квалификации, а также убедительные обоснования своих выводов. 

Вопреки доводам жалобы эксперт верно взяла за основу своих расчетов совокупный доход, полученный МУП «

<

данные изъяты>» в результате оказания услуг за указанный период, что соответствует разъяснениям, содержащимися в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18.11.2004 N 23 (ред. от 07.07.2015) «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве» о том, что под доходом в статье 171 УК РФ следует понимать выручку от реализации товаров (работ, услуг) за период осуществления незаконной предпринимательской деятельности без вычета произведенных лицом расходов, связанных с осуществлением незаконной предпринимательской деятельности. 

В связи с изложенным оснований для признания необоснованным и недопустимым указанного экспертного заключения у суда первой инстанции не имелось, о чем в приговоре сделаны мотивированные выводы, которые сомнений в своей правильности не вызывают.

Не имелось у суда оснований и для признания недопустимыми других доказательств, положенных в основу приговора, в том числе протокола осмотра места происшествия от 14 декабря 2017 года, в ходе которого были изъяты документы финансово-хозяйственной деятельности МУП «

<

данные изъяты>», а также протокола осмотра изъятых документов от 26 марта 2018 года, как на это ссылается защитник в апелляционной жалобе.

Как следует из указанных протоколов, изъятая документация была детально осмотрена с указанием содержащихся в изъятых папках документов, что не противоречит требованиям ст.180 УПК РФ. При этом в протоколе смотра места происшествия имеется достаточное описание изъятых документов, позволяющее их идентифицировать, а неуказание количества листов, содержащихся в каждой папке документов, и их наименование, как это отражено в протоколе осмотра, не является основанием для признания доказательств недопустимыми. 

Все представленные сторонами доказательства были исследованы судом, им дана оценка в соответствии с требованиями ст.17,88 УПК РФ, и в основу приговора положены только согласующиеся между собой допустимые доказательства, полученные в соответствии с требованиями закона.

Поэтому доводы апелляционных жалоб о том, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на предположениях, направлены на переоценку доказательств, признанных судом допустимыми и достоверными, и являются несостоятельными. 

Вопреки доводам апелляционных жалоб, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и пришел к выводу о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.171 УК РФ. 

Исходя из установленных судом фактических обстоятельств по делу, согласно которым ФИО1 после назначения его на должность директора МУП «

<

данные изъяты>», зная о необходимости получения лицензии на пользование участками недр, которую его организация не имела, никаких мер по получению лицензии до получения предписания прокуратуры об устранении нарушений законодательства о недропользовании не предпринимал и продолжил осуществлять предпринимательскую деятельность без лицензии, предоставляя возмездные услуги по добыче и поставке воды. При таких данных суд пришел к правильному выводу о наличии у него умысла на осуществление предпринимательской деятельности без лицензии. 

В связи с чем приводимые в апелляционной жалобе защитника доводы об отсутствии у ФИО1 умысла на совершение преступления являются несостоятельными. 

Доводы о том, что инкриминируемые действия были выполнены ФИО1 в состоянии крайней необходимости, по согласованию с представителями органов исполнительной власти, получение лицензии было невозможно по причине отсутствия права собственности на объекты водоснабжения, проверялись судом первой инстанции и не нашли своего подтверждения. 

Как установлено судом, ФИО1 не предпринимал никаких мер по получению лицензии на пользование участками недр, в администрацию поселка «

<

адрес>» по вопросу оформления лицензии не обращался, заявок в уполномоченный орган о выдаче лицензии не подавал. Такое игнорирование осужденным законных требований исключает совершение им инкриминируемых действий в состоянии крайней необходимости.

Содержащаяся в апелляционной жалобе защитника ссылка на ст.21 Федерального закона №416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении», согласно которой в перечне оснований для отключения услуг по водоснабжению отсутствует возможность отключения населения от услуг по водоснабжению в случае истечения срока действия лицензии на пользование недрами, а равно ее отсутствие, как и представленное в суд апелляционной инстанции защитником осужденного сообщение и.о. директора МУП «

<

данные изъяты>» поселка 

<

адрес> Л.В.А. о том, что лицензия у МУП «

<

данные изъяты>» в настоящее время отсутствует по причине непредставления собственником имущества необходимых документов, в том числе подтверждающих право собственности на данное имущество, также при наличии вышеуказанных данных не свидетельствует о совершении ФИО1 инкриминируемых действий в состоянии крайней необходимости и отсутствии состава преступления в его действиях. 

Что касается доводов апелляционной жалобы защитника об отсутствии необходимости в получении лицензии на право пользования недрами, то они также являются несостоятельными, поскольку основаны на ошибочном толковании норм закона.

Как видно из приговора, суд, установив вину ФИО1 в совершении указанного преступления, обоснованно исходил из положений Федерального закона от 21 февраля 1992 года № 2395-1-ФЗ «О недрах», что в приговоре подробно отражено.

При этом судом правильно учтено, что в соответствии со ст. 11 Федерального закона от 21.02.1992 № 2395-1-ФЗ «О недрах» предоставление недр в пользование оформляется специальным государственным разрешением в виде лицензии, которая является документом, удостоверяющим право ее владельца на пользование участком недр в определенных границах в соответствии с указанной в ней целью в течение установленного срока при соблюдении владельцем заранее оговоренных условий. 

Таким образом, пользование участками недр является лицензируемым видом деятельности. Пользователями недр на основании лицензии выступают исключительно субъекты предпринимательской деятельности для достижения извлечения прибыли посредством реализации природных ресурсов или иных форм.

Следовательно, для осуществления предпринимательской деятельности путем добычи подземных вод и водоснабжения потребителей необходима лицензия. 

Таким образом, вывод суда в приговоре о том, что отсутствие лицензии свидетельствует об осуществлении ФИО1 незаконной предпринимательской деятельности путем добычи подземных вод и водоснабжения потребителей без лицензии является законным и обоснованным. 

Также суд пришел к правильному выводу о том, что привлечение ФИО1 к административной ответственности по ст.7.3 КоАП РФ за пользование недрами без лицензии не исключает его уголовной ответственности за осуществление предпринимательской деятельности без лицензии, сопряженное с извлечением дохода в крупном размере, что мотивировал в приговоре. 

Иные приведенные в апелляционных жалобах доводы также во внимание приняты быть не могут, поскольку в приговоре суд указал конкретные обстоятельства, на основании которых он пришел к выводу о виновности ФИО1 в содеянном, допустимости тех или иных доказательств по делу, привел мотивы в обоснование принятого решения, оснований не согласиться с которыми не имеется. 

Вопреки доводам апелляционных жалоб нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену приговора, которые путем лишения и ограничения гарантированных прав участников судопроизводства или иным образом повлияли бы на вынесение законного, обоснованного и справедливого приговора, органами предварительного следствия в ходе расследования уголовного дела и судом при его рассмотрении, не допущено. Уголовное дело расследовано и рассмотрено полно, всесторонне, объективно.

Судом созданы условия для исполнения участниками уголовного судопроизводства их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, обеспечено равенство сторон по представлению и исследованию доказательств. 

Предусмотренных ст. 237 УПК РФ оснований для возвращения уголовного дела прокурору у суда не имелось и по материалам дела не усматривается. Требования стороны защиты о возвращении дела прокурору не основаны на нормах действующего законодательства, что подробно мотивировано судом в приговоре. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы обязательное удаление суда в совещательную комнату необходимо лишь для вынесения письменного постановления о возвращении уголовного дела прокурору. 

Судом не допущено нарушений ст. 252 УПК РФ, определяющей пределы судебного разбирательства по уголовному делу (часть 1) и допускающей возможность изменения обвинения в судебном разбирательстве при условии, если этим не ухудшается положение подсудимого, и не нарушается его право на защиту (часть 2).

Установление судом фактических обстоятельств дела, которые не отрицал сам осужденный, о нахождении МУП «

<

данные изъяты>» по 

<

адрес>, где у ФИО1 возник умысел на совершение преступления, а не как указано органами следствия – по 

<

адрес>, не является нарушением требований ст. 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства, не изменяет существа предъявленного ФИО1 обвинения, не увеличивает его объем.

В данном случае, положение ФИО1 не ухудшается, как и не нарушается его право на защиту. Место нахождения МУП «

<

данные изъяты>», как и место возникновения умысла на совершение преступления, не определяет место совершения преступления, которое по сравнению с предъявленным обвинением, вопреки утверждениям адвоката, судом не изменялось.

Мера наказания осужденному назначена в соответствии с требованиями ст.43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, всех конкретных обстоятельств по делу, данных о личности виновного, влияния назначенного наказания на условия жизни его семьи. 

Смягчающие наказание обстоятельства учтены в достаточной степени. 

При этом судом избран наиболее мягкий вид наказания из предусмотренных санкцией уголовного закона, по которому осужден ФИО1, а размер этого наказания не является максимально возможным. 

В связи с истечением сроков давности ФИО1 освобожден от назначенного наказания. 

Вместе с тем постановление суда в части взыскания с ФИО1 в пользу федерального бюджета процессуальных издержек, связанных с расходами по выплате вознаграждения за производство экспертизы в ООО «ЭКСПЕРТ-АВТО» в сумме 

<

данные изъяты> рублей, подлежит изменению по следующим основаниям.

Принимая решение о взыскании с осужденного ФИО1 сумм, израсходованных на производство экспертизы, суд в постановлении сослался на положения ст. 131 УПК РФ.

Однако, по смыслу п. 7 ч. 2 ст. 131 УПК РФ, положения которого следует рассматривать в системном единстве с п. 4 ч. 2 ст. 131 УПК РФ, и разъяснениями Постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2013 года № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам» в состав процессуальных издержек не входят суммы, израсходованные на производство судебной экспертизы в государственных экспертных учреждениях, поскольку их деятельность финансируется за счет средств федерального бюджета или бюджетов субъектов Российской Федерации.

Между тем взыскание с осужденного процессуальных издержек, связанных с производством экспертизы, было вызвано именно с ее проведением в негосударственном учреждении, в то время как при производстве экспертизы в государственном специализированном учреждении такая обязанность на осужденного не могла быть возложена.

При указанных обстоятельствах оснований для возложения на осужденного обязанности возмещения расходов на производство экспертизы не имелось, в связи с чем указание о взыскании с ФИО1 процессуальных издержек за производство экспертизы в ООО «ЭКСПЕРТ-АВТО» в сумме 

<

данные изъяты> рублей подлежит исключению из постановления.

В остальном приговор и постановление суда о выплате процессуальных издержек подлежит оставлению без изменения, поскольку иных нарушений, влекущих отмену или изменение судебных решений, по данному делу не имеется.

Что касается доводов апелляционных жалоб о том, что судом не разрешена судьба арестованного имущества, то отсутствие в приговоре решения суда по данному вопросу не является основанием для отмены или изменения приговора. Данный вопрос может быть разрешен в порядке исполнения приговора, предусмотренном ст.397, 399 УПК РФ. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

постановил:

приговор Советского районного суда Курской области от 23 декабря 2019 года в отношении ФИО1 оставить без изменения. 

Постановление Советского районного суда Курской области от 23 декабря 2019 года о выплате процессуальных издержек изменить: исключить из постановления указание о взыскании с ФИО1 в доход государства процессуальных издержек, затраченных на производство дополнительной судебной бухгалтерской экспертизы, в размере 

<

данные изъяты> рублей.

В остальной части постановление суда оставить без изменения, апелляционные жалобы (основную и дополнительные) защитника осужденного ФИО1 – адвоката Овчаренко Е.В. - без удовлетворения.

Председательствующая: Е.В. Хохлова