... Дело №2-3653/2019

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Казань 21 мая 2019 года

Вахитовский районный суд города Казани Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Сайфуллина М.Ш.,

при секретаре Гараевой А.Н., 

с участием прокурора Садреева Э.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ООО «Майя Клиник» о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Майя Клиник» о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов. В обоснование заявленных исковых требований указано следующее.

Медицинская организация ООО «Майя Клиник» осуществляет медицинскую деятельность при оказании первичной специализированной медико-санитарной помощи в амбулаторных условиях по анестезиологии, колопроктологии в соответствии с выданной уполномоченным государственным органом в сфере здравоохранения лицензией от 24 мая 2016 года № ..., действующей бессрочно.

ФИО4 состоял в трудовых отношениях с ООО «Майя Клиник», на основании трудового договора от 09.01.2017 года и приказа директора ООО «Майя Клиник» от 09.01.2017 года № ..., был назначен на должность врача-колопроктолога, осуществлял свои профессиональные обязанности в вышеуказанном учреждении, расположенном по адресу: ..., в соответствии с положениями трудового договора от 09.01.2017 г. и должностной инструкции, утвержденной 09.01.2017 года директором вышеуказанного Общества, осуществлял профессиональные обязанности по оказанию квалифицированной медицинской помощи по своей специальности, а также по осуществлению плановой хирургической помощи.

Указывается, что 05 апреля 2017 г. в ООО «Майя Клиник», расположенное по вышеуказанному адресу, к врачу-колопроктологу ФИО4 обратился сын истцов ФИО1 и ФИО2, брат истца ФИО3 – ФИО27, ... года рождения.

После осмотра ФИО4 ФИО28 установленклинический заключительный диагноз «...»,который не соответствует присвоенному коду по ... так как этомукоду соответствует диагноз «...». Приэтом согласно заключению комиссии экспертов № ... от 18.12.2017 годадиагноз «...» по ... и в национальном руководстве «Клиническая хирургия» не существует. Диагноз «...» не подтвержден объективными данными (результатами обследования), то есть диагноз установлен неверно, не подтвержден объективными признаками, результатами лабораторных и инструментальных методов обследования (диагностические мероприятия).

ФИО4 ФИО29 было предложено лечение данного заболевания путем проведения операции «...» (...) под местной анестезией с введением лекарственного препарата лидокаина. При этом ФИО4 не предоставил ФИО30 в доступной форме полную информацию о противопоказаниях применения лидокаина во время операции под местной анестезией, рисках, связанных с его применением и вероятности развития осложнений в ходе операции, не получил от него надлежащим образом оформленное в соответствии со ст. 20 Федерального Закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» информированное согласие на медицинское вмешательство, а также при отсутствии признаков, свидетельствующих о наличии у ФИО31 угрожающего жизни состояния и требующих немедленного оперативного вмешательства, не собрал полный анамнез о перенесенных им заболеваниях, при наличии которых применение лидокаина противопоказано, не обеспечил прохождение ФИО32 лабораторно-инструментальных исследований и получение их результатов: сдача общего и биохимического анализов крови, общего анализа мочи, анализа крови на свертываемость и времени кровотечения, ВИЧ, гепатит, а также не обеспечил проведение ФИО33 электрокардиографии (ЭКГ) и получение результатов данного исследования.

Указывается, что вследствие указанных действий ФИО4 не выявил наличие у ФИО34 признаков заболевания в виде ..., при которой применение лидокаина противопоказано, не учел наличие данного заболевания при планировании и введении ФИО35 лидокаина.

Далее ФИО4, являясь врачом-колопроктологом, 05 апреля 2017 года в период с 18 часов 00 минут по 20 часов 30 минут, находясь в помещении ООО «Майя-Клиник» по адресу: ..., стал производить ФИО36 операцию «... под местной анестезией, без изложения протокола операции, включающего объем оперативного пособия.

Во время операции ФИО4, не выполнив мероприятий по установлению у ФИО37 противопоказаний к применению лидокаина, в указанные время, дату и месте, в ходе осуществления обезболивания, действуя по небрежности, вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий,- смерти ФИО38, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, игнорируя положения инструкции по применению лекарственного препарата для медицинского применения лидокаин, ввел ФИО39 лидокаин в качестве местного анестетика, при этом ФИО4 осознавал, что согласно инструкции по применению лекарственного препарата для медицинского применения лидокаин указанный препарат является местным анестетиком, обладает выраженным кардиотоксическим действием.

В дальнейшем в ходе операции, проводимой ФИО4 05 апреля 2017 года в период с 18 часов 00 минут по 20 часов 30 минут состояние здоровья ФИО40 резко ухудшилось. После чего в 20 часов 30 минут в тот же день и в том же месте ФИО41 скончался.

Непосредственной причиной смерти ФИО42 явились ....

Приговором Вахитовского районного суда г. Казани от 11 декабря 2018 года, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от 28 февраля 2019 года ФИО4 признан виновным в совершении преступления предусмотренного частью 2 статьи 109 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Указывается, что своими действиями ФИО4 причинил истцам физические и нравственные страдания, которые, по мнению истцов, должен компенсировать ответчик.

Истцы испытали эмоциональный стресс, тяжелейшие нервное и эмоциональное потрясения, получили тяжелое душевное расстройство. Истцы претерпели и претерпевают нравственные страдания, выражающиеся в глубоких и постоянных, непрекращающихся переживаниях о невосполнимой утрате близкого и родного им человека, переживают горечь утраты. Указывается, что до настоящего времени у каждого из них наблюдаются расстройство сна, слабость, головные боли, подавленное, угнетенное состояние, депрессия, отсутствие аппетита, долгое время истцы находились и находятся в состоянии эмоциональной неуравновешенности, при одной лишь мысли о том, что их сына и брата больше нет.

Указывается, что истцы лишились горячо любимого и любящего сына и брата. У истца ФИО1 в связи с произошедшими событиями резко ухудшилось здоровье, неоднократно находилась на лечении. Истца ФИО2 в связи с произошедшими событиями поразил инсульт, он полностью парализован и не может ходить, прикован к постели, испытывает боли, ему установлена ..., неоднократно находился на лечении. У истца ФИО3 в связи с произошедшими событиями резко ухудшилось здоровье, неоднократно находилась на лечении. В связи с необходимостью ухаживать за пожилыми родителями, у которых в связи с произошедшими событиями ухудшилось здоровье, она лишилась возможности работать и продолжать активную жизнь. Из-за потери работы она не имеет дохода. Из-за нервных и душевных переживаний в связи со смертью брата она ....

Нравственные и физические страдания истцы оценивают в 5000 000 руб. каждый.

Руководствуясь изложенным, ФИО1 просит суд взыскать с ООО «Майя Клиник» в свою пользу в качестве компенсации причинённого ей морального вреда денежную сумму в размере 5 000 000 руб., ФИО2 просит суд взыскать с ООО «Майя Клиник» в свою пользу в качестве компенсации причинённого ему морального вреда денежную сумму в размере 5 000 000 руб., ФИО3 просит суд взыскать с ООО «Майя Клиник» в свою пользу в качестве компенсации причинённого ей морального вреда денежную сумму в размере 5 000 000 руб. а также расходы на оказание юридической помощи за составление искового заявления в размере 6000 руб.

Истцы ФИО1, ФИО3 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержали. ФИО3 также является представителем истцов ФИО1, ФИО2, действует на основании нотариальных доверенностей.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен. Представитель ответчика ООО «Майя Клиник» ФИО5 в ходе судебного рассмотрения исковые требования не признала, в случае удовлетворения иска просила снизить сумму компенсации морального вреда.

Представитель третьего лица ФИО4 ФИО6 в судебном заседании с заявленными исковыми требованиями не согласился.

Старшим помощником прокурора Вахитовского района города Казани Э.Ю. Садреевым в ходе судебного рассмотрения дано заключение о наличии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Выслушав лиц участвующих в деле, изучив письменные материалы, суд приходит к следующему. 

Конституцией Российской Федерации установлено, что в Российской Федерации охраняется здоровье людей, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства (часть 2 статьи 7).

В силу пункта 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) здоровье, личная неприкосновенность являются нематериальными благами, которые принадлежат гражданину от рождения.

Согласно части 1 статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 названного Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В силу ст.3 ГПК РФ лицо вправе обратиться в суд за защитой своего нарушенного права.

Согласно ст.56 ГПК РФ каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на подтверждение своих требований, так и возражений.

Как следует из ч.4 ст.61 ГПК РФ, а также правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 23 от 19.12.2003г. «О судебном решении», вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом. Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины лица, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Судом установлено, что ФИО4, на основании трудового договора от 09 января 2017 года и приказа от 09 января 2017 года № ... директора ООО «Майя Клиник» назначен на должность врача-колопроктолога осуществлял свои профессиональные обязанности в вышеуказанном учреждении, расположенном по адресу: ... соответствии с положениями трудового договора от 09 января 2017 года и должностной инструкции утвержденной 09 января 2017 года директором вышеуказанного Общества, осуществлял профессиональные обязанности по оказанию квалифицированной медицинской помощи по своей специальности, а также по осуществлению плановой хирургической помощи.

05 апреля 2017 года в ООО «Майя Клиник», расположенное по адресу: ..., к врачу-колопроктологу ФИО4 обратился ФИО44, после осмотра которого ФИО4 установлен ФИО45 клинический диагноз «.... ФИО46 было предложено лечение данного заболевания путем проведения операции «... под местной анестезией с введением лекарственного препарата лидокаина. При этом, ФИО4 не предоставил ФИО47 в доступной форме полную информацию о противопоказаниях применения лидокаина во время операции под местной анестезии, рисках, связанных с его применением и вероятности развития осложнений в ходе операции, не получил от него надлежащим образом оформленное информированное согласие на медицинское вмешательство, а также при отсутствии признаков, свидетельствующих о наличии у ФИО48 угрожающего жизни состояния и требующих немедленного оперативного вмешательства, не собрал полный анамнез о перенесенных ФИО49 заболеваниях, при наличии которых применение лидокаина противопоказано, не обеспечил прохождение ФИО50 лабораторно-инструментальных исследований и получение их результатов: сдача общего и биохимического анализов крови, общего анализа мочи, анализа крови на свертываемость и времени кровотечения, ВИЧ, гепатит, а также не обеспечил проведение ФИО51 электрокардиографии (ЭКГ) и получение результатов данного исследования.

Вследствие указанных действий ФИО4 не выявил наличие у ФИО52 признаков заболевания в виде ..., при которой применение лидокаина противопоказано, не учел наличие данного заболевания при планировании и введении ФИО53 лидокаина.

Далее ФИО4 являясь врачом-колопроктологом 05 апреля 2017 года в период с 18 часов 00 минут по 20 часов 30 минут, находясь в помещении ООО «Майя Клиник» по адресу: ..., стал производить ФИО54 операцию «... под местной анестезией, без изложения протокола операции, включающего объем оперативного пособия. 

Во время операции ФИО4, не выполнив мероприятий по установлению у ФИО55 противопоказаний к применению лидокаина, в указанные время, дату и месте, ходе осуществления обезболивания действуя по небрежности, вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий - смерти ФИО56, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, игнорируя положения инструкции по применению лекарственного препарата для медицинского применения лидокаин ввел ФИО57 в качестве местного анестетика лидокаин, при этом ФИО4 осознавал, что согласно инструкции по применению лекарственного препарата для медицинского применения лидокаин указанный препарат является местным анестетиком, обладает выраженным кардиотоксическим действием.

В дальнейшем в ходе операции, проводимой ФИО4 05 апреля 2017 года в период с 18 часов 00 минут по 20 часов 30 минут состояние здоровья ФИО58 резко ухудшилось. После чего в 20 часов 30 минут в тот же день и месте ФИО59 скончался.

Непосредственной причиной смерти ФИО60 явились .... Выявленные дефекты оказания медицинской помощи ФИО61 состоят в причинно-следственной связи со смертью.

Приговором Вахитовского районного суда г. Казани от 11 декабря 2018 года, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от 28 февраля 2019 года ФИО4 признан виновным в совершении преступления предусмотренного частью 2 статьи 109 Уголовного кодекса Российской Федерации, по факту причинения при оказании медицинской помощи по неосторожности смерти ФИО62.

Как установлено приговором суда, между ненадлежащим исполнением врачом-колопроктологом ООО «Майя Клиник» ФИО4 своих профессиональных обязанностей по оказанию медицинской помощи ФИО63 и наступлением смерти последнего имеется прямая причинно-следственная связь.

Данные обстоятельства повторному доказыванию не подлежат.

В соответствии со ст.ст.151, 1099, 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими, в частности, его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

По правилам пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание требования разумности и справедливости, а также должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что истцам (родителям и сестре ФИО64) причинены значительные нравственные страдания, выразившиеся в потере близкого человека.

В тоже время суд учитывает, что смерть ФИО65 причинена по неосторожности.

При таких обстоятельствах суд полагает, что компенсация морального вреда в общем размере 700000 рублей отвечает принципу разумности и справедливости.

По мнению суда, данная сумма компенсации подлежит следующему распределению между истцами: по 300000 рублей ФИО1 и ФИО2 (родителям ФИО66) и 100000 рублей ФИО3 (сестре ФИО67).

Согласно ст. 88 ГПК РФ к судебным расходам относится государственная пошлина и издержки, связанные с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителя.

Статья 98 ГПК РФ предусматривает, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса.

В силу ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определениях от 17.07.2007 г. №382-О-О, от 22.03.2011 г. №361-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым – на реализацию требования ст.17 ч.3 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 21.01.2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разъяснил, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (п.12 постановления). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п.13 постановления).

Как следует из материалов дела, за юридические услуги, связанные с рассмотрением настоящего дела, ФИО3 заплатила адвокату Н.Ш. Аркавий 6 000 руб., что подтверждается квитанциями от 11.03.2019 г. и 18.03.2019 г.

Учитывая указанные обстоятельства дела, исходя из принципа разумности, суд полагает необходимым удовлетворить требования истца ФИО3 о взыскании расходов на оплату услуг представителя в сумме 6 000 руб. с ответчика ООО «Майя Клиник» в ее пользу.

На основании ст.103 ч.1 ГПК РФ, ст.333.19 ч.1 п.1, 3 НК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в сумме 900 рублей.

Руководствуясь ст.ст.98, 194-198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Майя Клиник» в пользу:

- ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей, 

- ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей,

- ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей, расходы на юридические услуги 6000 рублей. 

В остальной части требований отказать.

Взыскать с ООО «Майя Клиник» в бюджет МО г. Казани госпошлину в размере 900 рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд РТ через Вахитовский районный суд г. Казани в течение 1 месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

...

...

Судья М.Ш. Сайфуллин