Дело № 2-687/2020

УИД: 69RS0013-01-2020-000782-59

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

17 сентября 2020 года г. Кимры

Кимрский городской суд Тверской области в составе:

председательствующего судьи Лефтер С.В.,

секретаря судебного заседания Пищаскиной К.А.,

с участием прокурора Смирновой М.В.,

представителя МО МВД России «Кимрский» ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Кимрской межрайонной прокуратуре Тверской области, Управлению Федерального казначейства по Тверской области, Министерству Финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда в порядке реабилитации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (Далее по тексту - Истец) обратился в Кимрский городской суд с вышеуказанными исковыми требованиями, которые мотивированы тем, что приговором Кимрского городского суда Тверской области от 10.12.1999 года истец оправдан по предъявленному обвинению по ч. 4 ст. 309 УК РФ и у него согласно ст.ст. 134, 136 УПК РФ возникло право на реабилитацию. Приговор вступил в законную силу 28.03.2000 года на момент вынесения приговора Кимрским городским судом он, истец, находился в несовершеннолетнем возрасте, длительное время содержался под стражей с 20.04.1998 по 10.12.1999, т.е 1 год 8 месяцев по обвинению в совершении преступления, которое он не совершал, в связи с чем испытывал тяжелые нравственные страдания - у него была бессонница, полная потеря аппетита, что привело к туберкулезу легких. Причиненный ему следственными органами прокуратуры моральный ущерб оценивает в 250000 рублей. Желает воспользоваться своим правом на реабилитацию, и просит взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 250000 рублей.

Истец ФИО2 о времени и месте судебного разбирательства извещен судом надлежащим образом под расписку. Содержится в ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области. Поскольку этапирование лиц, содержащихся в местах лишения свободы, для участия в судебном заседании при рассмотрении гражданских дел, процессуальным законом не предусмотрено, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии истца. 

Представитель Кимрской межрайонной прокуратуры, Прокураторы Тверской области Смирнова М.В. в судебном заседании возражала в удовлетворении исковых требований, полагала, что исковые требования не подлежат удовлетворению, поскольку ФИО2 осужден за совершение особо тяжкого преступления, хоть и был оправдан по ч. 4 ст. 309 УК РФ. Доказательств того, что он испытывал нравственны страдания, не представлено. Кроме того, из приговора суда следует, что право на реабилитацию ФИО2 не приобрел.

Представители ответчиков Управления Федерального казначейства по Тверской области и Министерства финансов Российской Федерации, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, СО МО МВД России «Кимрский» ФИО1 в судебном заседании возражала в удовлетворении исковых требований, просила отказать в их удовлетворении. Представила отзыв на исковое заявление, в котором указала, что приговором Кимрского городского суда Тверской области от 10.12.1999 г., вступившим в законную силу 28.03.2000г., ФИО2 оправдан по ч. 4 ст. 309 УК РФ, и у него возникло право на реабилитацию и компенсацию морального вреда. Согласно указанному приговору по другим статьям приговора ФИО2 был приговорен к лишению свободы в исправительной колонии строгого режима. С указанным иском о компенсации морального вреда ФИО2 обратился в суд через 20 лет после вступления приговора в законную силу. Обратила внимание суда, что, ФИО2 содержался под стражей не только в связи с обвинением по ч. 4 ст. 309 УК РФ. Кроме того, истцом не представлено доказательств, подтверждающих, причинения морального вреда. Сумму, которую истец просит взыскать в счет компенсации морального вреда в размере 250 000 рублей считает чрезмерно завышенной, не соответствующей принципу разумности и справедливости. В случае принятии решения об удовлетворении требований истца просила определить размер компенсации морального вреда в меньшем размере.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, УМВД России по Тверской области, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явился. Представил отзыв на исковое заявление, в котором указал, что заявленная сумма компенсации морального вреда. является чрезмерно завышенной. Указал, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (ст. 1101 ГК РФ). Указали, что обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан Определяя размер компенсации морального вреда, необходимо исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего. Указали также, что с иском о компенсации морального вреда ФИО2 обратился в суд только через 20 лет после вступления в законную силу приговора, которым он оправдан по ч. 4 ст. 309 УК РФ, что объективно снизило изначальную степень перенесенных нравственных страданий, что заставляет усомниться в глубине нравственных страданий и переживаний истца. Пояснил также, что доказанности подлежат все доводы, указанные в иске ФИО2: бессонница, полная потеря аппетита, что в конечном итоге привело к туберкулезу легких. Кроме того, необходимо установить, содержался ФИО2 под стражей только в связи с обвинением по ч. 4 ст. 309 УК РФ, либо в связи с совершением им иных преступлений. Просил в случае принятия решения об удовлетворении исковых требований определить размер компенсации морального вреда с учетом приведенных выше норм права и позиций Верховного Суда РФ.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц. 

Изучив материалы гражданского дела, обозрев материалы уголовного дела №1-87/1999, заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, суд приходит к следующему.

Приговором Кимрского городского суда Тверской области от 10.12.1999 года ФИО2 осужден за совершение преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 105 УК РФ, п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ, ст. 69 УК РФ к наказанию в виде 8 лет лишения свободы без конфискации имущества. В соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ ФИО2 отменено условное осуждение по приговору Весьегонского суда Тверской области от 25.03.1998 года и в соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного сложения окончательно определено наказание в виде 6 лет 9 месяцев лишения свободы без конфискации имущества. По ч. 4 ст.309 УК РФ ФИО2 оправдан. Местом отбытия наказания избрана исправительная колония строгого режима. Срок наказания по приговору исчисляется с 20.04.1998 года. 

Определением судебной коллегии по уголовным делам Тверского областного суда от 28.03.2000 приговор Кимрского городского суда от 10.12.199 изменен. Местом отбытия наказания ФИО2 назначена исправительная колония общего режима.

В настоящее время ФИО2 содержится в 

<

****>

В соответствии со ст.53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Как следует из приговора Кимрского городского суда от 10.12.1999, оправдывая ФИО2 по предъявленному обвинению по ч. 4 ст. 309 УПК РФ, суд не признал за ним право на реабилитацию, в связи с тем, что на момент вынесения приговора не требовалось указывать в нем о праве на реабилитацию.

Вместе с тем, в соответствии со ст. 58-1 УПК РСФСР, действовавшей на момент постановления приговора в отношении ФИО2, суд при оправдании ФИО2 по ч. 4 ст. 309 УПК РФ был обязан разъяснить порядок восстановления нарушенных прав и принять предусмотренные законом меры к возмещению ущерба, причиненного гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности на условиях и в порядке, определяемых законодательством Союза ССР и РСФСР.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 г. "О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей" предусмотрено возмещение гражданину имущественного ущерба, штрафов, судебных издержек, сумм за оказание юридической помощи и возмещение иного ущерба.

Из определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2005 г. N 242-О следует, что положения Указа Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 г. могут применяться во взаимосвязи с положениями главы 18 УПК РФ, регламентирующей основания возникновения права на реабилитацию, а также с положениями ст. 1070 и гл. 59 ГК РФ, устанавливающими как общие правила возмещения вреда, причиненного гражданину в результате привлечения к уголовной ответственности, так и правила компенсации морального вреда.

С учетом вышеприведенных норм, вопреки доводам прокурора Смирновой М.В., ФИО2 имеет право на реабилитацию, несмотря на то, что данное право не было закреплено за ФИО2 при постановлении приговора 10.12.1999 года.

Согласно п.1 ч.2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

На основании ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

Согласно содержащимся в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" разъяснениям, основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении него оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в ч. 2 ст. 133 УПК Российской Федерации.

Компенсация морального вреда по смыслу положений ст. 12 ГК Российской Федерации является одним из способов защиты субъективных гражданских прав и законных интересов, представляет собой гарантированную государством материально-правовую меру, посредством которой осуществляется добровольное или принудительное восстановление нарушенных (оспариваемых) личных неимущественных благ и прав

Из разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлении от 27.01.1993 г. № 1-П, следует, что конкретизируя конституционно-правовой принцип ответственности государства за незаконные действия (бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, законодатель устанавливает порядок и условия возмещения вреда, причиненного такими действиями (бездействием). При этом, исходя из необходимости максимально возможного возмещения вреда, он должен принимать во внимание особенности регулируемых общественных отношений и с учетом специфики правового статуса лиц, которым причинен вред при уголовном преследовании, предусматривать наряду с общими гражданско-правовыми правилами компенсации вреда упрощающие процедуру восстановления прав реабилитированных лиц специальные публично-правовые механизмы, обусловленные тем, что гражданин, необоснованно подвергнутый от имени государства уголовному преследованию, нуждается в особых гарантиях защиты своих прав. Тем более, что при рассмотрении вопроса о возмещении вреда, причиненного гражданину в результате ошибочного привлечения к уголовной ответственности, действуют закрепленные в ст. 49 Конституции РФ требования презумпции невиновности, исходя из существа которых на гражданина не может быть возложена обязанность доказывания оснований для возмещения данного вреда, непосредственно связанная с доказыванием невиновности в совершении преступления.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред - физические и нравственные страдания, действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание фактические обстоятельства причинения морального вреда, и иные заслуживающие внимания обстоятельства, суд также учитывает степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, при этом учитывая, что возмещение морального вреда не должно быть средством обогащения.

Статьей 1101 ГК РФ предусмотрено, что при определении компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Судом установлено, и подтверждается материалами дела, что истец незаконно подвергался уголовному преследованию по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 309 УК РФ, 20.04.1998 по день вынесения приговора 10.12.1999, то есть более 1 года 8 месяцев, при этом основанием для задержания и последующего содержания ФИО2 под стражей являлось в том числе обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 105, п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ.

Вышеуказанные обстоятельства достоверно установлены, и сторонами не оспариваются.

Таким образом, вопреки доводам прокурора представителя третьего лица СО МО МВД России «Кимрский» факт причинения нравственных страданий истцу, незаконно привлеченному к уголовной ответственности, не нуждается в подтверждении дополнительными доказательствами в силу ч.1 ст. 61 ГПК РФ. 

Поэтому суд приходит к выводу о взыскании в пользу истца денежной компенсации морального вреда. 

В соответствии с п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от "дата" N 17 (ред. от "дата") "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. 

Суд при определении размера компенсации морального вреда учитывает фактические обстоятельства указанных событий, личность истца, который ранее судим, содержался под стражей в том числе по обвинению в совершении особо тяжкого преступления, не работал. С исковым заявлением о компенсации морального вреда обратился спутся 20 лет после вступления в законную силу приговора, которым он оправдан по ч. 4 ст. 309 УК РФ, что объективно снизило изначальную степень перенесенных нравственных страданий. По мнению суда, сумма компенсации морального вреда в размере 250000 рублей завышена. 

С учетом соблюдения предусмотренных законом требований разумности и справедливости, с целью обеспечения баланса частных и публичных интересов, степени и характера нравственных страданий истца за незаконное обвинение в совершении тяжкого преступления, суд полагает что размер компенсации морального вреда в размере 3000 рублей будет соответствовать принципу разумности и справедливости, а также послужит компенсации морального вреда, причиненного истцу. 

Вместе с тем суд считает необходимым отказать в удовлетворении исковых требований в части взыскании компенсации морального вреда с Управления Федерального казначейства по Тверской области и Кимрской межрайонной прокуратуры Тверской области по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, возмещается за счет казны Российской Федерации в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, в порядке, установленном законом.

В силу ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от ее имени выступает Министерство финансов Российской Федерации.

Исходя из приведенных норм права, при рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, надлежащим ответчиком является Министерство финансов Российской Федерации, поскольку моральный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, а Управление Федерального казначейства по Тверской области может представлять интересы Министерства финансов РФ по делам указанной категории.

С учетом всех обстоятельств дела, суд считает возможным взыскать с Министерства финансов РФ в пользу истца компенсацию морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, в размере 3000 рублей.

Вопреки доводам представителей третьих лиц, содержащимся в возражениях на исковое заявление, суд находит объем доказательств нравственных страданий истца достаточным, для удовлетворения исковых требований в указанном судом размере.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Оценивая относимость, допустимость, достоверность исследованных в судебном заседании доказательств, суд находит их достаточными и взаимосвязанными в их совокупности для принятия решения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 151,1099, 1100, 1101 ГК РФ, ст. 194 -199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично. 

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 3 000 (три тысячи) рублей в счет возмещения морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности.

В удовлетворении исковых требований к Управлению Федерального казначейства по Тверской области и Кимрской межрайонной прокуратуре Тверской области – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Тверского областного суда через Кимрский городской суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 21 сентября 2020 года.

Судья С.В. Лефтер

Дело № 2-687/2020

УИД: 69RS0013-01-2020-000782-59