Дело № 2-392/2019 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Торжок 24 июля 2019 года

Торжокский городской суд Тверской области в составе

председательствующего судьи Иванова Д.А.

при секретаре Беловой Л.С.

с участием представителя ответчика ФИО1, действующей на основании доверенности (т. 1 л.д. 30),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации, Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации, управлению Федеральной службы исполнения наказания Российской Федерации по Тверской области, ФКЛПУ «Областная больница управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Тверской области» о признании действий администрации ФКЛПУ «Областная больница управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Тверской области» незаконными, нарушающими его личные неимущественные права, и компенсации морального вреда,

установил:

из искового заявления следует, что ФИО2 отбывал наказание в виде лишения свободы. С 7 по 28 сентября 2015 года в связи с обострением 

<

данные изъяты> он находился на обследовании и лечении в терапевтическом отделении ФКЛПУ «Областная больница управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Тверской области» (далее в описательно-мотивировочной части решения ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области). Во время нахождения в этом учреждении администрация не выдала ему носки, трусы, майки, больничные туфли, футболки, мужской больничный костюм, литьевые пантолеты, обязала надеть женский больничный халат, выдала матрас, не зачехлённый наматрасной наволочкой, устроила в санузле комнату для курения. Своими действиями администрация ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области нарушила законодательство Российской Федерации, права ФИО2 и причинила ему моральный вред. Из-за использования в качестве одежды халата он вынужден был терпеть насмешки других осуждённых. В результате использования незачехлённого матраса переживал, что мог заразиться инфекционными заболеваниями (туберкулёзом). При посещении санузла вынужден был вдыхать табачный дым. После посещения санузла испытывал приступы 

<

данные изъяты>, физическую боль, переживал за своё здоровье. В связи с этим ФИО2 просил признать действия администрации ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области незаконными, нарушившими его права, и взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей (т. 1 л.д. 8-20).

В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве соответчиков были привлечены Министерство финансов Российской Федерации (далее Минфин России), Федеральная служба исполнения наказаний Российской Федерации (далее ФСИН России), управление Федеральной службы исполнения наказания Российской Федерации по Тверской области (далее УФСИН России по Тверской области). 

Истец на заседание суда не явился, направил в суд ходатайства и заявления, из которых следует, что он поддерживает иск (т. 1 л.д. 161-162, 202-204, 205-208).

В своих письменных возражениях и выступлении на суде представитель ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области ФИО1 иск не признала и указала, что при поступлении в учреждение ФИО2 были выданы необходимые предметы одежды (трусы, носки футболка). Остальные вещи помещены на вещевую каптёрку. Нормы вещевого довольствия для осуждённых предусматривают, что новые предметы одежды выдаются осуждённым на основании их письменных заявлений. Таких заявлений от ФИО2 не поступало. ФИО2 был выдан больничный халат, который не являлся женским и был предусмотрен прежними нормами вещевого довольствия для осуждённых. Мужской больничный костюм не выдавался истцу, так как являлся вновь введённым предметом одежды. На момент нахождения ФИО2 в учреждении, костюмы отсутствовали. Нормы вещевого довольствия для осуждённых предусматривают выдачу вновь введённых предметов одежды после полного израсходования запасов аналогичных предметов вещевого довольствия, каковым являлся больничный халат. Выдача осуждённым наматрасной наволочки не была предусмотрена нормами вещевого довольствия. Жалоб от ФИО2 на то, что в санузле терапевтического отделения учреждения было устроено место для курения, и заявлений об ухудшении самочувствия не поступало. Представитель учреждения полагал, что истец не доказал причинение ему морального вреда (т. 1 л.д. 33-39).

Представитель Минфина России ФИО18 направила в суд обращение, в котором указала, что надлежащим ответчиком по делу является ФСИН России как главный распорядитель средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на неё функций (т. 1 л.д. 228-229).

Представитель УФСИН России по Тверской области ФИО19 направила в суд письменный отзыв, в котором не признала иск и выразила мнение, что истец не доказал наличие оснований для компенсации морального вреда (т. 1 л.д. 181-183).

ФСИН России своей позиции по делу не выразила.

Суд установил следующие обстоятельства дела.

10 апреля 2015 года ФИО2 был осуждён за совершение преступления к наказанию в виде лишения свободы. С 7 по 28 сентября 2015 года в связи с обострением 

<

данные изъяты> он находился на обследовании и лечении в терапевтическом отделении в ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области, расположенном в городе Торжке Тверской области. Во время нахождения в этом учреждении администрация выдала ФИО2 матрас, не зачехлённый наматрасной наволочкой, устроила в санузле терапевтического отделения комнату для курения. Своими действиями администрация ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области нарушила законодательство Российской Федерации, права ФИО2 и причинила ему моральный вред. В результате использования незачехлённого матраса ФИО2 переживал, что мог заразиться инфекционными заболеваниями. Во время посещения санузла ФИО2 был вынужден вдыхать табачный дым, испытывал дискомфорт, переживал за своё здоровье.

Эти обстоятельства подтверждаются следующими доказательствами.

Личность ФИО2 установлена по копии паспорта гражданина Российской Федерации (т. 1 л.д. 28).

Факты существования ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области и осуществления им своей деятельности подтверждаются выпиской из ЕГРЮЛ, копиями устава учреждения, приказа об изменении типа учреждения (т. 1 л.д. 40-45, 46-59, 60-80).

Согласно копии справки по личному делу ФИО2 был осуждён 10 апреля 2015 года Ржевским городским судом Тверской области по 

<

данные изъяты>, прибыл в ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области 7 сентября 2015 года из 

<

адрес>, а 28 сентября 2015 года убыл обратно (т. 1 л.д. 86).

Тот факт, что ФИО2 находился в ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области, подтверждается копией характеристики от 3 мая 2017 года (т. 1 л.д. 92).

В выписном эпикризе из медицинской карты больного № 1335 отражено, что ФИО2 находился в больнице ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России с 7 по 28 сентября 2015 года по направлению из 

<

адрес> с диагнозом 

<

данные изъяты> В учреждении ФИО2 получил лечение, рекомендации и был выписан в удовлетворительном состоянии. Информации о жалобах ФИО2 в период пребывания в больнице не имелось (т. 1 л.д. 85, 168, 200).

Наличие у ФИО2 

<

данные изъяты> подтверждается копией справки от 3 декабря 2013 года серии МСЭ-2012 № 0620845 (т. 1 л.д. 110).

Согласно письму начальника филиала «Больница» ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России ФИО3 от 14 января 2019 года за время лечения в больнице ФИО2 жалоб на недостаточное обеспечение вещевым довольствием, постельными принадлежностями, психологический дискомфорт, связанный с ношением больничной одежды, медицинским работникам не предъявлял. Приступов 

<

данные изъяты> не отмечалось (т. 1 л.д. 89).

Из справки бухгалтера ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области от 14 января 2019 года следует, что по прибытию ФИО2 в это учреждение 7 сентября 2015 года на него была заведена личная карточка, в которой указано имущество, полученное в пользование. Осуждённый не был обеспечен костюмом госпитальным по причине его отсутствия в учреждении (т. 1 л.д. 90).

Из копии личной карточки ФИО2 следует, что 7 сентября 2015 года ему было выдано: матрас – 1 штука, подушка – 1 штука, одеяло – 1 штука, простыни – 2 штуки, наволочка – 1 штука, полотенце – 2 штуки, белье нательное – 11 штук, халат – 1 штука (т. 1 л.д. 87).

Согласно копии приказа начальника ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области от 12 января 2015 года № 5 и приложения № 3 к нему был утверждён единый образец формы одежды для осуждённых, находившихся на лечении в учреждении, в виде халата и брюк (т. 1 л.д. 93, 94).

Тот факт, что ФИО2 был выдан халат, отражён в копии письма начальника ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области от 16 октября 2015 года, адресованного начальнику УФСИН России по Тверской области, копиях преставлений заместителя Тверского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях ФИО10 от 25 января 2016 года и 28 апреля 2017 года, адресованных начальнику ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области, и копии заключения о результатах служебной проверки, проведённой в ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области 24 февраля 2016 года. Из представления от 28 апреля 2017 года также следует, что матрас ФИО2 не был зачехлён в наматрасную наволочку (т. 1 л.д. 243, 246).

Согласно копии ответа начальника ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области от 26 февраля 2016 года на представление прокурора от 25 января 2016 года в данном учреждении отсутствовали больничные костюмы (т. 1 л.д. 244, т. 2 л.д. 3). 

В копии приказа начальника ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области от 6 февраля 2015 года № 33 указано, что в качестве мест для курения в терапевтическом отделении учреждения были определены санитарные узлы (т. 1 л.д. 95-96).

Согласно копии протеста исполняющего обязанности Тверского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях ФИО10 от 28 апреля 2017 года прокурор требовал привести этот приказ в соответствие с требованиями законодательства Российской Федерации (т. 2 т. 1 л.д. 9).

В копии ответа начальника ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области от 3 мая 2017 года на протест отражено, что отдельные места для курения оборудовать не представлялось возможным из-за отсутствия свободных помещений. Внутренним приказом учреждения утверждены специальные места для курения, оборудованные дверью и системой вентиляции (т. 2 т. 1 л.д. 10).

Этот факт подтверждается копией письменного объяснения должностного лица ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области ФИО11 от 31 мая 2017 года (л.д. 17).

В копии приказа начальника ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области от 19 июня 2017 года № 95 указано, что в санитарных узлах лечебного корпуса ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области курение было запрещено (т. 1 л.д. 99).

Данные доказательства суд признаёт относимыми, допустимыми, достоверными, в своей совокупности и взаимосвязи достаточными для того, чтобы правильно установить фактические обстоятельства дела. Документы, а также их копии, исходят от органов, уполномоченных их представлять, подписаны лицами, имеющими право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств. 

В обоснование иска ФИО2 указал, что при поступлении в ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области ему не были выданы носки, трусы, майки, футболки. После посещения санузла он испытывал приступы 

<

данные изъяты> и физическую боль. Истец ссылался на ответы старшего помощника прокурора Тверской области за соблюдением законов при исполнении уголовных наказаний ФИО12 от 9 июня 2017 года и заместителя прокурора Тверской области ФИО13 от 17 января 2019 года, из которых следует, что органами прокуратуры был установлен факт нарушения норм вещевого довольствования, выразившийся в выдаче женского больничного халата, невыдаче носков, трусов, футболки (т. 1 л.д. 216, 217-218). Аналогичные сведения изложены в копии представления Тверской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях от 28 апреля 2017 года (т. 2 т. 1 л.д. 5-6).

Суд не принимает эти сведения во внимание, поскольку они противоречат указанным выше доказательствам. Из них следует, что ФИО2 поступил в ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области из следственного изолятора. Ему было выдано одиннадцать предметов нижнего белья. С заявлениями о выдаче каких-либо предметов вещевого довольствия он не обращался. Приступы 

<

данные изъяты> медицинскими работниками не зафиксированы. Сведений о том, что он жаловался на боли из-за посещения санитарного узла, отсутствуют. ФИО2 был выдан не женский халат, а хлопчатобумажный халат, который являлся обычным предметом вещевого довольствия для осуждённых мужского пола, проходивших стационарное лечение в лечебно-профилактических учреждениях и лечебных учреждениях уголовно-исполнительной системы.

При разрешении заявленных требований суд исходит из следующих положений закона и основанных на них выводах.

Согласно Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17). Все равны перед законом и судом. Государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств (ч. 1 и 2 ст. 19).

В соответствии с УИК Российской Федерации при исполнении наказаний осуждённым гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (ч. 2 ст. 10). Администрация исправительного учреждения обязана обеспечить осуждённых одеждой установленного образца. Форма одежды определяется нормативными правовыми актами Российской Федерации (ч. 4 ст. 82). Согласно УИК Российской Федерации осуждённым предоставляются индивидуальные спальные места и постельные принадлежности. Они обеспечиваются одеждой по сезону с учётом пола и климатических условий (ч. 2 ст. 99). Нормы вещевого довольствия осуждённых утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний (ч. 3 ст. 99).

Согласно норме № 7 вещевого довольствия больных осуждённых к лишению свободы, а также подозреваемых и обвиняемых, проходящих стационарное лечение в лечебно-профилактических учреждениях и лечебных исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы, утверждённой Приказом Минюста России от 3 декабря 2013 года № 216 «Об утверждении норм вещевого довольствия осуждённых к лишению свободы и лиц, содержащихся в следственных изоляторах» для этой категории лиц предусмотрены следующие предметы вещевого довольствования: костюм мужской (больничный) - 1 комплект; носки хлопчатобумажные - 3 пары; трусы - 4 штуки; майка - 2 штуки; фуфайка (футболка) с короткими рукавами - 1 штука; одеяло (полушерстяное или с синтетическим наполнителем) - 1 штука; матрац (ватный или с синтетическим наполнителем) - 1 штука; подушка (ватная или с синтетическим наполнителем) - 1 штука; простыня - 3 штуки; наволочка подушечная верхняя - 2 штуки; полотенце - 3 штуки; полотенце банное - 1 штука; туфли больничные - 1 пара; пантолеты литьевые - 1 пара.

В п. 3 приложения № 3 к этому Приказу указано, что в случае преждевременного износа одежды и обуви или утраты вещевого довольствия осуждёнными к лишению свободы и лицами, содержащимися в следственных изоляторах, новые предметы выдаются им по распоряжению руководителя учреждения на основании их письменных заявлений. 

Из материалов дела следует, что ФИО2 прибыл в ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области из следственного изолятора, то есть он уже был обеспечен вещевым довольствием. По прибытии ему были выданы необходимые предметы одежды. С заявлениями о выдаче каких-либо иных предметов одежды он не обращался. В связи с этим у администрации ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области отсутствовали основания для выдачи ему полного комплекта предметов одежды, предусмотренного нормами вещевого довольствования. 

Согласно п. 10 приложения № 3 к Приказу Минюста России от 3 декабря 2013 года № 216 вновь введённые предметы одежды выдаются по мере их поступления после полного израсходования запасов аналогичных предметов вещевого имущества прежней конструкции.

До этого Приказа действовал Приказ Минюста России от 9 июня 2005 года № 85 «Об утверждении норм вещевого довольствия осуждённых и лиц, содержащихся в следственных изоляторах». В утверждённой им норме № 6 вещевого довольствия больных осуждённых, а также подозреваемых и обвиняемых, проходящих стационарное лечение в лечебно-профилактических учреждениях и лечебных исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы, было предусмотрено обеспечение лиц этой категории хлопчатобумажным халатом (п. 2). 

Таким образом, в соответствии с порядком обеспечения вещевым довольствием, утверждённым Приказом Минюста России от 3 декабря 2013 года № 216, администрация ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области обеспечила ФИО2 необходимыми предметами одежды и халатом, который являлся предметом вещевого довольствования прежней конструкции. Нормативно-правовые акты Российской Федерации и права истца этими действиями нарушены не были.

В ч. 2 и 3 ст. 101 УИК Российской Федерации указано, что в уголовно-исполнительной системе для медицинского обслуживания осуждённых организуются лечебно-профилактические учреждения (больницы, специальные психиатрические и туберкулёзные больницы). Администрация исправительных учреждений несёт ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осуждённых.

В соответствии с Федеральным законом от 30 марта 1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» санитарно-эпидемиологическое благополучие населения – это состояние здоровья населения, среды обитания человека, при котором отсутствует вредное воздействие факторов среды обитания на человека и обеспечиваются благоприятные условия его жизнедеятельности (абз. 2 ст. 1). Санитарно-эпидемиологические требования – это обязательные требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания, несоблюдение которых создаёт угрозу жизни или здоровью человека, угрозу возникновения и распространения заболеваний и которые устанавливаются государственными санитарно-эпидемиологическими правилами и гигиеническими нормативами (абз. 10 ст. 1). Органы государственной власти, организации всех форм собственности обеспечивают соблюдение требований законодательства Российской Федерации в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения за счёт собственных средств (абз. 3 ч. 2 ст. 2). Граждане имеют право на благоприятную среду обитания, факторы которой не оказывают вредного воздействия на человека (абз. 2 ст. 8). Юридические лица в соответствии с осуществляемой ими деятельностью обязаны выполнять требования санитарного законодательства (абз. 2 ст. 11).

Согласно п. 5.16 Инструкции по организации государственного санитарно-эпидемиологического надзора за банно-прачечным обеспечением осуждённых, утверждённой Минюстом Российской Федерации 8 ноября 2001 года № 18/29-395, матрасы, используемые больными, должны быть зачехлены в наматрасные наволочки, которые подлежат смене и стирке по мере загрязнения, но не реже 1 раза в 15 дней. Из материалов дела следует, что администрация ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области не обеспечила ФИО2 наматрасной наволочкой. В данном случае она нарушила требования законодательства о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения и право истца на благоприятную среду обитания.

Доводы представителя ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области в этой части суд не принимает во внимание, поскольку отсутствие в нормах вещевого довольствия наматрасной наволочки, не означает, что администрация учреждения не должна выполнять требования санитарно-эпидемиологических норм, установленных в Инструкции по организации государственного санитарно-эпидемиологического надзора за банно-прачечным обеспечением осуждённых. Этот нормативно-правовой акт являлся действующим, его нормы адресованы всем учреждениям уголовно-исполнительной системы, которые исполняют наказание в виде лишения свободы, в том числе лечебным учреждениям, что прямо следует из п. 5.12-5.17 Инструкции.

Согласно Федеральному закону от 23 февраля 2013 года № 15-ФЗ «Об охране здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма и последствий потребления табака» граждане имеют право на благоприятную среду жизнедеятельности без окружающего табачного дыма и охрану здоровья от воздействия окружающего табачного дыма и последствий потребления табака (подп. 1 п. 1 ст. 9). Юридические лица обязаны соблюдать нормы законодательства в сфере охраны здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма и последствий потребления табака, осуществлять контроль за соблюдением норм законодательства в сфере охраны здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма и последствий потребления табака на территориях и в помещениях, используемых для осуществления своей деятельности (подп. 1 и 2 п. 2 ст. 10). Для предотвращения воздействия окружающего табачного дыма на здоровье человека запрещается курение табака в помещениях, предназначенных для оказания медицинских, реабилитационных и санаторно-курортных услуг (подп. 2 п. 1 ст. 12).

В нарушение этих норм администрация ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области организовала место для курения табака в санитарных узлах терапевтического отделения и нарушила право ФИО2 на благоприятную среду жизнедеятельности без окружающего табачного дыма и охрану здоровья от воздействия окружающего табачного дыма и последствий потребления табака.

Доводы представителя ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области о том, что место для курения было оборудовано дверью и вентиляцией, суд не принимает во внимание, поскольку Федеральный закон «Об охране здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма и последствий потребления табака» не предусматривает возможности организации места для курения в помещениях, предназначенных для оказания медицинских услуг. Ответчик ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области не представил сведений о том, когда в санузлах терапевтического отделения были установлены двери и дополнительная вентиляция. Из материалов дела следует, что начальник учреждения сообщил об этом прокурору только 3 мая 2017 года. Факт вынесения начальником учреждения приказа от 19 июня 2017 года о запрете курения в санитарных узлах лечебного корпуса, свидетельствует о том, что он признал, что предыдущий приказ об установлении мест для курения являлся незаконным.

Доводы представителей УФСИН России по Тверской области и ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области о том, что ФИО2 не доказал причинения ему морального вреда, суд отвергает. Те факты, что человек периодически лежит, спит, посещает санузел, а также, что табачный дым вреден для здоровья, являются общеизвестными и в соответствии с ч. 1 ст. 61 ГПК Российской Федерации не нуждаются в доказывании. Из материалов дела следует, что истец в течение двадцати одного дня был вынужден пользоваться спальным местом, не соответствующим санитарно-эпидемиологическим требованиям, и санузлом, в котором вопреки требованиям закона осуществлялось курение табака. Для суда является очевидным, что из-за этого он испытывал дискомфорт и переживал за своё здоровье, то есть перенёс нравственные страдания. 

Согласно ГК Российской Федерации, если гражданину причинён моральный вред (нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред (п. 1 ст. 151). Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1101).

Принимая во внимание характер и степень перенесённых ФИО2 нравственных страданий, фактические обстоятельства дела, период времени, в который произошло нарушение прав истца, отсутствие от действий ответчиков конкретных негативных последствий для его здоровья, индивидуальные особенности ФИО2, который болел рядом заболеваний, в том числе 

<

данные изъяты>, требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о том, что компенсацию морального вреда следует установить в размере 2 000 рублей.

В ГК Российской Федерации указано, что вред, причинённый гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счёт казны Российской Федерации (ст. 1069). В случаях, когда вред подлежит возмещению за счёт казны Российской Федерации, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 ГК Российской Федерации эта обязанность не возложена на другой орган (ст. 1071). В случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, по их специальному поручению от имени Российской Федерации могут выступать государственные органы (ст. 125).

Согласно БК Российской Федерации главный распорядитель бюджетных средств отвечает от имени Российской Федерации по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств (подп. 12.1 п. 1 ст. 158). Главный распорядитель средств федерального бюджета выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причинённого физическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности (подп. 1 п. 3 ст. 158).

В соответствии с приложением № 4 к Приказу Минфина России от 8 июня 2018 года № 132н «О Порядке формирования и применения кодов бюджетной классификации Российской Федерации, их структуре и принципах назначения» (код 320) и подп. 6 п. 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утверждённого Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года № 1314, ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на неё функций.

Таким образом, вред, причинённый ФИО2, полежит компенсации за счёт казны Российской Федерации в лице ФСИН России как главного распорядителя средств федерального бюджета в соотвествующей сфере.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК Российской Федерации, суд

решил:

иск ФИО2 удовлетворить частично.

Признать незаконными и нарушившими права ФИО2 действия администрации ФКЛПУ «Областная больница управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Тверской области» по непредоставлению ему в период нахождения на лечении матраса, зачехлённого в наматрасную наволочку, и по размещению в санитарных узлах терапевтического отделения лечебного учреждения места для курения.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания Российской Федерации за счёт казны Российской Федерации в пользу ФИО2 2 000 (две тысячи) рублей в качестве компенсации морального вреда.

В остальной части иск оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Торжокский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме (то есть с 9 августа 2019 года).

Судья Д.А. Иванов