<

данные изъяты>

№ 2-696/2025

72RS0028-01-2025-000648-59

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Ялуторовск 09 сентября 2025 года

Ялуторовский районный суд Тюменской области в составе:

председательствующего судьи: Солодовника О.С., 

при секретаре: Глущенко А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-696/2025 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, Департаменту социального развития Тюменской области, Межрайонному управлению социальной защиты населения (г. Ялуторовск, Ялуторовский и Исетский районы), Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Тюменской области «Областная больница № 23» (г. Ялуторовск) о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Начальнику управления по вопросам семьи и детства Департамента социального развития Тюменской области ФИО2, Начальнику отдела по опеке, попечительству и охране прав детства Межрайонного управления социальной защиты населения (г. Ялуторовск, Ялуторовский и Исетский районы) ФИО3, Руководителю административного управления Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная больница № 23» (г. Ялуторовск) ФИО4, Врачу психиатру-наркологу Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная больница № 23» (г. Ялуторовск) ФИО5 о взыскании с Начальника управления по вопросам семьи и детства Департамента социального развития Тюменской области ФИО2, Начальника отдела по опеке, попечительству и охране прав детства Межрайонного управления социальной защиты населения (г. Ялуторовск, Ялуторовский и Исетский районы) ФИО3 компенсации морального вреда в размере 3 776 637 руб. 46 коп., с ответчиков Руководителя административного управления Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная больница № 23» (г. Ялуторовск) ФИО4, Врача психиатра-нарколога Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная больница № 23» (г. Ялуторовск) ФИО5 – 5 325 858 руб. 68 коп. (л.д.9-15, 16-22, 68-71, 72-75).

Требования мотивированы тем, что в результате действия ответчиков как должностных лиц истцу были причинены физические и нравственные страдания, в частности в результате действий ФИО2 и ФИО3 истец лишился жилья, из-за действий ФИО5 истцу был необоснованно выставлен диагноз, тогда как в результате действий ФИО4 в ответе, который был им дан, неправильно указан диагноз истца. Учитывая изложенное, ФИО1 обратился в суд с настоящим заявлением.

Определением суда от 14 июля 2025 года к участию в деле в качестве соответчиков были привлечены Департамент социального развития Тюменской области, Межрайонное управление социальной защиты населения (г. Ялуторовск, Ялуторовский и Исетский районы), Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Тюменской области «Областная больница № 23» (г. Ялуторовск) (л.д.116-118).

Определением суда от 15 августа 2025 года по ходатайству истца ненадлежащие ответчики Начальник управления по вопросам семьи и детства Департамента социального развития Тюменской области ФИО2, Начальник отдела по опеке, попечительству и охране прав детства Межрайонного управления социальной защиты населения (г. Ялуторовск, Ялуторовский и Исетский районы) ФИО3, Руководитель административного управления Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная больница № 23» (г. Ялуторовск) ФИО4, Врач психиатр-нарколог Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная больница № 23» (г. Ялуторовск) ФИО5 были заменены на надлежащих - ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 соответственно как физических лиц, при этом к участию в деле в качестве третьего лица была привлечена ГБУЗ ТО «Областная клиническая психиатрическая больница». Сумма заявленных исковых требований была истцом увеличена до 5 521 132 руб. 81 коп. (л.д.178-179, 183-186)

В судебном заседании суда первой инстанции истец ФИО1 и его законный представитель ФИО6 исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске. ФИО1 пояснил, что первоначально претензии к ответчикам ФИО2 и ФИО3 были в том, что они, как его опекуны, при рассмотрении споров о разделе имущества и лишении истца водительских прав не поддержали его позицию по делам, однако в дальнейшем претензии к ним отпали. Вина ФИО4 заключается в том, что в его ответах неправильно был указан диагноз и раскрыта врачебная 

<

данные изъяты> заболевании ФИО1 В то время как ФИО5 виновен в том, что им необоснованно был выставлен диагноз истцу из-за которого он лишился права управления транспортными средствами, возможности трудиться и зарабатывать. Заявленная сумма денежных средств потрачена истцом на лечение, которую истец просит взыскать солидарно.

Ответчики ФИО3, ФИО4, являющий одновременно представителем ответчика ГБУЗ ТО «Областная больница № 23» (г. Ялуторовск), в судебном заседании полагали требования истца не подлежащими удовлетворению. ФИО4 дополнительно пояснил, что ответы на запросы истца он давал как должностное лицо, какого-либо раскрытия врачебной 

<

данные изъяты> допущено не было, поскольку информация о диагнозе была сообщена непосредственно ФИО1, а не иным лицам.

Ответчик ФИО5 его представитель ФИО7 против удовлетворения требований истца возражали. Дополнительно просили взыскать расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб. ФИО5 дополнительно пояснил, что диагноз из-за которого ФИО1 был лишен права на управление транспортным средством лично им не выставлялся, поскольку он был выставлен ФИО1 ещё в 2009 году в ГБУЗ ТО «Областная клиническая психиатрическая больница» пос. Винзили, в дальнейшем между 2018 и 2019 года учет ФИО1 пропал и в 2019 году ФИО5 была выдана справка о том, что ФИО1 на учете не состоит, однако в дальнейшем соответствующие сведения в базах появились и ФИО1 вновь был поставлен на соответствующий учет.

Дело было рассмотрено в отсутствие ответчика ФИО2, представителей ответчиков Департамента социального развития Тюменской области, Межрайонного управления социальной защиты населения (г. Ялуторовск, Ялуторовский и Исетский районы), представителя третьего лица ГБУЗ ТО «Областная клиническая психиатрическая больница», извещенного о времени и месте судебного заседания надлежащим образом. 

Выслушав мнение лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

ФИО1 родился ДД.ММ.ГГГГ года в гор. 

<

адрес> и находился в ГБУЗ ТО «Областная клиническая психиатрическая больница» на стационарном лечении 

<

адрес> в периоды с ДД.ММ.ГГГГ года (диагноз 

<

данные изъяты>»), с 

<

адрес> года (диагноз 

<

данные изъяты>. В период с ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 находился на судебно-психиатрической экспертизе в условиях круглосуточного стационара ГБУЗ ТО «ОКПБ» диагноз 

<

данные изъяты>

Изложенные обстоятельства подтверждены выписными эпикризами в отношении ФИО1 

<

данные изъяты> ФИО1 

<

данные изъяты> (л.д.38, 89, 150-154, 155-157, 158-172, 175-177, 194-196, 197-201, 202-216).

Решением Ялуторовского районного суда Тюменской области от ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 

<

данные изъяты>.

Материалы дела свидетельствуют о том, что ФИО1 неоднократно обращался в Департамент социального развития Тюменской области с различными заявлениями (л.д.31, 32-33, 34-36).

На данные обращения были даны ответы (л.д.45, 46, 47).

В настоящее время ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в силу закона является отдел по опеке, попечительству и охране прав детства Межрайонного управления социальной защиты населения (г. Ялуторовск, Ялуторовский и Исетский районы).

ФИО1 также обращался в ГБУЗ ТО «Областная больница № 23», на одно из обращений от 20 января 2025 года руководителем административного отдела ФИО4 был дан ответ, что, согласно сведениям электронной медицинской карты ФИО1, в мае 2024 года специалистами ГБУЗ ТО «Областная клиническая психиатрическая больница» ФИО1 был выставлен диагноз: 

<

данные изъяты> Данные о наличии диагноза: 

<

данные изъяты> (л.д.55).

В ответ на обращение от 21 января 2025 года ФИО1 руководителем административного отдела ФИО4 был дан ответ, что в связи с поступлением в ГБУЗ ТО «Областная больница № 23» (г. Ялуторовск) запроса Ялуторовского районного суда Тюменской области о наличии у ФИО1 медицинских противопоказаний к управлению транспортными средствами, врачом – 

<

данные изъяты> ФИО5 с целью проведения врачебной комиссии, в медицинской информационной системе создан протокол от ДД.ММ.ГГГГ года. Все документы, созданные в медицинской электронной карте пациента, автоматически отображаются в личном кабинете портала Государственных услуг РФ (л.д.56-57).

Согласно протоколу заседания врачебной комиссии ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 был выставлен диагноз 

<

данные изъяты>л.д.59).

Ответа на обращение от 24 декабря 2024 года ФИО1 дано не было в связи с нарушением формы и порядке обращения (л.д.58).

По сведениям Банка ВТБ (ПАО) на банковский счет ФИО1 было осуществлено зачисление денежных средств в сумме 5 325 858 руб. 84 коп., осуществлено их списание 5 325 821 руб. 68 коп. (л.д.65).

ФИО1 представлен договор о предоставлении платных медицинских услуг в ГАУЗ ТО «Лечебно-реабилитационный центр «Светлый» (л.д.50).

Апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Тюменского областного суда от 05 мая 2025 года было оставлено без изменения решение Ялуторовского районного суда Тюменской области от 04 февраля 2025 года согласно которому прекращено действие права ФИО1 

<

данные изъяты> на основании водительского удостоверения ДД.ММ.ГГГГ года (л.д.77-79).

Положениями пунктов 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26.01.2010 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ). 

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, на истце лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер, а также то обстоятельство, что причинителем вреда является именно то лицо, которое указывается в качестве ответчика (причинную связь между его действиями (бездействием) и наступившими неблагоприятными последствиями в виде вреда здоровью). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, причинившем вред. Вина в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации (статьи 20, 41), которой также установлено право каждого на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни и здоровью граждан.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150, статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье относятся к неотчуждаемым и непередаваемым иным способом нематериальным благам, принадлежащим гражданину от рождения.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную 

<

данные изъяты>, честь и доброе имя, 

<

данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункты 1, 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В пунктах 25, 26, 27, 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. 

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (абзац второй статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Исследовав представленные доказательства в их совокупности суд приходит к выводу, что требования истца не подлежат удовлетворению.

Исследованные в судебном заседании доказательства позволяют прийти к выводу, что нарушений каких-либо прав истца действиями ответчиков допущено не было.

В судебном заседании ФИО1 указывал на то, в чем, по его мнению, заключаются нарушения его прав со стороны каждого из ответчиков.

Проанализировав данные обстоятельства применительно к представленным по делу доказательства, суд полагает, что доводы истца не подтверждены относимыми, допустимым, достоверными и достаточными доказательствами.

ФИО1 не представлено никаких доказательств нарушения его прав каким-либо действиями либо бездействиями со стороны ФИО2 

Утверждения ФИО1 о вине ФИО3 в том, что ею не были поддержаны его апелляционные жалобы по двум ранее рассмотренным делам, к числу оснований для удовлетворения требований истца не относятся, поскольку объяснения ФИО3 не являлись основанием к удовлетворению требований прокурора по делу о лишении ФИО1 права на управление транспортными средствами, в то время как дело в суде апелляционной инстанции по спору о разделе имущества состоялось в пользу ФИО1 апелляционная жалоба была оставлена без удовлетворения. В дальнейшем в судебном заседании ФИО1 указал об отсутствии у него претензий к ФИО2 и ФИО3

При изложенных обстоятельствах, судом не усматривается оснований для удовлетворения заявленных требований к ответчикам ФИО2 и ФИО3

Разрешая требования истца к ответчику ФИО4, судом не усматривается оснований для удовлетворения требований к данному ответчику.

В силу статьи 3 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных», персональные данные - любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных); обработка персональных данных - любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных; распространение персональных данных - действия, направленные на раскрытие персональных данных неопределенному кругу лиц; предоставление персональных данных - действия, направленные на раскрытие персональных данных определенному лицу или определенному кругу лиц (пункты 1, 3, 5, 6).

К основным принципам охраны здоровья относится соблюдение врачебной 

<

данные изъяты> (пункт 9 статьи 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Статьей 13 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что Сведения о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении, составляют врачебную 

<

данные изъяты> (часть 1).

Разглашение сведений, составляющих врачебную 

<

данные изъяты>, другим гражданам, в том числе должностным лицам, в целях медицинского обследования и лечения пациента, проведения научных исследований, их опубликования в научных изданиях, использования в учебном процессе и в иных целях допускается с письменного согласия гражданина или его законного представителя. Согласие на разглашение сведений, составляющих врачебную 

<

данные изъяты>, может быть выражено также в информированном добровольном согласии на медицинское вмешательство (часть 3).

Как было указано выше, на одно из обращений ФИО1 от 20 января 2025 года в ГБУЗ ТО «Областная больница № 23» (г. Ялуторовск) руководителем административного отдела ФИО4 был дан ответ, что, согласно сведениям электронной медицинской карты ФИО1, в мае 2024 года специалистами ГБУЗ ТО «Областная клиническая психиатрическая больница» ФИО1 был выставлен диагноз: 

<

данные изъяты> Данные о наличии диагноза: 

<

данные изъяты> в учреждении отсутствуют (л.д.55).

Указанный ответ адресован непосредственно ФИО1, как лицу, обратившемуся с соответствующим запросом, следовательно раскрытие врачебной 

<

данные изъяты> ФИО4 допущено не было, поскольку сведения о заболевании ФИО1 были сообщены ему лично, а не третьим лицам. Информация, изложенная в ответе взята из медицинской карты ФИО1 и соответствует действительности.

При изложенных обстоятельствах, поскольку раскрытия врачебной 

<

данные изъяты> либо персональных данных осуществлено не было, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания с ФИО4 компенсации морального вреда.

При разрешении заявленных исковых требований к ФИО5, суд исходит из следующего следующему.

Апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Тюменского областного суда от 05 мая 2025 года было оставлено без изменения решение Ялуторовского районного суда Тюменской области от 04 февраля 2025 года согласно которому прекращено действие права ФИО1 на управление транспортными средствами категорий 

<

данные изъяты> на основании водительского удостоверения № года (л.д.77-79).

Из данного судебного постановления усматривается, что в соответствии с информацией ГБУЗ ТО «Областная больница № 23» (г. Ялуторовск) от ДД.ММ.ГГГГ года, ответчик находится на учете у врача ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом «

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ года.

Исследованные в судебном заседании документы подтверждают, что диагноз ФИО1 по коду 

<

данные изъяты> был поставлен ещё в № году, когда ФИО1 находился на стационарном лечении в ГБУЗ ТО «Областная клиническая психиатрическая больница» в периоды с ДД.ММ.ГГГГ года (диагноз 

<

данные изъяты> следовательно непосредственно ФИО5 диагноз ФИО1 не устанавливал, при выдаче справки, необходимой для получения водительского удостоверения, ФИО5 лишь проверил истца на наличие либо отсутствие постановки его на учет у врача психиатра.

Надлежащих доказательств, подтверждающих наличие вины ФИО5 в постановке ФИО1 диагноза, из-за которого он был лишен права на управление транспортного средства, не представлено.

Кроме того, по мнению суда, данные требования к ФИО5 фактически сводятся к переоценке обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, имеющим для ФИО1 преюдициальное значение.

Также истцом не представлено доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и причиненным моральным вредом. Несение расходов на лечение не доказано, при этом выписка по счету о снятии денежных средств таким доказательством не является.

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда, поскольку незаконного действия либо бездействия кем-либо из ответчиков установлено не было. Не установлено судом таких действий либо бездействий со стороны ответчиков юридических лиц Департамента социального развития Тюменской области, Межрайонномуго управления социальной защиты населения (г. Ялуторовск, Ялуторовский и Исетский районы), Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная больница № 23» (г. Ялуторовск).

Обратного не предъявлено. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что в удовлетворении иска ФИО1 надлежит отказать полностью.

Ответчиком ФИО5 заявлено о взыскании расходов на оплату услуг представителя.

В соответствии с частью 1 статьи 88, статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела; к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в частности, расходы на оплату услуг представителя и другие признанные судом необходимыми расходы.

В силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Статьей 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В пунктах 10, 11, 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. 

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

В целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Из материалов дела следует, что 08 сентября 2025 года между ФИО5 (заказчик) и ФИО7 (исполнитель) был заключен договор об оказании юридических услуг согласно которому заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство оказывать Заказчику квалифицированную юридическую помощь по представлению интересов в Ялуторовском районном суде Тюменской области по делу № 2-696/2025 по иску ФИО1 к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда. Стоимость юридических услуг по настоящему договору составляет 50 000 руб.

В качестве доказательств несения расходов на оплату услуг представителя в сумме 50 000 руб. представлена расписка в получении денежных средств.

По акту № 1 по договору от 08 сентября 2025 года на оказание юридических услуг заказчик передал, а исполнитель принял 50 00 руб. в соответствии с п. 3.2. договора на оказание юридических услуг от 08 сентября 2025 года. Стороны подтверждают исполнение заказчиком своих обязательств по договору на оказание юридических услуг от 08 сентября 2025 года надлежащим образом. Оплата осуществлена в полном объеме.

Учитывая характер спора, его сложность, объем выполненной представителем ФИО7 работы, процессуального поведения стороны, степени разумности и справедливости, отсутствие возражений со стороны истца относительно заявленного размера судебных расходов, участие представителя ответчика ФИО5 в одном судебном заседании суда первой инстанции, подготовку ФИО7 возражений на исковое заявление, принимая во внимание также результат разрешения спора суд полагает, что разумным является размер расходов на оплату услуг представителя 20 000 руб.

Оснований для взыскания расходов на оплату услуг представителя в суде первой инстанции в сумме 50 000 руб. судом не усматривается, поскольку сам по себе спор к числу сложных не относится, длительным судебное заседание не являлось, поскольку рассмотрение осуществлялось в течение 1,5 часов, иных ходатайств, кроме как о приобщении возражений, не заявлялось.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что в удовлетворении остальной части заявления о взыскании судебных расходов ФИО5 следует отказать.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

В удовлетворении искового заявления ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, Департаменту социального развития Тюменской области, Межрайонному управлению социальной защиты населения (г. Ялуторовск, Ялуторовский и Исетский районы), Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Тюменской области «Областная больница № 23» (г. Ялуторовск) о взыскании компенсации морального вреда – отказать полностью.

Заявление ответчика ФИО5 о взыскании судебных расходов – удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №) в пользу ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №), расходы на оплату услуг представителя в сумме 20 000 руб.

В удовлетворении остальной части заявления ФИО5 – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Тюменский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи жалобы через Ялуторовский районный суд Тюменской области.

Мотивированное решение составлено 15 сентября 2025 года.

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>