УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Судья Дубов А.Ю. Дело № 22-34/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ульяновск 21 января 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Ульяновского областного суда в составе председательствующего Кабанова В.А.,

судей Бугина Д.А., Грыскова А.С.,

с участием прокурора Осипова К.А.,

осужденного ФИО1, его защитника-адвоката Мотрюка Н.Е.,

осужденного ФИО2, его защитника-адвоката Булгакова О.Г.,

осужденного ФИО3, его защитника-адвоката Медведкина И.А.,

переводчика М***

при секретаре Шамшетдиновой А.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО2, защитника-адвоката Яиной Н.Н. в интересах осужденного ФИО3, защитника-адвоката Булгакова О.Г. в интересах осужденного ФИО2 на приговор Железнодорожного районного суда г. Ульяновска от 05 ноября 2025 года, которым

УРАКОВ Шахриёр Дилшод угли, *** ранее не судимый,

осужден:

- по ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического средства массой 1,513 грамма) к наказанию в виде лишения свободы на срок 11 лет;

- по п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического средства массой 1,425 грамма) к наказанию в виде лишения свободы на срок 12 лет;

- по ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (8 преступлений в отношении наркотических средств массой 1,454 грамма, 1,481 грамма, 1,457 грамма, 1,446 грамма, 1,467 грамма, 1,455 грамма, 1,456 грамма, 1,470 грамма) - по каждому к наказанию в виде лишения свободы на срок 7 лет;

- по ч.3 ст.30, п. «а» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического средства массой 1,328 грамма) к наказанию в виде лишения свободы на срок 6 лет 6 месяцев;

- по ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического средства массой 10,253 грамма) к наказанию в виде лишения свободы на срок 11 лет 6 месяцев.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний ФИО2 назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 14 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

ХОЛТУРАЕВ Алладуст Панжи угли, *** ранее не судимый,

осужден:

- по ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического средства массой 1,513 грамма) к наказанию в виде лишения свободы на срок 10 лет;

- по п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического средства массой 1,425 грамма) к наказанию в виде лишения свободы на срок 11 лет;

- по ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (6 преступлений в отношении наркотических средств массой 1,482 грамма, 1,472 грамма, 1,450 грамма, 1,443 грамма, 1,452 грамма, 1,453 грамма) - по каждому к наказанию в виде лишения свободы на срок 6 лет;

- по ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического средства массой 36,822 грамма) к наказанию в виде лишения свободы на срок 7 лет.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний ФИО3 назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 11 лет 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

ФИО1 угли, *** ранее не судимый,

осужден:

- по ч.3 ст. 30, п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического средства массой 1,513 грамма) к наказанию в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического средства массой 1,425 грамма) в соответствии со ст. 64 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 5 лет 6 месяцев.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний ФИО1 назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 6 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Решены вопросы о мере пресечения, сроке исчисления наказания, зачете времени содержания под стражей в срок лишения свободы, о конфискации имущества, а также процессуальных издержках и вещественных доказательствах.

Этим же приговором осужден ФИО1, приговор в отношении которого не обжаловался. Апелляционные представления государственного обвинителя отозваны до начала судебного заседания в соответствии с ч.3 ст. 389.8 УПК РФ.

Заслушав доклад судьи Бугина Д.А., доложившего краткое содержание обжалуемого приговора, существо апелляционных жалоб, выступления участников процесса, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан виновным в незаконном сбыте наркотических средств, совершенном с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере; в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере.

ФИО2 признан виновным в незаконном сбыте наркотических средств, совершенном с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере; в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере (10 преступлений); в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть "Интернет"), организованной группой, в значительном размере.

ФИО3 признан виновным в незаконном сбыте наркотических средств, совершенном с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере; в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере (8 преступлений).

Преступления совершены в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Яина Н.Н. считает приговор незаконным, несправедливым вследствие чрезмерной суровости наказания. Суд не в полной мере учел совокупность смягчающих обстоятельств. Отмечает, что ФИО3 полностью признал вину в ходе предварительного следствия и судебном заседании. Выдал пароли от телефона с имеющейся информацией, оказал активное способствование раскрытию и расследованию преступлений. К уголовной ответственности не привлекался, имеет малолетнего ребенка, молодой возраст, характеризуется положительно, на учетах в специализированных диспансерах не состоит. Просит приговор изменить, смягчить ФИО3 наказание с применением положений ст. 64 УК РФ.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 считает приговор незаконным, несправедливым вследствие чрезмерной суровости назначенного наказания. Отмечает, что судом не приняты по внимание доказательства и доводы стороны защиты. Обращает внимание, что наркотические средства ему были подброшены сотрудником полиции К*** Однако суд оставил это без внимания. Просит приговор отменить, полностью его оправдать.

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Булгаков О.Г. считает приговор незаконным, не соответствующим разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, несправедливым вследствие чрезмерной суровости наказания. Полагает, что описательно-мотивировочная часть не в полной мере соответствует положениям ст. 307 УПК РФ, поскольку суд не дал оценки всем доказательствам, недостаточно мотивировал размер назначенного наказания и квалификацию преступлений. Судом оставлены без внимания показания ФИО2 о его непричастности к совершению преступлений, противоправных действиях работника полиции К***., подбросившего ему наркотическое средство. Просит приговор отменить, оправдать ФИО2

В судебном заседании апелляционной инстанции:

- осужденный ФИО2 и его защитник-адвокат Булгаков О.Г., осужденный ФИО3 и его защитник-адвокат Медведкин И.А., осужденный ФИО1 и его защитник-адвокат Мотрюк Н.Е. поддержали доводы апелляционных жалоб;

- прокурор Осипов К.А. возражал по доводам всех апелляционных жалоб.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав выступления участников процесса, судебная коллегия находит приговор подлежащим изменению в связи с неправильным применением уголовного закона.

Фактические обстоятельства совершения преступлений, описанные в приговоре, суд первой инстанции правильно установил на основе тщательно и непосредственно исследованных в рамках судебного разбирательства доказательств.

Выводы суда о виновности ФИО1, ФИО3 и ФИО2 в совершении описанных в приговоре преступлений, за исключением вносимых изменений, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются исследованными в рамках судебного разбирательства доказательствами.

В суде первой инстанции осужденные ФИО1 и ФИО3 полностью признали вину в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере. ФИО2 вину не признал, указал, что в состав организованной группы, занимающейся сбытом наркотических средств, не входил. ФИО3 также указал о неосведомленности ФИО2 в сбыте наркотических средств.

Проанализировав указанные доводы посредством исследования представленных сторонами доказательств, суд правильно оценил их, как несостоятельные. Оснований ставить под сомнение обоснованность указанной выше оценки у судебной коллегии не имеется.

Как правильно указано виновность ФИО1, ФИО3 и ФИО2 в совершении преступлений подтверждается исследованными доказательствами, перечень и основное содержание которых суд привел в приговоре. В том числе, показаниями работников полиции Х*** К*** Г*** С*** проводивших задержания осужденных, оперативно-розыскные мероприятия, в том числе «Наблюдение», документирование преступной деятельности организованной группы, осуществляющей незаконный сбыт наркотических средств на территории Ульяновской области, об обстоятельствах личного досмотра осужденных, мест обнаружения тайников-закладок, а также другими доказательствами. В частности, протоколами личных досмотров ФИО3 и ФИО2, в ходе которых у каждого осужденного были изъяты наркотические средства и телефоны; протоколом осмотра телефона ФИО2, обнаружении в нем обмена сообщениями через мессенджер с ФИО1 по поводу незаконного оборота наркотических средств, видеозаписи того, как ФИО1 упаковывает наркотические средства, фотографий с координатами закладок наркотических средств; протоколом осмотра телефона ФИО3, обнаружении в нем обмена сообщениями через мессенджер с ФИО1 и куратором по поводу незаконного оборота наркотических средств, фотографий с координатами закладок наркотических средств; протоколом личного досмотра ФИО1, в ходе которого у осужденного был изъят телефон и банковская карта; протоколом осмотра телефона ФИО1, обнаружении в нем обмена сообщениями через мессенджер с членами организованной группы по поводу незаконного оборота наркотических средств, а также видеозаписи того, как он упаковывал наркотические средства, сделанной ФИО2; выпиской из банка о движении денежных средств по банковской карте ФИО1; протоколами осмотра участков местности с географическими координатами, где осужденные осуществляли закладки; протоколами осмотров наркотических средств; справками об исследовании и заключениями эксперта, в ходе которых были установлены вид и масса всех наркотических средств; показаниями сотрудника полиции Н*** об оперативно-розыскных мероприятиях, в том числе по наблюдению за С*** его задержанию, обнаружению у него в ходе личного досмотра наркотического средства; показаниями С*** о том, что через мессенджер он заказал, а затем прибрел наркотическое средство в районе ул. Урицкого в г. Ульяновске; приговором Ленинского районного суда г. Ульяновска в отношении С*** согласно которому он осужден за незаконное приобретение наркотического средства, которое забрал из тайника-закладки, сделанной осужденными ФИО1, ФИО3 и ФИО2 около дома № *** по ул. Урицкого в г. Ульяновске; показаниями ФИО1 и ФИО3, данными в ходе предварительного следствия.

В ходе предварительного расследования осужденный ФИО1 указал, что с сентября 2024 года он являлся закладчиком в составе организованной группы, распространяя наркотические средства в г. Ульяновске по указаниям, получаемым в мессенджере «Telegram» от куратора.

В декабре 2024 года по указанию куратора он вовлек в эту деятельность ФИО3 и ФИО2 С этого времени они осуществляли деятельность по распространению наркотических средств втроем. Он вел переписку с куратором со своего аккаунта. У ФИО3 и ФИО2 был один аккаунт на двоих, с которого переписку с куратором вел ФИО2, поскольку лучше знал русский язык. Все оптовые партии наркотиков, по которым сообщения приходили ему, они раскладывали втроем. Оптовые партии наркотиков, по которым сообщения приходили ФИО3 и ФИО2, эти осужденные забирали и раскладывали вдвоем без него. Денежную оплату за сделанные закладки он получал на свою банковскую карту, после чего часть полученных денежных средств наличными отдавал ФИО2 и ФИО3 в соответствии с количеством сделанных закладок. 02 января 2025 года ему от куратора пришел адрес с оптовой закладкой. В этот же день они втроем вместе забрали закладку из тайника и отвезли по месту жительства ФИО3 и ФИО2 в подвальное помещение на ул. *** г. Ульяновске. Часть этого оптового веса ФИО3 и ФИО2 вдвоем разложили в Засвияжском районе г. Ульяновска. Затем 03 января 2025 года он вместе с ФИО3 и ФИО2 втроем разложили остатки наркотического средства на участке местности около дома №*** по ул. Урицкого в г. Ульяновске, а также около дома № *** по ул. Урицкого в г. Ульяновске. При этом ФИО3 и ФИО2 делали закладки с наркотическим средством, а он их фотографировал. 15 января 2025 года он был задержан сотрудниками полиции. В ходе личного досмотра у него был изъят телефон и банковская карта. 14 января 2025 года ФИО3 по указанию куратора также обнаружил два оптовых тайника с наркотическими средствами. Затем наркотические средства из этих тайников ФИО3 и ФИО2 вместе разложили на несколько закладок (том №3 л.д. 76-80, 84-85, том № 7 л.д. 61-64, том № 8 л.д.124-126).

Свои показания ФИО1 подтвердил в ходе очных ставок с ФИО3 и ФИО2, а также в ходе проверки показаний на месте (том № 6 л.д. 215-217, 225-227, том № 7 л.д. 25-32).

В ходе предварительного следствия осужденный ФИО3 пояснил, что по предложению ФИО1 и ФИО2 занялся деятельностью по распространению наркотических средств путем закладок в составе организованной группы. При этом переписку с куратором в мессенджере «Telegram» ФИО2 вел с его телефона. 02 января 2025 года по указанию куратора они втроем забрали оптовую закладку с наркотическими средствами, вместе разложив их в районе ул. Урицкого в г. Ульяновске в тайники. Кроме того, в период с 13 по 15 января 2025 года по координатам, полученным от куратора, которые ему передал ФИО2, нашел и забрал 2 оптовые закладки из тайников с наркотическими средствами в количестве около 60 свертков. Затем они вместе с ФИО2 стали хранить эти наркотические средства с целью совместного сбыта по месту жительства в подвальном помещении. 15 января 2025 года утром они с ФИО2 поделили свертки с наркотическим средством и стали делать закладки. При этом он сделал около 15 закладок в районе ул. Кирова в г. Ульяновске, прикрепляя их за магниты к различным металлическим предметам, также фотографируя через специальное приложение, установленное ФИО2 в его телефоне. Это приложение накладывало координаты на полученные фотоизображения. Данные фотографии он отправил ФИО2, чтобы тот впоследствии добавил описание и отправил их куратору. ФИО2 в это время делал закладки в другом месте. Затем они встретились днем, после чего ФИО2 передал ему часть оставшихся свертков с наркотическими средствами. При этом другая часть была у ФИО2 После этого они пошли вновь делать закладки, однако были задержаны работниками полиции. В ходе личного досмотра у него изъяли телефоны, а также свертки с наркотическими средствами, магнитами для их крепления (том № 1 л.д.71-74, 78, том № 6 л.д. 212-216, том № 8 л.д.94-96).

Свои показания ФИО3 подтвердил в ходе очных ставок с ФИО2 и ФИО1 (том № 1 л.д. 114-115, том № 6 л.д.215-217).

Судебная коллегия отмечает, что показания осужденных ФИО1 и ФИО3 являются последовательными, согласуются с показаниями свидетелей и другими вышеуказанными доказательствами. В связи с этим суд обоснованно использовал их в качестве доказательства виновности осужденных.

Оснований для признания недопустимыми доказательствами протоколов допросов и следственных действий с участием ФИО1 и ФИО3 в ходе предварительного расследования суд первой инстанции обоснованно не усмотрел. Не имеется таких оснований и у судебной коллегии. Следственные действия с их участием проведены, а протоколы следственных действий составлены в соответствии с требованиями УПК РФ. Показания в ходе предварительного следствия были даны осужденными в присутствии своих адвокатов, переводчика. Замечаний от участвовавших лиц на содержание протоколов не поступало, имеются собственноручные отметки, что протоколы прочитаны лично и замечаний к ним нет.

Оснований для исключения из числа доказательств результатов оперативно-розыскной деятельности также не имеется, поскольку они проведены и оформлены в соответствии с законом «Об оперативно-розыскной деятельности» № 144-ФЗ от 12 августа 1995 года. Вопреки доводам жалоб со стороны сотрудников полиции не имело место искусственное создание доказательств. Каких-либо провокационных действий в отношении осужденных не совершалось, в том числе отсутствовали уговоры, склонение или иные способы подстрекательства к совершению преступлений.

Доводам осужденного ФИО2 о том, что наркотические средства в ходе личного досмотра ему подбросил работник полиции К*** судом верно дана критическая оценка. Данные доводы являются необоснованными и опровергаются вышеуказанными доказательствами, в том числе результатами личного досмотра ФИО2 и показаниями работника полиции К***

Кроме того, суд верно указал, что по данному заявлению ФИО2 была проведена процессуальная проверка работниками Железнодорожного МСО СУ СК РФ по Ульяновской области, данные доводы осужденного не нашли своего подтверждения. По результатам проверки вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела (том № 11 л.д. 213-215).

Факт привлечения К*** в настоящее время к уголовной ответственности по другому уголовному делу также не ставит под сомнение вывод суда о виновности осужденных.

Все представленные сторонами доказательства, в том числе вышеприведенные, были всесторонне, полно и объективно исследованы в судебном заседании, надлежащим образом проанализированы и получили оценку суда в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, в правильности которой оснований сомневаться не имеется. Доказательства, на которых основан вывод суда о виновности ФИО1, ФИО3 и ФИО2 соответствуют требованиям, предъявляемым уголовно-процессуальным законодательством, являются относимыми, допустимыми и достоверными.

Надлежащим образом проанализировав и оценив исследованные в судебном заседании и изложенные в приговоре доказательства, за исключением вносимых изменений, суд верно установил все подлежащие доказыванию по настоящему уголовному делу обстоятельства, и пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1, ФИО3 и ФИО2 в совершении преступления в отношении наркотического средства ***, общей массой 2,938 грамма, которое было ими размещено в тайники-закладки, массой 1,513 грамма и 1,425 грамма.

Также суд пришел к верному выводу о виновности ФИО3 в совершении преступления в отношении наркотического средства *** общей массой 45,574 грамма, которое было им размещено в тайники-закладки, массой 1,482 грамма, 1,472 грамма, 1,450 грамма, 1,443 грамма, 1,452 грамма, 1,453 грамма, а с оставшейся частью наркотического средства, массой 36,822 грамма, он был задержан работниками полиции.

Кроме того, суд пришел к правильному выводу о виновности ФИО2 в совершении преступления в отношении наркотического средства *** общей массой 21,939 грамма, и наркотического средства *** массой 1,328 грамма, которое было им размещено в тайники-закладки, массой 1,454 грамма, 1,481 грамма, 1,457 грамма, 1,446 грамма, 1,467 грамма, 1,455 грамма, 1,456 грамма, 1,470 грамма, 1,328 грамма, а с оставшейся частью наркотического средства, массой 10,253 грамма, он был задержан работниками полиции.

Вопреки доводам жалоб оснований для оправдания ФИО2 в совершении преступлений суд верно не усмотрел. Судебная коллегия таких оснований также не усматривает. Выводы суда о виновности всех осужденных, в том числе ФИО2, подтверждаются вышеуказанными доказательствами, в том числе показаниями ФИО1 и ФИО3 в ходе предварительного следствия, показаниями свидетелей, результатами осмотров телефонов осужденных.

При этом осужденный ФИО2 в судебном заседании не отрицал, что по просьбе ФИО1 осуществлял видеозапись процесса упаковки наркотического средства, обнаруженную в его телефоне. Непризнание ФИО2 вины и его доводы, в том числе об использовании его телефона другими осужденными без разрешения, что ему не было известно о содержимом упаковки во время видеосъемки, а также частичное изменение ФИО3 показаний, правильно расценены судом, как способ их защиты.

Судебная коллегия отмечает, что осужденные и защитники наименование наркотических средств, а также их массу, указанные в справках об исследованиях и заключениях экспертиз, не оспаривали. Кроме того, осужденные ФИО1 и ФИО3 в ходе предварительного следствия и суде первой инстанции не оспаривали фактические обстоятельства совершения преступлений, обстоятельства задержания, изъятия наркотических средств.

Суд верно установил, что квалифицирующий признак «организованной группой» нашел свое подтверждение. При этом суд верно указал, что факт существования организованной преступной группы, осуществляющей бесконтактный сбыт наркотических средств с использованием интернет-магазина, и участия в этой группе ФИО1, ФИО3 и ФИО2 полностью подтверждается вышеуказанными доказательствами, в том числе показаниями свидетелей, результатами оперативно-розыскной деятельности.

В том числе, показаниями свидетеля Х*** который пояснил, что была установлена преступная деятельность неустановленного лица, создавшего с сентября 2024 года путем распространения бесконтактным способом наркотических средств на территории Ульяновской области организованную группу лиц, которая действовала в виде интернет-магазина. Структура организованной группы включала в себя организатора, осуществлявшего общее руководство, планирование и координацию деятельности членов группы, незаконное приобретение оптовых партий наркотических средств, контроль финансовых потоков и распределение денежных средств, подбор и вовлечение в состав организованной группы новых участников для выполнения ролей кураторов, перевозчиков, инструкторов. Другим звеном были инструктора, использовавшие при общении в программе мгновенного обмена сообщениями «Telegram» псевдоним *** имя пользователя *** осуществлявшие подбор и вовлечение в состав организованной группы новых членов для выполнения ролей перевозчиков, оптовиков и закладчиков, проводили первоначальный инструктаж и обучение. Другим звеном организованной группы были кураторы, использовавшие при общении в программах мгновенного обмена сообщениями «Telegram» и *** - *** имя пользователя *** которые, в том числе, осуществляли подбор и вовлечение в состав организованной группы новых членов - оптовиков, закладчиков, занимались общим руководством их деятельностью, получали адреса с местонахождением сделанных ими тайников с наркотическими средствами, размещали сведения об оборудованных закладчиками тайниках с наркотическими средствами на специальный аккаунт. Еще одним звеном организованной группы были перевозчики, которые, в том числе, занимались перевозкой и хранением крупных партий наркотических средств, оборудовали тайники с оптовыми партиями наркотических средств, также оптовики, осуществлявшие незаконное хранение крупных партий наркотических средств, предназначенных для дальнейшего незаконного сбыта, занимающихся их расфасовкой на оптовые и мелкооптовые партии наркотических средств, оборудование тайников с этими партиями наркотических средств для их последующей передачи закладчикам. Также звеном организованной группы являлись закладчики, осуществлявшие оборудование тайников с наркотическими средствами для непосредственного незаконного сбыта потребителям наркотических средств. В ходе оперативно-розыскных мероприятий было установлено, что в организованную группу был вовлечен ФИО1, который затем вовлек в нее в качестве закладчиков ФИО3 и ФИО2 В их обязанности входило получение от кураторов сведений о местонахождении тайников с мелкооптовыми партиями наркотических средств, их хранение, оборудование тайников с наркотическими средствами, обозначение их местонахождения путем привязки к определенным адресам и сообщение сведений об их местонахождении куратору для передачи их потребителям, составление отчетов о проделанной работе, контроль за остатком имеющихся у них наркотических средств. На протяжении периода деятельности данную организованную группу отличали сплоченность, устойчивость, конспиративность, иерархичность структуры, организованность и мобильность. В ходе оперативно-розыскных мероприятий была документирована деятельность всех осужденных, после чего они были задержаны.

Суд верно указал, что ФИО1, ФИО3 и ФИО2 осознавали, что добровольно вступили в состав организованной группы, основной целью которой является совершение особо тяжких преступлений, связанных с незаконным сбытом наркотических средств, что каждый из них выполнял строго определенные возложенные на него функции, что сведения о личностях других членов организованной группы в целях конспирации от них сокрыты. В составе организованной группы они совершали деяния, итоговой целью которых являлось распространение наркотических средств на территории Ульяновской области за денежное вознаграждение. Таким образом, созданная организатором указанная организованная группа характеризовалась устойчивостью форм и методов преступной деятельности под руководством неустановленного лица, сплоченностью ее участников, объединенных единой целью совершения особо тяжких преступлений в сфере незаконного оборота наркотических средств с целью получения материальной выгоды, стабильностью выполнения каждым определенных функций.

Факт того, что ФИО1, ФИО3 и ФИО2 не были лично знакомы с другими членами организованной группы, не опровергает выводы суда о виновности осужденных в совершении преступлений.

Судебная коллегия также отмечает, что по смыслу закона преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. Организованную группу отличают от группы лиц по предварительному сговору признаки устойчивости и организованности.

Об устойчивости свидетельствует объединение двух и более лиц на сравнительно продолжительное время для совершения нескольких преступлений либо одного, но сопряженного с длительной совместной подготовкой либо сложным исполнением. Причем организованность - это подчинение участников группы указаниям одного или нескольких лиц, решимость организованно достигать осуществления преступных намерений. Факт того, что ФИО1, ФИО3 и ФИО2 действовали в составе организованной группы, подтверждается вышеуказанными доказательствами, в том числе показаниями свидетеля Х*** непосредственно осуществлявшего оперативную разработку незаконной деятельности данной организованной группы, которая была создана с целью получения финансовой выгоды путем систематического незаконного сбыта бесконтактным способом наркотических средств и которая действовала в виде интернет-магазина на территории Ульяновской области.

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что преступный сговор на совершение преступлений между каждым членом группы и ее организатором состоялся до начала противоправных действий. ФИО1, ФИО3 и ФИО2 действовали с четко разработанным планом и распределением ролей каждого участника в зависимости от его возможностей и способностей. Их действия носили целенаправленный и согласованный характер, каждый из них действовал согласно отведенной ему роли, и их сознанием охватывалось способствование в достижении единой поставленной цели.

Суд верно установил, что квалифицирующий признак «с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет» также нашел свое подтверждение в отношении всех осужденных. Судебная коллегия отмечает, что в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 декабря 2022 года № 37 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях в сфере компьютерной информации, а также иных преступлениях, совершенных с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», преступление квалифицируется как совершенное с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», независимо от стадии его совершения, если для выполнения хотя бы одного из умышленных действий, создающих условия для совершения соответствующего преступления или входящих в его объективную сторону, лицо использовало такие сети. В частности, по признаку, предусмотренному п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ, при незаконном сбыте наркотических средств квалифицируются действия лица, которое с использованием сети «Интернет» подыскивает источник незаконного приобретения наркотических средств с целью последующего сбыта или соучастников незаконной деятельности по сбыту наркотических средств, а равно размещает информацию для приобретателей наркотических средств. По указанному признаку квалифицируется и совершенное в соучастии преступление, если связь между соучастниками в ходе подготовки и совершения преступления обеспечивалась с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет».

Суд верно указал, что согласно вышеуказанным доказательствам, в том числе результатам осмотров телефонов ФИО1, ФИО3 и ФИО2, полностью установлено их участие в деятельности организованной группы с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет». Так, все осужденные, используя свои мобильные устройства, во исполнение совместного преступного умысла, направленного на незаконный сбыт наркотических средств, общались с помощью сети Интернет в мессенджерах между собой и другими членами организованной группы, обменивались необходимой информацией, в том числе о местах нахождения тайников-закладок с наркотическими средствами.

При назначении ФИО1, ФИО3 и ФИО2 наказания суд руководствовался требованиями ст.ст. 6, 43, 60, 66, 67 УК РФ, а именно учел характер и степень общественной опасности совершенных осужденными преступлений, данные об их личности, наличие обстоятельств, смягчающих наказание, отсутствие отягчающих, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей. Судебная коллегия отмечает, что судом также правильно учтен характер и степень их фактического участия в совершении преступлений, значение этого участия для достижения цели преступлений, а также обстоятельства, в силу которых преступления не были доведены до конца.

Учитывая характер и степень общественной опасности, фактические обстоятельства совершенных преступлений, суд обоснованно назначил ФИО1, ФИО3 и ФИО2 по каждому преступлению наказание в виде лишения свободы, поскольку именно данный вид наказания наиболее полно будет способствовать достижению таких целей, как восстановление социальной справедливости, исправление осужденных и предупреждение совершения ими новых преступлений.

Наказание ФИО1 верно назначено с учетом положений ч. 3 ст. 66 УК РФ, ч.1 ст. 62 УК РФ.

Наказание ФИО3 обоснованно назначено с учетом положений ч. 3 ст. 66 УК РФ, а по преступлению в отношении наркотического средства *** общей массой 45,574 грамма, также с учетом положений ч.1 ст. 62 УК РФ.

Наказание ФИО2 правильно назначено с учетом положений ч. 3 ст. 66 УК РФ, а по преступлению в отношении наркотического средства *** общей массой 21,939 грамма, и наркотического средства *** массой 1,328 грамма, также с учетом положений ч.1 ст. 62 УК РФ.

Выводы суда о назначении ФИО1, ФИО3 и ФИО2 наказания, связанного с реальным лишением свободы, являются обоснованными.

Вопреки доводам жалоб исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, которые давали бы суду основания для применения при назначении ФИО1, ФИО3 и ФИО2 наказания положений ст. 73 УК РФ, ч.6 ст. 15 УК РФ, не имеется. Судебная коллегия таких оснований также не усматривает.

Вид исправительного учреждения ФИО1, ФИО3 и ФИО2 верно назначен в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Вывод суда о конфискации имущества осужденных в соответствии с п. «г» ч.1 ст.104.1 УК РФ является правильным.

Оснований для признания ФИО1, ФИО3 и ФИО2 в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, иных обстоятельств, кроме тех, что признаны судом и приведены в приговоре, не имеется.

Вопреки доводам жалоб и пояснениям в суде апелляционной инстанции смягчающими обстоятельствами ФИО3 были признаны наличие у него малолетнего ребенка, молодой возраст, признание вины, а ФИО2 - его молодой возраст, наличие у него малолетнего ребенка, состояние здоровья его близких родственников.

Сведения о том, что ФИО3 ранее к уголовной ответственности не привлекался, характеризуется положительно, на учетах в специализированных диспансерах не состоит, были известны суду и в полной мере учтены при назначении наказания. Однако оснований для признания этих сведений в качестве смягчающих обстоятельств не имеется, поскольку они не являются обязательными к учету в качестве этих обстоятельств.

Суд первой инстанции обоснованно признал смягчающими обстоятельствами ФИО1, ФИО3 и ФИО2 активное способствование раскрытию и расследованию ряда преступлений, подробно указав об этом в приговоре. При этом суд верно указал, что все осужденные, предоставили пароли от своих телефонов, где содержалась информация, неизвестная работникам полиции, подтверждающая совершение осужденными ряда преступлений, а также причастность иных лиц к совершению преступлений.

При этом суд верно не признал в качестве смягчающего обстоятельства ФИО3 и ФИО2 активное способствование раскрытию и расследованию преступления в отношении наркотического средства *** общей массой 2,938 грамма. Свои выводы в этой части суд подробно мотивировал, указав, что ФИО3 и ФИО2 не представляли органам следствия информацию по этому преступлению, имеющую значение для расследования, неизвестную работникам полиции.

Судебное разбирательство по делу проведено в установленном законом порядке при соблюдении всех основополагающих принципов уголовного судопроизводства. Ущемления каких-либо прав осужденных, в том числе права на защиту, допущено не было. Все заявленные ходатайства были надлежащим образом разрешены судом в соответствии с требованиями закона, что нашло отражение в протоколе судебного заседания.

Однако приговор подлежит изменению по следующим основаниям. В соответствии со ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является, в том числе неправильное применение уголовного закона. По настоящему делу такие нарушения закона допущены.

Суд верно установил, что 02 января 2025 года ФИО1, ФИО2 и ФИО3, выполняя свою роль в совершении преступления в составе организованной группы, по указанию куратора забрали из тайника наркотическое средство *** общей массой 2,938 грамма. Затем в период со 02 января 2025 года по 03 января 2025 года по указанию куратора ФИО1, ФИО2 и ФИО3 поместили часть этого наркотического средства, массой 1,513 грамма, в тайник на участке местности около дома № *** по ул. Урицкого в г. Ульяновске, а другую часть этого наркотического средства, массой 1,425 грамма, в тайник на участке местности около дома № *** по ул. Урицкого в г. Ульяновске.

Суд первой инстанции указал, что у ФИО1, ФИО2 и ФИО3 имелся отдельный умысел на сбыт конкретной отдельной части наркотического средства, общей массой 2,938 грамма. Поэтому действия всех осужденных в отношении наркотического средства, массой 1,513 грамма, были квалифицированы по ч.3 ст. 30, п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере, а в отношении наркотического средства, массой 1,425 грамма - по п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, как незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере.

Однако судебная коллегия полагает, что с учетом предъявленного ФИО1, ФИО2 и ФИО3 органом следствия обвинения и описания их действий в отношении наркотического средства *** общей массой 2,938 грамма, действия каждого осужденного в отношении наркотического средства, массой 1,513 грамма и 1,425 грамма необходимо квалифицировать, как единое (продолжаемое) преступление. При этом о наличии у ФИО1, ФИО2 и ФИО3 единого умысла на сбыт всего объема наркотического средства из тайника, в размере 2,938 грамма, свидетельствуют вышеуказанные доказательства, подтверждающие приобретение наркотического средства из одного тайника, размещение наркотических средств, расфасованных из одной партии, в нескольких тайниках-закладках, оборудованных в пределах ограниченной территории, совершение указанных действий в течение небольшого промежутка времени.

При таких обстоятельствах судебная коллегия считает необходимым квалифицировать действия ФИО1, ФИО2 и ФИО3, как единое (продолжаемое) преступление по ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотических средств, массой 1,513 грамма и 1,425 грамма), как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере.

Также суд верно установил, что 14 января 2025 года осужденные ФИО3 и ФИО2, выполняя свою роль в совершении преступления в составе организованной группы, получили от куратора сведения о месте нахождения двух тайников с наркотическими средствами около дома *** по ул. Репина г. Ульяновска. Затем ФИО3 по указанию куратора, во исполнение единого умысла с ФИО2 и другими участниками организованной группы, 14 января 2025 года забрал из двух указанных тайников наркотические средства *** общей массой 67,513 грамма, и наркотическое средство *** массой 1,328 грамма. Данные наркотические средства ФИО3 и ФИО2 с целью последующего незаконного сбыта в составе организованной группы хранили в подвальном помещении дома *** г. Ульяновска. Здесь в период времени с 14 января 2025 года до 15 января 2025 года ФИО3 и ФИО2, продолжая реализацию преступного умысла, разделили эти наркотические средства между собой.

При этом осужденный ФИО3 хранил при себе с целью последующего незаконного сбыта в составе организованной группы наркотическое средство *** общей массой 45,574 грамма. Выполняя свою роль в совершении преступления, 15 января 2025 года ФИО3 по указанию куратора поместил это наркотическое средство в несколько различных тайников по отдельности, массой 1,482 грамма, 1,472 грамма, 1,450 грамма, 1,443 грамма, 1,452 грамма, 1,453 грамма, а с оставшейся частью наркотического средства, массой 36,822 грамма, в этот день был задержан работниками полиции. Осужденный ФИО2, в свою очередь, хранил при себе с целью последующего незаконного сбыта в составе организованной группы наркотическое средство *** общей массой 21,939 грамма, и наркотическое средство *** массой 1,328 грамм. Выполняя свою роль в совершении преступления, 15 января 2025 года ФИО2 по указанию куратора поместил эти наркотические средства в различные тайники по отдельности, массой 1,454 грамма, 1,481 грамма, 1,457 грамма, 1,446 грамма, 1,467 грамма, 1,455 грамма, 1,456 грамма, 1,470 грамма, 1,328 грамма, а с оставшейся частью наркотического средства, массой 10,253 грамма, в этот день был задержан работниками полиции.

Суд первой инстанции указал, что у осужденного ФИО3 имелся отдельный умысел на сбыт конкретной отдельной части наркотического средства, общей массой 45,574 грамма. Поэтому его действия в отношении наркотических средств, массой 1,482 грамма, 1,472 грамма, 1,450 грамма, 1,443 грамма, 1,452 грамма, 1,453 грамма, и наркотического средства, массой 36,822 грамма, изъятого в ходе личного досмотра, были квалифицированы, как 7 самостоятельных преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 30, п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере.

Однако судебная коллегия полагает, что с учетом предъявленного ФИО3 органом следствия обвинения и описания его действий в отношении наркотического средства *** общей массой 45,574 грамма, действия ФИО3 в отношении наркотических средств, массой 1,482 грамма, 1,472 грамма, 1,450 грамма, 1,443 грамма, 1,452 грамма, 1,453 грамма и 36,822 грамма, необходимо квалифицировать, как единое (продолжаемое) преступление. При этом о наличии у ФИО3 единого умысла на сбыт всего объема наркотического средства в размере 45,574 грамма, приобретенного из тайников около дома *** по ул. Репина г. Ульяновска, свидетельствуют вышеуказанные доказательства, подтверждающие размещение наркотических средств, расфасованных из одной партии, в нескольких тайниках-закладках, оборудованных в пределах ограниченной территории, совершение указанных действий в течение небольшого промежутка времени, территориальная близость расположения мест, где ФИО3 разложил закладки и планировал разложить обнаруженную у него часть наркотического средства в ходе личного досмотра.

При таких обстоятельствах судебная коллегия считает необходимым квалифицировать действия осужденного ФИО3, как единое (продолжаемое) преступление по ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотических средств, массой 1,482 грамма, 1,472 грамма, 1,450 грамма, 1,443 грамма, 1,452 грамма, 1,453 грамма и 36,822 грамма), как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере.

Суд первой инстанции также указал, что у ФИО2 имелся отдельный умысел на сбыт конкретной отдельной части наркотического средства, общей массой 21,939 грамма, и наркотического средства *** массой 1,328 грамма.

Поэтому его действия в отношении наркотических средств, массой 1,454 грамма, 1,481 грамма, 1,457 грамма, 1,446 грамма, 1,467 грамма, 1,455 грамма, 1,456 грамма, 1,470 грамма, и наркотического средства, массой 10,253 грамма, изъятого в ходе личного досмотра, были квалифицированы как 9 самостоятельных преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 30, п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере, а его действия в отношении наркотического *** массой 1,328 грамма, квалифицированы по ч.3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в значительном размере.

Однако судебная коллегия полагает, что с учетом предъявленного ФИО2 органом следствия обвинения и описания его действий в отношении наркотического средства *** общей массой 21,939 грамма, и наркотического средства ***, массой 1,328 грамма, действия ФИО2 в отношении наркотических средств, массой 1,454 грамма, 1,481 грамма, 1,457 грамма, 1,446 грамма, 1,467 грамма, 1,455 грамма, 1,456 грамма, 1,470 грамма, 1,328 грамма и 10,253 грамма, необходимо квалифицировать как единое (продолжаемое) преступление. При этом о наличии у ФИО2 единого умысла на сбыт всего объема наркотического средства в размере общей массой 21,939 грамма, приобретенного из тайников около дома № *** по ул. Репина г. Ульяновска, свидетельствуют вышеуказанные доказательства, подтверждающие последующее размещение наркотических средств, расфасованных из одной партии, в нескольких тайниках-закладках, оборудованных в пределах ограниченной территории, совершение указанных действий в течение небольшого промежутка времени, территориальная близость расположения мест, где ФИО2 разложил закладки и планировал разложить обнаруженную у него часть наркотического средства в ходе личного досмотра.

При таких обстоятельствах судебная коллегия считает необходимым квалифицировать действия осужденного ФИО2, как единое (продолжаемое) преступление по ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотических средств, массой 1,454 грамма, 1,481 грамма, 1,457 грамма, 1,446 грамма, 1,467 грамма, 1,455 грамма, 1,456 грамма, 1,470 грамма, 1,328 грамма и 10,253 грамма), как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере.

При этом судебная коллегия отмечает, что совершенное ФИО3 преступление по ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотических средств, массой 1,513 грамма и 1,425 грамма), не является единым преступлением с совершенным им преступлением по ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотических средств, массой 1,482 грамма, 1,472 грамма, 1,450 грамма, 1,443 грамма, 1,452 грамма, 1,453 грамма и 36,822 грамма), поскольку эти преступления совершены каждое с отдельным умыслом. Так, совокупностью вышеуказанных доказательств установлено, что данные преступления были совершены ФИО3 в значительный промежуток времени между собой, в разных местах, при разных обстоятельствах, в разном составе организованной группы.

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что совершенное ФИО2 преступление по ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотических средств, массой 1,513 грамма и 1,425 грамма), не является единым преступлением с совершенным им преступлением по ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотических средств, массой 1,454 грамма, 1,481 грамма, 1,457 грамма, 1,446 грамма, 1,467 грамма, 1,455 грамма, 1,456 грамма, 1,470 грамма, 1,328 грамма и 10,253 грамма), поскольку эти преступления совершены каждое с отдельным умыслом. Так, совокупностью вышеуказанных доказательств установлено, что данные преступления были совершены ФИО2 в значительный промежуток времени между собой, в разных местах, при разных обстоятельствах, в разном составе организованной группы.

При описании преступного деяния суд указал о наличии у ФИО1 преступного умысла в отношении наркотических средств *** общей массой 67,513 грамма и наркотического средства *** массой 1,328 грамма. Однако судебная коллегия отмечает, что органами предварительного следствия ФИО1 было предъявлено обвинение и описаны его действия только в отношении наркотических средств *** массой 1,513 грамма и 1,425 грамма.

При таких обстоятельствах, из описания преступного деяния подлежит исключению указание о наличии у ФИО1 преступного умысла в отношении наркотических средств *** общей массой 67,513 грамма и наркотического средства *** массой 1,328 грамма.

Несмотря на вносимые изменения, судебная коллегия не усматривает исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, которые давали бы основания для применения при назначении ФИО1, ФИО3 и ФИО2 наказания положений ст. 64 УК РФ.

При этом с учетом вносимых изменений судебная коллегия считает необходимым назначить ФИО2 и ФИО3 окончательное наказание с применением положений ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем поглощения менее строгого наказания более строгим.

Кроме того, подлежит исключению указание о назначении ФИО1 наказания с применением положений ст. 64 УК РФ, а также указание о назначении ФИО1, ФИО2 и ФИО3 окончательного наказания в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ.

За исключением указанных изменений в остальной части приговор отвечает требованиям ст.ст. 307 и 297 УПК РФ, существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 3389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Железнодорожного районного суда г. Ульяновска от 05 ноября 2025 года в отношении ФИО1 угли, Уракова Шахриёра Дилшод угли и Холтураева Алладуста Панжи угли изменить:

- квалифицировать действия ФИО1 по ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотических средств, массой 1,513 грамма и 1,425 грамма), как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере, назначив наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;

- исключить из описания преступного деяния указание о наличии у ФИО1 преступного умысла в отношении наркотических средств *** общей массой 67,513 грамма и наркотического средства ***, массой 1,328 грамма;

- квалифицировать действия ФИО2 по ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотических средств, массой 1,513 грамма и 1,425 грамма), как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере, назначив наказание в виде лишения свободы на срок 11 лет;

- квалифицировать действия ФИО2 по ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотических средств, массой 1,454 грамма, 1,481 грамма, 1,457 грамма, 1,446 грамма, 1,467 грамма, 1,455 грамма, 1,456 грамма, 1,470 грамма, 1,328 грамма и 10,253 грамма), как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере, назначив наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет;

- в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотических средств, массой 1,513 грамма и 1,425 грамма) и ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотических средств, массой 1,454 грамма, 1,481 грамма, 1,457 грамма, 1,446 грамма, 1,467 грамма, 1,455 грамма, 1,456 грамма, 1,470 грамма, 1,328 грамма и 10,253 грамма) путем поглощения менее строгого наказания более строгим назначить ФИО2 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 11 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;

- квалифицировать действия ФИО3 по ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотических средств, массой 1,513 грамма и 1,425 грамма), как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере, назначив наказание в виде лишения свободы на срок 10 лет;

- квалифицировать действия ФИО3 по ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотических средств, массой 1,482 грамма, 1,472 грамма, 1,450 грамма, 1,443 грамма, 1,452 грамма, 1,453 грамма и 36,822 грамма), как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере, назначив наказание в виде лишения свободы на срок 6 лет;

- в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотических средств, массой 1,513 грамма и 1,425 грамма) и ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотических средств, массой 1,482 грамма, 1,472 грамма, 1,450 грамма, 1,443 грамма, 1,452 грамма, 1,453 грамма и 36,822 грамма) путем поглощения менее строгого наказания более строгим назначить ФИО3 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 10 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;

- исключить указание о назначении ФИО1 наказания с применением положений ст. 64 УК РФ, а также указание о назначении ФИО1, ФИО2 и ФИО3 окончательного наказания в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции путём подачи кассационной жалобы или представления:

- в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения, а содержащимися под стражей осужденными - в тот же срок со дня вручения им копии такого вступившего в законную силу судебного решения, – через суд первой инстанции для рассмотрения в предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ порядке;

- по истечении вышеуказанного срока - непосредственно в суд кассационной инстанции для рассмотрения в предусмотренном ст.ст. 401.10, 401.11, 401.12 УПК РФ порядке.

Лицо, в отношении которого вынесено итоговое судебное решение, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи