адм. д. №3а-12/2018

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

20 июня 2018 года г. Ростов-на-Дону

Северо-Кавказский окружной военный суд в составе:

председательствующего - судьи Зари А.И.,

при секретаре судебного заседания Азаряне Р.А.,

с участием представителя административных ответчиков - ФИО1, рассмотрев в закрытом судебном заседании дело по административному исковому заявлению капитана ФИО2 об оспаривании действий начальника и аттестационной комиссии Федерального государственного казенного учреждения «Центральный клинический санаторий им. Ф.Э. Дзержинского» (далее - санаторий), связанных с порядком проведения аттестации истца

установил:

Камодцкая через своего представителя обратилась в суд с административным исковым заявлением, в котором с учетом уточнения требований просила признать незаконными:

- порядок проведения и оформления результатов ее аттестации от 29 сентября 2017 года;

- содержащуюся в п. 27 аттестационного листа формулировку том, что ею был ослаблен контроль за работой подчиненного подразделения;

- рекомендацию аттестационной комиссии о нецелесообразности заключения с нею нового контракта о прохождении военной службы в связи с достижением предельного возраста.

При этом она просила суд возложить на административных ответчиков обязанность исключить из п. 27 аттестационного листа названную формулировку, вместо которой указать – «в связи с достижением предельного возраста нахождения на военной службе целесообразно заключить новый контракт».

Камодцкая, а также ее представитель, надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного заседания в суд не прибыли. Ходатайство истца об отложении судебного разбирательства в связи с тем, что она и ее представитель по служебной надобности находятся не в регионе, где рассматривается дело, а в иных регионах Российской Федерации, оставлено судом без удовлетворения как необоснованное. В связи с этим препятствий для проведения судебного заседания не имелось. 

Одновременно истцом представлены в суд объяснения, которые по своему содержанию повторяют содержание заявления об уточнении требований, представленное в суд представителем истца.

Так, Камодцкая и ее представитель в подтверждение предъявленных в суд требований приводят следующие доводы, которые, по их мнению, свидетельствуют о нарушении порядка аттестации истца и незаконности данной аттестационной комиссией рекомендации: 

- до настоящего времени командование не дало разъяснения по указанным ею замечаниям порядка проведения беседы 12 июля 2017 года, которая предшествует аттестации военнослужащего; 

- на момент проведения беседы не был утвержден график аттестации Камодцкой;

- составленный протокол проведения беседы от 12 июля 2017 года не может быть признан уведомлением о начавшейся процедуре аттестации истца; 

- в ходе проведенной беседы начальник санатория отказался отвечать на вопросы Камодцкой;

- в протоколе проведения беседы от 12 июля 2017 года не изложены основные положения составленного в отношении истца отзыва, что сделало невозможным его обжалование. К тому же проведенная с истцом беседа должна была быть оформлена не в форме протокола, а в форме листа беседы;

- в день проведения аттестации 29 сентября 2017 года не был оформлен протокол заседания аттестационной комиссии;

- Камодцкая ознакомлена с аттестационным листом одновременно с заключением аттестационной комиссии от 29 сентября 2017 года, чем нарушено ее право на представление в аттестационную комиссию возражений относительно отзыва, содержащегося в аттестационном листе, дополнительных сведений о своей служебной деятельности, а также право на личное участие в аттестации; 

- в связи с выраженным Камодцкой несогласием с выводами, содержащимися в аттестационном листе, проведение аттестации должно было быть перенесено на один месяц, с целью представления истцом дополнительных характеризующих ее данных;

- аттестационная комиссия не приняла во внимание значимые результаты работы истца, а именно то, что под ее руководством осуществлено упорядочение личных дел работников и служащих санатория, чего до нее сделано не было;

- в п. 27 аттестационного листа содержится необоснованный вывод о том, что истцом, как начальником отделения кадров, ослаблен контроль за работой подчиненного подразделения, поскольку она была неправомерно привлечена к дисциплинарной ответственности за допущенные упущения по службе, о чем было указано в поступившем в санаторий письме из Военно – медицинского управления ФСБ России от 12 августа 2015 года № 24/ок – 1914. В данном письме начальнику санатория давалось указание отменить примененное к ней дисциплинарное взыскание;

- в аттестационном листе необоснованно указано на привлечение Камодцкой к дисциплинарной ответственности приказом начальника санатория от 16 января 2018 года № 7-лс;

- по новому месту военной службы с Камодцкой, достигшей предельного возраста, был заключен новый контракт о прохождении военной службы.

Также представителем истца выражено несогласие с содержащимся в возражениях представителя административного ответчика утверждением о том, что заключению нового контракта препятствовало состояние здоровья Камодцкой, которая в течение года более продолжительный период была освобождена от служебных обязанностей по болезни. 

Представитель административных ответчиков - ФИО1 требования истца не признала. При этом пояснила, что командованием не был нарушен установленный приказом ФСБ России от 2008 года № 3/дсп порядок проведения аттестации Камодцкой. Так, в преддверии аттестации, а именно 12 июля 2017 года, начальником санатория с Камодцкой была проведена беседа, в ходе которой до нее были доведены основные положения составленного в отношении нее отзыва. Сама аттестация проведена 29 сентября 2017 года согласно утвержденному графику проведения аттестаций сотрудников санатория. Камодцкая была уведомлена о месте и времени проведения аттестации, но отказалась присутствовать на заседании аттестационной комиссии. В ходе аттестации исследован аттестационный лист Камодцкой, сведения о ее служебной деятельности, обстоятельства допущенных подчиненными Камодцкой дисциплинарных проступков, выразившихся в нарушении служебных обязанностей. Аттестационная комиссия санатория согласилась с выводами, содержащимися в аттестационном листе, и с учетом имеющихся полномочий рекомендовала командованию не заключать с Камодцкой, достигающей предельного возраста пребывания на военной службе, новый контракт о прохождении военной службы. 

Также представитель административного ответчика заявила о пропуске истцом процессуального срока обращения в суд, предусмотренного ст. 219 КАС РФ, поскольку с решением аттестационной комиссии от 29 сентября 2017 года Камодцкая ознакомлена в день его принятия, а с иском в суд она обратилась более чем через три месяца после этого - 19 января 2018 года. 

Выслушав доводы представителя административного ответчика, исследовав представленные истцом и его представителем доводы, а также исследовав имеющиеся в деле и дополнительно представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам. 

Согласно ст. 219 КАС РФ гражданин вправе обратиться в суд с административным исковым заявлением в течение трех месяцев со дня, когда ему стало известно о нарушении его прав и свобод. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании и могут являться основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

В соответствии с ч. 1 ст. 95 КАС РФ лицам, пропустившим установленный КАС РФ процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен.

Из аттестационного листа в отношении Камодцкой усматривается, что с ним, а также с выводами аттестационной комиссии она была ознакомлена в день аттестации - 29 сентября 2017 года. При этом административное исковое заявление было ею подано в суд 19 января 2018 года, то есть по истечении трех месяцев, что подтверждается отметкой о регистрации входящей корреспонденции. 

В административном исковом заявлении истец просила восстановить ей срок подачи иска, поскольку он был пропущен по уважительной причине, связанной с ее стационарным лечением с 16 октября по 3 декабря 2017 года и нахождением на больничном по уходу за ребенком с 4 по 26 декабря 2017 года, а также амбулаторным лечении с 10 по 15 января 2018 года. 

Данные обстоятельства подтверждаются имеющимися в деле листками освобождения Камодцкой от исполнения служебных обязанностей от 2 декабря 2017 года № 6154, от 27 декабря 2017 года № 2003, от 10 января 2018 года № 19 и справками начальника санатория от 26 января 2018 года за №№ 507, 510.

Представитель административного ответчика в судебном заседании подтвердила названные периоды освобождения Камодцкой от исполнения служебных обязанностей по болезни. 

При таких данных суд приходит к выводу о том, что названные причины пропуска Камодцкой срока являются уважительными. В связи с этим пропущенный ею процессуальный срок подачи иска в суд подлежит восстановлению.

Как видно из п. 1, подп. «б» пп. 2, 3 ст. 26 Положения о порядке прохождения военной службы в целях всесторонней и объективной оценки военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, определения их соответствия занимаемой воинской должности и перспектив дальнейшего служебного использования, проводится аттестация. Одной из основных задач аттестации военнослужащих является, в частности, определение целесообразности заключения новых контрактов с военнослужащими, достигшими предельного возраста пребывания на военной службе.

Порядок организации и проведения аттестации определяется руководителем соответствующего федерального органа исполнительной власти или федерального государственного органа, в котором проводится аттестация.

Таковой Порядок изложен в Инструкции, утвержденной приказом ФСБ России от 2008 года № 3/дсп (далее – Инструкция). 

Как усматривается из графика проведения аттестации военнослужащих санатория на 2017 год, который, вопреки утверждению истца и его представителя составлен задолго до проведения аттестации, а именно 28 октября 2016 года, Камодцкая, достигающая предельного возраста пребывания на военной службе 18 февраля 2018 года, была спланирована для рассмотрения на заседании аттестационной комиссии по результатам служебной деятельности за период с 12 января 2012 года по 18 мая 2017 года, то есть за пятилетний период, прошедший со дня последней аттестации, как того требует п. 4 Инструкции. 

В соответствии с п. 11 Инструкции в ходе изучения и оценки профессиональных и личностных качеств аттестуемого военнослужащего, его профессиональной служебной деятельности начальник обязан:

- проанализировать и оценить конкретные показатели профессиональной служебной деятельности аттестуемого военнослужащего по занимаемой им воинской должности, состояние дел в подразделении, которым он руководит, или на участке служебной деятельности, за который он отвечает;

- провести с аттестуемым военнослужащим индивидуальную беседу по вопросам исполнения им общих, должностных и специальных обязанностей, повышения профессионального уровня, стиля и методов его работы;

- дать необходимые советы и рекомендации об устранении недостатков аттестуемого военнослужащего, о совершенствовании служебной деятельности, дальнейшем профессиональном образовании и развитии.

При этом непосредственный (прямой) начальник доводит до сведения аттестуемого военнослужащего основные положения отзыва об исполнении им служебных обязанностей за аттестационный период. 

Указанные требования Инструкции в отношении Камодцкой были соблюдены, поскольку 12 июля 2017 года начальником санатория с ней проведена соответствующая беседа по вопросам, указанным в п. 11 Инструкции. При проведении беседы, помимо начальника санатория, присутствовали и другие должностные лица санатория: заместитель начальника санатория по режиму, начальник группы правового обеспечения и ответственный исполнитель делопроизводства. 

То обстоятельство, что Камодцкая не получила разъяснения командования по указанным ею, как она полагает, нарушениям порядка проведения беседы, не может свидетельствовать о допущенном нарушении порядка аттестации в целом. Указание истцом на обороте протокола своих возражений относительно проведенной беседы не свидетельствует о том, что данные возражения должны были быть рассмотрены командованием, так как Камодцкая в соответствующем порядке не обращалась с такой просьбой к начальнику санатория. 

Не свидетельствует о нарушении установленного порядка проведения беседы и то, что начальник санатория в конце беседы отказался отвечать на заданный Камодцкой вопрос, так как п. 11 Инструкции не подразумевает диалога между лицом, проводящим беседу и военнослужащим, с которым таковая беседа проводится. 

Необоснованным является и мнение Камодцкой о том, что протокол беседы от 12 июля 2017 года не может быть расценен в качестве уведомления о начавшейся процедуре аттестации, так как в ходе беседы она была ознакомлена с основными положениями отзыва об исполнении ею служебных обязанностей, а поэтому знала о предстоящей аттестации.

Ошибочным является и мнение истца о том, что протокол проведения беседы должен содержать основные положения отзыва об исполнении Камодцкой служебных обязанностей, поскольку в протоколе фиксируется лишь ход проведенной беседы, а также лица, присутствующие при беседе. Иных требований к содержанию протокола Инструкция не содержит, как не определяет и вид документа, которым должны быть оформлены результаты проведенной беседы.

В данном случае оформление беседы с Камодцкой в протоколе, не противоречит требованиям Инструкции, а напротив, подтверждает исполнение начальником санатория возложенных на него обязанностей по организации аттестации Камодцкой. 

На основании п. 13 Инструкции аттестационный лист, содержащий отзыв, не позднее чем за две недели до начала аттестации представляется в аттестационную комиссию, которая проводит аттестацию военнослужащего. 

Из аттестационного листа в отношении Камодцкой видно, что он составлен 22 сентября 2017 года. В тот же день он поступил в аттестационную комиссию. Следовательно, аттестационный лист был представлен в аттестационную комиссию менее чем за две недели. Однако данное обстоятельство само по себе не может свидетельствовать о существенном нарушении процедуры аттестации Камодцкой. В судебном заседании нашло свое подтверждение то, что истец была уведомлена о месте и времени проведения аттестации, но по личным мотивам отказалась присутствовать на заседании аттестационной комиссии. Эти обстоятельства истцом не оспариваются. 

При таких данных суд отвергает как необоснованные доводы Камодцкой о том, что она была лишена возможности представить в аттестационную комиссию свои возражения на отзыв, содержащийся в аттестационном листе, и дополнительные сведения о своей служебной деятельности. К тому же с основными положениями отзыва истец была ознакомлена еще 12 июля 2017 года в ходе беседы. Не представлено истцом дополнительных сведений о своей служебной деятельности в рассматриваемый аттестационной комиссией период с 2012 по 2017 год и в ходе рассмотрения дела, хотя иные процессуальные документы, в частности, ходатайство об отложении судебного заседания, ею представлено. Не представлено дополнительных документов и представителем Камодцкой, который дважды участвовал в подготовке дела к судебному разбирательству. 

Как видно из п. 27 аттестационного листа, он содержит полные сведения о служебной деятельности Камодцкой, в том числе связанной с обработкой персональных данных сотрудников санатория при помощи автоматизированной системы «

<

данные изъяты>». К тому же в п. 36 аттестационного листа указаны конкретные значимые результаты деятельности Камодцкой, в том числе по формированию, ведению, хранению и учету личных дел сотрудников санатория. Поэтому необоснованным является мнение истца о том, что руководством санатория были скрыты от аттестационной комиссии значимые результаты служебной деятельности Камодцкой.

Вместе с тем в рассматриваемый аттестационной комиссией период службы Камодцкой имелись случаи совершения ее подчиненными дисциплинарных проступков. Данное обстоятельство подтверждается исследованными в судебном заседании заключениями по результатам служебных разбирательств, утвержденными 24 июня и 3 июля 2015 года, а также 24 апреля 2017 года, послужившими основаниями для привлечения к дисциплинарной ответственности сотрудников отделения кадров С., К. и М., которым объявлены выговоры, что подтверждается справкой из санатория, поступившей в суд 19 июня 2018 года. 

Допустила совершение дисциплинарных проступков и сама Камодцкая.

Что же касается письма из Военно-медицинского управления ФСБ России от 12 августа 2015 года № 24/ок – 1914, на которое ссылается Камодцкая, то в данном письме отсутствовало требование об отмене примененного к истцу дисциплинарного взыскания, а лишь давалось указание начальнику санатория провести в отношении нее дополнительную проверку, что подтверждается справкой из санатория от 20 июня 2018 года. При этом в ходе проведенной дополнительной проверки не установлено оснований для отмены приказа начальника санатория о привлечении Камодцкой к дисциплинарной ответственности, о чем направлено сообщение в адрес Военно-медицинского управления ФСБ России от 25 октября 2016 года № 4719. 

При таких данных следует прийти к выводу о том, что в п. 27 аттестационного листа обоснованно указано на ослабление со стороны Камодцкой в рассматриваемый период контроля за своими подчиненными по службе, что повлекло совершение ими дисциплинарных проступков, выразившихся в нарушении служебных обязанностей. 

Не основан на материалах дела и довод истца об отсутствии протокола заседания аттестационной комиссии, датированного днем ее проведения, так как он опровергается представленным в суд протоколом от 29 сентября 2017 года № 25. 

Необходимо отметить, что заседание аттестационной комиссии оформлено в полном соответствии с требованиями п. 22 Инструкции. Протокол подписан председателем и всеми членами аттестационной комиссии, а аттестационный лист утвержден начальником санатория. 

Мнение истца о том, что основанием для аттестации Камодцкой явилось, в том числе, привлечение ее к дисциплинарной ответственности приказом начальника санатория от 16 января 2018 года № 7-лс является ошибочным. Из справки от 26 января 2018 года № 514 видно, что в ней перечислены все дисциплинарные взыскания, примененные к сотрудникам отделения кадров санатория за период с 1 января 2015 года по день составления справки. Сведений о том, что приказ начальника санатория от 16 января 2018 года № 7-лс послужил основанием для рассмотрения Камодцкой на заседании аттестационной комиссии, справка не содержит. 

В силу п. 10 Инструкции начальник может отразить в отзыве другие характеризующие данные аттестуемого военнослужащего. Учитывая, что Камодцкая продолжительный период в течение года находилась на больничном, что усматривается из справки от 26 января 2017 года № 507, в п. 37 аттестационного листа на это обоснованно обращено внимание аттестационной комиссии. 

Согласно п. 20 Инструкции аттестационная комиссия вправе внести на рассмотрение начальника органа безопасности мотивированные рекомендации, в частности, о возможности заключения с военнослужащим нового контракта о прохождении военной службы. 

Следовательно, аттестационная комиссия санатория, проанализировав сведения о служебной деятельности истца в качестве начальника отделения кадров санатория и данные о ее личности, изложенные в аттестационном листе, правомерно, на основании имеющихся полномочий, дала командованию рекомендацию о нецелесообразности заключения с Камодцкой нового контракта в связи с достижением ею предельного возраста пребывания на военной службе. Данная рекомендация не противоречит требованиям ст. 10 Положения о порядке прохождения военной службы, в которой регламентирован порядок заключения нового контракта с военнослужащими, достигшими предельного возраста пребывания на военной службе. 

Согласно справке от 29 января 2018 года № 519 Камодцкая с 17 января 2018 года исключена из списков личного состава санатория. С 18 января 2018 года истец назначена на новую воинскую должность консультанта отдела кадров войсковой части №, что подтверждается выпиской из приказа командира войсковой части 68240 от 1 февраля 2018 года № 46-лс. По новому месту военной службы с Камодцкой заключен новый контракт о прохождении военной службы, о чем объявлено в приказе командира войсковой части № от 21 февраля 2018 года № 28-лс. 

Однако данное обстоятельство не может свидетельствовать о незаконности рекомендации аттестационной комиссии санатория, данной за несколько месяцев до этого, поскольку таковая дана членами аттестационной комиссии в порядке реализации имеющихся у них полномочий, на основании собственной оценки результатов служебной деятельности Камодцкой. Необходимо отметить, что по новому месту военной службы Камодцкая назначена не на должность начальника отделения кадров, а на должность, не связанную с руководством личным составом. 

Таким образом, поскольку требования Камодцкой являются необоснованными, в их удовлетворении следует отказать в полном объеме. 

Руководствуясь статьями 95, 175-180, 227 КАС РФ, суд

решил:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации через Северо-Кавказский окружной военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий А.И. Заря