Дело № 2-291/2020

УИД № 26RS0026-01-2020-000278-17

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

«19» ноября 2020 года г.Нефтекумск

Нефтекумский районный суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Ливинской Н.С., 

при секретаре Шевцовой Е.С.,

с участием представителя истца Л.А.НА.,

ответчиков ФИО1, ФИО3,

представителя ответчика ФИО1 - ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 к ФИО1, ФИО3 о признании недействительным договора дарения недвижимого имущества, ничтожным договора купли-продажи жилого дома и земельного участка, восстановлении права собственности на недвижимое имущество,

УСТАНОВИЛ:

ФИО7 обратился в суд с исковыми требованиями, в последствие уточненными в порядке ст.39 ГПК РФ, к ФИО1, ФИО3 о признании недействительным договора дарения недвижимого имущества, договора купли-продажи жилого дома и земельного участка, восстановлении права собственности на недвижимое имущество.

Исковые требования мотивированы тем, что ему на праве собственности принадлежал жилой дом общей площадью 68,50 кв.м, и земельный участок площадью 900 кв.м, расположенные по адресу: 

<

адрес>. Право собственности возникло до вступления в брак с ответчиком ФИО1 В период брака он подписал договор дарения указанного жилого дома и земельного участка в пользу своего несовершеннолетнего сына ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Позднее ему стало известно, что государственную регистрацию прошел договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ в пользу ФИО5, которой он не собирался дарить свое имущество, так как на момент совершения сделки отношения в семье с ответчиком ФИО5 не ладились, он постоянно проживал в 

<

адрес>. Подписывая договор дарения, он желал подарить недвижимость сыну, чтобы имущество перешло по наследству его детям, а также оставалось в пользовании его родственников. Данное недвижимое имущество было подарено ему его отцом и очень памятно для него. Он желал сделать подарок своему сыну, в соответствии с которым он был согласен передать жилой дом в собственность сына и что сын позволит ему и его родным и близким пользоваться данной недвижимостью. В дату подписания договора дарения он находился в г.Москве, договор дарения от 14.11.2017 года не подписывал. Ответчик ФИО1 обманным путем получив в собственность его недвижимое имущество, в последующем продала его по договору купли-продажи ФИО3 Просит признать договор дарения жилого дома общей площадью 68,50 кв.м. и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, заключенный между ним и ФИО1 14.11.2017 года - недействительным; признать договор купли-продажи земельного участка и жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, заключенный 04 июля 2019 года между ФИО8 и ФИО3 – ничтожным; применить последствия недействительности сделок, аннулировав право собственности ФИО3 на спорные объекта недвижимости и признать за ним право собственности на жилой дом и земельный участок по адресу: 

<

адрес>.

В судебное заседание истец ФИО7 не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежаще, воспользовался правом ведения дела через представителя.

В судебном заседании представитель истца ФИО9 поддержал уточненные исковые требования ФИО7, просил их удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании ответчик ФИО1 исковые требования не признала, суду пояснила, что действительно между ней и истцом 14.11.2017 года был заключен договор дарения недвижимого имущества – жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>. Данный договор подписан истцом и никем другим. Как видно из договора дарения на второй странице в п.3.1, 4.1, 4.2 неоднократно при упоминании сторон договора, фигурируют такие категории как «Даритель» и «Одаряемая», в конце договора подписи сторон выполнены лично от имени «Дарителя» и «Одаряемой», не через представителей. Данный договор прошел государственную регистрацию. В обязанности государственного регистратора при осуществлении государственной регистрации договора входит проверка данных и полномочий лиц, указанных в договоре. Истец присутствовал в органе, производящем государственную регистрацию сделок, никакого влияния на него никто не оказывал, он добровольно подписал договор в присутствии регистратора. В 2019 году по договору купли-продажи она продала спорный жилой дом и земельный участок ФИО3 и на деньги от продажи дома купила квартиру, которая находится в долевой собственности ее и детей, в том числе сына ФИО10 Считает, что требования истца необоснованны, оснований для признания договора дарения недействительным не имеется, так как истец сам добровольно подписал договор. Также считает, что данные требования истцом предъявлены, чтобы отомстить ей за то, что она взыскала с него алименты на содержание детей, истец и его родственники просили ее отказаться от алиментов, пригрозив, что напишут заявление о подделке документов. Просит применить срок исковой давности по требованиям о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий недействительности сделки, который составляет один год, и отказать истцу в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО1 – ФИО6 с исковыми требованиями не согласился, поддержал доводы, изложенные ответчиком ФИО1, просит отказать в удовлетворении иска, также пояснил, что в договоре дарения истцом собственноручно указана его фамилия, имя, отчество, что также подтверждено выводами судебной экспертизы, что подтверждает его волю на отчуждение спорного имущества.

В судебном заседании ответчик ФИО3 исковые требования не признала, суду пояснила, что по договору купли-продажи от 04.07.2019 года она приобрела у ФИО1 в собственность жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>. По документам на момент заключения договора купли-продажи ФИО1 являлась собственником недвижимого имущества, в связи с чем, у нее не возникло никаких сомнений по совершению сделки. В удовлетворении иска просит отказать.

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается.

В соответствии со ст.153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ч.1 ст.160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Статьей 162 ГК РФ предусмотрено, что несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства. В случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность.

Согласно ч.1 и ч.2 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В силу ч.1 ст.572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно ч.3 ст.574 ГК РФ, договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из договора дарения земельного участка и жилого дома от 14.11.2017 года следует, что ФИО7 подарил ФИО1, принадлежащий ему земельный участок площадью 900 кв.м. с кадастровым номером 

<

данные изъяты> и жилой дом общей площадью 68,50 кв.м, с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, по адресу: 

<

адрес>. Дата регистрации договора дарения 05.12.2017 года.

Из договора купли-продажи земельного участка и жилого дома от 04.07.2019 года следует, что ФИО1 продала ФИО12 земельный участок площадью 900 кв.м. с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, и жилой дом общей площадью 68,50 кв.м, с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, по адресу: 

<

адрес>. 

Согласно выписке из ЕГР недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от 15.02.2020 года собственником земельного участка площадью 900 кв.м. с кадастровым номером 

<

данные изъяты> и жилого дом общей площадью 68,50 кв.м, с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, по адресу: 

<

адрес>, является ФИО3, дата государственной регистрации права 22.07.2019 года.

В судебном заседании представителем истца заявлено, что истец ФИО7 при подписании договора дарения в регистрирующем сделки учреждении не присутствовал, документы при сдаче в данный орган не подписывал.

По ходатайству представителя истца по делу проведена судебная почерковедческая экспертиза.

Согласно заключению эксперта № от 14.09.2020 года Некоммерческое партнерство Центр независимой экспертизы «Спектр», подпись от имени ФИО7, расположенная в строке «Даритель» договора дарения земельного участка и жилого дома от 14.11.2017 года, заключенного между ФИО7 («Даритель») и ФИО1 («Одаряемая»), находящегося в деле правоустанавливающих документов в отношении объекта недвижимости – жилого ода с кадастровым номером 

<

данные изъяты> расположенного по адресу: 

<

адрес> (л.д.9,8), выполнена не ФИО7, а другим лицом (лицами).

Подпись от имени ФИО7, расположенная в строке «подпись», копии чек-ордера от 17.11.2017, находящегося в деле правоустанавливающих документов в отношении объекта недвижимости, жилого дома с кадастровым номером 

<

данные изъяты> расположенного по адресу: 

<

адрес> (л.д. 6), выполнена не ФИО7, а другим лицом (лицами).

Подписи, расположенные в строках «подпись», «расписка получена», «подпись, ФИО7» и подпись в нижней части листа под таблицей, заявления в Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Ставропольскому краю № от 27 ноября 2017г., находящегося в деле правоустанавливающих документов в отношении объекта недвижимости, жилого дома с кадастровым номером 26:22:070717:178, расположенного по адресу: 

<

адрес> (л.д. 3,2), выполнены не ФИО7, а другим лицом (лицами).

Подписи, расположенные в строках «расписка получена», «подпись, ФИО7», «подпись», заявления в Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Ставропольскому краю № от 27 ноября 2017г., находящегося в деле правоустанавливающих документов в отношении объекта недвижимости, жилого дома с кадастровым номером 

<

данные изъяты> расположенного по адресу: 

<

адрес> (л.д. 1), выполнены не ФИО7, а другим лицом (лицами).

Подпись от имени ФИО7, расположенная в строке «подпись», копии чек-ордера от 17.11.2017, находящегося в деле правоустанавливающих документов в отношении объекта недвижимости, земельного участка с кадастровым номером 26:22:070717:37, расположенного по адресу: 

<

адрес> (л.д. 6), выполнена не ФИО7, а другим лицом (лицами).Подписи, расположенные в строках «подпись», «расписка получена», «подпись Р.М.. ФИО13» и подпись в нижней части листа под таблицей заявления в Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Ставропольскому краю № от 27 ноября 2017 г., находящегося в деле правоустанавливающих документов в отношении объекта недвижимости, земельного участка с кадастровым 

<

данные изъяты> расположенного по адресу: 

<

адрес> (л.д. 3,2), выполнены не ФИО7, а другим лицом (лицами).

Подписи, расположенные в строках «расписка получена», «подпись, ФИО7», «подпись», заявления в Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Ставропольскому краю № от 27 ноября 2017г., находящегося в деле правоустанавливающих документов в отношении объекта недвижимости, земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

адрес> (л.д. 1), выполнены не ФИО7, а другим лицом (лицами).

Рукописная запись «Гаджиев Руслан Магомедович», расположенная в строке «Даритель» договора дарения земельного участка и жилого дома от 14.11.2017г., заключенного между ФИО7 («Даритель») и ФИО1 («Одаряемая»), находящегося в деле правоустанавливающих документов в отношении объекта недвижимости, жилого дома с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

адрес> (л.д. 9, 8), выполнена ФИО7.

Суд принимает, как доказательство, данное экспертное заключение, поскольку исследование проведено экспертом, имеющим соответствующую квалификацию, длительный стаж работы по специальности "Исследование почерка и подписи", «исследование реквизитов документов», эксперт был предупрежден за дачу заведомо ложного заключения, выводы эксперта носят категоричный характер, каких-либо сомнений научная обоснованность данных выводов не вызывает, исследовательская часть заключения содержит подробное описание проведенного исследования, которое, по мнению суда, является достаточным для категоричного ответа на вопросы, поставленные в определении суда о назначении экспертизы.

В судебном заседании свидетель ФИО11 пояснила, что с 2016 года работала в МФЦ специалистом, принимала заявления на регистрацию права. В ноябре 2017 года на прием в МФЦ пришли истец и ответчик Г-вы, между ними был составлен договор дарения на дом и земельный участок по 

<

адрес>, они представили полный пакет документов, после чего она проверила у Г-вых паспорта, установив их личность, на тот момент супруги Г-вы находились в зарегистрированном браке, уточнила у ФИО14 дарит ли он спорное имущество супруге, что ФИО14 подтвердил. Договор дарения Г-вы подписывали оба собственноручно в ее присутствии, после чего она составила расписку при оформлении документов, затем передала все документы в главный офис, которые проверяются и передаются в Управление Росреестра, через 7-10 дней документы вернулись, и по представленной ФИО14 расписке выдала ей договор дарения. Она отчетливо помнит данную ситуация, так как Г-вы являются жителями села, которых она знает как односельчан.

По смыслу п. 1 ст. 160, п. 1 ст. 162 ГК РФ факт совершения определенных действий по сделке, для заключения которой законом предусмотрена необходимость соблюдения письменной формы, не может быть установлен только на основании свидетельских показаний, если имеются письменные доказательства, опровергающие данный факт.

Таким образом, суд не может принять в качестве допустимого доказательства показания свидетеля ФИО15, которые опровергаются экспертным заключением № от 14.09.2020 года.

Оценив экспертное заключение № от 14.09.2020 года в совокупности с иными собранными по делу доказательствами, суд приходит к выводу, что договор дарения от 14.11.2017 года в установленном законом порядке дарителем ФИО7 не подписан, так как подпись от имени ФИО7, расположенная в строке «Даритель» указанного договора дарения выполнена не ФИО7, а другим лицом (лицами).

Рукописная запись «Гаджиев Руслан Магомедович», расположенная в строке «Даритель» договора дарения земельного участка и жилого дома от 14.11.2017г.не является подписью дарителя и не может свидетельствовать о волеизъявлении дарителя, в связи с чем, данная сделка является недействительной. 

Учитывая, что договор дарения земельного участка и жилого дома от 14.11.2017 года является недействительным, ответчик ФИО1 не обладала правом по отчуждению спорного недвижимого имущества.

Договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, от 04.07.2019 года, ФИО1, не обладающая полномочиями собственника в нарушение закона заключила с ФИО3, в связи с чем, по данному договору у ФИО3 не возникло право собственности, указанный договор купли-продажи посягает на права и интересы собственника недвижимого имущества и является недействительным, как ничтожная сделка.

Таким образом, исковые требования ФИО7 о признании недействительным договора дарения от 14.11.2017 года жилого дома и земельного участка по адресу: 

<

адрес>, и признании ничтожным договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 04.07.2019 года, подлежат удовлетворению. 

В п. п. 34,35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 (ред. от 23.06.2015) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что в случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам ст.ст.301,302 ГК РФ.

Если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя. Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 ГК РФ.

В соответствие с ч.1 ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Согласно разъяснениям, содержащимися в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации "22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой прав собственности и других вещных прав", собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражений ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Как следует из искового заявления и пояснений представителя истца, истец ФИО7 имел волеизъявление подарить спорный жилой дом и земельный участок, которые ему были подарены его отцом, своему родному сыну, чтобы имущество перешло по наследству, и что сын позволит ему и его родным и близким пользоваться данной недвижимостью.

Тот факт, что истец не желал утратить спорное имущество, а желал продолжать им пользоваться, подтверждается наличием регистрации истца по указанному адресу по настоящее время.

Доказательств волеизъявления истца ФИО7 на выбытие принадлежащего ему спорного недвижимого имущества из его владения(дарение)в пользу ответчика ФИО1, суду не представлено. 

Доводы стороны ответчика ФИО1 о пропуске срока исковой давности суд находит несостоятельными ввиду следующего.

Согласно ч.2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как следует из искового заявления осенью 2019 года истцу от родственников стало известно, что недвижимость, которую он передал своему сыну ФИО4, была продана ответчиком.

Таким образом, учитывая тот факт, что истец узнал об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной осенью 2019 года, срок исковой давности для обращения в суд по данному спору истекает осенью 2020 года и истцом на момент обращения в суд 27.02.2020 года не пропущен.

Учитывая изложенное, в виду признания сделки дарения недействительной, а договора купли-продажи ничтожным, право собственности ответчика ФИО3 на жилой дом и земельный участок по адресу: 

<

адрес>, подлежит прекращению, а право собственности истца на указанное имущество – подлежит восстановлению.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО7 к ФИО1, ФИО3 о признании недействительным договора дарения недвижимого имущества, договора купли-продажи жилого дома и земельного участка, восстановлении права собственности на недвижимое имущество, - удовлетворить.

Признать договор дарения жилого дома общей площадью 68,50 кв.м. с кадастровым номером 

<

данные изъяты> и земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенных по адресу: 

<

адрес>, заключенный между ФИО7 и ФИО1 14.11.2017 года - недействительным.

Признать договор купли-продажи земельного участка и жилого дома общей площадью 68,50 кв.м. с кадастровым номером 

<

данные изъяты> и земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенных по адресу: 

<

адрес>, заключенный 04 июля 2019 года между ФИО1 и ФИО3 – ничтожным.

Прекратить право собственности ФИО3 на жилой дом общей площадью 68,50 кв.м. с кадастровым номером 

<

данные изъяты> и земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенные по адресу: 

<

адрес>.

Восстановить право собственности ФИО7 на жилой дом общей площадью 68,50 кв.м. с кадастровым номером 

<

данные изъяты> и земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты> расположенные по адресу: 

<

адрес>.

Решение суда является основанием Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю для аннулирования в Едином государственном реестре недвижимости записей № от 22.07.2019 г. и №от 22.07.2019 г. о регистрации права собственности ФИО3 на жилой дом общей площадью 68,50 кв.м. с кадастровым номером 

<

данные изъяты> и земельный участок с кадастровым номером 26:22:070717:37, расположенные по адресу: 

<

адрес>.

Решение суда является основанием Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю для государственной регистрации права собственности ФИО7 на жилой дом общей площадью 68,50 кв.м. с кадастровым номером 

<

данные изъяты> и земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенные по адресу: 

<

адрес>.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Ставропольского краевого суда через Нефтекумский районный суд Ставропольского края в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 25 ноября 2020 года.

Судья Н.С. Ливинская