Судья Щегольков П.В. УИД 26RS0004-01-2020-000219-02 

Дело № 22-5609/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Ставрополь 5 ноября 2020 года

Ставропольский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Минаева Е.В.,

при секретаре Чудине С.В.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Ставропольского края Змиевской А.Ю.,

осужденного ФИО1,

адвоката Стороженко Н.Н., представившего удостоверение № 854 и ордер № с193249 от 7 сентября 2020 года,

потерпевшего ФИО8

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Погорелова Е.В. и апелляционной жалобе адвоката Стороженко Н.Н. на приговор Александровского районного суда Ставропольского края от 28 августа 2020 года, которым 

ФИО1, родившийся 

<

данные изъяты>,

осужден:

по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ к лишению свободы сроком на 3 года с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года. 

Определен порядок следования осужденного ФИО1 к месту отбывания наказания - самостоятельно.

Срок наказания постановлено исчислять со дня прибытия ФИО1 в колонию-поселение, и в срок наказания зачтено время его следования к месту отбывания наказания по предписанию, предусмотренному ч. 1 ст. 75.1 УИК РФ.

Мера пресечения до вступления приговора в законную оставлена без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Исковые требования ФИО8 о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда удовлетворены частично. С ФИО1 в пользу ФИО8 взыскано в счет компенсации морального вреда 400000 рублей. 

Разрешен вопрос о вещественных доказательствах. 

Заслушав доклад судьи Ставропольского краевого суда Минаева Е.В., выслушав прокурора Змиевскую А.Ю., поддержавшую апелляционное представление государственного обвинителя Погорелова Е.В. просившую об изменении приговора по доводам апелляционного представления, выступление осужденного ФИО1 и его адвоката Стороженко Н.Н., поддержавших доводы апелляционной жалобы, просивших приговор суда отменить по доводам апелляционной жалобы, потерпевшего ФИО8 об оставлении приговора без изменения, суд 

установил:

ФИО1 признан судом виновным в том, что 21 октября 2019 года, находясь в состоянии, вызванном употреблением наркотических средств, управляя автомобилем «Рено Лагуна», регистрационный знак №, на автодороге 

<

адрес>, нарушив Правила дорожного движения, не справился с управлением своего автомобиля, допустил столкновение с двигавшимся во встречном направлении автомобилем «Шевроле Нива», регистрационный знак №, под управлением ФИО8, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании осужденный ФИО1 вину свою в предъявленном обвинении не признал.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Погорелов Е.В. с приговором суда не согласен ввиду нарушения уголовно – процессуального закона. В частности, указывает, что суд при постановлении приговора верно установил обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, однако, кроме доказательств, обосновывающих выводы о виновности осужденного в содеянном, сослался на доказательство, которое таковым являться не может в силу требований ст. 74 УПК РФ. Так, рапорт об обнаружении признаков преступления инспектора ДПС ОГИБДД Отдела МВД России по 

<

адрес> является процессуальным документом, но не доказательством, поскольку им не устанавливается наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу. Просит приговор суда в отношении ФИО1 изменить, исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на доказательство в виде рапорта инспектора ДПС ОГИБДД Отдела МВД России по 

<

адрес>.

В апелляционной жалобе адвокат Стороженко Н.Н. в защиту осужденного ФИО1 не согласен с приговором суда, считает его незаконным, постановленным с нарушением норм материального и процессуального права, а обстоятельства, установленные судом, не соответствующими фактическим обстоятельствам дела. Указывает, что судом первой инстанции при постановлении приговора использованы в качестве доказательств, подтверждающих обвинение, фототаблицы, являющиеся приложением к протоколу осмотра места происшествия от 10 февраля 2020 года, к протоколам выемки от 10 февраля 2020 года и 12 февраля 2020 года, к протоколам осмотра предметов от 10 февраля 2020 года и 12 февраля 2020 года. Вместе с тем данные фототаблицы подлежали исключению из числа доказательств, поскольку при их составлении нарушены требования уголовно - процессуального законодательства, и они фактически не являются приложением к составленным протоколам. Несмотря на то, что фототаблицы указаны в качестве приложения к протоколам, они не подписаны участниками следственного действия. Кроме того, в протоколе осмотра места происшествия не отмечено, что лица, участвующие в следственном действии, заранее предупреждены о применении при производстве следственного действия технических средств. Выводы суда основаны на предположениях. Принятое за основу заключение эксперта составлено без учёта установленных в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства обстоятельств. Так, эксперт при производстве экспертизы проигнорировал отражённые в постановлении о назначении судебной автотехнической экспертизы обстоятельства дела и исходные данные, а так же в недостаточной степени использовал материалы уголовного дела, предоставленные в его распоряжение, указывающие на применение потерпевшим опасного маневра влево, приведшего к опасному выезду на полосу, предназначенную для встречного движения, отделённую сплошной линией горизонтальной дорожной разметки 1.1. Показания потерпевшего ФИО8 являются недостоверными и не согласуются с содержанием исследованных в судебном заседании письменных и вещественных доказательств. Ссылается на исследованное в судебном заседании заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ, а так же показания допрошенного специалиста ФИО7 о нарушении потерпевшим Правил дорожного движения и его вине в происшествии. Суд необоснованно не признал в качестве смягчающего наказание обстоятельства противоправность поведения потерпевшего ФИО8 Судом неправильно разрешён гражданский иск, заявленный потерпевшим ФИО8 Размер компенсации морального вреда определён судом без учета положений ст. ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ. Определённая судом денежная сумма компенсации морального вреда в размере 400000 рублей не отвечает требованиям разумности и справедливости, является чрезмерно завышенной, несоразмерной перенесенным потерпевшим физическим и нравственным страданиям. Просит приговор суда отменить. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вопреки доводам защиты органами следствия при расследовании и судом при рассмотрении дела каких-либо нарушений закона, влекущих отмену приговора или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, допущено не было, в том числе права осужденного на защиту и принципов уголовного судопроизводства.

Суд счел вину ФИО1 полностью доказанной, положив в основу этого вывода анализ материалов дела.

Вина ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, установлена собранными по делу доказательствами, исследованными в судебном заседании и подробно изложенными в приговоре:

- показаниями потерпевшего ФИО8 о том, что автомобиль под управлением ФИО1 выехал на полосу, по которой он двигался, не смотря на сплошную линию разметки. Увидев это, он стал сигналить и нажал на педаль тормоза. От нажатия на педаль тормоза его автомобиль начало смещать в сторону встречного движения. В это время встречный автомобиль резким движением с его полосы начал съезжать на свою полосу, но так как расстояние между автомобилями было небольшое, то произошло столкновение;

- заключением судебно – медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО8 получил телесные повреждения в виде закрытого перелома 3-5 ребер слева со смещением, закрытого перелома крыши и дна вертлужной впадины, подвывиха правого бедра, раны правого коленного сустава, ссадин грудной клетки, ушиба мягких тканей передней брюшной стенки, травматического шока 1 степени, которые по квалифицирующему признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть независимо от исхода и оказания (не оказания) медицинской помощи причинили тяжкий вред здоровью;

- заключением судебной автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому действия водителя ФИО1 не соответствовали п. 1.3, 2.7, 10.1 (абз. 1), 9.1.1, 1.5 (абз. 1) ПДД РФ, а также горизонтальной разметки 1.1, и при выполнении указанных пунктов у него была техническая возможность предотвратить ДТП;

- протоколом осмотра места происшествия от 10 февраля 2020 года, которым установлены обстоятельства дорожно – транспортного происшествия;

- актом медицинского освидетельствования от 21 октября 2019 года, согласно которому в крови ФИО1 обнаружено 11-нор-дельта-9-тетрагидроканнабиноловая кислота, и установлено состояние опьянения;

- другими доказательствами, подробно приведенными в приговоре. 

Совокупность вышеприведенных, а также иных изложенных в приговоре доказательств была проверена и исследована в ходе судебного следствия. Суд в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ дал им надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными, а также указал основания, по которым он принимает одни доказательства и отвергает другие.

Указанные доказательства в совокупности позволяют сделать вывод о несостоятельности доводов защиты о том, что постановленный в отношении осужденного приговор основан на предположениях.

Показания потерпевшего и свидетелей обвинения судом тщательно исследованы, обоснованно признаны достоверными, правильно оценены и правомерно положены в основу обвинительного приговора. Вопреки доводам апелляционной жалобы показания потерпевшего ФИО8 полностью согласуются с иными доказательствами.

Суд обоснованно критически отнесся к показаниям осужденного, отрицавшего свою вину, при этом указал мотивы, по которым признал их недостоверными и несостоятельными.

Суд апелляционной инстанции не имеет оснований для иной оценки указанных доказательств, чем та, которая приведена в приговоре суда первой инстанции, и считает ее объективной.

Фототаблицы приложены к протоколам соответствующих следственных действий в соответствии с требованиями уголовно – процессуального закона, а именно, положениями статьи 166 УПК РФ. Участвующие лица предупреждались о применении технических средств, сведения о которых также отражены в протоколах. Вопреки доводам апелляционной жалобы требований о подписании фототаблиц всеми участвующими в следственном действии лицами закон не содержит.

Заключение судебной автотехнической экспертизы составлено компетентным экспертом, является мотивированным, его выводы научно обоснованны, соответствуют фактическим обстоятельствам по делу и согласуется с остальными доказательствами.

Оснований не доверять заключению проведенной по делу автотехнической судебной экспертизы у суд а апелляционной инстанции не имеется, поскольку она проведена в точном соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства экспертом, имеющим лицензию на ее проведение, работающим в государственном экспертном учреждении, с большим стажем экспертной деятельности. Оснований для признания заключения эксперта недопустимым доказательством не имеется.

Судом обоснованно дана критическая оценка показаниям и заключению специалиста ФИО7, поскольку они основаны лишь на анализе вышеуказанного заключения судебной экспертизы без исследования объектов экспертизы и их осмотра, и, по сути, являются субъективной оценкой выводов заключения судебной экспертизы по делу.

Представленное суду первой инстанции заключение специалиста ФИО7 нашло свою оценку в приговоре суда. С данным утверждениям суд апелляционной инстанции также соглашается, считая необходимым дополнительно указать, что в силу ч. 3 ст. 80 УПК РФ заключение специалиста - это представленное в письменном виде суждение по вопросам, постановленным перед специалистом сторонами. Заключение специалиста не может заменить заключение эксперта. Специалист, в отличие от эксперта, исследования не проводит, и в письменном заключении дает только свои суждения. Его заключение хотя и содержит суждение по вопросам, имеющим значение для уголовного дела, но доказательственной силы, присущей заключению эксперта, не обладает.

Доводы апелляционной жалобы о невиновности ФИО1 не соответствуют исследованным судом первой инстанции доказательствам, поскольку из заключения судебной автотехнической экспертизы следует, что потерпевшим ФИО8 Правила дорожного движения не нарушались.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии причинно – следственной связи между нарушением Правил дорожного движения со стороны осужденного, который выехал на полосу встречного движения, и наступившими преступными последствиями. Именно в результате действий ФИО1 произошло столкновение автомобилей.

Постановленный приговор отвечает требованиям ст. ст. 307, 308 УПК РФ, достаточно полно мотивирован, и в нем суд указал, почему он принял за его основу одни доказательства и отверг другие.

Однако заслуживают доводы апелляционного представления относительно ошибочной оценки судом допустимости в качестве доказательства рапорта инспектора ДПС. Данный рапорт не содержит юридически значимых сведений и никак не подтверждает виновность ФИО1 При таких обстоятельствах данное доказательство подлежит исключению из числа доказательств с удовлетворением доводов апелляционного представления.

Действиям осужденного судом дана правильная юридическая оценка, обоснованно квалифицировав их по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, находящимся в состоянии опьянения, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности тяжкий вред здоровью человека. 

Оснований для переквалификации содеянного осужденным на иную норму уголовного закона не имеется.

Доводы жалобы о необъективности судебного разбирательства, нарушении принципов уголовного судопроизводства несостоятельны, поскольку судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями УПК РФ.

Как следует из протокола судебного заседания, суд исследовал все представленные сторонами доказательства, принял все необходимые меры для установления истины по делу.

Обстоятельства совершенного преступления были установлены органами предварительного расследования, подтверждены в ходе судебного разбирательства, оценка доказательств и установление вины входит в компетенцию суда.

Само по себе несогласие осужденного и его адвоката с принятыми судом решениями по заявленным ходатайствам не является основанием для признания их незаконными.

Доводы защиты о незаконности приговора и невиновности ФИО1 направлены на иную оценку имеющихся по делу доказательств, проверялись судом первой инстанции, получили надлежащую оценку в приговоре и мотивированно отвергнуты как несостоятельные.

Наказание назначено с учетом всех обстоятельств дела, общественной опасности совершенного преступления, данных о личности осужденного, отсутствия отягчающих и наличия обстоятельств, смягчающих наказание, – наличие двоих малолетних детей, а также то, что он ранее не судим, впервые привлекается к уголовной ответственности, по месту жительства характеризуется положительно. 

Суд при назначении наказания принял во внимание и иные обстоятельства, учел в полной мере данные о личности виновного. Иных обстоятельств, предусмотренных ст. 61 УК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вывод суда о необходимости исправления осужденного в условиях реального отбывания наказания в виде лишения свободы и отсутствия оснований для применения ч. 6 ст. 15, ст. 64, ст. 73 УК РФ мотивирован судом совокупностью указанных в приговоре конкретных обстоятельств дела.

Назначенное наказание является справедливым, соразмерным содеянному.

Вопреки доводам жалобы адвоката оснований для признания обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, противоправность поведения потерпевшего не имеется, поскольку вышеприведенными доказательствами установлено, что потерпевший ФИО8 Правила дорожного движения не нарушал.

Гражданский иск потерпевшего ФИО8 о компенсации морального вреда рассмотрен в соответствии с законом. Размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с осужденного, определен в соответствии с положениями, предусмотренными ст. ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, с учетом характера и степени тяжести причиненных потерпевшему нравственных страданий, материального положения осужденного, а также требований разумности и справедливости.

Кроме того, судом обоснованно взыскана данная компенсация именно с осужденного, поскольку он является собственником транспортного средства, которым управлял при дорожно – транспортном происшествии, поскольку в силу п. 1 ст. 1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы приговор суда в части разрешения гражданского иска соответствует требованиям гражданского законодательства.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Ставропольский краевой суд

постановил:

приговор Александровского районного суда Ставропольского края от 28 августа 2020 года в отношении ФИО1 изменить: из описательно – мотивировочной части исключить указание на рапорт инспектора ДПС ОГИБДД Отдела МВД России по Александровскому району Ставропольского края ФИО9 от 25 декабря 2019 года как на доказательство виновности осужденного. 

В остальной части приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения.

Апелляционное представление государственного обвинителя Погорелова Е.В. удовлетворить.

Апелляционную жалобу адвоката Стороженко Н.Н. – оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: