Дело № 2-12/19 Строка 2.209

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 января 2019 года г. Воронеж

Ленинский районный суд г. Воронежа в составе: 

председательствующего судьи Симоновой Ю.И.,

при секретарях Михайловой А.Ю., Кутищевой В.А.,

с участием представителя истца по доверенности ФИО1,

адвоката, представляющего интересы истца, Перцевой О.В.,

ответчика ФИО2,

адвоката, представляющего интересы ответчика, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ :

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения квартиры 

<

адрес> недействительным и применении последствий недействительности сделки.

В обоснование заявленных исковых требований указывает, что она, истец, по договору купли-продажи в 2001 г. приобрела квартиру 

<

адрес>. 18.05.2018 года спорная квартира была завещана ею, ФИО4, племяннику ФИО5

После этого к ней, ФИО4, приехала дочь подруги ФИО2, сказав, что ей (истцу) положены льготы по возрасту, в оформлении которых обещала помочь, в связи с чем они с ФИО2 на машине последней отправились в какое-то учреждение, как потом выяснилось, МФЦ, однако, истец не знала, где они были и что она подписывала, но полностью доверяла ФИО2. 

Позже к истцу приехала жена брата ФИО1 и увидела, что отсутствуют квитанции, а также свидетельство о праве собственности на 

<

адрес>, она, истец, позвонила ФИО2, которая сказала, что спорная квартира была ей подарена ФИО4 25.05.2018 года. 

Сделка совершена без ее, истца, волеизъявления, под влиянием заблуждения и обмана со стороны ответчика, об отсутствии намерения дарения свидетельствуют также составленное 18.05.2018 года завещание спорной квартиры ФИО5, а также наличие действующего договора коммерческого найма этой квартиры от 15.12.2017 г. на срок 11 месяцев. 

На основании изложенного истец просит признать недействительным договор дарения 

<

адрес>, заключенный между ФИО4 и ФИО2 с аннулированием регистрационной записи № № от 04.06.2018 г. в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и следок с ним. Применить последствия недействительности данной сделки в виде возврата ответчицей 

<

адрес>.

В судебное заседание истец ФИО4 не явилась, о дате и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, в своем заявлении просит рассмотреть дело в ее отсутствие.

Представитель истца по доверенности ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала и просила их удовлетворить, пояснила, что ФИО4 – ее золовка (родная сестра мужа), сын и муж истицы умерли, после чего она (ФИО4) продала свою трехкомнатную квартиру, купив на вырученные деньги две однокомнатные квартиры, в одной из которых, расположенной в доме напротив квартиры брата, проживала сама, а вторую – 

<

адрес> (спорную квартиру) сдавала в наем по договору с целью получения дополнительного дохода к пенсии за 8000 руб. в месяц до конца 2018 года, в ней проживала квартирантка. 18.05.2018 года спорная квартира была завещана ею, ФИО4, племяннику ФИО5 О том, что 25.05.2018 года спорная квартира была подарена ответчику, выяснилось, когда на банковскую карту Галины Васильевны, перестали поступать денежные средства по договору найма, исчезли документы на квартиру, и ФИО2 сказала по телефону о состоявшемся договоре дарения. Как пояснила ФИО6 Васильевна, квартиру она никому не дарила, намерения заключать договор дарения у нее никогда не было, ответчик под видом получения льгот по возрасту, обманным путем завладела спорной квартирой, используя старческий возраст истца и ее доверчивость. Об отсутствии волеизъявления на заключение договора дарения свидетельствует также факт отсутствия реальной передачи квартиры, а именно ключей от нее: на момент заключения договора дарения и после него в квартире продолжала проживать квартирантка, попасть в спорную квартиру ответчик смогла только выселив квартирантку, вызвав участкового инспектора, взломав замки на входной двери и вставив новые. Она, ФИО1, постоянно ухаживает за истцом: решает все ее бытовые проблемы, купает, подстригает ногти, покупает продукты питания и лекарства, готовит и убирает, забрала жить к себе, так как квартира Галины Васильевны находится в запущенном антисанитарном состоянии

Адвокат Перцева О.В. иск и позицию истца поддержала.

Ответчик ФИО2 и ее адвокат по ордеру ФИО3 исковые требования не признали и просили в иске отказать. Ответчик пояснила, что истец сама предложила подарить ей квартиру, все было оформлено в соответствии с волеизъявлением истца ФИО4, которая потом передумала из-за претендентов на квартиру.

Выслушав мнение лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав материалы дела, оценив предоставленные суду доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

С учетом требований ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Как следует из материалов дела на основании договора купли-продажи от 12.09.2001 года ФИО4 приобрела 

<

адрес> (л.д. 41-42, 43).

В судебном заседании установлено и явствует из договора найма помещения от 15.12.2017 г., что ФИО4 (Наймодатель) сдает в наем ФИО7 (Наниматель) помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес> (л.д. 10-12).

В соответствии с п. 4.1 Договора найма помещения Наймодатель передает Нанимателю помещение, указанное в п. 1.1 настоящего Договора, на срок 11 месяцев, с 15 декабря 2017 г. по 15 ноября 2018 г.

Согласно завещанию от 18.05.2018 г., удостоверенному нотариусом нотариального округа городского округа г. Воронеж Воронежской области ФИО8, ФИО4 настоящим завещанием дала распоряжение о том, что 

<

адрес> она завещала ФИО5 (л.д. 9).

Вместе с тем, как установлено в судебном заседании, 25. 05. 2018 г. ФИО4 (Даритель), с одной стороны и ФИО2 (Одаряемый), с другой стороны заключили договор дарения (л.д. 52).

В силу п. 1 Договора Даритель безвозмездно передает в собственность Одаряемому, квартиру общей площадью 30, 4 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес>. Кадастровый номер №.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО7 пояснила, что снимала по договору с ФИО4 

<

адрес> с декабря 2017 г. по ноябрь 2018 г.. От ФИО4 она узнала, что мошенники обманным путем отняли у нее квартиру, она подает в суд, и она, свидетель, может жить в квартире дальше. Но она, ФИО7, фактически была вынуждена съехать из спорной квартиры в начале июля 2018 года, поскольку спорную квартиру заняла ответчик, приходила с участковым. С июля 2018 г. она, ФИО7, проживает вместе с ФИО4, так как не успела найти квартиру. В спорной квартире собиралась проживать по договоренности с истцом до окончания учебы, сделала там косметический ремонт, поменяла окна. Кроме того, свидетель пояснила, что ФИО6 Васильевна часто забывает то, о чем ранее уже говорила, из дома не выходит, так как не очень хорошо себя чувствует. ФИО6 Васильевна говорила, что договор дарения на квартиру не подписывала, а подписывала бумаги на льготы. ФИО1 приезжает или каждый день, или через день, покупает продукты, готовит еду, убирает в квартире.

Согласно ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

По смыслу приведенных положений, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность. Сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Заблуждение может возникнуть по вине самого заблуждающегося, по причинам, зависящим от другой стороны или третьих лиц, а также от иных обстоятельств. Вина другой стороны в сделке влечет возможность признания сделки недействительной как совершенной под влиянием обмана.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться с учетом конкретных обстоятельств каждого дела, исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО2 и ФИО4 обратились с заявлением о государственной регистрации прав на недвижимое имущество от 25.05.2018 г. и просили осуществить государственную регистрацию прав в отношении объекта недвижимости: 

<

адрес> (л.д. 48-51).

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела и показаний свидетелей следует, что 25.05.2018 г. у истца болела голова, было высокое давление. Со слов свидетелей истец узнала о подписании договора дарения лишь в июне 2018 г., а поехала она в МФЦ для оформления льгот по возрасту.

Так, свидетель ФИО9 пояснила, что является давней подругой ФИО4 Последний раз с ней встречалась весной 2018 года, когда истец сказала, что наконец оформила завещание на родного племянника ФИО5 Она очень любит Андрея, сына Любови Аркадьевны и гордится им, часто рассказывает про него. А квартиру, в которой она сейчас живет, она завещала троюродной племяннице. Она, ФИО9, очень часто с Галиной Васильевной разговаривали о том, как распорядиться имуществом, которое нажили за всю свою жизнь. И истец всегда говорила, что у нее жесткое правило, что при жизни никому ничего не дарит, только по завещанию. Она завещала квартиру у строительного института на 

<

адрес> Андрею, а 

<

адрес>, в которой она последнее время жила, она завещала троюродной сестре, которая все время приезжает и ухаживает за могилами родственников. ФИО6 Васильевна сказала, что нужно никому ничего не дарить, так как слышала по телевизору, что могут сделать с пожилыми людьми, а за нее некому заступиться, все немолодые женщины, Андрей в Москве. Когда она, свидетель, позвонила в июне 2018 года ФИО4, у последней был ужасный голос, она рассказала, что очень плохо себя чувствует, ФИО2 обманула ее и переписала квартиру, которую она завещала Андрею, на себя. Она сказала, что так ей доверяла всегда и во всем, что даже подумать не могла, что она с ней так поступит. Сказала, что вроде бумаги не подписывала, хотя Наталья куда-то возила ее на своей машине, куда, не помнит, потому что плохо себя чувствовала, у нее было высокое давление, но Наташа настояла, чтобы они туда поехали. Когда они приехали, в помещении было много окошечек, они подошли к одному из них, Наташа протянула ей бумаги, сказав, что это документы на добавочные льготы как ветерану и пенсионерке. После этого отдала документы женщине, которая там работает, она сказала, что все правильно, отдала Галине Васильевне и показала, ткнув пальцем, где надо расписаться. Документ не читала, потому что плохо себя чувствовала и все равно бы там ничего не поняла. Сказала: «Когда оказалось, что она присвоила себе мою квартиру, которую я бы никогда и ни за что не подарила, ни о каком дарении речи не могло быть, мы с тобой об этом неоднократно говорили, я стала думать, как она могла со мной так поступить? Я ее знаю с детства, мы дружили с родителями. Она у меня неоднократно занимала деньги, которые до сих пор не отдала и еще в конце концов меня обокрала.» У Галины Васильевны была обида на Судиловскую, т.к. та не вернула ей денежный долг, а её мать Вульф (ФИО10) без разрешения истца взяла её ценные вещи. Намерения подарить квартиру у нее не было никогда. После этого у нее резко ухудшилось состояние здоровья. Она стала говорить, что у нее плохо с головой, Наташа ей сказала, что положит в больницу подлечить голову. У Галины Васильевны нелады с памятью. Сейчас ее состояние усугубилось еще больше, так как для нее это стресс – потерять квартиру. Она говорит: «За что я должна подарить квартиру, которая стоит больше миллиона чужому человеку? Только за то, что я у нее неоднократно спрашивала по поводу болезней, и она меня раза 2 устраивала в больницу, чтобы меня подлечили?». Она нездоровый, больной и не адекватный человек. Она очень расстроена тем, что Наталья ее обманула.

Об отсутствии намерения истца дарить спорную квартиру и о том, что ее желанием было завещание племяннику Андрею подтвердили также свидетели ФИО11, ФИО12, ФИО13

Свидетель ФИО12, проживающая по соседству с истцом и знающая её семью и саму ФИО4 64 года, пояснила, что регулярно общается с Галиной Васильевной, что та никому никогда ничего не собиралась дарить, говорила: «Умру, тогда возьмёте, по телевизору показывают, как обманывают с квартирами» После того как Люба ее забрала, ФИО6 Васильевна сказала, что боится в той квартире жить, потому что она боится Наташу, она говорит, что ее она гипнотизирует. Она сказала, что никому ничего не дарила, приехала Наташа и сказала, что надо оформить льготы, ФИО6 Васильевна чувствовала себя плохо.

Из представленного в материалы дела отказного материала № № следует, что 18.06.2018 г. ФИО4 обратилась в УМВД России по г. Воронежу в котором она просила привлечь к ответственности ФИО2, которая завладела ее квартирой. По результатам проверки УУП УМВД России по г. Воронежу 26.06.2018 г. было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием состава преступления (л.д. 59-61).

Согласно ответу филиала АУ «МФЦ» в Ленинском районе г. Воронежа на запрос от 03.10.2018 г. следует, что 24.05.2018 года ФИО4 и ФИО2 обратились за предоставлением дополнительной (сопутствующей) услуги «составление проекта договора об отчуждении недвижимого имущества» (договор дарения). 25.05.2018 г. договор дарения был получен ФИО2 Согласно данным программного комплекса «Прием и выдача документов» 25.05.2018 г. в 18-10 ФИО4 и ФИО2 были приглашены на прием к ведущему специалисту ФИО14 Ведущий специалист удостоверился в личности заявителя, проверил срок действия документа, удостоверяющего личность, а также ввиду возраста ФИО4 уточнила: «Понимает ли заявитель, что делает, действительно ли хочет подарить жилое помещение (квартиру)?», на что ФИО4 подтвердила свои намерения о дарении жилого помещения (квартиры). После чего ФИО14 начала формировать заявление и попросила заявителей проставить подписи в представленном договоре дарения. Учитывая, что оба заявителя отдавали себе отчет о происходящем, оснований для отказа в предоставлении государственной услуги у ведущего специалиста не имелось. Кроме того, из ответа следует, что представить видео- и аудиозаписи от 25.05.2018 г. не представляется возможным в связи с ограничением дискового пространства системы, максимальный срок хранения информации составляет 3 недели (л.д. 93-94).

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО14 подтвердила сведения из АУ МФЦ и пояснила, что работает в филиале АУ «МФЦ» в Ленинском районе г. Воронежа и она оформляла сделку по договору дарения. Свидетель показала, что женщина преклонного возраста дарила квартиру ФИО2, она проверила все документы, никаких отклонений не было, все было добровольно. Визуально определила, что человек адекватно реагирует на все происходящее.

При этом показания свидетеля - специалиста АУ «МФЦ» ФИО14 суд не может принять во внимание как доказательство добровольного волеизъявления истца на совершение договора дарения, поскольку свидетель пояснила, что она должна была выполнять, следуя должностной инструкции. Также по ее показаниям, в день она сопровождает по 20-25 сделок. О событиях 25.05.2018 г. ФИО14 пояснила спустя полгода, вызывает сомнение то обстоятельство, что она могла детально запомнить подробности разговора с каждым, более того, данный свидетель показала, что у дарителя были темные волосы, в то время как сторона истца и ее свидетели утверждают, что у ФИО4 ярко-рыжие волосы, крашенные хной.

В судебном заседании свидетели со стороны истца пояснили, что ФИО4 всегда была прижимистой, жадной, питалась аккуратно, ей нравились слово «бесплатно», просто так она никому ничего не отдавала, о чем знали знакомые и подруги истца. Как пояснили свидетели, знала о таких качествах истца и ответчик, так как ее мать являлась подругой истца. Пользуясь ее плохим самочувствием и отсутствием рядом близкого человека, она под видом заявления на льготу подсунула ей на подпись договор дарения. Как пояснили свидетели со стороны истца, она «повелась» на слово льготы. Также свидетели поясняли, что намерения дарить свои квартиры у ФИО4 не было.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО15, врач-психиатр ОПНД, пояснила, что ФИО4 обращалась к ней по направлению из поликлиники № 1 от терапевта с диагнозом «дисциркуляторная энцефолопатия 3, с вестибуло-атактическим синдромом на фоне артериальной гипертензии 3 степени, сенильный психоз». Истец на приеме жаловалась на снижение памяти в течение трех лет, начала забывать имена родственников и знакомых, не могла рассказать хронологическую последовательность своей жизни. Диагноз на момент осмотра «органическое эмоционально лабильное расстройство в связи с сосудистым заболеванием головного мозга, умеренно выраженные когнитивные нарушения», ей назначено ей лечение и наблюдение. Препараты, которые были назначены, пьются пожизненно. ФИО6 Васильевна все время говорила правду. Нехарактерны для данного заболевания лживость и изворотливость. Она, свидетель, сделала вывод из ее слов, что у нее не было намерения заключать договор дарения. ФИО4 рассказала о моменте подписания договора дарения, что когда они поехали в МФЦ, она думала, что подписывала документы на льготы.

Показаниям свидетеля ФИО16 о том, что ФИО4 рассказывала ей о том, что желает подарить квартиру ФИО2, которая не хочет этого, суд не может принять во внимание как подтверждение действительного намерения истца, поскольку это опровергается другими доказательствами по делу, в частности, показаниями свидетелей стороны истца, которые относительно отсутствия намерений истца на дарение квартиры последовательны и непротиворечивы. 

Согласно ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Таким образом, из определения сделки, содержащейся в вышеприведенной статье, следует, что сделка является юридическим фактом, происходящем по воле человека.

По настоящему делу с учетом заявленных исковых требований ФИО4 конкретных обстоятельств дела, возраста истицы, юридически значимыми и подлежащими доказыванию обстоятельствами являются выяснение вопроса о том, понимала ли истец сущность сделки по дарению квартиры.

Проанализировав нормы права, регулирующие спорные отношения сторон, изучив обстоятельства совершения оспариваемой сделки и оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, в том числе объяснения сторон, показания свидетелей, письменные доказательства, принимая во внимание преклонный возраст истицы (на момент заключения договора дарения ей исполнилось 84 года), состояние ее здоровья, оформление завещания на спорную квартиру за наделю до договора дарения, суд приходит к выводу, что выраженная в сделке воля ФИО4 сформировалась вследствие существенного заблуждения относительно природы сделки, поскольку истц не имела намерения произвести отчуждение имущества и безвозмездно лишить себя дополнительного источника дохода.

Кроме того, суд учитывает, что истец передала в дар квартиру ответчику ФИО2, которая не является ее родственником, в то время как у ФИО4 имеются родственники, в частности, родной племянник ФИО5, с которым у них сложились теплые отношения, он проживает в г. Москва, в связи с чем полную заботу о ней, истце, взяла на себя его мать ФИО1, 18.05.2018 года было составлено завещание на ФИО5 о передаче ему квартиры по наследству. Заблуждение истицы относительно существа договора дарения имеет существенное значение. Исходя из положений ст.ст. 167, 178, 572 ГК РФ юридически значимыми обстоятельствами для вывода о состоявшемся договоре дарения является не только письменно оформленный документ, но и факт передачи и принятия дара, а также должна быть выяснена действительная воля сторон с учетом цели договора.

В силу ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В судебном заседании установлено и как пояснила сама ФИО2, ключи от квартиры ФИО17 не передавала. 

Кроме того, 

<

адрес> приносила ФИО17 дополнительный доход к ее пенсии, спорная квартира 18.05.2018 г. завещана родному племеннику ФИО5 

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Как видно из материалов дела, факта передачи истцом своей квартиры ответчиком не было. Вещи истца и нанимателя квартиры оставались в квартире, договор найма жилого помещения не расторгался, ключи от квартиры не передавались.

В соответствии со ст. 309 и п. 3 ст. 420 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства (договора) и требованиями закона, иных правовых актов. 

Регистрация перехода права собственности на квартиру не исключает условие договора о передаче квартиры. Передача квартиры по условиям договора должна предшествовать факту регистрации. Факта передачи квартиры не было, следовательно, договор дарения не может считаться заключенным даже при его государственной регистрации, поскольку отсутствует такое существенное условие договора, как передача вещи (квартиры). 

В соответствии с п. 1 ст. 6, 224, 309, п. 1 ст. 432, п. 2 ст. 433, 556 ГК РФ передача недвижимости от дарителя к одариваемому должна происходить по передаточному акту или иному документу о передаче. 

Анализируя представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что оспариваемый договор следует признать недействительным, поскольку данная сделка не может являться законной в силу заблуждения ФИО4 относительно ее правовой природы. Воли дарителя на заключение договора дарения установлено не было.

Суд учитывает, что в результате отчуждения спорной квартиры истец лишается регулярного дополнительного источника дохода в виде получаемой платы за наем жилья. 

Исходя из положений гражданского законодательства, регулирующих возникновение права собственности, в том числе на основании заключения договора дарения, для таких сделок правовым последствием является не только переход титула собственника от дарителя к одаряемому на основании заключенного сторонами договора, но и фактическая передача имущества.

Между тем, фактически правовых последствий в виде передачи объекта недвижимости не наступило, поскольку истец ключи от спорной квартиры ответчику не передавала, в спорной квартире по-прежнему проживала квартирантка по ранее заключенному договору с ФИО4, что установлено в судебном заседании и, по мнению суда, наряду с другими доказательствами свидетельствует об отсутствии действительного намерения истца на безвозмездное отчуждение объекта недвижимости.

Тот факт, что истец сама подписывала договор дарения и принимала непосредственное участие в предоставлении документов на государственную регистрацию перехода прав на оспариваемое имущество, само по себе не свидетельствует об отсутствии заблуждения со стороны по указанным выше обстоятельствам.

Поскольку юридически значимым обстоятельством, подлежащим доказыванию по данному спору, являлось выяснение вопроса о понимании истцом сущности сделки на момент ее заключения. В этой связи суду необходимо выяснить, сформировалась ли выраженная в сделке воля истца вследствие заблуждения, на которое он ссылается, и является ли оно существенным применительно к части 1 статьи 178 Гражданского кодекса, в том числе оценке подлежат такие обстоятельства как возраст истца и состояние здоровья.

В связи с чем суд принимает во внимание преклонный возраст ФИО4, которой на день заключения договора исполнилось 84 года и ее состояние здоровья,то, что она страдает «дисциркуляторной энцефолопатией 3, с вестибуло-атактическим синдромом на фоне артериальной гипертензии 3 степени, сенильный психоз» наличие серьезных возрастных изменений в психике, которые не возникают одномоментно, а носят хронический длящийся характер. 

Таким образом, в судебном заседании нашел подтверждение факт заблуждения истца относительно природы сделки, так как ФИО4 считала, что подписывает совсем другой документ, заблуждалась в отношении лица, с которым вступила в сделку, так как не собиралась с ответчиком совершать какие-либо сделки, в связи с чем суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО4 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения, заключенный 25 мая 2018 года между ФИО4 и ФИО2, в отношении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, применив последствия недействительности сделки, путем приведения сторон в первоначальное положение, возвратив указанную квартиру в собственность ФИО4.

Данное решение является основанием для внесения записи в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним о прекращении права собственности ФИО2 на квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, и о праве собственности на данный объект ФИО4. 

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд через Ленинский районный суд г. Воронежа в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья Ю.И. Симонова

Решение суда в окончательной форме изготовлено 28.01.2019 г.