Дело № 2-27/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 января 2020 года г. Ростов-на-Дону

Ленинский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе: 

председательствующего судьи Козловой Л.В. 

при секретаре Торосян Г.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ООО «Элерон» об оспаривании сделок, истребовании имущества из чужого незаконного владения, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском. В обоснование исковых требований указала на то, что является собственником автомобиля 

<

данные изъяты>, VIN: №. Данный автомобиль находился в пользовании ФИО16., с которым она находилась в фактических брачных отношениях до мая 2017 года, после чего он уехал на заработки 

<

адрес>. После его отъезда, она неоднократно просила вернуть автомобиль, однако последний не реагировал. В 2019 году истцу стало известно, что данный автомобиль используется ФИО2, однако она не заключала никаких договоров купли-продажи с данным лицом, денежных средств за его продажу не получала, намерений его продавать не имела. Полагала данный договор ничтожным.

С учетом уточненных в порядке ст. 39 ГПК РФ исковых требований, просила признать недействительными договоры купли-продажи ТС от 21.03.2017г. между ФИО1 и ФИО2, и применить последствия недействительности сделок; от 30.06.2017г. между ФИО2 и ФИО3 и применить последствия недействительности сделок; от 13.08.2018г. между ФИО3 и ФИО4 и применить последствия недействительности сделок; признать недействительной (мнимой) сделку от 16.07.2019г. между ФИО4 и ФИО5; истребовать из чужого незаконного владения ФИО4 автомобиль марки 

<

данные изъяты>, VIN: №, цвет 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, и ПТС.

В судебном заседании представитель истца ФИО6, действующий на основании ордера и доверенности в судебное заседание явился, поддержал уточненные исковые требования и просил удовлетворить, приведя в обоснование доводы, изложенные в иске. Показал, что ФИО1 не давала никаких полномочий своему бывшему сожителю ФИО16. на отчуждение принадлежащего ей на праве собственности ТС, оспариваемый договор не подписывала, в связи с чем полагала ничтожными все указанные выше сделки. Истец действительно передала в пользование ФИО16 автомобиль, и все документы на него, однако поручений на его продажу не давала, денежных средств от него не получала.

Представитель ФИО2 в лице ФИО7 в судебное заседание явилась, иск не признала. Пояснив, что истец знала о самой первой сделке, и совместно со своим сожителем показывала автомобиль ФИО2, в связи с чем обратилась с иском именно к нему. Обратила внимание на длительность необращения в суд с настоящим иском, и длительное бездействие истицы, передачу всех ключей и оригиналов документов ее доверителю, что указывает на ее волеизъявление по продаже данного ТС. Указала на злоупотребление истцом своими правами, и причинение значительного ущерба ответчикам как добросовестным приобретателям, и пропуск срока исковой давности за обращением в суд с настоящим иском. 

Представитель ФИО5 в лице ФИО8, в судебное заседание явилась, просила в иске отказать. Пояснила, что в данном случае истец выразила волеизъявление на продажу спорного автомобиля, не проявляя интереса к данному имуществу на протяжении длительного периода времени. Указала на то, что истец злоупотребляет своими правами, просив применить срок исковой давности.

Представитель ООО «Элерон» в лице ФИО9 явился в суд, просил в удовлетворении иска отказать.

Истец, ответчики ФИО2 и ФИО3 в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте судебного заседания надлежащим образом. Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Ответчики ФИО5 и ФИО4 в судебное заседание не явилась, извещены о времени и месте судебного заседания надлежащим образом. Направленная в их адрес корреспонденция возвращена в адрес суда с отметкой «истек срок хранения».

При возвращении почтовым отделением связи судебных повесток и извещений с отметкой "за истечением срока хранения", признается, что в силу положений статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, гарантирующих равенство всех перед судом, неявка лица в суд по указанным основаниям признается его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в разбирательстве, а потому не является преградой для рассмотрения дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой.

В соответствии со ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

На основании абзаца второго пункта 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом положений части 4 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о надлежащем извещении указанных лиц о месте и времени судебного заседания, и с учетом положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассматривать дело в их отсутствие.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии со ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно ст. 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

По смыслу п. 1 ст. 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой прав собственности и других вещных прав", собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражений ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Из приведенных положений закона и акта его толкования следует, что по общему правилу зарегистрированное право собственности лица, владеющего имуществом, приобретенным по сделке не у истца, а у другого лица, может быть оспорено истцом путем истребования этого имущества по основаниям, предусмотренным ст. 302 ГК РФ, с установлением всех необходимых для этого обстоятельств, в том числе связанных с защитой прав добросовестного приобретателя, и с соответствующим распределением обязанностей по доказыванию.

Таким образом, одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих доказыванию при обращении в суд с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения, является установление факта выбытия имущества из владения собственника или из владения лица, которому оно было передано собственником во владение, по воле или помимо их воли.

При этом согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ истец должен доказывать выбытие имущества из его владения помимо воли.

Ответчик - добросовестный приобретатель вправе предъявить доказательства выбытия имущества из владения собственника по его воле.

В соответствии с п. 1 ст. 1 ГК РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Согласно абз. 1 п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

На основании п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него, определенную денежную сумму (цену).

Согласно ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка), либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Как установлено в судебном заседании, ФИО1 до марта 2017 года являлась собственником автомобиля марки 

<

данные изъяты>, идентификационный номер №, цвет 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ года.

В последующем, в отношении указанного автомобиля был совершен ряд сделок.

Так, по договору купли-продажи от 21 марта 2017 года, заключенному между ФИО1 (продавец) и ФИО2 (покупатель), в собственность последнего перешел вышеуказанный автомобиль, стоимостью 200 000 рублей. Из представленной в материалы дела расписки следует, что денежные средства были получены ФИО16 в сумме 250 000 рублей от 02.02.2017г. (л.д. 241 том 1).

Спустя 6 дней, по Агентскому договору №№ от 27.03.2017г., заключенному с ООО «Элерон», ФИО2 передал обществу указанный автомобиль и документы к нему, для последующей продажи.

По договору купли-продажи от 30 июня 2017 года, заключенному между ФИО2 в лице ООО «Элерон» (продавец) и ФИО3 (покупатель), в собственность последнего перешел автомобиль, стоимостью 1 340 000 рублей.

По договору купли-продажи от 13 августа 2018 года, заключенному между ФИО3 (продавец) и ФИО4 (покупатель), в собственность последнего перешло ТС, стоимостью 1 200 000 рублей.

По договору купли-продажи от 16 июля 2019 года, заключенному между ФИО4 (продавец) и ФИО5 (покупатель), в собственность последнего перешло ТС, стоимостью 100 000 рублей. Регистрация указанного договора осуществлена 09.10.2019 года, в период рассмотрения настоящего спора в суде.

По обстоятельствам дела, спорный автомобиль на момент совершения первой из оспариваемых сделок находился во владении ФИО16 с который ФИО10 находилась в фактических брачных отношениях, и проживала с ним вплоть до мая 2017 года.

Факт передачи данного автомобиля вместе с документами на него и подписанным от имени ФИО10 договором купли-продажи непосредственно ФИО16., стороной ФИО2 не оспаривался. Доводы возражений в данном случае сводились к наличию волеизъявления ФИО10 на его отчуждению в виде действий по его предпродажной демонстрации на СТО, и длительностью необращения в суд с настоящим иском.

ФИО1 в правоохранительные органы по факту действий ФИО16., действительно не обращалась, мотивируя это попеременно то угрозами, то обещаниями представителей ФИО16. вернуть автомобиль, либо деньги за него, а также нежеланием инициировать возбуждение уголовного дела в отношении некогда близкого ей человека.

С целью проверки доводов сторон и определения юридически значимых обстоятельств, определением Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону от 05.11.2019г. была назначена почерковедческая и химико-техническая экспертизы, производство которых поручено экспертам ООО «Центр судебной экспертизы «ПРАЙМ» и ГБУ Ростовской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно заключению № от 08.11.2019г., выполненному экспертом ООО «Центр судебной экспертизы «ПРАЙМ», подпись от имени ФИО1 в графе «Продавец» в договоре купли-продажи ТС от 21 марта 2017г. выполнена не ФИО1, а другим лицом. 

Для проведения химико-технической экспертизы в адрес экспертов направлялись 2 оригинала договора купли-продажи ТС от 16.07.2019г. Первоначально с материалами гражданского дела был направлен экземпляр, приобщенный в судебном заседании стороной ФИО5 (объект №1), и позднее был донаправлен экземпляр, представленный МРЭО ГИБДД по РО (объект №2).

Согласно выводам ГБУ Ростовской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы», изложенным в заключении № от 10.12.2019г.:

- давность исполнения экземпляра договора, представленного на исследование 26.11.2019г. (обозначен как объект №2, имеет повреждения в виде отверстий по левому полю) не соответствует дате, обозначенной в документе, давность его исполнения соответствует периоду до 2-х месяцев от момента проведения исследования.

- в отношении экземпляра договора, обозначенного как объект №1, решить вопрос о соответствии или несоответствии давности исполнения дате, обозначенной в документе, в категорической форме не представляется возможным. Это может объясняться различными причинами, например различными условиями хранения экземпляров документов, а также различиями в составе материалов письма (подписи в 2-х представленных на исследование экземплярах договора выполнены различными материалами письма). 

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Заключения, выполненные ООО «Центр судебной экспертизы «ПРАЙМ» и ГБУ Ростовской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» в полном объеме отвечают требованиям ст. 86 ГПК РФ, являются мотивированными, содержат подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и обоснованные ответы на вопросы, в связи с чем могут быть положены в основу решения. При этом экспертами дана подписка об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

Стороной истца не представлено никаких доказательств, бесспорно свидетельствующих о неправильности и необоснованности заключений, выполненных названными экспертными учреждениями, равно как не подвергнута сомнению и законность самих заключений, выполненных данными экспертами. То есть в судебном заседании с достоверно установлен факт того, что оспариваемый ФИО1 договор купли-продажи от 21.03.2017 года не подписывался, и соответственно не заключался.

Также в рамках химико-технической экспертизы установлено, что последний договор купли-продажи, заключенный между ФИО4 и ФИО5 не соответствует дате, указанной в нем (16.07.2019), а заключен приблизительно за 2 месяца до начала исследования, то есть не ранее 15.09.2019 года.

Исходя из пояснений ФИО4, данных им в судебном заседании 10.10.2019г., ответчик пояснял, что является собственником спорного ТС, и имеет на руках все оригиналы документов и оба комплекта ключей, однако после объявленного перерыва 11.10.2019г. он сообщил, что произвел отчуждение спорного автомобиля в июле 2019 года по договору, копия которого находится у его представителя, опаздывающего в судебное заседание. Явившийся в судебное заседание представитель пояснил, что договора никакого у него на руках нет, и со слов его доверителя данный автомобиль был продан им 09.10.2019 года (том 1 л.д. 80-85).

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации N 6-П от 21.04.2003, добросовестные приобретатели относятся к лицам, которым должна быть гарантирована государственная защита их прав. По смыслу ч. 2 ст. 35 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее ст. ст. 8, 34, 45, 46, ч. 1 ст. 55, права владения, пользования и распоряжения имуществом обеспечиваются не только собственникам, но и иным участникам гражданского оборота. В тех случаях, когда имущественные права на спорную вещь, возникшие на предусмотренных законом основаниях, имеют другие, помимо собственника, лица - владельцы и пользователи вещи, этим лицам также должна быть гарантирована государственная защита их прав. К числу таких имущественных прав относятся и права добросовестных приобретателей (абз. 3 п. 2 постановления N 6-П от 21.04.2003).

Как установлено в судебном заседании, подпись в договоре купли-продажи транспортного средства от 21.03.2017 года, заключенного между ФИО1 (продавец) и ФИО2 (покупатель), истцу не принадлежит, доказательств тому, что она давала поручение ФИО16 продать спорный автомобиль, и имела такие намерения, материалы дела не содержат. В связи с чем, суд приходит к выводу об отсутствии волеизъявления ФИО1 на отчуждение автомобиля. 

Статьей 11 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена судебная защита нарушенных или оспариваемых прав.

Доказательства о наличии волеизъявления истца на совершение сделки материалы дела не содержат, собранные по делу доказательства свидетельствуют об обратном, то есть в данном случае автомобиль 

<

данные изъяты>, идентификационный номер №, цвет 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ года, выбыл из владения ФИО1 помимо ее воли, что влечет за собой недействительность как самой первой сделки, датированной 21.03.2017г., так и всех последующих.

Более того, суд находит заслуживающими доводы истца относительно недобросовестного поведения ФИО5 и ФИО4, учитывая действия последнего по отчуждению спорного имущества в период рассмотрения спора в суде, а именно 09.10.2019г., учитывая как пояснения его представителя в судебном заседании (том 1 л.д.83), так и регистрацию договора купли-продажи в указанный день, несмотря на его датирование 16.07.2019г. Данные обстоятельства также подтверждены заключением химико-технической экспертизы.

Данные действия по существу привели к вовлечению в процесс по настоящему делу еще одного лица, с созданием видимости добросовестности у последнего приобретателя автомобиля.

Доводы ответчиков о том, что ФИО1 добровольно передала автомобиль, а также ключи от автомобилей, свидетельства о регистрации и ПТС, что, по их мнению, свидетельствует о его намерении на отчуждение автомобиля, не могут быть приняты во внимание в силу следующего.

Указанным автомобилем действительно пользовался ФИО16 он же и осуществил его передачу ФИО2 по ничтожной сделке и получил денежные средства. Однако доказательств того, что он в данном случае действовал с ведома и согласия ФИО1, материалы дела не содержат. Само по себе управление данным автомобилем ФИО16., при том, что у него действительно находились ключи и документы к нему, не свидетельствует о наличии волеизъявления истицы на его отчуждение. В данном случае, суд учитывает характер взаимоотношений ФИО1 и ФИО16 который располагал возможностью взять ключи и документы ввиду их совместного проживания. 

Также суд учитывает, что автомобиль был отчужден по цене значительно ниже рыночной, то есть за 200 000 рублей, при том, что текст расписки содержит иную сумму (250 000), и спустя 6 дней передан был на реализацию в ООО «Элерон». В последующем автомобиль был реализован ООО «Элерон» за 1 340 000 рублей, что вряд ли согласуется с действиями ФИО1 об отчуждении принадлежащего ей имущества по такой заниженной цене, и ее желанием таким образом оказать материальную помощь ФИО2

Данных о том, что разница между действительной стоимостью ТС, и суммой уплаченной ФИО2 была передана ФИО1, материалы дела не содержат. Доказательств тому, что ФИО1 давала согласие и одобряла сделку, показывала ТС на СТО как указывает ответчик в своих возражениях, материалы дела также не содержат. 

Наличие расписки ФИО16., выданной некоему ФИО30 о получении от него займа в сумме 950 000 рублей, а также якобы имевший место залог спорного имущества, также не подтверждают передачу денежных средств ФИО1, либо ее волеизъявление на отчуждение автомобиля. Более того, наличие заемных обязательств ФИО16. перед ФИО30. не препятствовало заключению договора купли-продажи между указанными лицами, без вовлечения в данную сделку ФИО2 Данные обстоятельства также не свидетельствуют о волеизъявлении ФИО1, либо получении ею денежных средств.

Более того, как указано выше, спустя 6 дней после его приобретения ФИО2 передал его на реализацию в ООО «Элерон», по совершенное иной стоимости, что также не свидетельствует о его заинтересованности в данной сделке как добросовестного приобретателя.

Передача ФИО2 договора купли-продажи автомобиля, документов и ключей от него непосредственно ФИО16., о проявлении воли ФИО1 на заключение договора купли-продажи не свидетельствует, поскольку последняя стороной сделки не являлась. ФИО2 при этом понимал и осознавал тот факт, что передает совершенно постороннему лицу денежные средства, в размере стоимости имущества гораздо ниже рыночной более чем в 5 раз. 

При этом ФИО2 не представлено никаких доказательств о проявленной им в связи с покупкой ТС нужной степени заботливости и осмотрительности, при том, что спорный автомобиль приобретался им за цену, явно не соответствующую рыночной.

Также недействительными являются и все последующие сделки купли-продажи автомобиля, как основанные на ничтожной сделке.

Из ответа СТОА ООО «ФормулА» от 28.01.20120г. следует, что сервисный ключ, имеющийся на руках ФИО1, имеет привязку к автомобилю 

<

данные изъяты>, VIN №, что также свидетельствует об отсутствии у нее намерений продать указанный автомобиль, иска из доводов иска о том, что ключ хранился у нее в сейфе, в то время как остальные принадлежности действительно находились у ФИО16

В отсутствие доказательств передачи денежных средств по данному договору именно ФИО1, с учетом отрицания ею факта получения денег,и ее волеизъявления, в совокупности свидетельствует о ничтожности названных сделок.

Таким образом, принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, а также факт выполнения подписи иным лицом, а не истцом в спорном договоре, свидетельствуют об отсутствии волеизъявления истца на отчуждение принадлежащего истцу автомобиля. Иных доказательств наличия воли истца на отчуждение автомобиля в материалы дела представлено не было, в связи с чем, суд находит подлежащими удовлетворению исковые требования в части истребования спорного имущества, и паспорта транспортного средства из незаконного владения.

Вместе с тем, суд полагает, что в данном случае, имущество подлежит истребованию не от ФИО4, а от титульного собственника ФИО5, учитывая, что представитель последнего не отрицал факт его нахождения у него.

Данных о том, что автомобиль находится у ФИО4, суду представлено не было.

Доводы истца о мнимости сделки (16.07.2019г.) ничем объективно не подтверждены, а само поведение ФИО5 и ФИО4, свидетельствует о недобросовестности названных лиц, и действий по вовлечению в процесс последнего приобретателя, с целью создания видимости добросовестности. ФИО5 осознавал, что приобретает дорогостоящий автомобиль по цене гораздо ниже рыночной (100 000 рублей) в октябре 2019 года, в период рассмотрения настоящего спора в суде.

Данная сделка сама по себе ничтожна, в силу ничтожности как первоначальной (21.03.2017г.), так и всех последующих сделок.

С учетом установленных в судебном заседании обстоятельств, свидетельствующих о недействительности вышеуказанных договоров купли-продажи в отношении автомобиля 

<

данные изъяты>, VIN: №, подлежат удовлетворению требования в части применения последствий их недействительности. В связи с чем суд приходит к выводу о том, что настоящее решение является основанием для аннулирования МРЭО ГИБДД ГУ МВД по Ростовской области и Краснодарскому краю регистрационных действий, произведенных на основании вышеназванных сделок.

Возражения ответчиков относительно того, что истец знала об оспариваемых ею сделках, не проявляла интереса к спорному имуществу, и в период проживания с ФИО16. с марта по май 2017г. не интересовалась отсутствием автомобиля, подлежат отклонению. Действительно, автомобиль был отчужден ФИО16. в марте 2017 года, при том, что он продолжал проживать с ФИО1 до мая месяца того же года. Вместе с тем, данный автомобиль исходя из доводов иска находился в фактическом пользовании ФИО16 который не ставил истицу в известность ни о его отчуждении от ее имени, ни о «передаче его в залог» ФИО30 

Давая объяснения в судебном заседании, ФИО1 указывала, что ФИО16. ее обманул, продав без ее ведома и согласия, принадлежащий ей автомобиль. В последующем, она узнав о его отчуждении надеялась на его возврат, либо на передачу денежных средств, чего не произошло. Само по себе пояснение истицы о том, что она ожидала получения денежных средств за проданный автомобиль не может свидетельствовать о наличии волеизъявления на его отчуждение, а лишь свидетельствует о ее желании если не получить обратно свое имущество, то получить за него соразмерную компенсацию. 

Доводы ответчиков о пропуске истцом годичного срока исковой давности, основано на неправильном толковании норм материального права

Согласно п. 1 ст. 181 ГК РФ течение срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Течение срока давности по названным требованиям определяется не субъективным фактором (осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав), а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки. Такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (п. 1 ст. 166 ГК РФ), а значит, не имеют юридической силы, не создают каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц.

Поскольку право на предъявление иска в данном случае связано с обращением взыскания на автомобиль и наступлением последствий ничтожной сделки, и имеет своей целью их устранение, то именно момент начала исполнения такой сделки, когда возникает производный от нее тот или иной неправовой результат, в действующем гражданском законодательстве избран в качестве определяющего для исчисления срока давности.

Срок исковой давности по искам о применении последствий недействительности ничтожного договора купли-продажи и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166 ГК РФ) составляет три года и исчисляется со дня, когда началось исполнение недействительной сделки, в данном случае с 21.03.2017г.

Поскольку на момент предъявления иска в суд 22.08.2019) срок исковой давности не был пропущен истцом, суд не усматривает оснований для его применения.

В соответствии с абз. 2 ч. 2 ст. 85 ГПК РФ, эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений ч. 1 ст. 96 и ст. 98 ГПК РФ.

В силу статьи 98 ГПК РФ, судебные расходы подлежат взысканию пропорционально удовлетворенным требованиям.

Как следует из материалов дела, определением Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от о5.11.2019 года по настоящему делу была назначена экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГБУ Ростовской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Оплата экспертизы возложена на истца. Стоимость проведения экспертизы составила 30 080 рублей. Экспертиза проведена в полном объеме, оплата не произведена. 

Принимая во внимание, что суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований, и что до настоящего времени оплата судебной экспертизы, назначенной в рамках указанного гражданского дела, не произведена, суд считает необходимым удовлетворить заявление ГБУ Ростовской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» б оплате услуг экспертной организации, поровну с ФИО4 и ФИО5, учитывая, что в связи с недобросовестным поведением данных лиц возникла необходимость в ее проведении.

На основании изложенного, и, руководствуясь ст.ст. 12,194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 21 марта 2017 года, заключенный между ФИО1 и ФИО2.

Признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 30 июня 2017 года, заключенный между ФИО2 и ФИО3.

Признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 13 августа 2018 года, заключенный между ФИО3 и ФИО4.

Признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 16 июля 2019 года, заключенный между ФИО4 и ФИО5.

Истребовать из чужого незаконного владения ФИО5 автомобиль марки 

<

данные изъяты>, VIN: №, цвет 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска государственный регистрационный знак № и паспорт паспортного средства №, выданный 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ.

Обязать МРЭО ГИБДД ГУ МВД по Ростовской области аннулировать регистрационные действия в отношении автомобиля марки 

<

данные изъяты>, VIN: №, цвет 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска государственный регистрационный знак №, произведенные на основании:

- договора купли-продажи транспортного средства от транспортного средства от 21 марта 2017 года, заключенного между ФИО1 и ФИО2;

- договора купли-продажи транспортного средства от 13 августа 2018 года, заключенного между ФИО3 и ФИО4;

- договора купли-продажи транспортного средства от 16 июля 2019 года, заключенного между ФИО4 и ФИО5.

Обязать МРЭО №9 ГИБДД ГУ МВД по Краснодарскому краю аннулировать регистрационные действия в отношении автомобиля марки 

<

данные изъяты>, VIN: №, цвет 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, произведенные на основании:

- договора купли-продажи транспортного средства от транспортного средства от 30 июня 2017 года, заключенного между ФИО2 и ФИО3.

Взыскать с ФИО4 в пользу ГБУ РО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» расходы по проведению судебной экспертизы в размере 15 040 рублей. 

Взыскать с ФИО5 в пользу ГБУ РО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» расходы по проведению судебной экспертизы в размере 15 040 рублей. 

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Ростовский областной суд через Ленинский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Cудья 

Мотивированное решение изготовлено 05 февраля 2020 года.