П р и г о в о р

именем Российской Федерации

27 мая 2019 года город Самара

Самарский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего Антонова А.М., при секретарях Шотенко А.В., Бочарове Я.Ю. с участием государственного обвинителя – помощника военного прокурора Самарского гарнизона 

<

данные изъяты> юстиции ФИО1, защитника – адвоката Петрова В.Х., в открытом судебном заседании, рассмотрев уголовное дело в отношении военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты>

ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в городе 

<

адрес>, со средним профессиональным образованием, не состоящего в зарегистрированном браке, ранее не судимого, ДД.ММ.ГГГГ заключившего контракт о прохождении военной службы сроком на три года, проживающего по адресу: 

<

адрес>, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 337 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту - УК Российской Федерации),

У С Т А Н О В И Л:

15 августа 2018 года ФИО2, проходящий военную службу в войсковой части №, дислоцированной в 

<

адрес>, желая пожить гражданской жизнью, с целью временно уклониться от прохождения военной службы, совершил неявку в срок без уважительных причин на службу в указанную воинскую часть к установленному регламентом ежедневного служебного времени сроку, а стал проживать по месту его регистрации по адресу: 

<

адрес>, где проводил время по своему усмотрению, не исполняя обязанностей военной службы.

04 октября 2018 года ФИО2 самостоятельно явился в войсковую часть №, заявил о себе и продолжил прохождение военной службы.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО2 свою вину в инкриминируемом ему преступлении не признал. При этом показал, что 09 июня 2018 года подал по команде рапорт о досрочном увольнении с военной службы, который подписал у командира роты 

<

данные изъяты> Свидетель №4 и командира батальона. Также ФИО2 утверждал, что передал этот рапорт в августе 2018 года в несекретное делопроизводство, на подпись командиру воинской части, полагая, что командир воинской части примет решение о его увольнении с военной службы по указанному рапорту. Также ФИО2 утверждал, что не прибывал на службу, в связи необходимостью оказания помощи тяжело больному отцу, в посещении лечебных учреждений и бытовым обслуживанием отца. В частности показал, что 15 августа 2018 года он на службу не прибывал вовсе, из-за того, что помогал отцу сдавать анализы в лечебном учреждении. 16 августа 2018 года он прибыл на службу, но к исполнению служебных обязанностей не приступал, поскольку сразу после развода, его подразделение убыло для выполнения поставленной задачи на полигон, а он убыл в г. Самару. В тот же день из телефонного звонка матери он узнал, что его отца положили в реанимацию, в связи с чем 17 августа 2018 года он на службу также не вышел, а отправился к отцу в лечебное учреждение. Где находился с ним около полутора часов, после чего на службу не убыл, а остался проживать в г. Самаре, навещая отца, находившегося в реанимации. Затем после выписки отца из лечебного учреждения помогал ему посещать лечебные учреждения и занимался его бытовым обслуживанием, в связи с чем по утверждению ФИО2 возможности у него прибывать в воинскую часть и исполнять обязанности по замещаемой им воинской должности не было, из-за указанного состояния отца. Вместе с тем, ФИО2 показал суду, что в середине сентября и в октябре 2018 года его отец проживал вместе с ним и его сожительницей Свидетель №9 по упомянутому адресу. Также ФИО2 показал, что в дальнейшем до 04 октября 2018 года он старался приезжать в воинскую часть, хотя бы один раз в 10 дней.

Кроме того, ФИО2 показал, что 03 октября 2018 года в ходе телефонного разговора с сослуживцем Свидетель №2 он узнал о том, что состоялся приказ о его досрочном увольнении с военной службы, в связи с чем 04 октября 2018 года он, прибыл в войсковую часть №, сдал военную форму одежды, в кладовую роты, получил у Свидетель №2 выписку из приказа о его досрочном увольнении с военной службы и обходной лист. Затем стал выполнять мероприятия, направленные на исключение его из списков личного состава воинской части, в частности подписывать обходной лист у должностных лиц части. В ходе выполнения указанных мероприятий он потерял обходной лист, выданный ему Свидетель №2. После чего 06 октября 2018 года, он получил в штабе воинской части другой обходной лист, который стал подписывать у должностных лиц части.

Между тем, в ходе допроса Кирилловав качестве подозреваемого в инкриминируемом ему преступлении, 21 января 2019 года он показал что, в начале августа 2018 года у него возникло желание отдохнуть от исполнения обязанностей военной службы, с этой целью около 18 часов 30 минут 14 августа 2018 года он убыл из части и 15 августа 2018 года не явился к утреннему построению. Также ФИО3 в ходе данного допроса пояснил, что никаких тяжелых жизненных ситуаций в период с 15 августа 2018 года до 21 января 2019 года у него не было, а на службу он не убыл из-за желания находиться рядом со своей сожительницей.

Кроме того, ФИО3 показал, что зная о незаконности своего нахождения вне военной службы, он 15 ноября 2018 года прибыл в часть и приступил к исполнению обязанностей военной службы.

Более того, ФИО2 показал в ходе этого допроса в качестве подозреваемого, что о том, что он досрочно уволен с военной службы и исключен из списков части ему стало известно только в конце декабря 2018 года, от его непосредственного командира, который сообщил ему, что приказ о его увольнении отменен как незаконно изданный. Также ФИО2 показал, что желание увольняться у него не было и ни какого рапорта он не подавал, поскольку желает проходить военную службу. При этом ФИО2 сообщил следователю, что признает свою вину в инкриминируемом ему преступлении и раскаивается содеянном.

Вместе с тем, 26 февраля 2019 года ФИО2 в ходе дополнительного допроса в качестве подозреваемого показал, что подтверждает ранее данные им в качестве подозреваемого показания и также показал, что документы на основании которых издан приказ о его досрочном увольнении с военной службы подписаны на им, а другим лицом.

Кроме того, 04 марта 2019 года ФИО2 в ходе допроса в качестве обвиняемого показал, что в период уклонения он проживал по упомянутому адресу вместе с Свидетель №9, в органы военного управления не обращался. Также он оказал, что стечения у него каких-либо тяжелых жизненных обстоятельств не было. При этом он уклонялся от военной службы, поскольку хотел пожить гражданской жизнью. Кроме ФИО2 подтвердил свою вину в инкриминируемом ему преступлении и раскаялся в содеянном, а также подтвердил свои показания данные им 21 января и 26 февраля 2019 года.

Несмотря на непризнание ФИО2 своей вины, его виновность, в содеянном, подтверждается упомянутыми его показаниями, данными в ходе допроса в качестве подозреваемого и обвиняемого, показаниями свидетелей, письменными материалами, представленными в качестве доказательств стороной обвинения, а именно:

Свидетеля Свидетель №5, 15 августа 2018 года временно исполнявшего должность командира батальона, в котором проходил военную службу ФИО2, показавшего суду, что в 08 часов 30 минут 15 августа 2018 года было обнаружено отсутствие 

<

данные изъяты> ФИО2. Организованные им поиски ФИО2 результата не принесли.

Вместе с тем, Свидетель №5 показал суду, что ФИО2 к нему с вопросом о необходимости представления ему отпуска по семейным обстоятельствам, а именно для ухода за отцом не обращался. Также Свидетель №5 показал, что ФИО2 о каких-либо проблемах, связанных со здоровьем его отца ему не рассказывал.

Как усматривается из протокола очной ставки, проведенной 12 марта 2019 года между Свидетель №5 и ФИО2, последний подтвердил показания Свидетель №5 о том, что ФИО2 отсутствовал в воинской части с 15 августа до 15 ноября 2018 года. Также из протокола этого следственного действия следует, что Свидетель №5 последовательно показывал о том, что ФИО2 к нему ни устно не письменно не обращался по вопросу, предоставления ему отпуска в связи с необходимостью ухода за отцом.

Кроме того, из протокола этого следственного действия следует, что в ходе его проведения ФИО2 показал, что в письменной форме он с рапортом к командованию части о предоставлении ему отпуска по семейным обстоятельствам не обращался.

Из книги учета контроля прибытия на ежедневную сверку по личному составу войсковой части №, усматривается, что 15 августа 2018 года, сверку о наличии личного состава в 1 батальоне со штабом части проводил 

<

данные изъяты> Свидетель №5.

Свидетеля Свидетель №3, временно исполнявшего обязанности командира батальона, в котором проходит военную службу подсудимый показавшего суду, что в ходе ежедневных построений, на которых он присутствовал, в том числе и 15 августа 2018 года было выявлено отсутствие рядового ФИО2. Командованием части был организован его розыск, который положительных результатов не дал.

Свидетеля Свидетель №1, с 10 августа 2018 года временно замещавшего должность начальника штаба батальона, в котором проходит военную службу подсудимый, показавшего суду, что 15 августа 2018 года ФИО2 не явился на утреннее построение подразделения и затем отсутствовал на построениях в батальоне до 15 ноября 2018 года. Также Свидетель №1 показал, что с 03 сентября до 16 ноября 2018 года он ежедневно делал сверку наличия личного состава батальона со штабом воинской части. В ходе которой, он каждый раз устанавливал, что с 15 августа до 15 ноября 2018 года ФИО2 числился как военнослужащий незаконно отсутствующий в воинской части.

Показаниями свидетеля Свидетель №6, нештатного писаря батальона, в котором проходит военную службу подсудимый, показавшего суду, что с 05 сентября по 15 ноября 2018 года он был нештатным писарем батальона. В процессе своей деятельности в штабе батальона он установил факт незаконного отсутствия на службе с 15 августа 2019 года рядового ФИО2, которое продолжалось до 15 ноября 2018 года, в связи с чем он ежедневно включал ФИО2 в списки военнослужащих незаконно отсутствующих на службе. Также Свидетель №6 показал суду, что 15 ноября 2018 года он увидел в строю батальона ФИО2.

Свидетель Свидетель №10, замещавший с 17 мая 2017 года по 10 августа 2018 года должность заместителя командира 1 роты войсковой части № по работе с личным составом показал, что ФИО2 по вопросу о представлении ему отпуска по семейным обстоятельствам, в связи с болезнью его отца к нему не обращался. Кроме того, Свидетель №10 показал, о том, что ФИО2 не прибыл на службу 15 августа 2018 года он узнал от Свидетель №5, который около 08 часов этих суток позвонил ему и сообщил, что ФИО2 не прибыл на службу в указанный день.

Из протокола очной ставки проведенной 12 марта 2019 года между Свидетель №10 и ФИО2 следует, что ФИО2 подтвердил показания Свидетель №10 о том, что он не прибыл на службу 15 августа 2018 года к установленному регламентом служебного времени сроку. Также из протокола этого следственного действия следует, что Свидетель №10 последовательно показывал о том, что ФИО2 к нему ни устно не письменно не обращался по вопросу, предоставления ему отпуска в связи с необходимостью ухода за отцом.

Свидетель №2, не штатный писарь роты, в которой военную службу проходит подсудимый, показал суду, что 15 августа 2018 года на утреннем построении роты было выявлено, отсутствие рядового ФИО2, который обязан был присутствовать на построении. Также Свидетель №2 показал, что после обнаружения отсутствия на службе рядового ФИО2 он получил указание подготовить на ФИО2 документы о том, что ФИО2 совершил три грубых дисциплинарных проступка, которые были приобщены к пакету документов, на основании, которых состоялся приказ командира войсковой части № о досрочном увольнении ФИО2 с военной службы. В дальнейшем в начале октября 2018 года в роту поступила выписка из упомянутого приказа. 03 октября 2018 года ему позвонил ФИО2, которому он сообщил, чтобы ФИО2 прибыл в воинскую часть, получил выписку из приказа о его досрочном увольнении с военной службы, обходной лист и сдал вещевое имущество личного пользования.

Кроме того, Свидетель №2 показал, что ФИО2 прибыл в часть на следующий день, получил у него выписку из приказа, обходной лист и сдал часть находящегося у него в подотчете вещевого имущества личного пользования. Оставшуюся часть вещевого имущества ФИО2 привез и сдал ему через несколько дней. Также Свидетель №2 показал, не смотря на то, что ФИО2 прибывал в войсковую часть 04 октября 2018 года и последующие дни, при этом ему была вручена выписка из приказа о его увольнении и обходной лист, а также сдано вещевое имущество личного пользования, - ФИО2 по приказу командира войсковой части № продолжал числиться, как военнослужащий, не являющийся в часть без уважительных причин.

Свидетель Свидетель №11, заместитель командира батальона по работе с личным составом, в котором проходит военную службу подсудимый показал, что в период с конца августа до 09 сентября 2018 года он находился в расположении воинской части и ФИО2 не видел. Также показал суду, что командир воинской части № дал команду, уволить всех военнослужащих незаконно отсутствующих в части, в том числе и ФИО2. Вместе с тем Свидетель №11 показал, что выполняя указанную команду командира части, он лично отвез документы на досрочное увольнение ФИО2 с военной службы в запас.

Свидетели Свидетель №4 и Свидетель №7, соответственно, командир роты и командир взвода, в которых проходит военную службу ФИО2, каждый в отдельности, показали, что возвратившись из служебной командировки 10 ноября 2018 года, они обнаружили незаконное отсутствие в роте ФИО2, который прибыл в роту только 15 ноября 2018 года и продолжил исполнять служебные обязанности.

Кроме того, Свидетель №4 показал, что об отсутствии с 15 августа 2018 года ФИО2 в воинской части ему известно от со слов Свидетель №5. Также Свидетель №4 показал суду, что ФИО2 к нему с рапортом об увольнении с военной службы по семейным обстоятельствам, а именно, в связи с болезнью отца не обращался.

Свидетель Свидетель №8, временно с 03 сентября до 16 ноября 2018 года исполнявший обязанности командира батальона, в котором проходит военную службу ФИО2, показал суду, что с 03 сентября до 15 ноября 2018 года, ФИО2, не прибывал на службу к установленному регламентом служебного времени сроку и отсутствовал на построениях, которые он проводил по три раза в день.

Кроме того, Свидетель №8 показал, что ФИО2 с рапортом о необходимости предоставления ему отпуска по семейным обстоятельствам к нему не обращался.

При этом Свидетель №8 подтвердил, что на обходных листах у ФИО2 стоят его подписи, а именно не датированная на обходном листе, который выдал ФИО2 Свидетель №2 и датированная 06 ноября 2018 года на обходном листе, который Свидетель №2 выдала Свидетель №14 – специалист отделения кадров войсковой части №.

Свидетель Свидетель №14, отвечающая за ведение личных дел военнослужащих, проходящих военную службу по контракту в указанной воинской части показала суду, что после того, как в войсковую часть № поступила выписка из приказа об увольнении ФИО2 с военной службы в запас, она 06 октября 2018 года вручила ФИО2 обходной лист и выписку из приказа о его увольнении с военной службы.

Как усматривается из светокопии указанного листа, он выдан ФИО2 06 октября 2018 года. Также из указанного листа следует, что 06 ноября 2018 года этот лист подписан от имени командира подразделения 

<

данные изъяты> Свидетель №8.

Свидетель Свидетель №4 командир роты, в которой проходит военную службу ФИО2 показал суду, что он действительно 09 июня 2018 года наложил резолюцию на указанном рапорте ФИО2, в которой ходатайствовал перед вышестоящим командованием об увольнении ФИО2 с военной службы.

Свидетель Свидетель №15, заведующая несекретным делопроизводством воинской части, в которой ФИО2 проходил военную службу, показала суду, что ФИО2 в 2018 году подавал только один рапорт о представлении ему основного отпуска за 2018 год, который был зарегистрирован 12 апреля 2018 года под № иных рапортов, в том числе и датированный ФИО2 09 июня 2018 года, ФИО2 не подавал.

Свидетель Свидетель №12 отец подсудимого показал суду, что действительно в период с 15 августа по 15 ноября 2018 года ФИО2 оказывал ему помощь при посещении им лечебных учреждений и нахождении в реанимации. Также отец подсудимого показал, что в указанный период ему оказывали помощь его бывшая жена и дочь. Вместе с тем показал суду, что до лечебных учреждений он в основном добирался сам. При этом, показал, что в период нахождения его в лечебном учреждении помощь в приеме назначенных процедур ему оказывал медицинский персонал лечебного учреждения. Также отец ФИО2, показал, что перед направлением его 16 августа 2018 года из поликлиники в реанимацию, в поликлинику доставила его бывшая жена. В дальнейшем к нему в реанимацию приходил ФИО2, который привозил воду, продукты и забирал постирать вещи.

Как усматривается медицинской карты отца ФИО2 – Свидетель №12 16 августа 2018 года последний был доставлен для оказания неотложной помощи в лечебное учреждение. Также из этой карты видно, что 30 августа 2018 года отец ФИО2 находился в относительно – удовлетворительном состоянии, по мнению его лечащего врача, а по заключению врачебной комиссии протокол № в удовлетворительном состоянии, аналогичное состояние здоровья у отца ФИО2 – Свидетель №12 было определено его лечащим врачом и врачебной комиссией и 10 сентября 2018 года протокол №. 21 сентября 2018 года уполномоченные медицинские работники также определили состояние отца ФИО2 как удовлетворительное.

Кроме того, из этой карты, усматривается, что 21 сентября 2018 года Свидетель №12 обращался за медицинской помощью, в связи с состоянием его здоровья, возникшем после употребления алкоголя. Также из упомянутой карты следует, что согласно заключений врачебной комиссии от 02 и 15 октября 2018 года, соответственно, протоколы №№ и № отец ФИО2 находился в удовлетворительном состоянии.

Свидетель Свидетель №13, мать подсудимого показала суду, что она проживает в одном доме с отцом подсудимого - Свидетель №12 и 16 августа 2018 года доставила последнего, в связи с ухудшением его самочувствия в поликлинику, из которой на автомобиле скорой медицинской помощи отца подсудимого доставили в реанимацию.

Свидетель Свидетель №16 – лечащий врач отца ФИО2 с 24 октября по 16 ноября 2018 года показала суду, что в указанной период у ФИО2 было состояние здоровья средней тяжести, при котором он мог самостоятельно передвигаться, ходить в туалет и принимать пищу. Также она показала, что отец ФИО2 в упомянутый период в помощи медицинского персонала не нуждался. Кроме того, свидетель показала суду, что в упомянутый период и на момент выписки 16 ноября 2018 года он в постоянной помощи не нуждался и передвигался самостоятельно.

Кроме того, Свидетель №16 показала, что Свидетель №12 мог проходить в упомянутый период лечение без чьей-либо помощи.

Свидетель Свидетель № 17, лечащий врач Свидетель №12 в период с 16 по 29 августа 2018 года показала суду, что с 16 по 23 августа 2018 года Свидетель №12 находился в реанимации. Также она показала, что в период нахождения его в реанимации за ним ухаживал медицинский персонал, питание и обслуживание ФИО2 полностью лежало на медицинском персонале. При этом Свидетель № 17 показала суду, что ФИО2 самостоятельно передвигался, принимал пищу и ходил в туалет.

Кроме того, Свидетель № 17 показала суду, что отец ФИО2 мог себя самостоятельно обслуживать в пределах квартиры и расстоянии 200 метров около дома. Также Свидетель № 17 показала суду, что в постоянном постороннем уходе отец ФИО2 после выписки его из лечебного учреждения не нуждался.

Свидетель Свидетель № 18, лечащий врач отца ФИО2 – Свидетель №12 в период с 31 августа по 02 ноября 2018 года показал суду, что в указанный период отец ФИО2 передвигался самостоятельно в посторонней помощи не нуждался, вполне мог ухаживать за собой. Также Свидетель № 18 показал суду, что ему известно о том, что у отца ФИО2 есть и другие родственники, а именно жена и дочь.

Кроме того, Свидетель № 18 показал суду, что в указанный период у отца ФИО2, после выписки из лечебного учреждения 29 августа 2018 года не было тяжелого состояния, он находился в относительно удовлетворительном состоянии. Также Свидетель № 18 показал суду, что 16 августа 2018 года на прием к нему отца ФИО2 привезла Свидетель №13

Согласно выписки из пункта 19 § 1 приказа командира войсковой части № от 05 сентября 2017 года № 

<

данные изъяты> ФИО2 зачислен в списки войсковой части № и назначен на должность стрелка 

<

данные изъяты>.

Из выписки из пункта 20 § 6 приказа командира войсковой части № от 15 сентября 2018 года следует, что ФИО2 досрочно уволен с военной службы на основании представления командира войсковой части № от 27 августа 2018 года и протокола заседания аттестационной комиссии от 24 августа 2018 года.

Из выписки из п. 1§ 11 приказа командира войсковой части № от 12 декабря 2018 года № следует, что упомянутый пункт приказа о досрочном увольнении ФИО2 с военной службы отменен, как незаконно изданный.

Из светокопии расчетных листков ФИО2 за ноябрь и декабрь 2018 года следует, что в ноябре 2018 года ему уменьшен размер премии за добросовестное исполнение должностных обязанностей и 14 декабря 2018 года он исключен из списков личного состава части.

Свидетель Свидетель №9, сожительница подсудимого, 01 марта 2019 года, на предварительном следствии показала, что 14 августа ФИО2 прибыл по месту своего жительства по адресу 

<

адрес> стал проживать с ней по указанному адресу, заявив ей, что устал от прохождения военной службы. Также она показала, что постоянно говорила ему о том, что он незаконно не выходит на службу. После чего он послушал её и 15 ноября 2018 года убыл на службу в войсковую часть №, в которой продолжил прохождение военной службы. Также Свидетель №9 показала суду, что в указанный период с 15 августа по 15 ноября 2018 года ФИО2 проживал с ней по упомянутому адресу и стечения у него каких-либо тяжелых жизненных обстоятельств не было.

В судебном заседании Свидетель №9 показала суду, что указанные показания она дала под давлением следователя Свидетель №19. Кроме того, показала о том, что отец ФИО2 находится в реанимации ФИО2 узнал из телефонного звонка его матери. Также утверждала, что в указанный период времени ФИО2 находился вместе с ней только по субботам и воскресеньям, а в остальное время ухаживал за отцом и убывал в воинскую часть, в которой проходил военную службу.

Свидетель Свидетель №19, следователь военного следственного отдела по Самарскому гарнизону, расследовавший данное уголовное дело, показал суду, что какого – либо давления на свидетеля Свидетель №9 не оказывал. Также он показал, что Свидетель №9 на предварительном следствии показания давала добровольно и подтверждала, что он их правильно изложил в протоколе своей подписью.

Оценивая данные показания свидетеля Свидетель №9, в совокупности с другими доказательствами, исследованными в ходе слушания этого дела, суд находит утверждение Свидетель №9 о том, что в ходе предварительного расследования следователем Свидетель №19 оказывалось давление несостоятельным.

Поскольку из протокола допроса свидетеля Свидетель №9 от 01 марта 2019 года следует, что Свидетель №9 после завершения данного следственного действия, каких-либо заявлений не сделала.

Оценивая показания Свидетель №9 в ходе предварительно следствия и в судебном заседании суд кладет в основу приговора показания Свидетель №9 данные в ходе предварительного следствия, а изменение их в ходе судебного следствия полагает совершенными с целью помочь ФИО2 избежать уголовной ответственности за содеянное.

По заключению военно-врачебной комиссии ФИО2 годен к военной службе с незначительными ограничениями.

Оценив собранные по делу и проверенные в судебном заседании доказательства в их совокупности, военный суд находит их достоверными и достаточными для обоснования виновности подсудимого.

Кроме того, проанализировав совокупность исследованных в судебном заседании доказательств суд, приходит к убеждению о том, что ФИО2 не явившись 15 августа 2018 года на утреннее построение, осознавал свою вину в содеянном. Это обстоятельство подтверждается в частности показаниями самого ФИО2, который показал суду, что, не прибыв 15 августа 2018 года в часть, к установленному регламентом ежедневного служебного времени сроку, он затем старался не реже чем одного раза в 10 дней прибывать в воинскую часть.

Кроме того, из протоколов допросов ФИО2 на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого от 04 марта 2018 года, следует, что ФИО2 последовательно, показывал, что совершить не явку на службу и затем временно уклониться от исполнения служебных обязанностей он решил в начале августа 2018 года. 14 августа 2018 года он, убыв с воинской части, направился не к больному отцу, с целью оказать ему помощь в решении бытовых вопросов, а к сожительнице.

Органами предварительного расследования ФИО2 было предъявлено обвинение, согласно которого, он уклонялся от прохождения военной службы с 15 августа до 15 ноября 2018 года.

Однако, в ходе судебных прений государственный обвинитель, заявил ходатайство об уменьшении объема обвинения, в частности отказался от обвинения ФИО2 в том, что подсудимый незаконно с 04 октября по 15 ноября 2018 года умышленно уклонялся от исполнения служебных обязанностей и просил исключить указанный срок из объема обвинения ФИО2, поскольку вина ФИО3 в умышленном уклонении от исполнения обязанностей военной службы в период с 04 октября по 15 ноября 2018 года своего объективного подтверждения в ходе судебного следствия не нашла.

Рассматривая заявление государственного обвинителя, суд, руководствуясь положениями ч.ч. 7 и 8 ст. 246 УПК Российской Федерации считает необходимым согласиться с его предложением и исключить из объема предъявленного подсудимому обвинения срок его уклонения от военной службы в период с 04 октября по 15 ноября 2918 года.

Давая юридическую квалификацию содеянного подсудимым, суд исходит из того, что военнослужащий ФИО2, проходя военную службу по контракту, 15 августа 2018 года не явился в срок без уважительных причин на службу к установленному регламентом служебного времени сроку в войсковую часть №, его незаконное нахождение вне части продолжалось до его самостоятельного прибытия в указанную воинскую часть – 04 октября 2018 года. При этом он не имел цели вовсе уклониться от военной службы, а намеревался временно уклониться от исполнения служебных обязанностей, чтобы пожить гражданской жизнью. Эти действия подсудимого суд квалифицирует по ч. 4 ст. 337 УК Российской Федерации, как неявку в срок без уважительных причин на службу, продолжительностью свыше одного месяца.

На данное убеждение суда не влияют доводы стороны защиты о том, что ФИО2 15 августа 2018 года вынужденно не явился в войсковую часть №, в связи с тяжелыми семейными обстоятельствами, а именно болезнью его отца.

Данный довод стороны защиты суд полагает несостоятельным, в связи со следующими достоверно установленными в судебном заседании обстоятельствами.

Так, в судебном заседании достоверно установлено, что подсудимый решил уклониться от прохождения военной службы в начале августа 2018 года, а его отца в реанимацию положили только 16 августа 2018 года.

Утверждения подсудимого о том, что он обращался к командованию о предоставлении ему отпуска в связи с болезнью отца, в судебном заседании подтверждения не нашли и опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в частности: светокопии рапорта о его досрочном увольнении с военной службы, предоставленном суду, самим подсудимым, из которого следует, что он просит командование уволить его с военной службы, в связи с невыполнением им условий контракта.

Упомянутыми показаниями свидетелей Свидетель №10, Свидетель №5, Свидетель №4 и Свидетель №20, согласно которых ФИО2 рапорта об увольнении его с военной службы в связи с семейными обстоятельствами не подавал.

Кроме того, из показаний медицинских работников Свидетель № 18, Свидетель № 17, Свидетель №16 следует, что в постоянном уходе отец ФИО2, в связи с его болезнью, не нуждался.

В судебном заседании также достоверно установлено, что отцу ФИО2 – Свидетель №12 оказывали помощь дочь и его бывшая супруга, которая привезла 16 августа 2018 года отца ФИО2, в связи с ухудшением его здоровья, в лечебное учреждение.

Оценивая приведенные судом обстоятельства, связанные с необходимостью, по мнению подсудимого, его постоянного нахождения рядом с отцом и количество лиц, которые помимо ФИО2 ухаживали и могли ухаживать за его отцом, суд приходит к убеждению, что подсудимый не являлся единственным лицом, которое обязано заниматься, в случае необходимости, уходом за Свидетель №12

Также суд, оценивая показания лечащих врачей отца ФИО2 о том, что в период нахождения в реанимации за ним ухаживал персонал лечебного учреждения, а после выписки он в постоянном уходе не нуждался, поскольку мог обслуживать себя сам - полагает достоверно установленным, что Свидетель №12 по медицинским показаниям в постоянном уходе, после выписки из лечебного учреждения не нуждался.

При таких данных, суд приходит к убеждению, что неявка подсудимого в воинскую часть не является следствием стечения тяжелых обстоятельств, а является умышленным действием ФИО2, вызванным его желанием пожить гражданской жизнью.

Довод стороны защиты о том, что подсудимый не может быть привлечен к уголовной ответственности, основанный на том, что ФИО2 не проходил военную службу по призыву и годен к военной службе с незначительными ограничениями суд, полагает несостоятельным.

Поскольку, данная категория здоровья ФИО2, согласно заключению ВВК позволяет ФИО2, проходить военную службу по замещаемой им воинской должности.

Более того, из медицинской характеристики ФИО2 следует, что он трудопотерь, из-за состояния его здоровья в 2017 и 2018 годах не имел.

Довод стороны зашиты о том, что подсудимый не может быть привлечен к уголовной ответственности за содеянное в период с 15 августа до 04 октября 2018 года, основанный на утверждениях ФИО2 о том, что он 16 августа 2018 года прибывал в воинскую часть, в которой проходит военную службу, а затем появлялся на её территории чаще, чем один раз в 10 дней, суд находит надуманным.

Поскольку, согласно разъяснений п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 03 апреля 2008 года № 3 «О практике рассмотрения судами уголовных дел об уклонении от призыва на военную службу и от прохождения военной или альтернативной гражданской службы», в тех случаях, когда незаконно пребывающий вне части военнослужащий временно появляется в расположении части без намерения приступить к исполнению обязанностей военной службы и фактически не приступает к их исполнению, то он тем самым, продолжает уклоняться от исполнения обязанностей военной службы, течение срока самовольного отсутствия не прерывается.

Довод ФИО2 о том, что он не подлежит уголовной ответственности за содеянное, основанный на том, что 15 сентября 2018 года состоялся приказ о его досрочном увольнении с военной службы, на основании его рапорта датированного 09 июня 2018 года, суд полагает надуманным.

Поскольку в судебном заседании однозначно, установлено, что приказ о досрочном увольнении ФИО2 с военной службы, состоялся на основании необоснованного представления командира войсковой части № и в дальнейшем этот приказ на основании протеста военного прокурора Самарского гарнизона отменен уполномоченным должностным лицом как незаконно изданный.

Согласно разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в указанном пункте упомянутого Постановления Пленума, в случае если в период незаконного пребывания военнослужащего вне части соответствующий командир издает приказ об исключении такого лица из списков личного состава воинской части, срок самовольного отсутствия не прерывается, поскольку законных оснований для издания этого приказа не имелось.

Довод стороны защиты о том, что ФИО2 не подлежит уголовной ответственности, основанный на ошибочном указании в перечне доказательств приложенных к обвинительному заключению даты принятия ФИО2 должности наводчика якобы 03 октября 2018 года, суд полагает надуманным.

Поскольку из выписки из п. 77 § 1 приказа командира войсковой части № № следует, что ФИО2 упомянутую воинскую должность принял 03 октября 2017 года, а не как утверждает защитник – адвокат 03 октября 2018 года, будучи по состоянию на указанную дату, незаконно, в связи с уклонением военной службы уволенным 15 сентября 2018 года в запас, приказом указанного воинского должностного лица, который в дальнейшем был отменен как незаконно изданный.

При назначении наказания подсудимому, суд принимает во внимание, что подсудимый совершил преступление, представляющее повышенную опасность в условиях армии, длительность его нахождения вне части, а также учитывает, конкретные обстоятельства уголовного дела, характер и степень общественной опасности совершенного им преступления.

Вместе с тем, принимая во внимание, что командованием до не явки в часть без уважительных причин, ФИО2 характеризуется положительно, принимал участие в выполнении специального задания Правительства Российской Федерации, к уголовной ответственности привлекается впервые, самостоятельно прекратил 04 октября 2018 года свое нахождение вне части, а также то, что ФИО2 в период уклонения от военной службы оказывал помощь своему отцу, связанную с поддержкой последнего при нахождении на стационарном лечении, а также оказывал ему помощь в решении бытовых вопросов в реабилитационный период - то данные обстоятельства на основании ч. 2 ст. 61 УК Российской Федерации, суд признает обстоятельствами, смягчающими подсудимому наказание.

Кроме того, поскольку ФИО3 в ходе допросов на предварительном следствии, признавал свою вину в содеянном, предоставил органам предварительного расследования информацию, в связи с чем именно он не явился в часть, то данные действия подсудимого учитывает при назначении наказания и в силу п. «и» ч. 1 ст. 61 УК Российской Федерации признает обстоятельством, смягчающим ФИО2 наказание.

С учетом этих обстоятельств, требований ст. 60 УК Российской Федерации, в частности, принимая во внимание состояние здоровья отца подсудимого, который с 09 января 2019 года является инвалидом 2-й группы, состояние здоровья его матери, которая находится на динамическом учете у врача общей практики, влияние назначенного наказания на условия жизни его семьи, а именно то, что оба его родителя являются пенсионерами, суд приходит к убеждению о возможности исправления ФИО2 без реального отбывания наказания в местах лишения свободы и в соответствии со ст. 73 УК Российской Федерации считает возможным назначить ему наказание условно.

Вместе с тем с учетом фактических обстоятельств преступления, а именно, что подсудимый не явился в воинскую часть, являющуюся частью постоянной боевой готовности, суд не находит оснований для предусмотренного ч. 6 ст. 15 УК Российской Федерации изменения категории преступления, на менее тяжкую. Также, по мнению суда, нет оснований для применения в отношении подсудимого ст. 64 УК Российской Федерации, поскольку каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время совершения преступления и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, не установлено.

Что касается вопроса о возложении процессуальных издержек, то суд полагает, что их необходимо возместить за счет ФИО2, поскольку из протокола ознакомления обвиняемого с обвинительным заключением следует, что он правом, предоставленным ему п. 2 ч. 5 ст. 217 УПК Российской Федерации воспользоваться не пожелал.

Руководствуясь ст.ст. 299, 302-304, 307 - 309 УПК Российской Федерации, военный суд,

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 337 УК Российской Федерации, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев.

В соответствии со ст. 73 УК Российской Федерации назначенное осужденному ФИО2 наказание считать условным с испытательным сроком 2 (два) года.

На период испытательного срока обязать ФИО2 не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего его исправление и не совершать административных правонарушений.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения ФИО2 – подписку о невыезде и надлежащем поведении, оставить без изменения.

Судебные издержки по делу в размере 3 600 (три тысячи шестьсот) рублей, связанные с оплатой услуг защитника - адвоката Косарева А.М. на предварительном следствии за оказание юридической помощи ФИО2, взыскать с осужденного ФИО2.

Приговор может быть обжалован и на него принесено представление в апелляционном порядке в Приволжский окружной военный суд через Самарский гарнизонный военный суд в течение 10 суток со дня постановления приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.