Судья: Васильева И.В. Дело (****) 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Псков 17 июня 2021 года

Суд апелляционной инстанции Псковского областного суда в составе: 

председательствующего судьи Жбанкова В.А., 

при помощнике судьи, исполняющей обязанности секретаря Головиной И.П., 

с участием прокурора Степанова А.Е.,

обвиняемой ФИО2, участвующей путём использования систем видеоконференц-связи,

и ее защитников: адвокатов Кравцова А.В. и Кощеева А.С. 

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по апелляционным жалобам адвокатов Кравцова А.В. и Кощеева А.С. в защиту обвиняемой ФИО2 на постановление Псковского городского суда Псковской области от 7 июня 2021 года, которым 

ФИО2, родившейся (дд.мм.гг.) в 

<

****>, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.291.1 УК РФ,

ранее избранная мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения, и ее срок продлен на 3 месяца, а всего до 6 месяцев со дня нахождения уголовного дела в суде, то есть по (дд.мм.гг.) включительно, а в удовлетворении ходатайства подсудимой ФИО2 и защитников Кравцова А.В. и Кощеева А.С. об изменении меры пресечения с заключения под стражу на иную, более мягкую – залог, домашний арест отказано.

Заслушав доклад судьи Жбанкова В.А., объяснения обвиняемой ФИО2 и защитников Кравцова А.В. и Кощеева А.С., просивших постановление изменить по основаниям, изложенным в апелляционных жалобах адвокатов Кравцова А.В. и Кощеева А.С., мнение прокурора Степанова А.Е., полагавшего оставить постановление без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Как следует из материалов настоящего дела, 15 сентября 2019 года ФИО2 была задержана по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.291.1 УК РФ, в порядке ст. 91,92 УПК РФ, а 17 сентября 2019 года в отношении нее была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, которая неоднократно продлевалась.

20 августа 2020 года Псковским областным судом мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемой изменена на домашний арест по адресу: 

<

****>.

При поступлении (дд.мм.гг.) уголовного дела в Псковский городской суд с обвинительным заключением по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.291.1 УК РФ, исполнялась мера пресечения в виде домашнего ареста.

Постановлением судьи от (дд.мм.гг.) срок домашнего ареста ФИО2 был продлен на 3 месяца со дня поступления уголовного дела в суд, то есть по (дд.мм.гг.).

Апелляционным постановлением судьи Псковского областного суда от (дд.мм.гг.) судебный акт от (дд.мм.гг.) отменен, а мера пресечения в виде домашнего ареста ФИО2 изменена на заключение под стражу сроком на 3 месяца, то есть по (дд.мм.гг.) включительно.

Основанием для вынесения данного решения явились допущенные подсудимой нарушения запретов, установленных судебными актами при исполнении домашнего ареста.

Постановлением судьи Третьего кассационного суда общей юрисдикции от (дд.мм.гг.) в передаче для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции кассационной жалобы и дополнений к ней защитников о пересмотре постановления от (дд.мм.гг.) и апелляционного постановления от (дд.мм.гг.) отказано.

В настоящее время постановлением Псковского городского суда Псковской области от (дд.мм.гг.) мера пресечения в отношении ФИО2 в виде содержания под стражей продлена на 3 месяца, а всего до 6 месяцев, по (дд.мм.гг.) включительно. В удовлетворении ходатайства подсудимой ФИО2 и защитников Кравцова А.В. и Кощеева А.С. об изменении меры пресечения с заключения под стражу на иную, более мягкую – залог, домашний арест – отказано.

В апелляционных жалобах адвокаты Кравцов А.В. и Кощеев А.С. в защиту ФИО2 выражают несогласие с указанным постановлением суда, считая его незаконным и необоснованным.

По мнению защитников, незаконность постановления заключается в том, что вывод суда о необходимости сохранения ФИО2 содержания под стражей сделан только на основании предположений суда, не нашедших своего подтверждения в деле, поскольку какие-либо материалы, подтверждающие данный вывод, в деле отсутствуют, и суд, продлевая арест, не указал ни одного фактического обстоятельства, подтверждающего такую необходимость. В частности, указав, что под тяжестью предъявленного обвинения ФИО2 может скрыться от суда, либо воспрепятствовать производству по делу, фактических подтверждений этому утверждению суд не привел. В то же время в деле имеются материалы ОРМ, проводившихся в отношении ФИО2, которые выводы о ее возможности воспрепятствовать производству по делу, скрыть доказательства, оказать воздействие на свидетелей, либо скрыться от следствия и суда опровергают. При этом, ссылку на тяжесть инкриминируемого преступления в обоснование сохранения ареста суд сделал вовсе ошибочно, поскольку это утверждение противоречит позиции Верховного Суда РФ, указавшего на возможность применения данного основания только на первоначальных стадиях расследования дела.

Как полагают авторы поданных жалоб, за весь период производства по настоящему уголовному делу с момента его возбуждения стороной обвинения ни одного доказательства, подтверждающего, что ФИО2 препятствует производству по делу либо скрывает неустановленных соучастников, представлено не было.

Вместе с тем, обращают внимание, что нарушение условий исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста со стороны обвиняемой имело место 6 месяцев назад ((дд.мм.гг.)г.) и что указанные нарушения заключались в телефонном разговоре со знакомыми в день ее рождения по телефону защитника, то есть прошел значительный период времени с момента совершения нарушения и сами разговоры не были связаны с производством по делу, чего суд при принятии оспариваемого решения не учитывал, как не учитывал и наличие у ФИО2 заболеваний, в том заболеваний позвоночника, требующих оперативного лечения и вызывающих у ФИО2 нестерпимые страдания в позвоночнике, но в условиях следственного изолятора такое лечение проведено быть не может ввиду отсутствия в следственном изоляторе соответствующих специалистов. 

Защитник Кощеев А.С. обращает внимание и на то, что (дд.мм.гг.) в ходе рассмотрения настоящего уголовного дела суд оставил без рассмотрения его довод о нарушении права на защиту ФИО2, которое имело место в период с (дд.мм.гг.) по (дд.мм.гг.), когда в квартире, где исполнялся домашний арест ФИО2, сотрудники ФСБ проводили негласное прослушивание ФИО2 во время проведения консультаций с защитниками. 

Также защитники считают обжалуемое постановление незаконным в связи с тем, что каких-либо суждений, почему иная, более мягкая мера пресечения, не может обеспечить должное поведение со стороны ФИО2, оно не содержит.

Кроме того, адвокаты считают, что фактически срок содержания под стражей ФИО2 продлен до 7 месяцев 5 дней, то есть с превышением положений ч.2 ст.255 УПК РФ. 

Помимо этого, адвокаты указывают на длительность сроков рассмотрения уголовного дела их подзащитной и длительность интервалов между судебными заседаниями. В частности, указывается, что (дд.мм.гг.) суд отложил рассмотрение дела на 45 суток – до (дд.мм.гг.), обосновав данный срок невозможностью допроса свидетеля обвинения фио1, а между тем, это не единственный свидетель обвинения, а также сторона обвинения не лишена возможности представлять и другие доказательства. 

Поэтому просят судебное решение изменить, избрав ФИО2 меру пресечения в виде залога или домашнего ареста. 

Заслушав стороны и проверив материалы дела с учетом доводов поданных апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции оснований для отмены либо изменения обжалуемого постановления не находит. 

В силу статей 97, 99, 108 УПК РФ, заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется в отношении обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения, при наличии достаточных оснований полагать, что он скроется от следственных органов или суда, может заниматься преступной деятельностью, угрожать участникам уголовного судопроизводства, а также может уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. 

Вместе с указанными основаниями должны учитываться тяжесть совершенного преступления, в котором подозревается лицо, либо тяжесть предъявленного обвинения, данные о личности, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие существенные обстоятельства.

При этом возможность для отмены меры пресечения либо ее изменения на более мягкую, согласно ч.1 ст. 110 УПК РФ, предусмотрена только тогда, когда в ней отпадает необходимость, либо изменились основания для ее избрания, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.

Согласно же положениям частей 1-3 статьи 255 УПК РФ в ходе судебного разбирательства суд вправе избрать, изменить или отменить меру пресечения в отношении подсудимого. Если заключение под стражу избрано подсудимому в качестве меры пресечения, то срок содержания его под стражей со дня поступления уголовного дела в суд и до вынесения приговора не может превышать 6 месяцев, за исключением случаев, предусмотренных частью третьей настоящей статьи.

Часть третья указанной нормы предусматривает, что суд, в производстве которого находится уголовное дело, вправе продлить срок содержания подсудимого под стражей и по истечении 6 месяцев со дня поступления уголовного дела в суд. Такое продление срока ареста допускается по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях и каждый раз не более чем на 3 месяца.

Об этом же разъяснено и в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года N 41 (пункты 34,35), указанного выше, из которого следует, что установленное частью 2 статьи 255 УПК РФ требование о том, что срок содержания подсудимого под стражей в период со дня поступления уголовного дела в суд и до вынесения приговора не может превышать 6 месяцев, относится (только) к случаям рассмотрения дел с участием обвиняемых в совершении преступлений небольшой или средней тяжести. При истечении срока содержания под стражей подсудимого, обвиняемого в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, суд вправе продлить этот срок на основании части 3 статьи 255 УПК РФ.

Как видно из представленных материалов, принимая решение о продлении меры пресечения в виде содержания под стражей ФИО2, суд первой инстанции руководствовался вышеприведенными нормами закона правильно и ограничение конституционного права обвиняемой на свободу и личную неприкосновенность применил правильно. 

Так, наличие обоснованности подозрения ФИО2 в причастности к инкриминируемому деянию, тяжесть предъявленного ей обвинения и состояние её здоровья судом были проверены. 

При этом, несмотря на высказанное в суде апелляционной инстанции адвокатом Кощеевым А.С. несогласие с предъявленным его подзащитной обвинением, данное утверждение рассмотрению по существу не подлежит, поскольку этот вопрос в настоящее время является предметом рассмотрения в Псковском городском суде. 

Установил суд и конкретные основания для продления обвиняемой в качестве меры пресечения – содержание под стражей, которые, вопреки доводам поданных апелляционных жалоб, нашли свое обоснование в оспариваемом постановлении и не потеряли своей актуальности. 

В частности, как верно установлено судом, ФИО2 обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы на длительный срок, семьей не обременена, лиц, находящихся на иждивении, не имеет, и в настоящее время не трудоустроена, то есть постоянного источника дохода не имеет. Правильно указал суд и о том, что, несмотря на завершение расследования, лицо, в интересах которого, согласно предъявленному обвинению, ФИО2 выступала в качестве посредника при даче взятки, и в отношении которого (дд.мм.гг.) в отдельное производство выделено уголовное дело, возбужденное по ч.5 ст.291 УК РФ, до настоящего времени не установлено. 

Поэтому, при таких обстоятельствах суд пришел к верному выводу, что, оказавшись на свободе, ФИО2, не обремененная тесными родственными и семейными связями, под тяжестью предъявленного обвинения может скрыться от суда, либо встретиться с неустановленным лицом и согласовать с ним позицию по делу в свою пользу, чем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Также судом правильно отмечено, что в ходе судебного разбирательства к ФИО2 уже применялась альтернативная мера пресечения в виде домашнего ареста, но она допустила нарушения запретов и ограничений, выразившихся (дд.мм.гг.) в контактах с лицами, не указанными в постановлении суда. 

Следовательно, при таких обстоятельствах, когда поведение подсудимой, не соответствующее поведению лица, в отношении которого избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, явилось основанием для последующей отмены судом апелляционной инстанции постановления от (дд.мм.гг.) о продлении ей срока домашнего ареста с изменением ранее избранной меры пресечения на заключение под стражу, решение суда о продлении ФИО2 срока содержания под стражей следует признать обоснованным. 

Поданное защитниками и подсудимой ходатайство об изменении ФИО2 меры пресечения в виде содержания под стражей на более мягкую – в виде домашнего ареста либо залога также рассмотрено судом надлежащим образом, с приведением конкретных мотивов отказа в его удовлетворении, в связи с чем у суда апелляционной инстанции оснований для пересмотра состоявшего решения по этому вопросу, не имеется. 

Вопреки доводам поданных жалоб срок, до которого судом установлено содержание подсудимой под стражей, описанных выше пределов и правил статьи 255 УПК РФ, не нарушает. Представленные в деле документы определенно подтверждают, что общий срок содержания под стражей ФИО2 с момента поступления уголовного дела в суд (02.02.2021г) с учетом обжалуемого постановления составляет 6 месяцев, а срок домашнего ареста – 1 месяц 29 дней. 

В связи с этим доводы адвокатов об имевшем, якобы, нарушении исчисления общих сроков содержания под стражей в суде первой инстанции являются не состоятельными, и фактически относятся к вопросу, касающемуся зачета различных мер пресечения при назначении наказания после рассмотрения уголовного дела по существу в ходе вынесения приговора. 

Доводы жалобы адвоката Кощеева А.С. о том, что при расследовании дела имело место нарушение ФИО2 права на защиту, также относятся к доводам, касающимся рассмотрения уголовного дела по существу, и к предмету настоящего процесса отношения не имеют, в связи с чем рассмотрению судом апелляционной инстанции не подлежат. 

Не имеется оснований для признания обжалуемого постановления незаконным и в связи с высказанным в суде апелляционной инстанции адвокатом Кравцовым А.В. сомнением о законности предшествующих решений о мере пресечения ФИО2, вынесенных после поступления ее уголовного дела в Псковский городской суд с обвинительным заключением, т.к. все указанные адвокатом решения вступили в законную силу и предметом рассмотрения в суде апелляционной инстанции не являются. 

Иных нарушений требований уголовно-процессуального закона при рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции также не допущено. 

В материалах дела, действительно, имеются медицинские документы, подтверждающие состояние здоровья ФИО2 в период нахождения под домашним арестом, прохождение ею обследований, установленные диагнозы, факты обращения к различным врачам. Однако эти сведения, как и наличие заболеваний у обвиняемой, о невозможности пребывания под стражей не свидетельствуют, а из медицинской справки, представленной в суд из 

<

****>, следует, что состояние здоровья у ФИО2 удовлетворительное и необходимая медицинская помощь в следственном изоляторе ей оказывается. 

Таким образом, принимая во внимание изложенное, оснований для отмены постановления в отношении подсудимой ФИО2 либо об изменении ей меры пресечения и освобождении из-под стражи, в том числе и по доводам поданных адвокатами апелляционных жалоб, суд не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 389.19; 389.20 ч. 1 п. 1; 389.28; 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Псковского городского суда от 7 июня 2021 года в отношении обвиняемой ФИО2 о продлении ей срока содержания под стражей, оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвокатов Кравцова А.В. и Кощеева А.С. - без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции г. Санкт-Петербурга.

Председательствующий: