Судья первой инстанции – Коломийцева О.П. по делу № 22-1998/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

23 июля 2020 года г. Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Трофимовой Р.Р., 

при помощнике судьи Роговой А.А., 

с участием прокурора Барановой М.И., осужденного ФИО1 посредством видеоконференц-связи, его защитника – адвоката Блиндар М.В., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе (основной и дополнительным) осужденного ФИО1 и по апелляционному представлению (основному и дополнительному) и.о. Усть-Илимского межрайонного прокурора Иркутской области Мироновой Т.Г. на приговор Усть-Илимского городского суда Иркутской области от 18 марта 2020 года, которым 

ФИО1, (данные изъяты), гражданин РФ, судимый: 

- 19.02.2019 Усть-Илимским городским судом Иркутской области по п. «в» ч. 2 ст. 158, п. «в» ч. 2 ст. 158, п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ, к 2 годам 6 месяцам лишения свободы условно, с испытательным сроком 2 года (содержался под стражей с 30.09.2018 по 19.02.2019),

- 02.08.2019 Усть-Илимским городским судом Иркутской области по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 6 месяцам исправительных работ, с удержанием 10% заработной платы в доход государства ежемесячно, 

- 06.12.2019 Братским городским судом Иркутской области по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ (частичное сложение наказаний с приговором от 02.08.2019), к исправительным работам на срок 1 год 11 месяцев, с удержанием 10% заработной платы в доход государства, с зачетом времени содержания под стражей по приговорам от 02.08.2019 и 06.12.2019, 

осужден по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 7 месяцам лишения свободы,

по ч. 1 ст. 159 УК РФ к 1 году лишения свободы,

по ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 159 УК РФ к 9 месяцам лишения свободы,

по ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 158 УК РФ к 9 месяцам лишения свободы,

по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначено наказание в 2 года 6 месяцев лишения свободы. 

На основании с ч. 5 ст. 69, 71 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного (в 1 месяц лишения свободы) сложения назначенного наказания с наказанием по приговору суда от 06.12.2019, назначено наказание в виде 2 лет 7 месяцев лишения свободы. 

В соответствии с ч. 4 ст.74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору суда от 19.02.2019.

На основании ст. 70 УК РФ к назначенному наказанию частично (в 1 год 3 месяца лишения свободы) присоединено не отбытое наказание по приговору суда от 19.02.2019, по совокупности приговоров назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. 

Мера пресечения оставлена в виде заключения под стражу, срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей с 14.09.2019 по 17.03.2020, и с 18.03.2020 до вступления приговора в законную силу, а также время содержания под стражей по приговору суда от 19.02.2019: с 30.09.2018 по 19.02.2019 зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

С ФИО1 взыскано: в пользу ООО «Торгсервис 238» – 19 815,86 рублей, в пользу потерпевшей У. – 18 087,48 рублей, в пользу потерпевшей Ц. – 7 000 рублей. 

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

По докладу председательствующего, выслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции

установил:

указанным приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за совершение в г. Усть-Илимске Иркутской области тайного хищения имущества У., покушения на тайное хищение имущества ИП Ж., хищения путем обмана имущества ООО «Торгсервис 238», покушения на хищение путем обмана имущества ООО «Торгсервис 238», тайного хищения имущества Ц., с причинением последней значительного ущерба, при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора. 

В заседании суда первой инстанции ФИО1 вину в совершении преступлений признал полностью. 

В апелляционной жалобе (основной) осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором, указывая на его несправедливость вследствие чрезмерной суровости назначенного наказания, которое, по его мнению, не соответствует тяжести совершенных преступлений и личности осужденного. 

Цитируя указанные в приговоре обстоятельства по характеристике его личности, смягчающие наказание обстоятельства, учтенные судом, считает, что суд необъективно подошел к его личности, характеризующему материалу, его поведению до и после совершения преступлений, всем обстоятельствам дела, что отразилось на суровости постановленного в отношении него приговора. В обоснование доводов ссылается на положительно характеризующие его сведения, указанные в приговорах судов от 19 февраля, 02 августа и 06 декабря 2019 года, и полагает, что данные приговоры не были исследованы в полном объеме, а собранный органом предварительного следствия материал, в частности, характеристика участкового уполномоченного полиции, не соответствует действительности. Считает, что при наличии противоречий в характеристиках, изложенных в указанных приговорах и приобщенных к настоящему делу, данных через небольшой промежуток времени, суд должен был усомниться в предоставленной характеристике участкового, которую находит не обоснованной, не соответствующей действительности, учтенной судом как отрицательной. 

Указывает, что поскольку преступление небольшой тяжести от 24 февраля 2019 года он совершил до вступления в законную силу приговора от 19 февраля 2019 года, суд мог сохранить ему условное осуждение по указанному приговору и продлить испытательный срок с дополнительным видом наказания.

Оспаривая решение суда о признании рецидива к совершенному им 05 августа 2019 года преступлению указывает, что хищение имущества ИП Ж. имело место до вступления в законную силу приговора от 02 августа 2019 года, вследствие чего суд назначил ему более строгое наказание.

Также обращает внимание, что несмотря на то, что он содержался под стражей по оспариваемому приговору, Братским городским судом Иркутской области в отношении него рассматривалось дело, где суд, исследовав полные данные по характеристике его личности, назначил ему наказание, не связанное с лишением свободы, а при вынесении приговора судья ему сказала, что у него имеется возможность и по данному делу получить наказание, не связанное с изоляции от общества, но суд не принял это во внимание.

Отмечает, что фактически он был задержан 13 сентября 2019 года, что следует из данного ему прокуратурой ответа, который просит рассмотреть по существу, как и допросить сотрудников полиции о времени его задержания, а протокол от 14 сентября 2019 года, учтенный судом при зачете времени содержания его под стражей, признать незаконным и необоснованным.

На основании изложенного просит время содержания под стражей считать с 13 сентября 2019 года, применить в отношении него меру наказания, не связанную с лишением свободы, и применить ст. 73 УК РФ либо исправительные работы с удержанием 10% заработка в доход государства, либо рассмотреть принудительные работы, или изменить вид режима на колонию-поселение.

В дополнениях к апелляционной жалобе ФИО1 со ссылкой на положения ст. 297 УПК РФ, ст. 60 УК РФ находит приговор незаконным, необоснованным и подлежащим изменению, в дальнейшем ссылаясь на положения ч. 4 ст. 7, ст. 297, 307, 389.15, ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ, полагает приговор подлежащим отмене. Считает, что судом не в полной мере исследованы данные о его личности, имеющие существенное значение для определения вида и размера наказания, которые оказалось невозможным восполнить в судебном заседании вследствие неполноты произведенного дознания. В обоснование доводов указывает, что 11 марта 2020 года в адрес судьи, рассматривающей дело, им было направлено письмо, в котором он просил не назначать ему суровое наказание в связи с тяжелой жизненной ситуацией, связанной с тем, что он является круглой сиротой и после выпуска из детского дома не может получить собственное жилье, что он пытался довести до сведения суда и что подтверждается приобщенным документом. Отмечает, что данное обращение не было судом исследовано и взято во внимание, хотя, полагает, что нахождение в тяжелой жизненной ситуации, связанной с отсутствием у него постоянного места жительства, с невыплатой ему заработной платы по месту неофициального трудоустройства, в связи с чем он был вынужден искать денежные средства на стороне, является смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ. Просит в силу указанной нормы уголовного закона признать по всем совершенным им преступлениям данное обстоятельство смягчающим наказание, а также исключительным наряду с другими установленными судом смягчающими наказание обстоятельствами, и применить положения ст. 64 УК РФ, назначив более мягкое наказание, чем предусмотрено за совершенные преступления; в соответствии с положениями п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ назначить отбывание наказания в колонии-поселении; удовлетворить доводы основного и дополнительного апелляционных представлений; смягчить назначенное ему в порядке ч. 5 ст. 69, ст. 71 и 70 УК РФ наказание по совокупности преступлений и приговоров.

В возражениях на апелляционную жалобу (основную и дополнительную) государственный обвинитель Петрова И.К. полагает апелляционные доводы не подлежащими удовлетворению в той части, в которой приговор не оспаривается прокурором.

В апелляционном представлении (основном и дополнительном) и.о. Усть-Илимского межрайонного прокурора Иркутской области Миронова Т.Г. со ссылкой на положения ст. 297 УПК РФ считает постановленный в отношении ФИО1 приговор незаконным, необоснованным и подлежащим изменению в связи с неправильным применением норм уголовного закона. 

В обоснование доводов указывает, что при применении положений ст. 70 УК РФ о частичном в 1 год 3 месяца лишения свободы присоединении не отбытого наказания по приговору суда от 19 февраля 2019 года к назначенному по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ наказанию в 2 года 7 месяцев лишения свободы, суд окончательно назначил наказание в 4 года лишения свободы, тогда как при сложении наказания таковое составляет 3 года 10 месяцев лишения свободы.

Кроме того, отмечает, что при применении п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ суд зачел ФИО1 время содержания его под стражей по данному делу с 14 сентября 2019 года, что подтверждается протоколом задержания в порядке ст. 91 УПК РФ, однако фактическим временем задержания ФИО2 следует считать 13 сентября 2019 года, когда он был задержан в г. Братске, после чего доставлен в г. Усть-Илимск Иркутской области организатору розыска.

Просит приговор Усть-Илимского городского суда Иркутской области от 18 марта 2020 года в отношении ФИО1 изменить: в резолютивной части приговора при определении окончательного наказания в порядке ст. 70 УК РФ изменить размер наказания, снизив его до 3 лет 10 месяцев лишения свободы, изменить зачет времени содержания ФИО1 под стражей: с 13.09.2019 по 17.03.2020, и с 18.03.2020 до вступления приговора в законную силу, а также время содержания под стражей по приговору суда от 19.02.2019: с 30.09.2018 по 19.02.2019 в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима

В заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и его защитник – адвокат Блиндар М.В. доводы апелляционной жалобы с дополнениями к ней, а также доводы апелляционного представления (основного и дополнительного) поддержали в полном объеме, прокурор Баранова М.И. полагала доводы апелляционной жалобы обоснованными в части, просила об удовлетворении доводов апелляционного представления с дополнениями к нему и об изменении приговора со смягчением назначенного ФИО1 наказания за преступления от 24 февраля и 05 августа 2019 года, а также по совокупности преступлений и приговоров, о зачете времени содержания под стражей по данному делу с 13 сентября 2019 года.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления с дополнениями к ним, представленных возражений на жалобу и дополнения к ней, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Вина осужденного ФИО1 в совершении преступлений, за которые он осужден, при обстоятельствах, изложенных в приговоре, установлена судом на основании доказательств, которые представлены сторонами, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, исследованы в судебном заседании с участием сторон и надлежаще оценены в соответствии со ст. 17, 88 УПК РФ. Обстоятельства, при которых совершены преступления, и которые в силу ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию, судом установлены верно.

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступлений, не оспоренные стороной защиты, являются правильными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах, полно, подробно и правильно изложенных в приговоре.

Так, в подтверждение виновности ФИО1 в содеянном, суд обоснованно сослался в приговоре на его признательные показания, в том числе данные на месте преступлений, об обстоятельствах совершенных им 24 февраля, 05, 17 и 26 августа 2019 года хищений чужого имущества, соответствующих фактическим обстоятельствам дела и подтвержденных другими доказательствами, в том числе: 

- явкой с повинной по хищению имущества У., заявлением и показаниями потерпевшей У. о месте, времени и обстоятельствах тайного хищения ее денежных средств, данными осмотра магазина и кабинета, где находилась сумочка потерпевшей, сведениями финансовой организации; 

- показаниями представителя ИП Ж. – С. о месте, времени и обстоятельствах совершения ФИО1 хищения товарно-материальных ценностей, количестве, наименовании и стоимости похищенного, показаниями свидетеля З. о том, что по монитору она видела, как ФИО1, не заплатив за товар, выкатил тележку с похищенным из торгового зала, свидетеля Ф. (в том числе в ходе очной ставки) о задержании ФИО1 с похищенным имуществом, свидетелей И., Щ. о доставлении последнего в полицию, данными осмотра магазина «Абсолют», где была обнаружена приготовленная к хищению тележка с продуктами, данными осмотра видеозаписи с камер наблюдения, сведениями, представленными в заявлении о хищении, справке об ущербе, акте инвентаризации ИП Ж., копиях товарно-транспортных накладных,

- показаниями представителя ООО «Торгсервис 238» Л. о месте, времени и обстоятельствах совершения ФИО1 хищения и покушения на хищение товарно-материальных ценностей из магазина «Светофор», количестве, наименовании и стоимости похищенного имущества, а также имущества, на хищение которого ФИО1 покушался, показаниями свидетелей Ш., Г., указавших на ФИО1, как на лицо, совершившее и покушавшееся на совершение хищений путем обмана товара из магазина «Светофор», показаниями свидетеля Р. о приобретении у ФИО1 телевизора, данными осмотра места происшествия, видеозаписи с камер наблюдения, сведениями, представленными в заявлениях Л. о хищениях, справках об ущербе, товарных накладных, счетах-фактурах,

- показаниями потерпевшей Ц. о месте, времени и обстоятельствах хищения ее имущества, показаниями свидетелей Б., В., указавших на ФИО1, как посетителя магазина, после ухода которого пропала сумка, свидетелей Ю. и А., подтвердивших показания потерпевшей о хищении ее сумки, в которой находились денежные средства в сумме 50 000 рублей, данными осмотра места происшествия, осмотра местности, очных ставок и иными письменными доказательствами. 

Все представленные по делу доказательства получили в приговоре суда надлежащую оценку. Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда о допустимости, относимости и достоверности данных доказательств, которые согласуются между собой, дополняют друг друга, подтверждают одни и те же обстоятельства, значимые для дела, в своей совокупности свидетельствуют о доказанности вины ФИО1 в совершении хищений, в том числе, не доведенных до конца по не зависящим от него обстоятельствам. После исследования доказательств и их оценки у суда обоснованно не осталось сомнений в виновности ФИО1, с чем не может не согласиться и суд апелляционной инстанции.

Материалы дела не содержат данных, порочащих правильность оценки доказательств, которая, как и виновность осужденного, не оспаривается сторонами, не представлено таковых и суду апелляционной инстанции. 

Правильно установив фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступлений, суд дал верную юридическую оценку действиям виновного, квалифицировав их по ч. 1 ст. 158 УК РФ (тайное хищение имущества У.), по ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 158 УК РФ (покушение на тайное хищение имущества ИП Ж.), по ч. 1 ст. 159 УК РФ (хищение путем обмана имущества ООО «Торгсервис 238), ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 159 УК РФ (покушение на хищение путем обмана имущества ООО «Торгсервис 238), по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (тайное хищение чужого имущества, с причинением Ц. значительного ущерба). 

По мнению суда апелляционной инстанции, уголовное дело в отношении ФИО1 рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. Как видно из протокола судебного заседания, суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. При этом сторона защиты активно пользовалась правами, предоставленными законом, в том числе, при исследовании доказательств, при разрешении процессуальных вопросов. Вопреки доводам осужденного, из материалов дела не следует, что ФИО1 приобщались для исследования дополнительно характеризующие его материалы, а из протокола судебного заседания не следует, что он заявлял об этом ходатайства. Замечаний на протокол судебного заседания стороной защиты не приносилось.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление приговора по делу, и влекут его отмену либо изменение, не установлено.

Психическое состояние здоровья ФИО1 у суда первой инстанции обоснованно не вызвало сомнений исходя из данных о его личности, поведения в судебном заседании, а также заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов № 203. 

Обсуждая апелляционные доводы о несправедливости и суровости назначенного наказания, а также о допущенных нарушениях уголовного закона, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

В силу ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, либо наказание, которое, хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, но по своему виду или размеру является несправедливым, как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости.

Согласно ч. 1 ст. 6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. 

Как следует из приговора, при назначении ФИО1 наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенных корыстных преступлений против чужой собственности, относящихся к категориям небольшой и средней тяжести, наличие обстоятельств, смягчающих наказание, отсутствие отягчающих таковое, полные данные о личности осужденного, с учетом всей совокупности характеризующего его материала, влияние назначенного наказания на исправление ФИО2 и на условия жизни его семьи.

Как видно из приговора, в качестве обстоятельств, смягчающих наказание в соответствии с п. «г, и» ч. 1 и ч. 2 ст. 61 УК РФ, суд учел осужденному наличие малолетнего ребенка, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений путем дачи признательных показаний, проверки показаний на месте, явку с повинной по хищению имущества У., активное способствование розыску имущества Ц., добытого в результате преступления, признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья (наличие заболеваний), принесение извинений потерпевшим.

Таким образом, все приведенные в жалобе обстоятельства были исследованы и учтены при назначении наказания. Доводы стороны защиты о недостаточности учета этих обстоятельств при назначении наказания, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Новых данных о наличии смягчающих наказание обстоятельств, которые не были известны суду первой инстанции, либо которые, в силу требований закона, могут являться безусловным основанием для смягчения назначенного осужденному наказания, суду апелляционной инстанции не представлено. 

Не являются таковыми доводы апелляционной жалобы и сведения о том, что ФИО1 не предоставлено жилье, поскольку данные обстоятельства не свидетельствуют о стечении тяжелых жизненных обстоятельств, в силу которых осужденный совершал хищения. Не могут рассматриваться в качестве таковых и ссылки осужденного на финансовые трудности, поскольку из исследованных судом материалов дела и пояснений осужденного следует, что, несмотря на то, что остался без попечения родителей, ФИО1 на момент совершения преступлений состоял в фактических семейных отношениях, постоянно работал, имел доходы, кроме полутора месяцев, в течение которых был трудоустроен в (данные изъяты), вместе с тем в центр занятости для трудоустройства не обращался, на прямые вопросы участников процесса о наличии проблемных жизненных ситуаций не заявил.

В связи с этим, вопреки доводам ФИО1, оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством положений, предусмотренных п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Назначая ФИО1 наказание, суд исследовал и оценил все представленные в материалах дела сведения по характеристике личности осужденного, обоснованно принял во внимание и учел то, что последний судим за совершение аналогичных преступлений против чужой собственности, а также сведения, представленные по месту нахождения в г. Усть-Илимске, по месту отбывания предыдущего наказания. 

Доводы осужденного о несоответствии данных сведений действительности суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку они представлены должностными лицами в рамках своих полномочий, не доверять им оснований не имеется. Ссылки ФИО1 на характеризующие его сведения, учтенные при постановлении иных приговоров, также отклоняются как несостоятельные, учитывая то, что таковые предоставлялись в рамках расследования и рассмотрения иных уголовных дел, за иной временной период.

Суд апелляционной инстанции находит верными выводы суда о наличии в действиях ФИО1 рецидива по преступлениям, совершенным последним 17 и 26 августа 2019 года, и назначении за них наказания по правилам ч. 2 ст. 68 УК РФ, без учета положений ч. 1 ст. 62 УК РФ ввиду имеющегося по ним отягчающего наказание обстоятельства.

С учетом данных о личности ФИО1, конкретных обстоятельств дела, суд счел необходимым назначить последнему наказание только в виде лишения свободы, при этом оснований для применения положений ст. 64, 73, ч. 3 ст. 68 УК РФ, для освобождения от наказания, а также для изменения на менее тяжкую категории преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 158 УК РФ, не усмотрел, с чем нельзя не согласиться. Выводы суда первой инстанции мотивированы и обоснованы.

Вопреки доводам осужденного, суд апелляционной инстанции также не усматривает исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью виновного, его поведением до и после совершения преступлений, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного и давали основания для применения ст. 64 УК РФ, а также ч. 3 ст. 68 УК РФ по преступлениям, совершенным при рецидиве.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции находит обоснованными доводы апелляционной жалобы осужденного об отсутствии рецидива при совершении им преступления 05 августа 2019 года.

Так, в силу ч. 1 ст. 18 УК РФ рецидивом преступлений признается совершение умышленного преступления лицом, имеющим судимость за ранее совершенное умышленное преступление.

Лицо, осужденное за совершение преступления, считается судимым со дня вступления обвинительного приговора суда в законную силу до момента погашения или снятия судимости. Судимость учитывается при рецидиве преступлений, назначении наказания и влечет за собой иные правовые последствия в случаях и в порядке, которые установлены федеральными законами (ч. 1 ст. 86 УК РФ).

Согласно положениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами уголовного наказания», совершение нового преступления до вступления предыдущего приговора в законную силу не образует рецидива преступлений.

При таких обстоятельствах судимость по приговору от 02 августа 2019 года, вступившего в законную силу 13 августа 2019 года, для преступления от 05 августа 2019 года по настоящему делу не образует рецидива преступлений, следовательно, из приговора подлежит исключению указание на назначение ФИО1 наказания за данное преступление с применением ч. 2 ст. 68 УК РФ, вместе с тем, при назначении наказание за хищение, совершенное 05 августа 2019 года, подлежат применению положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, согласно которым при наличии смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 62 УК РФ, и отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока, предусмотренного санкцией соответствующей статьи.

Кроме того, назначая наказание за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 158 УК РФ, суд не учел, что оно совершено 24 февраля 2019 года, то есть до вступления в законную силу ранее вынесенного в отношении ФИО1 приговора от 19 февраля 2019 года, то есть в соответствии с ч. 1 ст. 86 УК РФ на момент совершения преступления он считался лицом, впервые совершившим преступление, следовательно, в отношении него применимы положения ч. 1 ст. 56 УК РФ, согласно которым наказание в виде лишения свободы не может быть назначено осужденному, совершившему впервые преступление небольшой тяжести при отсутствии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции находит необходимым назначить ФИО1 наказание за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 158 УК РФ, с применением положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, а также с учетом требований ч. 3 ст. 66 УК РФ, в виде 6 месяцев лишения свободы, за совершенное им преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 158 УК РФ, в виде исправительных работ сроком на 10 месяцев, с удержанием 10% заработной платы в доход государства.

Как видно из приговора, назначив ФИО1 за совершение остальных преступлений сроки лишения свободы не в максимальном размере, без дополнительного вида наказания по ч. 2 ст. 158 УК РФ, суд учел все смягчающие наказание обстоятельства, а также иные обстоятельства, заслуживающие внимание и имеющие значение для принятия решения по данному вопросу при постановлении приговора, поэтому оснований для признания его чрезмерно суровым не имеется.

При назначении наказания по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 159 УК РФ, суд верно учел положения ч. 3 ст. 66 УК РФ.

Принимая во внимание, что судом апелляционной инстанции вносятся изменения в приговор в части назначенного наказания за два из совершенных ФИО1 преступлений, наказание по совокупности преступлений подлежит назначению ФИО1 с применением ст. 71 УК РФ, по правилам ч. 2 и 5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, учитывая обстоятельства дела, количество и характер совершенных им преступлений.

Отменяя условное осуждение по приговору Усть-Илимского городского суда Иркутской области от 19 февраля 2019 года и присоединяя в порядке ст. 70 УК РФ частично неотбытую часть наказания, суд обоснованно применил положения ч. 4 ст. 74 УК РФ, приняв во внимание и учтя данные о личности ФИО1, совершившего в период испытательного срока неоднократные преступления, что свидетельствует о том, что исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось для него недостаточным. 

Согласно п. 44, 56 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами уголовного наказания», в случае совершения лицом нового преступления после провозглашения приговора за предыдущее преступление судам следует исходить из того, что, поскольку вынесение приговора завершается его публичным провозглашением, правила назначения наказания по совокупности приговоров (ст. 70 УК РФ) применяются и тогда, когда на момент совершения преступления осужденным лицом нового преступления первый приговор не вступил в законную силу. 

Таким образом, вопреки апелляционным доводам осужденного, суд первой инстанции правильно применил положения ст. 70 УК РФ о назначении наказания за все совершенные преступления по совокупности приговоров.

При этом суд находит обоснованными доводы апелляционного преставления прокурора о нарушении судом требований уголовного закона при назначении наказания в порядке ст. 70 УК РФ, которое по размеру не соответствует сроку наказания, назначенному по совокупности преступлений и присоединенному в определенном судом размере.

С учетом требований представления, а также с учетом вносимых судом апелляционной инстанции изменений в приговор в части вида и размера наказаний, назначенных за отдельные преступления и по совокупности преступлений, срок наказания по совокупности приговоров в порядке ст. 70 УК РФ также подлежит снижению.

Однако, суд апелляционной инстанции, также как и суд первой инстанции, находит, что для ФИО1 именно наказание в виде лишения свободы в условиях изоляции от общества соответствует целям наказания – восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденного, предупреждению совершения им новых преступлений, поэтому оснований для применения положений ст. 73 УК РФ не усматривает.

Вопреки доводам осужденного, назначение по приговору Братского городского суда Иркутской области наказания в виде исправительных работ не обуславливает назначение наказания, не связанного с лишением свободы, за совершение иных преступлений. 

Вид исправительного учреждения ФИО1 назначен в соответствии с требованиями п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ в исправительной колонии общего режима. Оснований для назначения отбывания наказания в колонии-поселении, как о том просит осужденный, суд апелляционной инстанции не усматривает, учитывая, что приговором Усть-Илимского городского суда Иркутской области от 19 февраля 2019 года, наказание по которому присоединено в порядке ст. 70 УК РФ, ФИО1 осужден, в том числе, за тяжкое преступление, предусмотренное п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ. 

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции находит обоснованными доводы осужденного и прокурора о необходимости внесения в приговор изменений в части периода, зачтенного ФИО1 в срок лишения свободы, поскольку из представленных материалов следует, что фактическое задержание ФИО1 имело место 13 сентября 2019 года. Несмотря на это, оснований для признания незаконным протокола задержания, как на то указано осужденным, не имеется.

Кроме того, поскольку наказание ФИО1 назначается по совокупности преступлений в порядке ч. 5 ст. 69 УК РФ с приговором Братского городского суда Иркутской области от 06 декабря 2019 года, которым произведен зачет периода содержания под стражей по предыдущему приговору от 02 августа 2019 года: с 06 апреля по 02 августа 2019 года, не вошедшего в иные сроки нахождения под стражей до постановления приговоров, то таковой подлежит зачету в окончательно назначенный срок лишения свободы в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

При таких обстоятельствах апелляционное представление прокурора Мироновой Т.Г. подлежит полному удовлетворению, апелляционные доводы осужденного ФИО1 подлежат частичному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Усть-Илимского городского суда Иркутской области от 18 марта 2020 года в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на совершение преступления 05 августа 2019 года при рецидиве и ссылку на назначение наказания за данное преступление с применением ч. 2 ст. 68 УК РФ,

- назначить наказание за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 158 УК РФ, совершенное 05 августа 2019 года в отношении имущества ИП Ж., с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ, в виде лишения свободы сроком на 6 месяцев,

- назначить наказание за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 158 УК РФ, совершенное 24 февраля 2019 года в отношении имущества У., в виде исправительных работ на срок 10 месяцев с удержанием 10% заработной платы в доход государства,

- в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ, с применением ст. 71 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначить наказание в виде лишения свободы на срок 2 года,

- на основании ч. 5 ст. 69, ст. 71 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору Братского городского суда Иркутской области от 06 декабря 2019 года, назначить наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 1 месяц,

- в силу ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров, к вновь назначенному наказанию присоединить частично в 1 год 3 месяца лишения свободы не отбытое наказание по приговору Усть-Илимского городского суда Иркутской области от 19 февраля 2019 года, окончательно назначив наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года 4 (четыре) месяца, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима,

- в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок наказания время содержания под стражей до постановления приговоров суда от 19 февраля 2019 года: с 30.09.2018 по 19.02.2019, от 02 августа 2019 года: с 06.04.2019 по 02.08.2019, а также рассматриваемого приговора: с 13.09.2019 по 22.07.2020 из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционную жалобу (основную и дополнительную) осужденного ФИО1 удовлетворить частично, апелляционное представление (основное и дополнительное) и.о. Усть-Илимского межрайонного прокурора Мироновой Т.Г. удовлетворить в полном объеме.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий Р.Р. Трофимова