Дело № 2-143/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

4 сентября 2019 года ст. Обливская, Ростовская область

Обливский районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Михайловой А.Л.,

при секретаре Антошкиной С.А.,

с участием представителя истца – индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН №, ОГРНИП № – адвоката Коноваловой С.И., представившей удостоверение адвоката и ордер № 143941 от 07.05.2019 года; представителя: ответчика (третьего лица) ФИО2, ответчиков ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 – ФИО15; 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-143/2019 по 

исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН №, ОГРНИП № ФИО4, ФИО5, ФИО2, ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО16, ФИО11 ФИО12, ФИО13, ФИО14, индивидуальному предпринимателю ФИО17 (ИНН №, ОГРНИП №) о признании незаконными действий по заключению договоров аренды, признании недействительными (ничтожными) договоров аренды № 1 и № 2 от 07.04.2019 года,

встречному исковому заявлению ФИО4, ФИО5,, ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО9 к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о признании недействительными (ничтожными) договора аренды земель сельскохозяйственного назначения от 25.12.2009 года и соглашения от 23.01.2012 года о передаче прав и обязанностей арендатора, применении последствий недействительности ничтожных сделок; 

встречному исковому заявлению ФИО3, ФИО10, ФИО16, ФИО11 ФИО12, ФИО13, ФИО14 к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о признании недействительными (ничтожными) договора аренды земель сельскохозяйственного назначения от 05.03.2005 года, дополнительного соглашения от 01.04.2009 года об изменении срока аренды, соглашения от 23.01.2012 года о передаче прав и обязанностей арендатора, применении последствий недействительности ничтожных сделок,

установил:

индивидуальный предприниматель (ИП) ФИО1 (далее - истец) первоначально обратился в Обливский районный суд Ростовской области к ФИО4, ФИО5, ФИО2, ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО16, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, Межрайонному (Межмуниципальному) отделу по Боковскому, Кашарскому, Советскому районам Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области (далее - Управление) с исковым заявлением, в котором указал, что он (истец), являясь арендатором земельного участка сельскохозяйственного назначения без определения границ с КН № дал согласие на выделение из данного земельного участка земельных участков с №

Земельный массив КН № обременен договором аренды от 05.03.2005 года, зарегистрированным в Межрайонном отделе по Боковскому, Кашарскому, Советскому районам Управления (в редакции дополнительного соглашения от 01.04.2009 года и соглашения о передаче истцу прав и обязанностей арендатора от 23.01.2012 года). Срок аренды установлен до 30.12.2020 года.

Также истец указал, что он, являясь арендатором земельного участка сельскохозяйственного назначения без определения границ с №, дал согласие на выделение из данного земельного участка земельного участка с №

Земельный массив с № обременен договором аренды от 25.12.2009 года, зарегистрированным в Межрайонном отделе по Боковскому, Кашарскому, Советскому районам Управления (в редакции соглашения о передаче истцу прав и обязанностей арендатора от 23.01.2012 года). Срок аренды установлен до 16.12.2020 года.

Вышеуказанные договоры аренды и дополнительные соглашения к ним заключены в соответствии с требованиями земельного законодательства. 

Истец полагает, что арендные отношения при выделе земельных участков должны быть сохранены, следовательно, одновременно с государственной регистрацией права собственности на выделенные земельные участки Управление должно было осуществить регистрационные действия по внесению в ЕГРН записей об обременениях правом аренды вновь образованных земельных участков. Однако указанные действия Управление не осуществило.

Оснований полагать договоры аренды от 05.03.2005 года и от 25.12.2009 года прекращенными, по мнению истца, не имеется.

Истец также указал на наличие у него информации о том, что сособственники земельных участков с № (ответчики – физические лица) оформили договоры аренды с третьим лицом, договоры аренды переданы для государственной регистрации.

С учетом указанных обстоятельств, истец просил:

- признать незаконными действия ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО9 по заключению договора аренды в отношении выделенного земельного участка с КН №

- признать незаконными действия ФИО3, ФИО10, ФИО16, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 по заключению договора аренды в отношении выделенного земельного участка с №

- признать незаконным бездействие Межрайонного отдела по Боковскому, Кашарскому, Советскому районам Управления, выразившееся в невнесении в ЕГРН записей об обременении земельных участков с № договором аренды от 05.03.2005 года;

- признать незаконным бездействие Межрайонного отдела по Боковскому, Кашарскому, Советскому районам Управления, выразившееся в невнесении в ЕГРН записи об обременении земельного участка с № договором аренды от 25.12.2009 года;

- возложить на Межрайонный отдел по Боковскому, Кашарскому, Советскому районам Управления обязанность внести в ЕГРН записи об обременении земельных участков с № договором аренды земельного участка со множественностью лиц на стороне арендодателя от 05.03.2005 года;

- возложить на Межрайонный отдел по Боковскому, Кашарском, Советскому районам Управления обязанность внести в ЕГРН запись об обременении земельного участка с № договором аренды земельного участка со множественностью лиц на стороне арендодателя от 25.12.2009 года (т. 1 л.д. 9-14).

В ходе рассмотрения дела, по ходатайству истцовой стороны, протокольными определениями Обливского районного суда Ростовской области от 27.05.2019 года, наименование ответчика «Межрайонный отдел по Боковскому, Кашарскому и Советскому районам Управления» уточнено на «Управление Росреестра по Ростовской области», к участию в деле в качестве соответчика привлечен ИП ФИО17 (т. 2 л.д. 159-160).

В ходе рассмотрения дела истец уточнил исковые требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) и просил:

- признать незаконными действия ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО9 по заключению договора аренды в отношении выделенного земельного участка с № с ИП ФИО17;

- признать незаконными действия ФИО3, ФИО10, ФИО16, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 по заключению договора аренды в отношении выделенного земельного участка с № с ИП ФИО17;

- признать недействительными (ничтожными) договоры аренды № 1 и № 2 от 07.04.2019 года в отношении земельных участков с КН 61:36:0600004:163, №, заключенные ответчиками с ИП ФИО17;

- возложить на Управление обязанность внести в ЕГРН: запись об обременении земельного участка с № договором аренды земельного участка со множественностью лиц на стороне арендодателя от 05.03.2005 года, запись об обременении земельного участка с КН № - договором аренды земельного участка со множественностью лиц на стороне арендодателя от 25.12.2009 года (т. 1 л.д. 176-179).

Протокольным определением Обливского районного суда Ростовской области от 27.05.2019 года уточнение иска принято судом (т. 2 л.д. 160).

03.06.2019 года определением указанного районного суда, по ходатайству истца, приняты меры обеспечения иска в виде запрета ИП ФИО17 совершать действия по проведению каких-либо полевых работ на земельных участках с № до окончания производства в суде первой инстанции по настоящему гражданскому делу (т. 3 л.д. 160-101).

05.07.2019 года определением суда принят отказ ИП ФИО1 от исковых требований к Управлению, с прекращением производства по делу в указанной части (т. 4 л.д. 217-220).

В ходе рассмотрения дела ФИО4, ФИО5, ФИО2, ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО9 обратились к ИП ФИО1 со встречным иском, в котором просят:

- признать недействительным (ничтожным) договор аренды земель сельскохозяйственного назначения от 25.12.2009 года в отношении земельного участка №, заключенный между СПК «Стэлс» и собственниками земельных долей данного земельного участка;

- признать недействительным (ничтожным) соглашение от 23.01.2012 года о передаче прав и обязанностей арендатора по договору аренды от 25.12.2009 года (номер регистрации 61-61-20/024/2012-6 от 20.02.2012 года), заключенное между СПК «Стэлс» и ИП ФИО1;

- применить последствия недействительности ничтожных сделок, путем признания отсутствующим зарегистрированного права аренды ИП ФИО1 на земельный участок сельскохозяйственного назначения с № (номер регистрации № от 20.02.2012 года).

Как указано во встречном иске, его податели являются сособственниками земельного участка сельскохозяйственного назначения № (предыдущий №), площадью 

<

данные изъяты> кв.м., ранее обращались к истцу с просьбой в добровольном порядке расторгнуть договор аренды земельного участка с №, поскольку истец давал согласие на выдел земельного участка с № 

Податели встречного иска указали, что в настоящее время в отношении земельного участка № ими заключен договор аренды № 1 от 07.04.2019 года с ИП ФИО17, о чем истец уведомлен.

Податели встречного иска полагают недействительными договор аренды от 25.12.2009 года и соглашение о передаче прав и обязанностей арендатора от 23.01.2012 года, поскольку ими лично договор аренды не подписывался, подписи в договоре аренды им не принадлежат.

Также податели встречного иска указывают на то, что не давали своего согласия на передачу прав и обязанностей арендатора по договору аренды от 25.12.2009 года от СПК «Стэлс» к истцу.

Податели встречного иска обращают внимание на то, что о нарушении их прав им стало известно в октябре 2018 года на собрании, которое происходило в присутствии истца и представителя Администрации Советского района. Ранее они полагали, что истец действует в рамках договора аренды между ними и СПК «Стэлс» от 2001 года, по которому и были переданы права аренды. Копии договора аренды от 25.12.2019 года и соглашения от 23.01.2012 года они не получали. Они никогда не давали доверенности на представление своих интересов на общих собраниях по поводу заключения спорных договоров, личное участие в данных собраниях не принимали.

Также податели встречного иска указали на то, что истец в течение 9 лет не выполнял в полном объеме условия по выплате арендной платы.

Податели встречного иска ссылаются на ничтожность оспариваемых ими договоров, поскольку подписи стороны арендодателей подделаны.

Податели встречного иска, со ссылкой на п. 3 ст. 154, п. 1 ст. 160, ст. 166, п. 1 ст. 167, ст. 168, ст. 173.1, п. 1 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), считают, что договор аренды от 25.12.2009 года и соглашение от 23.01.2012 года также являются недействительными, поскольку не заключены в форме, установленной законом, следовательно, у подателей встречного иска не возникло обязательств по заключению с истцом договора аренды на земельный участок с № (т. 2 л.д. 1-8).

Протокольным определением Обливского районного суда Ростовской области от 27.05.2019 года данный встречный иск принят судом и определен к рассмотрению в настоящем деле (т. 2 л.д. 160).

В дальнейшем, 14.06.2019 года определением Обливского районного суда Ростовской области указанный встречный иск оставлен без рассмотрения в части требований, заявленных ФИО2 к ИП ФИО1 (т. 4 л.д. 33-35).

Кроме того, в ходе рассмотрения дела ответчики ФИО3, ФИО10, ФИО16, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 обратились к ИП ФИО1 со вторым встречным иском, в котором просят:

- признать недействительными (ничтожными) договор аренды земель сельскохозяйственного назначения от 05.03.2005 года на земельный участок с КН №, дополнительное соглашение от 01.04.2009 года к данному договору, заключенные между СПК «Стэлс» и собственниками земельных долей земельного участка с №

- признать недействительным (ничтожным) соглашение от 23.01.2012 года о передаче прав и обязанностей арендатора по договору аренды от 05.03.2005 года (номер регистрации №7 от 20.02.2012 года), заключенное между СПК «Стэлс» и ИП ФИО1;

- применить последствия недействительности ничтожных сделок – договора аренды от 05.03.2005 года и соглашения от 23.01.2012 года, в виде признания отсутствующим зарегистрированного права аренды ИП ФИО1 на земельный участок с №

Как указано во втором встречном иске, его податели являются сособственниками земельного участка сельскохозяйственного назначения с КН № (предыдущий №), площадью 

<

данные изъяты> кв.м., ранее обращались к истцу с просьбой в добровольном порядке расторгнуть договор аренды земельного участка с № поскольку истец давал согласие на выдел земельного участка с № 

Податели встречного иска указали, что в настоящее время ими в отношении земельного участка № заключен договор аренды № 2 от 07.04.2019 года с ИП ФИО17, о чем истец уведомлен.

Податели встречного иска полагают недействительными договор аренды от 05.03.2005 года, дополнительное соглашение к данному договору от 01.04.2009 года и соглашение о передаче прав и обязанностей арендатора от 23.01.2012 года, поскольку лично ими договор аренды и дополнительное соглашение от 01.04.2009 года не подписывались, подписи в договоре аренды и дополнительном соглашении от 01.04.2009 года им не принадлежат.

Также податели встречного иска указывают на то, что не давали своего согласия на передачу прав и обязанностей по договору аренды от 05.03.2005 года от СПК «Стэлс» к истцу.

Податели встречного иска обращают внимание на то, что о нарушении их прав им стало известно в октябре 2018 года на собрании, которое происходило в присутствии истца и представителя Администрации Советского района. Ранее они полагали, что истец действует в рамках договора аренды между ними и СПК «Стэлс» от 2000 года, по которому и были переданы права аренды. Копии договора аренды от 05.03.2005 года и соглашения от 23.01.2012 года они не получали. Они никогда не давали доверенности на представление своих интересов на общих собраниях по поводу заключения спорных договоров, личное участие в данных собраниях не принимали.

Также податели встречного иска указали на то, что истец в течение 9 лет не выполнял в полном объеме условия по выплате арендной платы.

Податели встречного иска ссылаются на ничтожность оспариваемых ими договоров, поскольку подписи стороны арендодателей подделаны.

Податели второго встречного иска, со ссылкой на п. 3 ст. 154, п. 1 ст. 160, ст. 166, п. 1 ст. 167, ст. 168, ст. 173.1, п. 1 ст. 420 ГК РФ, также полагают, что договор аренды от 05.03.2005 года, дополнительное соглашение от 01.04.2009 года и соглашение от 23.01.2012 года являются недействительными, поскольку не заключены в форме, установленной законом, следовательно, у подателей встречного иска не возникло обязательств по заключению с истцом договора аренды на выделенный земельный участок (т. 3 л.д. 229-236).

Указанный второй встречный иск протокольным определением суда от 14.06.2019 года принят судом и определен к рассмотрению в настоящем деле (т. 4 л.д. 29).

В судебное заседание истец ИП ФИО1 не явился, о месте и времени рассмотрения дела был уведомлен надлежащим образом, об уважительности причины неявки не сообщил, об отложении слушания дела не просил. В ходе рассмотрения дела, посредством своего представителя, представил суду письменное заявление с указанием на пропуск подателями встречных исков сроков исковой давности, поскольку встречным истцам было известно о нарушении своих прав с момента заключения оспариваемых договоров и соглашений. Уважительных причин для восстановления пропущенных сроков исковой давности не имеется (т. 4 л.д. 199-201).

В ходе судебного заседания 04.09.2019 года представитель истца – адвокат Коновалова С.И. уточненные исковые требования, заявленные ИП ФИО1, поддержала, и, окончательно определившись с их формулировкой и содержанием, просит:

- признать незаконными действия ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО3, ФИО18, ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО9 по заключению договора аренды в отношении выделенного земельного участка с КН № с ИП ФИО17;

- признать незаконными действия ФИО3, ФИО10, ФИО16, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 по заключению договора аренды в отношении выделенного земельного участка с № с ИП ФИО17;

- признать недействительными (ничтожными) договоры аренды № 1 и № 2 от 27.04.2019 года в отношении земельных участков с КН № №, заключенные собственниками с ИП ФИО17

Представитель истца поддержала доводы о пропуске встречными истцами сроков исковой давности. Обратила внимание на то, что ответчиками не заявлялись требования о взыскании недоплаченной арендной платы. Сослалась на добросовестность истца, который надлежащим образом исполнял обязанности по выплате арендной платы и продолжает исполнять указанные обязанности по настоящее время, при этом на протяжении длительного времени между истцом и ответчиками не возникало разногласий по поводу исполнения договоров аренды от 05.03.2005 года и от 25.12.2009 года, истец регулярно уплачивал земельные налоги за ответчиков, а также, по просьбе ответчиков, выплачивал арендную плату деньгами вместо натуральной формы, что, по мнению представителя истца, подтверждено представленными ею в судебном заседании ведомостью выдачи денежных средств за аренду земельных участков за 2012 год, квитанциями об уплате земельных налогов за 2012-2017 гг., платежными ведомостями о выдаче ответчикам денежных средств за аренду земли сельхозназначения за 2013-2018 гг.. Пояснила, что, по устной договоренности с арендодателями, производилась замена натуральной формы арендной платы на денежную. Указала на недобросовестность ответчиков, которые, получив согласие истца на выдел земельных участков, воспользовались отсутствием в ЕГРН записей о регистрации арендных обременений и передали земельные участки в аренду соответчику за увеличенную арендную плату. Представитель истца просит отказать в удовлетворении встречных исков.

В судебное заседание ответчики ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО16 и его представитель по доверенности ФИО19 (т. 13 л.д. 85-86), ответчик ФИО2 (одновременно – третье лицо без самостоятельных требований по делу), не явились, о месте и времени рассмотрения дела были уведомлены надлежащим образом, об уважительности причины неявки не сообщили, об отложении слушания дела не просили. Представитель ответчика ФИО16 – ФИО19 представила телефонограмму о рассмотрении дела в отсутствие ее и ее доверителя (т. 13 л.д. 101).

В письменных возражениях ответчики ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО2, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 указали на прекращение действия договоров аренды, заключенных с ИП ФИО1, отсутствие правовых оснований для сохранения арендных отношений с истцом. Указали на недобросовестность истца, недопустимость представленных истцом письменных доказательств: договоров аренды от 25.12.2009 года, 05.03.2005 года, дополнительных соглашений и списков арендодателей к данным договорам, по причине фальсификации указанных документов. В качестве обоснования довода о подложности представленных истцом письменных доказательств сослались на то, что договоры аренды от 25.12.2009 года, 05.03.2005 года и дополнительные соглашения, списки арендодателей, ответчики не подписывали, согласие на передачу прав арендатора не давали, о передаче прав арендатора уведомлены не были, участие в общем собрании по вопросу утверждения условий указанных договоров аренды не принимали, данные собрания не проводились, в договорах имеются противоречия в части указания дат, некоторые из собственников земельных долей на момент подписания договоров являлись умершими (т. 2 л.д. 145-153, т. 4 л.д. 242-245).

Кроме того, ответчики ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО14 представили письменное ходатайство о рассмотрении дела в их отсутствие, в ходатайстве указали на несогласие с первоначальным иском, поддержали встречные иски (т. 2 л.д. 143-144). В дополнительных письменных возражения на первоначальный иск сослались на заключение истцом новых договоров об аренде земельных участков с №, что, по мнению ответчиков, свидетельствует о подтверждении истцом факта прекращения договоров от 05.03.2005 года и от 25.12.2009 года (т. 4 л.д. 239-141).

Присутствующая в судебном заседании представитель ответчиков ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО2 (одновременно – третьего лица), ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, по доверенностям (т. 2 л.д. 156, т. 4 л.д. 187, т. 5 л.д. 1-4), - ФИО15 встречные иски и письменные доводы своих доверителей поддержала в полном объеме, в удовлетворении исковых требований ИП ФИО1 просит отказать. Дополнительно пояснила, что представленные стороной истца платежные документы также не обладают признаком относимости, поскольку не содержат реквизитов договоров аренды. Указала на добросовестность ответчиков, которыми срок исковой давности не пропущен, поскольку ответчики не знали о существовании договоров аренды от 05.03.2005 г., 25.12.2009 г. и обоснованно полагали, что получают арендную плату по другим договорам. Обратила внимание суда на то, что в ЕГРН дата регистрации договоров аренды 05.03.2005 г., 25.12.2009 г. указана как апрель 2019 года, что, по мнению представителя ответчиков, подтверждает позицию ответчиков и свидетельствует в пользу того, что до 2019 года между истцом и ответчиками имело место простое, бездоговорное, пользование земельными участками. Поддержала доводы о фальсификации истцом доказательств по делу, недобросовестности стороны истца.

В качестве подтверждения фальсификации истцовой стороной доказательств по делу представитель ответчиков ФИО15 в ходе судебного заседания представила справку об исследовании, оформленную экспертом ЭКО МО МВД России «Морозовский» от 02.08.2019 года № 6, и письменные объяснения ответчиков ФИО12, ФИО6, ФИО9, ФИО11, ФИО3, ФИО10, ФИО4, ФИО5 от 15.05.2019 года, данные в МО МВД России «Обливский» (т. 13 л.д. 46-83).

Представитель истца в судебном заседании, оспаривая доводы стороны ответчиков о недобросовестности истца, указала, что ИП ФИО1 документы не фальсифицировал. 

Протокольным определением Обливского районного суда Ростовской области от 04.09.2019 года отказано в удовлетворении ходатайства представителя ответчиков ФИО15 о приостановлении производства по настоящему делу до рассмотрения по существу данным судом гражданского дела № 2-276/2019 по иску Администрации Советского района к ФИО3, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО16, ФИО14, Управлению, кадастровому инженеру – ИП ФИО20 о признании недействительными результатов межевания земельного участка с КН 61:36:0600004:164, возложении на Управление обязанности исключить из ЕГРН сведения о границах данного земельного участка, признании отсутствующим права собственности ФИО3, ФИО10, ФИО16, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 на данный земельный участок. Основанием для отказа в приостановлении производства по делу послужили те обстоятельства, что гражданские дела имеют разные предметы и основания заявленных требований, приостановление производства по настоящему делу повлечет затягивание его рассмотрения на неопределенный период. 

В судебное заседание соответчик по иску ИП ФИО1 – ИП ФИО17 не явился, о месте и времени рассмотрения дела был уведомлен надлежащим образом, об уважительности причины неявки не сообщил, об отложении слушания дела не просил. В письменном отзыве с исковыми требованиями, заявленными ИП ФИО1, не согласился и указал, что в апреле 2019 года заключил договоры аренды земельных участков с КН 61:36:0600004:163 и 61:36:0600004:164, сроком на 10 лет, данные договоры зарегистрированы в установленном законом порядке. Процедуры межевания, постановки данных земельных участков на кадастровый учет были соблюдены арендодателями. Перенос сведений об обременении земельных участков предыдущей арендой не осуществлен в соответствии с положениями действующего законодательства и ведомственными актами Управления. Предыдущий арендатор не изъявил желание заключить с арендодателями новый договор аренды (т. 3 л.д. 183-186).

В судебное заседание третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предметов споров, на стороне истцов по встречным искам, - ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33, Напрасная Н.А., ФИО34, ФИО35, ФИО36, ФИО37, ФИО38, ФИО39, ФИО40, ФИО41, ФИО42 в лице законного представителя ФИО41, ФИО43, ФИО44, ФИО45, ФИО46, ФИО47, ФИО48, ФИО49, ФИО50, ФИО51, ФИО52, ФИО53, ФИО54, ФИО55, ФИО56, ФИО57, ФИО58 не явились, о месте и времени рассмотрения дела были уведомлены надлежащим образом, об уважительности причины неявки не сообщили, об отложении слушания дела не просили. Несмотря на предложение суда (т. 4 л.д. 40-47), не представили заявлений о привлечении к участию в деле в качестве соистцов по встречным искам.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предметов споров, - Управления, не явился, о месте и времени рассмотрения дела был уведомлен надлежащим образом, об отложении слушания дела не просил. Из представленных Управлением письменных отзывов на первоначальный иск усматривается, что записи об ограничениях прав и обременениях исходных земельных участков, возникшие на основании договоров аренды от 05.03.2005 года и от 25.12.2009 года, не переносились автоматически в записи об ограничениях (обременениях) прав на выделенные земельные участки с КН №, по причине отсутствия заявлений и соответствующих документов, в т.ч. договоров, что согласуется с положениями части 2 ст. 41 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» (далее – Закон № 218-ФЗ) и пункта 4 ст. 11.8 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ) и регламентировано письмом Департамента недвижимости Минэкономразвития России от 20.11.2018 № ОГ-Д23-11218 (т. 2 л.д. 83-85, 165-167, 173-175, 182-184).

Суд посчитал возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Заслушав присутствующих представителей сторон, изучив и оценив материалы дела, в том числе копии дел правоустанавливающих документов, представленные Управлением по судебному запросу, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 05.03.2005 года между собственниками земельных долей, в том числе ФИО3, ФИО10, ФИО16, ФИО11, наследодателем ФИО12 – ФИО59, ФИО13, ФИО14, и СПК «Стэлс» Советского района Ростовской области заключен договор аренды земель сельскохозяйственного назначения со множественностью лиц на стороне арендодателей в отношении земельного участка с КН №3 (предыдущий №), общей площадью 1 183,00 га, находящегося по адресу: Ростовская область, Советский район, южнее х. ФИО60, расположенного за пределами участка (зарегистрирован Управлением 06.07.2005 года, номер регистрации №) (т. 1 л.д. 42-60, 180, 190-201).

Согласно п. 2.1 договора, срок аренды установлен с 05.03.2005 года по 05.03.2010 года (т. 1 л.д. 42).

05.03.2009 года между ФИО3, ФИО10, ФИО16, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, и СПК «Стэлс» заключено дополнительное соглашение к договору аренды от 05.03.2005 года, которым срок аренды продлен до 05.03.2020 года (т. 9 л.д. 82). В дальнейшем государственная регистрация указанного дополнительного соглашения прекращена по заявлению СПК «Стэлс» (т. 9 л.д. 89).

01.04.2009 года между собственниками земельных долей, в том числе ФИО3, ФИО10, ФИО16, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, и СПК «Стэлс» заключено дополнительное соглашение к договору аренды от 05.03.2005 года, срок договора аренды продлен до 31.12.2020 года. Дополнительное соглашение зарегистрировано Управлением 17.11.2009 года (т. 1 л.д. 61-66, т. 9 л.д. 92-95).

14.12.2009 года СПК «Стэлс» и ИП ФИО1 заключен договор субаренды на срок до 30.09.2015 года. Договор зарегистрирован в ЕГРН 15.02.2010 года (т. 9 л.д. 195-206). Сведения о том, что договор субаренды пролонгирован, в материалы дела не представлены.

23.01.2012 года СПК «Стэлс» и ИП ФИО1 заключили соглашение о передаче прав и обязанностей арендатора по договору аренды от 05.03.2005 года к истцу. 21.01.2012 года СПК «Стэлс» направил арендодателям письменные уведомления о передаче прав и обязанностей арендатора ИП ФИО1 (т. 9 л.д. 150-194). Соглашение зарегистрировано Управлением 20.02.2012 года, номер регистрации 61-61-20/024/2012-7 (т. 1 л.д. 67-69). 

СПК «Стэлс» исключен из ЕГРЮЛ, без правопреемства, 07.04.2015 года (т. 3 л.д. 211-213).

18.03.2019 был поставлен на кадастровый учет земельный участок №, общей площадью 

<

данные изъяты>м., относящийся к категории «земли сельскохозяйственного назначения», вид разрешенного использования «для сельскохозяйственного производства», расположенный по адресу: 

<

адрес>. Межевание указанного земельного участка осуществлено 15.02.2019 года. Указанный земельный участок образован в результате выдела земельных долей ФИО3, ФИО10, ФИО16, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 из земельного участка с КН №, арендатором которого является ИП ФИО1, что сторонами не оспаривается и подтверждено Управлением (т. 2 л.д. 83, 165).

18.03.2019 года за ФИО3, ФИО10, ФИО16, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 было зарегистрировано право общей долевой собственности на земельный участок с №. Запись об обременении «аренда» в пользу ИП ФИО1 выделенного земельного участка Управлением не вносилась.

18.04.2019 года Управлением на земельный участок с № зарегистрировано обременение «аренда» в пользу арендатора ИП ФИО17, на основании договора аренды № 2 от 07.04.2019 года, номер регистрации № Указанные обстоятельства подтверждены выписками из ЕГРН (т. 1 л.д. 70-75, 182, 224-235, т. 2 л.д. 56-67, т. 4 л.д. 2-13), договором аренды (т. 2 л.д. 46-54, т. 3 л.д. 245-253).

03.04.2019 года Управление на оставшуюся часть земельного участка №, площадью 

<

данные изъяты>., перенесло ранее существовавшую запись об аренде на основании договора от 05.03.2005 г., соглашения от 23.01.2012 года, что подтверждается выпиской из ЕГРН (т. 1 л.д. 190-200).

Также, как следует из материалов дела, 25.12.2009 года между сособственниками ранее выделенного из земельных долей земельного участка с КН № (предыдущий №), общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, в том числе ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО9 (1/19 доля в праве общей долевой собственности каждого), и СПК «Стэлс» заключен договор аренды земель сельскохозяйственного назначения (договор зарегистрирован Управлением 09.02.2010 года, номер регистрации №) (т. 1 л.д. 15-32, 181, 202-205, т. 8 л.д. 205-219).

Согласно п. 2.1 договора аренды от 25.12.2009 года, данный договор заключен на срок с 16.12.2009 года по 16.12.2020 года.

15.03.2010 года СПК «Стэлс» и ИП ФИО1 заключен договор субаренды на срок до 30.05.2015 года. Договор зарегистрирован в ЕГРН 10.04.2010 года (т. 8 л.д. 227-238). Соглашением от 26.12.2011 года договор субаренды расторгнут, соглашение зарегистрировано в ЕГРН 19.01.2012 года (т. 8 л.д. 241-242).

23.01.2012 года СПК «Стэлс» и ИП ФИО1 заключили соглашение о передаче прав и обязанностей арендатора по договору аренды от 25.12.2009 года к истцу. 21.01.2012 года СПК «Стэлс» направил арендодателям письменные уведомления о передаче прав и обязанностей арендатора ИП ФИО1 (т. 9 л.д. 3-20). Соглашение зарегистрировано Управлением 20.02.2012 года, номер регистрации № (т. 1 л.д. 33-35, т. 9 л.д. 21-22). 

15.03.2019 был поставлен на кадастровый учет земельный участок с № общей площадью 

<

данные изъяты>.м., относящийся к категории «земли сельскохозяйственного назначения», вид разрешенного использования «для сельскохозяйственного производства», расположенный по адресу: Ростовская область, Советский район, установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир: 

<

адрес>. Межевание указанного земельного участка осуществлено 15.02.2019 года. Земельный участок образован в результате выдела земельных долей ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО9 из земельного участка с КН № арендатором которого является ИП ФИО1

18.03.2019 года за ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО9 было зарегистрировано право общей долевой собственности на земельный участок с №. Запись об обременении «аренда» в пользу ИП ФИО1 выделенного земельного участка Управлением не вносилась. 

18.04.2019 года Управлением на земельный участок с № зарегистрировано обременение «аренда» в пользу арендатора ИП ФИО17, на основании договора аренды № 1 от 07.04.2019 года, номер регистрации № Указанные обстоятельства подтверждены выписками из ЕГРН (т. 1 л.д. 36-41, 183, 236-249), договором аренды (т. 2 л.д. 19-27).

03.04.2019 года Управление на оставшуюся часть земельного участка №, площадью 

<

данные изъяты> кв.м., перенесло ранее существовавшую запись об аренде на основании договора от 25.12.2009 г., соглашения от 23.01.2012 года, что подтверждается выпиской из ЕГРН (т. 1 л.д. 202-214).

В силу статьи 4 Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" (далее – Закон от 21.07.1997 N 122-ФЗ) (действовавшего в период возникновения арендных правоотношений между истцом и ответчиками), наряду с государственной регистрацией вещных прав на недвижимое имущество подлежат государственной регистрации ограничения (обременения) прав на него, в том числе аренда. Ограничения (обременения) прав на недвижимое имущество, возникающие на основании договора, подлежат государственной регистрации в случаях, предусмотренных законом.

На основании ст. 12 Закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ права на недвижимое имущество и сделки с ним подлежат государственной регистрации в реестре, который содержит информацию о существующих и прекращенных правах на объекты недвижимого имущества, данные об указанных объектах и сведения о правообладателях. Реестр прав состоит из отдельных разделов, содержащих записи о каждом объекте недвижимого имущества и располагающихся в соответствии с принципом единого объекта недвижимого имущества. Каждая запись о праве, его ограничении (обременении) и сделке с объектом идентифицируется номером регистрации.

По правилам ст. 17 Закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ основаниями для государственной регистрации наличия, возникновения, прекращения, перехода, ограничения (обременения) прав на недвижимое имущество и сделок с ним являются, в том числе, договоры и другие сделки в отношении недвижимого имущества, совершенные в соответствии с законодательством, действовавшим в месте расположения объектов недвижимого имущества на момент совершения сделки; иные документы, которые в соответствии с законодательством Российской Федерации подтверждают наличие, возникновение, прекращение, переход, ограничение (обременение) прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Статьей 26 Закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ предусматривалось, что государственная регистрация аренды недвижимого имущества проводится посредством государственной регистрации договора аренды этого недвижимого имущества. С заявлением о государственной регистрации договора аренды недвижимого имущества может обратиться одна из сторон договора аренды недвижимого имущества.

Земельные участки с № относятся к категории земель сельскохозяйственного назначения, в связи с чем спорные правоотношения подлежат правовому регулированию положениями ЗК РФ, а также Федерального закона от 24.07.2002 N 101-ФЗ "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" (далее - Закон N 101-ФЗ), в частности, главы 3 об особенностях оборота долей в праве общей собственности на земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения.

В соответствии с частью 1 статьи 14 Закона N 101-ФЗ владение, пользование и распоряжение земельным участком из земель сельскохозяйственного назначения, находящимся в долевой собственности более чем пяти лиц, осуществляются в соответствии с решением участников долевой собственности, которое принимается на общем собрании участников долевой собственности. Участники долевой собственности на общем собрании могут принять решения, в том числе, об условиях договора аренды земельного участка, находящегося в долевой собственности (часть 3).

Согласно части 5 статьи 14 Закона N 101-ФЗ участник долевой собственности, выразивший на общем собрании участников долевой собственности несогласие с передачей в аренду земельного участка, находящегося в долевой собственности, или с условиями договора аренды такого земельного участка, в случае передачи его в аренду вправе выделить земельный участок в счет принадлежащих ему земельной доли или земельных долей по правилам, установленным пунктом 4 статьи 13 данного Закона, и распорядиться выделенным в счет земельной доли или земельных долей земельным участком по своему усмотрению. При этом согласие арендатора земельного участка или залогодержателя права аренды земельного участка на выдел в счет земельной доли или земельных долей земельного участка не требуется и договор аренды или залог прав аренды в отношении выделенного земельного участка прекращается.

При этом согласно пункту 7 статьи 47 Закона N 218-ФЗ, в случаях, предусмотренных Законом N 101-ФЗ, для государственной регистрации права собственности на земельный участок, образуемый при выделе его в счет земельной доли или земельных долей, предоставление согласия арендатора или залогодержателя права аренды исходного земельного участка на образование земельного участка не требуется.

Возражая против иска ИП ФИО1, ответчики и Управление ссылаются на соответствие действий Управления положениям части 2 ст. 41 Закона № 218-ФЗ, положениям пункта 4 ст. 11.8 ЗК РФ и разъяснениям Департамента недвижимости Минэкономразвития России от 20.11.2018 № ОГ-Д23-11218, которыми не предусмотрен автоматический перенос ранее внесенных записей об обременении земельных участков на вновь образуемые земельные участки.

Как следует из материалов дела, распорядившись принадлежавшими правами собственности на земельные доли в исходных земельных участках с КН № участники общей долевой собственности - ответчики, заключив договоры аренды от 07.04.2019 года с ИП ФИО17, выразили свою волю на передачу земельных участков в аренду указанному лицу.

В соответствии с пунктом 4 ст. 11.8 ЗК РФ в случае образования земельных участков из земельных участков, используемых на основании договоров аренды или безвозмездного пользования, осуществляющее такое использование лицо в отношении измененных земельных участков сохраняет право аренды или безвозмездного пользования и (или) имеет право на заключение с ним договоров аренды образуемых и измененных земельных участков или договоров безвозмездного пользования ими на прежних условиях, если иное не установлено соглашением сторон, без проведения торгов (конкурсов, аукционов).

Не входя в обсуждение вопроса о законности бездействия Управления, поскольку данный вопрос не является предметом настоящих исков, суд, считает возможным сослаться на правовую позицию, сформулированную Верховным Судом Российской Федерации в Определениях от 17.11.2015 N 306-КГ15-8301 и от 19.03.2019 N 303-КГ18-21258.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, норма пункта 4 статьи 11.8 ЗК РФ направлена на установление гарантий для арендатора в случае образования земельных участков из арендуемого и обремененного его правами участка, по существу на сохранение права аренды на прежних условиях, а не напротив, на прекращение арендных отношений в силу предусмотренного в ней обстоятельства.

Согласно пункту 2 статьи 22 ЗК РФ предоставление земельных участков в аренду осуществляется также в соответствии с гражданским законодательством, а согласно пункту 1 статьи 46 того же Кодекса аренда земельного участка прекращается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены гражданским законодательством.

При этом ни положения пункта 4 статьи 11.8 ЗК РФ, ни нормы ГК РФ не содержат прямого указания на прекращение действия ранее заключенного договора аренды в отношении земельного участка, образованного в результате выдела.

Пленумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 17.02.2011 N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о залоге" были даны разъяснения по применению статьи 11.8 ЗК РФ в случае обременения такого земельного участка ипотекой. В пункте 10 постановления предусмотрено, что ипотека как обременение сохраняется в отношении каждого из земельных участков, образованных при разделе, объединении, перераспределении земельных участков или выделе из земельных участков, если иное не предусмотрено залогодателем и залогодержателем. При этом внесение в ЕГРП записи об ипотеке каждого из земельных участков, образованных при разделе, объединении, перераспределении земельных участков или выделе из земельных участков, осуществляется регистратором без представления отдельного заявления и уплаты государственной пошлины.

Указанное разъяснение применимо при рассмотрении споров арендаторов земельных участков, находящихся в долевой собственности.

Порядок по внесению в ЕГРН записей об обременении вновь образованного земельного участка установлен пунктом 12 статьи 41 Закона N 218-ФЗ, согласно которому, в случае, если в отношении исходного объекта недвижимости в Едином государственном реестре недвижимости зарегистрированы ограничения прав и обременения такого объекта недвижимости, на основании заявления о государственном кадастровом учете и государственной регистрации прав на образуемые из него объекты недвижимости и одновременно с такими государственным кадастровым учетом и государственной регистрацией прав осуществляются государственная регистрация ограничений прав и обременений образуемых объектов недвижимости, если в соответствии с федеральным законом такие ограничения и обременения переходят (сохраняются) в отношении образованных объектов.

Таким образом, регистрационные действия по внесению в ЕГРН записей об обременении вновь образованных земельных участков обременениями аренды в пользу ИП ФИО1 должны были быть осуществлены Управлением одновременно с государственной регистрацией права общей долевой собственности ответчиков ФИО3, ФИО10, ФИО16, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 на выделенный им земельный участок с КН № и права общей долевой собственности ответчиков ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО9 на выделенный им земельный участок №

На момент постановки на кадастровый учет спорных выделенных земельных участков (март 2019 года) не имелось предусмотренных законом оснований для прекращения договоров аренды от 25.12.2009 года, 05.03.2005 года, в отношении выделенных ответчикам земельных участков.

С учетом изложенного, доводы ответчиков, соответчика и Управления о прекращении действия договоров аренды, заключенных с ИП ФИО1, об отсутствии правовых оснований для сохранения арендных отношений с истцом, являются несостоятельными.

При этом само по себе заключение в дальнейшем договоров аренды от 03.04.2019 года, 21.05.2019 года, 01.02.2019 года в отношении иных выделенных земельных участков: с № в пользу арендаторов ФИО61, ФИО1, с последующей их (договоров) регистрацией (т. 5 л.д. 5-8, 42-46, 63-68, 117-125, 126-140), не имеет правового значения для разрешения настоящего дела и не свидетельствует о прекращении арендных отношений между истцом и ответчиками в отношении земельных участков с КН № 

В ходе рассмотрения дела стороной ответчиков в порядке ст. 186 ГПК РФ заявлено о подложности представленных истцовой стороной доказательств: договоров аренды от 25.12.2009 года, 05.03.2005 года, дополнительных соглашений и списков арендодателей к данным договорам, по причине фальсификации указанных документов. Ответчики ссылаются на то, что договоры аренды от 25.12.2009 года, 05.03.2005 года и дополнительные соглашения, списки арендодателей ответчиками не подписывались, согласия на передачу прав арендатора не давались, о передаче прав арендатора ответчики не уведомлялись, участие в общем собрании по вопросу утверждения условий указанных договоров аренды ответчики не принимали, данные собрания не проводились, в договорах имеются противоречия в части указания дат, некоторые из собственников земельных долей на момент подписания договоров являлись умершими. Сторона ответчиков ссылается на недобросовестность поведения истцовой стороны, просит исключить вышеуказанные договоры аренды, дополнительные соглашения, списки арендодателей из числа допустимых доказательств по делу.

Ответчики указывают на ничтожность договоров аренды от 05.03.2005 года (в редакции соглашений от 01.04.2009 и от 23.01.2012) и от 25.12.2009 года (в редакции соглашения от 23.01.2012), поскольку подписи стороны арендодателей списках арендодателей, решениях общих собраний участников общей долевой собственности подделаны, согласие участников общей долевой собственности на заключение сделок не получено, о передаче прав арендатора ИП ФИО1 ответчики уведомлены не были, в связи с чем договоры аренды заключены в результате мошеннических действий, не соответствуют установленной законом форме, то есть соглашение сторон на заключение договоров аренды не достигнуто.

Для проверки заявлений ответчиков о подложности доказательств, по ходатайству ответчиков, судом стороне ответчиков было предоставлено дополнительное время для предоставления доказательств подложности.

Из представленной стороной ответчиков Справки об исследовании № 6 от 02.08.2019 года, оформленной экспертом ЭКО МО МВД России «Морозовский» ФИО62, усматривается, что подпись ответчика ФИО3 в списке арендодателей (Приложение № 1 к договору аренды от 05.03.2005 года), вероятно выполнена не ФИО3, а иным лицом. Подписи ответчика ФИО10 в списке арендодателей (Приложение № 1 к дополнительному соглашению от 05.03.2009 года), а также в списке арендодателей (Приложение № 1 к дополнительному соглашению от 01.04.2009 года), вероятно выполнены не ФИО10, а иным лицом (т. 13 л.д. 57-58). Представленные стороной ответчиков письменные объяснения ФИО12, ФИО6, ФИО9, ФИО11, ФИО3, ФИО10, ФИО4, ФИО5, данные 15.05.2019 года в МО МВД России «Обливский», повторяют доводы указанных ответчиков о подложности доказательств (т. 13 л.д. 59-83).

Письменные объяснения ФИО12, ФИО6, ФИО9, ФИО11, ФИО3, ФИО10, ФИО4, ФИО5, данные 15.05.2019 года, а также доводы иных ответчиков о подложности доказательств, проверены судом. 

По результатам проверки суд приходит к следующему.

Действительно, стороной истца не опровергнуты выводы представленного стороной ответчиков письменного доказательства – справки об исследовании № 6 от 02.08.2019 года. 

Вместе с тем, указанное заключение не содержит выводы о том, что подписи ФИО3 и ФИО10 сфальсифицированы самим истцом. По состоянию на 05.03.2005 года, 05.03.2009 года, 01.04.2009 года истец не находился в договорных отношениях с ответчиками. Доказательства фальсификации истцом соглашений от 23.01.2012 г. не представлены.

В ходе рассмотрения дела сторона ответчика отозвала ранее заявленное ходатайство о назначении судебной почерковедческой экспертизы.

Оснований для назначения экспертизы по инициативе суда не имеется.

Таким образом, доводы стороны ответчиков о недобросовестности конкретно истца доказательственной базы не имеют.

С учетом данных обстоятельств, оценивая вопрос о недействительности (ничтожности) договоров аренды от 05.03.2005 года и от 25.12.2009 года и дополнительных соглашений к данным договорам от 01.04.2009 года и 23.01.2012 года, в рамках арендных правоотношений истца с ответчиками, суд приходит к следующему. 

Согласно ст. 14 Закона N 101-ФЗ (в редакции, действовавшей по состоянию на 05.03.2005 г. и 25.12.2009 г.) решение о порядке владения и пользования земельным участком, находящимся в долевой собственности, а также о местоположении его части, в границах которой в первоочередном порядке выделяются земельные участки в счет доли в праве общей собственности на земельный участок, принимается общим собранием участников долевой собственности. Уведомление участников долевой собственности о предстоящем собрании проводится не менее чем за месяц до даты его проведения в письменной форме под расписку и (или) путем опубликования сообщения в средствах массовой информации, определенных субъектом Российской Федерации. При условии надлежащего уведомления общее собрание участников долевой собственности считается правомочным, если на нем присутствует не менее 20 процентов участников долевой собственности. Решение принимается большинством не менее двух третей голосов от числа присутствующих на собрании участников долевой собственности и оформляется протоколом. Протокол подписывается всеми присутствующими участниками долевой собственности. Аренда, купля-продажа или другая сделка с земельным участком из земель сельскохозяйственного назначения, находящимся в долевой собственности, совершается или участниками долевой собственности, или лицом, действующим на основании доверенностей, выданных ему участниками долевой собственности. В случае, если согласие участников долевой собственности на совершение указанной сделки не достигнуто, часть участников долевой собственности, выразивших несогласие с совершением указанной сделки, вправе выделить земельный участок или земельные участки в счет своих долей с соблюдением правил, установленных статьей 13 настоящего Федерального закона, и распорядиться выделенным земельным участком по своему усмотрению.

В силу ч. 1 ст. 12 Закона N 101-ФЗ к сделкам, совершаемым с долями в праве общей собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, применяются правила ГК РФ. В случае, если число участников долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения превышает пять, правила ГК РФ применяются с учетом особенностей, установленных настоящей статьей, а также статьями 13 и 14 настоящего Федерального закона.

Общие положения об аренде, в том числе земельного участка, содержатся в главе 34 ГК РФ, в которой даны понятие договора аренды, указаны форма его заключения, стороны, объекты.

Согласно п. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

Сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами (п. 1 ст. 160 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1 и 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу п. 1 ст. 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа (пункт 2 ст. 173.1 ГК РФ).

Согласно п. 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

В силу п. 84 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25, согласно абзацу второму пункта 3 статьи 166 ГК РФ допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий ее недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной. В случае удовлетворения иска в решении суда о признании сделки недействительной должно быть указано, что сделка является ничтожной. В связи с тем, что ничтожная сделка не порождает юридических последствий, она может быть признана недействительной лишь с момента ее совершения.

Доводы ответчиков о недобросовестности истца доказательственного подтверждения не нашли. 

Третьи лица не ставили под сомнение законность договоров аренды от 05.03.2005 года, 25.12.2009 года и соглашений к ним от 01.04.2009 года и от 23.01.2012 года. Ответчики, требующие установления ничтожности указанных договоров (соглашений), либо признания данных договоров недействительными, и признания отсутствующими арендных отношений с истцом, не наделены правом действовать от имени части участников общей долевой собственности на земельные участки сельскохозяйственного назначения с КН 61:36:0600004:3 и 61:36:0600004:108, не ставящих под сомнение законность договоров аренды от 05.03.2005 года и от 25.12.2009 года и дополнительных соглашений на протяжении столь долгого периода времени. Ответчики не указали норму материального права, в силу которой они вправе действовать в чужих интересах.

Решения общих собраний сособственников земельных долей не оспорены.

Доводы стороны ответчиков о том, что истец оформил с ними земельно-правовые отношения по поводу земельных участков с КН 61:36:0600004:3 и КН 61:36:0600004:108 только в 2019 году, противоречат материалам дела. 

Перенос Управлением в апреле 2019 года в ЕГРН сведений из ЕГРП об ограничениях арендой в пользу истца на земельные участки, оставшиеся после раздела, не подтверждает того обстоятельства, что зарегистрированных арендных отношений между ответчиками и ИП ФИО1 до указанного переноса не существовало. 

При таких обстоятельствах у суда нет оснований для признания представленных истцом доказательств недопустимыми.

Оснований для квалификации договоров аренды от 05.03.2005 г., 25.12.2009 г. и соглашений к ним от 01.04.2009 г., 23.01.2012 г. как ничтожных по отношению к правам и обязанностям третьих лиц, не имеется, так как третьими лицами какие-либо требования не заявлялись.

Представленные истцом договоры аренды от 05.03.2005 года (в редакции соглашений от 01.04.2009 и от 23.01.2012) и от 25.12.2009 года (в редакции соглашения от 23.01.2012) свидетельствуют о намерении сторон по делу по созданию отношений по аренде земельных участков с №

Форма договоров аренды от 05.03.2005 года (в редакции соглашений от 01.04.2009 и от 23.01.2012) и от 25.12.2009 года (в редакции соглашения от 23.01.2012) не противоречит положениям главы 34 ГК РФ.

В представленной по запросу суда копии дела правоустанавливающих документов на земельный участок с № имеются копии уведомлений, направленных СПК «Стэлс» ответчикам, содержащих информацию о передаче прав арендатора ИП ФИО1

В представленной по запросу суда копии дела правоустанавливающих документов на земельный участок с КН № имеются копии уведомлений, направленных СПК «Стэлс» ответчикам, содержащих информацию о передаче прав арендатора ИП ФИО1

Поскольку не представлено доказательств тому, что на момент совершения договоров аренды от 05.03.2005 года, 25.12.2009 года арендатору - СПК «Стэлс» было известно об отсутствии согласия участников общей долевой собственности ФИО3, ФИО10 на совершение сделок, у суда также не имеется оснований для признания указанных договоров аренды недействительными по основаниям, предусмотренным статьей 173.1 ГК РФ.

Кроме того, истцовой стороной заявлено о пропуске ответчиками сроков исковой давности при подаче встречных исков.

Указанный вопрос поставлен на обсуждение сторон в судебном заседании.

Сторона ответчиков ссылается на то, что ей о нарушении своих прав стало известно только в октябре 2018 года на собрании, которое происходило в присутствии истца и представителя Администрации Советского района.

Данный довод ответчиков суд полагает несостоятельным и направленным на введение суда в заблуждение.

Так, протокол собрания, проходившего в октябре 2018 года, в материалы дела не представлен.

Сами ответчики во встречных исках заявляли о том, что им было известно о наличии арендных отношений с истцом, при этом они ошибочно полагали, что основаниями указанных отношений являются другие договоры аренды, заключенные с СПК «Стэлс», по которым права аренды переданы ИП ФИО1

Однако доказательств заключения иных договоров аренды между СПК «Стэлс» и ответчиками в период с 05.03.2005 года и в последующем, кроме как от 05.03.2005 г., 25.12.2009 года, в материалы дела не представлено.

Из договора купли-продажи от 24.10.2017 года, находящегося в деле правоустанавливающих документов №, усматривается, что ФИО3 приобретала в собственность долю в праве на указанный земельный участок, и при этом была поставлена в известность о том, что земельная доля обременена арендными отношениями с ИП ФИО1 сроком с 20.02.2012 г. по 31.12.2020 г. (т. 12 л.д. 236, 236 оборот).

Из нотариального свидетельства о праве на наследство по закону от 25.03.2008 года, выданного на имя ответчика ФИО12 в порядке наследования после ФИО59, усматривается, что ФИО12 был поставлен в известность об обременении земельной доли договором аренды от 05.03.2005 года (т. 9 л.д. 51).

Таким образом, письменные объяснения ФИО12, и ФИО3, данные 15.05.2019 года в МО МВД России «Обливский» (т. 13 л.д. 60, 72), а также доводы указанных ответчиков, изложенные во встречных исках, не соответствуют действительности, противоречат материалам дела.

Поскольку не представлено доказательств заключения иных договоров аренды между СПК «Стэлс» и ответчиками в период начиная с 05.03.2005 года и в последующем, кроме как от 05.03.2005 г., 25.12.2009 года, следовательно, представленные истцовой стороной доказательства: ведомость выдачи денежных средств за аренду земельных участков (т. 13 л.д. 111), квитанции об уплате земельного налога за 2012-2017 гг. (т. 13 л.д. 112-144), платежные ведомости о выдаче ответчикам денежных средств за аренду земли сельхозназначения за 2013-2018 гг. (т. 13 л.д. 145-189), являются относимыми доказательствами по делу и подтверждают исполнение истцом принятых на себя обязательств по уплате арендных платежей именно по данным договорам.

Согласно п. 5 ст. 166 ГК РФ и разъяснениям, приведенным в п. 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25, сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Поскольку ответчики, как указано ими во встречных исках, в течение 9 лет претензий к истцу не предъявляли, о фальсификации документов не заявляли, это давало истцу обоснованное основание полагаться на действительность заключенных с ответчиками сделок, следовательно, заявление ответчиков о недействительности (ничтожности) сделок, заключенных с СПК «Стэлс», между СПК «Стэлс» с истцом, в силу п. 5 ст. 166 ГК РФ не имеет правового значения (принцип эстоппеля).

В соответствии с п. 1 ст. 181 ГК РФ (в ред. Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ) срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии с п. 9 ст. 3 Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей ГК РФ" установленные положениями ГК РФ (в редакции настоящего Федерального закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года. Десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса РФ (в редакции настоящего Федерального закона), начинают течь не ранее 1 сентября 2013 года.

Согласно п. 1 ст. 181 ГК РФ (в ред. Федерального закона от 21.07.2005 N 109-ФЗ) срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Согласно п. 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25, для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ). Течение срока исковой давности по названным требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала ее исполнения. По смыслу пункта 1 статьи 181 ГК РФ если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет. Если сделка признана недействительной в части, то срок исковой давности исчисляется с момента начала исполнения этой части.

Согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно п. 102 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25, годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка (пункт 1 статьи 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Поскольку исполнение соглашений от 23.01.2012 года началось в 2012 году, что подтверждается представленными истцовой стороной платежными документами, следовательно, сроки исковой давности по встречным требованиям о применении последствий недействительности ничтожных сделок на дату подачи встречных исков истекли.

Ответчики во встречных исках указали, что истец в течение 9 лет не выполнял требования по выплате арендной платы, следовательно, годичные сроки исковой давности по встречным исковым требованиям о признании оспоримых сделок недействительными, на момент подачи встречных исков истекли.

Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

С учетом изложенного выше, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении встречных исков.

Одновременно суд приходит к выводу, что признание незаконными действий ответчиков по заключению договоров аренды от 07.04.2019 года с ИП ФИО17 является ненадлежащим способом защиты, поскольку не приводит к восстановлению нарушенных прав истца.

Истец не является стороной договоров аренды от 07.04.2019 года.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25, исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Сроки действия договоров аренды от 05.03.2005 года (в редакции соглашений от 01.04.2009 г. и от 23.01.2012 г.) и от 25.12.2009 года (в редакции соглашения от 23.01.2012 г.) не истекли, данные договоры не расторгнуты в установленном законом порядке.

Наличие зарегистрированных договоров аренды № 1 и № 2 от 07.04.2019 года на земельные участки с КН 61:36:060004:163, 61:36:060004:164, заключенных ответчиками с соответчиком ИП ФИО17, препятствует истцу законно пользоваться данными земельными участками.

В силу п. 1 ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Поскольку на момент заключения договоров аренды № 1 и № 2 от 07.04.2019 года и на момент разрешения настоящего дела спорные земельные участки с КН 61:36:060004:163, 61:36:060004:164, находятся в аренде у ИП ФИО1, следовательно, заключенные между ответчиками и ИП ФИО17 договоры аренды являются ничтожными в силу ст. 168 ГК РФ, поскольку противоречат закону.

С учетом изложенного выше, суд приходит к выводу о признании недействительными (ничтожными) сделками договоров аренды № 1 и № 2 от 07.04.2019 года в отношении земельных участков с №, заключенных ответчиками с ИП ФИО17, применении последствий недействительности ничтожных сделок в виде аннулирования в ЕГРН записи № 18.04.2019 года о регистрации договора аренды № 1 от 07.04.2019 года, аннулирования в ЕГРН записи № № 18.04.2019 года о регистрации договора аренды № 2 от 07.04.2019 года, восстановлении в ЕГРН записей об ограничениях (обременениях) прав на данные земельные участки на основании договоров аренды, заключенных с ИП ФИО1 (с учетом соглашений от 01.04.2009 года, 23.01.2012 года).

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Обливский районный суд Ростовской области

решил:

исковые требования ИП ФИО1 (ИНН №), заявленные к ФИО4, ФИО5, ФИО2, ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО16,, ФИО11, ФИО12, ФИО13 Н,Б,, ФИО14, ИП ФИО17 (ИНН №), удовлетворить частично.

Признать недействительной (ничтожной) сделкой договор аренды № 1 от 07.04.2019 года, заключенный между ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО9 и ИП ФИО17 в отношении земельного участка с КН № общей площадью 

<

данные изъяты>м., категория земель «земли сельскохозяйственного назначения», вид разрешенного использования «для сельскохозяйственного производства», расположенного по адресу: 

<

адрес>, установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир: 

<

адрес> от ориентира по направлению на север.

Применить последствия недействительности ничтожной сделки в виде: аннулирования в ЕГРН записи № № 18.04.2019 года о регистрации договора аренды № 1 от 07.04.2019 года; восстановления в ЕГРН записи об ограничении (обременении) права на данный земельный участок на основании договора аренды земель сельскохозяйственного назначения от 25.12.2009 года и соглашения от 23.01.2012 года о передаче прав и обязанностей арендатора к ИП ФИО1

Признать недействительной (ничтожной) сделкой договор аренды № 2 от 07.04.2019 года, заключенный между ФИО3, ФИО10, ФИО16, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 и ИП ФИО17 в отношении земельного участка с КН № общей площадью 

<

данные изъяты>.м., категория земель «земли сельскохозяйственного назначения», вид разрешенного использования «для сельскохозяйственного производства», расположенного по адресу: 

<

адрес>

Применить последствия недействительности ничтожной сделки в виде: аннулирования в ЕГРН записи № 61№8 от 18.04.2019 года о регистрации договора аренды № 2 от 07.04.2019 года, восстановления в ЕГРН записи об ограничении (обременении) права на данный земельный участок на основании договора аренды земель сельскохозяйственного назначения от 05.03.2005 года, дополнительного соглашения от 01.04.2009 года о продлении срока договора аренды и соглашения от 23.01.2012 года о передаче прав и обязанностей арендатора к ИП ФИО1

В удовлетворении остальной части требований, заявленных ИП ФИО1, отказать.

Отказать в удовлетворении встречных исковых требований ФИО4, ФИО5,, ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО9 к ИП ФИО1 о:

- признании недействительным (ничтожным) договора аренды земель сельскохозяйственного назначения в отношении земельного участка с КН №, заключенного между СПК «Стэлс» и собственниками земельных долей 25.12.2009 года;

- признании недействительным (ничтожным) соглашения от 23.01.2012 года о передаче прав и обязанностей арендатора по договору аренды земель сельскохозяйственного назначения от 25.12.2009 года (номер регистрации № от 20.02.2012 года), заключенного между СПК «Стэлс» и ИП ФИО1;

- применении последствий недействительности указанных ничтожных сделок, путем признания отсутствующим зарегистрированного права аренды ИП ФИО1 на земельный участок сельскохозяйственного назначения с №.

Отказать в удовлетворении встречных исковых требований ФИО3, ФИО10, ФИО16, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 к ИП ФИО1 о:

- признании недействительными (ничтожными) договора аренды земель сельскохозяйственного назначения от 05.03.2005 года на земельный участок с КН №, дополнительного соглашения от 01.04.2009 года к данному договору, заключенных между СПК «Стэлс» и собственниками земельных долей земельного участка с КН №

- признании недействительным (ничтожным) соглашения от 23.01.2012 года о передаче прав и обязанностей арендатора по договору аренды земель сельскохозяйственного назначения от 05.03.2005 года (номер регистрации № от 20.02.2012 года), заключенного между СПК «Стэлс» и ИП ФИО1;

- применении последствий недействительности ничтожных сделок – договора аренды от 05.03.2005 года и соглашения от 23.01.2012 года, в виде признания отсутствующим зарегистрированного права аренды ИП ФИО1 на земельный участок с №.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Обливский районный суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья____Михайлова А.Л.______

Решение в окончательной форме изготовлено 9 сентября 2019 года.