Дело **

УИД 54RS0**-62

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ Р. Ф.

15 января 2020 года ***

Железнодорожный районный суд *** в составе:

председательствующего судьи Лыковой Т.В.,

при секретаре Пичугиной К.Л.,

с участием:

представителя истца ФИО1, действующей на основании доверенности от ****,

представителя ответчика ФИО2, действующего на основании доверенности от ****,

рассмотрев в открытом судебного заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о взыскании ущерба, причиненного в результате ДТП,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО4, ФИО5 в котором просит (с учетом уточнений от ****) установить степень вины ФИО4 и ФИО5 в дорожно-транспортном происшествии, с учетом установленной степени вины взыскать пропорционально ущерб в размере 242 544 рублей, величину утраты товарной стоимости автомобиля, расходы по оплате услуг эксперта в размере 6 500 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 200 рублей.

В обоснование исковых требований указано, что **** в 19 часов 05 минут, ФИО4, управляя автомобилем «ВАЗ 21099», регистрационный знак 

<

***>, двигаясь по *** со стороны *** в направлении ***, на регулируемом перекрестке с ***, в нарушение пункта 6.2 ПДД РФ, выехал на перекресток, на запрещающий сигнал светофора, не остановился перед стоп-линией (дорожный знак 6.16 ПДД РФ), чем нарушил пункт 6.13 ПДД РФ, в результате чего у *** произошло столкновение с автомобилем «Хендай Солярис», регистрационный знак 

<

***>, принадлежащий истцу на праве собственности, под управлением ФИО5, который двигался по *** со стороны ***, от удара автомобиль «Хендай Солярис», регистрационный знак 

<

***> сместился вперед и вправо, по ходу движения, вследствие чего произошел наезд на пешеходов, которые пересекали проезжую часть *** по регулируемому пешеходному переходу, на зеленый сигнал светофора для пешеходов, в результате чего автомобиль «Хендай Солярис», регистрационный знак 

<

***> выехал на тротуар, где произошел наезд на ограждение. В результате данного дорожно-транспортного происшествия автомобиль истца получил механические повреждения. ФИО4 нарушены пункт 6.2 ПДД РФ и пункт 6.13 ПДД РФ, предусматривающие, что при запрещающем сигнале светофора (красный сигнал светофора, в том числе мигающий, запрещает движение) водители должны остановиться перед стоп-линией (знаком 6.16), а при ее отсутствии - на перекрестке, перед пересекаемой проезжей частью (с учетом пункта 13.7 Правил), не создавая помех пешеходам, и действия, которого находятся в прямой причинной связи с причинением имущественного вреда истцу. **** федеральным судьей Ленинского районного суда *** ФИО6 вынесено постановление о признании ФИО4 виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, вступившее в законную силу ****. Согласно экспертному заключению **/Т от ****, составленному ООО «Статус», стоимость восстановительного ремонта (с учетом падения стоимости заменяемых запчастей из-за их износа) принадлежащего истцу автомобиля «Хендай Солярис», регистрационный знак 

<

***>, возникших в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего ****, составляет 260 900 рублей, величина утраты товарной стоимости – 32 600 рублей. Стоимость экспертного заключения составила 6 500 рублей. Автогражданская ответственность ФИО4 застрахована не была. Экспертом при проведении экспертизы не дан ответ о том, действия кого из участников столкновения состоят в прямой причинно-следственной связи с произошедшим ДТП, степень вины водителей подлежит определению судом.

В судебное заседание истец ФИО3 не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, обеспечил явку представителя. 

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании требования поддержала.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, обеспечил явку представителя. В ходе судебного разбирательства дал пояснения, согласно которым он управлял автомобилем «ВАЗ», факта проезда на красный сигнал светофора, он не отрицает, он двигался по втором ряду двигался примерно 50-60 км/ч. В схеме его движение в третьем ряду указано не верно, так как его отбросило после удара. Смену сигнала светофора увидел примерно за 5-7 метров, проехал на мигающий желтый сигнал светофора, переходящий на красный, перекресток проехал на красный сигнал. Столкновение произошло на красный сигнал. Автомобиль «Хендай Солярис» увидел его за 2 секунды до удара, он ехал по отношению к нему 90 градусов. Меры к торможению не применял, пытался уйти влево. Когда он подъезжал к перекрестку, пешеходы стояли на тротуаре (л.д. 75об-76).

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения требований, указывая на то, что ФИО4 выехал не на красный сигнал светофора, вины в столкновении нет. Не согласен с заключением эксперта, поскольку в нем стоимость автомобиля завышена, экспертом не учтен пробег автомобиля. Ранее также указывал, что столкновение произошло в результате того, что водитель ФИО5 не применил торможение, наезд на пешеходов и ограждение – это результат непреодолимой силы, это зависело от действий ФИО5

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, в ходе судебного разбирательства дал объяснения, согласно которым он управлял автомобилем «Хендай Солярис». Перед ним стояло два автомобиля, они продолжили движение прямо по *** перекрестке был затор. Пешеходы переходили дорогу по пешеходному переходу с правой стороны от него. Автомобиль «ВАЗ» он увидел в последний момент, когда доехал до середины перекрестка, увидел, что машины - два ряда остановились, и в третьем ряду двигался автомобиль «ВАЗ». Удар пришелся в переднюю левую часть автомобиля «Хендай Солярис», было повреждено бампер, дверь, крыло с водительской стороны. После столкновения его автомобиль развернуло вправо градусов на 15-20, он выехал на пешеходный переход, совершил наезд на пешеходов и затем произошло столкновение в забор правой частью и затем в другой забор передней частью. Когда увидел свет фар автомобиля, он пытался остановиться и урывками тормозил, чтобы не развернуло машину, повернул руль влево, чтобы не выкинуло на пешеходный переход, но от удара по инерции автомобиль выкинуло в забор. Педаль тормоза не отпускал. В момент удара скорость была 20-25 км/ч, автомобиль Чехонадского двигался не меньше 80 км/ч (л.д. 75-76). 

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, специалиста, исследовав материалы гражданского дела, дело об административной правонарушении, суд приходит к следующему.

В силу положений статьи 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте пункта 3 статьи 123 Конституции РФ и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Соответственно, удовлетворение требований истца возможно при доказанности наличия совокупности указанных условий ответственности за причинение вреда. При отсутствии хотя бы одного из составляющих элементов деликта возложение на лицо гражданско-правовой ответственности невозможно. 

При этом бремя доказывания по делам данной категории распределяется следующим образом: истец обязан доказать, что вред возник в результате конкретных действий ответчика (причинно-следственную связь между действиями ответчика и наступившими последствиями), а также доказать размер вреда, а ответчик обязан доказать отсутствие своей вины в возникновении ущерба.

Из материалов дела следует, что **** произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «Хендай Солярис», регистрационный знак 

<

***> под управлением ФИО5, автомобиля «ВАЗ 21099», регистрационный знак 

<

***> под управлением ФИО4, пешеходов ФИО7, ФИО8, ФИО9 

Автомобиль марки «Хендай Солярис», регистрационный знак 

<

***> принадлежит ФИО3 

По факту ДТП **** возбуждено дело об административном происшествии. 

Постановлением от **** (л.д. 48) производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО5 прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ - в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения.

В отношении пешеходов ФИО7, ФИО8, ФИО9 

Производство по делу об административном правонарушении и прекращено по тем же основаниям (л.д. 49, 50, 51).

Постановлением судьи Ленинского районного суда *** от **** ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ – нарушение Правил дорожного движения, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью (л.д. 41-43). Постановление вступило в законную силу. 

Согласно отчету ООО «Статус» (л.д. 10-38), представленному истцом, стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Хендай Солярис» без учета запасных частей составляет 274 900 рублей, с учетом износа – 260 900 рублей, величина утраты товарной стоимости – 32 600 рублей.

Вопрос о наличии в действиях каждого из водителей нарушений, которые состоят в прямой причинно-следственной связи со столкновением, подлежит установлению судом на основании совокупности исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, представленных сторонами.

Решая вопрос о наличии в действиях каждого из водителей нарушений требований ПДД РФ, которые состоят в прямой причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием, суд приходит к следующему. 

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом (ч. 4 ст. 61 ГПК РФ).

С учетом вышеизложенных законоположений, обстоятельства, установленные постановлением судьи Ленинского районного суда *** от **** в отношении ФИО4 по вопросам обстоятельств дела, в части действия ФИО4, повлекших столкновение с автомобилем «Хендай Солярис», наезда на пешеходов (ФИО7, ФИО10, ФИО8) и причинение средней тяжести вреда здоровью пешехода ФИО10, и его вины, являются установленными и не подлежат доказыванию и оспариванию, являются обязательными для суда.

Поскольку в ходе судебного разбирательства стороной ответчика было заявлено о том, что после столкновения автомобилей «ВАЗ 21099» и «Хендай Солярис», столкновения «Хендай Солярис» с пешеходами, дальнейшее столкновение автомобиля «Хендай Солярис» явилось следствием непреодолимой силы и зависело от действий водителя «Хендай Солярис» - ФИО5, а также оспаривался размер ущерба, судом была назначена автотехническая и автотовароведческая экспертиза, производство которой поручено ООО «СИБЭКОМ». 

Согласно заключению ООО «СИБЭКОМ» ** (л.д. 86-103), механизм дорожно-транспортного происшествия, произошедшего **** в 19 часов 05 минут на пересечении проезжей части *** с проезжей частью *** в *** с участием автомобилей «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> под управлением водителя ФИО5 и «ВАЗ 21099», р/зн. 

<

***> под управлением водителя ФИО4, был следующим: до дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля «ВАЗ 21099», р/зн. 

<

***> двигался по проезжей части *** со стороны *** в сторону ***, со скоростью 50-60 км/ч. Подъезжая к пересечению проезжей части *** с проезжей частью *** видел, что разрешающий сигнал светофора начал мигать, продолжил движение и выехал на пересечение проезжей части *** с проезжей частью ***. На пересечении проезжей части *** с проезжей частью ***, в 24.2 м от знака 6.16 «Стоп-линия» расположенного перед пересечением проезжей части ул. Фрунзе С. Ш-ных с проезжей частью *** (по ходу движения по *** со стороны ***) и в 14.8 м от знака 6.16 «Стоп-линия» расположенного перед пересечением проезжей части *** с проезжей частью *** (по ходу движения по *** со стороны ***) происходит перекрестное (угловое) столкновение автомобиля «ВАЗ 21099», р/зн. 

<

***> с автомобилем «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***>, который следовал по *** со стороны ***, со скоростью 30-35 км/ч. (со слов водителя), выехал на пересечение проезжей части *** с проезжей частью *** на зеленый сигнал светофора. При столкновении автомобилей «ВАЗ 21099», р/зн. 

<

***> и «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> в контактное взаимодействие вступили передняя часть автомобиля «ВАЗ 21099», р/зн. 

<

***> и левая боковая поверхность автомобиля «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***>. После столкновения с автомобилем «ВАЗ 21099», р/зн. 

<

***>, автомобиль «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> смещается вправо, где в 5.0 м от правого края проезжей части *** (по ходу движения по *** со стороны *** в сторону ***) и в 5.3 м (в продольном направлении) от зафиксированного на схеме места столкновения автомобилей «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> и «ВАЗ 21099», р зн. 

<

***> совершает наезд на пешеходов, которые по пешеходному переходу переходили проезжую часть *** (в направлении со стороны *** в сторону ***). После наезда на пешеходов, автомобиль «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> продолжая смещаться вправо, у правого края проезжей части *** (по ходу движения по *** со стороны *** в сторону ***) совершает наезд на ограждение. После наезда на ограждение, автомобиль «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> выезжает за пределы проезжей части, где в 8.6 м от правого края проезжей части *** (по ходу движения по *** со стороны *** в сторону ***) совершает наезд на забор строительной площадки, останавливается, находясь в соприкосновении с поверхностью забора строительной площадки. Автомобиль «ВАЗ 21099», р/зн. 

<

***> после столкновения с автомобилем «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> сместился влево, преодолел от места столкновения с автомобилем «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> не менее 8.2 м и остановился на проезжей части *** с направлением передней части в сторону ***-либо следов, оставленных транспортными средствами на схеме к протоколу осмотра места дорожно-транспортного происшествия не зафиксировано. Конечное положение автомобилей после дорожно-транспортного происшествия отражено на схеме места дорожно-транспортного происшествия (фото 1,2). Установить такие элементы механизма дорожно-транспортного происшествия, как фактические скорости движения транспортных средств и координаты места столкновения (мест наезда автомобилем «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> на препятствия) не представляется возможным, так как каких-либо следов, оставленных транспортными средствами на схеме места ДТП не зафиксировано.

Анализируя вышеизложенные сведения в их совокупности (механизм произошедшего дорожно-транспортного происшествия, локализацию и характер повреждений, зафиксированных на транспортных средствах, направления движения транспортных средств до дорожно-транспортного происшествия, сведения о препятствиях на которые совершил наезды автомобиль «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***>, координаты места столкновения и мест наездов на препятствия, а также конечное положение транспортных средств после дорожно-транспортного происшествия), эксперт приходит к выводу о том, что повреждения автомобиля «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> заявленные ко взысканию по настоящему гражданскому делу (повреждения автомобиля «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> указанные в акте осмотра транспортного средства **/т от **** составленного сотрудником ООО «Статус» ФИО11) - могли быть образованы в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего **** в 19 часов 05 минут на пересечении проезжей части *** с проезжей частью *** в *** с участием автомобилей «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> под управлением водителя ФИО5 и «ВАЗ 21099», р/зн. 

<

***> под управлением водителя ФИО4, так как они (повреждения автомобиля «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> указанные в акте осмотра транспортного средства **/т от **** составленного сотрудником ООО «Статус» ФИО11):

- характерны для перекрестного (углового) столкновения транспортных средств (повреждения, локализованные на левой боковой поверхности автомобиля «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***>), наезда на пешеходов, последующих наездов автомобилем «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> на препятствия в виде ограждения, забора строительной площадки (повреждения, локализованные в передней части транспортного средства и на правой боковой его поверхности);

- находятся в зоне контактного взаимодействия левой боковой поверхности автомобиля «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> с передней частью автомобиля «ВАЗ 21099», р/зн. 

<

***>, зонах контактного взаимодействия передней, правой боковой поверхностей с пешеходами и препятствиями, на которые били совершены наезды, либо конструктивно сопряжены и (или) находятся в непосредственной близости с поврежденными элементами автомобиля «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***>;

- не противоречат механизму произошедшего дорожно-транспортного происшествия, а также информации о произошедшем ДТП содержащейся в представленных на исследование материалах.

Таким образом, повреждения автомобиля «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> заявленные ко взысканию по настоящему гражданскому делу (повреждения автомобиля «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> указанные в акте осмотра транспортного средства **/т от **** составленного сотрудником ООО «Статус» ФИО11) - могли быть образованы в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего **** в 19 часов 05 минут на пересечении проезжей части *** с проезжей частью *** в *** с участием автомобилей «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> под управлением водителя ФИО5 и «ВАЗ 21099», р/зн. 

<

***> под управлением водителя ФИО4

В связи с невозможностью устранить экспертным путем имеющиеся в пояснениях водителей противоречия, при исследовании были рассмотрены две версии возможного развития событий (со слов водителя автомобиля «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> и со слов водителя автомобиля «ВАЗ 21099», р/зн. 

<

***>).

Вариант возможного развития событий ** (водитель автомобиля «ВАЗ 21099», р/зн. 

<

***> двигается со скоростью 50-60 км/ч, пересекает «Стоп- линию» в момент включения для движения транспорта по *** желтого либо красного сигнала светофора, преодолевает от «Стоп-линии» до места столкновения с автомобилем «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> расстояние величиной 24.2 м - версия водителя автомобиля «ВАЗ 21099», р/зн. 

<

***>).

Вариант возможного развития событий ** (водитель автомобиля «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> двигается со скоростью 30-35 км/ч, пересекает «Стоп-линию» в момент включения для движения транспорта по *** зеленого сигнала светофора, преодолевает от «Стоп-линии» до места столкновения с автомобилем «ВАЗ 21099», р/зн. 

<

***> расстояние величиной 14.8м. - версия водителя автомобиля «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***>).

Если в действительности имели место быть варианты возможного развития событий ** или **, тогда:

- возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие у водителя автомобиля «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> зависела не от технической возможности, а от выполнения водителем автомобиля «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> требований п. 13.8 Правил дорожного движения. При выполнении водителем автомобиля «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> требований п. 13.8 Правил дорожного движения, столкновение автомобилей «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> и ВАЗ 21099, р/зн. 

<

***>, исключалось.

действия водителя автомобиля «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***> требованиям п. 13.8 Правил дорожного движения не соответствовали;

в действиях водителя автомобиля «ВАЗ 21099», р/зн. 

<

***> несоответствий требованиям и. 6.14 Правил дорожного движения не усматривается;

констатировать наличие (отсутствие) несоответствий требованиям п. 10.1 абз. 2 Правил дорожного движения в действиях водителя автомобиля «ВАЗ 21099», р/зн. 

<

***>, оснований не имеется.

С технической точки зрения, при вариантах возможного развития событий

**,**:

действия водителя автомобиля «Хендай Солярис», р/зн. 

<

***>, как несоответствующие требованиям п. 13.8 Правил дорожного движения, находятся в причинной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием;

констатировать наличие причинной связи между действиями водителя автомобиля «ВАЗ 21099», р/зн. 

<

***> и произошедшим дорожно-транспортным происшествием, оснований не имеется.

Согласно заключению ООО «СИБЭКОМ» ** по состоянию на **** рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Хендай Солярис», государственный номер 

<

***> от повреждений, полученных в результате ДТП, произошедшего в указанную дату с учетом и без учета запасных частей составляет 231 690,50 рублей.

Величина утраты товарной стоимости автомобиля «Хендай Солярис», государственный номер 

<

***> составляет 29 376,38 рублей (л.д. 104-125).

На основании ст. 87 ГПК РФ судом назначена повторная судебная автотехническая и автотовароведческая экспертиза.

Согласно заключению ООО «Лаборатория Судебной Экспертизы» (л.д. 166-194), механизм дорожно-транспортного происшествия, произошедшего **** в 19 часов 05 минут на регулируемом светофорным объектом перекрестке *** — *** с участием автомобиля «Хендай Солярис», р/з 

<

***> под равнением водителя ФИО5 и автомобиля «ВАЗ-21099», р/з 

<

***> под управнением водителя ФИО4 мог развиваться следующим образом:

Водитель ФИО4, управляя автомобилем «ВАЗ-21099», двигался по проезжей части *** со стороны *** в сторону *** со скоростью 50-60 км/ч (со слов водителя). Перед пересечением с *** не останавливался, поскольку с его слов, въезжал в границы перекрестка при включении разрешающего сигнала светофора на запрещающий. Водитель ФИО5, управляя автомобилем «Хендай Солярис», двигался по *** со стороны *** и въезжал в границы перекрестка при включении разрешающего сигнала светофора после запрещающего, со скоростью 30-35 км/ч. В процессе движения, в границах перекрестка траектории движения автомобилей пересеклись и в 14.8 м от знака 6.16 «Стоп-линия», расположенного перед пересечением проезжей части *** с проезжей частью *** по направлению движения «Хендай Солярис» и в 24.2 м от знака 6.16 «Стоп-линия», расположенного перед пересечением проезжей части *** с проезжей частью *** по направление движению «ВАЗ-21099», произошло столкновение. Первичное контактное взаимодействие происходило, наиболее вероятно, передней фронтальной частью автомобиля «ВАЗ-21099» с левой боковой поверхностью автомобиля «Хендай Солярис». Имело место перекрестное угловое столкновение под углом между продольными осями автомобилей ~90 градусов: переднее блокирующее для автомобиля «ВАЗ-21099» и боковое левое блокирующее для автомобиля «Хендай Солярис», столкновение. При данном виде столкновений возникают угловые ускорения, которые приводят к изменению скорости и траектории движения ТС. После контактирования, автомобиль «Хендай Солярис» под действием инерционных сил продолжил свое движение, а под действием сил взаимодействия, угловых ускорений и крутящего момента переместился по *** в направлении *** с отклонением вправо и в 9.0 м от пересечения *** с *** и в 4.8 м от мнимого правого края проезжей части *** (в 5.2 м от места столкновения автомобилей) по ходу движения совершил наезд на пешеходов (ФИО7, ФИО8, ФИО9), которые по пешеходному переходу пересекали проезжую часть *** со стороны *** в направление *** наезда на пешеходов автомобиль продолжил перемещаться вперед и вправо и совершил наезд на ограждение, установленное у дальней границы проезжей части *** по ходу движения автомобиля (относительно места наезда на пешеходов место наезда на ограждение расположено в 5.0 м по прямой и в 3.0 м правее). Продолжив движение, выехал за пределы проезжей части и в 8.6 м от правого края проезжей части *** по ходу своего движения и в 11.8 м от места наезда на пешеходов, совершил наезд на забор строительной площадки. При взаимодействии с забором, погасил кинетическую энергию и остановился. Автомобиль «ВАЗ-21099» после столкновения с автомобилем «Хюндай Солярис», изменил траекторию движения, отклонился влево на угол близкий 90 градусов, относительно первоначальной траектории движения и, преодолев от места столкновения более 8.2 м, остановился в границах проезжей части *** с направлением передней части в сторону ***. 

В данной дорожно-транспортной ситуации, с учетом работы светофорного объекта, водители должны были руководствоваться требованиями следующих пукнктов Правил дорожного движения:

1. Водитель автомобиля «ВАЗ-21099»:

пункт 6.2 Правил дорожного движения;

пункт 6.13 Правил дорожного движения.

2. Водитель автомобиля «Хюндай-Солярис»:

пункт 6.2 Правил дорожного движения;

пункт 13.8 Правил дорожного движения.

Согласно материалам дела участниками рассматриваемого дорожно-транспортном происшествия являлись пешеходы. Для полного анализа всех обстоятельств происшествия требуется дача оценки показаний (объяснений) пешеходов, что выходит за пределы компетенции эксперта-автотехника (эксперт рассматривает события ДТП с технической точки, и не вправе давать правовую оценку действий пешеходов). С учетом вышеизложенного решение вопроса о соответствии (несоответствии) действий участников рассматриваемого ДТП требованиям Правил, выходит за пределы компетенции эксперта-автотехника.

В материалах дела отсутствуют данные об удалении автомобиля «Хюндай- Солярис» от места столкновения в момент возникновения опасности для движения, поэтому следует сделать следующий условно-категорический вывод:

Водитель автомобиля «Хендай Солярис» ФИО5 имел техническую возможность предотвратить столкновение с автомобилем «ВАЗ-21099» при условии, что в момент возникновения опасности для движения расстояние до места столкновения составляло более 14.0-17.4 м.

Наезд на пешеходов (ФИО7, ФИО8, ФИО9) и препятствия (ограждение и забор) произошел после контактного взаимодействия автомобиля «Хендай Солярис» с автомобилем «ВАЗ-21099». При столкновении возникают угловые ускорения (моменты), которые приводят к изменению скорости и траектории движения ТС. Способность водителя контролировать транспортное средство (воздействовать на органы управления, при условии, что водитель не получил телесные повреждения) в большей степени зависит от его опыта и субъективных качеств. Оценка же субъективных качеств водителя выходит за пределы компетенции эксперта-автотехника.

Автомобиль «Хендай Солярис», р/з 

<

***> имел многократные множественные) взаимодействия со следообразующими объектами, которые воздействовали на поверхности деталей автомобиля разноудаленно и разнонаправленно. Данными следообразующими объектами являлись: транспортное средство - автомобиль «ВАЗ-21099», р/з 

<

***>, тела пешеходов, препятствия - ограждение и забор строительной площадки. Поскольку на момент проведения экспертизы эксперту не предоставлены описания препятствий - ограждения и забора отсутствуют изображения), поэтому в категорической форме решить вопрос о возможности образования повреждения на автомобиле «Хендай Солярис», р/з 

<

***> в полном объеме, экспертным путем не представляется возможным.

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Хендай Солярис», р/з 

<

***>, без учета износа деталей на дату ДТП - **** составляет 242 544,00 рублей. 

Величина утраты товарной стоимости автомобиля «Хендай Солярис», р/з 

<

***> в результате дорожно-транспортного происшествия произошедшего **** составляет 38 203,00 рублей.

Согласно ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии с ч. 2 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. 

Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса. 

Как указывалось выше, обстоятельства дела, в том числе механизма происшествия, действий водителя ФИО4, повлекших столкновение с автомобилем под управлением водителя ФИО5, наезд на пешеходов и причинение средней тяжести вреда здоровью пешехода, и вины ФИО4, являются установленными, а именно:

**** в 19 часов 05 минут, ФИО4 управляя автомобилем «ВАЗ 21099», регистрационный знак 

<

***> региона, двигаясь по *** со стороны *** в направлении ***, на регулируемом перекрестке с ***, выехал на перекресток, на запрещающий сигнал светофора, в нарушение пункта 6.2 ПДД РФ, не остановился перед стоп-линией (дорожный знак 6.16 ПДД РФ), чем нарушил пункт 6.13 ПДД РФ, в результате чего у *** произошло столкновение с автомобилем «Хендай Солярис», регистрационный знак 

<

***> под управлением ФИО5, который двигался по *** со стороны *** в направлении ***, от удара автомобиль «Хендай Солярис», регистрационный знак 

<

***> сместился вперед и вправо по ходу движения, вследствие чего произошел наезд на пешеходов (ФИО7, ФИО8, ФИО10), которые пересекали проезжую часть ***, по регулируемому пешеходному переходу, на зеленый сигнал светофора для пешеходов, в результате чего пешеходу ФИО10 причинен средней тяжести вред здоровью.

Оценив заключение эксперта ООО «Лаборатория судебной Экспретизы», по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд принимает результаты указанной судебной экспертизы (в части не противоречащей обстоятельствам, установленным вступившим в законную силу судебным актом) в качестве достоверного и допустимого доказательства, так как оно соответствует положениям ст. 86 ГПК РФ, эксперты предупреждены судом об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. 

Эксперты, проводившие исследование, имеют соответствующее образование и квалификацию:

Эксперт ФИО12, проводивший исследование по вопроса №**, имеет высшее техническое и юридическое образование, квалификацию инженер-механик по специальности «Автомобили и автомобильное хозяйство» и специальную квалификацию по специальности 13.1 «Исследование обстоятельств дорожно-транспортного происшествия», 13.3 «Исследование следов транспортных средств в месте ДТП (транспортно-трасологическая диагностика)», 13.4 «Исследование транспортных средств в целях определения стоимости восстановительного ремонта и остаточной стоимости», 13.9 «Исследование транспортных средств, в том числе с целью проведения их оценки», имеет стаж работы по экспертным специальностям с 1998 года.

Эксперт ФИО13 проводивший исследование по вопросам №**,6, обладает специальными знаниями и соответствующей квалификацией, прошел профессиональную переподготовку и аттестацию, является экспертом-техником, осуществляющим независимую техническую экспертизу транспортных средств, имеет достаточный стаж экспертной работы.

При проведении экспертизы экспертами исследованы все представленные на экспертизу материалы, в том числе дело об административном происшествии, выявлены необходимые и достаточные данные для формулирования ответов на поставленные вопросы; использованы рекомендованные экспертной практикой литература и методы; в экспертном заключении полно и всесторонне описан ход и результаты исследования.

Суд не принимает заключения ООО «СИБЭКОМ» в части выводов, противоречащих установленным выше. 

Заключение ООО «Статус» принимается судом в части, не противоречащей заключению ООО «Лаборатория судебной Экспертизы» в принятой судом части.

Суд полагает, что в ходе судебного разбирательства доводы стороны ответчика о том, что столкновение автомобиля «Хендай Солярис» после наезда на пешеходов произошло в результате непреодолимой силы, зависело от действий водителя ФИО5 и состоят в причинно-следственной связи, не нашли своего подтверждения.

Как установлено выше, именно действия водителя ФИО4 (нарушение им правил дорожного движения РФ) привели к столкновению автомобилей «ВАЗ 21099» и «Хендай Солярис» и наезду автомобилем «Хендай Солярис» на пешеходов.

Поскольку при столкновении возникают угловые ускорения (моменты), которые приводят к изменению скорости и траектории (направления) движения транспортного средства (как установлено от контакта с автомобилем «ВАЗ 21099» автомобиль «Хендай Солярис» под действием инерционных сил продолжил движение, а под действием сил взаимодействия, угловых ускорений и крутящего момента переместился с отклонением вправо), в дальнейшем имело место неконтролируемое водителем ФИО5 изменение траектории движения автомобиля «Хендай Солярис» (потеря управляемости), что привело к столкновению автомобиля «Хендай Солярис» с ограждением и забором, и эти последствия наступили в результате несоблюдения водителем автомобиля «ВАЗ 21099» ФИО4, именно его действия состоят в прямой причинно-следственной связи с указанными последствиями. Оснований полагать, что принятие либо непринятием водителем ФИО5 мер, направленных на предотвращение столкновения с ограждением и забором (меры торможения, поворот рулевого колеса и т.д.) позволили избежать столкновения, не имеется, с учетом вышеизложенного. 

Понятие непреодолимой силы содержится в п. 3 ст. 401 ГК РФ, под которой понимаются чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства (аналогичное определение содержится в подп. 1 п. 1 ст. 202 ГК РФ). 

То есть такие обстоятельства, которые стороны не могли предвидеть и предотвратить.

С учетом того, что действия ФИО4 состоят в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде столкновения автомобиля «Хендай Солярис» с ограждением и забором, указанные обстоятельства не могут быть отнесены к непреодолимой силе.

Таким образом, нарушений Правил дорожного движения РФ ФИО5, которые состоят в прямой причинно-следственной связи с произошедшим ДТП и причинением ущерба истцу, не допущено. 

Определяя размер ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, суд исходит из заключения ООО «Лаборатория Судебной Экспертизы» по вышеуказанным основаниям. Кроме того, при определении объема повреждений, экспертом учтен механизм дорожно-транспортного происшествия, локализация и характер повреждений, зафиксированных на транспортных средствах, направление движения транспортных средств до дорожно-транспортного происшествия, сведения о препятствиях на которые совершил наезды автомобиль «Хендай Солярис», места столкновения и места наездов, а также конечное положение транспортных средств после дорожно-транспортного происшествия.

При производстве экспертизы эксперт самостоятельно, исходя из действующих норм и правил, методик определяет необходимость применения того или иного метода исследования, в связи с чем доводы стороны ответчика о том, что эксперт необоснованно применил сравнительный подход признаются несостоятельными. 

Доказательств, опровергающих выводы эксперта стороной ответчика, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, и доказательства того, что при проведении экспертизы экспертами нарушены нормативно-правовые акты, подлежащие применению, не представлены. 

Доводы ответчика о том, что при определении размера ущерба, в том числе величины утраты товарной стоимости не учтен пробег автомобиля, являются несостоятельными. При производстве экспертизы экспертом учтен год изготовления автомобиля и введения его в эксплуатацию (2016 год) и в связи с не предоставлением для непосредственного исследования автомобиля принят во внимание пробег автомобиля 15 000 км (указанное значение равно среднему значению в год, принимаемое заводом-изготовителем).

При производстве расчетов экспертом исследованы предложения о продаже автомобилей соответствующей марки и года изготовления, значение пробега которых варьируется от 1 688 до 52 000 км. 

Как разъяснено в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от **** N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно позиции Конституционного Суда РФ, неоднократно изложенной в своих решениях (Постановление Конституционного Суда РФ от **** N 6-П, Определение от **** N 716-О), потерпевший имеет право на полное возмещение причинителем вреда, то есть на возмещение ущерба без учета износа запасных частей. 

В соответствии с действующим законодательством, к реальному ущербу, возникшему в результате дорожно-транспортного происшествия, наряду со стоимостью ремонта и запасных частей относится также утрата товарной стоимости, которая представляет собой уменьшение стоимости транспортного средства, вызванное преждевременным ухудшением товарного (внешнего) вида транспортного средства и его эксплуатационных качеств в результате снижения прочности и долговечности отдельных деталей, узлов и агрегатов, соединений и защитных покрытий вследствие дорожно-транспортного происшествия и последующего ремонта.

Утрата товарной стоимости обусловлена тем, что проведении отдельных видов работ по устранению определенных видов работ по устранению определенных видов повреждений (дефектов) транспортного средства сопровождается объективно необратимыми изменениями его геометрических параметров, физико-химических свойств конструктивных материалов и характеристик рабочих процессов, однозначно приводящих к ухудшению функциональных и эксплуатационных характеристик, из-за чего восстановить доаварийное техническое состояние транспортного средства (соответственно, его стоимость) объективно невозможно. Вследствие этих работ владельцу транспортного средства будут нанесены производные убытки в виде реального материального ущерба.

При этом величина утраты товарной стоимости рассчитывается для автомобилей, эксплуатация которого составляет не более 5 лет с момента изготовления (период использования автомобиля «Хендай Солярис» до рассматриваемого события составил 1 год). 

С учетом изложенного с ответчика ФИО4 в пользу истца подлежит взысканию ущерб в размере 280 747 рублей, из которых: 242 544 рублей - стоимость восстановительно ремонта транспортного средства, 38 203 рубля – величина утраты стоимости транспортного средства. 

Истец просит взыскать расходы на проведение оценки в размере 6 500 рублей.

С целью определения стоимости восстановительного ремонта автомобиля истец вынужден был обратиться ООО «Статус» и, согласно представленным чеку и копии чека (л.д. 39, 40), стоимость услуги составила 6 500 рублей.

Суд полагает, что указанные расходы являются убытками истца в силу ст. 15 ГК РФ, понесены с целью восстановления нарушенных прав, являлись необходимыми, в связи с чем требования обоснованы, расходы на оплату услуг оценки подлежат взысканию с ответчика ФИО4 в полном объеме, то есть в размере 6 500 рублей. 

Истцом заявлено о взыскании судебных расходов. 

Согласно ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

К судебным расходам в силу ст. ст. 88, 94 ГПК РФ относятся расходы по оплате государственной пошлины и издержки, связанные с рассмотрением дела, к которым в свою очередь, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, расходы на оплату услуг представителя, другие признанные судом необходимыми расходы.

За подачу искового заявления истцом уплачена государственная пошлина в размере 6 200 рублей (л.д. 4). 

Таким образом, с учетом размера удовлетворенных требований, а также положений ст. 333.19 НК РФ, размер государственной пошлины, подлежащий взысканию с ответчика ФИО4 в пользу истца, составляет 6 072,50 рублей.

На основании п. 10 ч. 1 ст. 333.20 НК РФ с учетом уменьшения истцом размера требований, государственная пошлина в размере 127,50 рублей подлежит возвращению истцу, как излишне уплаченная.

В ходе судебного разбирательства по делу назначались судебные экспертизы.

Согласно ст. 85 ГПК РФ в случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части первой статьи 96 и статьи 98 настоящего Кодекса.

Определением суда от **** назначена судебная экспертиза, производство которой поручено ООО «СИБЭКОМ», расходы по оплате производства экспертизы возложены на ответчика ФИО4 (лд. 77-79).

Руководителем ООО «СИБЭКОМ» представлено заявление о возмещении расходов на производство экспертизы в размере 42 000 рублей (л.д. 83), указывая на то, что оплата не произведена. 

Доказательств оплаты ответчиком ФИО4 не представлено, в судебном заседании представитель ответчика пояснил, что оплата не производилась, полагал, что расходы на подлежат взысканию, поскольку заключение является неполным, в связи с чем судом была назначена повторная экспертиза.

Указанные доводы не могут быть признаны основанием для отказа в выплате вознаграждения экспертному учреждению, поскольку отказ в оплате экспертизы, по основаниям неполноты заключения эксперта или его недостаточной ясности процессуальным законом не предусмотрен.

Из толкования ст. ст. 67, ст. 87 ГПК РФ, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от **** N 23 «О судебном решении», следует, что недостаточная ясность или неполнота заключения эксперта, возникновение вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела, сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличие противоречий в выводах эксперта в качестве правовых последствий влекут последствия, предусмотренные ст. 87 ГПК РФ.

Таким образом, выплата вознаграждения эксперту не может ставиться в зависимость от оценки его судом и непринятия его судом в качестве доказательства по делу. 

Определением суда от **** назначена повторная судебная экспертиза (л.д. 143-144). Производство экспертизы определением суда от **** поручено ООО «Лаборатория Судебной Экспертизы» (л.д. 153-154), расходы по оплате производства экспертизы на сторону не возложены. 

Руководителем ООО «Лаборатория Судебной Экспертизы» представлено заявление о возмещении расходов на производство экспертизы в размере 42 000 рублей (л.д. 165). 

С учетом положений ст. ст. 85, 98, 103 ГПК РФ, с ответчика ФИО4 подлежат взысканию расходы на производство экспертизы: в пользу ООО «СИБЭКОМ» в размер 42 000 рублей, в пользу ООО «Лаборатория Судебной Экспертизы» в размере 42 000 рублей.

Оснований для пропорционального распределения указанных расходов между сторонами не имеется, поскольку уменьшение требования истцом не связано с исключением из объема повреждений, полученных в результате рассматриваемого события, а связано исключительно с экспертными расчетами. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 ущерб в размере 280 747 рублей, убытки в размере 6 500 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 072,50 рублей.

Возвратить ФИО3 излишне уплаченную государственную пошлину в размере 127,50 рублей.

Взыскать с ФИО4 в пользу ООО «СИБЭКОМ» расходы на производство экспертизы в размере 42 000 рублей.

Взыскать с ФИО4 в пользу ООО «Лаборатория Судебной экспертизы» расходы на производство экспертизы в размере 42 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд через Железнодорожный районный суд *** в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Судья Т. В. Лыкова

Решение в окончательной форме принято ****.