Дело №

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Батайский городской суд 

<

адрес>, в составе

председательствующего судьи Богомолова Р.В.,

при секретаре ФИО7

с участием:

от истца 

представитель ФИО18, доверенность от ДД.ММ.ГГГГ №-н/61/2019-4-429,

от ответчиков

ответчик ФИО3,

соответчик ФИО4, представитель ФИО8, ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, доверенность от ДД.ММ.ГГГГ №-н/61-2019-3-480,

третьи лица

ФИО9,

от прокурора

старший помощник прокурора 

<

адрес> ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление ФИО1 в интересах несовершеннолетнего ФИО2 к ФИО3, ФИО4, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований - ФИО9 о компенсации морального вреда,

установил:

Истец ФИО1 обратилась в Батайский городской суд 

<

адрес> с исковым заявлением, уточненным в ходе судебного разбирательства в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в интересах несовершеннолетнего ФИО2к ФИО3, ФИО4, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований - ФИО9 о компенсации морального вреда.

Требования обоснованы тем, что ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

адрес>, ответчик ФИО3 выполнял работы по управлению бетонораздаточной стрелой автобетононасоса, установленного на базу автомобиля марки Ниссан Дизель, государственный регистрационный знак в400уу-61, в связи с исполнением устной договоренности между ним и заказчиком ФИО11 В указанную дату по названному адресу, с целью доставки бетона для производства строительных работ, прибыл ФИО12, который управлял автомобилем марки КАМАЗ 53229R, государственный регистрационный знак номер а862ат-161.

В ходе выполнения строительных работ, ФИО3, в нарушение требований безопасности, действуя неосмотрительно, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий, управляя бетонораздаточной стрелой возле линии электропередачи свыше 1000 V, поднял стрелу на недопустимое расстояние к линиям электропередачи, в результате чего произошел контакт бетонораздаточной стрелы и электросетей. Напряжение свыше 1000 V пошло по кузовам транспортных средств Ниссан Дизель и КАМАЗ 53229R, при этом водитель КАМАЗ 53229R ФИО12, предпринял попытки отвода вверенного ему транспортного средства от поражения электрическим током, однако получил поражение электрическим током, в результате чего скончался на месте.

ДД.ММ.ГГГГ следственным отделом по 

<

адрес> следственного управления Следственного комитета России по 

<

адрес> в отношении ФИО3 было возбуждено уголовное дело по факту преступления, предусмотренного частью 2 статьи 216 Уголовного кодекса Российской Федерации, а в последующем, приговором Первомайского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 был признан виновным в совершении преступления предусмотренного частью 2 статьи 216 Уголовного кодекса Российской Федерации и осужден к 02 (двум) годам лишения свободы, с применением статьи 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, условно с испытательным сроком 02 (два) года, с лишением права заниматься профессиональной деятельностью, связанной с производством строительных работ, в том числе лишением права управлять строительной самоходной техникой и грузоподъемными механизмами сроком на два года.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 состояла в браке с погибшим ФИО12 и от совместного брака родился сын - ФИО2, с которым у погибшего, несмотря на расторжения брака с истцом, сложились очень близкие отношения, погибший активно участвовал в воспитании сына, часто общался с ним, они проводили вместе значительное время. В связи со смертью отца, несовершеннолетний ФИО2 получил нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях в связи с утратой близкого, родного человека, это также негативно отразилось на психике несовершеннолетнего ФИО2, который длительное время не общался с родственниками, стал замкнутым, испытывал необоснованный страх, нарушился нормальный сон.

В этой связи истец, в интересах несовершеннолетнего ФИО13 просит взыскать в судебном порядке с ответчика ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., с соответчика ФИО4, компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., а также с ответчиков взыскать пропорционально расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 руб. 

Истец ФИО1, действующая в интересах несовершеннолетнего ФИО2, в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного разбирательства извещена надлежащим образом, заявлено ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие истца.

Дело в отношении истца ФИО1 рассмотрено в пордке статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель истца - ФИО18, уточненные исковые требования поддержал, настаивая на их удовлетворении.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании просил суд снизить размере компенсации морального вреда с учетом разумности и справедливости.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании заявленные исковые требования не признал, просил суд отказать в удовлетворении исковых требований, так как он передал принадлежащий ему автобетононасос, установленный на базу автомобиля марки Ниссан Дизель, государственный регистрационный знак в400уу-61, на законных основаниях во временное пользование ответчику ФИО3 и третьему лицу - ФИО9, которые его использовали по своему усмотрению. Они не являлись его работниками и какие-либо задания от него не получали, надлежащим ответчиком является ФИО14

Третье лицо - ФИО9 в судебном заседании полагал, что ответственность лежит исключительно на ФИО3, по чьей вине произошел несчастный случай. 

Старший помощник прокурора ФИО10 суду пояснила, что в рассматриваемом случае ответственность по компенсации морального вреда лежит как на ответчике ФИО3, по чьей вине произошел несчастный случай, в результате которого погиб ФИО12, так и собственник источника повышенной опасности - соответчик ФИО15

Изучив доводы искового заявления, исследовав представленные в материалы дела доказательства, заслушав мнение представителя истца, ответчика, соответчика и его представителя, третьего лица, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено из материалов дела следует и сторонами не оспаривается, что ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО3 выполнял работы по заливке бетона по адресу: 

<

адрес>, на основании заключенного с ФИО11 гражданско-правового договора подряда, посредством управления бетонораздаточной стрелой автобетононасоса, установленного на автомобиле марки Ниссан Дизель, государственный регистрационный знак в400уу-61. Осуществлял доставку бетона для производства указанных строительных работ посредством автомобиля марки КАМАЗ 53229R, государственный регистрационный знак а862ат-161, ФИО12

В ходе выполнения строительных работ, ФИО3, в нарушение требований безопасности, действую неосмотрительно, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий, управляя бетонораздаточной стрелой возле линии электропередачи свыше 1000 V, поднял стрелу на недопустимое расстояние к линиям электропередачи, в результате чего произошел контакт бетонораздаточной стрелы и электросетей. Напряжение свыше 1000 V пошло по кузовам транспортных средств Ниссан Дизель и КАМАЗ 53229R, при этом водитель автомобиля КАМАЗ 53229R ФИО12, предпринял попытки отвода вверенного ему транспортного средства от поражения электрическим током, однако сам получил поражение электрическим током, в результате чего скончался на месте.

Данные обстоятельства установлены вступившим в законную силу приговором Первомайского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО3 признан виновным и осужден по части 2 статьи 216 Уголовного кодекса Российской Федерации, то есть за нарушение правил безопасности при ведении строительных работ, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Согласно части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Из обстоятельств, как они установлены и признаны доказанными вступившим в законную силу приговором, усматривается, что в ходе преступных действий ФИО3 была причинена смерть ФИО12 

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 состояла в браке с погибшим ФИО12 Брак был прекращен ДД.ММ.ГГГГ на основании решения мирового судьи судебного участка №

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о расторжении брака серии II-АН №, выданным ДД.ММ.ГГГГ отделом ЗАГС 

<

адрес>, актовая запись № от ДД.ММ.ГГГГ.

В период брака у бывших супругов ДД.ММ.ГГГГ родился сын - ФИО2, что подтверждается свидетельством о рождении серии II-АН № выданным ДД.ММ.ГГГГ отделом ЗАГС 

<

адрес>, актовая запись №.

В силу части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Вместе с тем, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. 

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (пункт 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Согласно положениям 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении лицу морального вреда, то есть физических или нравственных страданий, действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу положений статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. 

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Исходя из положений Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (статья 2); каждый имеет право на жизнь (пункт 1 статьи 20); право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (пункт 1 статьи 41).

Семейная жизнь, в понимании статья 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека, охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. 

Согласно разъяснений, содержащихся в абзаце 2 пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», следует, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Гибель близкого родственника сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи. Таким образом, смерть близкого родственника - это невосполнимая утрата, что является очевидным и не нуждается в доказывании. В данном случае моральный вред, причиненный несоверешеннолетнему ребенку смертью отца презюмируется, при этом ссылки истца на конкретные фактические обстоятельства, связанные с перенесенными ребенком физическими и нравственными страданиями, являются достаточным основанием для установления факта причинения ему морального вреда.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности, членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Круг членов семьи гражданина не всегда ограничивается его супругом, детьми и родителями. Представляется, что применительно к определению лиц, имеющих право на компенсацию морального вреда, причиненного смертью потерпевшего, в отношении супруга, родителей и детей, являющихся в подавляющем большинстве случаев наиболее близкими для гражданина лицами, следует установить, что причинение им морального вреда предполагается и доказыванию не подлежит, а в отношении других членов семьи целесообразно оставить закрепленное в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № положение о необходимости учета обстоятельств, свидетельствующих о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

Факт причинения смертью ФИО12 его несовершеннолетнему сыну ФИО2 нравственных страданий, сомнения не вызывает и сторонами по делу не оспаривался. 

В силу части 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать возмещение причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих.

Согласно пункту 1 приведенной статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Пунктом 2 этой же нормы установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

В силу пунктов 1 и 3 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

На основании абзаца второго статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Как разъяснено в пунктом 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинении вреда жизни и здоровью гражданина» от ДД.ММ.ГГГГ №, по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне.

При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях.

Из материалов дела следует, что смерть ФИО12 наступила не только по причине несоблюдения ответчиком ФИО3 безопасности при производстве строительных работ, но и вследствие управления последним источником повышенной опасности - бетонораздаточной стрелой автобетононасоса, установленного на базу автомобиля марки Ниссан Дизель, государственный регистрационный знак в400уу-61, собственником которого является соответчик ФИО4 При это суд учитывает, что ФИО4 передал источник повышенной опасности, собственником которого он является, не убедившись в том, что лицо, которому оно передается, имеет соответствующие допуск и опыт работы с этим источником повышенной опасности, знакомо с его техническими характеристиками и прошло соответствующий инструктаж.

В соответствии со статьей 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник источника повышенной опасности отвечает за вред, причиненный источником повышенной опасности, без учета вины.

Стороной истца заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда с ответчика ФИО3, как причинителя вреда и соответчика ФИО4, как собственника источника повышенной опасности, в размере по 500 000 руб. с каждого. 

Судом принимается во внимание, что гибель ФИО12 сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие близких родственников, а тем более несовершеннолетнего ребенка, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи.

Определяя размер компенсации причиненного несовершеннолетнему ФИО2 морального вреда вследствие смерти его отца - ФИО12, суд принимает во внимание родственные отношения несовершеннолетнего и погибшего, степень близости отношений, характер и объем причиненных физических и нравственных страданий, требований разумности и справедливости, а также положений статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, и приходит к выводу, что причиненный моральный вред подлежит денежной компенсации с ответчика ФИО3 в размере 300 000 руб., с соответчика ФИО16 в размере 50 000 руб. В рассматриваемом случае, по мнению суда, определенные размеры компенсации морального вреда являются соразмерными объёму физических и нравственных страданий, о которых заявлено истцом, и отвечают требованиям разумности и справедливости.

Согласно пункту 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате экспертам, расходы на оплату услуг представителей.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации - стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

В соответствии со статьей 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом ФИО17 в подтверждение своих расходов на ФИО18 в качестве представителя в суде по настоящему делу представлена квитанция-договор серии РО-9 № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой стоимость юридических услуг составила 25 000 руб.

В соответствии с названной выше процессуальной нормой, с учетом объема оказанных юридических услуг, сложности дела, количества судебных заседаний, а также исходя из принципа разумности, суд считает возможным взыскать с проигравшей стороны в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 руб. пропорционально, а именно, с ответчика ФИО3 - 17 142 руб., с соответчика ФИО4 - 2 858 руб.

В качестве судебных издержек истец просит взыскать с ответчика в свою пользу сумму в размере 300 руб., затраченную на уплату государственной пошлины при подаче иска в суд, что подтверждается чеком-ордером от ДД.ММ.ГГГГ.

Принимая во внимание, что исковые требования истца подлежат удовлетворению, а названные расходы понесены истцом с целью защиты нарушенных прав в суде, то они, в силу положений статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подлежат взысканию с проигравшей стороны пропорционально, то есть с ответчика ФИО3 - 257,13 руб., с соответчика ФИО4 - 42,87 руб.

На основании изложенного и, руководствуясь 194-199 ГПК РФ

решил:

Исковые требования ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО2, к ФИО3, ФИО4, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований - ФИО9 о компенсации морального вреда, удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО2, в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 300 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 17 142 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 257 руб. 13 коп.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО2, в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 50 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 2 858 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 42 руб. 87 коп.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Батайский городской суд 

<

адрес> в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья: