Гражданское дело № 2-54/2019

УИД: 66RS0032-01-2018-001061-04

В окончательном виде 

решение

 изготовлено 14 июня 2019 года

РЕШЕНИЕ 

Именем Российской Федерации

г. Кировград Свердловской области

11 июня 2019 года

Кировградский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Доевой И.Б.,

при секретаре Шиловой И.А.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика и третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО2, действующей на основании доверенностей от 09 января 2019 года и № 68/ТО/40-13 от 14 марта 2017 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-54/2019 по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению исправительная колония № 46 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области об оспаривании порядка, назначения, проведения, результатов аттестации, служебной проверки, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 к Федеральному казенному учреждению исправительная колония № 46 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области (далее по тексту – ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области) об оспаривании порядка, назначения, проведения, результатов аттестации от 01 октября 2018 года, служебной проверки от 11 октября 2018 года, компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указано, что с 03 мая 2017 года истец проходил службу в ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области в должности младшего инспектора группы надзора отдела безопасности, в специальном звании прапорщик внутренней службы. Приказом от 09 ноября 2018 года № 150-лс ФИО1 уволен на основании пункта 6 части 2 статьи 84 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» (далее Федеральный закон от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ), в связи с грубым нарушением служебной дисциплины. Полагает, что послужившие основанием к увольнению аттестация от 01 октября 2018 года, заключение служебной проверки от 11 октября 2018 года являются незаконными, по мотиву нарушения порядка их назначения, проведения, не отвечают критериям полноты, объективности и всесторонности, не содержат доказательств неисполнения либо ненадлежащего исполнения истцом должностных обязанностей, вследствие чего оснований для расторжения с ФИО1, реализовавшим право на увольнение из уголовно-исполнительной системы по пункту 2 части 2 статьи 84 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ (по инициативе сотрудника), путем подачи соответствующих рапортов, служебного контракта по инициативе представителя нанимателя, необоснованно отказавшего в их реализации, не имеется. Вследствие неправомерных действий органа уголовно-исполнительной системы нарушены личные неимущественные права ФИО1

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования и доводы, изложенные в исковом заявлении поддержали; просил исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика и третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО2, действующая на основании доверенностей от 09 января 2019 года и № 68/ТО/40-13 от 14 марта 2017 года, в судебном заседании исковые требования не признала, просила в удовлетворении иска отказать по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление, указывая на их необоснованность. 

Заслушав объяснения истца, представителя ответчика и третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, исследовав и оценив представленные по делу доказательства в совокупности, суд находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части первой статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, конкретизирующей статью 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены в том числе из показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При этом, оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможности оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы. Иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное в части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным.

В соответствии с частью 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 с 03 мая 2017 года проходил службу в ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области в должности младшего инспектора группы надзора отдела безопасности, в специальном звании прапорщик внутренней службы. 

Приказом от 09 ноября 2018 года № 150-лс ФИО1 уволен на основании пункта 6 части 2 статьи 84 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ в связи с грубым нарушением служебной дисциплины.

В качестве основания принятия данного приказа указаны заключение о результатах служебной проверки ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области от 11 октября 2018 года, акты об отсутствии ФИО1 на рабочем месте № 1 от 23 октября 2018 года, № 2 от 01 ноября 2018 года, № 3 от 02 ноября 2018 года, № 4 от 06 ноября 2018 года, № 5 от 07 ноября 2018 года, № 6 от 08 ноября 2018 года, № 7 от 09 ноября 2018 года, акт об отказе от дачи объяснений от 09 ноября 2018 года, письмо ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области от 02 ноября 2018 года № 68/46/6-8110.

Указанный приказ являлся предметом судебной проверки при рассмотрении Невьянским городским судом Свердловской области гражданского дела № 2-1025/2018 по иску ФИО1 к ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области о защите служебных прав. 

Решением Невьянского городского суда Свердловской области от 04 декабря 2018 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 09 апреля 2019 года, в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано в полном объеме.

Инициируя настоящий спор, истец указал, что заключение служебной проверки от 11 октября 2018 года являются незаконными, по мотиву нарушения порядка назначения и проведения, не отвечают критериям полноты, объективности и всесторонности, не содержат доказательств неисполнения либо ненадлежащего исполнения истцом должностных обязанностей.

Оценивая доводы истца в указанной части, суд приходит к следующим выводам.

01 августа 2018 года вступил в силу Федеральный закон от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ, в соответствии с частью 1 статьи 2 которого предметом регулирования данного Федерального закона являются правоотношения, связанные с поступлением на службу в уголовно-исполнительной системе, ее прохождением и прекращением, а также с определением правового положения (статуса) сотрудника.

В силу положений статьи 54 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ служебная проверка проводится по решению руководителя федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченного руководителя либо по заявлению сотрудника при необходимости выявления причин, характера и обстоятельств совершенного сотрудником дисциплинарного проступка, подтверждения наличия или отсутствия обстоятельств, предусмотренных статьей 14 названного Федерального закона (часть 1). 

В проведении служебной проверки не может участвовать сотрудник, прямо или косвенно заинтересованный в ее результатах. В этом случае он обязан подать руководителю федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченному руководителю, принявшим решение о проведении служебной проверки, рапорт об освобождении его от участия в проведении этой проверки. При несоблюдении указанного требования результаты служебной проверки считаются недействительными, а срок проверки, установленный частью 4 настоящей статьи, продлевается на 10 рабочих дней (часть 2). 

При проведении служебной проверки в отношении сотрудника должны быть приняты меры по объективному и всестороннему установлению: 1) фактов и обстоятельств совершения сотрудником дисциплинарного проступка; 2) вины сотрудника; 3) причин и условий, способствовавших совершению сотрудником дисциплинарного проступка; 4) характера и размера вреда, причиненного сотрудником в результате совершения дисциплинарного проступка; 5) наличия или отсутствия обстоятельств, препятствующих прохождению сотрудником службы в уголовно-исполнительной системе (часть 3). 

Служебная проверка проводится в течение 30 дней со дня принятия решения о ее проведении. Срок проведения служебной проверки по решению руководителя федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченного руководителя может быть продлен, но не более чем на 30 дней. В срок проведения служебной проверки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, в отношении которого проводится служебная проверка, нахождения его в отпуске или командировке, а также время отсутствия сотрудника на службе по иным уважительным причинам (часть 4).

Результаты служебной проверки представляются руководителю федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченному руководителю, принявшим решение о проведении служебной проверки, в письменной форме в виде заключения не позднее чем через три рабочих дня со дня завершения проверки. Указанное заключение утверждается руководителем федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченным руководителем, принявшими решение о проведении служебной проверки, не позднее чем через пять рабочих дней со дня представления заключения (часть 5).

Сотрудник, в отношении которого проводится служебная проверка: 1) обязан давать объяснения в письменной форме по обстоятельствам проведения служебной проверки, если это не связано со свидетельствованием против самого себя; 2) имеет право: а) представлять заявления, ходатайства и иные документы; б) обжаловать решения и действия (бездействие) сотрудников, проводящих служебную проверку, руководителю федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченному руководителю, принявшим решение о проведении служебной проверки; в) ознакомиться с заключением по результатам служебной проверки, если это не противоречит требованиям неразглашения сведений, составляющих государственную и иную охраняемую законом тайну; г) потребовать провести проверку своих объяснений с помощью психофизиологических исследований (часть 6).

В заключении по результатам служебной проверки указываются: 1) установленные факты и обстоятельства; 2) предложения, касающиеся наложения на сотрудника дисциплинарного взыскания (часть 7).

Заключение по результатам служебной проверки подписывается лицами, ее проводившими, и утверждается руководителем федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченным руководителем, принявшими решение о проведении служебной проверки (часть 8).

Организация и проведение служебных проверок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации предусмотрены инструкцией об организации и проведении служебных проверок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом ФСИН России от 12 апреля 2012 года № 198 (далее – Инструкция от 12 апреля 2012 года № 198).

Как следует из материалов дела, приказом начальника ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО3 от 04 октября 2018 года № 495а принято решение о назначении и проведении в отношении ФИО1 служебной проверки в срок до 10 октября 2018 года; основание - рапорт заместителя начальника оперативного отдела ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области старшего лейтенанта внутренней службы Г.А.М. от 28 сентября 2018 года и рапорт заместителя начальника ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области капитана внутренней службы П.Т.С. от 01 октября 2018 года по факту невыполнения ФИО1 обязанности уведомления об обращениях к нему в целях склонения к совершению коррупционных правонарушений.

По результатам проведения служебной проверки начальником ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области М.С.С. утверждено заключение от 11 октября 2018 года, которым установлен факт грубого нарушения истцом служебной дисциплины, выразившейся во вступлении в неслужебную связь с осужденными, в не уведомлении представителя нанимателя (работодателя), органов прокуратуры или других государственных органов о фактах обращения в целях склонения к совершению коррупционных правонарушений, а также сделан вывод о наличии оснований для увольнения истца по выходу из учебного отпуска по пункту 6 части 2 статьи 84 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ в связи с грубым нарушением служебной дисциплины.

Установленный статьей 54 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ и Инструкцией от 12 апреля 2012 года № 198 порядок проведения служебной проверки ответчиком не нарушены, приказ о назначении и проведении служебной проверки издан уполномоченным лицом с соблюдением установленного 10-дневного срока с момента получения должностным лицом информации по факту невыполнения ФИО1 обязанности уведомления об обращениях к нему в целях склонения к совершению коррупционных правонарушений, служебная проверка проведена комиссионно сотрудниками ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области, заключение служебной проверки утверждено начальником ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области, служебная проверка проведена в установленный 30-дневный срок с момента издания приказа о ее назначении. 

Вопреки ошибочным доводам истца, нахождения его в период проведения проверки в учебном отпуске (с 03 октября 2018 года по 22 октября 2018 года) на основании приказа начальника ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области М.С.С. от 04 октября 2018 года № 97к, не свидетельствует о недействительности результатов служебной проверки, поскольку положения статьи 54 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ не содержат запрета на проведение служебной проверки в отношении сотрудника в период нахождения его в отпуске, устанавливая только невозможность принятия приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности в период нахождения в отпуске и исключении времени нахождения в отпуске из срока проведения служебной проверки.

Ссылка истца на незаконность результатов служебной проверки в связи с участием в составе комиссии по ее проведению начальника оперативного отдела ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области З.Я.С., который осуществлял в том числе опрос истца 28 сентября 2018 года при его доставлении в оперативный отдел также подлежит отклонению, поскольку осуществление данным лицом опроса истца по обстоятельствам, изложенным в заключении служебной проверки и положенным в ее основание, не может свидетельствовать о наличии у него заинтересованности в исходе служебной проверки, и как следствие, признание ее результатов недействительными в силу части 2 статьи 54 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ.

Не может быть принято во внимание и указание истца на положения части 7 статьи 53 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ как основание для признания результатов проверки недействительными, поскольку положения статьи 53 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ регулируют порядок привлечения сотрудников к дисциплинарной ответственности за коррупционные нарушения, а не за грубое нарушение служебной дисциплины. 

Суд также отмечает, что положения Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ и Инструкции от 12 апреля 2012 года № 198 не содержат обязательного условия ознакомления сотрудника с приказом о назначении служебной проверки, с заключением по результатам служебной проверки и материалами служебной проверки для их легализации и возможности дальнейшего принятия при вынесении приказа о применении дисциплинарного взыскания. В данном случае, положения Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ содержат обязанность нанимателя об ознакомлении сотрудника с приказом о наложении дисциплинарного взыскания, при этом законность приказа о назначении и проведении служебной проверки, равно как и законность результатов служебной проверки, учитывая также то обстоятельство, что в период с 03 октября 2018 года по 22 октября 2018 года, истец находился в учебном отпуске, не поставлена напрямую в зависимость от ознакомления с ними сотрудника. Вместе с тем, после ознакомления с приказом о назначении служебной проверки, с заключением по результатам служебной проверки и материалами служебной проверки истец реализовал свое право на их обжалование в судебном порядке. Таким образом, нарушение ответчиком срока ознакомления истца с приказом о назначении служебной проверки, с заключением по результатам служебной проверки и материалами служебной проверки, не является таким нарушением, которое влечет признание их незаконными.

Довод истца о том, что при проведении служебной проверки у него не отбирались объяснения, а объяснения от 28 сентября 2018 года были получены в рамках проведения оперативного мероприятия с оказанием на него давления, в связи с чем не могли быть приняты во внимание суд отклоняет, поскольку не ставит под сомнение достоверность заключения служебной проверки, как и выводы о наличии при установленных служебной проверкой обстоятельствах оснований совершения истцом грубого нарушения служебной дисциплины, выразившегося в невыполнении последним обязанности уведомления об обращениях к нему в целях склонения к совершению коррупционных правонарушений.

В указанном объяснении от 28 сентября 2018 года ФИО1 указал, что начиная с июня 2018 года по сентября 2018 года к нему обращались ряд осужденных, содержащихся в ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области, с предложениями доставить запрещенные предметы (стекло для сотового телефона, номер карты, сотовые телефоны), в том числе за денежное вознаграждение, но испугавшись привлечения к уголовной ответственности и увольнения по отрицательным мотивам от своих намерений отказался.

При таком положении, поскольку к материалам служебной проверки приобщены письменные объяснения ФИО1, данные им сотруднику УСБ ГУФСИН России по Свердловской области по всем фактам вмененного ему в вину дисциплинарного проступка, каких-либо иных вопросов, требующих получения от истца дополнительных объяснений, у комиссии, проводившей служебную проверку, не имелось, неистребование от истца письменного объяснения непосредственно при проведении служебной проверки сотрудником ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области не может расцениваться как нарушение порядка привлечения истца к дисциплинарной ответственности, влекущее незаконность заключения служебной проверки и увольнения истца. При этом суд исходит из того, что истребование письменного объяснения от сотрудника до применения к нему дисциплинарного взыскания имеет своей целью обеспечение объективной оценки фактических обстоятельств совершения проступка и направлено на предотвращение необоснованного применения к сотруднику дисциплинарного взыскания. В данном случае фактические обстоятельства совершения истцом вмененного ему в вину дисциплинарного проступка установлены на основании объяснения, данного им сотруднику УСБ ГУФСИН России по Свердловской области, истцом в ходе рассмотрения дела в суде не оспаривались, в связи с чем права истца при проведении служебной проверки нарушены не были. При этом суд также учитывает, что при рассмотрении дела в суде истец не ссылался на какие-либо иные обстоятельства, которые не были известны нанимателю и могли повлиять как на содержание заключения служебной проверки, так и на принятие решения об увольнении.

Указание истца на неправомерность назначения служебной проверки в виду его неявки на заседание аттестационной комиссии 01 октября 2018 года судом также отклоняется, поскольку положения статей 52, 54 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ не содержат положений об обязательном проведении заседания аттестационной комиссии в отношении сотрудников перед решением вопроса о проведении в отношении них служебной проверки по факту совершения грубого нарушения служебной дисциплины. В данном случае, перед наложением дисциплинарного взыскания по решению уполномоченного должностного лица может быть в соответствии со статьей 54 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ проведена служебная проверка. В силу части 4 статьи 33 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ внеочередная аттестация сотрудника проводится по предложению руководителя и, также не в обязательном порядке, при рассмотрении вопросов об увольнении сотрудника со службы. При этом целью аттестации является именно определение соответствия сотрудника замещаемой им должности в уголовно-исполнительной системе, а согласно подпункту 5 части 2 статьи 84 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ (в связи с несоответствием сотрудника замещаемой должности в уголовно-исполнительной системе - на основании рекомендации аттестационной комиссии) как самостоятельное основание увольнение со службы предусмотрено несоответствие сотрудника замещаемой должности в уголовно-исполнительной системе - на основании рекомендации аттестационной комиссии, что не исключает возможность увольнения сотрудника по иным основаниям в ином порядке.

Разрешая требования истца в части признания незаконными действий представителя нанимателя, необоснованно отказавшего в реализации права на увольнение из уголовно-исполнительной системы по пункту 2 части 2 статьи 84 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ (по инициативе сотрудника), путем подачи соответствующих рапортов от 25 сентября 2018 года, суд исходит из следующего.

Согласно частям 1, 3, 4 статьи 87 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ сотрудник имеет право расторгнуть контракт и уволиться со службы в уголовно-исполнительной системе по собственной инициативе до истечения срока действия контракта, подав в установленном порядке рапорт об этом за один месяц до даты увольнения.

По истечении срока предупреждения о расторжении контракта и об увольнении со службы в уголовно-исполнительной системе сотрудник вправе прекратить исполнение служебных обязанностей при условии выполнения им требований, предусмотренных частью 7 статьи 92 указанного Федерального закона, то есть сотрудник, увольняемый со службы в уголовно-исполнительной системе, обязан сдать закрепленное за ним оружие, иное имущество и документы в соответствующее подразделение учреждения или органа уголовно-исполнительной системы, а служебное удостоверение и жетон с личным номером в соответствующее кадровое подразделение.

С согласия руководителя федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченного руководителя контракт может быть расторгнут и сотрудник может быть уволен со службы в уголовно-исполнительной системе до истечения срока предупреждения о расторжении контракта и об увольнении со службы, но не ранее выполнения сотрудником вышеуказанных требований, предусмотренных частью 7 статьи 92 названного Федерального закона.

Как следует из материалов дела, в целях реализации права на увольнение по собственной инициативе истец 22 сентября 2018 года заказным письмом направил в адрес ответчика рапорт, датированный им 24 сентября 2018 года, в котором просил уволить его по пункту «а» части 1 статьи 58 Положения о службе в органах внутренних дел, утвержденного Постановлением Верховного совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 года № 4202-1, указав дату увольнения 24 сентября 2018 года; указанный рапорт поступил в учреждение 11 октября 2018 года и зарегистрирован за № 96-ог.

04 октября 2018 года в адрес ответчика поступил повторный рапорт ФИО1 датированный им 24 сентября 2018 года, в котором он просил уволить его по пункту 2 части 2 статьи 84 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ (по инициативе сотрудника) 23 октября 2018 года; указанный рапорт поступил в учреждение 04 октября 2018 года, зарегистрирован 05 октября 2018 года за № 1.

В ответах заместителя начальника ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области капитана внутренней службы П.Т.С. от 12 октября 2018 года № 6814616-101ог и от 02 ноября 2018 года № 68/46/6-8110 указано, что реализации вышеуказанные рапорта ФИО1 не подлежат.

В связи с изложенным, доводы истца в части отказа заместителя начальника ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области капитана внутренней службы П.Т.С. в ответах от 12 октября 2018 года № 6814616-101ог и от 02 ноября 2018 года № 68/46/6-8110 зарегистрировать рапорта об увольнении, являются ошибочными, не основанным на нормах действующего законодательства.

Одновременно суд отмечает, что доводы стороны истца о нарушении его прав действиями ответчика, не уволившего истца по инициативе сотрудника на основании вышеуказанных рапортов, являлись предметом тщательной проверки и оценки при рассмотрении Невьянским городским судом Свердловской области гражданского дела № 2-1025/2018 по иску ФИО1 к ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области о защите служебных прав. 

Так, решением Невьянского городского суда Свердловской области от 04 декабря 2018 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 09 апреля 2019 года, имеющего в силу части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» преюдициальное значение для сторон при рассмотрении настоящего спора, установлено, что о необходимости исчисления месячного срока предупреждения об увольнении с 25 сентября 2018 года у ответчика не имелось, поскольку в ходе рассмотрения указанного спора надлежащими доказательствами не была подтверждена позиция истца о намеренном неполучении ответчиком почтовой корреспонденции. При этом, в указанных судебных актах, суды пришли к выводу о том, что у ответчика обязанности по увольнению истца на основании первого рапорта от 24 сентября 2018 года именно в дату 24 сентябре 2018 года (исходя из буквального текста рапорта) не было, т.к. обязанности по увольнению ранее истечения месячного срока со дня подачи рапорта у нанимателя нет (отсутствует такая обязанность как в нормах Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ, так и в статье 80 Трудового кодекса Российской Федерации). Об увольнении в иную дату истец в первом рапорте от 24 сентября 2018 года не просил нанимателя. Оснований для увольнения истца по истечении месячного срока предупреждения у нанимателя не было, так как в рапорте от 24 сентября 2018 года четко выражена воля истца об увольнении именно 24 сентября 2018 года, тем более что данный рапорт получен был фактически ответчиком 11 октября 2018 года и в переделах месяца с момента его получения произведено увольнение истца по иному основанию. Равным образом, из второго рапорта об увольнении от 24 сентября 2018 года следовало, что истец просил уволить его со службы по собственной инициативе 23 октября 2018 года. Однако учитывая, что данный рапорт поступил в учреждение 04 октября 2018 года, какое-либо соглашение с нанимателем об увольнении в дату 23 октября 2018 года (до истечения месячного срока предупреждения об увольнении с момента получения рапорта) не было достигнуто, увольнение истца нанимателем на основании данного рапорта с данной датой увольнения также не могло быть произведено.

Принимая во внимание, что положения Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ не устанавливают для нанимателя обязанности увольнять сотрудника ранее истечения месячного срока со дня предупреждения об увольнении, который следует исчислять с момента поступления соответствующего рапорта нанимателю в силу буквального толкования положений Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ с учетом статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу о том, что оснований для увольнения истца в соответствии с рапортами от 24 сентября 2018 года не имелось в связи с неистечением месячного срока предупреждения об увольнении и недостижением соглашения о более раннем сроке увольнения истца, увольнении его в иную дату.

Таким образом, установленные при рассмотрении Невьянским городским судом Свердловской области гражданского дела № 2-1025/2018 по иску ФИО1 к ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области о защите служебных прав обстоятельства, в том числе в части исчисления месячного срока предупреждения об увольнении и незаконности действия нанимателя, не уволившего истца по инициативе сотрудника по истечении указанного срока, не могут быть оспорены при рассмотрении настоящего спора.

Разрешая требования истца в части признания внеочередной аттестации от 01 октября 2018 года незаконной суд приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что 28 сентября 2018 года истцу под роспись вручено уведомление от 28 сентября 2018 года № 68/46/6о необходимости прибыть 01 октября 2018 года к 10:00 на заседание аттестационной комиссии.

Представитель ответчика и третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО2, действующая на основании доверенностей от 09 января 2019 года и № 68/ТО/40-13 от 14 марта 2017 года, в судебном заседании пояснила, что основанием для проведения внеочередной аттестации ФИО4 явилось решение руководителя о рассмотрении вопроса об увольнении сотрудника со службы в уголовно-исполнительной системе.

28 сентября 2018 года в отношении ФИО1 подготовлена аттестация, содержащая мотивированный отзыв об исполнении сотрудником служебных обязанностей, и с которыми последний был ознакомлен в этот же день.

По результатам заседания аттестационной комиссии ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области 01 октября 2018 года составлен протокол № 10, из содержания которого следует, что ФИО1 на аттестацию комиссию не явился, оправдательных документов не предоставил, в связи с чем, председателем комиссии заместителем начальника ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области капитаном внутренней службы П.Т.С. внесено предложение аттестацию не проводить, назначить проведение служебной проверки в связи с тем, что сотрудник с 04 октября 2018 года будет находиться в учебном отпуске. 

В тоже время, как следует из объяснений истца, данных в судебном заседании, которые в силу положений статей 55, 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, являются доказательствами по делу и подлежат оценке в совокупности с представленными в материалы дела доказательствами по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также из представленных в материалы дела скриншота с интернет-страницы, а также распечатки детализации телефонных звонков, следует, что 01 октября 2018 года прибыть 01 октября 2018 года к 10:00 на заседание аттестационной комиссии он не смог по состоянию здоровья и просил отложить проведение внеочередной аттестации на более поздний срок, о чем направил соответствующее обращение на официальный адрес электронной почты ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области, а также сообщил указанную информацию по телефону. 

В свою очередь, представитель ответчика и третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО2, действующая на основании доверенностей от 09 января 2019 года и № 68/ТО/40-13 от 14 марта 2017 года, в судебном заседании пояснила, что поступающая на официальный адрес электронной почты ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области информация, в том числе от сотрудников ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области, не относится к категории официальной, в связи с чем, не регистрируется и не принимается во внимание. 

Оценивая доводы истца в части нарушения порядка назначения и проведения внеочередной аттестации от 01 октября 2018 года, суд полагает хи заслуживающими внимания по следующим основаниям.

Так, в силу статьи 33 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ аттестация сотрудника проводится в целях определения его соответствия замещаемой должности в уголовно-исполнительной системе (часть 1).

Внеочередная аттестация сотрудника проводится: 

1) при решении вопроса о переводе сотрудника на вышестоящую должность в уголовно-исполнительной системе; 

2) при решении вопроса о прекращении сотрудником службы в уголовно-исполнительной системе в связи с расторжением контракта в соответствии с пунктом 5 части 2 статьи 84 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ; 

3) по предложению уполномоченного руководителя при рассмотрении вопросов: а) о переводе сотрудника на иную должность в уголовно-исполнительной системе в случае, установленном частью 6 статьи 36 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ; б) об увольнении сотрудника со службы в уголовно-исполнительной системе;

4) в случае, если сотрудник не прошел проверку на профессиональную пригодность к действиям в условиях, связанных с применением физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия. До вынесения решения о соответствии замещаемой должности в уголовно-исполнительной системе сотрудник отстраняется от исполнения служебных обязанностей, связанных с возможным применением физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия; 5) в иных случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 4).

Для проведения аттестации сотрудников приказом руководителя учреждения или органа уголовно-исполнительной системы создается аттестационная комиссия, в состав которой в обязательном порядке включаются сотрудники кадрового и правового (юридического) подразделений учреждения или органа уголовно-исполнительной системы, а также иные лица в случаях, предусмотренных нормативными правовыми актами Российской Федерации. В случае необходимости по решению уполномоченного руководителя к работе аттестационной комиссии могут привлекаться с правом совещательного голоса члены общественных советов при федеральном органе уголовно-исполнительной системы и его территориальных органах, общественных организаций ветеранов уголовно-исполнительной системы, а также представители образовательных и научных организаций - специалисты по вопросам деятельности уголовно-исполнительной системы (часть 6).

Аттестация проводится, как правило, в присутствии сотрудника. В случае неявки на аттестацию без уважительных причин сотрудник привлекается к дисциплинарной ответственности, а его аттестация переносится (часть 11).

При проведении аттестации непосредственный руководитель (начальник) сотрудника подготавливает мотивированный отзыв об исполнении сотрудником своих служебных обязанностей и предложения аттестационной комиссии. С указанным отзывом сотрудник должен быть ознакомлен не менее чем за один рабочий день до проведения аттестации (часть 12).

Рекомендации аттестационной комиссии принимаются открытым голосованием. Обсуждение и голосование проводятся при наличии не менее двух третей членов аттестационной комиссии. Результаты голосования определяются большинством голосов членов аттестационной комиссии. При равенстве числа голосов сотрудник признается соответствующим замещаемой должности в уголовно-исполнительной системе. Рекомендации аттестационной комиссии оформляются протоколом, который подписывается всеми членами аттестационной комиссии, принимавшими участие в заседании (часть 13).

По результатам аттестации сотрудника аттестационная комиссия принимает одну из следующих рекомендаций: 1) сотрудник соответствует замещаемой должности в уголовно-исполнительной системе; 2) сотрудник соответствует замещаемой должности в уголовно-исполнительной системе и рекомендуется для назначения на вышестоящую должность в уголовно-исполнительной системе; 3) сотрудник соответствует замещаемой должности в уголовно-исполнительной системе и рекомендуется для включения в кадровый резерв для замещения вышестоящей должности в уголовно-исполнительной системе; 4) аттестацию сотрудника следует перенести на срок, не превышающий одного года, для устранения недостатков и упущений в служебной деятельности, указанных в отзыве его непосредственного руководителя (начальника), либо для получения сотрудником дополнительного профессионального образования с последующим переводом на иную должность в уголовно-исполнительной системе или без такового; 5) сотрудник не соответствует замещаемой должности в уголовно-исполнительной системе и подлежит переводу на нижестоящую должность в уголовно-исполнительной системе; 6) сотрудник не соответствует замещаемой должности в уголовно-исполнительной системе и подлежит увольнению со службы в уголовно-исполнительной системе (часть 14).

По результатам аттестации сотрудника аттестационная комиссия может принять рекомендации о его поощрении, а также внести другие предложения (часть 15).

Рекомендации аттестационной комиссии заносятся в аттестационный лист сотрудника. Аттестационный лист подписывается председателем и секретарем аттестационной комиссии. Сотрудник знакомится с аттестационным листом под расписку до представления его соответствующему руководителю (часть 16).

Аттестационный лист сотрудника представляется руководителю федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченному руководителю, которые с учетом рекомендаций аттестационной комиссии не позднее чем через две недели после проведения аттестации принимают одно из следующих решений: 1) о включении сотрудника в установленном порядке в кадровый резерв для замещения вышестоящей должности в уголовно-исполнительной системе; 2) о соответствии сотрудника замещаемой должности; 3) о переносе аттестации сотрудника на срок, не превышающий одного года, для устранения недостатков и упущений в служебной деятельности, указанных в отзыве его непосредственного руководителя (начальника), либо для получения сотрудником дополнительного профессионального образования; 4) о переводе сотрудника на вышестоящую или нижестоящую должность в уголовно-исполнительной системе; 5) о расторжении с сотрудником контракта и об увольнении его со службы в уголовно-исполнительной системе; 6) о заключении с сотрудником нового контракта в соответствии с частью 3 статьи 91 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ (часть 17).

Кроме того, Приказом Минюста России от 06 июня 2005 года № 76 утверждена Инструкции о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы (далее Инструкция от 06 июня 2005 года № 76), которая применяется в части, не противоречащей Федеральному закону от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ.

В силу пункта 9.1 Инструкции от 06 июня 2005 года № 76 основными задачами аттестации являются: максимально объективная и полная оценка нравственных, деловых и профессиональных качеств, знаний, умений и навыков аттестуемых сотрудников на основе глубокого и всестороннего их изучения; определение степени соответствия аттестуемых замещаемым должностям и перспективы их служебного использования; создание условий для формирования высококвалифицированного кадрового потенциала уголовно-исполнительной системы; создание стимулов для развития профессиональной активности аттестуемых.

Начальник учреждения или органа уголовно-исполнительной системы готовит аттестацию на подчиненного при условии совместной с ним службы не менее шести месяцев. При меньшем ее сроке аттестацию готовит заместитель этого начальника или вышестоящий начальник учреждения или органа уголовно-исполнительной системы (пункт 9.4).

Начальники учреждений и органов уголовно-исполнительной системы обязаны обеспечивать проведение аттестации на высоком организационном уровне, в обстановке принципиальности и доброжелательности, широкой гласности, при строгом соблюдении объективности в оценке аттестуемых (пункт 9.6).

Аттестация составляется в письменной форме (приложение 8). В ней объективно и всесторонне отражаются индивидуальные особенности сотрудника, его знания, умения, навыки и их соответствие замещаемой им должности, в том числе: профессиональная подготовленность, способность решать оперативно-служебные задачи, соответствующие должностному положению; качественность и своевременность выполнения должностных обязанностей; уровень интеллектуального и культурного развития, то есть широта мировоззрения, творческая активность, эрудированность; боевая, физическая и эмоционально-волевая готовность к решению оперативно-служебных задач, к оправданному риску; степень самообладания в экстремальных ситуациях, выдержанность в отношениях с людьми. После характеристики личности сотрудника даются рекомендации по улучшению его служебной деятельности, устранению имеющихся у него недостатков. Текст аттестации завершается выводами о соответствии (несоответствии) сотрудника замещаемой должности, возможности повышения или необходимости понижения в должности (пункт 9.7).

При этом каждый сотрудник должен быть не менее чем за неделю ознакомлен с аттестацией, представляемой на него в аттестационную комиссию (пункт 9.10).

Заседания аттестационных комиссий оформляются протоколами заседания аттестационной комиссии (приложение 11) (пункт 9.12).

Начальники учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, готовящие аттестации на сотрудников, обязаны: проанализировать прохождение службы аттестуемыми, состояние дел на порученном им участке работы, условия, в которых они проходят службу; выяснить мнение своих заместителей, руководителей кадрового подразделения, коллектива о них; провести предварительную беседу с аттестуемыми сотрудниками; дать оценку качествам, определяющим их нравственный облик, профессиональную подготовленность аттестуемых к выполнению должностных обязанностей с учетом итогов профессиональной подготовки, отраженных в квалификационных аттестатах сотрудников; отметить качества, на которые необходимо обратить особое внимание аттестуемых в целях устранения недостатков, выявленных в их деятельности и поведении; подготовить согласованный с представителями кадрового подразделения текст аттестации с заключением о степени соответствия аттестуемого замещаемой должности и перспективе его дальнейшего использования; подписать все экземпляры аттестации, отпечатанные в соответствии с количеством экземпляров ведущегося на аттестуемого сотрудника личного дела; совместно с представителями кадрового подразделения ознакомить под роспись аттестуемого с текстом аттестации и заключением по ней. В случае несогласия аттестуемого с содержанием текста аттестации или заключением по ней он собственноручно пишет об этом в соответствующем разделе первого экземпляра аттестации; представить все экземпляры аттестации для получения заключений соответствующих начальников и рассмотрения аттестационной комиссией. Начальники, дающие заключение, обязаны всесторонне рассмотреть аттестацию, выяснить ее соответствие действительным данным об аттестуемом, записать в аттестации свое заключение и подписать его (пункт 9.14).

Из анализа представленных в материалы дела документов усматривается, что установленный вышеприведенными нормами действующего законодательства порядок назначения и проведения внеочередной аттестации в отношении ФИО5 был нарушен, а именно: 

ответчиком не представлено доказательств принятия руководителем решения (в том числе в виде приказа, резолюции, выписки из протокола совещания и т.д.) о рассмотрении вопроса об увольнении ФИО1 со службы в уголовно-исполнительной системе в связи с совершением последним дисциплинарного проступка; 

из представленного в материалы дела протокола № 10 заседания аттестационной комиссии ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области от 01 октября 2018 года не следует, что аттестационной комиссией выяснились причины неявки ФИО1, напротив, из содержания протокола следует, что ФИО1 оправдательных документов не предоставил, в связи с чем, внеочередная аттестация в отношении последнего либо должна была быть проведена в его отсутствие, либо в случае установления неявки на аттестацию без уважительных причин сотрудник должен был быть привлечен к дисциплинарной ответственности, а его аттестация перенесена, тогда как председателем комиссии заместителем начальника ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области капитаном внутренней службы П.Т.С. вносится предложение аттестацию не проводить, а назначить проведение служебной проверки в связи с тем, что сотрудник с 04 октября 2018 года будет находиться в учебном отпуске, тем самым, фактически принял решение о назначении и проведении служебной проверки, отменив решение о проведении внеочередной аттестации; 

из представленной в материалы дела аттестации от 28 сентября 2018 года, содержащей мотивированный отзыв об исполнении сотрудником своих служебных обязанностей, не следует, кем был составлен данный отзыв (как следует из объяснений представителя ответчика и третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО2, действующей на основании доверенностей от 09 января 2019 года и № 68/ТО/40-13 от 14 марта 2017 года, данных в судебном заседании, мотивированный отзыв был подготовлен непосредственным руководителем (начальником) сотрудника – начальником оперативного отдела ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области майором внутренней службы З.Я.С., тогда как из пункта 4 должностной инструкции следует, что младший инспектор группы надзора отдела безопасности подчиняется начальнику отдела безопасности), что свидетельствует о том, что объективность оценки служебной деятельности сотрудника не подтверждена; 

аттестация на сотрудника никем не подписана;

в тексте аттестации отсутствует заключение и подпись начальника;

из материалов дела не следует, что начальник, готовящий аттестацию на сотрудника выяснил мнение своих заместителей, руководителей кадрового подразделения, коллектива о сотруднике, провести предварительную беседу с аттестуемым сотрудником, подготовил согласованный с представителями кадрового подразделения текст аттестации с заключением о степени соответствия аттестуемого замещаемой должности и перспективе его дальнейшего использования, а также совместно с представителями кадрового подразделения ознакомил под роспись аттестуемого с текстом аттестации и заключением по ней не менее чем за неделю ознакомлен с аттестацией, представляемой на него в аттестационную комиссию.

Совокупность установленных в судебном заседании при рассмотрении настоящего спора обстоятельств, свидетельствуют о грубом нарушении со стороны ответчика порядка назначения и проведения внеочередной аттестации от 01 октября 2018 года, а также позволяет суду сделать вывод об обоснованности требования истца о признании внеочередной аттестации от 01 октября 2018 года.

Вопреки ошибочным доводам стороны ответчика то обстоятельство, что фактически внеочередная аттестация в отношении истца от 01 октября 2018 года по факту совершения сотрудником дисциплинарного проступка и решения в связи с этим на внеочередной аттестационной комиссии вопроса об увольнении сотрудника со службы в уголовно-исполнительной системе в связи с несоответствием сотрудника замещаемой должности в уголовно-исполнительной системе по пункту 5 части 2 статьи 84 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ, фактически не была проведена, не освобождает нанимателя по соблюдению вышеприведенных норм действующего законодательства, регламентирующих порядок назначения и проведения, в том числе, внеочередной аттестации сотрудника.

Отказывая в удовлетворении требования истца в части признания незаконным рапорта заместителя начальника ФКУ ИК № 46 ГУФСИН России по Свердловской области капитана внутренней службы П.Т.С. от 01 октября 2018 года, суд отмечает, что сам по себе указанный рапорт не влечет нарушения прав истца, так как, по сути, только констатируют определенные факты, не устанавливают (изменяют, отменяют) права и обязанности истца и не носят властно-распорядительного характера, а носят исключительно информационный характер; то есть не являются решением, действием (бездействием), законность которых может быть предметом судебной проверки в порядке, а подлежат оценке в качестве доказательств при разрешении вопроса о законности привлечения к дисциплинарной ответственности.

Принимая во внимание, что в судебном заседании установлен факт нарушения ответчиком служебных прав истца при назначении и проведении внеочередной аттестации от 01 октября 2018 года, что, безусловно, причинило истцу моральный вред, требование истца о взыскании компенсации такого вреда обоснованно и подлежит удовлетворению в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, подлежащей применению в споре в силу части 2 статьи 3 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, руководствуясь положениями статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в абзаце 4 пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» и в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», принимает во внимание конкретные обстоятельства дела, объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, степень вины нанимателя, длительность нарушения служебных прав истца, а также учитывает принципы разумности и справедливости, в связи с чем полагает разумной и достаточной компенсацию морального вреда в размере 2 000 рублей. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд по доводам иска не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

ФИО1 к Федеральному казенному учреждению исправительная колония № 46 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области об оспаривании порядка, назначения, проведения, результатов аттестации, служебной проверки, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать внеочередную аттестацию от 01 октября 2018 года в отношении ФИО1 незаконной.

Взыскать с Федерального казенного учреждения исправительная колония № 46 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области в пользу ФИО1 компенсацию морального в размере 2000 рублей.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме с подачей жалобы через Кировградский городской суд Свердловской области.

Судья 

И.Б. Доева