44г-68/2019

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

президиума Волгоградского областного суда

г.Волгоград 20 марта 2019 года

Президиум Волгоградского областного суда в составе:

председательствующего Сундукова С.О., 

членов президиума: Юткиной С.М., Андреева А.А., Свиридовой Ю.В., Соловьевой Н.А.

при секретаре Заболотней Н.Ю.

на основании определения судьи Волгоградского областного суда Федоренко И.В. от 04 марта 2019 года о передаче кассационной жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции,

по докладу судьи Волгоградского областного суда Федоренко И.В.,

рассмотрев истребованное по поступившей 28 декабря 2018 года кассационной жалобе Акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» (далее АО «СОГАЗ») на решение Центрального районного суда г. Волгограда от 24 апреля 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 11 июля 2018 года

гражданское дело по иску ФИО1 к АО «СОГАЗ» о взыскании неустойки, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «СОГАЗ» о взыскании неустойки, судебных расходов, указав в обоснование, что в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 12 сентября 2017 года, принадлежащему ему автомобилю были причинены механические повреждения. Поскольку риск его автогражданской ответственности был застрахован в АО «СОГАЗ», в тот же день он обратился к ответчику с заявлением о страховом возмещении, однако сумма страховой выплаты была выплачена ему только 17 ноября 2017 года.

Указывая на то, что страховой компанией были нарушены сроки осуществления страховой выплаты, установленные пунктом 21 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее Закон об ОСАГО), просил суд взыскать с АО «СОГАЗ» в его пользу неустойку в размере 93697 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 5000 рублей, услуги эвакуатора в размере 5605 рублей, почтовые расходы в размере 200 рублей.

Решением Центрального районного суда г. Волгограда от 24 апреля 2018 года с АО «СОГАЗ» в пользу ФИО1 взыскана неустойка в размере 25000 рублей, судебные расходы в размере 5000 рублей, почтовые расходы в размере 200 рублей. В остальной части требований отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 11 июля 2018 года решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе АО «СОГАЗ» просит отменить судебные постановления, ссылаясь на существенные нарушения судами норм материального и процессуального права.

Определением судьи Волгоградского областного суда от 04 марта 2019 года кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании президиума Волгоградского областного суда.

Проверив материалы дела, выслушав представителя АО «СОГАЗ» - ФИО2, поддержавшего доводы жалобы, обсудив доводы кассационной жалобы, президиум Волгоградского областного суда приходит к следующему.

В соответствии со статьей 387, частью 2 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения были допущены при рассмотрении данного дела.

При разрешении спора судами установлено, что 12 сентября 2017 года произошло дорожно-транспортное происшествие в результате которого автомобилю «Subaru Legacy», государственный регистрационный знак № 

<

...>, принадлежащего ФИО1, были причинены механические повреждения.

Виновным в указанном дорожно-транспортном происшествии был признан второй участник дорожно-транспортного происшествия, гражданская ответственность которого застрахована в АО «Либерти Страхование», полис ОСАГО серии № 

<

...>, срок действия полиса с 04 ноября 2016 года по 03 ноября 2017 года. Гражданская ответственность ФИО1 застрахована в АО «СОГАЗ», полис № 

<

...>, срок действия полиса с 25 августа 2017 года по 24 августа 2018 года.

12 сентября 2017 года истцом в адрес АО «СОГАЗ» направлено заявление о страховом возмещении. 

13 сентября 2017 года АО «СОГАЗ» организовало осмотр поврежденного транспортного средства и 27 сентября 2017 года, руководствуясь пунктом 15 статьи 12 Закона об ОСАГО, выдало ФИО1 направление на ремонт на станции технического обслуживания (далее СТО) «ФИО3.», выбранной истцом.

30 октября 2017 года в адрес страховой компании поступило уведомление из СТО об отказе от ремонта поврежденного транспортного средства. 

17 ноября 2017 года ответчик выплатил истцу страховое возмещение в размере 217900 рублей, а также 22 января 2018 года возместил убытки по эвакуации транспортного средства в размере 5605 рублей. 

Частично удовлетворяя заявленные требования ФИО1, суд первой инстанции, руководствуясь положениями пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО, пришел к выводу о нарушении страховой компанией сроков осуществления страховой выплаты, в связи с чем, взыскал в пользу ФИО1 неустойку, судебные и почтовые расходы.

Суд апелляционной инстанции, проверяя законность оспариваемого решения в апелляционном порядке, с выводами суда согласился.

Президиум Волгоградского областного суда находит, что с такими выводами судов первой и апелляционной инстанции согласиться нельзя, поскольку они основаны на неправильном толковании и применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Страховое возмещение вреда в связи с повреждением легкового автомобиля осуществляется по правилам статьи 12 Закона об ОСАГО, действующей на момент заключения договора.

Законодательство об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств связывает наступление страхового случая с действиями застрахованного лица, в результате которых у страховой компании возникает обязательство по возмещению вреда (статья 1 Закона об ОСАГО).

В свою очередь, страховая компания, исполняя принятое на себя обязательство по выплате страхового возмещения, основывается на договорных отношениях с лицом, чью гражданскую ответственность она застраховала. 

Данные выводы согласуются с положениями пункта 2 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми, если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы АО «СОГАЗ» об отсутствии со стороны страховой компании нарушений сроков осуществления страховой выплаты, предусмотренных пунктом 21 статьи 12 Закона об ОСАГО, суд апелляционной инстанции исходил из того, что возможность выплаты страхового возмещения путем выдачи потерпевшему направления на ремонт на СТО не была предусмотрена в Законе об ОСАГО, действующем на момент заключения договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (далее договор ОСАГО) с лицом, виновным в дорожно-транспортном происшествии.

Между тем, как было установлено судами, договор ОСАГО с лицом, виновным в дорожно-транспортном происшествии предусматривал срок действия с 04 ноября 2016 года по 03 ноября 2017 года.

Таким образом, к рассматриваемым правоотношениям подлежал применению Закон об ОСАГО в редакции, действовавшей на момент заключения договора ОСАГО с лицом, виновным в дорожно-транспортном происшествии, то есть в редакции от 23 июня 2016 года.

Положения пункта 15 статьи 12 Закона об ОСАГО (здесь и далее в редакции Закона от 23 июня 2016 года) предусматривали возможность выбора способа возмещение вреда, причиненного транспортному средству потерпевшего:

путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего на станции технического обслуживания, которая выбрана потерпевшим по согласованию со страховщиком в соответствии с правилами обязательного страхования и с которой у страховщика заключен договор (возмещение причиненного вреда в натуре);

путем выдачи суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) в кассе страховщика или перечисления суммы страховой выплаты на банковский счет потерпевшего (выгодоприобретателя) (наличный или безналичный расчет).

В этой связи, выводы суда апелляционной инстанции об обратном, не соответствуют общему принципу действия гражданского законодательства во времени, закрепленному в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, 

В отношениях, возникших из договоров, заключенных до 28 апреля 2017 года судам необходимо было руководствоваться пунктом 21 статьи 12 Закона об ОСАГО в соответствующей редакции, которая с учетом рассматриваемых правоотношений предусматривала, что в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховой выплате или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или выдать ему направление на ремонт транспортного средства с указанием срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховой выплате.

При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или возмещения причиненного вреда в натуре страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с настоящим Федеральным законом размера страховой выплаты по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

Применительно к рассматриваемым правоотношениям 12 сентября 2017 года АО «СОГАЗ» было получено заявление ФИО1 о выплате ему страхового возмещения или о прямом возмещении убытков. 

27 сентября 2017 года ФИО1 было выдано направление на ремонт на СТО, с чем он был согласен.

Таким образом, обязательства страховой компанией были выполнены в предусмотренный законом срок, что согласуется с положениями абзаца 2 пункта 17 статьи 12 Закона об ОСАГО.

При этом в направлении на ремонт содержится указание, что его срок проведения определяется СТО по согласованию с потерпевшим и указывается СТО при приеме транспортного средства потерпевшего в направлении на ремонт или ином документе, выдаваемом потерпевшему (л.д. 28).

04 октября 2017 года, как следует из материалов дела (л.д. 30), ФИО1 представил автомобиль на ремонт на СТО, при осмотре которого были выявлены скрытые повреждения. При этом, материалы дела не содержат сведений о том, что какое-либо соглашение о сроке проведения ремонта и его стоимости было выдано потерпевшему. 

10 октября 2017 года СТО был составлен заказ-наряд, в соответствии с которым общая сумма ремонтных работ, включая устранение (замену) скрытых повреждений составляет 427316 рублей (л.д. 29).

Возражая против удовлетворения требований о взыскании неустойки с 03 октября 2017 года АО «СОГАЗ» утверждало, что отказ от проведения ремонта от СТО был получен им только 30 октября 2017 года, после чего потерпевшему в установленный законом срок было выплачено страховое возмещение.

Вышеуказанные доводы не были проверены ни судом первой, ни судом апелляционной инстанций, мотивированный отказ от СТО, либо от АО «СОГАЗ» истребован не был, равно, как и не был истребован договор, заключенный между страховой компанией и СТО на организацию восстановительного ремонта (возмещение причиненного вреда в натуре), в то время как указанные документы имеют существенное значение для определения лица не исполнившего обязательства, либо исполнившего его ненадлежащим образом и возложения на данное лицо гражданско-правовой ответственности. Однако, судами было принято решение о возложении на страховую компанию гражданско-правовой ответственности без определения степени её вины в допущенном нарушении.

В то же время, согласно пункту 5 статьи 16.1 Закона об ОСАГО страховщик освобождается от обязанности уплаты неустойки (пени), суммы финансовой санкции и (или) штрафа, если обязательства страховщика были исполнены в порядке и в сроки, которые установлены настоящим Федеральным законом, а также, если страховщик докажет, что нарушение сроков произошло вследствие непреодолимой силы или по вине потерпевшего.

Кроме этого, в соответствии с пунктом 1 статьи 16.1 Закона об ОСАГО до предъявления к страховщику иска, содержащего требование об осуществлении страховой выплаты, потерпевший обязан обратиться к страховщику с заявлением, содержащим требование о страховой выплате или прямом возмещении убытков, с приложенными к нему документами, предусмотренными правилами обязательного страхования.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» обращение к страховщику с заявлением о страховом возмещении в виде организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания является реализацией права потерпевшего на выбор способа возмещения вреда.

До установления факта нарушения его прав станцией технического обслуживания потерпевший не вправе изменить способ возмещения причиненного вреда. Так, например, если станция технического обслуживания не приступает своевременно к выполнению восстановительного ремонта или выполняет ремонт настолько медленно, что окончание его к сроку становится явно невозможным, потерпевший вправе изменить способ возмещения вреда и потребовать выплату страхового возмещения в размере, необходимом для устранения недостатков и завершения восстановительного ремонта. Такие требования предъявляются потерпевшим с соблюдением правил, установленных статьей 16.1 Закона об ОСАГО.

Аналогичные разъяснения содержались и в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 января 2015 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Как следует из материалов дела заявления ФИО1 о выплате страхового возмещения или прямом возмещении убытков были поданы им 12 сентября 2017 года (л.д. 20 - 25). В свою очередь, страховая компания выдала ему направление на ремонт на СТО, а в последующем, получив отказ СТО в проведении ремонта, выплатила потерпевшему страховое возмещение.

Разрешая спор, суды взыскали со страховой компании неустойку с заявленной истцом даты, при этом судами не был истребован ни мотивированный отказ СТО в проведении ремонта, который по утверждению ответчика был получен им 30 октября 2017 года, ни договор, заключенный между страховой компанией и СТО на организацию восстановительного ремонта (возмещение причиненного вреда в натуре), тогда как определение момента невозможности проведения ремонта, срок уведомления страховой компании о невозможности проведения ремонта, а соответственно, определенный с указанной даты срок для принятия решения о выплате страхового возмещения, является юридически значимым для определения даты, с какой подлежит взысканию неустойка в порядке пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание необходимость соблюдения разумных сроков судопроизводства (статья 6.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), президиум находит необходимым отменить апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 01 августа 2018 года, дело направить на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 11 июля 2018 года по гражданскому делу по иску ФИО1 к АО «СОГАЗ» о взыскании неустойки, судебных расходов – отменить, дело направить на новое апелляционное рассмотрение в судебную коллегию по гражданским делам Волгоградского областного суда.

Председательствующий С.О. Сундуков