Судья Тыняная М.А. Дело № 22-2360/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Томск 26 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Томского областного суда в составе:

председательствующего Нохрина А.А.,

судей Каргиной О.Ю., Карпова А.В.,

при секретаре – помощнике судьи Л.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Козловой О.С., апелляционным жалобам защитников осужденного ФИО1 – адвокатов Глазырина Е.А. и Рубцова В.Н. на приговор Кировского районного суда г. Томска от 18 июля 2025 года, которым

ФИО1, /__/, несудимый,

осужден по ч. 4 ст. 159 УК РФ к 6 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Гражданский иск прокурора Томской области в защиту интересов Российской Федерации удовлетворен в полном объеме, с ФИО1 взыскано 63 407 900, 25 рублей в пользу /__/ в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением.

Заслушав доклад судьи Нохрина А.А., выступление прокурора Буэль И.В., поддержавшей доводы апелляционного представления, выступление осужденного ФИО1 и его защитников - адвокатов Глазырина Е.А. и Рубцова В.Н. поддержавших доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия

установила:

ФИО1 признан виновным в мошенничестве, то есть хищении чужого имущества путем обмана, с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере.

Преступление совершено в г. Томске при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Козлова О.С. не оспаривая обоснованность осуждения, правильность квалификации действий ФИО1, считает, что приговор подлежит изменению в связи с неправильным применением уголовного закона при определении периода, подлежащего зачету в срок наказания.

Указывает, что суд принимая решение о зачете в срок наказания времени содержания ФИО1 под стражей, не учел период нахождения, обвиняемого под домашним арестом с 11.04.2023 по 26.04.2023, не применил коэффициент, предусмотренный ч. 3.4 ст. 72 УК РФ, что привело к необоснованному увеличению зачета в срок наказания времени содержания под стражей.

Просит приговор Кировского районного суда г. Томска от 18.07.2025 изменить. Исключить из резолютивной части приговора указание на зачет в срок отбытия наказания времени содержания ФИО1 под стражей с 14.10.2022 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. Зачесть в срок отбывания наказания время содержания под стражей ФИО1 в период с 14.10.2022 по 10.04.2023, а также с 27.04.2023 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. Зачесть в срок отбывания наказания время нахождения под домашним арестом ФИО1 в период с 11.04.2023 по 26.04.2023 из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы. В остальной части приговор оставить без изменения.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Глазырин Е.А. выражает несогласие с вынесенным судом решением, считает его незаконным, необоснованным, не справедливым и подлежащим отмене.

Указывает, что суд в нарушение положений п. 3 ст. 304 УПК РФ не указал в описательной части приговора данные секретарей судебного заседания, а также государственных обвинителей, участвовавших в судебном заседании.

Считает, что суд не учел в приговоре п. 25 должностной инструкции, которая требует соблюдать требования, установленные /__/ в отношении технической документации и документов по стандартизации внедренных в /__/.

Указывает, что суд в нарушение разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, изложенных в постановлении от 29.11.2016 № 55 без учета результатов судебного разбирательства, скопировал в описательно-мотивировочную часть приговора текст обвинительного заключения без изменений в части существа обвинения.

Считает, что суд исказил смысл, не учел и исключил из приговора часть показаний ФИО1, С., П., Г., С., Н., К., тем самым не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на решение суда. Дает свою оценку показаниям указанных лиц.

Приводит показания свидетелей П., Г., С., Н., Е., Ч., К., Р., Г., дает им свою оценку.

Обращает внимание, что суд в приговоре привел показания К., С. данные ими на предварительном следствии, однако согласно протоколу судебного заседания, эти показания не оглашались.

Отмечает, что в материалах уголовного дела имеется приказ Минпромторга № 334 от 08.02.2019, вступившим в силу 18.04.2019 «Об утверждении и порядке определения состава затрат, включаемых в цену продукции, поставляемых в рамках государственного оборонного заказа». Данный приказ дает четкое определение состава затрат, а именно определяет включение в них материальные затраты (п. 13 порядка определения затрат), п. 18 специальные затраты. Считает, что «/__/» должным образом уведомил и согласовал с /__/ факт включения в цену договора приобретённых ЭРИ, предусмотренных технической документацией.

Считает ложными показания свидетелей в части того, что инструкция 003 предназначена только для определения объемов закупки ЭРИ, имеет рекомендательный характер.

Отмечает, что исследования эксперта велись на основе справочных данных, созданных Р., а не на основе документов контракта, где стоит подпись ФИО1

Выражает несогласие с проведенными экспертизами экспертом К. и опровергает их.

Считает, что РКМ Р. содержит недостоверные сведения о количестве комплектующих, не имеют отношения к контракту, созданы после его завершения, включают в себя новые столбцы, имеют сокращенную номенклатуру, которая в разы меньше, чем указано в контракте.

Полагает, что материалами дела опровергается утверждение следствия и в последствии положенное в основу приговора, что заказчик не был в курсе сведений о приобретенных дополнительных комплектующих, отраженных в форме 6.1, и потому был якобы обманут.

Считает, что мотив ФИО1 в совершении вмененного ему преступления суд строит на не верном понимании основ экономики, который не подтверждается фактами получения им поощрений и корысти, его заслуги в экономике, ставит ему же в вину.

Просит приговор Кировского районного суда г. Томска от 18 июля 2025 года отменить, ФИО1 оправдать за отсутствием в его действиях состава преступления. Признать за ФИО1 право на реабилитацию и снять арест на его имущество.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Рубцов В.Н. выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене.

Считает, что судом не установлены и не приведены доказательства наличия у ФИО1 прямого умысла на хищение имущества и корыстной цели. Вывод о наличии корыстной цели сделан на основании предположений, исходя из возможного увеличения показателей деятельности предприятия. При этом фактов получения ФИО1 личной материальной выгоды не установлено.

Проводит анализ норм материального права и отмечает, что вывод суда первой инстанции о незаконности и противоправности отнесения стоимости ЭРИ, приобретенных в соответствии с технической документаций, но не входящих в состав используемых элементов в соответствии с конструкторской документацией опровергается текстом нормативно правового акта, регулирующего отнесение расходов на состав затрат.

Считает, что показания ключевых свидетелей, положенные в основу обвинительного приговора, были получены от лиц, получивших существенные выгоды от обвинения ФИО1 в совершении действий, которые совершали сами свидетели. То есть, имеются основания предполагать оговор свидетелями осуждённого, с целью избежать собственной уголовной ответственности, а также получить продвижение по карьерной лестнице. При этом всё обвинение построено исключительно на показаниях свидетелей, заинтересованных в привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, при отсутствии письменных подтверждений этих показаний, и даже при наличии письменных и документальных подтверждений фактов, опровергающих эти показания.

Указывает, что суд не привёл мотивированного опровержения доводов стороны защиты о законности закупок ЭРИ, их включения в смету и калькуляцию в соответствии с согласованными методиками и нормативами. В том числе, необоснованно отклонил все ходатайства о проведении технических и бухгалтерских экспертиз.

Считает, что суд первой инстанции не дал надлежащей оценки доводам стороны защиты о том, что /__/ фактически не понесло убытков, так как получило компенсацию от конечного заказчика (/__/) в составе цены на поставляемую продукцию.

Приходит к выводу, что, в материалах уголовного дела отсутствуют относимые доказательства факта причинения ущерба /__/ при исполнении обязательств по договору 26/15 от 24.10.2016 вообще, и в результате действий ФИО1, в частности.

Защита считает, что выводы содержащиеся в бухгалтерских экспертизах, проведённых в ходе предварительного расследования, не только являются не относимыми и недопустимыми доказательствами по уголовному делу, но и при их составлении, в действиях как самого эксперта, так и следователя, присутствуют признаки фальсификации доказательства по уголовному делу и составлении заведомо ложного заключения эксперта. Считает, что бухгалтерские экспертизы проведены с грубейшими нарушениями методики проведения таких экспертиз.

Считает, решение по вопросу удовлетворения исковых требований является незаконным, так как иск предъявлен к ненадлежащему ответчику, ненадлежащим истцом, и необоснованным, так как реальный ущерб не установлен надлежащими доказательствами и лицо, которому причинён ущерб не установлено надлежащими доказательствами.

Отмечает, что судом не дана правовая оценка доводам защиты о том, что техническая документация включает в себя не только конструкторскую документацию, но и технологическую, а также внутренние инструкции, согласованные с военной приёмкой. Не исследованы в полном объёме нормативные акты, в частности приказ Минпромторга № 334, регламентирующий порядок формирования затрат.

Просит приговор Кировского районного суда г. Томска от 18 июля 2025 года отменить. Постановить в отношении ФИО1 оправдательный приговор в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Уголовное преследование в отношении ФИО1 прекратить, признать за ним право на реабилитацию. В удовлетворении иска прокурора Томской области о взыскании в счёт возмещения ущерба, причинённого преступлением, с ФИО1 в пользу /__/ отказать.

В возражениях на апелляционные жалобы адвокатов государственный обвинитель Козлова О.С. опровергает изложенные в них доводы, просит оставить их без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Выводы суда о виновности ФИО1 в инкриминируемом деянии основаны на совокупности доказательств, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст.17, 88 УПК РФ.

Исследованные судом и приведенные в приговоре доказательства вины ФИО1 получены с соблюдением требований действующего уголовно-процессуального законодательства.

Предусмотренные главой 11 УПК РФ правила проверки и оценки доказательств судом соблюдены, и оснований сомневаться в выводах суда первой инстанции не имеется.

Обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, судом установлены и приведены в приговоре.

Как видно из материалов уголовного дела, обстоятельства совершения осужденным противоправных действий установлены на основании доказательств, которые непосредственно исследовались в судебном заседании в соответствии с требованиями ст. 240 УПК РФ, а затем с достаточной полнотой приведены в приговоре. В связи с этим доводы жалобы адвоката Глазырина Е.А. о том, что приговор скопирован с обвинительного заключения нельзя признать состоятельными, поскольку данное утверждение не соответствует действительности. Несогласие стороны защиты с оценкой доказательств, данной судом первой инстанции, не может являться основанием для отмены или изменения приговора.

Описание деяния, совершенного осужденным, которое судом признано доказанным, содержит сведения о месте и времени, способе его совершения, форме вины, цели и иных данных, позволяющих судить о событии преступления, причастности осужденного и виновности.

Несмотря на позицию стороны защиты, выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении мошенничества, при обстоятельствах, указанных в приговоре, мотивированы и основаны на совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства, и подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре, в том числе:

показаниями представителя потерпевшего ФИО2 являющимся старшим юрисконсультом в отделе /__/ относительно договора на выполнение поставки оборудования заключенного между «/__/» и «/__/», произведенной оплаты, цены договора, завышении стоимости работ;

показаниями свидетеля Г. являющимся генеральным директором /__/ относительно договора заключенного /__/ и /__/;

показаниями свидетелей С. являющимся /__/, свидетеля Н. являющейся и.о. начальника планово-экономического отдела /__/, свидетеля Ч. являющейся начальником бюро комплектации и внешней кооперации /__/, свидетеля К. являющейся заместителем генерального директора по управлению, экономике и финансам /__/, Р. являющегося генеральным директором /__/ относительно договора заключенного между /__/ и /__/;

показаниями свидетеля Г. являющимся с 2015 по 2023 год начальником отдела внешней кооперации и комплектации (ОВКиК) /__/ относительно инструкции о коэффициенте запаса для проведения дополнительных испытаний которая применяет в деятельности /__/, а также указаний ФИО1 о том, что все комплектующие оплачивается заказчиком, однако остаются в распоряжении /__/ и хранятся на складе ОВКиК;

показаниями свидетеля Ж. являющейся заведующей складом ОВКиК /__/ согласно которым в 2019 году на совещании ФИО1 дал устное распоряжение о списании всех приобретенных элементов согласно ведомости выдачи комплектующих, в том числе и тех, которые не требовались для изготовления изделия, по конкретному договору;

показаниями свидетелей К. с 2016 до 2023 год являющимся начальником цеха /__/, В. являющимся начальником испытательного технического центра (ИТЦ) /__/ согласно которым на совещании в 2019 году ФИО1 дал распоряжение оптимизировать издержки предприятия в связи с приобретением дополнительных ЭРИ, в соответствии с которым все, что приобретается по конкретному контракту, должно быть списано на указанный контракт;

показаниями свидетеля К. являющейся начальником отдела себестоимости продукции управления договоров, цен и себестоимости продукции /__/ относительно условий договора, заключенного между /__/ и /__/;

показаниями свидетеля К. являющимся начальником научно-технического отдела надежности и физических исследований (отдел /__/) /__/ относительно «Инструкции коэффициентов увеличения количества ЭРИ» ЕИЖА.430204.003, о которой заказчик (/__/) не был поставлен в известность;

показаниями свидетеля Л. являющимся /__/ относительно обстоятельств, из которых ему в ходе изучения РКМ стало известно, что между РКМ и покупными ведомостями имеются отличия в части количества радиоэлементов (5-15%), а также попыток дальнейшего разрешения указанного вопроса с /__/;

показаниями свидетеля Ф. которая с августа 2015 года по 1 февраля 2017 года занимала должность экономиста ОВКиК /__/. С 1 февраля 2017 года по октябрь 2022 года занимала должность экономиста отдела договоров и цен управления договоров, цен и себестоимости продукции /__/ пояснившей, что статья затрат «Затраты на приобретение комплектующих изделий для проведения испытаний» в плановой калькуляции расчетно-калькуляционных материалов используется /__/ с 2019 года исключительно в рамках договора, заключенного между /__/ и /__/. Она получила указание от своего непосредственного руководителя К. относить затраты на покупные комплектующие изделия в отдельную форму под названием «расшифровка затрат на приобретение комплектующих изделий для проведения испытаний» после проведения совещания с заказчиком, в ходе которого /__/ указал /__/ на необходимость оформлять расчетно-калькуляционные материалы именно таким образом. Дала пояснения о порядке формирования плановых и фактических затрат в формах расчетно-калькуляционных материалов «расшифровка затрат на приобретение комплектующих изделий» и «расшифровка затрат на приобретение комплектующих изделий для проведения испытаний», подготовке пояснительной записки к каждому этапу (1-6) исполнения договора с /__/ по обоснованию перевода в фиксированную цену аппаратуры преобразования и распределения специальных токов ЕИЖА.4361123.097 (для ГЛИ). Указала, что в результате перевода ориентировочной цены договора в фиксированную, приобретенные /__/ дополнительные объемы ЭРИ, не предусмотренные конструкторской документацией, были включены в цену каждого комплекта аппаратуры преобразования и распределения специальных токов, что является нарушением, так как такие затраты не относятся к фактически понесенным в рамках исполнения государственного оборонного заказа;

показаниями свидетеля Б. являющейся заместителем главного бухгалтера /__/ относительно ведения бухгалтерского учета в /__/;

показаниями свидетеля М. являющимся заместителем генерального директора по производству /__/ относительно переписки между /__/ и /__/ в котором последние указали, что проведенные /__/ дополнительные испытания, в обеспечении которых были приобретены ЭРИ, не предусмотрены договором. /__/ просит предоставить обосновывающие документы;

показаниями свидетеля Б. являющимся начальником сектора ОДЦ /__/ относительно расхождений по сумме затрат на приобретение комплектующих ЭРИ, а также об указаниях ФИО1 по оптимизации издержек /__/ по приобретению дополнительного объема ЭРИ и списании расходов на заказчика;

показаниями свидетеля П. являющейся заместителем начальника отдела договоров и цен /__/ относительно переписки между /__/ и /__/ относительно ЭРИ;

заключениями эксперта № 113-19/07-18/12-2023 от 15.02.2023, № 113-19/07-18/22-2023 от 19.04.2023, № 113-19/07-18/23-2023 от 19.04.2023 № 113-19/07-18/24-2023 от 20.04.2023, № 113-19/07-18/35-2023 от 29.06.2023 подтверждающих факт причинения ущерба;

договором № 1118187311572010101000282/26/15-ОП/2.132.3369 от 24.10.2016, заключенного между /__/ и /__/, платежными документами по указанному договору, актами приема-передачи, перепиской с /__/, касающейся заключения и исполнения вышеуказанного договора, в том числе письмо и.о. генерального директора /__/ М. генеральному директору /__/ от 18.08.2022, письмом и.о. генерального директора /__/ и.о. генерального директора /__/ М. от 25.08.2022 (о дополнительном объеме ЭРИ), изъятыми у представителя потерпевшего П. в ходе выемки 22.11.2022, подтверждающими исполнение договора между /__/ и /__/ и перечисление денежных средств, подтверждающих осведомленность ФИО1 о ходе исполнения договора и неправомерным включении в стоимость договора дополнительных объемов ЭРИ;

приказом о приеме работника на работу № 500 от 04.04.2016 о принятии ФИО1 на должность /__/; должностной инструкцией /__/, утвержденной генеральным директором /__/ Р. 25.03.2016; картой ключевых показателей эффективности /__/ на 2021 год, письмом исполнительного директора по экономике /__/ о согласовании проекта карты ключевых показателей; не подписанной картой ключевых показателей эффективности /__/ на 2022 год, методическими указаниями (приложение № 1) по применению ключевых показателей эффективности в /__/ и ее организациях, представлена в виде заверенной прошитой копии; методическими указаниями (приложение № 21) по применению ключевых показателей эффективности в /__/ и ее организациях; заверенными копиями доверенностей на ФИО1 подтверждающими должностное положение ФИО1 и его полномочия в /__/ и другими доказательствами, изложенными в приговоре.

Все доказательства судом проверены в соответствии с требованиями ст.87 УПК РФ, оценены с учетом правил, предусмотренных ст. 88 УПК РФ, с точки зрения их допустимости, достоверности и относимости к рассматриваемому событию, а в совокупности - достаточности для признания ФИО1 виновным в инкриминированном ему деянии.

Каких-либо противоречий в приведенных доказательствах, которые могли бы повлиять на правильность выводов суда, не имеется. Заинтересованности со стороны представителей потерпевшего и свидетелей в исходе дела и оснований для оговора ими осужденного, оснований для признания доказательств недопустимыми, судом не установлено.

Несогласие стороны защиты с оценкой показаний свидетелей, не свидетельствует о незаконности принятого судом решения в части осуждения ФИО1 по ч. 4 ст. 159 УК РФ, утверждение о даче свидетелем заведомо ложных показаний носит голословный характер.

Довод апелляционной жалобы адвоката Глазырина Е.А. относительно указания в приговоре не оглашенных показаний свидетеля К. и С. данных ими на предварительном следствии является необоснованным, поскольку как следует из материалов уголовного дела, в основу приговора суд положил показания указанных свидетелей данных ими в судебном заседании. Показания свидетелей К. и С. данных ими в ходе предварительного расследования в приговоре, в качестве доказательств виновности ФИО1, не приведены.

Поскольку вышеперечисленные доказательства нашли свое подтверждение, они положены в основу выводов суда о виновности осужденного в инкриминированном ему преступлении.

Содержание исследованных судом доказательств изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств; фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний допрошенных лиц либо содержания письменных доказательств таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, судебной коллегией не установлено.

Оснований для иной оценки доказательств, как об этом ставит вопрос осужденный и его защитник, не имеется.

На основании анализа доказательств, суд обоснованно пришел к выводу, что ФИО1, являясь должностным лицом, /__/ совершил хищение чужого имущества, принадлежащего /__/, путем обмана в особо крупном размере, а именно денежных средств в сумме 63 407 900,25 рублей.

Изложенные в апелляционных жалобах доводы не опровергают установленных по делу обстоятельств и не могут поставить под сомнение правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права. Доказательств, опровергающих выводы суда первой инстанции, стороной защиты не представлено.

Несмотря на занятую ФИО1 позицию по отношению к предъявленному обвинению, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд, правильно установив фактические обстоятельства дела, обоснованно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 4 ст.159 УК РФ. Выводы суда о юридической квалификации действий ФИО1 являются мотивированными, основанными на материалах уголовного дела, не согласиться с которыми оснований не имеется.

Выводы суда о доказанности умысла осужденного на хищение денежных средств путем обмана, наличии у него корыстной цели и об использовании ФИО1 своего служебного положения при совершении преступления подтверждаются исследованными доказательствами, приведенными в приговоре, и мотивированы судом первой инстанции в приговоре.

Вопреки доводам защиты, факт и размер ущерба, причиненного потерпевшему данным преступлением, установлен в ходе рассмотрения дела на основании исследованных в судебном заседании доказательств, в т.ч. заключений судебных экспертиз, выводы которых не вызывают сомнения в их достоверности, основаны на исследовании документов, относящихся к рассматриваемому контракту. Исследования выполнены с использованием действующих методик, с учетом всех обстоятельств, значимых для ответа на поставленные перед экспертами вопросы.

Довод апелляционной жалобы защитника о том, что экспертные заключения выполнены с нарушением действующего законодательства не соответствует действительности.

Оснований не доверять выводам имеющихся деле и указанных в приговоре судебных экспертиз, у суда оснований не имелось, с чем полностью согласна и судебная коллегия.

Оснований сомневаться в необходимой компетенции и профессиональной подготовке эксперта не имеется, она предупреждалась об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключения эксперта мотивированы, понятны, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ. Эксперт допрошена в судебном заседании и подтвердила выводы, изложенные в заключении.

Существенных нарушений процессуального закона, которые могли бы повлечь признание заключений эксперта недопустимым доказательством, в материалах дела не имеется, а несогласие стороны защиты с их выводами основанием для этого не является.

Оснований для назначения повторной экспертизы ввиду отсутствия оснований, предусмотренных ст. 207 УПК РФ, не имелось.

Вопреки доводам жалобы, судом дана надлежащая оценка всем доказательствам. При этом суд привел мотивы, по которым он признал одни доказательства допустимыми и достоверными, а другие - отверг как противоречащие материалам дела.

Доводы апелляционных жалоб, сводящиеся к отсутствию в действиях ФИО1 состава преступления и необходимости его оправдания, аналогичны доводам, приводимым стороной защиты при рассмотрении дела в суде первой инстанции, которые были тщательно проверены судом в ходе рассмотрения дела, получили надлежащую оценку.

Вопреки доводам защитника осужденного, оснований полагать, что доказательства по делу сфабрикованы, а материалы уголовного дела сфальсифицированы, не имеется, доводы в данной части голословны и никакими объективными данными не подтверждаются.

Защитная позиция, занятая в ходе рассмотрения дела, о том, что ФИО1 инкриминируемого ему преступления не совершал, поскольку умысла на хищение денежных средств у него не имелось, опровергнута судом с приведением соответствующих мотивов.

Как видно из материалов дела, предварительное и судебное следствие по данному уголовному делу проведено в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, с достаточной полнотой и объективно.

Судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, с соблюдением принципа состязательности сторон. Председательствующий предоставил обвинению и защите равные возможности по представлению и исследованию доказательств. Все ходатайства сторон были рассмотрены с принятием соответствующих решений. Оснований сомневаться в их правильности у судебной коллегии не имеется.

Нельзя согласиться с доводом адвоката Глазырина Е.А. о несоответствии приговора требованиям п. 3 ст. 304 УПК РФ по причине отсутствия в его вводной части данных о секретарях судебного заседания, которые вели протокол судебного заседания, а также государственных обвинителях. Названное обстоятельство не является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку не ставит под сомнение законность приговора, так как не влияет на правильность установления судом обстоятельств дела, квалификацию действий осужденного и справедливость назначенного последнему наказания.

При назначении наказания ФИО1, суд, исходя из положений ст. 6, 43, 60 УК РФ, учел в полной мере, как указано в приговоре, характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о его личности, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и условия жизни его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК признал состояние здоровье осужденного и его матери, его положительные характеристики.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Кроме того, судом обосновано учтено, что ФИО1 не судим, на учетах в психоневрологическом, наркологическом диспансерах не состоит, по месту жительства характеризуется положительно.

Вместе с тем, как верно указано судом ФИО1 совершил тяжкое преступление против собственности.

Суд первой инстанции должным образом учел совокупность всех смягчающих наказание обстоятельств, данных о личности осужденного, отсутствие обстоятельств, отягчающих его наказание, и пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания, связанного с изоляцией от общества, не найдя оснований для применения к нему положений ч. 6 ст. 15, ст.ст.64, 53.1 и 73 УК РФ. Выводы о назначении осужденному наказания надлежаще мотивированы судом.

Суд, правильно назначил местом отбывания наказания исправительную колонию общего режима, в соответствии с п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ, мотивировав принятое решение.

Назначенное осужденному наказание по своему виду и размеру является справедливым, соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного преступления и личности виновного, полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. Не является чрезмерно суровым и не является чрезмерно мягким, в связи с чем основания для усиления либо смягчения наказания судебная коллегия не усматривает.

Вопреки доводам жалобы, гражданский иск прокурора, в защиту интересов Российской Федерации, заявлен в полном соответствии с ч. 3 ст. 44 УПК РФ, а решение суда первой инстанции по гражданскому иску является правильным.

Судом обоснованно сохранен арест, наложенный на имущество ФИО1, до исполнения приговора в части гражданского иска.

Между тем, приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ время нахождения лица под домашним арестом засчитывается в срок содержания лица под стражей до судебного разбирательства и в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей или лишения свободы.

Из приговора суда следует, что время содержания ФИО1 под стражей зачтено с 14.10.2022 до вступления приговора в законную силу из расчета: один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Вместе с тем судом не учтено, что постановлением Кировского районного суда г. Томска от 10.04.2023 мера пресечения в виде содержания под стражей ФИО1 была изменена на домашний арест, и он освобожден из-под стражи. Апелляционным постановлением Томского областного суда от 27.04.2023 указанное постановление отменено, срок содержания ФИО1 под стражей продлен до 14.06.2023, и он взят под стражу в зале суда. Таким образом, ФИО1 в период с 14.10.2022 по 10.04.2023, а также с 27.04.2023 до вынесения приговора содержался под стражей, а в период с 11.04.2023 по 26.04.2023 - под домашним арестом.

Иных нарушений требований закона, влекущих отмену или изменение приговора при производстве по уголовному делу не допущено.

Руководствуясь ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

определила:

приговор Кировского районного суда г. Томска от 18 июля 2025 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из резолютивной части приговора указание на зачет в срок отбытия наказания времени содержания ФИО1 под стражей с 14.10.2022 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Зачесть в срок отбывания наказания время содержания под стражей ФИО1 в период с 14.10.2022 по 10.04.2023, а также с 27.04.2023 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Зачесть в срок отбывания наказания время нахождения под домашним арестом ФИО1 в период с 11.04.2023 по 26.04.2023 из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Козловой О.С. удовлетворить, апелляционные жалобы адвокатов Глазырина Е.А. и Рубцова В.Н. - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Кассационные жалобы, представление могут быть поданы сторонами через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления определения в законную силу, а осужденным в тот же срок со дня вручения ему копии приговора о вступлении его в законную силу. В случае подачи осужденным кассационной жалобы он имеет право ходатайствовать о своем участии в суде кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи