дело № 2-301/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 октября 2018 года с.Б-Березники

Большеберезниковский районный суд Республики Мордовия в составе председательствующего судьи Колчиной Л.А.,

при секретаре Смолановой О.А.,

с участием в деле: 

истицы ФИО1, представителя истицы ФИО2, действующего по доверенности от 20 октября 2017 года, 

ответчиков ФИО3, ФИО4,

третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика - Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Мордовия, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 и ФИО4 о признании договора дарения земельного участка с жилым домом недействительным, применении последствий недействительности сделки, 

установил:

ФИО2, действуя в интересах ФИО1, обратился в суд с иском к ФИО3 и ФИО4 о признании договора дарения земельного участка с жилым домом, расположенными по адресу: 

<

адрес>, недействительным, применении последствий недействительности сделки. В обоснование требований указал, что в январе 2013 года истица собиралась завещать дом своему внуку ФИО3 Для того, чтобы она подписала завещание на дом, внук привез её к К.И.А. для оказания юридической помощи и оформления документов и показал, где расписаться. ФИО1 в силу своей малограмотности и доверия к родному внуку ставила подписи под документами, которые, как оказалось, завещанием не являлись. ФИО1 неизвестно, какие документы она подписала, их текст ей неизвестен. Никто ей не сказал, что она подписывает договор дарения жилого дома и земельного участка, и что её действия приведут к утрате права собственности на единственное жилье, а она окажется на улице. На момент заключения сделки истица, ввиду нахождения в преклонном возрасте, наличия у неё многочисленных болезней, а также заболевания глаз, слабой памяти, глухоты и незнания русского языка, не могла осознавать природу совершаемой сделки, а ответчик намеренно ввел её в заблуждение. Договор дарения земельного участка с жилым домом был заключен под влиянием обмана, так как ФИО3 убедил ФИО1, что оформляется завещание. Истица заблуждалась относительно мотива сделки, её существа, вследствие чего имеются основания для признания сделки недействительной вследствие заключения её под влиянием заблуждения. После того, как ответчик ФИО3 незаконно завладел имуществом, он подарил дом и земельный участок своей матери ФИО4 В результате истицу лишили права собственности на жильё, и фактически она осталась на улице. Просит признать недействительным договор дарения земельного участка с жилым домом, расположенными по адресу: 

<

адрес> от 22.01.2013 года, заключенный между ФИО1 и ФИО3 Применить последствия недействительности сделки. Признать недействительным договор дарения земельного участка с жилым домом, расположенными по адресу: 

<

адрес> от 22.04.2013 года, заключенный между ФИО3 и ФИО4 Прекратить право собственности ФИО4 на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>. Признать за ФИО1 право собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>.

В судебном заседании истица ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме, просила иск удовлетворить. Суду пояснила, что в спорном жилом доме она стала проживать с 1978 года с мужем и двумя детьми. После смерти мужа в 2004 году она перешла жить к отцу своей снохи ФИО4 и больше в свой дом не возвращалась. В доме остались проживать сын ФИО5, сноха ФИО4 и внук ФИО3 В 2005 году её сын ФИО5 умер. Дом и землю, в память о сыне, она хотела завещать своему внуку ФИО3, намерения дарить указанное имущество у неё не было. 

В судебном заседании представитель ФИО1 - ФИО2, исковые требования поддержал по основаниям, указанным в исковом заявлении. Суду пояснил, что в 2013 году его доверительница в результате обмана и введения её в заблуждение лишилась права собственности на жилой дом и земельный участок. По просьбе своего внука ФИО3 она подписала документы, не понимая их смысл и значение. Ввиду нахождения истицы в преклонном возрасте, наличия у неё многочисленных болезней, она не могла осознавать природу совершаемой сделки, что также подтвердила экспертиза. Только в октябре 2017 году ей стало понятно существо совершенной сделки, после чего она обратилась в суд с вышеуказанным иском. Просит исковые требования удовлетворить в полном объеме. 

В судебном заседании ответчик ФИО3 исковые требования не признал, просил в иске отказать. Суду пояснил, что на момент заключения договора дарения земельного участка с жилым домом его бабушка ФИО1 находилась в здравом уме и твердой памяти, действовала добровольно, относительно природы сделки не заблуждалась. В спорном доме на момент заключения сделки она не жила, так как после смерти своего мужа перешла жить к Б.В. на соседнюю улицу в д. Мариуполь и до сих пор проживет там и ведет с ним совместное хозяйство. Ответчик подарил вышеуказанные земельный участок и жилой дом своей матери ФИО4, поскольку боялся ареста имущества в счет возмещения морального вреда за причинение смерти по неосторожности в результате совершенного им дорожно-транспортного происшествия. В настоящее время он зарегистрирован и проживает в этом доме совместно с матерью, они сделали в доме ремонт, несут бремя содержания расходов. Истица также зарегистрирована в спорном жилом доме, у неё имеются ключи от этого дома, никто ей не препятствует проживанию в этой доме. Заявил о пропуске истицей срока исковой давности. 

В судебное заседание ответчица ФИО4 не явилась, просила рассмотреть дело в её отсутствие, исковые требования не признала. 

Представитель Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Республике Мордовия в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежаще и своевременно. 

Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

Согласно статье 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

При этом одним из условий действительности сделки является, в частности, соответствие воли (внутреннего намерения, желания субъекта, направленного на достижение определенного правового результата) и волеизъявления лица (внешнего проявления воли), являющегося стороной сделки, на ее совершение.

В силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения сделки) сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

Согласно пункту 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения сделки) сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

Заблуждение должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным.

Под заблуждением по смыслу приведенной нормы права понимается неправильное, ошибочное, не соответствующее действительности представление лица об элементах совершаемой им сделки. Внешнее выражение воли в таких случаях не соответствует ее подлинному содержанию.

В силу пункта 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обман предполагает определенное виновное поведение стороны, пытающейся убедить другую сторону в таких качествах, свойствах, последствиях сделки, которые заведомо наступить не могут. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшей происходит не свободно, а вынуждено, под влиянием недобросовестных действий лиц, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Таким образом, совершая дарение, даритель должен осознавать прекращение своего права на объект дарения и отсутствие каких-либо притязаний на подаренное имущество. В свою очередь, на одаряемом лежит обязанность по фактическому принятию дара, то есть совершению действий, свидетельствующих о вступлении в права владения, пользования и распоряжения подаренным имуществом.

Как видно из материалов дела, 02.01.2013 между дарителем ФИО1. и одаряемым ФИО3 заключен договор дарения земельного участка с жилым домом, расположенными по адресу: 

<

адрес>. 

Согласно пунктам 1,2 договора даритель безвозмездно передает в собственность одаряемого земельный участок с кадастровым номером 13:04:0101002:133, площадью 2600 кв.м, и размещенный на нем жилой дом, общей площадью 66 кв.м., которые принадлежит дарителю на праве собственности (л.д.51).

22 апреля 2013 года между дарителем ФИО3 и одаряемой ФИО4 заключен договор дарения указанного жилого дома (л.д. 50).

На основании указанных договоров дарения переход права собственности зарегистрирован ФИО3 05.02.2013 года, ФИО4 08.05.2013 года.

Предъявляя настоящий иск, ФИО2, действуя в интересах ФИО1, ссылается на преклонный возраст истицы, наличие у неё заболеваний, утверждает о том, что ФИО1 подписала договор дарения под влиянием заблуждения, обмана, указывает на ее волеизъявление на составление завещания, а не на безвозмездную передачу жилого дома в соответствии с заключенным по инициативе ответчика ФИО3 договором дарения.

В судебном заседании свидетель М.Т.А. суду показала, что она является дочерью истицы ФИО1 Истица в 1998 году получила травму головы, состояние здоровья у неё плохое, по несколько раз в год лежит в больнице, имеются провалы в памяти. Считает, что сделка по договору дарения совершена обманным путем со стороны ответчика ФИО3

Как следует из объяснений сторон и письменных материалов дела, при заключении договора дарения земельного участка с жилым домом от 22 января 2013 года ФИО1 присутствовала при его заключении.

Из содержания договора дарения следует, что договор дарения подписан лично ФИО1 и ФИО3, что сторонами в судебном заседании не оспаривалось. 

Как усматривается из текста договора, сторонам разъяснены последствия заключения договора дарения, текст договора и последствия его заключения сторонам были понятны. Также из договора следует, что стороны подтвердили, что при заключении договора действуют добровольно, при этом собственноручно поставили подписи в соответствующих графах.

ФИО1 также лично подписала документы, подаваемые для государственной регистрации договора дарения и перехода права собственности от нее к ФИО3

Согласно заключению комиссии экспертов ГБУЗ РМ «Мордовская республиканская клиническая психиатрическая больница» от 06 сентября 2018 года №774, анализ материалов гражданского дела и медицинской документации позволяет утверждать об отсутствии у ФИО1 на момент заключения договора дарения принадлежащего ей земельного участка с жилым домом, то есть 22.01.2013 года, выраженных нарушений мышления, интеллектуальных, мнестических, критических, прогностических функций, психотической симптоматики (бреда, галлюцинаций). Поэтому по своему психическому состоянию ФИО1 может в настоящее время, а также могла на момент заключения договора дарения, то есть 22.01.2013 года понимать значение своих действий и руководить ими (л.д.117). 

В судебном заседании свидетель К.И.А. суду показала, что к ней обратилась ФИО1 с просьбой оказать юридическую помощь в оформлении договора дарения своему внуку ФИО3 земельного участка и жилого дома. Договор дарения был составлен 22 января 2013 года в присутствии ФИО1, которая собственноручно расписалась в соответствующих графах. ФИО1 были разъяснены последствия заключения договора дарения, ей все было понятно.

В судебном заседании свидетели Т.Л.А. и П.В.И. суду показали, что они проживают в 

<

адрес>, хорошо знают ФИО1 Со слов ФИО1 и других жителей деревни им известно, что ФИО1 свой жилой дом и земельный участок подарила своему внуку ФИО3 

Таким образом, материалы дела содержат доказательства, свидетельствующие о волеизъявлении истицы на переход права собственности на жилое помещение к ее внуку, в связи с чем суд приходит к выводу о наличии воли обеих сторон сделки дарения именно на наступление предусмотренных данных договором правовых последствий.

Кроме того, ФИО1 в течение 5 лет с января 2013 по июль 2018 не предпринимала попыток расторжения договора дарения или его оспаривания, а также не были представлены доказательства того, что она реализовывала права собственника жилого дома после заключения договора дарения. На момент подписания договора дарения 22.01.2013 она по состоянию здоровья не нуждалась в постороннем уходе, была адекватной, самостоятельно занималась хозяйством, проживала в д. Мариуполь с Б.В. и вела с ним совместное хозяйство, что также следует из показаний свидетелей: Т.Л.А., П.В.И. М.Т.А.

При этом суд не принимает доводы стороны истицы о том, что при подписании оспариваемого договора ФИО1 полагала, что она подписала завещание спорного дома в пользу своего внука ФИО3, поскольку, суть завещательного распоряжения заключается в распоряжении потенциальным наследодателем правами в отношении принадлежащего ему на праве собственности имущества, и оформление завещания не связано с переходом при жизни лица права собственности на принадлежащее имущество к другим лицам, в то время как заключенный между сторонами договор дарения, влекущий за собой переход права собственности от истицы к ответчику, предполагает необходимость регистрации перехода права собственности в Росреестре, что в данном случае сторонами было осуществлено лично, в связи с чем ФИО1 не могла не осознавать, что она утратила право собственности на спорное недвижимое имущество.

Доводы истицы, а также показания свидетеля М.Т.А. о болезненном состоянии, ее преклонном возрасте, сами по себе об обоснованности иска не свидетельствуют и порок воли дарителя при совершении сделки не подтверждают. 

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, в соответствии со статьей 56 ГПК Российской Федерации стороной истицы не представлено бесспорных доказательств, которые могли бы подтвердить заблуждение ФИО1 относительно природы сделки в силу ее возраста или состояния здоровья, особенностей ее личности, а также с достоверностью подтверждающие тот факт, что на момент заключения оспариваемого договора она по состоянию своего здоровья не понимала значения своих действий и не могла руководить ими. Одно лишь наличие у нее органического расстройства личности в связи со смешанными заболеваниями с умеренно-выраженным снижением интеллектуально-мнестических функций, таким доказательством не является.

Спорный договор дарения жилого дома и земельного участка соответствует требованиям закона, зарегистрирован в установленном законом порядке, при подаче документов на регистрацию договора стороны действовали лично, соответственно, доводы истицы о том, что истица подписала неизвестные ей документы, несостоятельны, поскольку без личной явки истицы в регистрирующий орган, договор не был зарегистрирован.

В материалах дела отсутствуют доказательства совершения ответчиком каких-либо действий, направленных на введение истицы в заблуждение, обмана относительно совершаемой сделки, - договора дарения, поэтому суд не усматривает оснований для признания договора дарения недействительным. В связи с чем не подлежат удовлетворению и взаимосвязанные с ним остальные требования истицы.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК Российской Федерации, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной им в п. 102 Постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса РФ", в силу пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка (пункт 1 статьи 179 Гражданского кодекса РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В ходе рассмотрения дела ответчик просил применить срок исковой давности.

При разрешении спора и применении срока исковой давности, суд исходит из установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств того, что о переходе права собственности на спорный жилой дом и земельный участок ФИО1 должно было стать известно с момента его регистрации в 2013 г., поскольку последняя лично подписывала оспариваемый договор дарения и принимала участие в регистрации оспариваемого договора в Росреестре.

Спорная сделка была зарегистрирована 05 февраля 2013 года, следовательно, истицей пропущен срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной.

Доказательств, безусловно свидетельствующих о том, что имелись объективные причины, препятствующие истице обратиться в суд по указанным основаниям в течение срока давности суду не представлено.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 и ФИО4 о признании недействительным договора дарения земельного участка с жилым домом, расположенными по адресу: 

<

адрес>, от 22.01.2013 года, заключенного между ФИО1 и ФИО3, применении последствий недействительности сделки; признании недействительным договора дарения земельного участка с жилым домом, расположенными по адресу: 

<

адрес>, от 22.04.2013 года, заключенного между ФИО3 и ФИО4, прекращении права собственности ФИО4 на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>, признании права собственности за ФИО1 на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия через Большеберезниковский суд Республики Мордовия в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме. 

Судья Большеберезниковского районного суда

Республики Мордовия Л.А. Колчина