Дело № 2-2425/2021

УИД № 26RS0029-01-2021-004690-24

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 июля 2021 года г. Пятигорск

Пятигорский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Шевляковой И.Б.,

при секретаре судебного заседания Казанчевой С.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Пятигорского городского суда гражданское дело по исковому заявлению Индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по кредитному договору,

У С Т А Н О В И Л :

ИП ФИО1 обратилось в суд с исковыми требованиями к ФИО2 о взыскании задолженности по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, состоящей из: суммы невозвращенного основного долга по состоянию на 24.09.2015 года в размере 106 716 рублей 82 копейки, суммы неоплаченных процентов по ставке 35,00 % годовых по состоянию на 24.09.2015 года в размере 7 556 рублей 96 копеек, суммы неоплаченных процентов по ставке 35,00 % годовых, рассчитанной за период с 25.09.2015 года по 20.05.2021 года в размере 211 109 рублей 27 копеек, суммы неустойки на сумму невозвращенного основного долга за период с 25.09.2015 года по 20.05.2021 года в размере 100 000 рублей, а также процентов по ставке 35,00% годовых на сумму основного долга 106 716 рублей 82 копейки за период с 21.05.2021 года по дату фактического погашения задолженности, неустойки по ставке 0,5 % в день на сумму основного долга 106 716 рублей 82 копейки за период с 21.05.2021 года по дату фактического погашения задолженности. 

В обоснование заявленных требований истец указал, что КБ «Русский Славянский банк» ЗАО и ФИО2 заключили кредитный договор № от ДД.ММ.ГГГГ. 

В соответствии с условиями договора банк обязался предоставить должнику кредит в сумме 114 273 рубля 78 копеек на срок до ДД.ММ.ГГГГ из расчета 35,00 % годовых. Должник в свою очередь обязался в срок до ДД.ММ.ГГГГ возвратить полученный кредит и уплачивать банку за пользование кредитом проценты из расчета 35,00 % годовых.

Должник свои обязательства по возврату кредита и процентов надлежащим образом не исполнил. В период с 25.09.2015 года по 20.05.2021 года должником не вносились платежи в счет погашения кредита и процентов. В срок возврата кредита заемщик кредит не возвратил. Согласно кредитному договору, в случае нарушения срока возврата кредита, заемщик уплачивает банку неустойку в размере 0,5% на сумму просроченного платежа за каждый календарный день просрочки. 

Таким образом, задолженность по договору по состоянию на 20.05.2021 года составила: 106 716 рублей 82 копейки – сумма невозвращенного основного долга по состоянию на 24.09.2015 года, 7 556 рублей 96 копеек – сумма неоплаченных процентов по ставке 35,00 % годовых по состоянию на 24.09.2015 года в размере, 211 109 рублей 27 копеек – сумма неоплаченных процентов по ставке 35,00 % годовых, рассчитанная за период с 25.09.2015 года по 20.05.2021 года, 1 101 851 рубль 17 копеек – сумма неустойки на сумму невозвращенного основного долга за период с 25.09.2015 года по 20.05.2021 года. 

В свою очередь истец полагает, что сумма неустойки, предусмотренная кредитным договором в размере 1 101 851 рубль 17 копеек, является несоразмерной последствиям нарушения ответчиком обязательств, и самостоятельно снижает подлежащую взысканию с ответчика сумму неустойки до 100 000 рублей. Таким образом, с ответчика подлежит взысканию неустойка в размере 100 000 рублей. 

Между КБ «Русский Славянский банк» ЗАО и ООО «ССТ» заключен договор уступки прав требования (цессии) № от ДД.ММ.ГГГГ. 

Между ООО «ССТ» в лице конкурсного управляющего ФИО6 и ИП ФИО7 заключен договор уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ. 

Согласно указанному договору уступки прав требования, цедент передает, а цессионарий принимает и оплачивает, на условиях договора, принадлежащие цеденту права требования к должнику по кредитному договору, в т.ч. проценты и неустойки. Обязательства по оплате договора цессии ИП ФИО7 исполнены в полном объеме. 

Между ИП ФИО7 и ИП ФИО8 заключен договор уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ. 

Между ИП ФИО8 и ИП ФИО1 заключен договор уступки прав требования № от ДД.ММ.ГГГГ. 

На основании указанных договоров к ИП ФИО1 (новый кредитор) перешло право требования задолженности к ФИО2 по кредитному договору, заключенному с КБ «Русский Славянский банк» ЗАО, в том числе право на взыскание суммы основного долга, процентов, неустойки и прочее. Уступка прав требований состоялась.

Выписки по ссудным счетам, открытым в рамках кредитного договора в отношении заемщиков, права требования к которым переуступлены по договору № от ДД.ММ.ГГГГ, переданы на ответственное хранение конкурсному управляющему КБ «Русский Славянский Банк» (АО) - ГК «АСВ». 

Истцом было получено письмо № от ДД.ММ.ГГГГ от конкурсного управляющего БАНК РСБ 24 (АО) ГК «АСВ» об отказе в предоставлении запрашиваемых документов. Из письма следует: «В соответствии с п. 3 ст. 389 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором, цедент обязан передать цессионарию все полученное от должника в счет уступленного требования. Права требования к физическим лицам по кредитным договорам, полученные Цессионарием по договорам уступки прав от БАНК РСБ 24 (АО) переданы последующему Цессионарию - ИП ФИО1 Таким образом, в рассматриваемой ситуации Цессионарии, уступая полученные ими по договору права (требования) другим лицам, сами становятся Цедентами и несут обязанность по предоставлению последующему Цессионарию всех документов, относящихся к уступаемым правам (требованиям). На первоначальном Цеденте, то есть БАНК РСБ 24 (АО), данная обязанность не лежит. Правом получения выписок по ссудным счетам, открытым в рамках кредитных договоров, в отношении заемщиков, права требования к которым переуступлены, наделены исключительно ООО «Инвест-Проект», ООО «ССТ», ООО «Контакт-Телеком», ООО «Т-Проект», ООО «Финансовый советник», ООО «САЕ», в лице своего представителя». Также из текста данного письма следует, что учитывая отсутствие между Банком и ИП ФИО1 договорных отношений, касающихся уступленных прав требования, представитель ГК «АСВ» ФИО9 считает, что основания для удовлетворения требований ИП ФИО1 отсутствуют. На основании изложенного истец не имеет возможности получить эти документы самостоятельно.

Истец ИП ФИО1, надлежащим образом извещенная о времени и месте разбирательства дела, в судебное заседание не явилась. Из поданного в суд искового заявления следует, что истец просит рассмотреть дело в ее отсутствие, не возражая против рассмотрения дела в порядке заочного производства. На основании ч. 5 ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося истца. 

Ответчик ФИО2 и ее представитель – адвокат Гольцева Н.В., надлежащим образом извещенные о времени и месте разбирательства дела, в судебное заседание не явились, не сообщили об уважительных причинах неявки и не просили о рассмотрении дела в их отсутствие. На основании ч. 4 ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся ответчика и ее представителя. 

ФИО2 суду представлены письменные возражения на заявленные к ней ИП ФИО1 исковые требования, в которых ответчик просит в удовлетворении исковых требований истца к ней отказать в полном объеме, поскольку кредит был выплачен ею полностью, что подтверждают представленные суду квитанции об оплате. Кроме того, ответчиком суду заявлено ходатайство о применении к исковым требованиям ИП ФИО1 положений ст. ст. 196-199 ГК РФ о пропуске срока исковой давности. 

Представитель третьего лица – КБ «Русславбанк» (АО) в лице конкурсного управляющего – ГК «АСВ», надлежащим образом извещенный о времени и месте разбирательства дела, в судебное заседание не явился, не представил сведений о причинах неявки. На основании ч. 3 ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося представителя третьего лица. 

Исследовав материалы гражданского дела, оценив представленные сторонами доказательства и оценив эти доказательства с учетом требований закона об их допустимости, относимости и достоверности как в отдельности, так и их взаимной связи в совокупности, а установленные судом обстоятельства – с учетом характера правоотношений сторон и их значимости для правильного разрешения спора, суд приходит к следующему:

В соответствии с п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в интересе.

Подпункт 1 п. 1 ст. 3 ГК РФ в числе оснований возникновения гражданских прав и обязанностей называет гражданско-правовой договор.

В силу п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена ГК РФ, законом или добровольно принятым обязательством.

В соответствии с п. 3 ст. 421 ГК РФ допускается заключение договоров, содержащих элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

В соответствии с п. 3 ст. 420 ГК РФ к обязательствам, возникшим из договора, применяются общие положения об обязательствах (ст. ст. 307 - 419), если иное не предусмотрено правилами главы 27 и правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в ГК РФ.

Согласно положениям, ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. При этом не допускается односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (ст. 310 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. 

Пунктом 2 ст. 819 ГК РФ предусмотрено, что к отношениям по кредитному договору применяются правила, регулирующие порядок заключения и исполнения договора займа, если это не противоречит правилам заключения и исполнения кредитного договора и не вытекает из существа кредитного обязательства.

Согласно положениям ст. 820 ГК РФ кредитный договор заключается в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным. При этом ст. 820 ГК РФ не обязывает стороны кредитного правоотношения заключать договор путем составления одного документа, подписываемого обеими сторонами. Согласно п. 3 ст. 434 ГК РФ письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном п. 3 ст. 438 ГК РФ, а именно путем совершения лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий.

В соответствии с положениями п. 1 ст. 314 ГК РФ и п. 1 ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Как следует из представленного суду заявления – оферты № от ДД.ММ.ГГГГ, подписанного ФИО2, доверенности и заявления на перечисление денежных средств, являющихся приложением к заявлению-оферте № от ДД.ММ.ГГГГ, - ДД.ММ.ГГГГ между АКБ «Русславбанк» (ЗАО) и ФИО2 заключен кредитный договор №, по условиям которого банк предоставляет ФИО2 кредит в размере 110 560 рублей на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с условием возврата кредита и уплаты процентов в размере 27,60 % годовых ежемесячно, каждого 13 числа месяца, равными частями в размере 6 470 рублей. Последний платеж составляет 6 414 рублей 68 копеек. 

Процентная ставка по кредиту составила 35,00% годовых. 

Погашение задолженности осуществляется на текущий счет №. 

В соответствии с условиями заключенного кредитного договора № от ДД.ММ.ГГГГ, в случае несвоевременного (неполного) погашения кредита (части кредита) и/или уплаты процентов за пользование кредитом заемщик обязался уплачивать банку неустойку в размере 0,5 % на сумму просроченного платежа за каждый календарный день просрочки. 

Согласно заявления на перечисление денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 просила перечислить сумму кредита в размере 100 000 рублей на расчетный счет №. 

Представленные суду доказательства, а также содержание возражений ответчика на исковые требования с достоверностью подтверждает, что банком были исполнены возложенные на него кредитным договором № от ДД.ММ.ГГГГ обязательства, а именно ДД.ММ.ГГГГ представлен заемщику кредит в размере 100 000 рублей, которые были зачислены на лицевой счет заемщика №, открытый в банке. 

В обоснование заявленных исковых требований истец ссылается на те обстоятельства, что ответчиком ненадлежащим образом исполнялись обязательства по заключенному с КБ «Русский Славянский Банк» ЗАО кредитные обязательства, в результате чего по состоянию на 24.09.2013 года за заемщиком числится задолженность в виде суммы невозвращенного основного долга по состоянию на 24.09.2015 года в размере 106 716 рублей 82 копейки, суммы неоплаченных процентов по ставке 35,00% годовых по состоянию на 24.09.2015 года в размере 7 556 рублей 96 копеек. 

Однако, как усматривается из представленных суду ответчиком ФИО3 приходных кассовых ордеров за период с 11.10.2013 года по 11.06.2015 года, за указанный период ответчик добросовестно и в полном объеме вносила ежемесячные платежи в счет погашения задолженности по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, в результате чего по состоянию на 11.06.2015 года ею было выплачено в счет погашения задолженности 131 680 рублей из необходимых по состоянию на 11.09.2015 года 155 224 рубля 68 копеек (полная стоимость кредита указанная в заявлении – оферте № от ДД.ММ.ГГГГ). 

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ кредитором – КБ «Русский Славянский Банк» ЗАО в адрес ФИО2 направлено письмо – уведомление о возникновении по состоянию на 23.09.2015 года задолженности по кредитному договору, в соответствии с которыми по состоянию на указанную дату сумма задолженности ответчика по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ составляла: сумма просроченного основного долга – 23 915 рублей (а не 106716 рублей 82 копейки, как указано истцом в исковом заявлении), проценты на просроченную задолженность – 275 рублей 19 копеек, просроченные проценты в размере 2 931 рубль 10 копеек (а не 7 556 рублей 96 копеек, как указано в исковом заявлении по состоянию на 24.09.2015 года).

Вышеуказанные представленные суду ответчиком достаточные и достоверные доказательства полностью опровергают представленные суду истцом расчеты сумм задолженности ответчика ФИО2, а также произведенный КБ «Русский Славянский Банк» ЗАО расчет задолженности по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ при заключении ДД.ММ.ГГГГ договора цессии №, поскольку сам кредитор КБ «Русский Славянский Банк» ЗАО по состоянию на 23.09.2015 года, т.е. до заключения договора цессии с ООО «ССТ» № от ДД.ММ.ГГГГ, установил сумму задолженности ФИО2 по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, действие которого окончилось 11.09.2015 года. 

Представленное суду ответчиком уведомление КБ «Русский Славянский Банк» ЗАО, направленное в адрес ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, у суда сомнений не вызывает с учетом представленных истцом платежных документов об оплате сумм задолженности по кредиту в период с 11.10.2013 года по 11.06.2015 года. 

Принимая во внимание установленные судом обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что на момент заключения между КБ «Русский Славянский Банк» ЗАО и ООО «ССТ» договора цессии № от ДД.ММ.ГГГГ, сумма задолженности ФИО2 по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ составляла за период с 10.07.2015 года по 23.09.2015 года 27 121 рубль 38 копеек, из которых: сумма просроченного основного долга – 23 915 рублей 09 копеек, проценты на просроченную задолженность – 275 рублей 19 копеек, просроченные проценты – 2 931 рубль 10 копеек, в связи с чем при расчете суммы задолженности суд полагает необходимым исходить именно из указанных в уведомлении банка сумм задолженностей по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ. 

Согласно ч. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (ч. 1 ст. 384 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между КБ «Русский Славянский банк» ЗАО и ООО «ССТ» заключен договор уступки прав требования (цессии) №. 

ДД.ММ.ГГГГ между ООО «ССТ» в лице конкурсного управляющего ФИО6 и ИП ФИО7 заключен договор уступки прав требования, согласно которому цедент передает, а цессионарий принимает и оплачивает, на условиях договора, принадлежащие цеденту права требования к должнику по кредитному договору, в т.ч. проценты и неустойки. Обязательства по оплате договора цессии ИП ФИО7 исполнены в полном объеме. 

ДД.ММ.ГГГГ между ИП ФИО7 и ИП ФИО8 заключен договор уступки прав требования. 

ДД.ММ.ГГГГ между ИП ФИО8 и ИП ФИО1 заключен договор уступки прав требования №. На основании указанных договоров к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (новый кредитор) перешло право требования задолженности к ФИО2 по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному с КБ «Русский Славянский банк» ЗАО, в том числе право на взыскание суммы основного долга, процентов, неустойки и прочее. Уступка прав требований состоялась.

На основании указанных договоров к ИП ФИО1 (новый кредитор) перешло право требования задолженности к ФИО2 по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному с КБ «Русский Славянский банк» ЗАО, в том числе право на взыскание суммы основного долга, процентов, неустойки и прочее. 

Решением Арбитражного суда по делу № А-40-244375/2015 КБ «Русский Славянский Банк» (АО) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего возложены на ГК «АСВ».

В силу п. 1 ч. 12 ст. 20 Федерального закона от 02.12.1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности» в период после дня отзыва лицензии на осуществление банковских операций и до дня вступления в силу решения арбитражного суда о признании кредитной организации несостоятельной (банкротом) или о ее ликвидации кредитная организация имеет право взыскивать и получать задолженность, в том числе по ранее выданным кредитам, осуществлять возврат авансовых платежей, ранее осуществленных кредитной организацией, получать средства от погашения ценных бумаг и доходы по ценным бумагам, принадлежащим кредитной организации на праве собственности.

Таким образом, действующим законодательством о банковской деятельности не предусмотрено, что отзыв у банка лицензии, как и признание банка банкротом, влекущее открытие в отношении него конкурсного производства, отменяет обязанность заемщиков Банка погашать задолженность, уплачивать проценты, неустойку за пользование кредитами в соответствии с условиями кредитных договоров.

Соответственно ранее заключенные кредитные договоры продолжают действовать, в том числе остаются в силе все положения и условия, прописанные в кредитных договорах, включая условия о мерах гражданско-правовой ответственности, которые могут быть применены в отношении заемщиков за ненадлежащее исполнение своих обязательств.

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, предусмотренными в п. 1 Постановления от 21.12.2017 года № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» по смыслу п. 1 ст. 382, п. 1 ст. 389.1, ст. 390 ГК РФ уступка требования производится на основании договора, заключенного первоначальным кредитором (цедентом) и новым кредитором (цессионарием).

Согласно п. 4 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, в силу п. 1 ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты. Первоначальный кредитор не может уступить новому кредитору больше прав, чем имеет сам.

В соответствии с п. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно ч. 1 ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

При подписании заявления на получение потребительского кредита, ответчик подтвердил, что банк вправе полностью или частично уступить права кредитора по кредитному договору третьему лицу.

Толкование данного положения свидетельствует о том, что при заключении кредитного договора заемщик был поставлен в известность о праве Банка производить уступку права требования другому лицу. При этом возможность уступки права требования возврата займа условиями кредитного договора была предусмотрена без каких-либо ограничений.

Истец не является кредитной организацией, которая для извлечения прибыли, как основной цели своей деятельности, имеет право осуществлять банковские операции, предусмотренные ст. 5 Федерального закона от 02.12.1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности», в число которых не входит уступка требований по кредитному договору».

В данном случае, согласно ст. 383 ГК РФ, личность кредитора не имеет существенного значения для должника.

Определением Конституционного Суда РФ от 24.09.2012 года № 1822-О установлено, что положения главы 24 ГК РФ в системной взаимосвязи с законодательными гарантиями банковской тайны (ст. 857 ГК РФ, ст. 26 Федерального закона от 02.12.1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности»), не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заемщиков.

Таким образом, ИП ФИО1 является надлежащим кредитором ответчика ФИО2 по вышеуказанным требованиям.

В ходе судебного разбирательства по делу ответчиком ФИО2 заявлено ходатайство о применении в отношении заявленных к ней истцом – ИП ФИО1 исковых требований о взыскании задолженности по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, норм закона о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд с указанными исковыми требованиями к ответчику, который составляет по заявленным к ответчику исковым требованиям о взыскании задолженности за указанный период три года. При этом ответчик ссылается на те обстоятельства, что с 2015 года и по настоящее время она не вносила денежных средств в счет погашения задолженности по кредиту, следовательно, не признавала долг в период после окончания срока исковой давности, а первоначальный кредитор знал с 23.09.2015 года о наличии задолженности, направил ему претензию об оплате задолженности, соответственно срок исковой давности по заявленным к ФИО2 исковым требованиям следует исчислять с сентября 2015 года. 

Рассматривая указанное ходатайство, суд приходит к следующему:

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Общий срок исковой давности в соответствии с п. 1 ст. 196 ГК РФ составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 названного кодекса.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

В соответствии с положениями п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 года № 43 (ред. от 07.02.2017 года) «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» - течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (п. 1 ст. 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

По обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения (п. 2 ст. 200 ГК РФ).

Пунктом 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» предусмотрено, что по смыслу п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

Как усматривается из материалов дела, кредитный договор между ЗАО «Русславбанк» и ФИО2 был заключен ДД.ММ.ГГГГ на срок до 11.09.2015 года. Следовательно, в соответствии с положениями ст. 204 ГК РФ, срок исковой давности по повременным платежам по указанному кредитному договору начал течь со дня, следующего за днем внесения заемщиком последнего платежа по кредиту, предусмотренного графиком погашения задолженности, т.е. с 11.09.2015 года.

При этом, 23.09.2015 года ЗАО «Русславбанк» в адрес ФИО2 направлено письмо - требование об оплате задолженности по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 27 121 рубль 38 копеек в срок до 23.10.2015 года, следовательно, именно с 23.10.2015 года начал течь установленный законом трехлетний срок исковой давности по взысканию с ФИО2 в пользу кредитора задолженности по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, который окончился 23.10.2018 года. 

Сведений о том, что за период с 23.09.2015 года и по настоящее время ФИО2 вносила в счет погашения задолженности по кредиту какие-либо денежные средства суду не представлено. 

Кроме того, как следует из представленных суду истцом доказательств, - по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, т.е. на момент заключения между КБ «Русский Славянский банк» ЗАО и ООО «ССТ» договора уступки прав требования (цессии) № РСБ-260515-ССТ, первоначальный кредитор - КБ «Русский Славянский банк» знал о своем нарушенном праве в виде неисполнения заемщиком ФИО2, включенной КБ «Русский Славянский банк» в реестр должников от ДД.ММ.ГГГГ, своих обязанностей по кредитному договору. Соответственно и цессионарий ООО «ССТ» на момент заключения вышеуказанного договора цессии знал о нарушении ФИО2 условий кредитного договора № от ДД.ММ.ГГГГ, однако в установленный законом трехлетний срок с момента переуступки прав требования в суд с исковыми требованиями не обратился. 

В соответствии с ч. 2 ст. 200 ГК РФ по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения. По обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования. При этом срок исковой давности во всяком случае не может превышать десять лет со дня возникновения обязательства.

Учитывая те обстоятельства, что суду представителем истца не представлены выписки по счету заемщика ФИО2, тогда как ответчиком представлены платежные документы об оплате ею задолженности по кредиту вплоть до 11.06.2015 года и письмо-требование от ДД.ММ.ГГГГ об оплате задолженности по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в срок до 23.10.2015 года, суд приходит к выводу о том, что как с 23.09.2015 года, так и с 23.10.2015 года, банку и последующим правопреемникам было достоверно известно о нарушении заемщиком условий погашения задолженности по предоставленному ему кредиту, а также известно, что 11.09.2015 года заемщиком ФИО2 должен был быть произведен последний платеж по кредиту, и, следовательно, с 23.10.2015 года начинает течь установленный ч. 1 ст. 196 ГК РФ трехгодичный срок исковой давности, который истек ДД.ММ.ГГГГ. 

В п. 3 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 22.05.2013 года, Верховный Суд РФ также разъяснил, что правильной является судебная практика по спорам, возникающим из кредитных правоотношений, когда при исчислении сроков исковой давности по требованиям о взыскании просроченной задолженности по кредитному обязательству, предусматривающему исполнение в виде периодических платежей, суды применяют общий срок исковой давности (ст. 196 ГК РФ), который подлежит исчислению отдельно по каждому платежу со дня, когда кредитор узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

В соответствии с положениями ст. 201 ГК РФ перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления. 

Согласно положений п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 года № 43 (ред. от 07.02.2017 года) «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», - по смыслу ст. 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу указанных положений закона и разъяснений Пленума, срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном ст. 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права, т.е. в данном случае с 27.08.2016 года. При этом уступка им права требования на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления не влияет.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. п. 17 и 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», а также положений п. 1 ст. 204 ГК РФ, срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа либо обращения в третейский суд, если такое заявление было принято к производству. 

По смыслу ст. 204 ГК РФ начавшееся до предъявления иска течение срока исковой давности продолжается лишь в случаях оставления заявления без рассмотрения либо прекращения производства по делу по основаниям, предусмотренным абзацем вторым ст. 220 ГПК РФ, п. 1 ч. 1 ст. 150 АПК РФ, с момента вступления в силу соответствующего определения суда либо отмены судебного приказа. В случае прекращения производства по делу по указанным выше основаниям, а также в случае отмены судебного приказа, если неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев (п. 1 ст. 6, п. 3 ст. 204 ГК РФ).

Однако, как следует из представленных суду доказательств, с исковыми требованиями о взыскании с ФИО2 задолженности по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в виде суммы основного долга и процентов за пользование кредитом, истец ИП ФИО1 обратилась лишь 06.06.2021 года. При этом с 26.05.2015 года и по 06.06.2021 года никто из правопреемников ЗАО «Русславбанк» не обращался ни к заемщику, ни в суд с требованиями о возврате суммы задолженности по кредиту. Сведений об обратном суду не представлено. 

В силу норм, предусмотренных ст.ст. 56, 59, 60 ГПК РФ, суд в рамках конкретного дела принимает решение на основании закона и личных суждений об исследованных фактических обстоятельствах, об относимости и допустимости доказательств, а также о правах и обязанностях сторон, суд самостоятельно определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой из сторон они подлежат доказыванию, ставит их на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались. 

Принимая во внимание установленные судом обстоятельства того, что срок исковой давности для предъявления требований к заемщику ФИО2 по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ истек ДД.ММ.ГГГГ; договор об уступке прав (требования) между ИП ФИО8 и ИП ФИО1 № от ДД.ММ.ГГГГ был заключен уже по истечении срока исковой давности для предъявления в суд требований к ФИО2 о взыскании задолженности по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, и с исковым заявлением истец обратился в суд лишь ДД.ММ.ГГГГ, т.е. по истечении более года с момента заключения договора цессии и по истечении более полутора лет со дня истечения срока исковой давности, учитывая, что истец не представил суду доказательств уважительности пропуска им срока исковой давности по заявленным им к ФИО2 исковым требованиям, суд приходит к выводу об обоснованности заявленного ответчиком ФИО2 ходатайства о применении к исковым требованиям ИП ФИО1 положений ст. ст. 199, 200 ГК РФ о пропуске срока исковой давности. 

Согласно положений ст. 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которого заявлено ответчиком ФИО2, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Учитывая вышеизложенное, а также вышеперечисленные нормы действующего законодательства суд полагает необходимым в удовлетворении исковых требований ИП ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, состоящей из: суммы невозвращенного основного долга по состоянию на 24.09.2015 года в размере 106 716 рублей 82 копейки, суммы неоплаченных процентов по ставке 35,00 % годовых по состоянию на 24.09.2015 года в размере 7 556 рублей 96 копеек, суммы неоплаченных процентов по ставке 35,00 % годовых, рассчитанной за период с 25.09.2015 года по 20.05.2021 года, в размере 211 109 рублей 27 копеек, суммы неустойки на сумму невозвращенного основного долга за период с 25.09.2015 года по 20.05.2021 года в размере 100 000 рублей, а также процентов по ставке 35,00 % годовых на сумму основного долга 106 716 рублей 82 копейки за период с 21.05.2021 года по дату фактического погашения задолженности, неустойки по ставке 0,5 % в день на сумму основного долга 106 716 рублей 82 копейки за период с 21.05.2021 года по дату фактического погашения задолженности, отказать в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст. 167, 194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований Индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, состоящей из: суммы невозвращенного основного долга по состоянию на 24.09.2015 года в размере 106 716 рублей 82 копейки, суммы неоплаченных процентов по ставке 35,00 % годовых по состоянию на 24.09.2015 года в размере 7 556 рублей 96 копеек, суммы неоплаченных процентов по ставке 35,00 % годовых, рассчитанной за период с 25.09.2015 года по 20.05.2021 года, в размере 211 109 рублей 27 копеек, суммы неустойки на сумму невозвращенного основного долга за период с 25.09.2015 года по 20.05.2021 года в размере 100 000 рублей, а также процентов по ставке 35,00 % годовых на сумму основного долга 106 716 рублей 82 копейки за период с 21.05.2021 года по дату фактического погашения задолженности, неустойки по ставке 0,5 % в день на сумму основного долга 106 716 рублей 82 копейки за период с 21.05.2021 года по дату фактического погашения задолженности, отказать. 

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Пятигорский городской суд Ставропольского края.

Судья И.Б. Шевлякова