Дело № 2-423/18

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

«27» февраля 2018 года г. Находка Приморского края

Находкинский городской суд Приморского края в составе председательствующего судьи Колмыковой Н.Е., при секретаре Коротковой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к АО «Находкинский морской торговый порт» (ранее – АО «ЕВРАЗ Находкинский морской торговый порт») о признании незаконным приказа и взыскании суммы, незаконно удержанной из заработной платы, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском.

В судебное заседание истец не явился, направил своего представителя по доверенности – ФИО2, которая в обоснование заявленных исковых требований суду пояснила, что приказом от ДД.ММ.ГГ. года истец ФИО1 был принят на работу в АО «Находкинский морской торговый порт» на должность механизатора (докера-механизатора) 4 класса на погрузочно-разгрузочных работах в структурном подразделении – производственном перегрузочном комплексе № с ДД.ММ.ГГ.. Истец работает у ответчика по настоящее время.

ДД.ММ.ГГ. в отношении истца был издан приказ № в связи с причинением имуществу ответчика ущерба, выразившегося в повреждении цепного стропа № до состояния полной непригодности использования в работе. В связи с этим, с августа по октябрь 

<

.........> года из его заработной платы была удержана сумма ущерба в размере 

<

.........> рублей.

Названный приказ представитель считает незаконным по следующим основаниям.

1. Ответчик при издании приказа нарушил нормы ст. 246 и ст. 247 ТК РФ, т.к. не выполниил установленный законом порядок определения размера причинённого ущерба, а именно: размер ущерба был определён ответчиком исходя из цены, указанной во внутренних документах предприятия, подтверждающих выдачу и передачу стропа на производство – в требовании-накладной № от ДД.ММ.ГГ. и в акте на списание 

<

.........> № от ДД.ММ.ГГ.. Таким образом, установленный в обжалуемом приказе размер ущерба 

<

.........> рублей был определён работодателем не по фактическим потерям и без использования данных бухгалтерского учёта с применением степени износа имущества. Согласно ст. 247 ТК РФ, до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником работодатель обязан провести проверку для установления размера причинённого ущерба и причин его возникновения. Однако ни в акте внутреннего расследования по повреждению цепного стропа №, ни в рапорте стивидора Б от ДД.ММ.ГГ. не указаны причины возникновения материального ущерба, истец виновным в причинении ущерба не признан, степень его вины не определена и не доказана. Кроме того, проверка для установления размера ущерба проводилась тремя должностными лицами АО «НМТП», а не созданной комиссией, т.е. участие соответствующих специалистов в данной проверке обеспечено не было. 

Кроме того, представитель указывает на то, что представленные работодателем бухгалтерская справка, счета-фактуры и товарные накладные содержат только общие суммы, подтверждающие факт покупки цепного стропа, но никак не размер причинённого ущерба и данные документы не могут заменить документы, по которым, в силу ст. 246 ТК РФ, определяются фактические потери работодателя, исчисляемые исходя из рыночных цен, действующих на день причинения ущерба, а также документы по установлению причинно-следственных связей, по установлению процента физического износа используемого материала и приспособлений, а также отражения степени износа в бухгалтерском учёте. Работодатель обязан был определить рыночную стоимость имущества на день причинения ущерба, действующую в данной местности.

Таким образом, по мнению представителя истца, работодатель не представил достоверные и допустимые доказательства, подтверждающие размер причинённого материального ущерба, а процедура определения размера ущерба была произведена им с нарушением трудового законодательства. 

2. По мнению представителя истца, цепной строп № не был повреждён до состояния полной непригодности использования в работе, т.к. он не был изъят из эксплуатации, а также не был списан или утилизирован. Представленная ответчиком в качестве доказательства выбраковки цепного стропа № копия журнала учёта и осмотра съёмных грузозахватных приспособлений и тары не относится к рассматриваемому делу, т.к. в указанном журнале цепь с инвентарным номером 57 имеет иные характеристики (10 тонн 5 метров), тогда как спорный строп № имеет грузоподъёмность 20 тонн и длину 5,6 м., что следует из товарной накладной и из приходного ордера № от ДД.ММ.ГГ..

3. Работодателем не доказан факт нарушения истцом «Инструкции по охране труда для докера-механизатора комплексной бригады на погрузочно-разгрузочных работах №».

4. Работодатель не учёл разъяснения Верховного Суда РФ, изложенные в п. 4 Постановления Пленума ВС РФ № 52 от 16.11.2006 года «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причинённый работодателю», что к имеющим существенное значение обстоятельствам для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника, противоправность поведения работника, вина работника в причинении ущерба, причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом, наличие прямого действительного ущерба, размер причиненного ущерба и т.д. При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств, материальная ответственность работника исключается. Ни одно из перечисленных Верховным Судом РФ условий не было выполнено ответчиком в ходе привлечения истца к материальной ответственности, что говорит о незаконности процедуры привлечения истца к ответственности. 

5. Согласно ст. 239 ТК РФ, материальная ответственность работника исключается в случае неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику. Данный факт работодателем проверен не был, тогда как для рассматриваемого дела это имеет существенное значение, поскольку, как видно из представленных ответчиком бухгалтерских документов, спорный цепной строп № был приобретён в декабре ДД.ММ.ГГ. года, выдан непосредственно в производство – ДД.ММ.ГГ., а где и в каких условиях он хранился всё это время (2,5 года), а также доказательства того, что условия его хранения всё это время являлись надлежащими и не повлияли на его использование в ходе погрузочно-разгрузочных работа, в обжалуемом приказе и в основаниях к нему, ответчиком не указаны и не представлены, что опять же нарушает процедуру привлечения истца к материальной ответственности, установленную трудовым законодательством. 

При этом представитель истца просила суд учесть, что доказательством ненадлежащего хранения, использования и учёта цепных стропов выступают приказы (№ от ДД.ММ.ГГ., № от ДД.ММ.ГГ., № от ДД.ММ.ГГ., № от ДД.ММ.ГГ.) о применении дисциплинарных взысканий в отношении стивидоров А, Т, Б, а также должностных лиц ГУТ-2 (где непосредственно работает истец) Н и С, которые составили и подписали акт внутреннего расследования от ДД.ММ.ГГ.. Также представитель истца обращала внимание суда на то, что п. 4.2 и п. 4.3 Инструкции по безопасной эксплуатации и браковке цепных стропов от ДД.ММ.ГГ. по обеспечению технического обслуживания и хранения цепных стропов не исполняются, что свидетельствует о наличии обстоятельств, исключающих материальную ответственность истца.

6. В нарушение положений ст. 243 ТК РФ истец и двое других работников были привлечены к полной материальной ответственности, тогда как ни один из перечисленных в указанной статье случаев, при которых на работника может быть возложена полная материальная ответственность, в рассматриваемом деле не имеется.

7. Анализ обжалуемого приказа, по мнению представителя истца, позволяет утверждать, что истец и двое других работников были привлечены к полной коллективной (бригадной) материальной ответственности, т.к. они привлечены к ответственности в ходе совместного выполнения ими отдельных видов работ в трюме № 

<

.........>» и размер ущерба определён им в полном объёме, хотя как сказано в ст. 245 ТК РФ, коллективная ответственность работников применяется только тогда, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере. Кроме того, с истцом не заключался договор о коллективной ответственности.

8. Ответчиком не представлены документы, подтверждающие покупку цепного стропа и его оплату.

В связи с изложенным, представитель истца просила суд признать незаконным приказ АО «ЕВРАЗ Находкинский морской торговый порт» № от ДД.ММ.ГГ. «О взыскании с работников суммы причинённого ущерба» в части взыскания суммы причинённого материального ущерба с работника ФИО1 и взыскать с АО «Находкинский морской торговый порт» в пользу истца незаконно удержанную из его заработной платы сумму в размере 

<

.........> рублей.

В судебном заседании представитель ответчика АО «Находкинский морской торговый порт» по доверенности – ФИО3 не согласилась с требованиями и доводами истца и его представителя и в обоснование своих возражений суду пояснила, что по результатам проведённой ДД.ММ.ГГ. проверки было установлено, что контроль и организацию работ ДД.ММ.ГГ. на 75 причале при погрузке сляб в трюм судна осуществлял стивидор Б При этом ДД.ММ.ГГ. ФИО4 был подан рапорт о том, что по окончании смены была обнаружена деформация звена у стропа № (номер стропа присваивается по последним двум цифрам порядкового номера, в рассматриваемом деле спорный строп по паспорту имеет порядковый №, следовательно, номер стропа – 57). Звено работало в смену докеров-механизаторов ФИО1, ФИО5 и ФИО6, которые нарушили п. 1.1 раздела 2, п. 2.6, 2.11 раздела 3, п. 3.1.3.4, ДД.ММ.ГГ. инструкции по охране труда для механизаторов бригады на погрузочно-разгрузочных работах №, а также нарушили правила при проведении работы с грузозахватными приспособлениями (далее – ГЗП). Строп № был выдан в работу ДД.ММ.ГГ. в исправном состоянии, а сдан был с надписью «рапорт», который говорит о том, что строп повреждён и в дальнейшей работе он больше никогда не использовался. Согласно рапорту стивидора ФИО4, в 8-00 часов ДД.ММ.ГГ. при принятии смены цепь № была им осмотрены и она была исправна. К концу смены цепи были повторно осмотрены им и было выявлено, что цепь деформирована. В предписании инженер-технолог ФИО7, который в силу должностной инструкции обязан осуществлять постоянный надзор за состоянием и соответствием применяемых ГЗП, указал, что строп был осмотрен ДД.ММ.ГГ., выявлены повреждения, в связи с чем, он был признан непригодным для эксплуатации, о чём была сделана запись в журнале осмотра ГЗП. Таким образом, строп № был повреждён до состояния полной непригодности, в связи с чем, работодателю был причинён материальный ущерб. Стоимость этого стропа подтверждается справкой бухгалтерии и приложенными к ней документами. Размер ущерба определён по данным бухгалтерского учёта АО «НМТП» в размере стоимости приобретённого имущества, составившей 

<

.........> рублей. Указанная стоимость рассчитана исходя из курса ЕВРО. Стоимость стропа на момент его покупки составляла 

<

.........> ЕВРО. Когда ДД.ММ.ГГ. груз пришёл в порт, то курс ЕВРО составлял 

<

.........>, следовательно, стоимость составила 1 

<

.........> рублей. Представитель заявляла о том, что работодателем также были исследованы база данных ЦБ РФ на дату повреждения стропа ДД.ММ.ГГ. и по курсу ЦБ РФ стоимость ЕВРО на этот день составляла 

<

.........>. С учётом исследования рынка поступивших коммерческих предложений по проведению закупки апрель-март 

<

.........> года, определив, что стоимость значительно превышала ту стоимость, по которой был закуплен строп в 

<

.........> году, работодателем было принято решение о взыскании с истца ущерба исходя из определения стоимости повреждённого стропа на дату его покупки ДД.ММ.ГГ., когда стоимость ЕВРО была 

<

.........>, что значительно ниже рыночной стоимости стропа по закупке 

Представитель ответчика не согласна с доводом представителя истца, что законом установлена обязанность работодателя создавать комиссию для расследования. Также она утверждала, что определить на местности рыночную стоимость повреждённого стропа не представляется возможным, т.к. порт на протяжении многих лет закупает стропы у проверенной компании – ООО «РУД Лифтинг» в 

<

.........>, поскольку данный вид ГЗП имеет ряд нужных характеристик, которые имеют класс 10 и выпускается только за пределами РФ, кроме того, главный технолог рекомендует закупать ГЗП именно у этой фирмы, при этом данная компания не даёт согласие на использование запчастей ГЗП по стропам других компаний. Кроме того, трудовое законодательство, по мнению представителя, не устанавливает как определять рыночную стоимость утраченного имущества в целях определения размера подлежащего взысканию с работника материального ущерба. Рыночную цену утраченного имущества, по мнению представителя, работодатель должен определить самостоятельно.

Также представитель ответчика считает несостоятельным довод представителя истца о том, что работодатель при определении размера ущерба должен был применить учёт степени износа, т.к. повреждённый строп хоть и был закуплен в 

<

.........>, но он был передан на ГУТ-2 и списан в производство только ДД.ММ.ГГ., при этом в работу впервые был взят только ДД.ММ.ГГ., при этом уже ДД.ММ.ГГ. был выбракован, т.е. всего был использован 6 раз в смены: 

<

.........> и ДД.ММ.ГГ., тогда как срок полезного использования у этого стропа считается 12 месяцев. Таким образом, представитель считает, что строп был новым и никакой степени износа не имел.

Представитель считает, что процедура привлечения истца к материальной ответственности ответчиком нарушена не была, ущерб был взыскан с истца в полном соответствии с порядком, установленным трудовым законодательством, в связи с чем, представитель ответчика ФИО3 просила суд отказать истцу ФИО1 в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объёме.

В судебном заседании представитель ответчика по доверенности – ФИО8 в полном объёме поддержала доводы предыдущего представителя и тоже просила суд оставить заявленные ФИО1 исковые требования без удовлетворения.

Суд, выслушав представителя истца и представителей ответчика, а также исследовав материалы дела и оценив юридически значимые по делу обстоятельства, приходит к выводу, что исковые требования заявлены ФИО1 законно и обоснованно, а потому подлежат удовлетворению в силу следующего.

В судебном заседании было установлено, что между ОАО «ЕВРАЗ НМТП» (в настоящее время – АО «НМТП») и истцом ФИО1 заключён трудовой договор № от ДД.ММ.ГГ. и приказом №-лс от ДД.ММ.ГГ. последний был принят на должность механизатора (докера-механизатора) комплексной бригады на погрузочно-разгрузочных работах в ППК № на неопределённый срок (неопределённый срок установлен п. «А» ч. 1 Дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГ. об изменении условий трудового договора № от ДД.ММ.ГГ.). Согласно п. 1.1. ч. 1 Дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГ. об изменении условий трудового договора № от ДД.ММ.ГГ., истец ФИО1 был переведён с ДД.ММ.ГГ. в Грузовой универсальный терминал- 2 (ГУТ-2).

ДД.ММ.ГГ. работодатель АО «НМТП» издал приказ № о взыскании с троих работников, в том числе с истца ФИО1, суммы причинённого ущерба в размере 96 331 рублей, выразившегося в повреждении цепного стропа № (20 т) до состояния непригодности использования в работе, вследствие нарушения п. 1.1 «Инструкции по охране труда для механизаторов (докеров-механизаторов) комплексной бригады на погрузочно-разгрузочных работах № и п. 6.2.2, 6.2.3 Рабочей технологической карты.

На основании указанного приказа, из заработной платы истца были взысканы следующие суммы: в августе 

<

.........> года – 

<

.........> рублей, в сентябре 

<

.........> года – 

<

.........> рублей и в октябре 

<

.........> года – 

<

.........> рублей, а всего – 

<

.........> рублей., что не превышает его средне месячный заработок и составляет 1/3 часть от общей стоимости повреждённого цепного стропа №. По такой же сумме было удержано из заработных плат двух других работников. Данный факт подтверждается имеющимися в деле расчётными листками всех трёх работников. 

Посчитав названный приказ незаконным, истец ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском.

Рассматривая требование истца о признании обжалуемого приказа незаконным, суд учитывает нижеследующее.

В соответствии со ст. 232 ТК РФ, сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Согласно ст. 233 ТК РФ, материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Согласно ст. 238 ТК РФ, работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Согласно ст. 241 ТК РФ за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами (ст. 242 ТК РФ).

Анализ норм Трудового кодекса РФ (ст. ст. 233, 238-238 ТК РФ) приводит к выводу о том, что материальная ответственность работника наступает за ущерб, причиненный работодателю только в случае, если будет установлена совокупность следующих условий:

- наличие прямого действительного ущерба;

- противоправность поведения работника;

- причинная связь между противоправным поведением работника и наличием ущерба;

- вина работника в причинении ущерба.

Указанные условия обязательны, и при отсутствии хотя бы одного из них нельзя привлекать работника к материальной ответственности.

В связи с этим, Пленум Верховного Суда РФ в п. 4 Постановления от 16 ноября 2006 г. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» дополнительно указал, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействия) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

При этом при наличии законных оснований для привлечения к материальной ответственности работника, в обязательном порядке требуется надлежащее оформление сопутствующих документов, подтверждающих как наличие ущерба, так и его размер.

Так же необходимо установить причинно-следственные связи между действиями работника и наступлением ущерба. Причинно-следственная связь должна быть очевидной и основываться на имеющихся доказательствах (документы, акты проверки, инвентаризации, акты государственных органов, письменные объяснения работника, руководителя, других лиц, результатами проведенной экспертизы). Также следует выяснить, не являются ли установленные обстоятельства исключающими материальную ответственность работника, какими документами регулируются отношения работника и работодателя. В результате анализа и обобщения полученных материалов и доказательств, необходимо заключение комиссии по привлечению работника к материальной ответственности, а также ее размеру, пределам, и приказ руководителя о взыскании ущерба. Работодатель обязан соблюдать порядок привлечения работника к материальной ответственности, установленный статьей 248 Трудового Кодекса РФ.

При этом возмещение ущерба производится независимо от привлечения работника к дисциплинарной, административной или уголовной ответственности за действия или бездействие, которыми причинен ущерб работодателю (абзац 6 статьи 248 Трудового кодекса РФ).

Приказ (распоряжение) о привлечении работника к материальной ответственности оформляются в свободной форме, приказ (распоряжение) подписывает руководитель. Срок издания приказа - не позднее одного месяца со дня окончательного установления работодателем размера причиненного работником ущерба. Срок исчисляется с момента окончания мероприятий по определению размера причиненного ущерба. В случае нарушения установленного срока, ущерб может быть взыскан только в судебном порядке (названные требования работодателем в рассматриваемом споре соблюдены).

Применительно к указанной норме ТК РФ, Пленум Верховного Суда РФ в вышеназванном Постановлении от 16 ноября 2006 г. № 52 (п. 15) разъяснил, что при определении суммы подлежащего взысканию с работника материального ущерба судам следует учитывать, что в силу ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Это означает, что возмещению подлежит ущерб, выразившийся в утрате, ухудшении или понижении ценности имущества, необходимости для работодателя произвести затраты на восстановление первоначального состояния, приобретение имущества или иных ценностей либо произвести излишние выплаты.

В соответствии со ст. 233 Трудового кодекса РФ материальный ущерб, причиненный работодателю, может быть возмещен только при противоправном поведении (действии или бездействии) работника, под которым в законодательстве понимается поведение работника, противоречащее предписаниям правовых актов (норм), а также законным приказам и распоряжениям работодателя. Действие признается противоправным, если оно запрещено нормой права. Бездействие признается правонарушением, если допускается лицом, которое могло и должно было совершить определенные действия, но не совершило их, то есть бездействовало.

По трудовому законодательству противоправным является такое поведение работника, когда он не исполняет или неправильно исполняет свои трудовые обязанности, установленные законами, правилами внутреннего трудового распорядка, должностными и техническими инструкциями и другими обязательными для работника правилами, приказами и распоряжениями работодателя (его представителя).

Чтобы дать правовую оценку действий (бездействия) работника, надо четко определить круг его обязанностей по трудовому договору. Это вытекает из того факта, что материальная ответственность по нормам трудового права неразрывно связана с исполнением работником своих трудовых обязанностей и противоправность в его поведении имеет место только в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения этих обязанностей.

Выяснение всех обстоятельств дела при рассмотрении споров о причинении материального ущерба имеет особое значение при совместном причинении работниками такого ущерба. В подобных случаях следует тщательно выяснить, в чем конкретно проявились противоправные действия (бездействие) работников, какие конкретно трудовые обязанности на них были возложены, выполнялись ли они надлежащим образом и как невыполнение или ненадлежащее выполнение трудовых обязанностей работников повлияло на возникновение материального ущерба у работодателя.

Установление истинных причин возникновения материального ущерба позволяет уточнить круг работников, на которых в соответствии с законодательством должна быть возложена материальная ответственность за причинение работодателю имущественного ущерба. При отсутствии связи между противоправными действиями (бездействием) работника и наступившим для работодателя имущественным ущербом этот ущерб не может быть вменен ему в вину.

Кроме того, суд учитывает, что часть 1 статьи 233 ТК РФ содержит прямое указание на необходимость учитывать вину работника при решении вопроса о привлечении его к материальной ответственности. 

Детальное исследование вины работника в причинении материального ущерба работодателю весьма важно и для выяснения такого факта, как создание ему работодателем надлежащих условий для выполнения трудовых обязанностей по обеспечению сохранности имущества, особенно вверенного материально ответственным лицам.

В связи с этим в вышеуказанном Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 г. № 52 (в п. 5) указывается, что неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, может служить основанием для отказа в удовлетворении требований работодателя, если это явилось причиной возникновения ущерба.

В соответствии с п. 4 этого же Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 г. № 52, доказать вину работника, как и наличие других условий материальной ответственности работника, должен работодатель, которому причинён имущественный ущерб. Из этого правила сделано исключение в отношении работников, с которыми работодатель в установленном порядке заключил договор (индивидуальный или коллективный) о полной материальной ответственности (к рассматриваемому спору это исключение никакого отношения не имеет).

В подтверждение законности и обоснованности обжалуемого приказа представитель ответчика ссылается на следующие документы.

- Предписание инженера-технолога ФИО9 (л.д. 41 том №), в котором указано, что в результате проверки ГУТ-2, проведённой ДД.ММ.ГГ., было установлено повреждение цепи диаметром 22 мм. № (смято звено), которое произошло в результате удара об груз, в результате чего цепь, стоимостью 

<

.........> рублей, признана непригодной к эксплуатации. Этим предписанием было поручено провести расследование по факту повреждения цепи, по результатам которой принять решение о наказании ответственных лиц и возмещении материального ущерба.

- Выкопировку из «журнала осмотра и принятия в работу ГЗП начальников смен и стивидоров» (л.д. 42,43 том №), где содержатся сведения, что ДД.ММ.ГГ. цепной строп был принят в работу и сдан в этот день с рапортом, после чего в качестве принятого в работу другими сменами в журнале больше не указывался.

- Акт внутреннего расследования по повреждению цепного стропа № без даты (л.д. 44 том №), в котором указано, что должностные лица ГУТ-2: и.о. начальника ГУТ-2 Н, зам.начальника ГУТ-2 по эксплуатации С и зам. начальника ГУТ-2 по коммерческой работе ФИО12, составили его о том, что было проведено внутреннее расследование, в результате которого было выявлено, что в смену ДД.ММ.ГГ. с 08-00 часов до 20-00 часов на причале № осуществлялась погрузка сляб на т/х «Юнион Эрвин», которой руководил стивидор ФИО4, который перед началом производства работ осмотрел на исправность ГЗП, необходимые для погрузочно-разгрузочных работ с записью в журнале, включая цепной строп №, провёл инструктаж на рабочем месте докерам-механизаторам ФИО6. Сигнальщику на трюме № ФИО1, ФИО5, стропальщикам в трюме. Во время погрузки судна, при очередном опускании слябы на прокладки в трюме № произошёл удар слябы о ранее уложенный штабель, в результате которого произошло повреждение цепного стропа №. Данное повреждение произошло из-за нарушения ФИО6, ФИО1 и ФИО5 п.1.1 «Инструкции по охране труда для механизатора (докера-механизатора) комплексной бригады на погрузочно-разгрузочных работах №», выразившееся в производстве погрузочно-разгрузочных работ не в соответствии с утверждённой рабочей технологической картой РТК №.12/часть 3, п. 6.2.3, устанавливающего обязанность во время спускания груза во избежание повреждения цепных стропов не укладывать «подъём» на пайол трюма или ранее уложенный груз без прокладок».

- Рапорт стивидора ФИО4 от ДД.ММ.ГГ. (л.д. 39 том №), в котором он указал, что перед началом погрузки в 08-15 часов осмотрел цепь №, которая была в исправном состоянии, а осматривая её в конце смены, обнаружил что у неё деформировано звено. Состав трюмного звена: сигнальщик ФИО6, в трюме – ФИО1 и ФИО5.

- Рапорт стивидора А (л.д. 40 том №), из которого следует, что он руководил погрузкой т/х «Юнион Эрвин» в смену ДД.ММ.ГГ.. Перед началом погрузки примерно в 08-00 часов, проверяя ГЗП, он обнаружил повреждение у цепи №, о чём сразу доложил начальнику смены.

Анализируя перечисленные документы, суд не может согласиться с доводом ответчика о доказанности вины истца в повреждении цепного стропа №. Названные документы должным образом не подтверждают в достаточной степени связь между противоправными действиями (бездействием) истца и наступившим для работодателя имущественным ущербом. Как следует из объяснительных ФИО6, ФИО1 и ФИО5, данными ими ДД.ММ.ГГ., они вину в повреждении цепного стропа № не признали и заявили, что ударов стропа о слябы не было, работали согласно РТК 2.5/ч. 3. Из рапорта стивидора ФИО4, который руководил ДД.ММ.ГГ. работами, причина повреждения стропа и виновные в этом работники не указаны, в связи с чем, суду не понятно, почему работодатель пришёл к выводу о виновности истца в повреждении стропа и на основании чего установил причину повреждения, которая указана в акте расследования, поскольку каких-либо заключений специалистов или экспертов, или комиссии специалистов суду ответчиком представлено не было. Более того, суд приходит к выводу о необъективности вышеназванного акта внутреннего расследования (л.д. 44 том №), составленного и подписанного должностными лицами ГУТ-2: и.о. начальника ГУТ-2 Н, зам.начальника ГУТ-2 по эксплуатации С и зам. начальника ГУТ-2 по коммерческой работе ФИО12, поскольку на что обоснованно обращала внимание суда представитель истца, в отношении, например, Н и С имеется в деле приказ о наказании за нарушения, имеющие прямое отношение к рассматриваемому спору в отношении спорного цепного стропа, а именно: приказ № от ДД.ММ.ГГ., где ФИО10 и ФИО11 наказаны за не осуществление контроля выдачи разрешений на эксплуатацию ГЗП стивидорам ГУТ-2 и не осуществление порядка приёма и сдачи ГЗП. Кроме того, имеются аналогичные приказы в отношении других работников, в том числе и начальника ГУТ-2 - Г за аналогичные нарушения (приказ № от ДД.ММ.ГГ., приказ № от ДД.ММ.ГГ., приказ № от ДД.ММ.ГГ.). 

Кроме того, суд обращает особое внимание на наличие в деле приказа № от ДД.ММ.ГГ., из которого следует, что на предприятии ответчика имел место случай умышленной подмены номера повреждённого цепного стропа во время написания его данных в «журнале осмотра и принятия в работу ГЗП начальниками смен и стивидорами» - стивидор ФИО13 перед погрузкой теплохода обнаружил неисправный цепной строп №, при этом в журнал, с целью сокрытия факта повреждения цепного стропа №, исправил номер цепи со 111 на 712, за что к нему было применено дисциплинарное взыскание.

При таких обстоятельствах, суд соглашается с доводами представителя истца о том, что работодатель не доказал суду выполнение своей обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения спорного стропа, тогда как в статье 239 ТК РФ указано, что материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику. На указанные обстоятельства обращено внимание судов и в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006г. № «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю». Неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, может служить основанием для отказа в удовлетворении требований работодателя, если это явилось причиной возникновения ущерба. При таких обстоятельствах, в силу положений названной правовой нормы, исключается материальная ответственность истца перед ответчиком.

Более того, суд также признаёт заслуживающим внимания довод представителя истца о том, что материалами дела не подтверждается довод работодателя о повреждении стропа № до состояния его полной непригодности, т.к. какого-либо заключения эксперта или специалиста по этому поводу или фотографий, фиксирующих объёмы и размеры повреждений, или дефектовочных ведомостей ответчик суду не представил. При этом суд отмечает, что цепные стропы имеют достаточно тяжелый вес, в связи с чем, повреждённый цепной строп мог быть сдан в пункт приёма метала, и в связи с этим, мог быть существенно снижен размер причинённого работодателю ущерба, также работодателем не исключён то факт, что спорный цепной строп мог быть использован им в качестве запчастей для других цепных стропов. Какого-либо акта об утилизации или о списании повреждённого цепного стропа № ответчик суду не представил. Суд также отмечает, что цепной строп мог иметь стоимость годных остатков, и, поскольку с работников был взыскан материальный ущерб в полном объёме в размере его стоимости, работодатель обязан был отдать строп работникам, однако этого работодателем сделано не было.

Таким образом, факт наличия вины истца в причинённом работодателю материальном ущербе своего подтверждения в суде не нашёл. В суде не установлено каких-либо действий или бездействий истца, которые послужили бы причиной возникновения материального ущерба в виде повреждения цепного стропа. Из объяснения истца от ДД.ММ.ГГ. также не следует, что он признал свою вину в причинении работодателю материального ущерба, а поскольку наличие вины является обязательным условием для привлечения работника к материальной ответственности, то и оснований для возложения на истца обязанности по возмещению вреда работодателю не имеется.

Кроме того, суд приходит к выводу, что также заслуживает внимания и довод представителя истца о нарушении ответчиком порядка определения размера материального ущерба.

В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 года № 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что при оценке доказательств, подтверждающих размер причиненного работодателю ущерба, суду необходимо иметь в виду, что в соответствии с частью первой статьи 246 Трудового кодекса Российской Федерации при утрате и порче имущества он определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

Вместе с тем, во исполнение положений названной ст. 246 ТК РФ, ответчик не представил суду ни надлежащим образом оформленные сведения о рыночной цене стропа на момент его повреждения, ни данные бухгалтерского учёта с обязательным учётом степени износа. При этом довод истца о том, что повреждённый цепной строп, несмотря на его покупку в 2015 году, являлся новым, т.к. на момент повреждения он использовался в работе только с июня 

<

.........> года и всего 6 раз, судом отклоняется, поскольку нахождение цепного стропа на складе с 2015 года даже при отсутствии его эксплуатации в работе, а ещё и использование его в работе даже 6 раз, приводит к тому, что у стропа появляется износ, который обязательно должен учитываться работодателем при определении размера причинённого ему работником материального ущерба. Кроме того, ответчик не представил доказательства того, что условия хранения спорного цепного стропа № всё это время являлись надлежащими и не повлияли на его использование в ходе погрузочно-разгрузочных работ. 

Кроме того, заслуживает внимания довод представителя истца о том, что Представленная ответчиком в качестве доказательства выбраковки цепного стропа № копия «журнала учёта и осмотра съёмных грузозахватных приспособлений и тары» не относится к рассматриваемому делу, т.к. в указанном журнале цепь с инвентарным номером 57 имеет иные характеристики (10 тонн 5 метров), тогда как спорный строп №, имеет грузоподъёмность 20 тонн и длину 5,6 м., что следует из товарной накладной и из приходного ордера № от ДД.ММ.ГГ..

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции РФ и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По мнению суда работодатель, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, не доказал суду отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность истца; противоправность его поведения и его вину в причинении ущерба; а также причинную связь между поведением истца и наступившим ущербом и размер причиненного ущерба, а значит не доказал суду законность и обоснованность обжалуемого истцом приказа и привлечения его к материальной ответственности за повреждение цепного стропа №.

Таким образом, проанализировав все установленные в суде обстоятельства и нормы права, действующие в рассматриваемой области, суд пришёл к выводу о том, что обжалуемый истцом приказ работодателя № от ДД.ММ.ГГ. является незаконным, а, следовательно, незаконным является и удержание материального ущерба в размере 

<

.........> рублей из заработной платы истца. При таких обстоятельствах требования истца подлежат удовлетворению.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к АО «Находкинский морской торговый порт» (ранее – АО «ЕВРАЗ Находкинский морской торговый порт») о признании незаконным приказа и взыскании суммы, незаконно удержанной из заработной платы – удовлетворить.

Признать незаконным приказ АО «ЕВРАЗ Находкинский морской торговый порт» № от ДД.ММ.ГГ. «О взыскании с работников суммы причинённого ущерба» в части взыскания суммы причинённого ущерба с работника ФИО1.

Взыскать с АО «Находкинский морской торговый порт» (место нахождения: 692904, 

<

.........>, 

<

.........>, дата регистрации до ДД.ММ.ГГ. – ДД.ММ.ГГ.) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГ. года рождения, уроженца 

<

.........>, зарегистрированного по адресу: 

<

.........>28 незаконно удержанную из заработной платы сумму в размере 

<

.........> рублей.

Взыскать с АО «Находкинский морской торговый порт» государственную пошлину в доход бюджета Находкинского городского округа в размере 

<

.........> рублей. 

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через суд г. Находка путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: Н.Е. Колмыкова

Решение изготовлено в мотивированном виде

«07» марта 2018 года