Судья: Полухина М.В.

Дело № 33-9864/2026УИД 50RS0029-01-2025-005009-83

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красногорск Московской области 16 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Цуркан Л.С.,

судей Волковой Э.О., Петруниной М.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Деевым С.А.,

с участием прокурора Антоновой Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-4190/2025 по иску ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО2, к ФИО3 о взыскании морального вреда в результате дорожно-транспортного происшествия в связи со смертью и взыскании расходов на погребение,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Наро-Фоминского городского суда Московской области от 5 ноября 2025 года,

заслушав доклад судьи Волковой Э.О.,

объяснения истца, представителя истца, ответчика, представителя ответчика,

заключение прокурора Антоновой Е.В.,

УСТАНОВИЛА:

Истец ФИО1, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО2, обратилась в Наро-Фоминский городской суд Московской области с исковыми требованиями к ФИО3, в которых просила взыскать компенсацию морального вреда в результате дорожно-транспортного происшествия в связи со смертью в общей сумме 4 000 000 руб., по 2 000 000 руб. для истца и несовершеннолетнего сына, расходы на погребение ФИО4 в размере 372 000 руб., а именно: поминальный обед 22.10.2024 г. на сумму 39 500 руб., поминальный обед 26.10.2024г. на сумму 29 900 руб., расходы на похоронные и ритуальные услуги в размере 64 104 руб., расходы на ограду в размере 39 000 руб., расходы на памятник 199 500 руб.

Исковые требования обосновала тем, что 16.10.2024г. водитель ФИО3, управляя автомобилем Хендай Крета регистрационный знак 

<

***>, двигаясь на 0+900 м автодороги «Таширово-Чешково», совершила наезд на пешехода ФИО4 В результате наезда пешеход получил телесные повреждения, с которыми был доставлен в РБ № 45 г. Звенигород, где впоследствии скончался от полученных повреждений. Согласно судебно-медицинской экспертизы № 862 от19.11.2024 г. смерть наступила от открытой черепно-мозговой травмы с переломом костей черепа, повреждением оболочек мозга. Между обнаруженными травмами и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь. У ФИО4 остались сын и жена, гибель отца и мужа является невосполнимой утратой, влекущей постоянную боль утраты, нравственные и физические страдания. От перенесенных переживаний у ФИО1 произошло резкое ухудшение здоровья, она была госпитализирована в больницу с диагнозом синдром вертебрально базилярной артериальной системы, гипертоническая болезнь 1 АГ 1 ст. риск 2.

Решением Наро-Фоминского городского суда Московской области от 5 ноября 2025 года исковые требования удовлетворены частично, судом постановлено: взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО2, компенсацию морального вреда в размере по 100 000 рублей в пользу каждого, а всего 200 000 рублей. Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 денежные средства в размере 143 052 руб. в счет расходов на погребение. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. С ФИО3 в бюджет г.о. Наро-Фоминска Московской области взыскана государственная пошлина в размере 8 292 руб.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, представитель истца подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное, принять по делу новое решение.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о дате и времени судебного заседания.

В заседании судебной коллегии истец доводы апелляционной жалобы поддержала, настаивала на удовлетворении требований.

Представитель истца просил решение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Ответчик и представитель ответчика возражали против доводов апелляционной жалобы, просили решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Прокурор Антонова Е.В. в заключении полагала решение суда законным и обоснованным.

Третье лицо в судебное заседание не явилось.

На основании части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия рассмотрела апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся лиц, учитывая их надлежащее уведомление о месте, дне и времени рассмотрения дела и отсутствие сведений об уважительной причине неявки в заседание.

Проверив материалы дела в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, выслушав объяснения явившихся лиц, заключение прокурора, судебная коллегия оснований для отмены или изменения обжалуемого решения не усматривает.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Судебная коллегия полагает, что обжалуемое решение суда таким требованиям соответствует, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 16.10.2024 г. примерно в 19 час. 45 мин. водитель ФИО3, управляя автомобилем Хендай Крета регистрационный знак 

<

***> на 0 км + 900 м автодороги «Таширово-Чешково» Наро-Фоминского городского округа Московской области, вне населенного пункта, совершила наезд на пешехода ФИО4, который двигался по проезжей части, без светоотражающих элементов. В результате дорожно-транспортного происшествия пешеход ФИО4 скончался 17.10.2024 г. в 04 час. 00 мин.

Постановлением старшего следователя СУ УМВД России по Наро-Фоминскому городскому округу от 29.05.2025 г. отказано в возбуждении уголовного дела в отношений водителя ФИО3 по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ - в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления, предусмотренного частью 3 ст. 264 УК РФ (материал проверки КУСП № 22290 от 16.10.2024 г.).

Согласно ответу Прокуратуры Московской области от 02.06.2025 г., проверкой по обращению ФИО1 установлено, что решение об отказе в возбуждении уголовного дела от 29.05.2025г. является обоснованным.

Согласно заключению эксперта № 862 от 19.12.2024 г. установлено, что у ФИО4, 27.09.1985 г/р., установлено:

- сочетанная тупая травма тела: закрытая черепно-мозговая травма: ушибленная рана спинки носа, линейный перелом правой теменной кости с распространением на височную кость и правое большое крыло клиновидной кости, гематотимпанум справа, ушибы головного мозга в области правого височного и теменных долей кровоизлияния под мягкие мозговые оболочки с разрывом в области правой нижней височной извилины, кровоизлияние под твердую мозговую оболочку справа; открытые переломы: правой малоберцовой кости, левой малоберцовой кости, левой большеберцовой кости;

- отек головного мозга с ущемлением ствола (вторичные кровоизлияния в стволовой отдел головного мозга), травматический шок 2 степени;

- при судебно-химическом исследовании в крови и внутриглазной жидкости от трупа ФИО4 обнаружен этиловый спирт в концентрации – в крови -0,60+0,04 г/л (промилле), во внутриглазной жидкости – 0,78+0,06 г/л (промилле).

Все повреждения, обнаруженные у ФИО4 в совокупности, относятся к тяжкому вреду, причиненного здоровью человека по признаку опасности для жизни.

Смерть ФИО4 наступила от открытой черепно-мозговой травмы с переломом костей черепа, повреждением оболочек и вещества головного мозга.

Таким образом, между причиненным тяжким вредом здоровью и смертью имеется прямая причинно-следственная связь.

Обнаруженный при химическом исследовании крови этиловый спирт находился в диапазоне от 0,56 г/л до 0,64 г/л, что у живых лиц могло обусловить состояния алкогольного опьянения легкой степени тяжести. Так как в представленной карте стационарного больного нет данных токсикологического исследования, высказаться о состоянии алкогольного опьянения на момент госпитализации не представляется возможным.

Согласно заключению автотехнической судебной экспертизы № 807 от 06.12.2024 г. в данной дорожно-транспортной ситуации водитель ФИО3 не располагала технической возможностью предотвращения наезда на пешехода путем применения экстренного торможения. В данной дорожно-транспортной ситуации при скорости 80 км/ч, данная скорость, с технической точки зрения, соответствовала условиям и видимости дороги (общей видимости с рабочего места водителя автомобиля).

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 29.05.2025г. следует, что установленные обстоятельства дорожно-транспортного происшествия в ходе проверки сообщения о преступлении свидетельствуют о несоответствии действий пешехода ФИО4 требованиям пункта 4.1 Правил дорожного движения РФ, которые находятся в причинной связи с наступившими последствиями.

Как следует из показаний свидетеля ФИО5 в суде первой инстанции, 16.10.2024 г. примерно в 18 час. 50 мин. он двигался на автомобиле от дер. Тишково в дер. Таширово, где вне населенного пункта на автодороге заметил мужчину в темной одежде без светоотражающих элементов, который шел посередине дороги, не реагировал на звуковые сигналы уйти с дороги.

Из показаний свидетеля ФИО6 в суде первой инстанции следует, что 16.10.2024 г. примерно в 17 час. 30 мин. она двигалась на автомобиле из Мальково в дер. Тишково, заметила, что встречные автомобили постоянно перестраивались на полосу ее движения, она сбросила скорость, подъехав ближе увидела, что машины объезжали мужчину, который шел посередине дороги.

Из показаний свидетеля ФИО7 в суде первой инстанции следует, что 16.10.2024 г. в вечернее время он выехал на работу в д. Новое Таширово, проехал мост через реку и увидел, что в попутном направлении посередине дороги идет мужчина в черной одежде, он объехал его и крикнул ему, чтобы он сошел с дороги, это происходило непосредственно перед тем, как он приехал на объект и припарковался. После чего мужчина прошел мимо него и спустя некоторое время он услышал, что кто-то сигналит, а затем глухой удар. Он поехал на своем автомобиле к месту, где стоял автомобиль с включенной аварийной сигнализацией, и увидел на полосе движения в направлении дер. Чешково автомобиль с повреждениями, около которого лежал мужчина без сознания. В данном мужчине он узнал того мужчину, которого он объезжал посередине дороги.

В соответствии с приобщенной к материалам дела копией свидетельства о заключении брака от 13.10.2022 г., между ФИО4 и ФИО1 заключен брак, после заключения брака жене присвоена фамилия ФИО1.

Согласно копии свидетельства о рождении ФИО2, 26.05.2017 г/р., ФИО4 является его отцом.

В материалы дела в подтверждение понесенных затрат на погребение истцом представлены:

- договор № PQD-25-94883 от 17.07.2025 г., заключенный между ИП ФИО8 и ФИО1, об изготовлении памятника, общая стоимость договора составила 178 100 руб., в подтверждение оплаты истцом представлены чеки по оплате;

- квитанция от 07.11.2024 г. об оплате ограды ИП ФИО9 в сумме 39 000 руб.;

- договор возмездного оказания ритуальных услуг № 97/688/079/2024 от 19.10.2024 г., заключенный между ГБУ МО «ЦМУ» и ФИО1, общая стоимость договора составила 34 234 руб., в подтверждение оплаты истцом представлен чек по оплате;

- договор ритуальных услуг по кремации № 138/УК-9 457-2024 от 22.10.2024 г., заключенный между ГБУ «Ритуал» и ФИО1, о возмездном оказании ритуальных услуг, общая стоимость договора составила 29 870 руб., в подтверждение оплаты истцом представлен чек по оплате;

- договор об оказании услуг по проведению поминальной трапезы от 25.10.2024 г., заключенный между ООО «ВЕК» и ФИО1, общая стоимость договора составила 29 900 руб., в подтверждение оплаты истцом представлен чек по оплате.

Как следует из пояснений истца в судебном заседании, в меню поминального обеда алкоголь не входил, данные обстоятельства ответчиком не оспаривались.

Вместе с тем суду не представлены документы, подтверждающие оплату по договору № PQD-25-94883 от 17.07.2025 г., заключенному между ИП ФИО8 и ФИО1 на услуги по установке памятника на общую сумму 21 400 руб.; договор на оказание услуг и кассовый чек на оплату трапезы от 22.10.2024 г.

Таким образом, общая сумма подтвержденных документально расходов истца на погребение составила 311 104 руб. (178 100 + 39 000 + 34 234 + 29 870 + 29 900).

Из материалов дела усматривается, что истец ФИО1 получила от ПАО СК «Росгосстрах» страховую выплату за причинение вреда жизни потерпевшего в размере 475 000 руб., а также на погребение погибшего в размере 25 000 руб.

Судом первой инстанции также установлено, что ФИО3 работает в ГБУВ МО «Терветуправление № 1» в должности ведущего ветеринарного врача, общая сумма дохода за 2023 г. составила 531 064,99 руб., общая сумма дохода за 2024 г. составила 1 173 124,81 руб., общая сумма дохода за 2025 г. по состоянию на 02.09.2025 г. составила 809 120,09 руб., положительно характеризуется по месту работы, проживает с супругом-пенсионером, материально помогает дочери, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которая проходит обучение в БГТУ «Военмех» им. ФИО10 в г. Санкт-Петербурге.

Рассматривая спор, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости частичного удовлетворения требований о взыскании морального вреда в результате дорожно-транспортного происшествия в связи со смертью и взыскании расходов на погребение и исходил из того, что дорожно-транспортное происшествие произошло в результате грубой неосторожности самого потерпевшего и при отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, а также принял во внимание материальное положение ответчика.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, находит их законными и обоснованными.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Пунктом 2 этой же статьи установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу п. п. 1, 3 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

На основании абз.2 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. При этом юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (абз.1 п. 1 ст. 1068 ГК РФ).

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» определено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

По общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ) (п. 19 указанного Постановления).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п. 14 Постановления).

В соответствии с п. п. 1.2 ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Вместе с тем, в силу ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

При грубой неосторожности нарушаются обычные, очевидные для всех требования, предъявляемые к лицу, осуществляющему определенную деятельность. При простой неосторожности, наоборот, не соблюдаются повышенные требования. К проявлению грубой неосторожности, как правило, относится грубое нарушение ПДД РФ пешеходом или лицом, управляющим механическим транспортным средством, нарушения иных обязательных правил и норм поведения.

Как следует из пункта 1.3. Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Положения ПДД РФ, содержащиеся в разделе 4, содержат общие требования, предъявляемые к пешеходам как участникам дорожного движения, по проявлению внимательности и повышенной осторожности при движении по проезжей части дороги, призванные обеспечить повышенную их безопасность.

В соответствии с пунктом 4.1 ПДД РФ пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велопешеходным дорожкам, а при их отсутствии - по обочинам.

При переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств.

Ст. 1101 ГК РФ, устанавливает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

В силу статьи 3 Федерального закона от 12.01.1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» погребение определяется как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

В силу статей 3 и 5 Закона о погребении и похоронном деле погребение должно обеспечивать достойное отношение к телу умершего и его памяти.

По смыслу ст. 12 Закона о погребении и похоронном деле погребение определяется как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. В состав действий по погребению включаются услуги по предоставлению гроба и других ритуальных предметов (венки и другое), перевозка тела (останков) умершего на кладбище, организация подготовки места захоронения, непосредственное погребение, установка ограды, памятника на могилу.

В силу ст. 9 Закона о погребении и похоронном деле к необходимым расходам на погребение относятся:

- оформление документов, необходимых для погребения;

- предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения;

- перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий);

- погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом).

Указанный перечень не является исчерпывающим.

Под поминальной трапезой подразумевается обед, проводимый в определенном порядке в доме усопшего или других местах (ресторанах, кафе и т.п.)

По смыслу приведенных положений к числу необходимых расходов на погребение, помимо средств, затраченных непосредственно на захоронение умершего, относятся и ритуальные расходы, включая изготовление и установку надгробного памятника, поскольку увековечение памяти умерших таким образом является традицией.

В ст. 1174 ГК РФ содержится понятие «достойные похороны» с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего.

В соответствии с п. 6 ст. 12 Федерального закона Российской Федерации от 25.04.2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», в случае смерти потерпевшего право на возмещение вреда имеют лица, имеющие право в соответствии с гражданским законодательством на возмещение вреда в случае смерти кормильца, при отсутствии таких лиц - супруг, родители, дети потерпевшего, граждане, у которых потерпевший находился на иждивении, если он не имел самостоятельного дохода (выгодоприобретатели).

Согласно п. 7 ст. 12 Закона об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств, размер страховой выплаты за причинение вреда жизни потерпевшего составляет: 475 тысяч рублей - выгодоприобретателям, указанным в пункте 6 настоящей статьи; не более 25 тысяч рублей в счет возмещения расходов на погребение - лицам, понесшим такие расходы.

Пунктом 3 статьи 1083 ГК РФ определено, что суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

В пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что размер возмещения вреда в силу пункта 3 статьи 1083 ГК РФ может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда - гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

По смыслу пункта 3 статьи 1083 ГК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по его применению суд, возлагая на гражданина, причинившего вред в результате неумышленных действий, обязанность по его возмещению, может решить вопрос о снижении размера возмещения вреда. При этом суду надлежит оценивать в каждом конкретном случае обстоятельства, связанные с имущественным положением гражданина - причинителя вреда.

Выводы суда первой инстанции о том, что в результате нарушения пункта 4.1 Правил дорожного движения РФ, пешеход ФИО4, находящийся в состоянии алкогольного опьянения, своими грубыми неосторожными действиями поставил себя и других участников движения в опасное положение, результатом чего произошло дорожно-транспортное происшествие и получение последним телесных повреждений, которые повлекли его смерть, основаны на всестороннем исследовании и оценке совокупности представленных по делу доказательств, отвечающих принципам относимости и допустимости.

Оценивая доказательства с позиции соблюдения баланса интересов сторон, суд первой инстанции сделал вывод о том, что фактические обстоятельства дела, при которых был причинен моральный вред, грубые неосторожные действия потерпевшего, находившегося в состоянии алкогольного опьянения, тот факт, что погибший являлся близким родственником истцу и несовершеннолетнему ребенку, то обстоятельство, что сам по себе факт смерти человека не может не причинить его родным и близким людям соответствующих нравственных страданий в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя, а также, принимая во внимание, что вред в данном случае возмещается независимо от вины причинителя вреда, его возмещение прямо предусмотрено действующим законодательством, с ответчика ФИО3 следует взыскать в пользу ФИО1 100 000 руб. в качестве компенсации морального вреда в связи с гибелью супруга, в пользу ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО2, 100 000 руб. в качестве компенсации морального вреда в связи с гибелью отца.

Также суд первой инстанции указал, что вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти, вместе с тем требования истца, взявшего на себя организацию похорон, должны быть документально подтвержденными.

Истцом также заявлены требования о взыскании расходов на погребение в размере 372 000 руб., а именно: поминальный обед 22.10.2024 г. на сумму 39 500 руб., поминальный обед 26.10.2024 г. на сумму 29 900 руб., расходы на похоронные и ритуальные услуги в размере 64 104 руб., расходы на ограду в размере 39 000 руб., расходы на памятник 199 500 руб.

На основании анализа положений Закона о погребении и похоронном деле суд первой инстанции пришел к выводу о том, что все понесенные истцом расходы не выходят за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению, в связи с чем являются необходимыми для достойных похорон ФИО4 и разумными, доказательств их чрезмерности ответчиком не представлено. Однако учитывая материальное положение ответчика, обстоятельства дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, снизил размер компенсации указанных расходов до 143 052 руб.

Судебная коллегия считает выводы суда первой инстанции правильными, основанными на нормах материального права и соответствующими установленным обстоятельствам дела.

Доводы апелляционной жалобы являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, не опровергают правильность выводов суда, с которыми согласилась судебная коллегия, в связи с чем, не могут служить основанием к отмене постановленного по делу решения.

Таким образом, судом первой инстанции правильно определены юридически значимые обстоятельства по делу, дана надлежащая оценка представленным доказательствам, спор разрешен с соблюдением требований материального и процессуального законодательства и оснований для отмены либо изменения решения суда, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не усматривается.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Наро-Фоминского городского суда Московской области от 5 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 18.03.2026г.