РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 декабря 2017 г. с.Турунтаево

Прибайкальский районный суд Республики Бурятия в составе судьи Горковенко С.В., при секретаре Ахадаевой С.А., с участием ответчика ФИО1, представителя ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО3 к ФИО1 о взыскании задолженности по арендной плате,

установил:

Обращаясь с иском в суд, представитель истца ФИО4, действующий на основании доверенности, указал, что ДД.ММ.ГГГГ между ИП ФИО3 и ИП ФИО1 был заключен договор аренды многопильного станка, который был передан арендатору по акту приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ. Арендатор обязался оплатить за аренду станка сроком 8 месяцев арендную плату в сумме 46000 руб., по истечении 8 месяцев арендная плата составляла 5750 руб. в месяц. Станок не возвращен арендодателю до настоящего времени. Просрочка исполнения за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составила 112 месяцев, задолженность по арендной плате составила 644000 руб.. ФИО1 прекратил свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя ДД.ММ.ГГГГ. После получения претензии от истца ответчик задолженность не погасил, на претензию не ответил. Представитель истца просил взыскать с ФИО1 часть задолженности по арендной плате за 9 месяцев с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 51750 руб., а также расходы по оплате госпошлины в размере 1730 руб. 

При рассмотрении дела представитель истца ФИО4 направил заявление об уточнении исковых требований, в связи с заявлением ответчика о пропуске срока исковой давности просит взыскать арендную плату за последние 3 года с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 207000 руб. 

Истец ИП ФИО3, представитель истца ФИО4 в судебное заседание не явились, представителем истца в суд направлено ходатайство об отложении судебного заседания в связи с закрытием перевала Пыхта между г.Улан-Удэ и с. Турунтаево из-за погодных условий и невозможности явки истца и представителя истца в суд, которое судом оставлено без удовлетворения ввиду непредставления доказательств указанных причин. На основании ст. 167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие истца и его представителя. 

В судебном заседании ответчик ФИО1 исковые требования не признал, пояснил, что в ДД.ММ.ГГГГ г. он брал у ФИО3 раму с валом от сломанного многопильного станка примерно 1930-1940-х гг. производства, у него с истцом была договоренность, что он за свой счет отремонтирует станок и будет на нем работать за арендную плату. В тот момент он полагал, что станок можно отремонтировать. Он сам вывез раму из 

<

адрес> в 

<

адрес>, за свой счет установил на нее два двигателя, диски, ремни, электрощитовую с автоматами, рубильником, потратил на ремонт станка около 60000 руб., для его регулировки он приглашал мастера, но станок настроить не смогли, доски выходили кривые, или рама была деформированная, или вал - изношенным. Документы по ремонту станка не сохранились ввиду давности. К концу оговоренных 8 месяцев ФИО3 стал спрашивать деньги за аренду, он ему пояснил, что станок неисправен, отремонтировать его не получается, и он станок возвращает, когда ФИО3 приехал, он продемонстрировал ему, как станок пилит, после этого ФИО3 лично забрал и вывез на машине станок, все улучшения он (ФИО1) оставил себе, это было примерно в конце ДД.ММ.ГГГГ г. - начале ДД.ММ.ГГГГ г.. С того времени ФИО3 никаких требований ему не предъявлял, но в настоящее время есть исполнительное производство по его иску (ФИО1) к сыну истца о взыскании долга, поэтому истец придумал подать этот иск через 10 лет. Он не помнит, подписывал ли какие-то документы, когда забирал у истца раму, в договоре и акте его подписи разные, в каком именно документе не его подпись, пояснить затрудняется, предполагает, что истец подделал документы. 

Представитель ответчика ФИО2 исковые требования не признал. В договоре аренды и в акте приема-передачи подписи ответчика существенно отличаются, печать ответчика стоит только в акте, это вызывает сомнения в подлинности документов. Ответчик признает, что он брал раму с валом, это части станка, остальное оборудование он приобретал за свой счет, поскольку отремонтировать станок не получилось, он вернул истцу имущество в том виде, в котором брал. Договором не предусмотрены ни форма извещения об использовании или возврате станка, ни обязательность составления акта приема-передачи при возврате станка, ни обязанность вернуть станок в отремонтированном виде. Необращение истца в суд в течение 10 лет подтверждает доводы ответчика о том, что рама с валом были возвращены истцу. 

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ представитель истца ФИО4 исковые требования поддержал, пояснил, что согласно условиям договора период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не предусматривал денежную оплату, на эту сумму должен был быть сделан ремонт, в дальнейшем при пролонгации договора аренды первый платеж за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ должен был быть не позднее ДД.ММ.ГГГГ и так далее. В каком состоянии был передан ответчику станок, пояснить не может, из содержания договора следует, что он требовал капитального ремонта. Вместе с тем полагает, что ответчик должен был письменно известить истца о возврате станка и вернуть истцу отремонтированный за счет арендной платы станок. ФИО3 возврат станка ответчиком отрицает.

Выслушав участников процесса, свидетеля Р.Н.Ф., исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч. 1 ст. 68 ГПК РФ признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств. 

В соответствии со ст. 606 ГК РФ по договору аренды арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Согласно ч. 3 ст. 607 ГК РФ в договоре аренды должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды. При отсутствии этих данных в договоре условие об объекте, подлежащем передаче в аренду, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным.

Если арендуемая вещь в договоре аренды не индивидуализирована должным образом, однако договор фактически исполнялся сторонами (например, вещь была передана арендатору и при этом спор о ненадлежащем исполнении обязанности арендодателя по передаче объекта аренды между сторонами отсутствовал), стороны не вправе оспаривать этот договор по основанию, связанному с ненадлежащим описанием объекта аренды, в том числе ссылаться на его незаключенность или недействительность (п. 15 Постановления Пленума ВАС РФ от 17 ноября 2011 г. №73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса РФ о договоре аренды»). 

Из содержания договора аренды и акта приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ИП ФИО3 предоставил в аренду ИП ФИО1 многопильный станок, требующий капитального ремонта, на срок 8 месяцев с арендной платой 46000 руб. (п. 1.1). ФИО1 в счет арендной платы в указанном размере обязался произвести капитальный ремонт станка (п. 1.2). При аренде станка больше 8 месяцев арендатор оплачивает арендную плату в сумме 5750 руб. ежемесячно по предоплате за месяц вперед (п. 1.3. 3.1). Арендодатель обязан передать многопильный станок по приемо-сдаточному акту (п. 2.1), арендатор обязан по истечении 8 месяцев известить арендодателя о дальнейшем использовании или возврате станка Арендодателю. 

Суд приходит к выводу, что в договоре не указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды, поскольку указанный в нем многопильный станок должным образом не индивидуализирован, истцом не представлено иных доказательств о составе и состоянии переданного имущества, объеме требуемого капитального ремонта. Вместе с тем, при рассмотрении дела ответчиком ФИО1 даны пояснения в части описания имущества, полученного им от истца: рама с валом от сломанного многопильного станка примерно 1930-1940-х гг. производства, кроме того, состав и состояние полученного ответчиком имущества также подтверждены свидетелем Р.Н.Ф. При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о заключенности между сторонами договора аренды неисправного многопильного станка примерно 1930-1940-х гг., требующего капитального ремонта, состоящего только из рамы с валом. В связи с признанием ответчиком указанного факта, суд не принимает его доводы о поддельности договора аренды и акта приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ, стороной истца суду представлены оригиналы документов, а ответчик не смог пояснить причины разных подписей от его имени и в каком именно документе не его подпись, о проведении соответствующей экспертизы не заявлял. 

Поскольку срок аренды имущества был определен в договоре и составлял 8 месяцев, в течение которого арендатора должен был осуществить капитальный ремонт станка, аренда имущества по истечении указанного срока зависела от решения арендатора, обязанного известить арендодателя о дальнейшем использовании или о возврате имущества (без указания каких-либо причин и оснований), суд приходит к выводу, что продление действия договора на неопределенный срок не состоялось ввиду неисправности станка после произведенного ФИО1 капитального ремонта. При этом суд принимает пояснения ФИО1 о том, что он сообщил об этом ФИО3, а последний примерно в конце ДД.ММ.ГГГГ г. - начале ДД.ММ.ГГГГ г. приехал и вывез на машине раму с валом (станок без улучшений), указанные обстоятельства при рассмотрении дела также подтверждены свидетелем Р.Н.Ф., стороной истца не опровергнуты. Поскольку обязанность арендатора возвратить имущество только по акту приема-передачи договором и законом не предусмотрена, факт возврата имущества арендодателю может быть подтвержден иными допустимыми доказательствами по делу, в т.ч. из пояснений ответчика и свидетеля. 

Суд не принимает довод представителя истца о том, что ответчик должен был письменно известить истца о возврате станка, поскольку письменная форма извещения договором аренды не предусмотрена. Толкуя п. 2.2. договора таким образом, сторона истца в обоснование иска не представляет суду письменное извещение ответчика о дальнейшем использовании имущества, как основание для продления договора, кроме того, истцом не представлено доказательств того, что станок после капитального ремонта был пригоден для его использования по назначению.

Суд не принимает довод представителя истца о том, что ответчик должен был вернуть истцу отремонтированный за счет арендной платы станок в связи со следующим. 

Согласно ст. 622 ГК РФ при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Несмотря на наличие в договоре аренды обязанности ответчика произвести за счет арендной платы в размере 46000 руб. за 8 месяцев капитальный ремонт многопильного станка, условие о возврате именно отремонтированного станка в договоре отсутствует. Из буквального толкования условий договора следует, что в период проведения капитального ремонта пользование станком по назначению невозможно, что не исключало окончание ремонта станка ранее установленного договором срока (ранее 8 месяцев) и использование отремонтированного станка за счет произведенных на ремонт затрат в оставшийся срок. Поскольку условиями договора арендатору предоставлялось право по истечении 8 месяцев использовать имущество за арендную плату (по смыслу – пригодное для использования по назначению) или возвратить имущество (без указания каких-либо причин и оснований), то приведенное стороной истца толкование условий договора об обязанности по истечении 8 месяцев возвратить истцу отремонтированный за счет арендной платы станок противоречит предмету договора аренды (как в случае, если станок был отремонтирован и ремонт занял 8 месяцев, так и в случае, если за 8 месяцев станок отремонтировать не удалось, несмотря на монтаж необходимого оборудования), поскольку тогда арендатор лишен права извлекать выгоду от временного пользования имуществом арендодателя при наличии обязанности нести затраты на его капитальный ремонт, то есть нести бремя собственника по содержанию имущества. 

При таких обстоятельствах суд не усматривает оснований для удовлетворения требований истца о взыскании с ответчика ФИО1 арендной платы за пользование станком в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 207000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 1730 руб.

Согласно ст.ст. 333.17, 333.19, пп. 10 п. 1 ст. 333.20, пп. 2 п. 1 ст. 333.18 НК РФ при увеличении истцом размера исковых требований недостающая сумма государственной пошлины доплачивается в соответствии с увеличенной ценой иска в десятидневный срок со дня вступления в законную силу решения суда.

Учитывая положения указанных норм и ч. 2 ст. 92 ГПК РФ, а также то, что вопрос об отсрочке, рассрочке уплаты истцом государственной пошлины или об уменьшении ее размера при увеличении исковых требований не решался, доказательств доплаты истцом государственной пошлины соразмерно увеличенным требованиям не представлено, стороной истца оплачена государственная пошлина ДД.ММ.ГГГГ в размере 1730 руб., ДД.ММ.ГГГГ в размере 23 руб., а в удовлетворении увеличенных исковых требований истцу отказано, то с ИП ФИО3 в бюджет подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3517 руб. (5270 – 1730 – 23). 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований индивидуального предпринимателя ФИО3 к ФИО1 о взыскании арендной платы за пользование станком в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 207000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 1730 руб. отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 государственную пошлину в бюджет в размере 3517 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Бурятия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Горковенко С.В.